УИД: 51RS0001-01-2023-005131-77

№ 2а-253/2024

Принято в окончательной форме 02.02.2024

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18 января 2024 года город Мурманск

Октябрьский районный суд города Мурманска 

в составе:

председательствующего – судьи Шуминовой Н.В., 

при секретаре – ФИО2, 

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по административному исковому заявлению ФИО1 о взыскании компенсации за нарушение условий содержания под стражей в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по 

<

адрес> в виду неоказания надлежащей медицинской помощи,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Октябрьский районный суд г. Мурманска с административным иском о взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания под стражей в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по 

<

адрес> (далее – Учреждение).

В обоснование указал, что в ДД.ММ.ГГГГ он содержался в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по МО. При этом у него диагностирован 

<

данные изъяты> однако при нахождении в Учреждении ему не проводилась необходимая диагностика с 

<

данные изъяты> для определение генотипа (субтипа) заболевания; не осуществлялись инструментальные исследования – 

<

данные изъяты> то есть, он был лишен как лечения, так и точной информации о состоянии своего здоровья. Полагает, что со стороны административных ответчиков было допущено незаконное бездействие, и просит взыскать 

<

данные изъяты> компенсации за ненадлежащие условия содержания под стражей.

В судебном заседании административный истец не участвовал, будучи надлежаще уведомлен о слушании, поскольку ранее выразил отказ от личного участия в судебных заседаниях, дав пояснения по делу в суде ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым он поддержал административные исковые требования в полном объеме, пояснив, что как таковых доказательств у него не имеется, все время пребывания в Учреждении ему выдавали наугад таблетки, которые он принимал, на основании чего они ему назначались и отчего, он не знает. В ДД.ММ.ГГГГ он был этапирован в ФКУ «ИК-17», в ДД.ММ.ГГГГ – ФКУ «ИК-18», в ДД.ММ.ГГГГ – сначала в ПФРСИ при ФКУ «ИК-16» затем в ФКУ «ИК-18», в ДД.ММ.ГГГГ - ФКУ «ИК-23», в ДД.ММ.ГГГГ он освобождался из ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по МО, а в ДД.ММ.ГГГГ – этапировался в ФКУ «ИК-23». Диагноз ему был впервые озвучен в больнице ДД.ММ.ГГГГ куда он поступил в ДД.ММ.ГГГГ из-за огнестрельного ранения и там ему и выявили 

<

данные изъяты> затем в ГОБУЗ «МОНД» подтвердили. Потом никто его не проверял, не отслеживал развитие болезни, что он и считает нарушением своих прав.

Административные ответчики ФСИН России, УФСИН России по МО, ФКУЗ «МСЧ-10» ФСИН России, ФКУЗ «МСЧ-51» ФСИН России, ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по МО, «МЧ-2» при ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по МО, начальник ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по МО ФИО3, извещены, не явились, представлены возражения со стороны ФСИН России и ФКУЗ «МСЧ-51» ФСИН России, согласно которым они не согласны с административными исковыми требованиями, поскольку за периоды, заявленные административным истцом, ничего пояснить не могут, до ДД.ММ.ГГГГ какие-либо документы отсутствуют. В настоящее время он отбывает наказание в ФКУ «ИК-23» УФСИН России по МО, ему оказывается надлежащая медпомощь, сам диагноз ему проставлен ранее, однако биохимические показатели крови в норме, что указывает на своевременный и полный характер оказываемой ему медпомощи, отрицательной динамики состояния здоровья не выявлено, в том числе и по данным проведенного ЦВК ФКУЗ «МСЧ-51» ФСИН России контроля качества оказания медпомощи. 

Суд, с учетом данных о надлежащем уведомлении сторон, заявленного административным истцом ходатайства о рассмотрении дела в его отсутствие, полагает обоснованным рассмотреть дело при настоящей явке.

