Дело № 1-14/(15111168)2017

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г. Киселёвск «10» марта 2017 г.

Киселёвский городской суд Кемеровской области

в составе: председательствующего – судьи Василевичевой М.В.,

при секретаре – Симагиной Ю.Я.,

с участием: государственного обвинителя – помощника прокурора города Киселёвска Кемеровской области Соколова П.В.,

подсудимого – ФИО1,

защитника – адвоката Некоммерческой организации № 29 «Киселёвская городская коллегия адвокатов № 1 Кемеровской области» Кромовой О.И., представившей удостоверение № № от ДД.ММ.ГГГГ г. и ордер № № от ДД.ММ.ГГГГ г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении:

ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ года в гор. 

<

данные изъяты>, ранее судимого:

28 января 2014 г. Киселёвским городским судом Кемеровской области по п. «в» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, п. «в» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, с применением ч.ч. 1, 5 ст. 62 Уголовного кодекса Российской Федерации, ч. 2 ст. 69 Уголовного кодекса Российской Федерации, к лишению свободы на срок 1 год 4 месяца. На основании ст. 73 Уголовного кодекса Российской Федерации назначенное наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком 1 год 6 месяцев;

29 июля 2015 г. Киселёвским городским судом Кемеровской области по п. «в» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, с применением ч. 5 ст. 62 Уголовного кодекса Российской Федерации, к лишению свободы на срок 2 года. На основании ст. 73 Уголовного кодекса Российской Федерации назначенное наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком 2 года;

17 мая 2016 г. Киселёвским городским судом Кемеровской области по ч. 1 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, ч. 1 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, с применением ч. 3 ст. 69 Уголовного кодекса Российской Федерации, к лишению свободы на срок 4 года 2 месяца (с учётом апелляционного определения Судебной коллегии по уголовным делам Кемеровского областного суда от 23 августа 2016 г.);

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, ч. 1 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 совершил незаконный сбыт наркотических средств 04 июня 2015 г. лицу, данные о личности которого сохранены в тайне под псевдонимом «З.А.Н.», а также 06 июня 2015 г. – Ш.М.В.

Преступления совершены в г. Киселёвске Кемеровской области при следующих обстоятельствах:

так, 04 июня 2015 г. в 16-ом часу ФИО1, находясь в подъезде дома по адресу: 

<

адрес>, действуя умышленно, из корыстных побуждений, с целью собственного обогащения, незаконно сбыл путём продажи лицу, данные о личности которого сохранены в тайне под псевдонимом «З.А.Н..», имевшееся у него вещество, которое содержит в своём составе 

<

данные изъяты>), являющийся производным наркотического средства 

<

данные изъяты>, массой 0, 047 г., после чего в 16 часов 05 минут 04 июня 2015 г. лицо, данные о личности которого сохранены в тайне под псевдонимом «З.А.Н..», добровольно выдал наркотическое средство сотрудникам полиции в Отделе МВД России по г. Киселёвску Кемеровской области по адресу: 

<

...>.

Он же, 06 июня 2015 г. в 19-ом часу, находясь около первого подъезда дома по адресу: 

<

адрес>, действуя умышленно, из корыстных побуждений, с целью собственного обогащения, незаконно сбыл путём продажи Г.О.В.., действовавшей по просьбе и в интересах Ш.М.В.., имевшееся у него вещество, которое содержит в своём составе 

<

данные изъяты>), являющийся производным наркотического средства 

<

данные изъяты>, массой 0, 052 г., которое Г.О.В.. передала Ш.М.В. после чего в 19 часов 10 минут 06 июня 2015 г. Ш.М.В.. добровольно выдал наркотическое средство сотрудникам полиции в Отделе полиции «Заводской» Отдела МВД России по г. Киселёвску Кемеровской области по адресу: Кемеровская 

<

...>.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину в совершении всех преступлений не признал и показал, что сам употребляет наркотические средства, кому-либо наркотические средства не сбывал, к инкриминируемым ему деяниям не причастен. В период времени с 08 часов до 19 часов, как 04 июня 2015 г., так и 06 июня 2015 г., находился на работе в 

<

данные изъяты>», где работал 

<

данные изъяты>. В указанные дни с незнакомых номером абонентов сотовой связи ему никто не звонил. Полагает, что свидетели оговаривают его по просьбе сотрудников полиции, а именно оперуполномоченного Р.А.П., на просьбу которого он отказался сотрудничать по изобличению иного лица в незаконном сбыте наркотических средств, в связи с чем, дело, по его мнению, полностью сфабриковано.

