Санкт-Петербург

Дело № 2-5580/25 13 ноября 2025 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации,

Выборгский районный суд Санкт-Петербурга, в составе

председательствующего судьи И. В. Яровинского,

при секретаре Д. С. Шахновой, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело, по иску ФИО1 к АО «Авиакомпания «Россия» о защите трудовых прав,

УСТАНОВИЛ:

Уточнив исковые требования в ходе судебного разбирательства, истец указывала, что работала у ответчика, с 01.04.1990 по 15.05.2024, в различных должностях;

15.05.2024 трудовой договор прекращен, по основанию, предусмотренному п. 5 ч. 1 ст. 77 ТК РФ;

между тем, расчет при увольнении был выполнен ответчиком не полностью и несвоевременно;

нарушение ответчиком трудовых прав истца причинило истцу нравственные страдания.

Ссылаясь на указанное, истец просила взыскать с ответчика:

компенсацию за неиспользованный дополнительный отпуск в 2018 году и проценты за задержку выплаты компенсации, всего в размере 47 260 рублей 95 копеек;

компенсацию за неиспользованные дополнительные отпуска в 2011, 2012 годах, и проценты за задержку выплаты компенсации, всего в размере 57 050 рублей 74 копейки;

годовую премию за 2023 год и проценты за задержку выплаты премии, всего в размере 130 299 рублей;

проценты за задержку выплаты премии за май 2024 года, в размере 3 705 рублей 74 копейки;

компенсацию морального вреда, в размере 200 000 рублей.

В письменных возражениях, дополнениях к ним, ответчик утверждал, что иск не подлежит удовлетворению, ввиду следующего:

действительно, истец была принята на работу к ответчику 07.02.2011, на должность диспетчера по организации пассажирских перевозок;

01.06.2018 истец переведена на должность старшего специалиста группы по оперативному розыску багажа отдела розыска багажа;

04.09.2019 истец переведена в претензионный отдел группы розыска багажа и ручной клади, на должность старшего специалиста;

06.02.2024 истец переведена на должность эксперта 1-ой категории в отдел визового контроля департамента управления авиационной и транспортной безопасностью;

приказом № 284/л-у трудовой договор с истцом расторгнут 15.05.2024, по основанию, предусмотренному п. 5 ч. 1 ст. 77 ТК РФ;

по требованиям о взыскании компенсации за неиспользованный дополнительный оплачиваемый отпуск за 2018 год, неиспользованные дополнительные отпуска за 2011, 2012 годы, и процентов за задержку выплат – истцу в полном объеме выплачены соответствующие компенсации и проценты за задержку выплаты компенсаций;

по требованию о взыскании годовой премии за 2023 год, в размере 105 836 рублей 48 копеек, и процентов за задержку выплаты премии, всего в размере 130 299 рублей; – единовременное вознаграждение работников ответчика по результатам работы в 2023 году произведено на основании ст. 191 ТК РФ, гарантированной частью оплаты труда это вознаграждение не являлось, его выплата относилась на усмотрение работодателя (ответчика); выплата единовременного вознаграждения истцу, неоднократно привлеченной к дисциплинарной ответственности в 2023 году, нарушила бы принцип справедливости в отношении работников, добросовестно исполнявших свои обязанности в этот период;

по требованию о взыскании процентов за задержку выплаты премии за май 2024 года, – согласно п. 5.5.3.2 Положения об оплате труда и премировании работников департамента управления авиационной и транспортной безопасностью и работников департамент управления безопасностью полетов, утвержденным приказом ответчика от 27.04.2021 № 120, начисление премии производится в месяце, следующим за отчетным; в случае, если уволенному работнику полагается премия за отработанный период, данная выплата производится в те же сроки, что и остальным работникам, продолжающим трудовые отношения;

таким образом, начисление истцу премии за май 2924 года произведено в июне 2024 года (6 177 рублей 60 копеек), и выплачена в те же сроки, что и остальным работникам – одновременно с заработной платой за июнь 2024 года, то есть, 10.07.2024;

как следствие, основания для взыскания процентов за задержку выплаты премии за май 2024 года, отсутствуют;

поскольку требование о компенсации морального вреда является производным от материальных требований, оно также не подлежит удовлетворению;

кроме того, отыскиваемая величина компенсации морального вреда является завышенной, не соответствует требованиям разумности и справедливости.

В судебном заседании представитель истца исковые требования поддержал; представитель ответчика возражал против удовлетворения иска.

Выслушав участвующих в деле лиц, изучив материалы дела, суд приходит к следующему:

Ст. 21 ТК РФ относит к основным правам работника право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

Данному праву корреспондирует обязанность работодателя выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

В силу ч. 1 ст. 129 ТК РФ, заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Ст. 135 ТК РФ предусматривает, что заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда;

системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

В соответствии с ч. 1 ст. 140 ТК РФ, при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника;

если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.