Выслушав специалиста - врача-инфекциониста ГОАУЗ «МОЦВСМП» ФИО4, исследовав материалы дела, включая медицинскую амбулаторную карту административного истца за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, поступившую в суд в заверенной копии, а также обозрев 

<

данные изъяты> том личного дела ФИО1 №, суд приходит к следующему. 

Согласно ст. 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.

В силу ст. 227.1 КАС РФ лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

В части 5 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства РФ предусмотрено, что при рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия.

Согласно статье 1 Закона Российской Федерации от 21.07.1993 № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» деятельность уголовно-исполнительной системы осуществляется на основе принципов законности, гуманизма, уважения прав человека.

В уголовно-исполнительную систему по решению Правительства Российской Федерации могут входить следственные изоляторы (статья 5 Закона), которые обязаны, в том числе обеспечивать исполнение уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации; обеспечивать режим содержания подозреваемых и обвиняемых, в отношении которых в качестве меры пресечения применено заключение под стражу, а также соблюдение их прав и исполнение ими своих обязанностей в соответствии с Федеральным законом «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (пункты 1,7 статьи 13 Закона Российской Федерации от 21.07.1993 года № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы»).

Порядок и условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с названным Кодексом избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, регулирует и определяет Федеральный закон от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (далее - Федеральный закон № 103-ФЗ), а также Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденные приказом Минюста России от 14.10.2005 № 189 (далее – ПВР-189), действовавшие до июля 2022 года. До 2005 года действовали Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы Министерства внутренних дел Российской Федерации (далее – ПВР-486), утвержденные приказом МВД РФ от 20.12.1995 года № 486. 

Суд исходит из того, что по имеющимся в материалах дела данным, установить период содержания ФИО1 в ФКУ «СИЗО-1» в ДД.ММ.ГГГГ не представляется возможным, поскольку личное дело уничтожено, согласно ответу на запрос суда из Учреждения. По данным ИЦ УМВД России по МО ФИО1 был арестован ДД.ММ.ГГГГ, но точной даты поступления в Учреждение и убытия из него не имеется, учитывая, что осужден он был ДД.ММ.ГГГГ. В то же время из ответа ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России на запрос суда следует, что ФИО1 в ДД.ММ.ГГГГ задержан ДД.ММ.ГГГГ, убыл в ФКУ «ИК-18» УФСИН России ДД.ММ.ГГГГ; в ДД.ММ.ГГГГ задержан ДД.ММ.ГГГГ и убыл ДД.ММ.ГГГГ в ФКУ «ИК-16» УФСИН России по МО. В ДД.ММ.ГГГГ задержан ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ убыл в ФКУ «ИК-23» УФСИН России по МО, а ДД.ММ.ГГГГ вновь прибыл в Учреждение и освобожден оттуда ДД.ММ.ГГГГ. В ДД.ММ.ГГГГ задержан ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ убыл в ПФРСИ при ФКУ «ИК-16» УФСИН России по МО, откуда убыл уже в ФКУ «ИК-23» УФСИН России по МО.

При этом суду на запросы представлено только личное дело ФИО1 за период ДД.ММ.ГГГГ, а также копия его медкарты за указанный период, учитывая, что медицинские документы за иные периоды его содержания под стражей суду стороной административных ответчиков представлены не были, принимая во внимание, что до ДД.ММ.ГГГГ медпомощь в учреждениях УФСИН России по 

<

адрес> оказывалась ФКУЗ «МСЧ-10» ФСИН России, а с ДД.ММ.ГГГГ – ФКУЗ «МСЧ-51» ФСИН России. 

Содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей (далее - подозреваемые и обвиняемые) (статья 4 Федерального закона № 103-ФЗ).

Согласно ч. 1, 3 ст. 26 Федерального закона от 21.11.2011 года № 323- ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» лица, задержанные, заключенные под стражу, отбывающие наказание в виде ограничения свободы, ареста, лишения свободы либо административного ареста, имеют право на оказание медицинской помощи, в том числе в необходимых случаях в медицинских организациях государственной системы здравоохранения и муниципальной системы здравоохранения, в соответствии с законодательством Российской Федерации. 