Суд, проведя судебное следствие, выслушав судебные прения и последнее слово подсудимого, несмотря на отрицание своей вины подсудимым, считает, что вина ФИО1 в совершении преступлений при обстоятельствах, изложенных выше в приговоре, в судебном заседании установлена и подтверждается следующими доказательствами, перечисленными ниже.

Показаниями свидетеля «З.А.Н.», данные о личности которого сохранены в тайне, который в судебном заседании пояснил, что ранее употреблял наркотические средства, так называемую «

<

данные изъяты>». Наркотические средства для личного употребления приобретал и в том числе несколько раз у мужчины по имени В., который является подсудимым, по цене 

<

данные изъяты> руб. за один пакетик типа клип-бокс. Познакомился с В. через своих знакомых – наркозависимых лиц, от которых узнал его номер телефона. С целью приобретения наркотических средств он предварительно созванивался с В., после чего по договорённости подходил к месту встречи, а именно в подъезд или к дому по адресу: 

<

адрес>, где подсудимому он отдавал денежные средства за переданный им пакетик с наркотическим средством. Звонил В. с различных номеров телефонов, поскольку своего телефона у него нет. Так, в начале июня 2015 года он решил употребить наркотические средства и созвонился с подсудимым, пояснив, что у него имеется 

<

данные изъяты> руб. Они договорились о том, что он придёт к В. домой. В дневное время, примерно в 16-ом часу, он пришёл к дому, где проживает В., по адресу: 

<

адрес>. Поднявшись на 3-ий этаж, подошёл к его 

<

адрес>, постучал в двери. Двери квартиры открыл В., которому он предал 

<

данные изъяты> руб. Забрав деньги, В. зашёл в квартиру, прикрыв за собой двери. Он за В. в квартиру не заходил, все время находился в подъезде. Через непродолжительное время из квартиры вышел В., передал ему в руки один полиэтиленовый пакетик типа клип-бокс с содержащимся в нём порошкообразным веществом белого цвета – наркотическим средством называемым «

<

данные изъяты>». Пакетик с наркотическим средством он положил в левый карман надетых на нём штанов. В. вернулся в квартиру, а он на улицу. Проходя мимо 2-го или 3-го дома по 

<

адрес>, заметил сотрудников полиции, которые ранее задерживали его с наркотическим средством. В связи с чем, испугавшись быть привлечённым к ответственности, решил добровольно выдать сотрудникам полиции приобретённое только что у В. наркотическое средство. Тогда он подошёл к сотрудникам полиции, пояснив, что у него при себе имеется наркотическое средство называемое «

<

данные изъяты>», которое он желает выдать добровольно. Для составления необходимых документов вместе с сотрудниками полиции проехали в Отдел полиции, где в одном из служебных кабинетов в присутствии двух понятых – ранее не знакомых ему мужчины и женщины он добровольно выдал из левого кармана надетых на нём штанов полиэтиленовый пакет типа клип-бокс с наркотическим средством так называемым «

<

данные изъяты>». При этом всем присутствующим лицам пояснил, что приобрёл пакетик с наркотическим средством в тот же день у мужчины по имени В. за 

<

данные изъяты> руб. ФИО2 пакетик с веществом внутри поместили в пустой полиэтиленовый пакет, горловину пакета прошили нитками, концы которых оклеили бумажной биркой с пояснительным текстом, оттиском печати, на бирке расписались все присутствующие. По данному факту был составлен акт добровольной выдачи, с которым ознакомили всех присутствующих, которые поставили свои подписи. Понятым он представился под псевдонимом «З.А.Н.», поскольку по его просьбе данные о его личности были сохранены в тайне, в связи с тем, что он опасался преследования со стороны подсудимого. В последующем при проведении опознания, в условиях, исключающих его визуальное наблюдение опознаваемым, он узнал мужчину по имени В., у которого приобрёл в тот день наркотические средство, им оказался подсудимый ФИО1

Свидетель М.С.С. в судебном заседании пояснил, подтвердив правильность своих показаний, данных им в ходе предварительного расследования по уголовному делу (л.д. 73-75 том 1), что 04 июня 2015 г. в 16-ом часу он вместе с ранее не знакомой М.О.Г. были приглашены в Отдел МВД России по г. Киселёвску Кемеровской области в качестве понятых при добровольной выдаче наркотических средств гр-ном «З.А.Н.». В одном из служебных кабинетов в их присутствии «З.А.Н.» добровольно выдал сотруднику полиции из левого кармана штанов, в которые тот был одет, один полиэтиленовый пакетик типа клип-бокс с порошкообразным веществом белого цвета, пояснив при этом, что в данном пакетике находится наркотические средство – называемое «

<

данные изъяты>». Также «З.А.Н.» пояснил, что указанный пакетик с наркотическим средством он приобрёл 04 июня 2015 г. за 

<

данные изъяты> руб. у молодого человека по имени В. в районе «Машзавода» в подъезде дома по адресу: 

<

адрес> По данному факту был составлен акт, а выданный «З.А.Н.» пакетик с наркотическим средством был упакован в пустой полиэтиленовый пакет, горловина которого была прошита и опечатана оттиском печати. В акте и на пояснительной надписи выданного пакетика он и М.О.Г., а также «З.А.Н.» и сотрудник полиции расписались.

