УИД 47RS0009-01-2018-002501-94

Дело № 2-264/2019 3 сентября 2019 года

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г.Кировск Ленинградская область 

Кировский городской суд Ленинградской области 

в составе председательствующего судьи Пупыкиной Е.Б., 

при секретаре судебного заседания Солдатенковой О.А.,

с участием представителя истца ФИО1,

представителей ответчика ФИО2, ФИО3, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ООО «Охранное предприятие «Кировское охранное предпринятые К.О.П.» о взыскании убытков, причиненных в результате ненадлежащего исполнения обязательств по договору, компенсации морального вреда, штрафа,

установил:

ФИО4 обратился в суд с иском к ООО «Охранное предприятие «Кировское охранное предпринятые К.О.П.» о взыскании убытков, причиненных в результате ненадлежащего исполнения обязательств по договору, компенсации морального вреда, штрафа, ссылаясь на то, что 20.03.2017 между ним и ответчиком заключен договор на оказание услуг по реагированию ГБР. По условиям договора ответчик должен оказывать ему услуги по предупреждению, предотвращению и пресечению попыток посторонних лиц завладеть, повредить либо уничтожить путем кражи, грабежа или разбойного нападения имущество или материальные ценности, принадлежащие заказчику, путем организации охраны и осуществлению услуг по обеспечению охраны объектов по адресу: 

<

адрес>, и склад площадью 360 кв.м. 15 мая 2017 г. в период с 21 часа 23 мин. до 12 час. 48 мин. 17 мая 2018 г. неустановленное лицо незаконно проникло в ангар путем взлома стены и похитило имущество, принадлежащее ФИО4, причинив значительный ущерб. В результате ненадлежащих действий ответчика были похищены: 

- мотовездеход Can-Am Commander XT 1000 INT VIN №, 2017 года выпуска, стоимостью 1499 000 руб., 

- мотовездеход Outlander MAX 570 XT INT VIN №, 2017 года выпуска, стоимостью 799 000 руб., 

- прицеп-платформа DOMAHTAS B2P-3000, 2012 года выпуска, стоимостью 120 000 руб. Всего на сумму 2 418 000 руб. Согласно отчету об оценке стоимость похищенного имущества составляет 1 950 620 руб. 

Ссылаясь на Закон «О защите прав потребителей», просит взыскать с ответчика в счет возмещения убытков 1 950 620 руб., стоимость оценки 9 000 руб., денежную компенсацию морального вреда с учетом уточненных требований 15 000 руб., штраф, расходы по уплате госпошлины 4 753 руб. 10 коп.

В ходе судебного разбирательства истец уточнил требования, просил взыскать с ответчика в счет возмещения убытков, причиненных в результате ненадлежащего исполнения обязательств по договору, 2 626 000 руб., стоимость оценки 9 000 руб., денежную компенсацию морального вреда 15 000 руб., штраф 50 %, судебные расходы по уплате госпошлины 4 753 руб. 10 коп. 

Истец в судебное заседание не явился, о месте и времени судебного разбирательства извещен, его представитель ФИО1 иск поддержал.

Представители ответчика ФИО2 и ФИО3 иск не признали, представили письменные возражения, в которых ссылались на то, что согласно заключенному между сторонами по делу договору от 20.03.2017, ответчик принял на себя обязательства осуществлять в целях охраны офиса № 2 и склада 360 кв.м по адресу: 