Данное положение продублировано и в п. 2 Порядка организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы (далее – Порядок), утвержденного Приказом Минюста России от 28.1.2017 года № 285. До начала действия данного приказа с 2005 года действовал Порядок организации медпомощи лицам, отбывающим наказание в местах лишения свободы и заключенным под стражу, утвержденный совместным приказом Минздравсоцазвития и Минюста России от 17.10.2005 № 640/190, в котором также оговаривалось право лиц, заключенных под стражу, на медицинскую помощь.

Согласно п. 126-128 ПВР-189 для организации медицинской помощи подозреваемым и обвиняемым в СИЗО организуется медицинская часть.

Подозреваемые и обвиняемые обращаются за медицинской помощью к медицинскому работнику СИЗО во время ежедневного обхода им камер, а в случае острого заболевания - к любому сотруднику СИЗО. Сотрудник, к которому обратился подозреваемый или обвиняемый, обязан принять меры для оказания ему медицинской помощи.

Амбулаторная помощь оказывается подозреваемым и обвиняемым в камерах, иных помещениях, а также в специализированных кабинетах медицинских частей СИЗО. Выдача лекарственных препаратов, в том числе полученных в передачах на имя подозреваемых и обвиняемых, осуществляется по назначению лечащего врача в установленных дозах и количествах индивидуально в соответствии с медицинскими показаниями и записями в медицинской карте больного.

В силу п. 130 ПВР-189 для оказания подозреваемым или обвиняемым срочной или специализированной медицинской помощи, которая не может быть оказана в СИЗО, эти лица помещаются для стационарного лечения в лечебно-профилактические учреждения уголовно-исполнительной системы (далее - ЛПУ УИС). При невозможности оказания необходимого вида медицинской помощи в ЛПУ УИС либо когда подозреваемый или обвиняемый нуждается в неотложной помощи, он направляется в лечебно-профилактическое учреждение государственной или муниципальной систем здравоохранения.

Также и ПВР-486 в разделе 14 указывалось на то, что подозреваемые и обвиняемые при поступлении в следственный изолятор проходят в трехдневный срок обязательный медицинский осмотр врачами: хирургом, терапевтом, фтизиатром, психиатром, дерматовенерологом, а также флюорографическое и лабораторное обследование. Лица, не прошедшие медицинский осмотр, содержатся отдельно от других подозреваемых и обвиняемых. Результаты медицинского осмотра фиксируются в медицинской амбулаторной карте подозреваемого или обвиняемого.

Подозреваемые и обвиняемые обращаются за медицинской помощью к медицинскому работнику следственного изолятора во время ежедневного обхода им камер, а в случае острого заболевания к любому сотруднику следственного изолятора. Сотрудник, к которому обратился подозреваемый или обвиняемый, обязан принять меры для оказания ему медицинской помощи.

Амбулаторная помощь оказывается подозреваемым и обвиняемым в камерах, иных помещениях, а также в специализированных кабинетах медицинских частей следственных изоляторов. Выдача медикаментов осуществляется по назначению врача в установленных дозах индивидуально под расписку. Выдавать медикаменты впрок разрешается в исключительных случаях.

При медицинских частях следственных изоляторов организуются стационарные отделения. Для оказания подозреваемым или обвиняемым срочной или специализированной медицинской помощи, которая не может быть оказана в следственном изоляторе, эти лица помещаются для стационарного лечения в больницу уголовно - исполнительной системы МВД России, а в необходимых случаях в медицинские учреждения Министерства здравоохранения и медицинской промышленности Российской Федерации (далее - Минздравмедпрома России) в установленном порядке.

Согласно части 6 статьи 4 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» основными принципами охраны здоровья являются доступность и качество медицинской помощи.

