АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Уфа 26 декабря 2017 года 

Верховный Суда Республики Башкортостан

в составе председательствующего судьи Хомечко М.Ю.,

при секретаре Валетдиновой Г.М.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осужденного ФИО1 на приговор Чекмагушевского межрайонного суда Республики Башкортостан от 7 ноября 2017 года, по которому

ФИО1, дата года рождения, уроженец и житель ..., ранее не судимый

осужден по ч.1 ст.199.2 УК РФ (в редакции ФЗ-250 от 29 июля 2017 года) к штрафу в размере 250 000 рублей и от наказания освобожден на основании п.9, 12 Постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации «Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов» от 24 апреля 2015 года № 6576-6 ГД со снятием судимости.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменений до вступления приговора в законную силу.

Приговором суда решена судьба вещественных доказательств.

Доложив содержание обжалуемого приговора, доводы апелляционной жалобы, выслушав доводы осужденного ФИО1 и его адвоката Шаймарданова З.Ш. в поддержку апелляционной жалобы, мнение прокурора Кархалева Н.Н. об изменении приговора, суд апелляционной инстанции,

у с т а н о в и л:

ФИО1 признан виновным в том, что он, являясь генеральным директором открытого акционерного общества «БМ», единоличным исполнительным органом ОАО «БМ», должностным лицом, ответственным за финансово-хозяйственную деятельность предприятия и соблюдение налогового законодательства, достоверно зная о наличии недоимки по налогам и сборам, сокрыл денежные средства ОАО «БМ» в крупном размере на сумму 2 298 450, 12 рублей, за счет которых в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о налогах и сборах должно быть произведено взыскание недоимки по налогам, путем открытия нового расчетного счета в ОАО «СБ», с которого перечислены денежные средства в указанной сумме поставщикам услуг и товаров.

Преступление совершено в период времени с 1 июля 2013 года по 18 ноября 2013 года при обстоятельствах, изложенных в приговоре. Его действия квалифицированы по ч.1 ст.199.2 УК РФ в редакции Федерального Закона от 29 июля 2017 года № 250-ФЗ, как имеющего обратную силу в порядке ст.10 УК РФ.

ФИО1 также предъявлялось обвинение в сокрытии денежных средств ОАО «БМ» посредством оплаты услуг, оказанных Обществу контрагентами, минуя расчетные счета в ОАО «СБР» и ОАО «РСХБ» в сумме 3 053 757,96 рублей в период с 15 августа 2013 года по 14 апреля 2014 года.

Указанный эпизод суд из обвинения ФИО1 исключил. В этой части приговор никем не обжалован.

В судебном заседании осужденный вину не признал, полагая, что в его действиях нет состава вмененного ему преступления.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 считает приговор суда незаконным, необоснованным, подлежащим отмене в связи с нарушением норм уголовного и уголовно-процессуального права, несправедливостью наказания, а дело – подлежащим передаче на новое судебное разбирательство.

Считает, что по эпизоду сокрытия денежных средств, поступивших от «ЧМ» выводы суда не соответствуют фактическим материалам дела. Ссылаясь на нормы Закона и анализ хозяйственной деятельности предприятия, утверждает, что очередность уплаты налогов и сборов им не нарушалась. Имеется вступившее в законную силу решение Арбитражного суда, согласно которому «текущее состояние должника являет собой классический пример банкротства». Однако суд данному решению, имеющему преюдициальное значение в силу ст.90 УПК РФ, оценки не дал. Суд не учел, что им оплачивалась заработная плата и другие виды налоговых сборов, очередность которых не ниже НДС; они обеспечивали продукцией социально-значимые учреждения Бакалинского района. Нарушений при открытии счета не было, уведомление в ФНС направлено в срок. Ввиду сложного хозяйственно-экономического положения предприятия была достигнута договоренность по сбору и перепродаже молока в «ЧМ» с тем, что разница от этой перепродажи идет на текущую деятельность «БМ». Разница в наценке в 700 000 рублей перечислена со счета в ОАО «СБ» на счет в ОАО «СБР», где были требования ФНС. Сумма в 2 298 000 рублей в течение 9 дней вернулась в распоряжение ОАО «БМ» и поступила на блокированные счета в ОАО «РСХБ» и ОАО «СБР». При этом указанная сумма явно недостаточна для полного расчета по налогам на сумму свыше 6 миллионов рублей, поэтому частичное списание является единственно верным в данной ситуации. Тем самым в его действиях нет признака сокрытия денежных средств.