<

адрес>, а именно: экстренный выезд на объект заказчика наряда специализированной охраны при поступлении на ПНЦ тревожного извещения, сформированного средствами охранной сигнализации, для пресечения попыток незаконного проникновения и задержания посторонних лиц, проникших на охраняемый объект, экстренный выезд на объект заказчика наряда специализированной охраны при срабатывании тревожной сигнализации для пресечения правонарушений и преступлений, направленных против имущества заказчика. Сигнал тревожного извещения не поступал, тревожная сигнализация не сработала. Помещение было предоставлено истцу в аренду для размещения станции технического обслуживания квадроциклов, не предполагало хранения личного имущества истца. Спорное имущество под охрану или ответственное хранение ответчику не передавалось, дополнительных договоров не заключалось. Инвентаризация после причинения ущерба не проводилась, акт инвентаризации по форме, утвержденной Приказом Минфина РФ от 13.6.21995 № 49, не составлен. Согласно п. 7.3. договора исполнитель освобождается от ответственности, если докажет отсутствие своей вины, а также в случаях, если централизованное наблюдение за объектом не могло быть осуществлено по независящим от исполнителя причинам, кража произошла путем проникновения на объект через места, не заблокированные средствами сигнализации. В ходе расследования уголовного дела установлено, что взлом был осуществлен через стену ангара, которая является местом, не заблокированным средствами сигнализации. Также согласно п. 9.3. договора он утрачивает силу, если не заключен договор на техническое обслуживание средств ОПТС с организацией, имеющей лицензию на данный вид деятельности. Истцу неоднократно устно и письменно выдвигались требования исполнить условия договора. Кроме того, истец не доказал факт нахождения имущества на объекте в момент обнаружения следов проникновения, право собственности на имущество, в связи с чем иск не подлежит удовлетворению. Истцом не доказаны противоправность действий ответчика, наличие причинно-следственной связи между действиями ответчика и последствиями, размер ущерба. При этом Закон «О защите прав потребителей» в данном случае применен быть не может, поскольку он не является потребителем, что подтверждается коммерческой вывеской на арендуемом помещении, выпиской из ЕГРЮЛ, протоколом принятия устного заявления, из которого следует, что истец работал генеральным директором ООО «Звезда», помещение использовал в интересах ООО «Звезда», основным видом деятельности которого являются техническое обслуживание и ремонт автотранспортных средств. Те же обстоятельства подтверждаются договором аренды помещения, согласно которому помещение передано для станции технического обслуживания квадроциклов. Полагали дело неподсудным суду на основании ст. 32 ГПК РФ, поскольку согласно договору все споры должны быть разрешения Арбитражным судом Санкт-Петербурга и Ленинградской области. 

Суд, выслушав представителя истца, представителей ответчика, допросив свидетеля, исследовав материалы дела, приходит к следующему. 

20 марта 2017 г. между ООО «Охранное предприятие «Кировское охранное предпринятые К.О.П.» (исполнитель) и ФИО4 (заказчик) был заключен договор на оказание услуг по реагированию ГБР (том 1 л.д. 6-12). 

Предметом указанного договора являлось предупреждение, предотвращение и пресечение попыток посторонних лиц завладеть, повредить или уничтожить путем кражи, грабежа или разбойного нападения имущество или материальные ценности, принадлежащие заказчику, путем организации и осуществления услуг по обеспечению охраны (п. 1.1. договора). 

Заказчик поручил, а исполнитель принял на себя обязательство осуществлять в целях охраны по адресу: 

<

адрес>, и склад 360 кв.м:

- экстренный выезд на объект (объекты) заказчика наряда специализированной охраны при поступлении на ПНЦ тревожного извещения, сформированного средствами охранной сигнализации, для пресечения попыток незаконного проникновения и задержания посторонних лиц, проникших на охраняемый объект, время подъезда от 5 до 7 минут;

- экстренный выезд на объект (объекты) заказчика наряда специализированной охраны при срабатывании тревожной сигнализации для пресечения правонарушений и преступлений, направленных против имущества заказчика. 

При этом в силу п. 1.3. договора заказчик обязан передать в письменной форме и утвердить сторонами данного договора перечень наименований, количество, месторасположение, планировку охраняемых помещений и /или объектов, дни и часы их нахождения под охраной, план (схему) расположения охраняемого объекта. 

Исполнитель по заявке заказчика проводит обследование вновь принимаемых объектов, с составлением акта комиссии за подписями уполномоченных представителей сторон по настоящему договору (п. 1.4. договора). 

В обоснование заявленных требований истец ссылается на Закон от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей».

Вместе с тем, согласно преамбуле Закона РФ от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей», он регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, продавцами при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг). Потребителем является гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

Аналогичное разъяснение содержится в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей».

