47RS0007-01-2023-002332-11

Дело № 2-97/2024

Р Е Ш Е Н И Е

 

Именем Российской Федерации

11 января 2024 года г. Кингисепп

Кингисеппский городской суд Ленинградской области в составе:

председательствующего судьи Дунькиной Е.Н.,

при секретаре Турицыной А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании с участием истца ФИО3, его представителя адвоката Ягненкова Д.А., представившего удостоверение № и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ, представителя администрации Куземкинского сельского поселения Кингисеппского муниципального района Ленинградской области адвоката Панкова Д.П., представившего удостоверение № и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ, ответчика ФИО13,

гражданское дело по иску ФИО3 к Комитету по управлению имуществом МО «Кингисеппский муниципальный район» Ленинградской области, администрации Куземкинского сельского поселения Кингисеппского муниципального района Ленинградской области, ФИО13 о признании права собственности на долю в праве общей долевой собственности на жилой дом в силу приобретательной давности,

У С Т А Н О В И Л:

16 октября 2023 года истец ФИО3 обратился в Кингисеппский городской суд Ленинградской области с исковым заявлением к Комитету по управлению имуществом МО «Кингисеппский муниципальный район» Ленинградской области (далее КУИ МО «Кингисеппский муниципальный район»), администрации Куземкинского сельского поселения Кингисеппского муниципального района Ленинградской области, ФИО13 о признании за ним в силу приобретательной давности права собственности на 1/2 долю в праве собственности на жилой дом с кадастровым номером 

<

данные изъяты>

В обоснование исковых требований указал, что ФИО1 принадлежала 1/2 доля в праве общей долевой собственности на жилой дом, расположенный по адресу: 

<

адрес>, дер. ФИО4, 

<

адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 выдала ФИО2 доверенность, которой уполномочила последнего подарить отцу истца - ФИО9 1/2 долю в праве общей долевой собственности на вышеуказанный жилой дом. Срок действия доверенности составлял три года.

ФИО1 с момента выдачи вышеуказанной доверенности и до момента своей смерти, до ДД.ММ.ГГГГ, от владения принадлежавшей ей долей дома устранилась.

Вместе с тем в момент совершения ФИО1 вышеуказанных действий, в добросовестное и открытое владение данной долей вступил ФИО9, который умер ДД.ММ.ГГГГ. После его смерти, истец, а также дочь ФИО9 - ФИО13 вступили в права наследования, приняв оставшееся после смерти своего отца имущество, состоящее из автомобиля марки ВАЗ 21041-30, что подтверждается свидетельством о праве на наследство по закону.

После смерти ФИО9, истец продолжил добросовестное и открытое и владение вышеуказанной долей жилого дома и продолжает такое владение до настоящего времени.

Постановлением администрации МО «Куземкинское сельское поселение» от 27.10.2021 года № 131 «О присвоении адреса земельному участку, расположенному в деревне Большое Куземкино Куземкинского сельского поселения Кингисеппского муниципального района Ленинградской области», земельному участку, на котором расположен вышеуказанный жилой дом присвоен адрес: 

<

данные изъяты>

Поскольку ФИО1 в 2001 году выдала доверенность на дарение принадлежавшей ей 1/2 доли в праве собственности на вышеуказанный дом, которую впоследствии не отзывала, а также фактически устранилась от владения, пользования и распоряжения данной долей, полагает, что она совершила действия определенно свидетельствующие об отказе от своего права собственности на принадлежащую ей 1/2 долю в праве общей долевой собственности на жилой дом.

В соответствии со сведениями, содержащимися в реестре наследственных дел, после смерти ФИО1, нотариусом Московской городской нотариальной палаты ФИО16 открыто наследственное дело №, однако кто-либо из правопреемников ФИО1 никаких действий направленных на вступление во владение и пользование спорной долей дома до настоящего времени не совершили, равно как не совершили действий направленных на распоряжение данной долей, следовательно правопреемники ФИО1 также совершили действия определенно свидетельствующие об их отказе от права собственности на принадлежащее им имущество.

