2-713/2023

УИД: 04RS0014-01-2023-001141-20

Р Е Ш Е Н И Е

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

24 ноября 2023 года г. Кяхта

Кяхтинский районный суд Республики Бурятия в составе

председательствующего судьи Жарниковой О.В.,

при секретаре Таракановской А.С.,

с участием истца Д.Т.Г.., ее представителя Х.Т.А.., рассмотрев в открытом судебном заседании, в помещении суда, гражданское дело № 2-713/2023 по исковому заявлению Д.Т.Г. к ПАО «Сбербанк» о признании кредитного договора недействительным, об аннулировании задолженности по кредитному договору,

У С Т А Н О В И Л:

Д.Т.Г. обратилась в суд с вышеназванным исковым заявлением, в обоснование иска указав, что 13.06.2023 года между ней и ПАО «Сбербанк России» заключен кредитный договор (кредитная карта) №, по условиям которого, банком заемщику предоставлены денежные средства в сумме 50 000 рублей под 25,40 % годовых.

Истец отмечает, что данный кредитный договор заключен с ней под влиянием обмана со стороны третьего лица при следующих обстоятельствах. Так, 13.06.2023 года около 16 часов 30 минут ей поступил звонок с абонентского номера, в ходе разговора лицо, представившееся сотрудником «Россельхозбанка», пояснило, что необходимо обновить личный кабинет «Россельхозбанка». В ходе разговора она действовала по указанию сотрудника банка. Далее сотрудник попросил назвать код для обновления, что она и сделала. Далее в ходе разговора ей пояснили, что мошенники пытаются завладеть ее деньгами, и для предотвращения хищения она действовала по указанию звонившего. Истец отмечает, что они оформили кредитный договор в приложении «Сбербанк Онлайн», после чего денежные средства незамедлительно были переведены на счет третьего лица, данное действие она не совершала, просто диктовала им коды.

Истец просит учесть, что по данному факту, она 13.06.2023 года обратилась в полицию с заявлением о мошенничестве. По заявлению возбуждено уголовное дело по п. «г» ч.3 ст. 158 УК РФ.

Истец указывает, что действия по заключению кредитного договора и переводу денежных средств в другой банк на неустановленный счет со стороны потребителя совершены одним действием – путем введения четырехзначного цифрового кода, направленного банком sms-сообщением, в котором назначение данного кода было указано латинским шрифтом, в нарушение требований пункта 2 статьи 8 Закона о защите прав потребителей о предоставлении информации на русском языке.

Кроме того, при заключении договора не установлено каким образом согласованы индивидуальные условия договора займа, кем было сформулировано условие о переводе денежных средств в другой банк, а также кем проставлялись в кредитном договоре отметки (V) об ознакомлении потребителя с условиями договора и о согласии с ними, с учетом того, что кроме направления банком sms-сообщения латинским шрифтом и введения потребителем четырехзначного sms-кода, никаких других действий сторон не установлено.

Также, при предоставлении займа не установлено, каким способом и в какой форме потребитель был ознакомлен с кредитным договором, составленным по установленной Банком России форме.

С учетом того, что зачисление денежных средств на счет, открытый в банке на имя истца при заключении договора займа, и перечисление их в другой банк на счет другого лица произведены банком одномоментно, само по себе не означает, что денежные средства были предоставлены именно заемщику.

Истец просит учесть, что не заключала кредитный договор, как это предусматривают требования ст. 153 ГК РФ, что не свидетельствует о волевом действии, направленном на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. В частности, из установленных обстоятельств следует, что кредитные средства были предоставлены не истцу и не в результате ее действий, а неустановленному лицу, действовавшему от ее имени.

Учитывая, что денежные средства истцом по кредитному договору не получены, оснований для применения реституции не имеется. Вместе с тем, ответчик не лишен права взыскать неосновательное обогащение с третьего лица, кому фактически были перечислены денежные средства.

На основании изложенного истец просит признать кредитный договор № на сумму 50 000 рублей, заключенный между ПАО «Сбербанк России» и Д.Т.Г. недействительным, аннулировать задолженность по данному кредитному договору.

