Дело № 2-445/2025 (2-4540/2024;)

УИД 49RS0001-01-2024-009016-31

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

27 февраля 2025 года г. Магадан

Магаданский городской суд Магаданской области в составе:

председательствующего судьи О.В. Дзюбенко, 

при секретаре Д.Д. Адаркиной,

с участием представителя процессуального истца – помощника прокурора 

<

адрес> ФИО13, материального истца – ФИО3

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Магадане, в помещении Магаданского городского суда, гражданское дело по исковому заявлению прокурора 

<

адрес>, поданное в защиту прав и законных интересов ФИО5, к муниципальному унитарному предприятию «Комэнерго» о взыскании денежной компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

прокурора 

<

адрес> обратился в суд в защиту прав и законных интересов ФИО3 с вышеуказанным иском.

В обоснование иска указано, что прокуратурой 

<

адрес> рассмотрено обращение ФИО3 о защите ее нарушенных прав в судебном порядке в целях взыскания компенсации морального вреда, причиненного виновными действиями МУП «Комэнерго», повлекшими причинение производственной травмы со смертельным исходом ее отцу, ФИО2.

В ходе проверки установлено, что решением Магаданского городского суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу № удовлетворены исковые требования ФИО3 о признании несчастного случая, произошедшего с ее отцом, ФИО2, связанным с производством, а также возложении на МУП «Комэнерго», государственную инспекцию труда в 

<

адрес>, министерство труда и социальной политики 

<

адрес>, отделение фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по 

<

адрес> обязанности составить акт по форме Н-1 о несчастном случае на производстве по факту несчастного случая, произошедшего при исполнении ФИО2 своих обязанностей. Указанное решение суда ответчиками исполнено в полном объеме.

ДД.ММ.ГГГГ на основании вышеуказанного решения суда работодателем составлен акт № о несчастном случае на производстве.

ФИО3 имеет пятеро несовершеннолетних детей на иждивении, материально обеспечивает их полностью самостоятельно, разведена, материальной помощи от бывшего супруга, являющегося отцом детей, не получает, юридического образования не имеет, имеет кредитные обязательства по ипотеке на жилье, которые исполняет единолично.

ФИО3 испытывала сильные нравственные страдания от безвозвратной потери близкого человека, осознавала наличие причинно- следственной связи между виновными действиями работодателя, выразившимися в необеспечении ФИО2 безопасных условий труда (непроведении периодических медосмотров, допуске ее отца к работе при наличии у него заболеваний, этому препятствующих, что способствовало развитию у ФИО2 острой левожелудочковой сердечной недостаточности, отзыве работника из отпуска вследствие производственной необходимости произведен без его фактического согласия и оформления соответствующего организационно-распорядительного документа) и смертью своего отца, являющегося для нее ближайшим родственником, с которым у нее сохранялась близкая детско-родительская связь, несмотря на возраст ФИО3

На основании изложенного, руководствуясь статьей 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 3 статьи 35 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № «О прокуратуре Российской Федерации», прокурор просил суд взыскать с муниципального унитарного предприятия «Комэнерго» компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб. в пользу ФИО3

Прокурор, материальный истец в судебном заседании исковые требования поддержали, по основаниям в нем изложенным. 

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, уведомлены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела. 

В соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ), суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле.

В письменных возражениях ответчиком указанно на то, что в данном деле разумной будет являть компенсация морального вреда в размере не превышающем 500 000 руб. 

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесены в том числе право на жизнь (статья 20), право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37).

В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе Российской Федерации введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.

В силу положений абзацев четвертого и четырнадцатого части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью первой статьи 209 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что охрана труда - система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия.

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части первой статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и тринадцатый части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Таким образом, работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред. В случае смерти работника в результате несчастного случая на производстве исходя из положений трудового законодательства, предусматривающих обязанности работодателя обеспечить работнику безопасные условия труда и возместить причиненный по вине работодателя вред, в том числе моральный, а также норм гражданского законодательства о праве на компенсацию морального вреда, члены семьи работника имеют право на возмещение работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного утратой родственника.

