Судья Постоева Е.А. Дело № 33-460/26(№2-3249/2025)

УИД 22RS0013-01-2025-003583-89

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

27 января 2026 г. г. Барнаул

Судебная коллегия по гражданским делам Алтайского краевого суда в составе:

председательствующего Вегель А.А.,

судей Владимировой Е.Г., Косиловой Д.В.,

при секретаре Райман А.С.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу представителя истца ФИО1 – ФИО2 на решение Бийского городского суда Алтайского края от 25 сентября 2025 г. по гражданскому делу

по иску ФИО1 к ФИО3 о возложении обязанности демонтировать камеру видеонаблюдения.

Заслушав доклад судьи Вегель А.А., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3 о возложении обязанности демонтировать камеру видеонаблюдения.

В обоснование исковых требований указано, что истец ФИО1 является собственником квартир №№ 1, 2, 3, 4, 11, расположенных в 

<

адрес> в 

<

адрес>. В первом подъезде указанного дома на лестничной площадке между первым и вторым этажом была установлена камера наружного наблюдения. На запрос ФИО1 на имя председателя Совета многоквартирного дома ФИО3 предоставлена копия протокола общего собрания от 24.11.2024, из которого следует, что на собрании присутствовали ФИО1, ФИО4, ФИО5, а также иные долевые собственники квартир данного многоквартирного дома (далее – МКД). Между тем, ФИО1, ФИО4, как собственникам квартир в указанном МКД о проведении общего собрания никто не сообщил. Как стало известно истцу, собственника нежилого помещения ФИО6 о проведении собрания также не уведомляли. В связи с тем, что истец ФИО1 является участником общей долевой собственности в данном МКД, поэтому полагает, что ответчиком ФИО3 нарушено его право собственности, находящееся в долевом владении, в результате неправомерного использования общего имущества дома. Тот факт, что ответчик имеет равное с другими право владеть, пользоваться и распоряжаться общей собственностью, не исключает необходимости достижения соглашения между всеми участниками долевой собственности. Наличие доли в праве собственности на общее имущество не дает основания такому сособственнику распоряжаться этим имуществом по своему усмотрению. Таким образом, возможность установки камер видеонаблюдения на общем имуществе собственников многоквартирного дома возможно лишь при достижении соглашения со всеми участниками долевой собственности и соблюдений санитарно-эпидемиологических правил и нормативов, применяемых при установке объектов подобного типа. Однако, ответчик не получала согласие собственников многоквартирного дома на использование общего имущества, соответственно, видеокамера установлена незаконно.

Исходя из положений ст.ст.36, 37, 44 Жилищного кодекса Российской Федерации, истец указывает, что ответчик установила камеру видеонаблюдения при входе в подъезд, на фасаде дома и лестничной площадке напротив его квартиры. Стены, фасад и лестничные площадки являются общим имуществом многоквартирного дома. При этом вопросы использования общего имущества МКД находятся в компетенции общего собрания собственников МКД. Таким образом, принятие решения об установке видеокамер на общем имуществе многоквартирного дома, носит разрешительный характер и является компетенцией общего собрания собственников. При отсутствии такого согласия, ответчик самовольно захватила принадлежащее всем собственникам имущество.

Согласно ст. 304 Гражданского кодекса Российской Федерации истец указывает, что он, как собственник, может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения. Иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законного владения.

Кроме того, обзор видеонаблюдения на камере, расположенной в подъезде на лестничной площадке, охватывает входную дверь квартиры истца. Ответчиком могут быть использованы сохраненные видеозаписи в противоправных целях, так как запись ведется ежедневно, и на записях можно проследить, кто, куда и во сколько идет, с кем встречается. Контроль за использованием записей видеонаблюдения какими-либо органами не ведется, также ответчик не говорит с какой целью она собирает информацию о жильцах дома. Таким образом, возможно оглашение частной жизни жильцов многоквартирного дома.

Ссылаясь на данные обстоятельства, истец ФИО1 просил суд обязать ответчика ФИО3 осуществить демонтаж камеры видеонаблюдения, расположенной на площадке между первым и вторым этажом первого подъезда многоквартирного дома по 

<

адрес>; возложить на ФИО3 судебные издержки.

Решением Бийского городского суда Алтайского края от 25 сентября 2025 г. в удовлетворении исковых требований ФИО1 (***) к ФИО3 (*** отказано в полном объеме.

