Судья: Платов И.М. Дело № 33-9537/2025 (№ 2-447/2025)

Докладчик: Казачков В.В. УИД 42RS0014-01-2025-000329-83

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

04 декабря 2025 г. г. Кемерово

Судебная коллегия по гражданским делам Кемеровского областного суда в составе:

председательствующего Казачкова В.В.,

судей: Котляр Е.Ю., Вязниковой Л.В.,

с участием прокурора Скрипка Е.В.,

при секретаре Клюевой В.А.,

заслушав в открытом судебном заседании по докладу судьи Казачкова В.В. гражданское дело по апелляционной жалобе представителя ПАО «Южный Кузбасс» на решение Мысковского городского суда Кемеровской области от 08 августа 2025 г.,

по делу по иску ФИО1 к Публичному акционерному обществу «Южный Кузбасс» о взыскании компенсации морального вреда, в связи с профессиональным заболеванием,

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с иском к Публичному акционерному обществу «Южный Кузбасс» о взыскании компенсации морального вреда, в связи с профессиональным заболеванием.

Требования с мотивированы тем, что в период работы на предприятии ответчика у истца развилось профессиональное заболевание: «диагноз», что подтверждается Актом о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ.

Заключением МСЭ № от ДД.ММ.ГГГГ истцу впервые установлено 

<

данные изъяты>% утраты профессиональной трудоспособности на срок с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ.

Заключением МСЭ истцу в ДД.ММ.ГГГГ установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 

<

данные изъяты>% с ДД.ММ.ГГГГ - бессрочно.

В соответствии с заключением Учреждения РАМН Клиники НИИ КПГиПЗ № от ДД.ММ.ГГГГ степень вины ответчика в возникновении у истца профессионального заболевания составила 59,8%.

Приказом № ото ДД.ММ.ГГГГ ПАО «Южный Кузбасс» Томусинское автотранспортное управление выплатило истцу в счет компенсации морального вреда 124007,89 рублей.

В связи с профессиональным заболеванием состояние истца постоянно ухудшается. Истец постоянно испытывает 

<

данные изъяты>. 

<

данные изъяты> нарушена. Истец ограничен в обычных бытовых движениях, в том числе наклонах, умывании лица, одевание одежды. У истца постоянно 

<

данные изъяты> он не может выполнять обычные бытовые задачи, которые нормальны для здорового человека. Истец не имеет возможности вести обычный образ жизни, что сказывает на качестве жизни истца, а также не микроклимате семьи.

Истец, с учетом уточнения требований, просил суд требований взыскать ПАО «Южный Кузбасс» в свою пользу компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 204892,11 рублей; расходы на оплату услуг представителя в размере 10000 руб., расходы на оплату оформления выписки из медицинской амбулаторной карты в сумме 581 рублей.

Решением Мысковского городского суда Кемеровской области от 08 августа 2025 г. постановлено:

Взыскать с ПАО «Южный Кузбасс» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 55392,11 рублей, расходы по оплате оформления выписки из медицинской амбулаторной карты в сумме 581,00 рублей, расходы по оплате услуг представителя в сумме 10000 руб.

Взыскать с ПАО «Южный Кузбасс» в доход бюджета Мысковского городского округа государственную пошлину в сумме 3000 рублей.

В апелляционной жалобе представитель ответчика ПАО «Южный Кузбасс» просит решение суда отменить как незаконное и необоснованное и принять по делу новое решение об отказе в иске.

Указывает, что Федеральное отраслевое соглашение по угольной промышленности РФ содержит нормы трудового права и направлено на регулирование социально-трудовых отношений и в силу статья 22, 45, 48 Трудового кодекса Российской Федерации, является обязательным правовым актом для применения организациями угольной промышленности, к числу которых относится ПАО «Южный Кузбасс».

Ссылаясь на положения пункт 5.4. и 5.5. Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности РФ, п. 10.2.2. Коллективного договора ПАО «Южный Кузбасс» указывает на то, что в случае установления впервые работнику общества утраты профессиональной трудоспособности следствие производственной травмы или профессионального заболевания работодатель выплачивает в счет возмещения морального вреда единовременную компенсацию из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учётом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Фонда социального страхования РФ). Когда ответственность за причинение вреда здоровью работника в виде профессионального заболевания возложена на несколько организаций, работодатель несет долевую ответственность, которая определяется пропорционально степени вины работодателя в возникновении и развитии профессионального заболевания.