Вывод суда о том, что поступившие во исполнение договорных обязательств денежные средства являются собственностью предприятия, противоречат выводам арбитражного дела о том, что деятельность должника находится в полной зависимости от заемных источников финансирования. При этом представитель ООО «ЧМ» об обстоятельствах, условиях, целях перечисления денег не допрашивался.

Утверждает, что суд не дал оценку доводу стороны защиты о том, что отсутствовало решение ИФНС о приостановлении операций по счету в «СБ»; а также что ссылка на ст.855 ГК РФ при доказывании умысла на уклонение от уплаты налогов является неправомерной. Суд в приговоре допустил неточности в определении периода времени, так как операций по счету в «СБ» проводились не в 2014 году, а в ноябре 2013 года.

Судом не дано оценки факту отвлечения денежных средств ОАО «БМ» по решению Совета директоров на погашение просроченной задолженности по кредитному договору от 26 июня 2012 года. Показания свидетелей - сотрудников налоговой службы Г.А.Ф., Ш.Л.Х. не содержат фактов, доказывающих сокрытие им средств от уплаты налогов. Свидетель С.З.С., главный бухгалтер, в суде свои показания в ходе следствия подтвердила лишь частично, что было проигнорировано судом. Выводы судебно-бухгалтерской экспертизы о невозможности ответить на вопрос о наличии у ОАО «БМ» в период с 1 января 2013 года по 14 апреля 2014 года денежных средств для уплаты задолженности по налогам судом, не учтены, а в основу приговора суд положил процессуально-ущербное заключение специалиста А-ой о том, что такие средства имелись.

Судом не проведен детальный анализ доказательств, а в приговоре просто повторены утверждения стороны обвинения. При этом не отражено, какие конкретно нормы налогового законодательства, действовавшего на момент совершения преступления, нарушены обвиняемым. Утверждает, что он не скрывал денежных средств и в отношении него должен быть постановлен оправдательный приговор.

Кроме того, полагает, что протоколы его допросов в качестве подозреваемого и обвиняемого являются недопустимыми доказательствами, поскольку согласно ордеру адвоката, он назначен еще до возбуждения уголовного дела, в постановлении о допуске адвоката его подписи нет, никаких соглашений с адвокатом Шарафутдиновым В.Г. он не заключал; следователем положения ч.3 ст.51 УПК РФ ему не разъяснялись. Назначенный следователем адвокат Шарафутдинов В.Г. фактически не участвовал при его допросах, с ним не встречался, консультаций не давал, более того, он даже согласился на рассмотрение уголовного дела в особом порядке. Ознакомление с делом, состоящим из 6 томов, произведено в течение часа. Все это свидетельствует о нарушении его права на защиту в ходе предварительного следствия.

В возражении на апелляционную жалобу государственный обвинитель Ахунова Г.Р. считает приговор законным и обоснованным.

В суде апелляционной инстанции:

- осужденный ФИО1 и его адвокат Шаймарданов З.Ш. апелляционную жалобу поддержали, просили приговор суда отменить, а уголовное дело направить на новое судебное разбирательство;

- прокурор Кархалев Н.Н. полагал об изменении приговора и освобождении ФИО1 от наказания не ввиду акта амнистии, а в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности.

Проверив материалы уголовного дела, выслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражения, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В силу положений ст.297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным, справедливым и признается таковым, если он соответствует требованиям уголовно-процессуального законодательства, предъявляемым к его содержанию, процессуальной форме и порядку постановления, а также основан на правильном применении уголовного закона.

В описательно-мотивировочной части приговора, исходя из положений п.2 ст.307 УПК РФ, надлежит дать оценку всем исследованным в судебном заседании доказательствам, как уличающим, так и оправдывающим подсудимого. При этом излагаются доказательства, на которых основаны выводы суда по вопросам, разрешаемым при постановлении приговора, и приводятся мотивы, по которым те или иные доказательства отвергнуты судом.

Указанным требованиям приговор суда соответствует.

К такому выводу суд апелляционной инстанции пришел на основании следующего.

В ходе предварительного расследования и судебного разбирательства по делу не допущено нарушений уголовно-процессуального закона, способных путем ограничения прав участников судопроизводства повлиять на правильность принятого судом решения. Расследование уголовного дела проведено в рамках установленной законом процедуры, с соблюдением прав всех участников уголовного судопроизводства. Рассмотрение уголовного дела проведено судом в соответствии с положениями главы 36 УПК РФ, определяющей общие условия судебного разбирательства, глав 37 - 39 УПК РФ, определяющих процедуру рассмотрения уголовного дела. 

