№

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

<

адрес> 26 февраля 2019 года

Сарапульский городской суд Удмуртской Республики в составе председательствующего судьи Князева Д.М., при секретаре Глуховой Е.А., с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО4, действующего на основании ордера от ДД.ММ.ГГГГ, ответчика ФИО2, представителя ответчика ФИО5, действующей на основании ордера ДД.ММ.ГГГГ, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о защите чести и достоинства, компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Сарапульский городской суд с исковым заявлением к ФИО2 о защите чести и достоинства, компенсации морального вреда. Исковые требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ в дневное время в магазине «

<

данные изъяты>» по адресу: УР, 

<

адрес>, ответчик ФИО2 публично в присутствии ФИО6, ФИО7, ФИО8 оскорбил истца ФИО1 нецензурной бранью в неприличной форме, дав в неприличной форме оценку личности истца, а именно, ответчик назвал истца нецензурным и унизительным словом, относящимся к мужчинам нетрадиционной сексуальной ориентации. Также ответчик употребил в отношении истца слово «

<

данные изъяты>». Действия ответчика были зафиксированы камерой аудио-видеозаписи, установленной внутри магазина. Ответчик, высказав оскорбления в адрес истца, причинил ущерб чести и достоинству, деловой репутации как руководителя предприятия, что причинило нравственные страдания истцу, последний претерпел чувство обиды, разочарования. Оскорблениями ответчик унизил истца как руководителя и мужчину. Действиями ответчика истцу причинен моральный вред, выражающийся в нравственных переживаниях, вызванных распространением несоответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина. В связи с изложенным, на основании ст.152 ГК РФ, п.п.7, 9 постановления Пленума Верховного суда РФ № от ДД.ММ.ГГГГ истец просит признать несоответствующими действительности, порочащими честь, достоинство и деловую репутацию ФИО1 высказывания, произнесенные ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ в магазине «

<

данные изъяты>» по адресу: УР, 

<

адрес>; обязать ФИО2 в течение 10 дней со дня вступления решения суда в законную силу, в присутствии ФИО1, ФИО6, ФИО7 и ФИО8 опровергнуть распространенные им указанные сведения, путем доведения до их сведения содержания решения суда; взыскать в ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 100000 руб.

В судебном заседании истец, представитель истца просили удовлетворить исковые требования в полном объеме по основаниям, изложенным в иске.

Ответчик, представитель ответчика просили отказать в удовлетворении иска, в том числе по основаниям, изложенным в письменных возражениях.

Выслушав пояснения истца, его представителя, ответчика, его представителя, свидетелей, исследовав представленные письменные доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 12 ГК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном указанным Кодексом, самостоятельно определив способы их судебной защиты.

Выбор способа защиты нарушенного права осуществляется истцом и должен действительно привести к восстановлению нарушенного материального права или к реальной защите законного интереса.

В свою очередь, способы защиты гражданских прав предопределяются правовыми нормами, регулирующими конкретное правоотношение.

Каждый гражданин России имеет конституционное право на защиту в суде чести, достоинства, деловой репутации (ст.ст.21, 23, 46 Конституции Российской Федерации).

В силу ч.1 ст.152 ГК РФ гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине, или другим аналогичным способом.

В соответствии с пунктом 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» (далее постановление Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №) по делам данной категории необходимо иметь в виду, что обстоятельствами, имеющими в силу ст.152 ГК РФ значение для дела, которые должны быть определены судьей при принятии искового заявления и подготовке дела к судебному разбирательству, а также в ходе судебного разбирательства, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной форме, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу.

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели место в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения.

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие сведения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

Исходя из материалов дела, пояснений сторон, свидетелей судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ответчик ФИО2, находясь в магазине 

<

данные изъяты>» по адресу: УР, 

<

адрес>, в присутствии работников магазина ФИО7, ФИО8, а также рабочего ФИО6, выражая недовольство по поводу предложенного продавцом магазина порядка возврата купленного ФИО2 товара, произнес высказывания в адрес руководителя работников магазина, а именно, 

<

данные изъяты>.».

По ходатайству истца, в целях определения характера высказываний ответчика, определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу назначена судебная лингвистическая экспертиза, проведение которой поручено эксперту некоммерческого партнерства «

<

данные изъяты> «

<

данные изъяты>».

Согласно заключению эксперта № в высказываниях 

<

данные изъяты>.» содержатся следующие высказывания, являющиеся оскорбительными: «

<

данные изъяты>», вторая часть высказывания выражена в неприличной форме. Указанное высказывание является собственно оценочным. Можно предположить, что слово «

<

данные изъяты>» также употреблено как оскорбительное по отношению к тому же лицу. 