Истец Д.Т.Г. в судебном заседании настаивала на удовлетворении исковых требований, пояснив, что кредитный договор не заключала, денежными средствами не распоряжалась.

Представитель истца Х.Т.А.., действующая на основании ч.6 ст. 53 ГПК РФ, в судебном заседании просила удовлетворить исковые требования, отметив, что кредитный договор был заключен третьими лицами, которые через личный кабинет истца, посредством удаленного доступа заключили кредитный договор со Сбербанком, в дальнейшем, кредитные денежные средства были переведены на счет истца в Россельхозбанке, а в последующем, денежные средства истца, в том числе, которые находились на вкладе, были переведены на счет третьего лица. Намерения заключить кредитный договор и получить в долг денежные средства истец не имела, кредитный договор заключен в результате мошеннических действий неустановленных лиц посредством обмана и злоупотребления доверием истца, по данному факту возбуждено уголовное дело.

Ответчик в лице ПАО «Сбербанк России» о рассмотрении дела извещался надлежащим образом, представитель ответчика в судебное заседание не явился. Ранее, принимая участие в судебном заседании посредством видеоконференц-связи, представитель ответчика М.А.А.., действующий на основании доверенности, выразил мнение об отсутствии оснований для удовлетворения иска, представив отзыв на исковое заявление. В отзыве указано, что 22.10.2018 года истец обратилась в банк с заявлением на банковское обслуживание и получение банковской карты. 16.07.2020 года к карте «

<

данные изъяты>» была подключена услуга Мобильный банк. При этом, 13.06.2023 года на основании заявления Д.Т.Г.. был заключен договор на выпуск и обслуживание кредитной карты Сбербанк с лимитом в размере 50 000 рублей, выпущена кредитная карта, открыт счет. Кредитный договор был заключен в офертно-акцептном порядке, путем совершения сторонами последовательных действий. Клиент подтвердила условия кредита в системе «Сбербанк Онлайн». Денежные средства были зачислены на счет карты клиента. Кредитными денежными средствами истец распорядилась самостоятельно, осуществив перевод в АО «Россельхозбанк». Считает, что оснований для признания оспариваемого кредитного договора недействительным отсутствуют. Возможность заключения кредитного договора через удаленные каналы обслуживания, путем подписания документов электронной подписью/аналогом собственноручной подписи, предусмотрена законом и договором банковского обслуживания. Операции по списанию средств с карты истца проведены с использованием персональных средств доступа. У банка имелись все основания полагать, что распоряжение на снятие денежных средств дано уполномоченным лицом. При этом, Условиями банковского обслуживания на истца возложена обязанность сохранять в тайне реквизиты карты, не передавать карту и ее данные иным, третьим лицам, не сообщать третьим лицам одноразовые коды/пароли. Из указанных обстоятельств и документов не следует, что кредитный договор был заключен при умолчании об обстоятельствах, о которых ПАО Сбербанк должен был сообщить истцу при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота, что банк знал и должен был знать о заключении сделки под введением истца в заблуждение третьими лицами, что заблуждение возникло вследствие обстоятельств, за которые отвечает банк, а также о том, что при заключении кредитного договора истец была лишена возможности знать о действительном положении дел относительно предмета, природы сделки, лица, с которым она вступает в сделку, и характера обстоятельства, при необходимой степени осмотрительности соответственно характеру гражданского оборота. Просил в удовлетворении иска отказать. 

Выслушав стороны, исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующему выводу. 

В силу п. 2 ст. 1 ГК РФ граждане приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе.

Согласно положениям части 1 статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

На основании ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора; существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение; договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной.

Как следует из положений п. 1 ст. 819 ГК РФ, взаимосвязанных с положениями п. 1 ст. 810 ГК РФ, по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее. Заемщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

В силу ст. 434 ГК РФ договор может быть заключен в любой форме, предусмотренной для совершения сделок, если законом для договора данного вида не установлена определенная форма.

Если стороны договорились заключить договор в определенной форме, он считается заключенным после придания ему условленной формы, хотя бы законом для договора данного вида такая форма не требовалась.

Договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа, подписанного сторонами, а также путем обмена документами посредством почтовой, телеграфной, телетайпной, телефонной, электронной или иной связи, позволяющей достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору.