Под качеством медицинской помощи понимается совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата (пункт 21 статьи 2 Федерального закона № 323-Ф3).

Согласно части 1 статьи 26 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» лица, задержанные, заключенные под стражу, отбывающие наказание в виде ограничения свободы, ареста, лишения свободы либо административного ареста, имеют право на оказание медицинской помощи, в том числе в необходимых случаях в медицинских организациях государственной системы здравоохранения и муниципальной системы здравоохранения, в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В силу статьи 24 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», оказание медицинской помощи и обеспечение санитарно-эпидемиологического благополучия в местах содержания под стражей организуются в соответствии с законодательством в сфере охраны здоровья. Администрация указанных мест обязана выполнять санитарно-гигиенические требования, обеспечивающие охрану здоровья подозреваемых и обвиняемых.

Порядок оказания медицинской помощи подозреваемым и обвиняемым, а также порядок их содержания в медицинских организациях и привлечения к их обслуживанию медицинских работников этих организаций определяются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере здравоохранения, федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, федеральным органом исполнительной власти в области обеспечения безопасности и федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел.

При ухудшении состояния здоровья подозреваемого или обвиняемого сотрудники мест содержания под стражей безотлагательно принимают меры для организации оказания подозреваемому или обвиняемому медицинской помощи.

Правила организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу в следственных изоляторах, а также осужденным, отбывающим наказание в виде лишения свободы в исправительных учреждениях уголовно-исполнительной системы, установлены Порядком организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы, утвержденным Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 28.12.2017 № 285 (далее - Порядок № 285).

В силу пункта 2 Порядка № 285 оказание медицинской помощи лицам, заключенным под стражу, или осужденным осуществляется структурными подразделениями (филиалами) медицинских организаций, подведомственных ФСИН России, и СИЗО УИС, подчиненных непосредственно ФСИН России. Порядок № 640/190 медицинская помощь подозреваемым, обвиняемым и осужденным предоставляется лечебно-профилактическими учреждениями (далее - ЛПУ) и медицинскими подразделениями учреждений Федеральной службы исполнения наказаний, создаваемыми для этих целей, либо ЛПУ государственной 

<

*> и муниципальной систем здравоохранения. При этом ориентировался он на Основы законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан от 22 июля 1993 г. № 5487-1 ст. 12 которых указывалось, что в государственную систему здравоохранения входят медицинские организации, в том числе лечебно-профилактические учреждения; фармацевтические предприятия и организации; аптечные учреждения, создаваемые федеральными органами исполнительной власти в области здравоохранения, другими федеральными органами исполнительной власти и органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 3 Постановления от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания, при рассмотрении административных дел, связанных с непредоставлением или ненадлежащим оказанием лишенному свободы лицу медицинской помощи, судам с учетом конституционного права на охрану здоровья и медицинскую помощь следует принимать во внимание законодательство об охране здоровья граждан, а также исходить из того, что качество необходимого медицинского обслуживания, предоставляемого в местах принудительного содержания, должно быть надлежащего уровня с учетом режима мест принудительного содержания и соответствовать порядкам оказания медицинской помощи, обязательным для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, и стандартам медицинской помощи.

Исходя из пункта 4 данного Постановления нарушение условий содержания является основанием для обращения лишенных свободы лиц за судебной защитой, если они полагают, что действиями (бездействием), решениями или иными актами органов государственной власти, их территориальных органов или учреждений, должностных лиц и государственных служащих нарушаются или могут быть нарушены их права, свободы и законные интересы (статья 46 Конституции Российской Федерации).