На основании Коллективного договора ПАО «Южный Кузбасс» добровольно выплатило истцу компенсацию морального вреда при степени вины ответчика в размере 59,8% в 2011 за профзаболевание – 124007,89 рублей. Истец не возражал в отношении размера указанной суммы и принял ее, тем самым согласился с возмещением морального вреда.

Добровольно выплаченная сумма компенсации морального вреда, исчисленная в соответствии с нормами Федерального отраслевого тарифного соглашения по угольной промышленности Российской Федерации, являются достаточными, соразмерными понесенным истцом физическим и нравственным страданиям и отвечает требованиям разумности и справедливости, а также влечет прекращение данного обязательства.

Полагает, что размер компенсации морального вреда, определенный судом первой инстанции, является завышенным и не соответствует требованиям разумности и справедливости.

Ссылаясь на положения статей 98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пункт 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» считает, что взысканная судом сумма судебных расходов чрезмерно завышена, не соответствует принципам разумности и справедливости, сложности дела.

Относительно апелляционной жалобы истцом и прокурором принесены письменные возражения.

В соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений, заслушав заключение прокурора, возражавшую против доводов жалобы, судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения обжалуемого решения по доводам апелляционной жалобы, как постановленного в соответствии с требованиями норм материального и процессуального права и фактическими обстоятельствами дела.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 2 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из Трудового кодекса, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права (абзацы первый и второй части 1 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации (здесь и далее нормы Трудового кодекса Российской Федерации приводятся в редакции, действовавшей на день установления истцу профессиональных заболеваний).

Трудовые отношения и иные непосредственно связанные с ними отношения регулируются также коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права (часть 2 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 21 Трудового Кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением им трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами. Работник обязан соблюдать требования по охране труда и обеспечению безопасности труда.

Из требований статьи 22 Трудового Кодекса Российской следует, что работодатель обязан предоставлять работникам работу, обусловленную трудовым договором, обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, а также возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, федеральными законами и иными нормативными актами.

Согласно статье 45 Трудового кодекса Российской Федерации, соглашение - это правовой акт, регулирующий социально-трудовые отношения и устанавливающий общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений, заключаемый между полномочными представителями работников и работодателей на федеральном, межрегиональном, региональном, отраслевом (межотраслевом) и территориальном уровнях социального партнерства в пределах их компетенции.

Отраслевое (межотраслевое) соглашение устанавливает общие условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам отрасли (отраслей). Отраслевое (межотраслевое) соглашение может заключаться на федеральном, межрегиональном, региональном, территориальном уровнях социального партнерства.

Согласно пункта 5.4 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности в случае установления впервые Работнику, уполномочившему Профсоюз представлять его интересы в установленном порядке, занятому в Организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля, утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания Работодатель в счет компенсации морального вреда Работнику осуществляет единовременную выплату из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Фонда социального страхования Российской Федерации) в порядке, оговоренном в коллективном договоре, соглашении или локальном нормативном акте, принятом по согласованию с соответствующим органом Профсоюза.

В Организациях, кроме Организаций, осуществляющих добычу (переработку) угля, коллективными договорами предусматриваются положения о выплате Работникам, уполномочившим Профсоюз представлять его интересы в установленном порядке, компенсаций за утрату ими профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания.

В случае, когда ответственность за причинение вреда здоровью Работника в виде профессионального заболевания возложена на несколько организаций, Работодатель несет долевую ответственность, которая определяется пропорционально степени вины работодателей.

При этом в коллективных договорах (соглашениях) или локальных нормативных актах, принятых по согласованию с соответствующим органом Профсоюза, могут предусматриваться случаи, при которых Работодатель принимает на себя ответственность по выплатам за иные организации.

Судом первой инстанции установлено и подтверждается письменными материалами дела, что истец длительное время работал в условиях воздействия вредных факторов, в том числе, на предприятиях ответчика.

В период работы у истца развилось профессиональное заболевание – «диагноз», что подтверждается Актом о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ.

Заключением МСЭ № от ДД.ММ.ГГГГ истцу впервые установлено 

<

данные изъяты>% утраты профессиональной трудоспособности на срок с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ.