Таким образом, обязательным условием признания гражданина потребителем является приобретение таким гражданином товаров (работ, услуг) исключительно для личных (бытовых) нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

10 марта 2017 г. между истцом ФИО4 (арендатор) и ООО «Четыре сезона» (арендодатель) заключен договор аренды нежилого помещения № 5, согласно которому арендатору было передано нежилое помещение общей площадью 360 кв.м, по адресу: 

<

адрес>, для размещения станции технического обслуживания квадроциклов (том 1 л.д. 219-226). 

Согласно п. 4.2.9, 4.2.10 договора аренды арендодатель обязан предоставить арендатору возможность размещения без взимания дополнительной платы вывески и указателей внутри и снаружи объекта с логотипом арендатора – вывеска на входной двери помещения (1 шт.), вывеска (баннер, световой бокс, бегущая строка) на фасаде объекта. 

Материалами дела подтверждается и не оспаривалось представителем истца, что на фасаде нежилого здания была установлена вывеска – «EXTREME SERVICE – квадроциклы, багги, гидроциклы – техническое обслуживание и ремонт» и указан номер телефона, принадлежащий истцу +№ (том 1 л.д. 135). 

Из выписки из ЕГРЮЛ от 28.08.2019 следует, что до прекращения деятельности 22.05.2017 на основании п. 2 ст. 21.1. ФЗ от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» ФИО4 являлся генеральным директором и учредителем ООО «Звезда», основным видом деятельности которого являлось техническое обслуживание и ремонт автотранспортных средств. 

Таким образом, судом установлено, что взятое в аренду истцом помещение является нежилым, находится в здании торгового центра, имеет площадь 360 кв.м и согласно договору аренды использовалось истцом для размещения станции технического обслуживания. 

Характер и назначение арендованного истцом нежилого помещения и офиса предполагает использование такого помещения не для личных и бытовых, а для иных нужд, в том числе связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

Таким образом, достаточных оснований полагать, что заключение договора реагирования ГБР в отношении нежилого помещения заключено истцом исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, не имеется, соответственно к данным правоотношениям сторон положения Закона РФ «О защите прав потребителей» не распространяется, а регулируются исключительно Гражданским законодательством РФ.

В соответствии со ст. 1 Закона РФ от 11 марта 1992 г. № 2487-1 «О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации» охранная деятельность определяется как оказание на возмездной договорной основе услуг физическим и юридическим лицам, имеющими специальное разрешение (лицензию) органов внутренних дел организациями и индивидуальными предпринимателями в целях защиты законных прав и интересов своих клиентов.

В силу ст. 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Правила настоящей главы применяются к договорам оказания услуг связи, медицинских, ветеринарных, аудиторских, консультационных, информационных услуг, услуг по обучению, туристическому обслуживанию и иных, за исключением услуг, оказываемых по договорам, предусмотренным главами 37, 38, 40, 41, 44, 45, 46, 47, 49, 51, 53 настоящего Кодекса.

Согласно ст. 783 ГК РФ общие положения о подряде (статьи 702 - 729) и положения о бытовом подряде (статьи 730 - 739) применяются к договору возмездного оказания услуг, если это не противоречит статьям 779 - 782 настоящего Кодекса, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг.

В соответствии со ст. 307 - 310 ГК РФ в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие. Обязательства должны исполняться надлежащим образом. Односторонний отказ от исполнения обязательствам не допускается.

В силу ст. 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 настоящего Кодекса. Возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом.

Лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (ст. 15 ГК РФ).

Пунктом 1 ст. 1064 ГК РФ предусмотрено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Как разъяснено в п. 11 и 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» применяя статью 15 ГК РФ, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством.

По делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

На основании ст. 401 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное. 

В обоснование своего требования истец ссылается на тот факт, что ответчик ненадлежащим образом исполнял свои обязанности по договору на оказание услуг по реагированию ГБР, выразившегося в отсутствии надлежащего контроля за объектом, взятым под охрану, нарушение условий договора, что повлекло причинение материального ущерба истцу. 

Из материалов уголовного дела следует, что в период с 21 часа 23 мин. 15.05.2017 по 12 час. 48 мин. 17.05.2017 неизвестное лицо путем взлома стены ангара, расположенного по адресу: 

<

адрес>, незаконно проникло, откуда тайно похитило имущество, принадлежащее ФИО4 на общую сумму 2442000 руб. 

По данному факту возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного пунктом «б» части 4 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации. 