В соответствии с п. 6 ст. 7 Федерального закона от 21.12.2013 № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» договор потребительского кредита считается заключенным, если между сторонами договора достигнуто согласие по всем индивидуальным условиям договора, указанным в части 9 статьи 5 настоящего Федерального закона.

Согласно пункту 14 статьи 7 Федерального закона от 21 декабря 2013 г. № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)», документы, необходимые для заключения договора потребительского кредита (займа) в соответствии с настоящей статьей, включая индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) и заявление о предоставлении потребительского кредита (займа), могут быть подписаны сторонами с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность сторонам в соответствии с требованиями федеральных законов, и направлены с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети «Интернет».

Пунктом 2 статьи 160 Гражданского кодекса Российской Федерации допускается использование при совершении сделок факсимильного воспроизведения подписи с помощью средств механического или иного копирования, электронной подписи, либо иного аналога собственноручной подписи допускается в случаях и в порядке, предусмотренных законом, иными правовыми актами или соглашением сторон.

В ч. 4 ст. 11 Федерального закона от 27 июля 2006 г. № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» предусмотрено, что в целях заключения гражданско-правовых договоров или оформления иных правоотношений, в которых участвуют лица, обменивающиеся электронными сообщениями, обмен электронными сообщениями, каждое из которых подписано электронной подписью или иным аналогом собственноручной подписи отправителя такого сообщения, в порядке, установленном федеральными законами, иными нормативными правовыми актами или соглашением сторон, рассматривается как обмен документами.

Согласно пункту 2 статьи 5 Федерального закона от 6 апреля 2011 г. № 63-ФЗ «Об электронной подписи» простой электронной подписью является электронная подпись, которая посредством использования кодов, паролей или иных средств подтверждает факт формирования электронной подписи определенным лицом.

В соответствии с пунктом 2 статьи 6 указанного закона информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью или неквалифицированной электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами, принимаемыми в соответствии с ними нормативными правовыми актами или соглашением между участниками электронного взаимодействия.

Проставление электронной подписи в заявке на предоставление кредита и в актах банка, устанавливающих условия кредитования и тарифы, по смыслу приведенной нормы расценивается как проставление собственноручной подписи.

На основании пункта 4.2 Положения Банка России от 15 октября 2015 г. № 499-П «Об идентификации кредитными организациями клиентов, представителей клиента, выгодоприобретателей и бенефициарных владельцев в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» при совершении операций с использованием платежной (банковской) карты идентификация клиента проводится кредитной организацией на основе реквизитов платежной (банковской) карты, а также кодов и паролей.

В соответствии с п. 1 ст. 845 ГК РФ по договору банковского счета банк обязуется принимать и зачислять поступающие на счет, открытый клиенту (владельцу счета), денежные средства, выполнять распоряжения клиента о перечислении и выдаче соответствующих сумм со счета и проведении других операций по счету.

Пунктом 1 ст. 848 названного кодекса предусмотрено, что банк обязан совершать для клиента операции, предусмотренные для счетов данного вида законом, установленными в соответствии с ним банковскими правилами и применяемыми в банковской практике обычаями, если договором банковского счета не предусмотрено иное.

В соответствии с положениями ст. 854 ГК РФ списание денежных средств со счета осуществляется банком на основании распоряжения клиента. Без распоряжения клиента списание денежных средств, находящихся на счете, допускается по решению суда, а также в случаях, установленных законом или предусмотренных договором между банком и клиентом.

Как установлено в пункте 4 статьи 847 ГК РФ, договором может быть предусмотрено удостоверение прав распоряжения денежными суммами, находящимися на счете, электронными средствами платежа и иными способами с использованием в них аналогов собственноручной подписи (пункт 2 статьи 160), кодов, паролей и других средств, подтверждающих, что распоряжение дано уполномоченным на это лицом.

Порядок осуществления кредитными организациями операций с платежными картами установлен в Положении ЦБ РФ от 24 декабря 2004 г. № 266-П «Об эмиссии банковских карт и об операциях, совершаемых с использованием платежных карт».