Заключением МСЭ истцу в ДД.ММ.ГГГГ установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 

<

данные изъяты>% с ДД.ММ.ГГГГ бессрочно.

В соответствии с заключением Учреждения РАМН Клиники НИИ КПГиПЗ № от ДД.ММ.ГГГГ степень вины ответчика в возникновении у истца профессионального заболевания составила ПАО «Южный Кузбасс» 59,8%, а именно за работу в предприятиях:

- ОАО «Мысковская автобаза» - 5,2%;

- ОАО «Сибирга» - 1,8%;

- ОАО «Разрез «Сибиргинский» - 9,7%;

- ОАО «Томусинская автобаза» - 23,1%;

- Филиал «Томусинское автотранспортное управление» - 20%.

Остальной процент вины отнесен на предприятия, находящиеся на территории Республики Казахстан.

Приказом ФСС РФ ГУ-КРОФССРФ филиал № от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО1 была назначена единовременная страховая выплата в сумме 

<

данные изъяты> руб.

Приказом ФСС РФ ГУ-КРОФССРФ филиал № от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО1 была назначена ежемесячная страховая выплата в сумме 

<

данные изъяты>., которая производилась с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ.

Приказом № ото ДД.ММ.ГГГГ ПАО «Южный Кузбасс» Томусинское автотранспортное управление выплатило истцу в счет компенсации морального вреда 124 007,89 рублей.

На основании представленных медицинских документов, в том числе выписки из амбулаторной карты на имя истца, заключений врачебных комиссий, выписок из истории болезни, судом установлено, что истец обращается за медицинской помощью, получает медикаментозное лечение, проходит амбулаторное лечение, обследования.

Указанные обстоятельства также подтверждены в ходе рассмотрения дела пояснениями истца и свидетелей, из которых следует, что у истца из-за профессионального заболевания сильно 

<

данные изъяты>. Истцу тяжело в быту, так как он не может даже сходить в магазин, нянчить внуков, дети ему оказывают помощь, он не спит по ночам из-за болей.

Установив совокупность указанных обстоятельств, применив к возникшим между сторонами правоотношениям положения статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 9, 21, 22, 237 Трудового кодекса Российской Федерации, статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», разъяснения, изложенные Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в пункте 63 постановления от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», пункте 63 постановления от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в связи с полученным профессиональным заболеванием истец имеет право на получение компенсации морального вреда, а ранее выплаченная ответчиком денежные средства не в полной мере компенсирует причиненные истцу нравственные и физические страдания.

Придя к таким выводам, определив общий размер компенсации морального вреда, причиненного истцу в связи с возникновением у него профессионального заболевания и установления ему утраты трудоспособности в размере 300000 рублей, учитывая процент вины ответчика в возникновении заболевания истца, а также ранее произведенную в добровольном порядке выплату, суд первой инстанции определил размер доплаты компенсации морального вреда с ПАО «Южный Кузбасс» в сумме 55392,11 рубля.

Вопрос о распределении судебных расходов судом разрешен в соответствии с требованиями главы 7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также представленными в дело платежными документами.

Доводы жалобы представителя ответчика о том, что добровольно выплаченная сумма компенсации морального вреда, исчисленные в соответствии с нормами Федерального отраслевого тарифного соглашения по угольной промышленности Российской Федерации, являются достаточными, соразмерными понесенным истцом физическим и нравственным страданиям и отвечают требованиям разумности и справедливости, а также влекут прекращение данного обязательства, основаны на неправильном толковании норм материального права.

Так, на основании части 2 статьи 9 Трудового кодекса Российской Федерации коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьей 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Как следует из разъяснений, данных в пункте 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть 8 статьи 216.1 Трудового кодекса Российской Федерации). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и, согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», осуществляется причинителем вреда.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, компенсируется в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, а в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (статья 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие профессионального заболевания суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе.

Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

Положения отраслевых соглашений и коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере, который напрямую зависит от среднемесячного заработка истца и не учитывает характер и степень физических и нравственных страданий, индивидуальные особенности истца и другие юридически значимые обстоятельства.

Таким образом, вопреки доводам апелляционной жалобы, выплата ответчиком компенсации морального вреда не влечет безусловного прекращения обязательств причинителя вреда по возмещению этого вреда.