Постановлением от 09.11.2018 предварительное следствие по вышеуказанному делу приостановлено в связи с неустановлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого.

Отказ охранного предприятия возместить причиненный ущерб послужил основанием для обращения ФИО4 в суд с настоящим иском.

Согласно ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Как было указано выше, пунктом 1.3. договора заказчик обязан передать в письменной форме и утвердить сторонами перечень наименований, количество, месторасположение, планировку охраняемых помещений и /или объектов, дни и часы их нахождения под охраной, план (схему) расположения охраняемого объекта. 

Исходя из толкования условий договора в его совокупности, обязанность по охране имущества, находящегося в нежилом помещении возникает с момента передачи его под охрану и утверждения этого перечня сторонами. Такой документ заказчиком не составлялся и соответственно иные объекты, находящиеся в нежилом помещении, под охрану исполнителю не сдавались. 

В связи с чем, суд приходит к выводу о том, что похищенное имущество не было передано под охрану заказчику. При этом суд исходит из того, что договоры купли-продажи транспортных средств не являются надлежащими доказательствами, поскольку из этих документов невозможно достоверно установить, находились ли они в помещении в момент кражи и были ли похищены.

Материалами дела подтверждается, что охраняемый объект был оборудован сигнализацией и тревожной кнопкой (том 1 л.д. 131-134, том 2 л.д. 9-63). 

В случае проникновения в нежилое здание, сигнал должен был поступить на телефон генерального директора ООО « Охранное предприятие «Кировское охранное предпринятые К.О.П.» ФИО5

Как следует из распечатки телефонных звонков, сигнал тревоги на телефон директора ФИО5 не поступал (том 1 л.д. 147-204). Отсутствие срабатывания сигнализации не оспаривалось стороной истца. 

При этом доводы истца о ненадлежащем исполнении обязанностей по договору со стороны ответчика, со ссылкой на показания свидетеля ФИО6 о том, что двух датчиков, установленных в нежилом помещении, было достаточно, поскольку ими было перекрыто все помещение, судом отклоняются. Доказательств того, что свидетель обладает специальными познаниями и образованием, суду не представлено. Документов, подтверждающих данные обстоятельства, также не имеется. Никаких доказательств, подтверждающих установку сигнализации, ее проверку, не имеется. 

Вместе с тем, как усматривается из письма ООО «Русские витязи» от 02.03.2019, осуществлявших монтаж радиокнопки охранной сигнализации для вызова группы быстрого реагирования по заказу истца по адресу: 

<

адрес>, истцу было предложено дооборудовать систему охранной сигнализации большим количеством детекторов движения, так как большая часть периметра не защищена, однако он отказался (том 1 л.д. 227). 

20 апреля 2017 г. ответчик направил письмо ФИО4 о необходимости заключения договора на техническое обслуживание ОПТС с организацией, имеющей лицензию (том 1 л.д. 144). 

Доказательств, подтверждающих оборудование нежилого помещения дополнительными датчиками, истцом не представлено. 

Как следует из п. 7.3.7. договора исполнитель освобождается от ответственности, если докажет отсутствие своей вины, а также в тех случаях, если кража произошла путем проникновение на объект через места, не заблокированные средствами сигнализации, даже если преступник покинул объект через заблокированные места.

Как было установлено судом, проникновением в ангар было произведено путем вырезания части стены нежилого помещения через место, не заблокированное сигнализацией, о чем свидетельствует отсутствие срабатывания сигнала, в связи с чем вина ответчика в причинении истцу убытков отсутствует, поскольку обстоятельств, подтверждающих ненадлежащее исполнение ответчиком своих обязанностей по договору не имеется. 

Напротив, истец не выполнил указание исполнителя и не заключил договор на облуживание сигнализации со специализированной организацией и не произвел оборудование нежилого помещения дополнительными датчиками движения. 

Оценив представленные в материалы дела доказательства, руководствуясь статьями 15, 393, 779, 781 Гражданского кодекса Российской Федерации, ввиду отсутствия согласованного сторонами перечня находящегося на охраняемом объекте ценного имущества, недоказанности факта ненадлежащего выполнения обществом принятых на себя договорных обязательств по оказанию услуг охраны на объекте истца, отсутствия противоправного поведения и вины ответчика, а также причинно-следственной связи между его действиями и возникшими на стороне истца убытками, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований о возмещении убытков. 