В силу абзаца второго пункта 3 статьи 8 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаях на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьей 237 названного кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В абзаце 2 пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 Трудового кодекса Российской Федерации). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» осуществляется причинителем вреда.

В случае смерти работника или повреждения его здоровья в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного нарушением принадлежащих им неимущественных прав и нематериальных благ (абзац 3 пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, компенсируется в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, а в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (статья 237 Трудового кодекса Российской Федерации) (абзац 4 пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем (абзац 5 пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Из изложенного следует, что право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав гражданина или посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав пострадавшей стороны как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.

Как установлено судом и следует из материалов дела, решением Магаданского городского суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу № исковые требования ФИО3 удовлетворить частично. 

Акт от ДД.ММ.ГГГГ «О расследовании несчастного случая со смертельным исходом» признан незаконным.

Несчастный случай, произошедший ДД.ММ.ГГГГ в 3 часа 45 минут с ФИО2 при исполнении им трудовых обязанностей, признан несчастным случаем на производстве.

На МУП «Комэнерго», государственную инспекцию труда в 

<

адрес>, министерству труда и социальной политики 

<

адрес> союз организаций профсоюзов, отделение фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по 

<

адрес> возложена обязанность составить акт по форме Н-1 о несчастном случае на производстве по факту несчастного случая, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ в 3 часа 45 минут с ФИО2 при исполнении им трудовых обязанностей.

В остальной части исковые требования оставлены без удовлетворения.

В ходе рассмотрения вышеуказанного дела было установлено, что ФИО2 состоял в трудовых отношения с МУП «Комэнерго» 

<

адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ в МУП «Комэнерго» произошел несчастный случай, в результате которого наступила смерть ФИО2

ДД.ММ.ГГГГ приказом и.о. директора МУП «Комэнерго» № была создана комиссия по расследованию несчастного случая со смертельным исходом.

По результатам проведенного расследования составлен с акт о расследовании несчастного случая со смертельным исходом от ДД.ММ.ГГГГ. Комиссия по расследованию несчастного случая со смертельным исходом, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ с работником ДЭС 

<

адрес> МУП «Комэнерго» 

<

адрес> ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в соответствии со статьями 227-230 Трудового кодекса Российской Федерации, Положением об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, утвержденных приказом Министерства труда и социальной зашиты Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №н, изучив материалы несчастного случая, квалифицировала данный несчастный случаи как несчастный случай не связанный с производством, не подлежащий оформлению актом формы Н-1, регистрации и учету в МУП «Комэнерго».

Как следует из представления прокуратуры 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №, приказом директора МУП «Комэнерго» 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ № ФИО2 предоставлен очередной отпуск по ДД.ММ.ГГГГ.

Факт нахождения работника в отпуске в указанный период также подтверждается истребованному в рамках проверки табелю учета рабочего времени за сентябрь 2022 года, согласно которому по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 годился в ежегодном отпуске.

В ходе проверки установлено, что ДД.ММ.ГГГГ директором МУП «Комэнерго» издан приказ №, в соответствии с которым действие трудового договора с ФИО2 прекращено с ДД.ММ.ГГГГ по инициативе работника. 

Вместе с тем, в ходе проверки установлено, что установленная трудовым законодательством процедура увольнения работника нарушена.

Требования трудового законодательства, изложенные в статей 77, 80, 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации, работодателем не соблюдены, с приказом об увольнении ФИО2 не ознакомлен, трудовая книжка ему не выдавалась.

ДД.ММ.ГГГГ в прокуратуру 

<

адрес> из МУП «Комэнерго» поступило извещение о несчастном случае на производстве со смертельным исходом, произошедшем с электромонтером дизельной электростанции 

<

адрес> ФИО2

В этот же день МУП «Комэнерго» в соответствии с требованиями статьи 229 Трудового кодекса Российской Федерации создана комиссия по расследованию несчастного случая на производстве, в состав которой помимо представителей работодателя включены должностные лица государственной инспекции труда в 

<

адрес>, Министерства труда и социальной политики 

<

адрес>, представители профсоюзной организации.