Ч. 1 ст. 191 ТК РФ устанавливает, что работодатель поощряет работников, добросовестно исполняющих трудовые обязанности (объявляет благодарность, выдает премию, награждает ценным подарком, почетной грамотой, представляет к званию лучшего по профессии).

Ст. 236 ТК РФ предусматривает, что при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от начисленных, но не выплаченных в срок сумм и (или) не начисленных своевременно сумм в случае, если вступившим в законную силу решением суда было признано право работника на получение неначисленных сумм, за каждый день задержки начиная со дня, следующего за днем, в который эти суммы должны были быть выплачены при своевременном их начислении в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, по день фактического расчета включительно;

при неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора;

в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В силу ч. 2 ст. 392 ТК РФ, за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

В п. 2 Постановления Конституционного Суда РФ от 15.06.2023 N 32-П говорится, что в соответствии с Конституцией Российской Федерации в России как правовом социальном государстве охраняются труд и здоровье людей, гарантируются защита достоинства граждан и уважение человека труда (статьи 1, 7 и 75.1); все равны перед законом и судом, государство гарантирует равенство прав и свобод человека и гражданина (статья 19, части 1 и 2); Россия уважает труд граждан и обеспечивает защиту их прав (статья 75, часть 5);

лишение же работника тех или иных денежных выплат, входящих в состав его заработной платы, вне связи с оценкой выполнения установленных действующим правовым регулированием требований (показателей, условий) противоречило бы вытекающим из Конституции Российской Федерации принципам справедливости, равенства, соразмерности, уважения человека труда и самого труда, а также приводило бы к нарушению конституционного права на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и права на справедливую заработную плату, обеспечивающую достойное человека существование для него самого и его семьи (статья 19, части 1 и 2; статья 37, часть 3; статья 55, часть 3; статья 75, часть 5; статья 75.1 Конституции Российской Федерации; абзац седьмой статьи 2 и абзац пятый части первой статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

П. 3 данного Постановления предусматривает, что заработная плата (оплата труда работника) представляет собой вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы и наряду с тарифной (основной) частью в виде тарифной ставки или оклада (должностного оклада) включает в себя компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты);

как указал Конституционный Суд Российской Федерации, компенсационные выплаты призваны компенсировать влияние на работника неблагоприятных производственных факторов и, следовательно, оплата труда в таких условиях должна быть повышенной по сравнению с оплатой такого же труда в нормальных условиях, а стимулирующие выплаты должны выполнять функцию дополнительного средства побуждения работника к высокопроизводительному труду и к повышению эффективности его трудовой деятельности (определения от 1 октября 2009 года N 1160-О-О, от 17 декабря 2009 года N 1557-О-О, от 12 апреля 2019 года N 868-О и N 869-О и др.).

Согласно п. 4.1. данного Постановления, реализация субъективного права на оплату труда в рамках трудового правоотношения возможна при наличии распорядительного акта работодателя, который является юридически значимым фактом (Определение от 13 октября 2022 года N 2670-О);

если работодатель, издавая такого рода акт, не начисляет работнику в связи с совершением им дисциплинарного проступка какие-либо стимулирующие выплаты, причем как относящиеся, так и не относящиеся к числу премиальных, но являющиеся в силу части первой статьи 129 Трудового кодекса Российской Федерации составной частью заработной платы, он тем самым фактически производит вычеты из причитающейся работнику заработной платы;

с точки зрения требований общепризнанных норм международного трудового права подобные вычеты возможны, но лишь при соблюдении условий и в размерах, определяемых законодательством страны или устанавливаемых коллективным договором либо решением арбитражного органа, а трудящиеся уведомляются наиболее подходящими по усмотрению компетентных органов власти способами о том, при каких условиях и в каких размерах могут производиться такого рода вычеты (статья 8 Конвенции МОТ от 1 июля 1949 года N 95 относительно защиты заработной платы);

однако российское трудовое законодательство таких условий и размеров не предусматривает, поскольку не относит подобные вычеты к удержаниям из заработной платы, на которые распространяются ограничения и запреты, установленные законом (в частности, статьями 137 и 138 Трудового кодекса Российской Федерации);

в результате в современных российских условиях, когда премиальные и другие стимулирующие выплаты зачастую составляют большую часть заработной платы работника, совершение им любого, даже малозначительного дисциплинарного проступка, повлекшего применение к нему дисциплинарного взыскания, само по себе дает работодателю возможность лишить этого работника существенной части заработной платы, причем нередко - на весь (годичный) срок действия такого взыскания, за счет использования принадлежащей работодателю возможности не начисления работнику денежных средств, поименованных в нормативных правовых актах (включая локальные) или коллективных договорах как стимулирующие выплаты (иногда безотносительно к тому, являются они по своей природе таковыми или нет);

подобное уменьшение заработной платы работника, обладая в немалой степени чертами сходства с такой мерой юридической ответственности, как штраф, формально-юридически не признается таковой, и его применение на сегодняшний день российским законодательством никаким образом не регламентируется.

