решение

 в окончательной форме изготовлено 17.04.2017

дело № 2-1179/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Екатеринбург 13 апреля 2017 года

Чкаловский районный суд города Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Тарасюк Ю.В., 

при секретаре Бабиновой К.П.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 ФИО13 к Попову ФИО14, ФИО4 ФИО15, ФИО2 ФИО16, ООО «Наша Аптека» о признании договоров уступки права требования недействительными, признании недействительным условия договора купли –продажи о зачете встречных однородных требований, применении последствий недействительности сделок, исключении из ЕГРП регистрационных записей, 

установил:

истец предъявила иск к ответчикам ФИО3, ФИО4, в котором после уточнения, просила признать недействительными договоры уступки права требования от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ФИО4, № от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО4 и ФИО5, признать недействительным пункт 2.2 договора купли – продажи № № от ДД.ММ.ГГГГ о зачете встречных однородных требований, применить последствия недействительности сделок, исключить из ЕГРП регистрационные записи № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, обосновав требования следующим.

Она (ФИО1) состояла в браке с ФИО3, в этот период стороны приобрели в общую совместную собственность нежилые помещения площадью 557,5 кв.м (номера на поэтажном плане 21-26) по адресу: 

<

адрес>. После расторжения брака раздел данного имущества не производился. В ДД.ММ.ГГГГ году ФИО3 с согласия истца распорядился данными нежилыми помещениями путем их продажи ООО «Новая Аптека». До полной оплаты покупателем на указанные объекты наложена ипотека в силу закона, по настоящее время расчет по сделке не произведен. В ДД.ММ.ГГГГ года истцу стало известно, что ФИО3 уступил право требования полного расчета по договору купли – продажи и право залога недвижимого имущества ФИО4 по договору цессии от ДД.ММ.ГГГГ. Уступка права требования совершена в отсутствие нотариально удостоверенного согласия истца, противоречит закону и является недействительной. ФИО4 уступил право требования полного расчета по договору купли – продажи и право залога недвижимого имущества ФИО5 по договору цессии от ДД.ММ.ГГГГ. По договору купли –продажи от ДД.ММ.ГГГГ ООО «Наша Аптека» продало ФИО5 спорные нежилые помещения, при этом в пункте 2.2 договора стороны произвели взаимозачет требований продавца на получение цены договора и требований ФИО5 из договора уступки от ДД.ММ.ГГГГ. Данные сделки недействительны ввиду недействительности первоначального договора уступки между ФИО3 и ФИО4 

Определениями суда к участию в деле в качестве соответчиков привлечены ФИО5 и ООО «Новая Аптека» по требованиям об оспаривании совершенных с их участием сделок и их частей, а также о применении последствий их недействительности. 

В судебное заседание истец ФИО6 не явилась, о месте и времени рассмотрения дела извещена по адресу, указанному истцом в исковом заявлении, о причинах неявки суду не сообщила. 

Представители ответчиков ФИО7, ФИО8 и ФИО9 судебном заседании иск не признали, полагали доводы истца о недействительности сделок недоказанными. Представителем ответчика ФИО4 – ФИО7 сделано заявление о применении срока исковой давности к требованию о признании недействительным договора цессии от ДД.ММ.ГГГГ и применении последствий его недействительности и отказе в иске по мотиву его пропуска истцом. 

Остальные участники процесса, будучи надлежаще извещенными, в судебное заседание не явились. 

Неявка истца в судебное заседание является двукратной и допущена без уважительных причин, сторона ответчика настаивала на рассмотрении дела по существу, суд на основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации считает возможным рассмотреть дело по существу при данной явке.

Заслушав объяснения участников процесса, исследовав и оценив письменные доказательства по делу в совокупности, суд приходит к следующему.

По делу установлено, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 (ранее – Попова) Л.М. и ФИО3 состояли в браке. 

В период брака супруги ФИО6 и ФИО3 приобрели в общую совместную собственность нежилое помещение площадью 557,5 кв.м, расположенное на цокольном этаже (номера на поэтажном плане №) в здании по адресу: 

<

адрес>, что подтверждается материалами дела и участниками судебного разбирательства не оспаривается. 

После приобретения право собственности на указанный недвижимый объект зарегистрировано за ФИО3 в ЕГРП ДД.ММ.ГГГГ. 