Из материалов проверки следует, что нахождение ФИО2 на территории ДЭС 

<

адрес> было обусловлено необходимостью производства работ по устранению аварии на линии электропередач в интересах Предприятия и по поручению его руководства в лице мастера ДЭС 

<

адрес>, что входило в круг его должностных обязанностей. При этом работодателем от совершения указанных действий ФИО2 не отстранялся, каких-либо обстоятельства, которые могли бы свидетельствовать том, что указанные действия совершались ФИО2 в личных целях в ходе проверки не получены, что в совокупности свидетельствует о том, что указанные действия выполнялись в рамках трудовых отношений, обусловленных заключенным работодателем трудовым договором.

Выполнение ФИО2 в момент несчастного случая ремонтных работ подтверждается и извещением о несчастном случае со смертельным исходом.

При этом, в нарушение требований статьи 125 Трудового кодекса Российской Федерации отзыв ФИО2 из отпуска вследствие производственной необходимости произведен без его фактического согласия и оформления соответствующего организационно-распорядительного документа.

Выявленные нарушения свидетельствуют о грубом нарушении должностными лицами МУП «Комэнерго» основных положений трудового законодательства, повлекших нарушение гарантированных законом прав работника.

Как следует из ответа МУП «Комэнерго» от ДД.ММ.ГГГГ № представление об устранении нарушений трудового законодательства было рассмотрено ДД.ММ.ГГГГ.

В ходе рассмотрения представления установлено, что факты, указанные в акте прокурорского реагирования, нашли свое подтверждение.

Также нашло свое подтверждение и факт грубого нарушения мастером ДЭС 

<

адрес> ФИО6 требований статьи 125 Трудового кодекса Российской Федерации, допустившего электромонтера по ремонту и обслуживанию электрооборудования ФИО2, находящегося в очередном оплачиваемом отпуске, без разрешения на то вышестоящего руководства, а также без фактического согласия работника и оформления соответствующего организационно-распорядительного документа к работам по устранению аварии на линии электропередач.

Факт привлечения ФИО2 к исполнению трудовых обязанностей по инициативе мастера ДЭС 

<

адрес> МУП «Комэнерго» ФИО6, подтвержден в судебном заседании также показаниями свидетеля ФИО14

Как следует из заключения эксперта от ДД.ММ.ГГГГ №/Э исследованием трупа ФИО2, установлены следующие заболевания: атеросклеротическая болезнь сердца (крупноочаговый заместительный кардиосклероз, атеросклероз венечных артерий сердца), атеросклероз сосудов головного мозга, аорты, хронический нефрит. Смерть ФИО2 наступила в результате атеросклеротической болезнью сердца, осложнившейся недостаточностью левого желудочка.

Как следует из заключения судебно-медицинской экспертизы от 05ДД.ММ.ГГГГ № из представленных материалов, известно, что ФИО2 был принят на работу в МУП «Комэнерго» на должность электромонтера ДЭС 

<

адрес> с ДД.ММ.ГГГГ на основании приказа № от ДД.ММ.ГГГГ. Согласно Заключению предварительного медицинского осмотра ВК № от ДД.ММ.ГГГГ, выданного МОГАУЗ «

<

адрес> больница» медицинских противопоказаний к работе с вредными и (или) опасными веществами и производственными факторами не имел.