Суд, оценивая соответствие медицинского обслуживания лишенных свободы лиц установленным требованиям, с учетом принципов охраны здоровья граждан может принимать во внимание, в частности, доступность такого обслуживания (обеспеченность лекарственными препаратами с надлежащими сроками годности), своевременность, правильность диагностики, тождественность оказания медицинской помощи состоянию здоровья, лечебную и профилактическую направленность, последовательность, регулярность и непрерывность лечения, конфиденциальность, информированность пациента, документированность, профессиональную компетентность медицинских работников, обеспечение лишенного свободы лица техническими средствами реабилитации и услугами, предусмотренными индивидуальной программой реабилитации.

При этом необходимо учитывать, что само по себе состояние здоровья лишенного свободы лица не может свидетельствовать о качестве оказываемой ему медицинской помощи. Доказательствами надлежащей реализации права на медицинскую помощь, включая право на медицинское освидетельствование, в том числе в случаях, когда в отношении лишенного свободы лица в установленном порядке применялись меры физического воздействия, могут являться, например, акты медицинского освидетельствования и иная медицинская документация. Отсутствие сведений о проведении необходимых медицинских осмотров и (или) медицинских исследований может свидетельствовать о нарушении условий содержания лишенных свободы лиц (пункт 17 Постановления Пленума № 47).

ФИО1 ссылается на ненадлежащее оказание ему медицинской помощи в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по МО во все периоды его пребывания в данном Учреждении, поскольку установленный ему диагноз 

<

данные изъяты> не проверялся, не определялся его генотип, не проводились положенные инструментальные исследования и лечение. В свою очередь в письменных возражениях ФСИН России и УФСИН России по МО заявляется, что факт наличия данного диагноза у ФИО1 ничем не подтвержден, биохимические показатели крови соответствуют норме, медпомощь оказывалась, никаких показаний для того, чтобы оказывать административному истцу дополнительную медпомощь, не имелось. При этом в своих возражениях указанные административные ответчики оперируют данными за ДД.ММ.ГГГГ, более ранние периоды ими не рассматривались. Аналогично и заключение ЦВК ФКУЗ «МСЧ-51» ФСИН России по контролю качества оказания медпомощи ФИО1 опирается только на сведения из амбулаторной карты административного истца за вышеназванный период. Данных о том, запрашивались ли сведения на ФИО1 в ГОАУЗ «МОЦВСМП» или иных учреждениях здравоохранения г. Мурманска по вопросу наличия у него рассматриваемого диагноза суду стороной административных ответчиков также не представлено.

В то же время, на запросы суда получены сведения, согласно которым ГОБУЗ «МОКМЦ», к которому относится в настоящее время больница 

<

данные изъяты> не может подтвердить факт поступления ФИО1 в данное учреждение в период ДД.ММ.ГГГГ, учитывая, что истории болезни уже уничтожены из-за истечения срока хранения, составляющего 25 лет, а в ДД.ММ.ГГГГ он за медпомощью в подразделения данного учреждения не обращался. В то же время из ответа ГОБУЗ «МОНД» следует, что ФИО1 находился в указанном учреждении на стационарном лечении с диагнозом 

<

данные изъяты> в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и сообщил о том, что страдает с ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты> при этом данный сопутствующий диагноз вынесен со слов самого ФИО1, лабораторное обследование крови на маркеры данного гепатита не проводились, что также подтверждается и копией страниц медкарты № ФИО1

Учитывая вышесказанное, суд приходит к выводу, что стороной административных ответчиков не подтвержден факт того, что за период, начиная ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 проводились исследования крови на наличие маркеров 

<

данные изъяты> при поступлении в Учреждение, учитывая, что и в медкарте за ДД.ММ.ГГГГ имеется отметка 

<

данные изъяты>, датированная ДД.ММ.ГГГГ, что анализ на 

<

данные изъяты> положительный имеется от ДД.ММ.ГГГГ, то есть, сделан данный анализ был именно в Учреждении, принимая во внимание, что в ДД.ММ.ГГГГ административный истец содержался в нем с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. 