В апелляционной жалобе представитель истца ФИО1 – ФИО2 просит решение суда отменить и принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований истца, указывая на применение судом норм материального права, не подлежащих в данном случае применению, глава 6 Жилищного кодекса Российской Федерации регламентирует порядок проведения общего собрания собственников помещений в многоквартирном доме (далее –МКД), следовательно, положения статей 181.2, 181.3, 181.4 Гражданского кодекса Российской Федерации не распространяются на общее собрание собственников помещений в МКД; суд не учел, что кворум на общем собрании отсутствовал, в связи с чем, внеочередное общее собрание собственников помещений в МКД от 24.11.2024 являлось неправомочным, и решение такого собрания не породило каких-либо юридических последствий; фактически в 1 подъезде размещаются на 1-м этаже квартиры 1 и 2, на 2-м этаже квартиры 3 и 9, три из которых принадлежат семье истца, и квартира № 9 принадлежит семье ответчика; при отсутствии решения общего собрания ФИО3 разместила принадлежащую ей видеокамеру между 1-2 этажом самостоятельно, без привлечения специализированной организации, и имеет к записям с видеокамеры свободный доступ ответчик и ее супруг, полагает, что имеет место самовольные действия по использованию общего имущества собственников помещений в МКД.

В письменных возражениях ответчик ФИО3 и третьи лица ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11 полагают решение суда подлежащим оставлению без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель истца ФИО2 на удовлетворении доводов апелляционной жалобы настаивал, ФИО3 просила решение подлежащим оставлению без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, в суд апелляционной инстанции не явились, о времени и месте рассмотрения гражданского дела извещены надлежаще, соответствующая информация размещена на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», об уважительности причин неявки судебную коллегию не уведомили, об отложении рассмотрения дела ходатайств не заявляли. Руководствуясь нормами ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело при данной явке.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, письменных возражений, проверив законность и обоснованность обжалуемого решения в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, выслушав участников процесса, судебная коллегия не усматривает оснований для отмены оспариваемого судебного постановления.

Как следует из материалов дела и установлено судом, истец ФИО1 является единоличным собственником 

<

адрес> многоквартирном жилом доме по 

<

адрес> в 

<

адрес> ( т. 1, л.д. 52-56).

Квартиры ***, *** и *** в вышеуказанном МКД находятся в совместной собственности истца ФИО1 и третьего лица ФИО4 ( т. 1, л.д. 57-60; л.д. 68-72, л.д. 73-77), а 

<

адрес> находится в долевой собственности ФИО1 (1/10 доля) и ФИО4 (9/10 доли) (т. 1, л.д. 61-67).

Ответчик ФИО3 и третье лицо ФИО10 являются долевыми собственниками по ? доле в праве общей долевой собственности на 

<

адрес> (т. 1, л.д. 78-82).

Иными собственниками квартир в данном 

<

адрес> в 

<

адрес> являются: ФИО7 - 

<

адрес> (т. 1, л.д. 181), ФИО12 - 

<

адрес> (т. 1, л.д. 145-149), ФИО9 - 

<

адрес> (т. 1, л.д. 150-155), ФИО11 - 

<

адрес> (т. 1, л.д. 156-161).

24.11.2024 общим собранием собственников помещений в МКД №58 по 

<

адрес> в 

<

адрес> принято решение, которым разрешено использовать безвозмездно общедомовое имущество – между лестничными площадками первого и второго этажей подъезда №1 для установки камеры видеонаблюдения в связи с проникновением в подъезд лиц без определенного места жительства, цель установки камеры - «сохранение общедомового имущества», указанное обстоятельство подтверждено протоколом №1 и приложениями к протоколу № 1 и № 2 (т. 1, л.д. 102-106).

Согласно протоколу общего собрания №1 от 24.11.2024 в голосовании принимали участие собственники жилых помещений в количестве 5 человек, 100% количеством голосов, присутствующих на собрании собственников, имеющим в собственности помещения общей площадью 260,2 кв.м. (58,2% от общего числа голосов), было принято решение об установке камеры видеонаблюдения между лестничными площадками 1 и 2 этажа в первом подъезде.

В соответствии с этим решением в подъезде №1 

<

адрес> в 

<

адрес> установлена камера видеонаблюдения, установленная на лестничной площадке между первым и вторым этажом, в обзор которой попадают лестничные пролеты и входные двери квартир №1 и № 3, принадлежащих истцу (т. 1 л.д. 124).

Обращаясь в суд с иском о демонтаже камеры видеонаблюдения, ФИО1 ссылался на то, что согласие на установку видеокамеры не давал, о проведении общего собрания не извещался. Установку видеокамеры и организацию видеонаблюдения считает незаконным, нарушающим его личные права на тайну частной жизни.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что решение по вопросу разрешения собственникам имущества использовать общедомовое имущество для установки камеры видеонаблюдения было принято общим собранием собственников помещений 

<

адрес> в 

<

адрес> единогласно, оформленного протоколом № 1 от 24.11.2024, которое ни кем из собственников в установленном законом порядке не оспорено и не отменено. При этом, право истца на неприкосновенность частной жизни не нарушено, поскольку установленная ответчиком камера видеонаблюдения не способна фиксировать состояние внутренних помещений квартир истца, факт размещения в общедоступном месте камер видеонаблюдения не является деятельностью по обработке персональных данных.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на правильном применении норм материального права и соответствуют установленным по делу обстоятельствам.