По договору купли – продажи от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 передал в собственность ООО «Наша Аптека» нежилое помещение площадью 557,5 кв.м, расположенное на цокольном этаже (номера на поэтажном плане №) в здании по адресу: 

<

адрес>, стоимостью 

<

данные изъяты>. 

Переход права собственности от продавца к покупателю зарегистрирован в ЕГРП ДД.ММ.ГГГГ. В этот же день на вышеуказанный недвижимый объект наложена ипотека в силу закона до его полной оплаты покупателем, о чем в ЕГРП внесена соответствующая регистрационная запись. 

По договору уступки права требования от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 передал ФИО4 право требования по договору купли – продажи от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ООО «Наша Аптека», включая основной долг - 

<

данные изъяты>, проценты, штрафные и иные санкции, связанные с неисполнением обязательств по договору, а также право требования расторжения договора с реституцией сторон. Цена уступаемых прав определена сторонами в 

<

данные изъяты>. 

По договору уступки права требования № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 передал ФИО5 право требования взыскания с должника ООО «Наша Аптека» задолженности по договору купли – продажи от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ООО «Наша Аптека», включая основной долг - 

<

данные изъяты>, пени и неустойки (без ограничений).

По договору купли – продажи № № от ДД.ММ.ГГГГ ООО «Наша Аптека» передало в собственность ФИО5 нежилое помещение площадью 557,5 кв.м, расположенное на цокольном этаже (номера на поэтажном плане №) в здании по адресу: 

<

адрес>, стоимостью 

<

данные изъяты>. 

Пунктом 2.2 договора купли – продажи № № от ДД.ММ.ГГГГ установлен порядок оплаты объекта покупателем, в том числе – 

<

данные изъяты> оплачивается в день подписания настоящего договора, 

<

данные изъяты> оплачивается путем зачета встречных однородных требований по настоящему договору и договору купли –продажи от ДД.ММ.ГГГГ, договорам цессии от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, подтверждаемого соответствующим актом. 

Переход права собственности от продавца к покупателю на основании договора купли – продажи от ДД.ММ.ГГГГ зарегистрирован в ЕГРП ДД.ММ.ГГГГ, с указанного времени собственником недвижимого объекта является ФИО5 

По смыслу статьи 2 Семейного кодекса Российской Федерации предметом регулирования семейного законодательства являются имущественные отношения между членами одной семьи - супругами. 

Норма пункта 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации предусматривает обязательное наличие нотариально удостоверенного согласия супруга при совершении другим супругом сделки по распоряжению общей недвижимостью.

Оспариваемый договор уступки права требования от ДД.ММ.ГГГГ заключен ответчиками ФИО3 и ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ, то есть тогда, когда ФИО6 и цедент ФИО3 перестали быть супругами, распоряжение имуществом которых определялось положениями статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации. С прекращением брака в ДД.ММ.ГГГГ году стороны приобрели статус участников совместной собственности, регламентация которой осуществляется по нормам Гражданского кодекса Российской Федерации, а не по правилам семейного законодательства. 

При таких обстоятельствах получение нотариально удостоверенного согласия истца на совершение договора уступки права требования от ДД.ММ.ГГГГ в порядке пункта 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации не требовалось. 

Согласно пункту 1 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации участники совместной собственности, если иное не предусмотрено соглашением между ними, сообща владеют и пользуются общим имуществом.

Распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом (пункт 2 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников. Совершенная одним из участников совместной собственности сделка по распоряжению общим имуществом может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом (пункт 3 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу приведенных норм, условием признания сделки по распоряжению совместной собственностью недействительной является установленный судом факт осведомленности второй стороны сделки – цессионария об отсутствии у цедента как участника совместной собственности полномочий на совершение такой сделки.

В нарушение требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истцом ФИО10 не представлено суду доказательств, подтверждающих, что цессионарий ФИО4 знал либо должен был знать об отсутствии согласия истца на совершение оспариваемой сделки. Напротив, на момент заключения договора цессии от ДД.ММ.ГГГГ имелось нотариально удостоверенное согласие истца на продажу ФИО3 нежилого помещения, споров относительно раздела вырученных от продажи общей недвижимости денежных средств между бывшими супругами П-вым и ФИО1 не имелось. В силу пункта 2 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласие истца на отчуждение имущественного права требования путем заключения ФИО3 спорной сделки цессии предполагалось.