Показаниями свидетеля М.О.Г., оглашенными в судебном заседании в порядке, предусмотренном п. 1 ч. 2 ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, которая на предварительном следствии (л.д. 68-70 том 1) также поясняла, что 04 июня 2015 г. в 16-ом в одном из служебных кабинетов в Отделе МВД России по г. Киселёвску Кемеровской области по адресу: 

<

...>, она и ранее ей не знакомый М.С.С. присутствовали в качестве понятых, когда «З.А.Н.» добровольно выдал сотруднику полиции из левого кармана надетых на нём штанов один полиэтиленовый пакетик типа клип-бокс с порошкообразным веществом белого цвета, о чём был составлен акт. З.А.Н. пояснил присутствующим, что в добровольно выданном им пакетике находится наркотические средство – так называемое «

<

данные изъяты>», которое он приобрёл 04 июня 2015 г. за 

<

данные изъяты> руб. у молодого человека по имени В. в районе «Машзавода» в подъезде дома по адресу: 

<

адрес>. Указанный пакетик с наркотическим средством был упакован в пустой полиэтиленовый пакет, горловина которого была прошита и опечатана оттиском печати. В акте и на пояснительной надписи выданного пакетика она вместе с М.С.С., а также сам «З.А.Н.» и сотрудник полиции расписались.

Свидетель Ш.М.В. в судебном заседании пояснил, в том числе подтвердив правильность своих показаний, данных им в ходе предварительного расследования по уголовному делу (л.д. 191-193 том 1), что употребляет наркотические средства называемые «

<

данные изъяты>». 06 июня 2015 г. решил употребить наркотические средства. От своих знакомых слышал, что в районе «Машзавода» в г. Киселёвске Кемеровской области наркотические средства продаёт молодой человек по имени В.. Решил обратиться к Г.О.В., которая проживает в том же общежитии по адресу: 

<

адрес>, и ранее также употребляла наркотические средства. Он предположил, что Г.О.В. может приобрести для него наркотические средства у молодого человека по имени В. либо у кого-то другого. Когда около 19 часов он пришёл к Г.О.В. домой, то она была дома одна. Попросил Г.О.В. приобрести для его личного употребления наркотические средства за 

<

данные изъяты> рублей, на что Г.О.В. согласилась, но не сразу. Взяв у него деньги, Г.О.В. ушла из квартиры, сказав, что попробует приобрести для него «

<

данные изъяты>». Он остался ждать Г.О.В. в квартире. Через несколько минут Г.О.В. вернулась и отдала ему один полиэтиленовый пакетик типа клип-бокс с порошкообразным веществом белого цвета – наркотическим средством называемым «

<

данные изъяты>», пояснив, что приобрела его у соседа по имени В., который проживает в 

<

адрес>. Забрав пакетик с наркотическим средством, ушёл из квартиры Г.О.В. Подходя к магазину по адресу: 

<

адрес> а, заметил сотрудников полиции, которые ранее задерживали его с наркотическим средством. В связи с чем, испугавшись ответственности, решил добровольно выдать сотрудникам полиции имеющееся у него наркотическое средство. Тогда он подошёл к сотрудникам полиции, пояснив, что у него при себе имеется наркотическое средство называемое «

<

данные изъяты>», которое он желает выдать добровольно. Для составления необходимых документов вместе с сотрудниками полиции проехали в Отдел полиции «Заводской» Отдела МВД России по г. Киселёвску Кемеровской области по адресу: 

<

адрес>, где в одном из служебных кабинетов в присутствии двух понятых – ранее не знакомых ему мужчины и женщины он назвал свои анкетные данные и добровольно выдал из ладони своей руки один полиэтиленовый пакет типа клип-бокс с наркотическим средством так называемым «

<

данные изъяты>». При этом всем присутствующим он пояснил, что приобрёл указанный пакетик с наркотическим средством в тот же день около 19 часов у молодого человека по имени В. за 

<

данные изъяты> руб. в районе «Машзавода» в 

<

адрес> через свою знакомую О. (Г.О.В.). ФИО2 пакетик с веществом внутри поместили в пустой полиэтиленовый пакет, горловину пакета прошили нитками, концы которых оклеили бумажной биркой с пояснительным текстом, оттиском печати, на бирке расписались все присутствующие. По данному факту был составлен акт добровольной выдачи, с которым ознакомили всех присутствующих, которые поставили свои подписи.

