Судья Груздев В.В. Дело №22-1967/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

город Иваново «19» ноября 2025 года

Судья Ивановского областного суда Веденеев И.В.

с участием прокурора Грачева Д.А.,

осуждённого ФИО1/путём использования системы видео-конференц-связи/, его защитника – адвоката Гаспарян Н.Г., представившей удостоверение №768 и ордер №057331 от 19 ноября 2025 года, выданный Ивановской коллегией адвокатов «ОДИНЦОВ и ПАРТНЕРЫ»,

при ведении протокола судебного заседания секретарём Аристовой А.А. 

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу защитника Мартынюка А.Г. на постановление Кинешемского городского суда Ивановской области от 30 октября 2025 года, которым 

ФИО1, родившемуся ДД.ММ.ГГГГ в д.

<

адрес> гражданину РФ, обвиняемому в совершении преступления, предусмотренного п.п.«в,г» ч.3 ст.158 УК РФ,

продлён срок содержания под стражей.

Доложив содержание обжалуемого постановления и существо апелляционной жалобы защитника, выслушав мнения участников судебного разбирательства, суд

у с т а н о в и л:

В период до 12 ноября 2025 года Кинешемским городским судом Ивановской области рассматривалось по существу уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п.п.«в,г» ч.3 ст.158 УК РФ. 

Как следует из представленных материалов, в рамках предварительного следствия по уголовному делу 28 января 2025 года обвиняемому ФИО1 постановлением Кинешемского городского суда Ивановской области избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок 2 месяца, то есть по 25 марта 2025 года включительно. Впоследствии, в период предварительного следствия по уголовному делу, срок содержания обвиняемого ФИО1 под стражей продлевался – 20 марта 2025 года постановлением Октябрьского районного суда г.Иваново на 2 месяца, а всего – до 4-х месяцев, то есть по 25 мая 2025 года включительно.

12 мая 2025 года уголовное дело в отношении обвиняемого ФИО1 для рассмотрения по существу с обвинительным заключением поступило в Кинешемский городской суд Ивановской области.

Постановлением Кинешемского городского суда Ивановской области от 19 мая 2025 года мера пресечения в виде заключения под стражу в отношении подсудимого ФИО1 оставлена без изменения, срок его содержания под стражей в соответствие с ч.2 ст.255 УПК РФ установлен по 11 августа 2025 года включительно. 

Вынесенными в порядке ч.3 ст.255 УПК РФ постановлениями Кинешемского городского суда Ивановской области от 29 июля 2025 года и от 30 октября 2025 года срок содержания подсудимого ФИО1 под стражей продлён соответственно –

на 3 месяца, то есть по 11 ноября 2025 года включительно

и на 1 месяц, а всего – до 7-ми месяцев, то есть по 11 декабря 2025 года включительно 

Мотивы принятым решениям в указанных постановлениях судом первой инстанции приведены.

12 ноября 2025 года Кинешемским городским судом Ивановской области в отношении ФИО1 вынесен обвинительный приговор, которым он осуждён по п.п.«в,г» ч.3 ст.158 УК РФ к лишению свободы на срок 2 года 6 месяцев с отбыванием в исправительной колонии общего режима; мера пресечения в виде заключения под стражу в отношении осуждённого до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения. 

В апелляционной жалобе защитник Мартынюк А.Г., не соглашаясь с состоявшимся 30 октября 2025 года судебным решением и находя его не соответствующим требованиям ч.4 ст.7 УПК РФ, просит об отмене последнего, приводя в обоснование своей позиции следующие доводы:

-изложенные в постановлении выводы суда не соответствуют установленным в судебном заседании фактическим обстоятельствам дела; судом не учтены положения действующего уголовно-процессуального закона, а также разъяснения Пленума Верховного Суда РФ, приведённые в постановлении от 19 декабря 2013 года №41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определённых действий»; в исследованных материалах отсутствуют сведения о том, что ФИО1 предпринимал попытки, высказывал намерения скрыться от следствия и суда; также не имеется и каких-либо данных, свидетельствующих о том, что он будет продолжать заниматься преступной деятельностью, и что у него имеются такие намерения; в силу требований ч.1 ст.108 УПК РФ суд обязан указать конкретные фактические обстоятельства, на основании которых он принял предусмотренное данной нормой закона решение; однако, в обжалуемом постановлении такие обстоятельства не указаны; государственным обвинителем не названо ни одного предусмотренного законом основания для дальнейшего сохранения ФИО1 самой строгой меры пресечения; изложенное свидетельствует о необоснованности и немотивированности ходатайства государственного обвинителя о мере пресечения подсудимому; в настоящее время судебное следствие по уголовному делу уже окончено, все доказательства исследованы; потерпевший по делу находится вне зоны досягаемости, а именно - на СВО; ФИО1 заявлял об отсутствии у него намерений скрываться, препятствовать рассмотрению дела, воздействовать на участников процесса либо иным способом мешать установлению истины по делу; сведений, которые бы опровергали данные заявления ФИО1, в распоряжении суда не имелось; продлевая срок содержания ФИО1 под стражей на 1 месяц, суд ссылается, в том числе и на стадию рассмотрения дела; между тем, исходя из достаточно длительного времени и нечастого рассмотрения дела, столь длительный срок является явно надуманным и необоснованным. 

Будучи надлежащим образом извещённым о месте и времени рассмотрения вышеуказанной апелляционной жалобы, защитник Мартынюк А.Г. в судебное заседание не явился. В поступившем в суд письменном ходатайстве/л.д.181/ защитник просил об отложении рассмотрения дела на иной день, поскольку в период с 16 по 23 ноября 2025 года включительно он будет находиться в очередном отпуске. Данную информацию защитник подтвердил и в поступившем в суд 17 ноября 2025 года уведомлении, обратив также внимание на свой выезд в период отпуска за пределы Ивановской области. 

Осуждённый ФИО1 также возражал против рассмотрения дела в отсутствие защитника Мартынюка А.Г., с которым у него заключено соответствующее соглашение. 

Суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения указанного ходатайства защитника Мартынюка А.Г. и отложения рассмотрения дела. 

Как следует из взаимосвязанных положений ч.11 ст.108, ч.8 ст.109, ст.255 УПК РФ, апелляционная жалоба на постановление судьи по вопросу, связанному с избранием меры пресечения в виде заключения под стражу и продления срока её действия, подлежит рассмотрению в течение трёх суток со дня поступления жалобы в суд апелляционной инстанции. Такая же позиция отражена и в постановлениях Пленума Верховного Суда РФ от 27 ноября 2012 года №26/в действующей редакции/ «О применении норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих производство в суде апелляционной инстанции»/п.9/ и от 19 декабря 2013 года №41/в действующей редакции/ «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определённых действий»/п.52/. 

Материалы дела по апелляционной жалобе защитника Мартынюка А.Г. поступили для рассмотрения по существу в Ивановский областной суд 18 ноября 2025 года, в связи с чем указанная жалоба в соответствии с законом подлежала обязательному рассмотрению в срок до 21 ноября 2025 года включительно. Возможность участия в судебном заседании защитника Мартынюка А.А. исключалась до 24 ноября 2025 года. 

При таких обстоятельствах и на основании положений ст.50 УПК РФ для осуществления защиты осуждённого в судебном заседании по инициативе суда апелляционной инстанции обеспечено участие защитника по назначению – адвоката Гаспарян Н.Г., которой до начала рассмотрения жалобы по существу позиция по делу согласована как с осуждённым, так и с защитником Мартынюком А.Г. Отвода защитнику Гаспарян Н.Г. в связи с наличием предусмотренных ст.72 УПК РФ обстоятельств осуждённым не заявлялось, сомнений в компетентности данного адвоката не высказывалось. 

С учётом изложенного, суд апелляционной инстанции полагает возможным рассмотреть жалобу защитника Мартынюка А.Г. в отсутствие последнего при участии защитника Гаспарян Н.Г. 

В судебном заседании осуждённый ФИО1, его защитник Гаспарян Н.Г. апелляционную жалобу поддержали, обратив внимание на следующее. Ходатайство государственного обвинителя о продлении ФИО1 срока содержания под стражей являлось немотивированным. Предусмотренных ч.1 ст.97 УПК РФ действий ФИО1 совершать не собирается. Его жене одной трудно воспитывать несовершеннолетних детей, также у осуждённого недавно умерла мама. Проживает ФИО1 постоянно по месту своей регистрации. Суд свои выводы основывал фактически лишь на одной тяжести инкриминируемого преступления. 