То обстоятельство, что между истцом и ответчиком ПАО «Южный Кузбасс» было заключено соглашение о компенсации морального вреда на вышеуказанных условиях, не означает безусловное отсутствие у истца права требовать взыскания компенсации морального вреда в судебном порядке.

При этом, судом, верно, указано на то, что выплаченная ответчиком в добровольном порядке компенсация морального вреда не обеспечивают полноценной защиты нарушенного права истца, а запрет на взыскание компенсации в размере, большем чем это определено отраслевым соглашением и коллективным договором, приведет к нарушению права работника на полное возмещение вреда.

Как указывалось выше, согласно пункта 5.4 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности в случае установления впервые Работнику, уполномочившему Профсоюз представлять его интересы в установленном порядке, занятому в Организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля, утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания Работодатель в счет компенсации морального вреда Работнику осуществляет единовременную выплату из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Фонда социального страхования Российской Федерации) в порядке, оговоренном в коллективном договоре, соглашении или локальном нормативном акте, принятом по согласованию с соответствующим органом Профсоюза.

Коллективным договором ПАО «Южный Кузбасс» на 2011-2013 годы предусмотрено, что в случае установления впервые работнику утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания работодатель в счет компенсации морального вреда работнику осуществляет единовременную компенсационную выплату из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (за вычетом суммы, выплаченной из Фонда социального страхования Российской Федерации).

В случае, когда ответственность за причинение вреда здоровью работника в виде профессионального заболевания возложена на несколько организаций, работодатель несет долевую ответственность, которая определяется пропорционально степени вины работодателя возникновении и развитии профессионального заболевания.

Выплата производится на основании заключенного между работником и работодателем соглашения (статья 237 Трудового Кодекса РФ) и носит заявительный характер. Для расчета единовременной выплаты в счет компенсации морального вреда принимается средний заработок работника, исчисленный за 12 месяцев, предшествующих установлению работнику процента утраты профессиональной трудоспособности.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что выплата ответчиком компенсации морального вреда за профессиональное заболевание с учетом степени вины ответчика 59,8% в размере 124007,89 рублей не обеспечит полноценной защиты нарушенного права истца и не сможет восполнить в полной мере причиненный истцу моральный вред.

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека, и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно пункту 14 указанного Постановления под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.

При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Согласно пункту 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, не оформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.

В пункте 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Из изложенного следует, что, поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав пострадавшей стороны как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.

Задача расчета размера компенсации является сложной. Она особенно трудна в деле, предметом которого является личное страдание, физическое или нравственное. Не существует стандарта, позволяющего измерить в денежных средствах боль, физическое неудобство и нравственное страдание, и тоску. Суды всегда должны в своих решениях приводить достаточные мотивы, оправдывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемую заявителю. В противном случае отсутствие мотивов, например, несоразмерно малой суммы компенсации, присужденной заявителю, будет свидетельствовать о том, что суды не рассмотрели надлежащим образом требования заявителя и не смогли действовать в соответствии с принципом адекватного и эффективного устранения нарушения.

Моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав пострадавшей стороны как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции, проанализировав представленные медицинские документы, пояснения сторон и показания свидетелей установил, что истцу причинены физические и нравственные страдания в связи с развитием и последствиями профессиональных заболеваний.

Данные выводы суда первой инстанции согласуются с представленными в материалы дела доказательствами, которыми подтверждается нуждаемость истца в медицинских препаратах, прохождения медицинских обследований.

Так, в соответствии с санитарно – гигиенической характеристикой условий труда от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО1 имел стаж работы в условиях воздействия опасных, вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, которые могли вызвать профессиональное заболевание на 2010 год составил 22 года 6 месяцев. Истцу был установлен предварительный диагноз: «диагноз».

Согласно выписке из амбулаторной карты пациента, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 неоднократно обращался из-за профессионального заболевания за медицинской помощью к 

<

данные изъяты>.

В соответствии с выпиской из выписки из истории болезни № следует, что ФИО1 находился на стационарном обследовании и лечении в отд. № клиники НИИ КПГПЗ СО РАМН с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ Диагноз - диагноз подтвержден. Заболевание профессиональное, 

<

данные изъяты>, повторно. Возвращение к труду с тяжестью трудового процесса противопоказано.