Пунктом первым части первой статьи 36 Жилищного кодекса Российской Федерации (далее - ЖК РФ) предусмотрено, что общее имущество в многоквартирном доме, то есть, помещения, не являющиеся частями квартир и предназначенные для обслуживания более одного помещения в данном доме, в том числе межквартирные лестничные площадки, лестницы, лифты, лифтовые и иные шахты, коридоры, технические этажи, чердаки, подвалы, в которых имеются инженерные коммуникации, иное обслуживающее более одного помещения в данном доме оборудование (технические подвалы) принадлежит собственникам помещений в многоквартирном доме на праве общей долевой собственности.

В соответствии с частью второй статьи 36 ЖК РФ собственники помещений в многоквартирном доме владеют, пользуются и в установленных этим Кодексом и гражданским законодательством пределах распоряжаются общим имуществом в многоквартирном доме.

Согласно подпункту "а" пункта 2 Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 13 августа 2006 г. N 491 (далее Правила содержания общего имущества в многоквартирном доме), в состав общего имущества входят помещения в многоквартирном доме, не являющиеся частями квартир и предназначенные для обслуживания более одного жилого и (или) нежилого помещения в этом многоквартирном доме, в том числе межквартирные лестничные площадки, лестницы, лифты, лифтовые и иные шахты, коридоры, колясочные, чердаки, технические этажи и технические подвалы, в которых имеются инженерные коммуникации, иное обслуживающее более одного жилого и (или) нежилого помещения в многоквартирном доме оборудование (включая котельные, бойлерные, элеваторные узлы и другое инженерное оборудование).

По смыслу ст. 36 ЖК РФ межквартирные лестничные площадки и межэтажные перекрытия, которыми они ограничены сверху и снизу, относятся к общему имуществу собственников помещений многоквартирного дома, то есть являются общедоступными как для собственников помещений, так и для иных лиц, не только проживающих в жилых помещениях дома, но и посещающих таких собственников и иных проживающих лиц. Таким образом, судами правомерно сделан вывод о том, что лестничная площадка, на которой находится вход в квартиру истцов, является общедоступным местом.

В соответствии с подпунктом 1.1 пункта первого статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают, в том числе, из решений собраний в случаях, предусмотренных законом.

В пункте 103 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что под решениями собраний понимаются решения гражданско-правового сообщества, то есть определенной группы лиц, наделенной полномочиями принимать на собраниях решения, с которыми закон связывает гражданско-правовые последствия, обязательные для всех лиц, имевших право участвовать в таком собрании, а также для иных лиц, если это установлено законом или вытекает из существа отношений.

Согласно части первой статьи 44 ЖК РФ общее собрание собственников помещений в многоквартирном доме является органом управления многоквартирным домом. Общее собрание собственников помещений в многоквартирном доме проводится в целях управления многоквартирным домом путем обсуждения вопросов повестки дня и принятия решений по вопросам, поставленным на голосование.

Порядок использования объектов общего имущества многоквартирного дома регламентирован главой 6 ЖК РФ, в соответствии с которой принятие решений о порядке пользования общим имуществом собственников помещений в многоквартирном доме относится к компетенции общего собрания собственников помещений в качестве органа управления многоквартирным домом и допускается при условии, что принятие такого решения не нарушает права и законные интересы граждан и юридических лиц.

Из содержания приведенных норм следует, что общее собрание собственников помещений в многоквартирном доме, как основной орган управления этим многоквартирным домом, обладает своей компетенцией, правовая природа которой определяется правом собственности на общее имущество в этом многоквартирном доме данных собственников и несением ими бремени расходов на его содержание (статьи 36 и 39 Кодекса).

Как следует из материалов дела, установлено судом и не оспаривалось сторонами по делу, многоквартирный дом по адресу: 

<

адрес> имеет статус объекта культурного наследия. На дверях в подъезд отсутствует кодовый замок в целях сохранения исторического фасада здания (т. 1 л.д. 117-125).

По инициативе председателя Совета дома (избрана на общем собрании собственников МКД ДД.ММ.ГГ) ФИО3,, являющейся собственником 

<

адрес>, проведено 24 ноября 2024 г. внеочередное общее собрание собственников помещений МКД, расположенного по адресу: 

<

адрес>, оформленного протоколом ***.

Согласно представленному в материалы дела протоколу общего собрания собственников помещений 

<

адрес> в 

<

адрес> *** от 24 ноября 2024 г., на собрании было принято решение по вопросу, включенному в повестку дня собрания, по установке камеры видеонаблюдения на лестничной площадке между первым и вторым этажом в подъезде №1 для просмотра всего подъезда, в связи с проникновением в подъезд лиц без определенного места жительства.