В силу пункта 1.4 Положения банковская карта представляет собой инструмент для безналичных расчетов, предназначенный для совершения физическими лицами, в том числе уполномоченными юридическими лицами, операций с денежными средствами, находящимися у эмитента, в соответствии с законодательством Российской Федерации и договором с эмитентом.

В соответствии с частями 1, 3 статьи 847 ГК РФ права лиц, осуществляющих от имени клиента распоряжения о перечислении и выдаче средств со счета, удостоверяются клиентом путем представления банку документов, предусмотренных законом, установленными в соответствии с ним банковскими правилами и договором банковского счета. Договором может быть предусмотрено удостоверение прав распоряжения денежными суммами, находящимися на счете, электронными средствами платежа и другими документами с использованием в них аналогов собственноручной подписи, кодов, паролей и иных средств, подтверждающих, что распоряжение дано уполномоченным на это лицом.

В соответствии с частью 1 статьи 9 Федерального закона от 27 июня 2011 г. № 161-ФЗ «О национальной платежной системе» (далее - Закон о национальной платежной системе) использование электронных средств платежа осуществляется на основании договора об использовании электронного средства платежа, заключенного оператором по переводу денежных средств с клиентом, а также договоров, заключенных между операторами по переводу денежных средств.

На основании части 4 статьи 9 Закона о национальной платежной системе оператор по переводу денежных средств обязан информировать клиента о совершении каждой операции с использованием электронного средства платежа путем направления клиенту соответствующего уведомления в порядке, установленном договором с клиентом.

В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (п. 1 ст. 167 ГК РФ).

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (п. 2 ст. 167 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 22.10.2018 года истец Д.Т.Г.. обратилась в банк с заявлением на банковское обслуживание и получение банковской карты. 16.07.2020 года к карте 

<

данные изъяты> была подключена услуга Мобильный банк. 13.06.2023 года между Д.Т.Г.. и ПАО «Сбербанк России» через систему «Сбербанк Онлайн» заключен договор № на выпуск и обслуживание кредитной карты с лимитом в размере 50 000 рублей, выпущена кредитная карта, открыт счет.

Для подтверждения заявки на оформление кредита Д.Т.Г. вводились одноразовые пароли, которые согласно условиям предоставления услуги, Сбербанк Онлайн являются аналогом собственноручной подписи клиента. Указанные обстоятельства подтверждены протоколом совершения операций в автоматизированной системе Сбербанк Онлайн. Заключение договора произошло посредством подтверждения паролем, отправленным на номер телефона истца. Факты обращения в банк через систему «Сбербанк Онлайн», получения денежных средств подтверждаются выгрузками из системы Мобильный Банк, Сбербанк Онлайн, протоколом совершения операций в системе Сбербанк Онлайн, журналом платежей из системы Сбербанк Онлайн, детальной информацией по заявке на кредит, выпиской по счету, отчетом по карте, что по существу не отрицается стороной истца.

При этом, суд считает несостоятельным довод истца, изложенный в исковом заявлении о том, что зачисление денежных средств на счет истца при заключении договора займа и перечисление их в другой банк на счет другого лица произведены банком одномоментно, поскольку перечисление денежных средств происходило на счета, принадлежащие истцу Д.Т.Г.

В указанной части суд учитывает, что во исполнение условий договора Банк зачислил на счет истца денежные средства в сумме 50 000, из которых, 47 000 рублей с комиссией 1410 рублей, а также сумма в 1 000 рублей с комиссией 390 рублей, соответственно, по поручению клиента, переведены на счет, открытый в ПАО «Сбербанк» на имя Д.Т.Г. Далее, в этот же день, истец в системе «Сбербанк Онлайн» провела следующие операции по карте, совершила переводы на 47 000 рублей и 7 100 рублей на счет, открытый в АО «Россельхозбанк».

С учетом изложенного, суд считает установленным, что кредитные средства были предоставлены непосредственно истцу и в результате ее активных волевых действий по оформлению кредитного договора, направленных на установление в связи с этим гражданских прав и обязанностей.

Обязательства банка по предоставлению кредита были исполнены путем зачисления на счет истца денежных средств, что следует из выписки по счету, в связи с чем доводы истца о том, что она не заключала кредитный договор и не получала денежных средств не нашли своего подтверждения в суде.