Данным Постановлением ч. 2 ст. 135 ТК РФ признана не соответствующей Конституции РФ, ее статьям 19 (части 1 и 2), 37 (часть 3), 55 (часть 3), 75 (часть 5) и 75.1, в той мере, в какой она порождает возможность произвольного установления на локальном уровне правил исчисления отдельных выплат, входящих в состав заработной платы, и тем самым - во взаимосвязи с соответствующими положениями коллективного договора и (или) локальных нормативных актов - позволяет без учета количества и качества затраченного труда, а также иных объективных критериев уменьшать размер заработной платы работника, имеющего неснятое (непогашенное) дисциплинарное взыскание.

Применительно к рассматриваемому случаю, суд соглашается с доводом ответчика об отсутствии оснований для взыскания с ответчика компенсации за неиспользованные отпуска в 2011, 2012 и 2018 годах, поскольку:

из представленных ответчиком расчетных листков и платежных поручений следует, что при увольнении истцу была начислена компенсация за неиспользованные дополнительные отпуска 2011, 2012 годов, и платежным поручением от 13.06.2024 выплачена компенсация (с удержанием НДФЛ), в размере 42 999 рублей 20 копеек; платежным поручением от 26.06.2024 истцу выплачены проценты за задержку выплаты компенсации, в размере 1 3239 рублей 86 копеек (с удержанием НДФЛ);

также, платежным поручением от 15.05.2024 (в день увольнения истца), ей была выплачена компенсация за неиспользованный дополнительный отпуск за 2018 год, в размере 10 161 рубль 38 копеек.

Также, не подлежит удовлетворению требование о взыскании процентов за задержку выплаты премии за май 2024 года, в размере 3 705 рублей 74 копейки, так как начисление истцу премии за май 2924 года произведено в июне 2024 года (6 177 рублей 60 копеек); премия выплачена в те же сроки, что и остальным работникам – одновременно с заработной платой за июнь 2024 года, то есть, 10.07.2024.

Вместе с тем, вопреки позиции ответчика, суд считает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца годовую премию за 2023 год, в размере 130 299 рублей 20 копеек, так как:

как указывает ответчик, критерии отбора работников, подлежавших вознаграждению упомянутой премией, установлены заседанием правления ответчика (протокол № 48-2023); согласно данным критериям, премированию не подлежали работники, имеющие, по состоянию на 15.12.2023, действующие дисциплинарные взыскания, тогда как истец такие взыскания имела.

Из буквального толкования упомянутых критериев не следует, вопреки утверждению ответчика, что спорная премия является разовой поощрительной выплатой, обусловленной особыми достижениями в труде тех или иных конкретных работников.

Соответственно, ее следует считать регулярной выплатой, входящей в состав заработной платы.

То есть, лишение работника данной выплаты не может являться следствием произвольного усмотрения работодателя.

Однако, в данном случае, какая-либо формализованная оценка ответчиком трудовой деятельности истца за соответствующий год, отсутствует.

Как следствие, суд находит требование истца о взыскании премии за 2023 год, подлежащим удовлетворению.

Отыскиваемая величина премии ответчиком не оспорена, и принята судом.

Довод ответчика о пропуске истцом срока на обращение в суд по взысканию упомянутой премии, судом отклоняется, поскольку, согласно п. 56 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", при рассмотрении дела по иску работника, трудовые отношения с которым не прекращены, о взыскании начисленной, но не выплаченной заработной платы надлежит учитывать, что заявление работодателя о пропуске работником срока на обращение в суд само по себе не может служить основанием для отказа в удовлетворении требования, поскольку в указанном случае срок на обращение в суд не пропущен, так как нарушение носит длящийся характер и обязанность работодателя по своевременной и в полном объеме выплате работнику заработной платы, а тем более задержанных сумм, сохраняется в течение всего периода действия трудового договора;

рассматриваемый иск предъявлен в пределах года со дня увольнения истца, с соблюдением ч. 2 ст. 392 ТК РФ.

Моральный вред истца, обусловленный нарушением ее трудовых прав ответчиком, подлежит компенсации, размер которой, с учетом обстоятельств дела, требований разумности и справедливости, составит 50 000 рублей.

В силу ст. 103 ГПК РФ, ст. 333-19 НК РФ, с ответчика в бюджет Санкт-Петербурга взыскивается государственная пошлина, в размере 7 908 рублей 98 копеек.

Исходя из изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, 

РЕШИЛ:

Иск ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с АО «Авиакомпания «Россия», ИНН 

<

***>, в пользу ФИО1, паспорт 

<

данные изъяты>: 

годовую премию за 2023 год, в размере 130 299 рублей 20 копеек;

компенсацию морального вреда, в размере 50 000 рублей.

В оставшейся части иска отказать.

Взыскать с АО «Авиакомпания «Россия» государственную пошлину в бюджет Санкт-Петербурга, в размере 7 908 рублей 98 копеек.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Санкт-Петербургский городской суд, в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья И. В. Яровинский

в окончательной форме

принято 13.01.2026