При этом из пояснений специалиста ФИО4 следует, что диагноз ФИО1 на дату обращения в суд не установлен, поскольку отсутствует анализ на 

<

данные изъяты>, учитывая, что выявление антител не свидетельствует о том, что ФИО1 болен, так как при 

<

данные изъяты> может наступить реконвалесценция как путем лечения, так и самостоятельно, что подтверждено клинически. Официально иммуноферментные анализы 

<

данные изъяты> как способ диагностики 

<

данные изъяты> утверждены приказом Минздравсоцразвития РФ № от ДД.ММ.ГГГГ, при этом применяться могли различные тест-системы. В ДД.ММ.ГГГГ единственным способом диагностирования являлся 

<

данные изъяты>, а также анализ крови на биохимию, общий анализ крови (далее – ОАК) и УЗИ органов брюшной полости, которые давали общую картину состояния, тактика лечения определялась именно лечащим врачом, стандарты оказания помощи отсутствовали. 

С 2004 года приказом Минздравсоцразвития РФ № 260 от 23.11.2004 уже установлен Стандарт медицинской помощи больным 

<

данные изъяты> которым было не только определено, что выявление больных осуществляется путем проведения анализов методом 

<

данные изъяты>, но и установлены стандарты оказания медпомощи, в том числе диагностика включала в себя не только биохимический анализ крови и ОАК с лейкоцитарной формулой, но и УЗИ 

<

данные изъяты> по показаниям. 

И в данном случае суд исходит из того, что стороной административных ответчиков не представлено доказательств того, что ФИО1 в период ДД.ММ.ГГГГ при помещении в Учреждение проводились указанные инструментальные исследования, учитывая, что сам 

<

данные изъяты> сделан только ДД.ММ.ГГГГ, то есть, по действовавшим ДД.ММ.ГГГГ года Стандартам факт наличия антител, указывающий на то, что административный истец болен 

<

данные изъяты> не проверялся, доказательств обратного суду не представлено и в судебном заседании не добыто. В рамках диспансерного наблюдения данные лабораторные и инструментальные исследования должны были проводиться с частотой раз в год. При этом само лечение включало в себя назначение 

<

данные изъяты>, а также антивирусные препараты 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> учет по 

<

данные изъяты> велся по месту жительства или же месту отбывания наказания. 

Однако с 2012 года в действие вступил приказ Минздрава РФ № 685н от 07.11.2012, утвердивший стандарт специализированной медицинской помощи при хроническом вирусном гепатите «C», который действовал вплоть до 07.09.2023, когда в действие вступил приказ Минздрава РФ № 381н от 25.07.2023.

И в данном случае из показаний специалиста и названного приказа следует, что ДД.ММ.ГГГГ диагностика рассматриваемого 

<

данные изъяты> осуществляется с обязательным анализом крови с 

<

данные изъяты> на антитела, а также 

<

данные изъяты>, причем обязательность последнего предусматривалась и при первичной диагностике и при проверке состояния при ранее установленном диагнозе. Соответственно, отсутствие 

<

данные изъяты>, согласно данному Стандарту, указывало на отсутствие клинически подтвержденного диагноза 

<

данные изъяты> поскольку 

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ для этого недостаточно. Также суд учитывает, что согласно пояснениям специалиста, 

<

данные изъяты> и дает показание о том, реально ли человек болен или же он является реконвалесцентом, поскольку при отрицательном 

<

данные изъяты>, но положительном 

<

данные изъяты> проверочный 

<

данные изъяты> делается через полгода для подтверждения факта того, что человек реально является переболевшим, но здоровым. В случае же с ФИО1, как пояснила специалист по итогам ознакомления с его медкартой, лечение ему не назначалось, учитывая, что он по настоящее время так и не был обследован до конца.

Также согласно Стандартам, действовавшим ДД.ММ.ГГГГ до введения ныне действующих, обязательными инструментальными исследованиями являлись флюорография, УЗИ 

<

данные изъяты>, ЭКГ и ФГДС как обязательные при диагностике ДД.ММ.ГГГГ, а также в последующем они должны были проводиться один раз в год, 

<

данные изъяты> назначалась по показаниям. 