Ночью ДД.ММ.ГГГГ был вызван из очередного отпуска для устранения последствий падения опоры уличного освещения (отключить линию и отрезать провисающий провод). Для этого ФИО2 залез по пожарной лестнице на крышу здания, отрезал провод и скинул его вниз. Позднее, был обнаружен сотрудниками на верхнем ярусе пожарной лестницы не подающим признаков жизни. Прибывшие к месту несчастного случая медицинские работники констатировали смерть ФИО2

Согласно заключения эксперта ОГКУЗ «Магаданское областное Бюро судебно-медицинской экспертизы» от ДД.ММ.ГГГГ №

<

данные изъяты> смерть ФИО2 наступила в результате атеросклеротической болезни сердца, осложнившейся недостаточностью левого желудочка сердца.

Из представленной копии выписного эпикриза ГКБУЗ «Краевая клиническая больница №» (

<

адрес>) от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО2 находился на стационарном лечении с диагнозом:

Основной: Ишемическая болезнь сердца: прогрессирующая стенокардия напряжения. Постинфарктный кардиосклероз (2015, апрель 2016 годов). Постоянная форма фибрилляции предсердий. Дилятационная кардиомиопатия.

Осложнения основного: Хроническая сердечная недостаточность II А, ст. II Ф. кл. Застойные легкие. Сердечная астма.

Фоновое заболевание: Гипертоническая болезнь 3 стадия, III степень, риск IV.

Сопутствующее заболевание: Атеросклероз аорты и ее ветвей - протяженный стеноз передней нисходящей артерии сердца до 95%, Аксиальная грыжа пищеводного отверстия диафрагмы, Рефлюкс эзофагит, Эрозивный бульбит.

Во время пребывания в стационаре было выполнено стентирование I передней нисходящей артерии сердца с восстановлением кровотока по ней. На фоне проведенного лечения отмечалось улучшение состояния - отсутствие приступов стенокардии и сердечной астмы. Не было проявлений сердечной недостаточности, артериальное давление 110/120 - 70/80 мм рт.

<

адрес> в удовлетворительном состоянии под наблюдение кардиолога, даны рекомендации по дальнейшему лечению и режиму. В частности, нагрузка- ходьба по 1000 м в 2 приема по прямой и подъем на второй этаж, в течении 3 недель, в дальнейшем, при отсутствии приступов стенокардии - увеличение на 50 м каждый день. 

Из представленной копии листа осмотра кардиолога МОГАУЗ «

<

адрес> больница» от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО2 обратился к кардиологу по поводу жалоб на нестабильное артериальное давление (на приеме 140/80 мм рт.ст). Диагноз от ДД.ММ.ГГГГ ГКБУЗ «Краевой клинической больницы №» (

<

адрес>) не изменен, даны рекомендации, направлен на дообследование. Результаты дообследования и повторного приема кардиолога (если таковой был) - не представлены. Также нет данных о периодических медицинских осмотрах или диспансеризации ФИО2 за период с октября 2019 года по сентябрь 2022 года. Поэтому оценить состояние здоровья, в частности сердечно-сосудистой системы, ФИО2 в этот период не представляется возможным.

Исходя из данных, указанных в копии заключения эксперта ОГКУЗ «Магаданское областное Бюро судебно-медицинской экспертизы» от ДД.ММ.ГГГГ №/Э можно сделать вывод о том, что патологические проявления заболеваний, диагностированных у ФИО2, сохранились и значимого улучшения состояния его здоровья не имелось.

На момент принятия на работу ФИО2 действовал Приказ Минздравсоцразвития России от ДД.ММ.ГГГГ №н (ред. от ДД.ММ.ГГГГ) «Об утверждении перечней вредных и (или) опасных производственных факторов и работ, при выполнении которых проводятся обязательные предварительные и периодические медицинские осмотры (обследования), и Порядка проведения обязательных предварительных и периодических медицинских осмотров (обследований) работников, занятых на тяжелых работах и на работах с вредными и (или) опасными условиями труда».