В судебном заседании подсудимый ФИО1 виновным себя не признал в полном объеме, однако при этом фактические обстоятельства по открытию счета в «СБ» не оспаривал. А из оглашенного в судебном заседании протокола его допроса в качестве обвиняемого от 25 декабря 2014 года следует, что он вину признал полностью и показал, что расчетные счета предприятия были приостановлены, но деятельность его было необходимо продолжать, для чего он, как руководитель предприятия, и открыл 13 ноября 2013 года в ОАО «СБ» новый расчетный счет, который использовался до 18 ноября 2013 года. Погашения задолженности по налогам с данного расчетного счета не производилось, он был открыт для того, чтобы предприятие могло осуществить расчеты с поставщиками, поскольку при поступлении денежных средств на старые расчетные счета они были бы списаны в пользу уплаты налогов.

Несмотря на заявление подсудимого ФИО1 о том, что протокол был написан заранее, он его только подписал, в судебном заседании он также показал, что счет открыли, чтобы работать; наличие требований от налоговой инспекции он не оспаривает; дальше не работал со счетом в «Социнвестбанке» потому, что счета были приостановлены, и Чекмагушевский молзавод не давал больше денег, что не противоречит его показаниям в ходе следствия.

Судом на основании совокупности исследованных в судебном заседании доказательств был сделан правильный вывод о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого преступления.

Судом правильно установлено, что законность действий налоговых органов, в том числе и суммы задолженности, ФИО1 не оспаривал. Зная об имеющихся решениях о взыскании недоимки и задолженности по налогам за счет денежных средств и имущества предприятия, ФИО1 умышленно, с целью сокрытия денежных средств возглавляемого им ОАО «БМ» от взыскания недоимки по налогам и сборам, заведомо зная о приостановлении операции по имеющимся у предприятия расчетным счетам, в нарушение п.12 ст.76 НК РФ с целью уклонения от уплаты налогов открыл новый расчетный счет в ОАО «СБ», о котором сообщил контрагентам и в последующем с этого счета поступившие денежные средства в сумме 2 298 450, 12 руб. он направил на расчеты с поставщиками.

Виновность ФИО1 подтверждается показаниями представителя потерпевшего – старшего налогового инспектора МРИ ФНС № 27 С.С.А. в судебном заседании о принятых мерах по взысканию налогов с ОАО «БМ», несмотря на которые задолженность все же не была погашена. Из-за того, что размер задолженности превысил наличное имущество предприятия, обратились с заявлением в полицию. Об открытии счета в «СБ» стало известно 15 ноября 2013 года (в пятницу) от банка, и уже 18 ноября 2013 года (в понедельник) были выставлены инкассовые поручения, так как по выходным банки не работают.

Данные показания соответствуют и показаниям в судебном заседании свидетеля ФИО2, сотрудника налоговой инспекции, подтвердившей, что с их стороны были приняты все меры по взысканию задолженности по налогам, приняты решения о приостановлении операций по счетам. В ноябре 2013 года был открыт счет в «СБ». При этом если бы деньги, которые имелись на счете в «СБ», поступили на ранее открытые счета предприятия, то были бы списаны в счет налогов в порядке очередности.

Свидетель С.З.С., бухгалтер Бакалинского молочного завода, суду пояснила, что в период с 1 июля 2013 года по 14 апреля 2014 года имелась задолженность по налогам, приходили требования, инкассовые поручения от налоговой, счета были приостановлены. В «СБ» открыли расчетный счет, по которому планировали работать, проводили через него платежи контрагентам, часть денег ушла на оплату молока, а часть на зарплату. Долг был большой, и самостоятельно платить налоги у предприятия возможности не было. Указание по открытию счета давал директор ФИО1 Со старыми счетами не могли работать из-за действий налоговой инспекции по их закрытию, поэтому для ведения хозяйственной деятельности открыли новый счет, но смогли проработать по этому счету только пять дней, так как налоговая выставила инкассовое поручение. 

Из оглашенных в судебном заседании показаний этого свидетеля в ходе предварительного расследования усматривается, что 13 ноября 2013 года в ОАО «СБ» по указанию ФИО1 ОАО «БМ» открыл новый расчетный счет, который использовал до 18 ноября 2013 года, с которого за это время произведен расчет с поставщиками за молоко. Погашение задолженности по налогам с данного расчетного счета не производилось, он был открыт для расчета с поставщиками. Если бы деньги поступали на старые расчетные счета, они были бы списаны в пользу уплаты налогов. Чтобы избежать этого и был открыт новый расчетный счет, который планировалось быстро использовать до его приостановления налоговым органом. В приведенной части свидетель С.З.С. в судебном заседании свои показания в ходе следствия не оспаривала.