В соответствии с приложениями № 1, № 2 к протоколу общего собрания от 24 ноября 2024 г. за данное решение проголосовали единогласно 5 присутствовавших собственников жилых помещений, общей площадью 220, 2 кв.м., из 452,8 кв.м. всех жилых и нежилых помещений в доме, что составило 58,2 % от общего числа голосов.

Во исполнение данного решения ФИО3 была произведена установка видеокамеры в 1-м подъезде 

<

адрес> в 

<

адрес>, между лестничными площадками 1 и 2 этажей для просмотра всего подъезда. В пределах видимости видеокамеры находятся входные двери квартир № 1 и № 3, находящихся в собственности истца ФИО1, который сдает квартиры в аренду, сам в них не проживает.

Таким образом, установка видеокамеры в первом подъезде 

<

адрес> в 

<

адрес> осуществлена на основании решения общего собрания собственников помещений МКД, отнесенного к его компетенции, зафиксированного протоколом №1 от 24 ноября 2024 г., в связи с чем, оснований для возложения на ответчика обязанности по ее демонтажу у суда первой инстанции не имелось.

Указанное решение общего собрания собственников помещений многоквартирного дома является действующим, в установленном законом порядке не оспорено, недействительным не признано и не отменено, доказательств обратного в дело не представлено. В связи с чем, доводы апелляционной жалобы, направленные на несогласие с принятым решением общего собрания от 24 ноября 2024 г., указывающие на отсутствие юридических последствий, нельзя признать состоятельными. Несогласие истца с размещением на лестничной площадке видеокамер не исключает его обязанности исполнять решение общего собрания собственников помещений дома.

При этом, судом было установлено, что круг обзора камер видеонаблюдения охватывает именно места общего пользования, исключая помещение квартир истца.

Согласно части первой статьи 23 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени.

В силу пункта первого статьи 3 Федерального закона от 27.07.2006 года N 152-ФЗ "О персональных данных" персональными данными является любая информация, относящаяся к прямо или косвенно определенному или определяемому физическому лицу (субъекту персональных данных).

Статья 152.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) устанавливает правовую охрану изображения гражданина как нематериального блага.

Соответственно, каждый гражданин вправе запретить получение своего изображения или записи видео с его изображением.

Тем не менее, указанной статьей ГК РФ предусмотрены изъятия из общего запрета, например, когда видеосъемка производится в местах, открытых для общего доступа.

Таким образом, если видеонаблюдение осуществляется в таких местах, как общие коридоры, холлы, фойе, торговые залы, гостевые парковки, у граждан не возникает права на запрет получения своего изображения, как это предусмотрено положениями ст. 152.1 ГК РФ.

Видеонаблюдение мест общего пользования с целью обеспечения безопасности имущества и предотвращения противоправных действий в отношении этого имущества со стороны третьих лиц не предполагает и не несет нарушения прав лиц, попадающих в зону такого наблюдения, и не может являться основанием для демонтажа систем видеонаблюдения, если их монтаж произведен в соответствии и в порядке, установленном нормативно-правовыми актами.

Что касается гарантируемого Конституцией Российской Федерации права на неприкосновенность частной жизни (статья 23, часть 1), на нарушение которого указывается в апелляционной жалобе., то оно распространяется на ту сферу жизни, которая относится к отдельному лицу, касается только этого лица. В связи с чем, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что право на неприкосновенность частной жизни истца не нарушено, поскольку установленная ответчиком камера видеонаблюдения не отражает состояние внутренних помещений квартиры истца.

При этом судебная коллегия также учитывает, что истец, являющийся собственником квартир, в них не проживает, сдавая их в наем. Как следует из пояснений ответчика ФИО3, претензий о нарушении личных прав лиц, проживающих в указанных квартирах, к ней не поступало, иного не установлено.

Поскольку решение общего собрания не оспорено, незаконным не признано, является действующим, права истца на неприкосновенность частной жизни и защиту персональных данных не были нарушены, суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований для возложения на ответчика обязанности демонтировать установленное в соответствии с этим решением оборудование.

Таким образом, вопреки доводам апелляционной жалобы, при разрешении спора суд первой инстанции правильно определил обстоятельства, имеющие юридическое значение, дал надлежащую оценку представленным доказательствам.

Ссылка представителя истца на неправильное применение судом ном Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующих порядок проведения и принятия решений собраний гражданско-правового сообщества, является несостоятельной, основанной на ошибочном толковании норм материального права.

Иных доводов, влияющих на законность постановленного судом решения, апелляционная жалоба ответчика не содержит, в связи с чем, оснований для ее удовлетворения не имеется.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Бийского городского суда Алтайского края от 25 сентября 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя истца ФИО1 – ФИО2 – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции.

Председательствующий

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 30 января 2026 г.