В соответствии с пунктом 2 Приложения № этого приказа, работники, выполняющие работы по обслуживанию и ремонту действующих электроустановок с напряжением 42 В и выше переменного тока, 110 В и выше постоянного тока, а также монтажные, наладочные работы, испытания и измерения в этих электроустановках, должны проходить обязательные предварительные и периодические медицинские осмотры 1 раз в 2 года врачебной комиссией. В ее составе обязательно присутствие врача - терапевта. Ссылка на прохождение предварительного медицинского осмотра и отсутствие противопоказаний к работе в представленных материалах имеется. Сведений о прохождении периодических осмотров в материалах не представлено.

В соответствии с частью IV «Медицинские противопоказания к допуску к работам» Приложения № вышеназванного приказа, работники (лица, поступающие на работу) не допускаются к выполнению работ с вредными и (или) опасными условиями труда, а также работ, при выполнении которых обязательно проведение предварительных и периодических медицинских осмотров (обследований) при наличии следующих общих медицинских противопоказаний: - гипертоническая V болезнь III стадии, 3 степени, риск IV; ишемическая болезнь сердца: постинфарктный кардиосклероз.

Данные заболевания были диагностированы у ФИО2 в ноябре 2016 года при госпитализации в ГКБУЗ «Краевая клиническая больница №» (

<

адрес>), т.е. до принятия его на работу в МУП «Комэнерго». Они же указаны в листе осмотра кардиолога МОГАУЗ «

<

адрес> больница» от ДД.ММ.ГГГГ в качестве диагноза при обращении ФИО2 с жалобами на нестабильное артериальное давление.

На момент происшествия действовал Приказ Министерства здравоохранения Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении Порядка проведения обязательных предварительных и периодических медицинских осмотров работников, предусмотренных частью четвертой статьи 213 Трудового кодекса Российской Федерации, перечня медицинских противопоказаний к осуществлению работ с вредными и (или) опасными производственными факторами, а также работам, при выполнении которых проводятся обязательные предварительные и периодические медицинские осмотры», который полностью сохраняет и уточняет требования предыдущего приказа.

В представленных копиях карты СОУТ № и Должностной инструкции электромонтера по ремонту и обслуживанию электрооборудования 5р. Участок ДЭС «Талая», нет указаний на постоянное осуществление электромонтером работы, требующей подъема на высоту более 5 м. Такие работы, если они входят в должностные обязанности, также запрещено осуществлять и допускать к ним лиц с диагнозами: гипертоническая болезнь III стадии, 3 степени, риск IV; ишемическая болезнь сердца: постинфарктный кардиосклероз.

Также не имеется указаний на постоянное выполнение работ электромонтером в ночное время. Медицинские противопоказания к выполнению работ в ночное время четко не регламентированы. Решение по допуску на их выполнение по состоянию здоровья принимается медицинской комиссией с учетом состояния здоровья работника и наличия заболеваний, течение которых может усугубиться при выполнении работы в ночное время. Работа в ночное время регламентируется статьей 96 Трудового кодекса Российской Федерации.

Однократное выполнение работ, требующих подъема на высоту более 5 м и в ночное время следует оценивать, как общую физическую нагрузку, исходя из состояния здоровья ФИО15

В заключении эксперта ОГКУЗ «Магаданское областное Бюро судебно- медицинской экспертизы» от ДД.ММ.ГГГГ №/Э указано, что причиной смерти ФИО2 явилась атеросклеротическая болезнь сердца, осложнившаяся недостаточностью левого желудочка.

Атеросклеротическая болезнь сердца - это сужение просвета коронарных сосудов вследствие отложения на внутренних стенках холестериновых бляшек. В результате ограничивается приток крови к органу, нарушается кровоснабжение.

Острая левожелудочковая недостаточность - это клинический синдром, который характеризуется резким снижением сердечного выброса в большой круг кровообращения и застоем в малом круге кровообращения. Вследствие этого, жидкая часть крови проникает через капиллярную сеть в соединительную легочную ткань, после этого - непосредственно в альвеолы. Когда в легочные альвеолы затекает кровь, обмен газов прекращается, больной не способен дышать и начинается асфиксия.