Указанные показания согласуются между собой и не противоречат исследованным судом документам о финансовой деятельности ОАО «БМ», банковским документам об открытии счета в ОАО «Социнвестбанк» и о движении денежных средств по нему.

Заключением специалиста № 38/18-204с от 24 декабря 2014 года установлено, что за период с 13 по 18 ноября 2013 года ОАО «БМ» перечислило поставщикам с вновь открытого расчетного счета в ОАО «СБ» денежные средства в сумме 2 298 450,12 рублей, в результате чего на расчетные счета предприятия, на которые МРИ ФНС РФ № 27 по РБ выставлены инкассовые поручения об уплате налогов, денежные средства не поступили (т.6 л.д.84-95). В указанной части это заключение полностью соответствует и заключению проведенной по назначению суда комплексной судебно-бухгалтерской и финансово-экономической экспертизы от 9 октября 2017 года, в которой отражено, что на расчетный счет в ОАО «Социнвестбанк» от покупателей (ООО «ЧМ») поступили денежные средства в сумме 3 000 000 рублей и были потрачены, в том числе, на расчеты с поставщиками за товары/услуги; всего в заключении экспертизы указано о расчетах с 16 поставщиками (т.13, л.д.93-129).

Проанализировав эти и другие исследованные в судебном заседании и приведенные в приговоре доказательства, суд сделал правильный вывод, что ФИО1, являясь должностным лицом, ответственным за финансово-хозяйственную деятельность предприятия и соблюдение налогового законодательства, достоверно зная о наличии недоимки по налогам и сборам, сокрыл денежные средства ОАО «БМ» в крупном размере на сумму 2 298 450, 12 рублей, за счет которых в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о налогах и сборах должно быть произведено взыскание недоимки по налогам путем открытия нового расчетного счета в ОАО «СБ», с которого перечислены денежные средства в указанной сумме поставщикам услуг и товаров, и его действиям, квалифицированным по ч.1 ст.199.2 УК РФ (в редакции ФЗ-250 от 29 июля 2017 года), дана верная юридическая оценка. При этом суд обоснованно в силу ст.10 УК РФ применил указанную редакцию Закона, поскольку санкция ч.1 ст.199.2 в редакции ФЗ-250 от 29 июля 2017 года мягче санкции предыдущей редакции ст.199.2 УК ПРФ, что улучшает положение осужденного. С указанными выводами соглашается и суд апелляционной инстанции.

Положенные в основу приговора доказательства судом оценены с точки зрения относимости и допустимости, и правильно приняты во внимание. Каких-либо противоречий они не содержат и в своей совокупности являются достаточными для обоснования выводов суда о виновности осужденного.

Согласно разъяснениям, которые даны Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в Постановлении от 28 декабря 2006 года N 64 "О практике применения судами уголовного законодательства об ответственности за налоговые преступления", преступление, предусмотренное статьей 199.2 УК РФ, заключается в сокрытии денежных средств либо имущества, за счет которых в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, должно быть произведено взыскание недоимки.

Под сокрытием денежных средств либо имущества организации или индивидуального предпринимателя, за счет которых должно производиться взыскание налогов и (или) сборов (ст.199.2 УК РФ), следует понимать деяние, направленное на воспрепятствование принудительному взысканию недоимки по налогам и сборам в крупном размере.

Полномочия ФИО1 как должностного лица подтверждены имеющимися в материалах уголовного дела и исследованными судом уставом предприятия, приказом о назначении ФИО1 директором. 

Таким образом, денежные средства, в случае их поступления на расчетные счета предприятия, должны были быть принудительно взысканы в счет недоимки по налогам и сборам. В связи с этим совершение вмененных в вину ФИО1 действий свидетельствует об умышленном воспрепятствовании принудительному взысканию недоимки, что полностью подтверждено совокупностью исследованных судом доказательств.

При этом доводы стороны защиты о том, что обязательным признаком преступления, предусмотренного ст.199.2 УК РФ, является личная заинтересованность виновного лица, не основаны на законе.