При таких обстоятельствах, исковые требования истца о признании недействительным договора уступки права требования от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ФИО4 по мотиву нарушения закона при его совершении удовлетворению не подлежат.

ФИО6 просит признать недействительными договор уступки права требования № от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО4 и ФИО5, а также пункт 2.2 договора купли – продажи № БУ-125 от ДД.ММ.ГГГГ о зачете встречных однородных требований между ООО «Наша Аптека» и ФИО5 на основании статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации как противоречащие закону и вытекающие из недействительности первичной сделки цессии от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ФИО4 

Исходя из положений статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации, право распоряжение имуществом принадлежит собственнику. Сделка с имуществом, совершенная лицом, не имеющим право на распоряжение данным имуществом, не соответствует статье 209 Гражданского кодекса Российской Федерации и в силу статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации является недействительной. 

По делу установлено, что на дату заключения договора цессии № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 являлся собственником имущественного права требования к должнику ООО «Наша Аптека» из договора купли – продажи от ДД.ММ.ГГГГ. Законность поступления данного имущества в собственность ФИО4 истцом не опровергнута, в связи с чем указанное лицо вправе были распорядиться данным имуществом путем переуступки ФИО5 по договору цессии. По состоянию на ДД.ММ.ГГГГ встречные однородные обязательства у ФИО5 - по оплате стоимости приобретенной недвижимости по договору купли – продажи от ДД.ММ.ГГГГ и у ООО «Наша Аптека» - по оплате цены договора купли – продажи от ДД.ММ.ГГГГ имелись, в установленном порядке не были признаны недействительными или отсутствующими. При таких обстоятельствах установление в договоре купли – продажи № № от ДД.ММ.ГГГГ условия о зачете встречных однородных требований между ООО «Наша Аптека» и ФИО5 совершено в соответствии со статьей 410 Гражданского кодекса Российской Федерации и закону не противоречит. 

Нарушений требований закона при совершении договора цессии от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО4 и ФИО5, а также включении в договор купли – продажи № № от ДД.ММ.ГГГГ пункта 2.2 условия о зачете встречных однородных требований ООО «Наша Аптека» и ФИО5 судом не установлено. Оснований для признания указанного договора цессии и пункта 2.2 договора купли – продажи недействительными ввиду несоответствия требованиям статьи 168 Гражданского кодекса РФ не имеется. 

В силу пункта 3 статьи 166 Гражданского кодекса РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Пунктом 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 разъяснено, что Гражданский кодекс Российской Федерации не исключает возможность предъявления исков о признании недействительной ничтожной сделки. Споры по таким требованиям подлежат разрешению судом в общем порядке по заявлению любого заинтересованного лица.

По смыслу статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской и пункта 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации заинтересованным является лицо, чьи права и интересы непосредственно затрагиваются указанной сделкой и восстанавливаются в результате признания ее недействительной. 

Как установлено судом, ФИО6 стороной оспариваемой сделки цессии от ДД.ММ.ГГГГ и договора купли – продажи от ДД.ММ.ГГГГ с оспариваемым условием о зачете не является. Поскольку предыдущая сделка цессии от ДД.ММ.ГГГГ истцом не оспорена, признание последующих сделок цессии от ДД.ММ.ГГГГ и пункта 2.2 договора купли – продажи от ДД.ММ.ГГГГ никак не восстановит прав истца, поскольку правовые последствия их недействительности распространятся на участников данных сделок, а не на истца. 

Отсутствие законного интереса в оспаривании сделок является самостоятельным основанием к отказу в иске ФИО6 о признании недействительным договора цессии от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО4 и ФИО5 и пункта 2.2 договора купли – продажи № № от ДД.ММ.ГГГГ о зачете встречных однородных требований. 

Отказ в удовлетворении основных требований о признании сделок и их частей недействительности влечет отказ в удовлетворении производных требований истца о применении последствий недействительности сделок путем исключения из ЕГРП регистрационных записей № от ДД.ММ.ГГГГ о регистрации ипотечного обременения на нежилое помещение за ФИО4, и № от ДД.ММ.ГГГГ о государственной регистрации права собственности на нежилое помещение за ФИО5 

Ответчиком ФИО4 в лице представителя ФИО7 сделано заявление о применении срока исковой давности по требованию об оспаривании договора цессии от ДД.ММ.ГГГГ, применении последствий его недействительности и отказе в иске по мотиву его пропуска. 