Падение сократительной способности миокарда (снижение сердечного выброса) возникает либо в результате его перегрузки, либо вследствие уменьшения функционирующей массы миокарда, уменьшения сократительной способности клеток сердечной мышцы или снижения податливости стенок камер сердца, увеличения объема камер сердца вследствие длительного растяжения (дилятационная кардиомиопатия). В данной ситуации эти состояния могли развиться в следующих случаях:

- при нарушении функции миокарда при инфаркте (наиболее частая причина), дистрофических заболеваниях миокарда (кардиосклероз), аритмиях различного типа;

- при внезапном возникновении перегрузки миокарда вследствие быстрого значительного повышения сопротивления на путях оттока (в аорте - артериальная гипертония; в легочной артерии - застойные явления в легких, сердечная астма);

- при повышении нагрузки (физическая или психоэмоциональная нагрузка) на декомпенсированный миокард у больных с хронической застойной сердечной недостаточностью.

Провоцирующими факторами к запуску патологических механизмов развития острой левожелудочковой сердечной недостаточности могли стать обстоятельства, при которых произошел несчастный случай. К ним можно отнести: чрезмерную, учитывая состояние здоровья ФИО2, физическую нагрузку в виде подъема по лестнице на крышу здания, возможно в быстром темпе; психоэмоциональную нагрузку, связанную с ночным подъемом ото сна и чрезвычайной ситуацией на предприятии; сложными погодными условиями и воздействием низких температур на организм ФИО2

В связи с проведенными исследованиями экспертами сделаны следующие выводы: 

1. Диагнозы ФИО2, указанные в выписном эпикризе ГКБУЗ «Краевая клиническая больница №» (

<

адрес>) от ДД.ММ.ГГГГ, листе осмотра кардиолога МОГАУЗ «

<

адрес> больница» от ДД.ММ.ГГГГ, заключении эксперта ОГКУЗ «Магаданское областное Бюро судебно-медицинской экспертизы» от ДД.ММ.ГГГГ №/Э являлись противопоказаниями для приема на работу по профессии электромонтер по обслуживанию оборудования ДЭС, а также, при установлении во время работы при периодических медицинских осмотрах, к допуску к работе по данной профессии.

Медицинские противопоказания к выполнению работ в ночное время четко не регламентированы. Однократное выполнение работ, требующих подъема на высоту более 5 м и в ночное время следует оценивать, как общую физическую нагрузку, исходя из состояния здоровья ФИО2

2. С учетом установленных у ФИО2 диагнозов, разовое (ДД.ММ.ГГГГ) выполнение ФИО2 работы по отключению (обрезке питающего провода) уличного освещения в условиях непогоды, ночное время, могло привести к смерти.

3. Физическая нагрузка, а также неблагоприятные погодные условия, которым подвергся организм ФИО2 во время подъема на крышу могли стать провоцирующими факторами к запуску патологических механизмов развития острой левожелудочковой сердечной недостаточности, вызвавшей смерть ФИО2 Причиной развития хронической сердечной недостаточности, которая была зафиксирована в медицинских документах у ФИО2 и на фоне которой развилась острая сердечная недостаточность, следует считать ишемическую болезнь сердца в результате атеросклеротического поражения сосудов сердца и гипертонической болезни.

Таким образом, в рамках рассмотрения гражданского дела установлено, что несмотря на имеющееся у ФИО2 заболевания он по результат предварительного медицинского осмотра от ДД.ММ.ГГГГ № он признан годным к работе, при этом периодические медицинские осмотры в организации не проводились. 

Причиной не проведения периодических медицинских осмотров стал факт отказа медицинского учреждения заключать договора с МУП ё«Комэнерго» в виду неоплаты последним ранее оказанных медицинским учреждением услуг по проведению предварительных и периодических медицинских осмотров. 

При этом судом отмечено, что необходимость поведения предварительных и периодических медицинских осмотров закреплена не только в вышеуказанных положения действующего законодательства, но также и в должностной инструкции ФИО2, изданной самим работодателем. 