Из представленной в материалы дела выписки из истории болезни № следует, что ФИО1 находился на стационарном обследовании и лечении в отд. № клиники НИИ КПГПЗ СО РАМН в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. По результатам обследования диагноз -диагноз. подтвержден. Заболевание профессиональное, 

<

данные изъяты> течение, повторно. Возвращение к работе с тяжестью трудового процесса противопоказано.

Таким образом, представленными в суд первой инстанции доказательствами подтверждается причинение истцу морального вреда, а также то, что состояние истца ухудшается, без возможности восстановления здоровья, ему показано медикаментозное лечение.

Тот факт, что не только физическое, но и моральное состояние истца ухудшается в связи с профессиональными заболеваниями, которые доставляют не только неудобства, но и боль, подтверждается объяснениями истца и показаниями свидетелей, которые в силу статей 55, 68, 69 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации являются доказательствами, подлежащими оценке судом по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Снижение общего размера компенсации морального вреда с заявленных к взысканию 550000 рублей до 300000 рублей, по мнению судебной коллегии является обоснованным, поскольку произведенная в 2011 году выплата компенсации морального вреда в добровольном порядке имела значительно большую покупательскую способность и позволяла приобрести больше товаров и услуг, в том числе, медицинского характера, направленных на восстановление и поддержание здоровья, чем на момент обращения истца с настоящим иском в суд, что связано с инфляционными процессами в экономике государства.

С учетом установленных по делу обстоятельств, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что определенная им доплата компенсации морального вреда не является завышенной, как на то указывает ответчик, поскольку соответствует степени и характеру физических и нравственных страданий истца, что подтверждено вышеприведенными доказательствами, и сохраняет баланс интересов сторон.

Иное толкование ответчиком норм материального права, в том числе со ссылкой на судебную практику с другими фактическими обстоятельствами, не свидетельствует о неправильном применении их судом первой инстанции.

Доводы апелляционной жалобы ПАО «Южный Кузбасс» относительно размера расходов на представителя также не могут быть приняты во внимание, так как определенный судом первой инстанции размер судебных расходов, соответствует критерию разумности, определен с учетом сложности дела, объемом оказанных представителем услуг, включая и время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительности рассмотрения дела.

Согласно части 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу статьи 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, расходы на оплату услуг представителей, связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами, другие признанные судом необходимыми расходы.

В соответствии с частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 96 настоящего Кодекса.

Согласно части 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

По смыслу указанной нормы суд может ограничить взыскиваемую в возмещение соответствующих расходов сумму, если сочтет ее чрезмерной с учетом конкретных обстоятельств, используя критерий разумности понесенных расходов. При этом неразумными могут быть сочтены значительные расходы, не оправданные ценностью подлежащего защите права либо несложностью дела.

В соответствии с разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер (п. 11).

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (пункт 13).

Представитель ответчика в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательств чрезмерности данных расходов не представил, апелляционная жалоба не содержит мотивов, по каким основаниям расходы истца являются чрезмерными.

Указание на то, что гражданское дело является несложным, не требует сбора дополнительной доказательной базы, не могут быть приняты во внимание судом апелляционной инстанции, поскольку сумма судебных расходов в любом случае подлежит определению исходя из обстоятельств каждого конкретного дела, а также объема оказанной юридической помощи.

Возмещение расходов по оплате услуг представителя в определенной судом сумме соотносится с фактическим объемом оказанных услуг, в полной мере отвечает требованиям разумности, поэтому оснований для изменения размера взыскания данных расходов по доводам жалобы ответчика у суда апелляционной инстанции не имеется.

Учитывая, что апелляционная жалоба ответчика не содержит ссылок на какие-либо новые факты, которые остались без внимания суда, судебная коллегия считает, что суд первой инстанции при разрешении спора верно установил обстоятельства, имеющие значение для дела, на основании представленных суду доказательств, которым в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации он дал всестороннюю, полную и объективную оценку как каждому в отдельности, так и в их совокупности, правильно применил нормы материального права.

Выводы суда соответствуют требованиям закона и фактическим обстоятельствам дела.

При таких обстоятельствах оснований для отмены решения суда по доводам апелляционной жалобы судебная коллегия не находит.

Руководствуясь ч.1 ст. 327.1, ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Мысковского городского суда Кемеровской области от 08 августа 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий: В.В. Казачков

Судьи: Е.Ю. Котляр

Л.В. Вязникова

Апелляционное определение в окончательной форме изготовлено 08.12.2025.