Поскольку ФИО3 является правопреемником ФИО9, который добросовестно, открыто и непрерывно владел спорной долей жилого дома с ДД.ММ.ГГГГ, при этом ФИО3 осуществляет добросовестное, непрерывное и открытое владение спорной долей жилого дома с ДД.ММ.ГГГГ, несет расходы по содержанию спорного имущества, то общий срок открытого, добросовестного и непрерывного владения спорной долей, на дату подачи настоящего искового заявления, составляет 22 года, что позволяет полагать о приобретении ФИО3 право собственности на 1/2 долю в праве общей долевой собственности на жилой дом в силу приобретательной давности.

Со ссылкой на положения ст. 234, 235, 236 ГК РФ, просит защиты нарушенного права и удовлетворения исковых требований (том 1 л.д. 5-7).

В судебном заседании истец ФИО3 с участием представителя адвоката Ягненкова Д.А. заявленные требования поддержал, представил письменные пояснения по делу (том 1 л.д. 244-246), полагал, что волеизъявление ФИО1 в части распоряжения, принадлежащей ей 1/2 долей в праве собственности на жилой 

<

адрес> в д. ФИО4 

<

адрес> было направлено на заключение договора дарения с племянником ФИО9, отцом истца, что подтверждено выданной ею доверенностью от ДД.ММ.ГГГГ на заключения договора дарения сроком на три года на имя ФИО2

Отмечает, что, выдав доверенность ФИО1, полагая, что ее воля осуществлена, более судьбой долей дома не интересовалась. Долю дома с момента выдачи доверенности содержал и пользовался как своей отец истца ФИО9, а после его смерти истец в связи с чем полагает, что приобрел право собственности на 1/2 долю указанного спорного имущества в силу приобретательной давности на основании ст. 234 ГК РФ.

В течение всего срока владения недвижимым имуществом претензий от кого-либо, в том числе от самой ФИО1, умершей ДД.ММ.ГГГГ, и других лиц не предъявлялось, права на спорное имущество никто не предъявлял, споров в отношении владения и пользования недвижимым имуществом не заявлялось.

Представитель администрации Куземкинское сельское поселение Кингисеппского муниципального района Ленинградской области направил в адрес суда пояснения, согласно которым подтвердил, что спорная доля жилого дома находится в удовлетворительном состоянии, на учет как бесхозяйное имущество не ставилась. ФИО9 

<

данные изъяты> и до дня своей смерти до ДД.ММ.ГГГГ осуществлял добросовестное открытое и непрерывное владение половиной жилого дома, расположенного по адресу: д. ФИО4 

<

адрес>. А после его смерти добросовестное и открытое владение продолжил его сын ФИО3, в связи с чем не возражают против удовлетворения исковых требований (том 1 л.д. 204-205). 

В судебном заседании представитель администрации Куземкинское сельское поселение Кингисеппского муниципального района Ленинградской области возражений против удовлетворения иска не имел, подтвердил, обстоятельства, изложенные истцом.

Ответчик ФИО13 в судебном заседании с иском согласилась, подтвердив давность и непрерывность владения долей дома как отцом ФИО9, так и братом ФИО11

Представитель ответчика Комитета по управлению имуществом МО «Кингисеппский муниципальный район» Ленинградской области в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела уведомлен надлежащим образом, просил рассмотреть дело без его участия, разрешение спора оставил на усмотрение суда (том 1 л.д. 229). 

Представитель третьего лица Управления Росреестра по Ленинградской области в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела уведомлен надлежащим образом, просил рассмотреть дело без его участия (том 1 л.д. 232). 

Выслушав участников процесса, определив в порядке ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть дело в отсутствие не явившихся в судебное заседание лиц, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, изучив материалы наследственных дел № после ФИО1, умершей ДД.ММ.ГГГГ, и № после ФИО9, умершего ДД.ММ.ГГГГ, оценив собранные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из основании, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В частности, гражданские права и обязанности возникают в результате приобретения имущества по основаниям, допускаемым законом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин, не являющийся собственником недвижимого имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющий таким имуществом как своим собственным в течение пятнадцати лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность).