<

данные изъяты> также назначалась по показаниям, для определения 

<

данные изъяты> при наличии данных по УЗИ. Учитывая, что биохимический анализ крови у ФИО1 был сделан ДД.ММ.ГГГГ, согласно справке старшего врача ООЛПР ФКУЗ «МСЧ-51» ФСИН России от ДД.ММ.ГГГГ ФИО5, а до этого амбулаторная карта не содержит в себе никаких данных о том, что ФИО1 проводился биохимический анализ крови при поступлении и нахождении в Учреждении, принимая во внимание, что последний период пребывания в нем был самым продолжительным - со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, суд также усматривает недостаточность диагностических манипуляций в отношении административного истца при том, что согласно записи от ДД.ММ.ГГГГ в рекомендациях по первичному осмотру указана необходимость проведения биохимии. Из инструментальных обследований проведена только флюорография, иных обследований в Учреждении ФИО1 не проводилось, при том, что это следует из его медкарты ДД.ММ.ГГГГ, а за более ранние периоды медкарты суду не представлены. 

Совокупный анализ всего вышеупомянутого свидетельствует о том, что оценивать медицинскую помощь, оказывавшуюся ФИО1 в Учреждении, как соответствующую требованиям действующего законодательства, оснований не имеется.

Действительно, данных за то, что ФИО1 нуждался в неотложной медпомощи и срочной консультации врачей-специалистов после поступления в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по МО не получено, но и сам административный истец не заявляет об этом. Оказание иной медицинской помощи, подтверждающееся представленными доказательствами, не снимает с ответчиков ответственности за игнорирование прямо предусмотренных Стандартами указаний на осуществление полной и своевременной диагностики по профилю заболевания 

<

данные изъяты> у ФИО1, учитывая, что только при наличии подтвержденных диагностических данных возможно назначение адекватного лечения или же может быть сделан вывод о том, что пациент в нем не нуждается. 

С учетом вышеизложенного суд приходит к выводу, что содержание ФИО1 в Учреждении нельзя рассматривать как соответствующее действующему законодательству в части оказания медицинской помощи, что является достаточным для того, чтобы причинить страдания и переживания в степени, превышающей неизбежный уровень страданий, присущий ограничению свободы, что, в соответствии с упомянутыми выше правовыми нормами, является основанием для признания требований о взыскании компенсации за нарушение условий содержания правомерными.

При определении размера денежной компенсации, суд учитывает длительность пребывания ФИО1 в Учреждении, а также исходит из того, что признанное незаконным бездействие административных ответчиков не привело к наступлению для административного истца стойких негативных последствий, каких-либо доказательств обосновывающих исключительный характер и степень причиненных нравственных страданий не представлено, учитывая, что согласно биохимическим показаниям за ДД.ММ.ГГГГ, наиболее близкому к последнему из рассматриваемых периодов, функциональное состояние 

<

данные изъяты> административного истца было удовлетворительным, отклонений, свидетельствующих о воспалительном процессе в печеночной ткани, не зарегистрировано, что отмечено как в справке, так и специалистом, заслушанным судом в ходе судебного заседания.

На основании изложенного суд полагает обоснованным взыскать в пользу ФИО1 компенсацию в размере 

<

данные изъяты>, при этом оснований для присуждения административному истцу большей суммы судом не усматривается.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 175-180, 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Административное исковое заявление ФИО1 о взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания под стражей в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по 

<

адрес> в виду неоказания надлежащей медицинской помощи – удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию за ненадлежащие условия его содержания под стражей в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по 

<

адрес> в размере 

<

данные изъяты>.

Решение суда о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей подлежит немедленному исполнению. 

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Октябрьский районный суд города Мурманска в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий: Н.В. Шуминова