Таким образом, ФИО2 был допущен работодателем к исполнению своих трудовых обязанностей. Смерть ФИО2 произошла во время исполнения им трудовых обязанностей по устранению последствий падения опоры уличного освещения, требующими значительных физических нагрузок в условиях неблагоприятных условий окружающей среды. Все эти факторы способствовали развитию у ФИО2 острой левожелудочковой сердечной недостаточности, вызвавшей смерть ФИО2, что позволяет говорить о непосредственной связи между наступившей смертью ФИО2 и обстоятельствами его нахождения на ликвидации аварии на линии электропередач.

Поскольку ФИО2 был допущен к работе в МУП «Комэнерго», постольку работодатель взял на себя обязательства за состояние здоровья ФИО2 В тоже время, в нарушение положений действующего трудового законодательства работодателем не проводились периодические осмотры, следовательно, руководством организации не было предпринято никаких действий по сохранению здоровья и жизни работника ФИО2 Судом отмечено, что ФИО2 осуществлял трудовую деятельность под воздействием на его организм опасных факторов без надлежащего контроля со стороны работодателя за его состоянием здоровья, без оценки возможности допуска его к выполнению работы, а в случае выявления отклонений - отстранения по состоянию здоровья.

С учетом имевшихся у ФИО2 заболеваний, работодатель обязан был не допускать к работе, при выявлении в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, противопоказаний для выполнения работником работы, обусловленной трудовым договором (часть первая ст. 76 ТК РФ). ФИО2 от работы не отстранили.

МУП «Комэнерго» не представило в материалы дела доказательств соответствовало ли состояние здоровья пострадавшего медицинским требованиям, предъявляемым при допуске к выполнению определенного вида работы, что несчастный случай с ФИО2, произошел, не при исполнении им трудовых обязанностей или выполнения какой-либо работы по поручению работодателя, и не подпадает под перечень событий, указанных в части 3 статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации, которые подлежат расследованию в установленном порядке как несчастные случаи на производстве. Также не представлено доказательств отсутствия причинно-следственной связи между нарушениями требований охраны труда или воздействием на работника в процессе трудовой деятельности вредных производственных факторов, которые могли повлиять на здоровье погибшего, и наступившими последствиями в виде смерти пострадавшего работника.

Отклонен судом довод, лиц проводивших расследование, о том, что усматривалась вина самого пострадавшего, который в нарушении действующих правил по охране труда при эксплуатации электроустановок, приступил к работам на ВЛ в темное время суток во время снегопада, поскольку отсутствуют сведенья об ознакомлении ФИО2 с правилами Правил по охране труда при эксплуатации электроустановок, утвержденных приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №н, кроме того, не дано оценки тому, что в данном случае имело место необходимость ликвидации аварии на открытой территории, ввиду обрыва линии электропередач, в связи с чем не дана оценка кем и каким образом должно было обеспечено освещение данной территории, не дана оценка тому возможно ли было в данных условиях, с учетом обрыва проводов под напряжением, что создавало угрозу жизни и здоровью третьих лиц оставить вопрос ликвидации последствий аварии до утра. 

При таких обстоятельствах, суд пришел к выводу, что несчастный случай с ФИО2 необходимо квалифицировать, как связанный с производством, в связи с чем, он подлежит надлежащему оформлению, и учету работодателем в соответствии с требованиями статьи 230 Трудового кодекса Российской Федерации, а его копия подлежит выдаче истцу.

Обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом (часть 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Учитывая, что решением Магаданского городского суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу № установлено, что причинами несчастного случая являются действия работодателя, который не обеспечил безопасные условия труда, суды приходит к выводу о том, что МУП «Комэнерго» несет ответственность за возмещение истцу морального вреда в связи со смертью близкого человека, смерть которого связана с производственной деятельностью ответчика

При обращении в суд с иском истец сослалась на положения статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, указав, что в связи со смертью близкого человека ей причинены нравственные страдания.