Из разъяснений пунктов 15, 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29 апреля 2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» следует, что давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности; давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении. Принятие обычных мер по обеспечению сохранности имущества не свидетельствует о сокрытии этого имущества; давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности. В случае удовлетворения иска давностного владельца об истребовании имущества из чужого незаконного владения имевшая место ранее временная утрата им владения спорным имуществом перерывом давностного владения не считается. Передача давностным владельцем имущества во временное владение другого лица не прерывает давностного владения.

По смыслу статей 225, 234 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу, а также на бесхозяйное имущество.

Возможность обращения в суд с иском о признании права собственности в силу приобретательной давности вытекает из статей 11, 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым защита гражданских прав осуществляется судами путем признания права. Поэтому лицо, считающее, что стало собственником имущества в силу приобретательной давности, вправе обратиться в суд с иском о признании за ним права собственности.

По смыслу приведенных положений закона и разъяснений Постановления Пленума, давностное владение является добросовестным, если, приобретая вещь, лицо не знало и не должно было знать о неправомерности завладения ею, то есть в тех случаях, когда вещь приобретается внешне правомерными действиями, однако право собственности в силу тех или иных обстоятельств возникнуть не может. При этом лицо владеет вещью открыто, как своей собственной, то есть вместо собственника, без какого-либо правового основания (титула).

Для приобретения права собственности в силу приобретательной давности не является обязательным, чтобы собственник, в отличие от положений статьи 236 ГК РФ, совершил активные действия, свидетельствующие об отказе от собственности или объявил об этом. Достаточным является то, что титульный собственник в течение длительного времени устранился от владения вещью, не проявляет к ней интереса, не исполняет обязанностей по ее содержанию, вследствие чего вещь является фактически брошенной собственником.

Осведомленность давностного владельца о наличии титульного собственника сама по себе не означает недобросовестности давностного владения.

Наличие у имущества титульного собственника и осведомленность об этом давностного владельца, равно как и его осведомленность об отсутствии у него самого какого-либо основания владения (титула) в отношении указанного имущества, по смыслу приведенных выше положений закона и разъяснений, само по себе не является препятствием для приобретения права собственности по основанию, предусмотренному статьей 234 ГК РФ при соблюдении указанных в ней условий.

В противном случае в силу публичности единого государственного реестра недвижимости (абзац второй пункта 1 статьи 8.1 ГК РФ), применение положений закона о приобретательной давности фактически исключалось бы в отношении недвижимого имущества, что противоречило бы смыслу и содержанию этих правовых предписаний.

Также из приведенных выше норм гражданского законодательства Российской Федерации и разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29 апреля 2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» следует, что для приобретения права собственности в силу приобретательной давности не требуется в качестве обязательного условия наличие какого-либо формально определенного отказа титульного собственника от этого имущества, либо предварительного прекращения его права собственности. Достаточным является то, что титульный собственник в течение длительного времени устранился от владения вещью, не проявляет к ней интереса, не исполняет обязанностей по ее содержанию, вследствие чего вещь является фактически брошенной собственником.

В пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29 апреля 2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» указано, что в силу пункта 4 статьи 234 ГК РФ течение срока приобретательной давности в отношении вещей, находящихся у лица, из владения которого они могли быть истребованы в соответствии со статьями 301 и 305 ГК РФ, начинается не ранее истечения срока исковой давности по соответствующим требованиям.

В пункте 4 статьи 234 ГК РФ предусмотрено специальное основание для начала течения срока приобретательной давности, которое не ограничено условиями пункта 1 указанной статьи. Если основанием для отказа в удовлетворении иска собственника об истребовании имущества из чужого незаконного владения является пропуск срока исковой давности, с момента его истечения начинает течь срок приобретательной давности в отношении спорного имущества (пункт 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29 апреля 2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав»).

Таким образом, учитывая возможность предъявления виндикационного иска, срок давностного владения должен составлять 18 лет.

В ходе судебного заседания установлено и материалами дела подтверждено, что решением Кингисеппского городского суда Ленинградской области по делу № от ДД.ММ.ГГГГ по иску ФИО5 к ФИО6, ФИО10, ФИО8, ФИО1 о признании права собственности на жилой дом и наследственное имущество, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, признано право собственности на долю жилого дома, расположенного в д. ФИО4 

<

адрес>, оставшуюся после смерти ФИО7, наступившей ДД.ММ.ГГГГ, за ФИО5 на 1/40 долю дома, за ФИО1 – на 1/40 долю дома; за ФИО10 – 6/40 долей дома; ФИО6 – 6/40 долей дома, за ФИО8 – 6/40 долей дома.