Статья 199.2 УК РФ, устанавливающая ответственность именно за "сокрытие" денежных средств или имущества, позволяет признавать составообразующим такое деяние, которое совершается с умыслом и направлено на избежание взыскания недоимки по налогам и (или) сборам. Это предполагает необходимость доказать, в частности, наличие у организации или индивидуального предпринимателя денежных средств или имущества, за счет которых должно быть произведено взыскание недоимки по налогам и (или) сборам, а также и то, что эти средства были намеренно сокрыты с целью уклонения от взыскания недоимки.

В данном случае ни сам ФИО1, ни свидетель С.З.С. не отрицали, что в ОАО «СБ» расчетный счет был открыт именно для ведения хозяйственной деятельности предприятия, с которого уплата налогов ими не предполагалась. При таких обстоятельствах, само по себе наличие решения Арбитражного суда, на которое ссылается осужденный в апелляционной жалобе, не свидетельствует о его невиновности, как не свидетельствует об этом и факт обеспечения продукцией предприятия социально-значимых учреждений Бакалинского района.

Как правильно указано в приговоре суда, денежные средства, поступившие от ООО «ЧМ» во исполнение договорных обязательств, не являлись заемными средствами, а потому обоснованно признаны собственными средствами ОАО «БМ», которые с учетом требований налоговых органов подлежали перечислению в счет погашения задолженности по налогам.

Довод об отвлечении денежных средств ОАО «БМ» по решению Совета директоров на погашение просроченной задолженности по кредитному договору от 26 июня 2012 года не соответствует действительности, поскольку согласно выписке по счету в ОАО «С.Б.» и заключению комплексной бухгалтерской экспертизы не усматривается, что денежные средства со вновь открытого счета направлялись на погашение задолженности по указанному договору. 

Тем самым доводы апелляционной жалобы осужденного аналогичны ранее неоднократно высказанным при рассмотрении уголовного дела судом первой инстанции, и они получили надлежащую оценку в приговоре суда. Иных, новых доводов о невиновности ФИО1, апелляционная жалоба не содержит. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы, в приговоре имеются ссылки на конкретные нормы закона, Налогового Кодекса РФ, нарушение которых допущено подсудимым, а также проведен детальный анализ доказательств, представленных как стороной обвинения, так и стороной защиты с конкретным указанием причин, по которым приняты одни доказательства и отвергнуты другие.

Доводы о нарушении права ФИО1 на защиту в ходе предварительного следствия суд апелляционной инстанции считает несостоятельными.

Факт выдачи ордера адвоката до возбуждения уголовного дела не свидетельствует об отсутствии у него полномочий на представление интересов ФИО1, поскольку фактически он к выполнению своих обязанностей приступил, а ФИО1 в установленном законом порядке от его услуг не отказался. 

К тому же, в ордере от 25 сентября 2014 года указано, что полномочия адвоката предусмотрены на период доследственной проверки (т.4 л.д.31), и именно с его участием 25 сентября 2014 года в рамках проверки ФИО1 было дано объяснение (т.4 л.д.128-130). 

Впоследствии на основании постановления следователя адвокат Шарафутдинов В.Г. допущен к участию в деле для представления интересов ФИО1 в ходе следствия, о чем выписан отдельный ордер (т.5 л.д.214, 215). Подозреваемому разъяснены его права, предусмотренные ст.46 УПК РФ, в том числе, и право пользоваться услугами адвоката, основания для отказа от адвоката, положения ст.51 Конституции РФ (т.5 л.д.216-222). Протокол разъяснения прав, протокол допроса подозреваемого (т.5 л.д.223-227) оформлены с участием адвоката Шарафутдинова В.Г., от которого ФИО1 не отказывался, а в протоколе допроса подозреваемого указал, что показания дает добровольно, в ходе допроса давления на него не оказывалось, все изложенное в протоколе соответствует действительности. Данные заявления подтверждены записью о том, что напечатано с его слов, им лично прочитано, и подписями ФИО1 

Обвинение ФИО1 также предъявлено, и допрос обвиняемого произведен в присутствии защитника; права, предусмотренные ст.47 УПК РФ ему разъяснены (т.6 л.д.99-108, 11-114). При этом ни замечаний к протоколу, ни ходатайств о необходимости замены защитника от ФИО1 не поступило. Ознакомление с материалами уголовного дела произведено, как это отражено в протоколе ознакомления, в полном объеме, в присутствии защитника, без ограничения во времени (т.6 л.д.128-136).

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции расценивает указанные доводы апелляционной жалобы осужденного как его средство защиты. Тем более, что впоследствии ФИО1 заключил договор с иным адвокатом по своему усмотрению, а само уголовное дело рассматривалось судом неоднократно, и подсудимый как и его защитник, в каждом процессе занимали активную позицию по представлению и исследованию доказательств.