Прокурор Грачев Д.А., находя доводы стороны защиты необоснованными, просил оставить апелляционную жалобу защитника без удовлетворения, а вынесенное 30 октября 2025 года постановление - без изменения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы, выслушав участвующих в деле лиц, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Вопреки доводам жалобы, предусмотренных ст.389.15 УПК РФ оснований для отмены в апелляционном порядке состоявшегося 30 октября 2025 года в отношении ФИО1 судебного решения не имеется. 

Оснований полагать, что обжалуемое постановление в отношении подсудимого вынесено без учёта нормативных требований уголовно-процессуального закона, а равно позиций Пленума Верховного Суда РФ, как об этом утверждается в жалобе, суд апелляционной инстанции не усматривает. 

Совокупность исследованных в судебном заседании сведений обоснованно позволила суду принять решение о дальнейшем сохранении ФИО1 ранее избранной ему меры пресечения в виде заключения под стражу. Принимая в рамках предоставленных ему полномочий оспариваемое в настоящее время стороной защиты решение, суд первой инстанции учёл положения уголовно-процессуального закона, регламентирующие условия и порядок продления подсудимому периода содержания под стражей, дав представленным в его распоряжение и исследованным в судебном заседании доказательствам в целом правильную оценку. Свои выводы суд в обжалуемом постановлении мотивировал.

Сведений, которые бы влияли на правильность состоявшегося 30 октября 2025 года в отношении ФИО1 судебного решения и были оставлены без внимания, в распоряжении суда первой инстанции не имелось. Не представлено таких сведений и в рамках апелляционного производства по делу. 

Такого изменения обстоятельств, послуживших основаниями для заключения ФИО1 под стражу и последующих продлений последнему срока содержания под стражей, что свидетельствовало бы в настоящее время о возможности изменения подсудимому меры пресечения на более мягкую, из представленных в распоряжение суда материалов не усматривается.

Доводы стороны защиты, фактически сводящиеся к утверждению об отсутствии как предусмотренных законом оснований для дальнейшего содержания ФИО1 под стражей, так и доказательств, подтверждающих наличие этих оснований, носят исключительно субъективный характер. Наличие предусмотренных законом оснований для дальнейшего сохранения в отношении подсудимого самой строгой меры пресечения сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает и в обжалуемом постановлении, вопреки доводам жалобы, мотивировано со ссылкой на проверенные в судебном заседании конкретные фактические обстоятельства применительно к характеру и степени общественной опасности инкриминируемого преступления, ранее занимаемой ФИО1 в правоохранительных органах должности и осуществлявшейся им служебной деятельности, наличию у него профессионально-служебных отношений и знакомств, в том числе с потерпевшим и свидетелями по уголовному делу.

Вывод суда о наличии обоснованных опасений в том, что, находясь на свободе, вне условий содержания в следственном изоляторе, ФИО1 может совершить указанные в ч.1 ст.97 УПК РФ и перечисленные в обжалуемом постановлении действия, является верным. При этом следует отметить, что, исходя из сформулированных в ч.1 ст.97 УПК РФ положений, юридическая техника изложения оснований для избрания меры пресечения и последующего сохранения её действия связывает их наличие с обоснованной возможностью нежелательного поведения подсудимого, а не с категоричным выводом о таком поведении. Применительно же к ФИО1 такая возможность подтверждается приведёнными в обжалуемом постановлении конкретными фактическими обстоятельствами, обоснованность которых и их соответствие действительности сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывают. 

С учётом изложенного, является верным и мотивированный вывод суда первой инстанции, исключившего возможность изменения ФИО1 меры пресечения на более мягкую, нежели содержание под стражей. При имеющихся фактических обстоятельствах дела оснований для иного вывода не находит и суд апелляционной инстанции, поскольку более мягкая, нежели заключение под стражу, мера пресечения, не позволила бы обеспечить беспрепятственное осуществление уголовного судопроизводства по рассматриваемому до 12 ноября 2025 года судом по существу уголовному делу в отношении указанного лица. В связи с этим следует отметить, что более мягкие, нежели заключение под стражу, меры пресечения, предполагают в связи с их избранием механизм контроля за соблюдением возложенных на лицо ограничений, фактически не предусматривающий объективных препятствий для их нарушения. 