В оставшейся части иска отказано (том 1 л.д. 92-93).

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО5 и ФИО1 был заключен договор купли-продажи доли дома, согласно которому ФИО5 продал принадлежащую ему 1/40 долю в праве собственности на жилой дом, а ФИО1 ее приобрела. Договор купли-продажи зарегистрирован ДД.ММ.ГГГГ в исполкоме ФИО12 сельского совета в похозяйственной книге № страница 148 по дер. ФИО4 

<

адрес> (том 1 л.д. 82-83).

В этот же день, ДД.ММ.ГГГГ между ФИО8 и ФИО1 был заключен договор купли-продажи доли дома, согласно которому ФИО8 продала принадлежащую ей 6/40 долей в праве собственности на жилой дом, а ФИО1 ее приобрела. Договор купли-продажи зарегистрирован ДД.ММ.ГГГГ в исполкоме ФИО12 сельского совета в похозяйственной книге № страница 148 по дер. ФИО4 

<

адрес> (том 1 л.д. 84-85).

Также ДД.ММ.ГГГГ между ФИО6 и ФИО1 был заключен договор купли-продажи доли дома, согласно которому ФИО6 продала принадлежащую ей 6/40 долей в праве собственности на жилой дом, а ФИО1 ее приобрела. Договор купли-продажи зарегистрирован ДД.ММ.ГГГГ в исполкоме ФИО12 сельского совета в похозяйственной книге № страница 148 по дер. ФИО4 

<

адрес> (том 1 л.д. 86-87).

Как следует из пояснений истца и его представителя, ФИО10, являющийся собственником в порядке наследования 6/40 долей дома, фактически отказался от владения долей, как по состоянию на 1988 год, так и на 2001 год проживал на территории Эстонии, где и умер.

Таким образом, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, при жизни принадлежала 1/2 доля жилого 

<

адрес> дер. ФИО4 

<

адрес> (том 1 л.д. 97), из которых 1/40 доля в праве собственности на жилой дом принадлежала на основании решения Кингисеппского городского суда 

<

адрес> по делу № от ДД.ММ.ГГГГ, вступившего в законную силу ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д. 92-93); 1/40 доля в праве собственности на жилой дом - на основании договора купли-продажи доли дома от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО5 и ФИО1 (том 1 л.д. 82-83); 6/40 долей в праве собственности на жилой дом – на основании договора купли-продажи доли дома от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО8 и ФИО1 (том 1 л.д. 84-85); 6/40 долей в праве собственности на жилой дом – на основании договора купли-продажи доли дома от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО6 и ФИО1 (том 1 л.д. 86-87), а также 6/40 долей от владения которых устранился ФИО10, что подтверждено справкой администрации сельского поселения, собственником второй доли являлась г-ка ФИО17 (том 1 л.д. 97).

Согласно справке Кингисеппского БТИ от ДД.ММ.ГГГГ, собственниками домовладения № в деревне ФИО4 

<

адрес> являлись ФИО8 - 1/2 доля на основании справки №, выданной администрацией ФИО12 волости ДД.ММ.ГГГГ, и ФИО18 – 1/2 доля на основании свидетельства о праве на наследство по завещанию от ДД.ММ.ГГГГ, свидетельство о государственной регистрации права от ДД.ММ.ГГГГ рег. № (том 1 л.д. 113, 115, 117).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, проживающая в 

<

адрес>-а, 

<

адрес>, выдала доверенность на имя ФИО2, проживающего в 

<

адрес>, п/отд. Б. ФИО4, подарить от ее имени на имя ее племянника ФИО9 1/2 долю жилого дома и земельного участка, принадлежащих ей по праву собственности, находящиеся по адресу: 