В высказываниях 

<

данные изъяты>» выявляются следующие коммуникативные задачи: 1) побуждение собеседницы (сотрудницы магазина) к передаче сообщения третьему лицу («руководителю»); 2) выражение резко отрицательной оценки «руководителя» магазина; 3) выражение резко отрицательной оценки ситуации с возвратом товара в данном магазине.

Высказывание «

<

данные изъяты>», а также, предположительно, слово «

<

данные изъяты>», принадлежащие по материалам дела ФИО2, имеют оскорбительный характер, направлены на унижение чести и достоинства лица, выражают негативную оценку лица.

Высказывание «

<

данные изъяты>», а также, предположительно, слово «

<

данные изъяты>», принадлежащие по материалам дела ФИО2, в общем контексте направлены на оценку конкретного лица, обозначенного словом «

<

данные изъяты>» и выделяемого как определенное лицо, известное собеседникам.

Также согласно заключению эксперта описанная в материалах дела ситуация не связана с обсуждением чьего-либо сексуального поведения, таким образом, слово «

<

данные изъяты>», не являющееся нецензурным, употреблено именно в бранном смысле, как и слово «

<

данные изъяты>» примененное как средство оскорбления.

Исходя из заключения эксперта, с учетом пояснений ответчика, высказывания, произнесенные ФИО2, о признании несоответствующими действительности которых просит истец, являются оскорбительными, а потому, предусмотренных ст.152 ГК РФ оснований для признания их несоответствующими действительности и их опровержения, не имеется, поскольку оценочные суждения ответчика, которые облечены в оскорбительную форму, не могут быть предметом судебной защиты в порядке ст.152 ГК РФ.

Доказательств распространения ответчиком сведений путем произнесения им иных высказываний, которые, по мнению истца, не соответствовали бы действительности, порочили его честь, достоинство и деловую репутацию и требовали своего опровержения, суду истцом не представлено.

Таким образом, требования истца о признании несоответствующими действительности, порочащими честь, достоинство и деловую репутацию ФИО1 высказываний, произнесенных ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ в магазине «

<

данные изъяты>» по адресу: УР, 

<

адрес>, и обязании ФИО2 в течение 10 дней со дня вступления решения суда в законную силу, в присутствии ФИО1, ФИО6, ФИО7 и ФИО8 опровергнуть распространенные им указанные сведения, путем доведения до их сведения содержания решения суда, подлежат оставлению без удовлетворения.

Рассматривая требования истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда в размере 100000 руб., суд приходит к следующему.

Пунктом 2 статьи 150 ГК РФ предусмотрено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с данным кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения (пункт 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Абзац 10 статьи 12 ГК РФ в качестве одного из способов защиты гражданских прав предусматривает возможность потерпевшей стороны требовать компенсации морального вреда.

В соответствии со ст.151 ГК РФ суд может возложить на нарушителя обязанность компенсации морального вреда, причиненного гражданину действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п.9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, если субъективное мнение было высказано в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, на ответчика может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением (статья 130 Уголовного кодекса Российской Федерации, статьи 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, действующее законодательство допускает возможность защиты чести и достоинства (доброго имени) гражданина путем заявления отдельного требования о компенсации морального вреда, при этом обязательным условием для компенсации морального вреда является высказывание ответчиком оскорблений в адрес истца, унижающих его честь, достоинство или деловую репутацию.

Также одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

В статье 1100 ГК РФ приведен исчерпывающий перечень оснований, когда компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда, к каковым вред, причиненный оскорблением, не относится.

Для компенсации морального вреда в данном случае, кроме вины причинителя вреда, необходимо доказать сам факт причинения морального вреда, а также наличие обстоятельств, обосновывающих размер требуемого к возмещению морального вреда, характер и объем причиненных физических и нравственных страданий.

Суд находит установленным, что применение высказанных ответчиком слов «

<

данные изъяты>» и «

<

данные изъяты>» в дополнении с нецензурной бранью использовано для описания личностных качеств лица, обозначенного ответчиком как «руководитель», высказывания ответчика являются оскорбительными по смыслу, содержанию, поскольку содержат в своей семантике и оценочном компоненте намерение унизить и оскорбить данное лицо.

Согласно пояснениям допрошенных в судебном заседании свидетелей ФИО7, ФИО8 последние работают в ООО «

<

данные изъяты>», в магазине «

<

данные изъяты>», директором с момента создания ООО «

<

данные изъяты>» является истец ФИО1, который является руководителем ФИО7 и ФИО8, других руководителей в ООО «

<

данные изъяты>» не имеется.