В силу пункта 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года. Для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком (статья 197 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу пункта 3 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации сделки, оспариваемые участником совместной собственности сделки по мотиву совершения другим сособственником в отсутствие необходимых полномочий, относятся к числу оспоримых.

В силу пункта 2 статьи 181 Гражданского кодекса РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Годичный срок исчисляется со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В пункте 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации» даны следующие разъяснения. 

Согласно пункту 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре, которая в силу положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации несет бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности.

Таким образом, обязанность по доказыванию начального момента течения срока исковой давности по требованию об оспаривании договора цессии от ДД.ММ.ГГГГ, то есть даты, когда истец узнал или должен был узнать о нарушении права, возлагается на ответчика ФИО4, ссылающегося на пропуск срока исковой давности.

Истец ФИО6 стороной сделки цессии от ДД.ММ.ГГГГ не являлась, ссылается на поступление данных о ее совершении и о нарушении своих прав в июне 2016 года. Иная, более ранняя дата, когда истец узнал или должен был узнать о нарушении его права владения спорным помещением, ответчиком ФИО4 не доказана. При таком положении срок исковой давности по требованию ФИО6 об оспаривании сделки цессии от ДД.ММ.ГГГГ и применении последствий ее недействительности не пропущен, оснований для применения давностного срока не имеется. 

При подаче искового заявления в суд истцом оплачена государственная пошлина в размере 

<

данные изъяты>, тогда как подлежала оплате 

<

данные изъяты>. Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ подлежащая оплате истцом государственная пошлина уменьшена до 

<

данные изъяты>. Истец ФИО6 является получателем пенсии по старости, при подаче искового заявления ссылалась на затруднительное финансовое положение, не позволяющее оплатить государственную пошлину в полном объеме. Учитывая материальное положение истца, на основании статьи пункта 2 статьи 333.20 Налогового кодекса РФ суд считает необходимым частично освободить истца ФИО6 от уплаты государственной пошлины в местный бюджет в связи с отказом в иске, в размере 

<

данные изъяты>. С истца в доход бюджета муниципального образования «город Екатеринбург» подлежит взысканию государственная пошлина в размере 

<

данные изъяты> по правилам статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с отказом в иске.

На основании части 3 статьи 144 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с вынесением решения суда об отказе в удовлетворении иска обеспечительные меры в виде наложения на Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Свердловской области совершать любые регистрационные действия, в том числе регистрацию любых сделок, прав и обременений в отношении нежилого помещения площадью 557,5 кв.м, расположенного на цокольном этаже (номера на поэтажном плане №) в здании по адресу: 

<

адрес>, подлежат отмене.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 ФИО17 к Попову ФИО18, ФИО4 ФИО19, ФИО2 ФИО21, ООО «Наша Аптека» о признании недействительным договора уступки права требования от ДД.ММ.ГГГГ между П-вым ФИО22 и ФИО4 ФИО23, признании недействительным договора цессии № от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО4 ФИО24 и Ч-вым ФИО25, признании недействительным пункта 2.2 договора купли – продажи № № от ДД.ММ.ГГГГ между ООО «Наша Аптека» и Ч-вым ФИО26 о зачете встречных однородных требований, применении последствий недействительности сделок, исключении из ЕГРП регистрационных записей № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, - оставить без удовлетворения.

Взыскать с ФИО1 ФИО27 в доход бюджета муниципального образования «город Екатеринбург» государственную пошлину в размере 

<

данные изъяты>.

Отменить обеспечительные меры, наложенные определением Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга от ДД.ММ.ГГГГ.

Снять с Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Свердловской области запрет совершать любые регистрационные действия, в том числе регистрацию любых сделок, прав и обременений в отношении нежилого помещения площадью 557,5 кв.м, расположенное на цокольном этаже (номера на поэтажном плане №) в здании по адресу: 

<

адрес>.

Освободить ФИО1 ФИО28 от уплаты государственной пошлины в доход бюджета муниципального образования «город Екатеринбург» в размере 

<

данные изъяты>.

Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Чкаловский районный суд г. Екатеринбурга.

Решение изготовлено в совещательной комнате в печатном виде.

Председательствующий Ю.В. Тарасюк