При заключении кредитного договора со стороны банка нарушений требований закона не имелось. Доказательств наличия у банка причин, позволяющих усомниться в правомерности поступивших распоряжений и (или) ограничивать клиента в его праве распоряжаться собственными денежными средствами по своему усмотрению, истец суду не представила. Таким образом, оспариваемые операции осуществлены банком в отсутствие нарушений законодательства и условий договора. 

Поскольку при проведении операций были соблюдены требования об идентификации истца, распоряжения о проведении операции выданы уполномоченным лицом, следовательно, в соответствии со статьями 845, 847, 848 Гражданского кодекса Российской Федерации банк обязан был их выполнить.

С учетом изложенного, суд считает установленным, что банк свои обязательства по кредитному договору исполнил в полном объеме, предоставил истцу кредитные денежные средства, которыми истец воспользовалась и распорядилась.

Истец в обоснование требований указала, что вышеуказанный кредитный договор был заключен под влиянием обмана со стороны третьих лиц, позвонивших истцу по телефону, представившихся работниками Россельхозбанка, пояснивших, что во избежание хищения денежных средств, ей необходимо обновить приложение Россельзозбанка и скачать приложение Озон банка, и в связи с этим, истец следовала рекомендациям третьих лиц, в том числе и диктовала коды.

Вместе с тем, объективных доказательств, подтверждающих что истец под влиянием обмана, насилия или угрозы заключила оспариваемый кредитный договор, а также производила в последующем операции по переводу денежных средств между своими счетами, истцом не представлено. Никаких действий по прекращению переговоров с третьими лицами истец не предпринимала. Истец не была лишена возможности удостоверится в действительности телефонных звонков и намерений граждан от которых они исходили путем соответствующих официальных обращений в уполномоченные организации с целью проверки поступившей информации. 

При этом судом отклоняются доводы истца о том, что неизвестные лица осуществили виртуальное подключение к мобильному телефону истца, получали СМС-коды, вводили их, и мошенническим путем заключили оспариваемый договор и вывели денежные средства со счета истца, как не подтвержденные какими-либо доказательствами.

По заявлению Д.Т.Г. возбуждено уголовное дело в отношении неустановленных лиц, по которому она признана потерпевшей. Вместе с тем, указанное обстоятельство не подтверждает вину заявленного ответчика и, тем более, не свидетельствует о том, что все указанные действия были совершены без участия истца, учитывая, что из объяснения истца следует, что телефон постоянно находился под ее контролем, не был утерян и не передавался третьим лицам. Установление виновности третьих лиц в совершении мошеннических действий является прерогативой следственных органов.

Учитывая вышеизложенное, суд считает, что действия третьих лиц не накладывают на ответчика ПАО «Сбербанк России» ответственность за их действия. Распоряжения потребителя финансовой услуги исполнены банком надлежащим образом, денежные средства по спорному кредитному договору были переведены на счет истца, в связи с чем, ненадлежащего оказания банковской услуги со стороны ответчика не имеется. Истец на свой риск вступила в гражданско-правовые отношения с третьими лицами, в которых ПАО «Сбербанк России» участия не принимал. Доказательств того, что ПАО «Сбербанк России» должно было знать и знало о сути отношений истца с третьими лицами или гарантировал исполнение этих обязательств, истцом не предоставлено. 

Довод истца о том, что денежные средства в последующем были переведены с ее счета ПАО «Сбербанк России» в АО «Россельхозбанк», а в последующем на счета третьих лиц также не влечет оснований для удовлетворения исковых требований и обязанности ответчика аннулировать задолженность по оспариваемому кредитному договору. При этом, истец не лишена права обратиться с самостоятельным иском к кредитной организации, со счетов которой в дальнейшем были осуществлены переводы на счета третьих лиц.

Последовательность действий при заключении оспариваемой сделки, и перевода денежных средств между своими счетами посредством аналога собственноручной подписи с введением кодов, направленных банком на номер телефона истца, свидетельствуют об осведомленности истца о совершаемых операциях, разумность и добросовестность которых предполагается, а также учитывая, что доказательств того, что сделка по кредитованию не была совершена истцом, равно как и действия по переводу денежных средств между своими счетами, истцом суду не представлено. 