<

адрес>, п/отд. ФИО4, с правом заключения договора дарения вышеуказанной 1/2 доли жилого дома и земельного участка, для чего уполномочила быть представителем во всех учреждениях и организациях Кингисеппского района Ленинградской области, в том числе БТИ, ИМНС, Комитете по землеустройству и земельным ресурсам, в органах государственной регистрации Ленинградской области, по вопросу сбора всех необходимых документов для оформления договора дарения, подписать договор дарения у нотариуса Кингисеппского района Ленинградской области, или заключить в простой письменной форме, зарегистрировать указанный договор в Комитете по землеустройству и земельным ресурсам Кингисеппского района Ленинградской области и в органах государственной регистрации Ленинградской области, с правом получения зарегистрированного экземпляра договора дарения, с правом уплаты тарифов, налогов, сборов, подписания всех необходимых заявлений, получать справки, документы, расписываться и совершать все действия, связанные с выполнением этого поручения. 

Доверенность выдана без права передоверия, сроком на три года и удостоверена нотариусом 

<

адрес> ФИО19, зарегистрирована в реестре за № Ч-Д-2060 (том 1 л.д. 13). 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 умерла, о чем Зеленоградским отделом ЗАГС Управления ЗАГС Москвы ДД.ММ.ГГГГ составлена актовая запись о смерти № и выдано свидетельство о смерти VI-МЮ № (том 1 л.д. 156).

ДД.ММ.ГГГГ Московской нотариальной палатой, нотариусом ФИО16, открыто наследственное дело № к имуществу ФИО1, умершей ДД.ММ.ГГГГ, по заявлению ФИО20 о принятии наследства по завещанию, указывая, что является племянницей наследодателя, предоставив завещание ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенное нотариусом 

<

адрес> ФИО21 (том 1 л.д. 154, 157, 158).

Согласно указанному завещанию ФИО1 распорядилась принадлежащим ей движимым и недвижимым имуществом в пользу племянницы ФИО22, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (том 1 л.д. 159).

В августе 2014 года нотариусом 

<

адрес> ФИО21 вынесено постановление об отказе ФИО20 в выдаче свидетельства о праве на наследство по завещанию на имущество, оставшееся после смерти ФИО1, умершей ДД.ММ.ГГГГ, в связи с тем, что представленное завещание, составленное ФИО1 в пользу ФИО22, а заявитель согласно паспорту имеет фамилию ФИО14, в рамках нотариального производства не представляется возможным установить действительно заявитель является тем лицом, в пользу которого составлено завещание наследодателем (том 1 л.д. 180). 

ДД.ММ.ГГГГ в адрес нотариуса обратился начальник Управления оформления жилищных правоотношений Департамента 

<

адрес> с целью установления сведений о наследниках в рамках выявления жилых помещений, переходящих в порядке наследования по закону в собственность 

<

адрес> (том 1 л.д. 184).

ДД.ММ.ГГГГ нотариус сообщил об открытии наследственного дела к имуществу ФИО1, умершей ДД.ММ.ГГГГ по заявлению наследника по завещанию ФИО20, а также сообщил о том, что свидетельство о праве на наследство по завещанию не выдавалось (том 1 л.д. 185).

ДД.ММ.ГГГГ наследственное дело закрыто, поскольку призванные наследники не обратились к нотариусу с заявлением о выдаче свидетельства о праве на наследство в течение 3 лет со дня открытия производства по наследственному делу (том 1 л.д. 186).

Таким образом, в ходе судебного разбирательства установлено, что при жизни ФИО1 распорядилась своим имуществом: 1/2 долей в праве общей долевой собственности на дом 

<

данные изъяты> намеревалась подарить племяннику ФИО9, в связи с чем выдала доверенность на имя ФИО2 для оформления договора дарения, а иное имущество в виде квартиры и денежных средств на счету завещала племяннице ФИО20, составив завещание.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что титульный собственник спорной части домовладения 

<

данные изъяты> перестал осуществлять в отношении данного имущества свои права, предусмотренные частью 1 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с его дарением племяннику ФИО9, отцу истца. 

Договор дарения 1/2 доли вышеуказанного жилого дома надлежащим образом оформлен не был ввиду невыполнения возложенных на доверенное лицо ФИО2 обязанностей определенных доверенностью, выданной ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ. 