Разрешая требования истца о взыскании с ответчика денежной компенсации морального вреда, суд исходит из следующего. 

В силу положений ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. В иных случаях компенсация морального вреда может иметь место при наличии указания об этом в законе. Аналогичное положение содержится и в абз. 4 п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» (далее – Пленум).

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. 

Согласно постановлению Пленума, суду необходимо выяснить, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные и физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме или иной материальной форме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. В соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя.

Суд исходит из того, что каких-либо доказательств причинения истцу физических или нравственных страданий действиями ответчика, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему другие нематериальные блага, представлено не было.

В связи с тем, что к данным правоотношениям нормы Закона РФ «О защите прав потребителей» не применяются, при том, что нарушений прав истца со стороны ответчика не установлено, у суда не имеется оснований и для удовлетворения заявленного требования о взыскании денежной компенсации морального вреда в порядке ст. 15 указанного Закона, а также для взыскания штрафа. 

Доводы представителя ответчика о не подведомственности спора суду общей юрисдикции со ссылкой на ст. 32 ГПК РФ, суд полагает необоснованными по следующим основаниям. 

В силу ст. 32 ГПК РФ стороны могут по соглашению между собой изменить территориальную подсудность для данного дела до принятия его судом к своему производству.

В обоснование своих доводов сторона ответчика ссылается на то, что договором изменена подсудность спора, поскольку стороны пришли к соглашению, что все споры рассматриваются Арбитражным судом Санкт-Петербурга и Ленинградской области. 

Согласно части 1 статьи 27 Арбитражного процессуального кодекса к подведомственности арбитражных судов отнесены дела по экономическим спорам и другие дела, связанные с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии с частью 2 статьи 27 Арбитражного процессуального кодекса РФ Арбитражные суды разрешают экономические споры и рассматривают иные дела с участием организаций, являющихся юридическими лицами, граждан, осуществляющих предпринимательскую деятельность без образования юридического лица и имеющих статус индивидуального предпринимателя, приобретенный в установленном законом порядке (далее - индивидуальные предприниматели), а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами, с участием Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, образований, не имеющих статуса юридического лица, и граждан, не имеющих статуса индивидуального предпринимателя (далее - организации и граждане).

В силу ст. 28 АПК РФ арбитражные суды рассматривают в порядке искового производства возникающие из гражданских правоотношений экономические споры и другие дела, связанные с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами, другими организациями и гражданами, за исключением дел, рассматриваемых Московским городским судом в соответствии с частью третьей статьи 26 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Из толкования указанных правовых норм следует, что отнесение дел к подведомственности арбитражных судов по общему правилу осуществляется на основе совокупности и взаимосвязи двух критериев: субъектного состава участников спора и характера спора (его предмета и экономического характера).

В ходе судебного разбирательства установлено, что иск предъявлен истцом - физическим лицом к юридическому лицу, соответственно по субъектному составу данное дело подведомственно суду общей юрисдикции. 

Действующее процессуальное законодательство позволяет соглашением сторон изменить территориальную подсудность спора, за исключением родовой подсудности и исключительной. Подведомственность гражданских дел определяется законом и не может быть изменена по соглашению сторон. 

Следовательно, соглашение об изменении подведомственности спора является недействительным и не влечет никаких юридических последствий. 

Поскольку суд в иске ФИО4 отказывает полностью, в силу ст. 98 ГПК РФ его судебные расходы по оплате оценки ущерба и расходов по уплате государственной пошлины возмещению со стороны ответчика не подлежат. 

Руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО4 к ООО «Охранное предприятие «Кировское охранное предпринятые К.О.П.» о взыскании убытков, причиненных в результате ненадлежащего исполнения обязательств по договору, компенсации морального вреда, штрафа, взыскании судебных расходов отказать.

Решение может быть обжаловано в Ленинградский областной суд в течение месяца со дня принятия в окончательной форме посредством подачи апелляционной жалобы через Кировский городской суд Ленинградской области.

Судья Е.Б. Пупыкина