В указанной части суд также учитывает следующее.

Согласно Приложению к Условиям банковского обслуживания физических лиц ПАО Сбербанк – Памятке по безопасности при использовании Удаленных каналов обслуживания Банка, клиенту ни при каких обстоятельствах не должен сообщать свои пароли никому, включая сотрудников Банка.

В соответствии с пунктом 3.19.Порядка предоставления ПАО Сбербанк услуг через Удаленные каналы обслуживания клиент банка обязуется хранить в недоступном от третьих лиц месте и не передавать другим лицам свои Логин (Идентификатор пользователя), Постоянный пароль и Одноразовые пароли.

В соответствии положениями раздела 6 Условий банковского обслуживания банк не несет ответственности, в случае если информация о счетах клиента, карте, контрольной информации клиента, логине (идентификаторе пользователя), паролях системы «Сбербанк Онлайн», коде клиента или проведенных клиентом операциях станет известной иным лицам в результате прослушивания или перехвата информации в каналах связи во время их использования. Банк не несет ответственности, в случае если информация о карте, ПИНе, контрольной информации клиента, логине (идентификаторе пользователя), паролях Системы «Сбербанк Онлайн», коде клиента станет известной иным лицам в результате недобросовестного выполнения клиентом условий их хранения и использования. Банк не несет ответственности за последствия исполнения поручений, выданных неуполномоченными лицами, и в тех случаях, когда с использованием предусмотренных банковскими правилами и Договором банковского обслуживания процедур Банк не мог установить факта выдачи распоряжения неуполномоченными лицами.

При этом, судом при рассмотрении дела не установлен и не подтвержден материалами дела факт распространения именно со стороны ответчика персональных данных истца либо нарушения в результате действий (бездействия) ответчика сохранности персональных данных клиента банка.

Кроме того, ответственность банка за совершение третьими лицами операций по банковской карте клиента с использованием персональных данных доступа не предусмотрена ни договором банковского обслуживания физических лиц ПАО Сбербанк, ни нормами действующего законодательства.

То обстоятельство, что 13.06.2023 года истец сообщила третьим лицам информацию предоставленную банком, поступившую ей путем смс-сообщений, при этом проигнорировав тексты предупреждений, не является основанием к признанию оспариваемого договора недействительным, поскольку ответчик, действуя в полном соответствии с заявлением истца и с ее согласия оформил кредитный договор, а также исполнил операции на основании поручений истца.

Довод стороны истца о том, что действия по введению кодов и доступа к электронной системе осуществлены истцом под влиянием мошеннических действий иного лица, является несостоятельным, поскольку отсутствуют соответствующие доказательства - вступивший в законную силу приговор суда, которым установлена виновность лица в совершении преступления (статья 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статья 49 Конституции Российской Федерации).

В соответствии со статьей 7 Федерального закона от 27 июля 2006 г. № 152-ФЗ «О персональных данных» операторы и иные лица, получившие доступ к персональным данным, обязаны не раскрывать третьим лицам и не распространять персональные данные без согласия субъекта персональных данных, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно части 1 статьи 19 указанного закона оператор при обработке персональных данных обязан принимать необходимые правовые, организационные и технические меры или обеспечивать их принятие для защиты персональных данных от неправомерного или случайного доступа к ним, уничтожения, изменения, блокирования, копирования, предоставления, распространения персональных данных, а также от иных неправомерных действий в отношении персональных данных, в том числе путем применения организационных и технических мер по обеспечению безопасности персональных данных при их обработке в информационных системах персональных данных, необходимых для выполнения требований к защите персональных данных, исполнение которых обеспечивает установленные Правительством Российской Федерации уровни защищенности персональных данных.

Доказательств тому, что банком нарушены указанные требования закона по обеспечению защиты персональных данных от неправомерного или случайного доступа, в деле не имеется.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания незаключенным кредитного договора № от 13.06.2023 года и отсутствии правовых оснований для признания договора кредитования недействительным, поскольку банк предоставил кредит на основании заявления истца, оформленного с использованием электронной подписи, ответственность банка за совершение держателем или иными лицами операций с использованием банковской карты не предусмотрена ни договором, ни законодательством, истцом не доказан тот факт, что при совершении сделки истец действовала под влиянием заблуждения по вине ответчика, что ответчик ввел ее в заблуждение относительно предмета сделки.