Однако, как следует из объяснений истца ФИО11, ФИО1 озвучив свое желание подарить принадлежащую ей долю дома, передала ее ФИО23, который с ДД.ММ.ГГГГ до дня смерти владел долей дома, ее содержал, а после смерти ФИО9 ДД.ММ.ГГГГ, долей дома владеет истец, проживая в ней, поддерживая надлежащее техническое состояние. 

ФИО9 умер ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д. 32 оборот). 

Согласно материалам наследственного дела № к имуществу ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершего ДД.ММ.ГГГГ, его наследниками по закону являются сын ФИО3 и дочь ФИО13, на имя которых ДД.ММ.ГГГГ нотариусом Кингисеппского нотариального округа 

<

адрес> ФИО24 выданы свидетельства о праве на наследства по закону (том 1 л.д. 51 оборот, 52).

В силу пункта 2 статьи 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации принятие наследником части наследства означает принятие всего причитающегося ему наследства, в чем бы оно ни заключалось и где бы оно ни находилось.

Таким образом, ответчик ФИО3, являясь наследником ФИО9, с момента его смерти ДД.ММ.ГГГГ, продолжил добросовестно, открыто и непрерывно владеть спорной долей домовладения, которой ранее с ДД.ММ.ГГГГ также добросовестно и открыто как своим собственным владел его отец ФИО9, принявший в дар долю дома от ФИО1, а также долю от владения которой при жизни устранился ФИО10, ввиду отсутствия к данному имуществу интереса со стороны иных наследников ФИО1 и ФИО10, в том числе и администрации ФИО12 сельского поселения при наличии признаков выморочного имущества. 

Несмотря на то, что стороны договора дарения доли жилого дома не зарегистрировали переход права собственности, вместе с тем фактически исполнили договор, о чем свидетельствует передача имущества истцу. Истец ФИО3, а ранее его отец ФИО9, добросовестно, открыто и непрерывно владел долей жилого дома, как своим собственным ввиду отсутствия к данному имуществу интереса со стороны иных лиц.

Заявляя настоящий иск, ФИО3 ссылается на положения статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно пункту 1 которой лицо - гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом, если иные срок и условия приобретения не предусмотрены настоящей статьей, в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность).

Право собственности на недвижимое и иное имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает у лица, приобретшего это имущество в силу приобретательной давности, с момента такой регистрации.

В соответствии со статьей 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как следует из объяснений истца и показаний допрошенных в судебном заседании свидетелей ФИО25, двоюродной тети истца, ФИО26, матери истца, на семейном совете наследников ФИО7 было принято решение, что все доли дома получает в собственность ФИО1, в связи с чем были заключены договоры купли-продажи, на момент заключения которых один из братьев ФИО10 проживал на территории Эстонии и не имел возможности приехать, фактически отказавшись от своей доли в праве общей долевой собственности на дом. В дальнейшем ФИО1 дарит 1/2 долю дома ФИО9, который с указанного времени пользовался домовладением и земельным участком единолично, проживал в доме, его содержал, ремонтировал после пожара, а после смерти ФИО9 пользоваться долей дома продолжает его сын истец ФИО11 Начиная с 2001 года с момента выдачи ФИО1 доверенности на оформление договора дарения доли дома до момента ее смерти и в дальнейшем никто из ее наследников и наследников ФИО10, в дом не въезжал, расходов на его содержание не нес, права на указанное имущество не предъявлял, судьбой доли дома не интересовался, в наследственную массу его не заявил, будучи осведомленными о решении принятом всеми наследниками ФИО7. 

Оснований не доверять допрошенным свидетелям, являющимися очевидцами описываемых ими событий, у суда не имеется.

При данных обстоятельствах суд считает, что истец ФИО3 отвечает признаку добросовестного приобретателя.

Оценивая вопрос добросовестности истца, суд учитывает толкование понятия добросовестности применительно к статье 234 Гражданского кодекса Российской Федерации данное в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 26 ноября 2020 года № 48-П «По делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО15».