В связи с этим суд обоснованно принял в качестве допустимого доказательства протокол допроса в качестве обвиняемого, изложенные в котором показания согласуются с совокупностью исследованных судом доказательств, в том числе, финансовых документов и заключений эксперта и специалиста, и не противоречат показаниям самого ФИО1 в суде об обстоятельствах и целях открытия счета в «СБ», а также полностью согласуются с показаниями свидетеля С.З.С. как в суде, так и в ходе предварительного следствия о том, что новый счет в «СБ» был открыт по указанию директора ФИО1 для ведения хозяйственной деятельности, так как со старыми счетами не могли работать из-за действий налоговой инспекции по их закрытию. Суд апелляционной инстанции также учитывает, что в данной части свидетель С.З.С. в суде свои показания в ходе следствия не опровергала. 

При таких обстоятельствах оснований вывода о невиновности ФИО1 и для отмены приговора по доводам его апелляционной жалобы суд апелляционной инстанции не усматривает.

При назначении осужденному наказания суд учел характер и степень общественной опасности преступления, личность подсудимого, признание им вины в ходе предварительного следствия, наличие несовершеннолетнего ребенка и отсутствие отягчающих обстоятельств и мотивированно назначил ему наказание в виде штрафа.

Однако приговор подлежит изменению в связи со следующим.

Так, учитывая, что действия ФИО1 судом квалифицированы по ч.1 ст.199.2 в редакции ФЗ-250 от 29 июля 2017 года, им совершено преступление небольшой тяжести, тогда как согласно прежней редакции ст.199.2 УК РФ относилась к преступлениям средней тяжести. Из обвинения ФИО1 обжалуемым приговором исключен один эпизод, и приговор в этой части никем не обжалован. Тем самым объем обвинения судом уменьшен. В то же время суд назначил ФИО1 наказание в виде штрафа в размере 250 000 рублей несмотря на то, что предыдущими приговорами, когда он осуждался за больший объем обвинения по преступлению средней тяжести, ему назначался штраф в размере 200 000 рублей, а приговоры отменялись не за мягкостью назначенного наказания. 

Учитывая изложенное, а также то, что 200 000 рублей – это минимальная санкция ч.1 ст.199.2 УК РФ суд апелляционной инстанции с учетом тяжести и обстоятельств совершенного преступления, имущественного положения осужденного, имеющего на иждивении несовершеннолетнего ребенка, считает возможным, применив правила ст.64 УК РФ, определить размер штрафа в сумме меньшей, чем предусмотрено санкцией ч.1 ст.199.2 УК РФ.

Кроме того, суд первой инстанции освободил ФИО1 от наказания, применив в отношении него акт амнистии. При этом суд не учел, что преступление небольшой тяжести совершено ФИО1 в период с 1 июля 2013 года по 18 ноября 2013 года, следовательно, в силу п. «а» ч.1 ст.78 УК РФ сроки давности привлечения его к ответственности на момент рассмотрения уголовного дела истекли.

Истечение сроков давности по своим юридическим последствием является более благоприятным основанием для освобождения от наказания, чем применения акта амнистии, поэтому суд апелляционной инстанции полагает необходимым в силу требований ч.8 ст.302 УПК РФ освободить ФИО1 от наказания в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 38913, 38920, 38928, 38933, 38935 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

п о с т а н о в и л:

Приговор Чекмагушевского межрайонного суда Республики Башкортостан от 7 ноября 2017 года в отношении ФИО1 изменить:

- исключить из описательно-мотивировочной части приговора суждение об отсутствии оснований для применения ст.64 УК РФ;

- с применением ст.64 УК РФ смягчить назначенное по ч.1 ст.199.2 УК РФ наказание в виде штрафа, уменьшив его размер с 250 000 рублей до 180 000 (...) рублей;

- исключить из описательно-мотивировочной и резолютивной частей приговора указание об освобождении от наказания на основании п.9, 12 Постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации «Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов» от 24 апреля 2015 года № 6576-6 ГД со снятием судимости.

Освободить ФИО1 от назначенного наказания на основании п.3 ч.1 ст.24, ч.8 ст.302 УПК РФ - в связи с истечением сроков давности.

В остальном этот же приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу осужденного – без удовлетворения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47 1 УПК РФ, в Президиум Верховного Суда Республики Башкортостан.

Председательствующий: п/п 

Справка: дело № 22-8794/2017

Судья: Валиуллин И.И.