На основании вышеизложенного, суд не усматривает оснований для удовлетворения иска, учитывая, что кредитный договор содержит все существенные условия кредитования, истец самостоятельно и добровольно подписала данный договор, согласившись с его условиями, при этом Банк исполнил обязательства по кредитному договору в полном объеме, а истец воспользовалась предоставленными кредитными денежными средствами и распорядилась ими по собственному усмотрению. Заключение кредитного договора не противоречит требованиям действующего законодательства и предусмотренным кредитным учреждениям Правилам, нарушений при заключении кредитного договора со стороны ответчика в ходе судебного разбирательства судом не установлено. Злоупотребления правом или иного противоправно поведения со стороны ответчика также не установлено.

Доводы истца о том, что в связи с указанными выше обстоятельствами заключения кредитного договора возбуждено уголовное дело по факту кражи по п. «г» ч.3 ст. 158 УК РФ, в рамках которого истец признана потерпевшей, само по себе основанием для удовлетворения исковых требований не является, поскольку указанное обстоятельство не свидетельствует о совершении истцом сделки под влиянием обмана и заблуждения и о наличии предусмотренных гражданским законодательством оснований для признания сделки недействительной, равно как не является основанием для вывода о допущенных со стороны ответчика нарушениях прав истца, поскольку хищение денежных средств, принадлежащих истцу, если таковое имело место, не ставит под сомнение сам факт заключения кредитного договора.

Доводы стороны истца о том, что после заключения кредитного договора, лица, которые звонили Д.Т.Г.., убедили истца совершить действия, в результате которых были повреждены микроволновая печь и телефон, сама истец обращалась за медицинской помощью, в связи с чем ей причинен ущерб, что также подтверждено в судебном заседании свидетелем 

<

данные изъяты> подлежат рассмотрению в рамках уголовного дела. Правовых оснований для привлечения к ответственности по возмещению ущерба ответчиком судом не установлено.

Доводы истца о том, что сделка была ею совершена под влиянием обмана и заблуждения, так как в момент заключения сделки она не была способна оценить ее последствия, не свидетельствуют о недействительности кредитного договора в силу следующего.

В соответствии со ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел (п. 1). Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон.

В соответствии с п. 2 ст. 179 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

В п. 99 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (п. 2 ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации). Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (п. 2 ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации). Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Оценивая установленные по делу обстоятельства, руководствуясь приведенными выше нормами права, суд исходит из того, что форма кредитного договора соблюдена, кредитный договор содержит все существенные условия кредитования, истец подписала договор, чем выразила согласие с его условиями, банк исполнил обязательства по кредитному договору в полном объеме, заемщик воспользовался предоставленными кредитными денежными средствами путем осуществления перевода между своими счетами, доказательств, подтверждающих факт заключения кредитного договора под влиянием обмана или заблуждения со стороны Банка или третьих лиц, истцом в силу ст. 56 ГПК РФ не было представлено.

При этом, доказательств наличия таких обстоятельств (как совершение сделки на крайне невыгодных условиях; вынужденность совершения такой сделки вследствие стечения тяжелых обстоятельств; факт того, что контрагент сделки знал о вышеизложенных обстоятельствах и воспользовался этим при заключении кредитных договоров), истцом также не представлено.

Последовательность действий при заключении оспариваемой сделки, в том числе по распоряжению денежными средствами, не дают оснований для вывода о том, что банк знал или должен был знать об обмане истицы со стороны третьих лиц.

При таких обстоятельствах, учитывая, что нарушений ответчиком прав истца, как потребителя, не установлено, оснований для удовлетворения заявленных истцом требований не имеется, иск подлежит отказу в удовлетворении.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования Д.Т.Г. к ПАО «Сбербанк» о признании кредитного договора недействительным, об аннулировании задолженности по кредитному договору – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Республики Бурятия через Кяхтинский районный суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме. 

Мотивированное решение в окончательной форме изготовлено 30.11.2023 года.

Судья Жарникова О.В.