Так, в вышеуказанном постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 26 ноября 2020 года № 48-П исследуются различия двух правовых институтов, предполагающих учет критерия добросовестности, - приобретение права собственности по давности владения (статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации) и защита добросовестного приобретателя от предъявленного к нему виндикационного иска (статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В связи с чем Конституционным Судом Российской Федерации, в частности, отмечено, что для приобретательной давности правообразующее значение имеет прежде всего не отдельное событие, состоявшееся однажды (как завладение вещью), а добросовестное длительное открытое владение, когда владелец вещи ведет себя как собственник, при отсутствии возражений со стороны других лиц. В этом случае утративший владение вещью собственник, в отличие от виндикационных споров, как правило, не занимает активную позицию в споре о праве на вещь. При таких условиях определение добросовестности приобретателя в сделке, влекущей мгновенное приобретение права собственности, и добросовестности давностного владельца, влекущей возникновение права собственности лишь по истечении значительного давностного срока, должно предполагаться различным.

Различие критериев добросовестности применительно к правовым ситуациям приобретения имущества добросовестным приобретателем (статья 302 ГК Российской Федерации) и давностного владения (статья 234 ГК Российской Федерации) обусловлено их разными целями, что требует от судов изучения фактических обстоятельств каждого конкретного дела, а это в свою очередь требует дифференцированного подхода при определении критериев добросовестности.

Так, практика Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации не исключает приобретения права собственности в силу приобретательной давности и в тех случаях, когда давностный владелец должен был быть осведомлен об отсутствии оснований возникновения у него права собственности (определения от 27 января 2015 года № 127-КГ14-9, от 20 марта 2018 года № 5-КГ18-3, от 17 сентября 2019 года № 78-КГ19-29, от 22 октября 2019 года № 4-КГ19-55, от 2 июня 2020 года № 4-КГ20-16 и др.).

В приведенных определениях применительно к конкретным обстоятельствам соответствующих дел указано, что добросовестность предполагает, что вступление во владение не было противоправным, совершено внешне правомерными действиями. Добросовестное заблуждение давностного владельца о наличии у него права собственности на данное имущество положениями статьи 234 ГК РФ не предусмотрено в качестве обязательного условия для возникновения права собственности в силу приобретательной давности. Напротив, столь длительное владение вещью, право на которую отсутствует, предполагает, что давностный владелец способен знать об отсутствии у него такого права, особенно в отношении недвижимого имущества, возникновение права на которое, по общему правилу, требует формального основания и регистрации в публичном реестре; требование о добросовестном заблуждении в течение всего срока владения без какого-либо разумного объяснения препятствует возвращению вещи в гражданский оборот и лишает лицо, открыто и добросовестно владеющее чужой вещью как своей, заботящееся об этом имуществе и несущее расходы на его содержание, не нарушая при этом ничьих прав, права легализовать такое владение, оформив право собственности на основании данной нормы.

Таким образом, как отмечает Конституционный Суд Российской Федерации, складывающаяся в последнее время практика применения положений о приобретательной давности свидетельствует, что для признания владельца добросовестным при определенных обстоятельствах не требуется, чтобы он имел основания полагать себя собственником имущества. Добросовестность может быть признана судами и при наличии оснований для понимания владельцем отсутствия у него оснований приобретения права собственности.

Конституционный Суд Российской Федерации также указывает на то, что в рамках института приобретательной давности защищаемый законом баланс интересов определяется, в частности, и с учетом возможной утраты собственником имущества (в том числе публичным) интереса в сохранении своего права. Так, судами отмечается, что для приобретения права собственности в силу приобретательной давности не является обязательным, чтобы собственник, в отличие от положений статьи 236 ГК РФ, совершил активные действия, свидетельствующие об отказе от собственности, или объявил об этом. Достаточным является то, что титульный собственник в течение длительного времени устранился от владения вещью, не проявляет к ней интереса, не исполняет обязанностей по ее содержанию, вследствие чего вещь является фактически брошенной собственником (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 22 октября 2019 года № 4-КГ19-55 и др.).