В соответствии с пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь, здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» указано, что под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда (абз. 3 п. 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №).

Истец при рассмотрении дела в суде указывал на то, что в результате ненадлежащего исполнением работодателем возложенных на него обязанностей и произошедшей в результате данных действий смерти отца причинен моральный вред, выразившийся в переживаемых им нравственных страданиях.

Судом учтено, что здоровье - это состояние полного социального, психологического и физического благополучия человека, которое может быть нарушено ненадлежащим исполнением работодателем обязанностей по проведению медицинских осмотров, а также допуску работник к работам, выполнение которых в силу имеющихся у него заболеваний ему противопоказанны.

Являясь дочерью пострадавшего ФИО2, ФИО3 в связи с нарушением работодателем требований охраны труда, воздействием на работника в процессе трудовой деятельности вредных производственных факторов, которые могли повлиять на здоровье погибшего, безусловно, переживала за его жизнь, испытывала страх за его здоровье и тревогу за его жизнь, и как следствие, претерпевала нравственные страдания, обусловленные осознанием того, что отца можно было спасти проведением своевременной диспансеризацией и отстранением от работы. Моральный вред истцу в виде нравственных страданий был обусловлен также смертью ФИО2, поскольку было нарушено и неимущественное право члена его семьи на обладание родственными и семейными связями, на семейную жизнь.

Установив, что истец потеряла близкую связь с отцом ФИО2, характеризующуюся тесными близкими доверительными отношениями, духовным и эмоциональным родством, что является невосполнимой утратой, суды приходит к выводу о наличии оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101) Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (часть 2 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. Вместе с тем при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзац четвертый пункта 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010№).

Согласно разъяснениям абзаца 3 пункта 30 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

При определении размера компенсации морального вреда суд, руководствуется положениями статьи 151, части 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, принимая во внимание, нарушение работодателем требований охраны труда, ненадлежащее исполнение работодателем возложенных на него обязанностей, переживания истца обусловленные осознанием того, что отца можно было спасти и смерть близкого человека привела к невосполнимой утрате семейных связей, является тяжелейшим событием в жизни, гибель отца сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на семейные связи, с учетом характера нравственных страданий, причиненных истцу, тяжесть переживаний в связи с утратой отца, обстоятельства, характеризующие степень близости истца с отцом и характер нарушений со стороны ответчика, принципы конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (статей 21 и 53 Конституции Российской Федерации), исходя из конкретных обстоятельств данного дела, а также учитывая требования разумности и справедливости, а также тот факт, что ответчик в настоящее время находится в стадии банкротства размер компенсации морального вреда, подлежащего возмещению истцу следует определить в 800 000 руб. Взыскиваемая сумма, по мнению суда, соразмерна пережитым страданиям истица компенсирует причиненный ей вред. Приходя именно к такому размеру компенсации суд также учитывает, что в добровольном порядке ответчик никаких возмещений не производил. 

При таком положении исковые требования ФИО3 подлежат частичному удовлетворению.

Кроме того в силу положений статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в доход местного бюджета полежит взысканию государственная пошлина, от уплаты которой истец при подаче иска был освобождены.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление прокурора 

<

адрес>, поданное в защиту прав и законных интересов ФИО5, к муниципальному унитарному предприятию «Комэнерго» о взыскании денежной компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с муниципального унитарного предприятия «Комэнерго» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО5 (ИНН 

<

данные изъяты>) денежную компенсацию морального вреда в размере 800 000 рублей.

Взыскать с муниципального унитарного предприятия «Комэнерго» (ИНН 

<

***>) в доход бюджета муниципального образования «

<

адрес>» государственную пошлину в размере 3 000 рублей.

На решение сторонами может быть подана апелляционная жалоба, а прокурором, участвующим в деле, – принесено апелляционное представление в Магаданский областной суд через Магаданский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Установить дату составления мотивированного решения суда – ДД.ММ.ГГГГ. 

Судья О.В. Дзюбенко

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>