Приведённые в рамках апелляционного производства стороной защиты доводы о семейном положении ФИО1, отсутствии у него намерений совершать указанные в ч.1 ст.97 УПК РФ действия, наличие у него постоянных регистрации и места жительства выводы суда первой инстанции не опровергают и не исключают актуальность вышеуказанных опасений, свидетельствующих при установленных фактических обстоятельствах о необходимости сохранения ФИО1 самой строгой меры пресечения. 

Следует отметить, что в силу ст.99 УПК РФ при решении вопроса о мере пресечения подлежит учёту совокупность всех, а не отдельно взятых обстоятельств по делу. Нарушений требований данной нормы закона применительно к состоявшемуся 30 октября 2025 года в отношении ФИО1 решению суд апелляционной инстанции не усматривает. 

Входит в перечень указанной статьи УПК РФ и тяжесть преступления, в котором обвинялся ФИО1, которая учитывалась судом в совокупности с другими юридически значимыми сведениями, вместе с тем, не являясь единственным основанием для дальнейшего сохранения подсудимому ранее избранной ему меры пресечения.

Доводы жалобы, сводящиеся к утверждению о том, что попыток скрыться от предварительного следствия либо суда ФИО1 не предпринималось, вывод суда о наличии обоснованных опасений в возможности подсудимого скрыться не опровергают. Уголовное преследование в отношении ФИО1 стало осуществляться фактически одновременно с его задержанием в качестве подозреваемого, после чего в его отношении сохраняла своё действие избранная ему мера пресечения в виде заключения под стражу, что исключило саму возможность совершения им указанных в ч.1 ст.97 УПК РФ действий. 

Вывода суда о том, что ФИО1 может продолжать заниматься преступной деятельностью, обжалуемое постановление не содержит. 

Доводы жалобы, сводящиеся к утверждению об уже состоявшемся окончании судебного следствия по уголовному делу, не свидетельствуют об окончании производства по последнему, не исключая возможности совершения подсудимым, в случае его нахождения вне условий содержания в следственном изоляторе, предусмотренных ч.1 ст.97 УПК РФ и изложенных в обжалуемом постановлении действий, в том числе возможности скрыться от суда.. 

Период, на который оспариваемым постановлением продлён срок содержания ФИО1 под стражей, требованиям уголовно-процессуального закона соответствует, и чрезмерным не является. 

Неэффективности в организации судом первой инстанции рассмотрения указанного дела по существу, которая бы являлась безусловным основанием для отмены либо изменения меры пресечения ФИО1 на более мягкую, из представленных материалов не усматривается. 

То обстоятельство, что участвовавший в судебном разбирательстве 30 октября 2025 года государственный обвинитель не привёл подробных мотивов своему ходатайству о необходимости дальнейшего продления подсудимому ФИО1 срока содержания под стражей, не исключало возможности удовлетворения судом указанного ходатайства при наличии к тому предусмотренных законом оснований. Изложенное в полной мере согласуется с требованиями ч.ч.1,3 ст.255 УПК РФ. 

Сведений о наличии у подсудимого тяжёлых заболеваний, перечень которых утверждён постановлением Правительства РФ, и которые препятствуют его содержанию в условиях следственного изолятора, в материалах дела не имеется и в распоряжение суда не представлено. Не заявлено о наличии таких сведений и стороной защиты. 

Наряду с изложенным, суд апелляционной инстанции полагает необходимым изменить резолютивную часть постановления, указав на момент, с которого подлежит исчислению установленный ФИО1 общий срок содержания под стражей – со дня поступления уголовного дела в суд. Между тем, данное изменение, являющееся по своему характеру исключительно техническим, не влияет на правильность принятого судом решения о продлении ФИО1 срока содержания под стражей. 

В остальной части оспариваемое стороной защиты судебное решение изменению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.16, 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

п о с т а н о в и л:

постановление Кинешемского городского суда Ивановской области от 30 октября 2025 года в отношении подсудимого ФИО1 изменить, уточнив резолютивную часть указанием о продлении подсудимому ФИО1 срока содержания под стражей – всего до 7-ми месяцев со дня поступления уголовного дела в суд, то есть по 11 декабря 2025 года включительно. 

В остальной части указанное постановление оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника Мартынюка А.Г. – без удовлетворения. 

Судебное решение может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в порядке главы 47.1 УПК РФ. 

Судья: И.В.Веденеев