Таким образом, согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации понимание добросовестности давностного владения, подразумевающее, что лицо при получении владения должно полагать себя собственником имущества, лишает лицо, длительное время владеющее имуществом как своим, заботящееся об этом имуществе, несущее расходы на его содержание и не нарушающее при этом прав иных лиц, возможности легализовать такое владение, вступает в противоречие с целями, заложенными в статье 234 ГК Российской Федерации. Кроме того, с учетом необходимости возвращения имущества в гражданский оборот нельзя не принять во внимание практически неизбежный при давностном владении пропуск собственником имущества для истребования вещи у давностного владельца срока исковой давности, который, как отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, имеет целью упорядочить гражданский оборот, создать определенность и устойчивость правовых связей, дисциплинировать их участников, обеспечить своевременную защиту прав и интересов субъектов гражданских правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных гражданских прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков и третьих лиц; а применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает участников гражданского оборота от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав (Постановление от 15 февраля 2016 года № 3-П).

Помимо этого, Конституционным Судом Российской Федерации отмечено, что, в частности, в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 17 сентября 2019 года № 78-КГ19-29 указано, что не является давностным владение, которое осуществляется по договору с собственником или иным управомоченным на то лицом, не предполагающее переход титула собственника. В этом случае владение вещью осуществляется не как своей собственной, не вместо собственника, а наряду с собственником, не отказавшимся от своего права на вещь и не утратившим к ней интереса, передавшим ее непосредственно или опосредованно во владение, как правило - временное, данному лицу. Следовательно, согласно данному разъяснению у лица, получившего владение вещью по договору, критерий владения «как своим» отсутствует лишь в тех случаях, когда этим лицом осуществляется в соответствии с договором временное производное владение (договоры аренды, хранения, безвозмездного пользования и т.п.).

Таким образом, Конституционный Суд Российской Федерации признал пункт 1 статьи 234 ГК Российской Федерации не противоречащим Конституции Российской Федерации в той мере, в какой при решении вопроса о добросовестности владения лицом объектом, переданным ему прежним владельцем по сделке с намерением передать свои права владельца на недвижимое имущество, не повлекшей соответствующих правовых последствий, как об условии приобретения права собственности на объект по давности владения эта норма по своему конституционно-правовому смыслу не предполагает, что совершение такой сделки (в которой выражена воля правообладателя объекта на его отчуждение и которая была предпосылкой для возникновения владения, а в течение владения собственник объекта не проявлял намерения осуществлять власть над вещью) само по себе может быть основанием для признания давностного владения недобросовестным и препятствием для приобретения права собственности на вещь в силу приобретательной давности.

Таким образом, в ходе судебного разбирательства нашел подтверждение факт владения истцом 1/2 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом 

<

данные изъяты>, с даты передачи дома с ДД.ММ.ГГГГ, вплоть до настоящего времени, истец несет бремя содержания имущества, что характеризует владение в качестве открытого и добросовестного.

При этом в деле отсутствуют доказательства того, что истец завладел объектом недобросовестно либо недобросовестно осуществлял давностное владение, что исключает возможность вывода о случайном, скрытом и недобросовестном завладении 1/2 доли спорного объекта.

Представленные истцом документы, оцененные судом по правилам статьи 67 ГПК РФ, в достаточной мере свидетельствующие в своей совокупности о факте открытого непрерывного добросовестного владения истцом спорной 1/2 долей в праве общей долевой собственности на жилой дом 

<

данные изъяты> в течение более требуемого законом срока 18-летнего срока (с 2001 года по настоящее время), что является основанием для признания за истцом права собственности на спорную долю в праве общей долевой собственности на вышеуказанное имущество в силу приобретательной давности и удовлетворения исковых требований.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 12, 56, 67, 194-198 ГПК РФ, 

Р Е Ш И Л :

Иск ФИО3 к Комитету по управлению имуществом МО «Кингисеппский муниципальный район» Ленинградской области, администрации Куземкинского сельского поселения Кингисеппского муниципального района Ленинградской области, ФИО13 о признании права собственности на долю в праве общей долевой собственности на жилой дом в силу приобретательной давности, удовлетворить.

Признать за ФИО3, 

<

данные изъяты>

в силу приобретательной давности право собственности на 1/2 (одну вторую) долю в праве общей долевой собственности на жилой дом 

<

данные изъяты>

Решение может быть обжаловано в Ленинградский областной суд в течение месяца, путем подачи апелляционной жалобы через Кингисеппский городской суд Ленинградской области.

Судья Дунькина Е.Н.

Мотивированное решение составлено 12 января 2024 года.