В то же время, исходя из представленных истцом копий трудовых договоров от ДД.ММ.ГГГГ, заключенных с ФИО7, ФИО8 и ФИО1, договоры заключены ФИО9 как директором ООО «

<

данные изъяты>», являющейся работодателем по отношению к ФИО7, ФИО8 и ФИО1

Из выписки из ЕГРЮЛ следует, что директором ООО «

<

данные изъяты>» с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время является ФИО9, учредителем – ФИО1

Указанное, даже с учетом имеющихся в трудовых договорах записях о непосредственном подчинении работников ФИО7 и ФИО8 заместителю директора ФИО1, позволяет критически отнестись к показаниям свидетелей ФИО7 и ФИО8 о том, что единственным руководителем в ООО «

<

данные изъяты>» является ФИО1

Истец, обосновывая доводы о высказывании ответчиком оскорблений именно в адрес истца как руководителя магазина, указывает на то, что слова «

<

данные изъяты>» и 

<

данные изъяты>» применимы только к лицу мужского пола, более того, в заключении, в выводах на 4-й вопрос эксперт указывает, что слова «

<

данные изъяты>» и «

<

данные изъяты>» направлены на оценку конкретного лица, обозначенного словом «руководитель» и выделяемого как определенное лицо, известное собеседникам, что подтверждает осознанное произнесение ответчиком оскорбительных высказываний в адрес ФИО1

Суд полагает доводы истца в указанной части несостоятельными, исходя из следующего.

Согласно заключению эксперта употребленное при существительном (руководитель) указательное местоимение «этот» (этому) является дискурсивным элементом и свидетельствует о том, что говорящий выделяет в ситуации определенное лицо и рассчитывает на понимание собеседника, которому данное лицо также должно быть известно.

При этом эксперт указывает, что относится ли данная номинация – руководитель, непосредственно к ФИО1 не усматривается лингвистическим способом (из речевого контекста) и может подтверждаться только показаниями участников диалога вне рамок лингвистического анализа (л.д.43, стр.6 заключения).

Высказывая оскорбления, ответчик адресует их руководителю без индивидуализации данного лица, конкретизируя его лишь словами 

<

данные изъяты> что, суд полагает, не дает оснований с достоверностью утверждать о произнесении им оскорбительных высказываний в адрес именно ФИО1, напротив, исходя из бытового применения в совместном сочетании слов «

<

данные изъяты>», содержится неопределенность высказывания, более того, по мнению суда, ответчик не должен нести ответственность за неверное, субъективное восприятие его высказываний работниками магазина, посчитавших, что оскорбительные выражения ФИО2 были адресованы ФИО1

В отсутствие информации в здании магазина о том кто является директором ООО «

<

данные изъяты>», а также о том, что непосредственным руководителем работников магазина является ФИО1, доказательств обратного стороной истца суду не представлено, с учетом критического восприятия судом показаний свидетелей ФИО7 и ФИО8, суд полагает, что выводы эксперта о том, что слова «

<

данные изъяты>» и «

<

данные изъяты>», принадлежащие ФИО2, направлены на оценку конкретного лица, известное собеседникам, основаны на предположениях эксперта, фактически эксперт дает ответ на правовой вопрос об адресности оскорбительных высказываний ответчика, давая оценку показаниям допрошенных в судебном заседании свидетелей, и делая вывод, что ФИО2 знакомо лицо, обозначенное им как «руководитель».

В связи с изложенным, исходя из того, что заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в ст.67 ГПК РФ, суд полагает, что указанный вывод эксперта не подтверждает довод истца о высказывании ответчиком оскорблений именно в адрес ФИО1

Постановлением заместителя прокурора 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО2 возбуждалось производство об административном правонарушении по ч.1 ст.5.61 КоАП РФ по факту оскорблений ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ в магазине «

<

данные изъяты>».

По результатам рассмотрения дела постановлением мирового судьи судебного участка № 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст.5.61 КоАП РФ, в отношении ФИО2 прекращено на основании п.6 ч.1 ст.24.5 КоАП РФ – в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности.

С момента возбуждения производства по делу об административном правонарушении до дня его прекращения ФИО2 последовательно давал пояснения, в которых не признавал вину в инкриминируемом ему правонарушении, а также по обстоятельствам событий, произошедших ДД.ММ.ГГГГ в магазине «

<

данные изъяты>», указывая на то, что высказанные им оскорбления не были адресованы конкретному лицу. 

Оценив представленные доказательства по правилам ст.67 ГПК РФ, суд полагает, что истцом не представлено и материалы дела не содержат достаточных, относимых и допустимых доказательств того, что действиями ответчика нарушены личные неимущественные права истца. Незаконность действий ответчика в отношении истца не установлена.

При указанных обстоятельствах факт причинения ФИО1 морального вреда не подтвержден, причинно-следственная связь между предполагаемыми незаконными действиями ответчика и моральным вредом, на который ссылается истец, отсутствует, в связи с чем, правовых оснований для удовлетворения иска в части взыскания с ответчика компенсации морального вреда не имеется.

Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о защите чести и достоинства, компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд Удмуртской Республики в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме через Сарапульский городской суд УР.

Решение принято судом в окончательной форме ДД.ММ.ГГГГ.

Судья Сарапульского городского суда Д.М. Князев