Из показаний свидетеля Г.О.В. в судебном заседании следует, что подсудимый ФИО1 ей знаком, поскольку проживали в одном доме, в соседних подъездах. Ранее она употребляла наркотические средства, которые приобретала в том числе несколько раз у подсудимого по цене 

<

данные изъяты> руб. за пакетик типа клип-бокс с наркотическим средством, так называемым «

<

данные изъяты>». Также летом 2015 года к ней обратился знакомый Ш.М.В., который просил приобрести для его личного употребления наркотические средства называемые «

<

данные изъяты>» за 

<

данные изъяты> руб. Ш.М.В. пришёл к ней домой по адресу: 

<

адрес>. Она находилась дома одна. Почему Ш.М.В. не мог сам приобрести наркотические средства, не спрашивала, но в ходе разговора тот спрашивал, знает ли она про мужчину по имени В., который также проживает в общежитии, знакомы они или нет, не знала. Согласившись помочь Ш.М.В. приобрести наркотические средства для личного употребления, она взяла у Ш.М.В. денежные средства в размере 

<

данные изъяты> руб. и вышла из квартиры. Ш.М.В. остался ожидать её в квартире. Она пошла в соседний подъезд к ФИО1 Как прошла в подъезд не помнит. Она пришла к квартире ФИО1, на стук в двери вышел подсудимый. В квартиру к нему не заходила, стояла у дверей. Она попросила ФИО1 взять наркотические средства называемые «

<

данные изъяты>», дала ему 

<

данные изъяты> руб. ФИО1 забрал у неё денежные средства. После этого они с ФИО1 вышли из подъезда, где она и осталась стоять, а подсудимый ушёл за угол дома. Минут через 10-15 ФИО1 вернулся и передал ей пакетик типа клип-бокс, завёрнутый в изоляционную ленту тёмного цвета, с содержащимся в нём порошком белого цвета – наркотическим средством называемым «

<

данные изъяты>». ФИО1 отдал ей указанный пакетик, она вернулась в свою квартиру. Там она отдала пакетик с наркотическим средством Ш.М.В., тот ушёл.

Показаниями свидетелей Р.А.А. (л.д. 204-206 том 1) и П.И.Н. (л.д. 201-203 том 1), которые в судебном заседании пояснили, в том числе подтвердив правильность своих показаний, данных ими в ходе предварительного расследования по уголовному делу, что 06 июня 2015 г. в вечернее время они были приглашены в Отдел полиции «Заводской» Отдела МВД России по г. Киселёвску Кемеровской области в качестве понятых при добровольной выдаче наркотических средств гр-ном Ш.М.В. В одном из служебных кабинетов в их присутствии Ш.М.В. добровольно выдал сотруднику полиции из ладони правой руки один полиэтиленовый пакетик с порошкообразным веществом белого цвета, пояснив при этом, что в данном пакетике находится наркотические средство – называемое «

<

данные изъяты>». Также Ш.М.В. пояснил, что указанный пакетик с наркотическим средством он приобрёл в тот же день в районе «Машзавода» в г. Киселёвске Кемеровской области у молодого человека по имени В. через свою знакомую О. (Г.О.В.). По данному факту был составлен акт, выданный Ш.М.В. пакетик с наркотическим средством внутри был упакован в пакет, горловина которого была прошита и опечатана оттиском печати. В акте и на пояснительной надписи выданного пакетика они, Ш.М.В. и сотрудник полиции расписались.

Из показаний свидетеля М.С.Н., которая в судебном заседании пояснила, в том числе подтвердив правильность своих показаний, данных ею в ходе предварительного расследования по уголовному делу (л.д. 35-36 том 1, л.д. 64-67 том 1, л.д. 180-182 том 2), следует, что ранее она состояла в фактических брачных отношениях с подсудимым ФИО1, с которым проживали по адресу: 

<

адрес> От ФИО1 ей было известно, что тот употребляет наркотические средства называемые солью, которые всегда носил при себе в кармане одежды. Наркотические средства у него были практические всегда, он приносил домой полиэтиленовые пакеты, фольгированные отрезы, в которых содержалось порошкообразное вещество белого цвета. Видела, что содержимое полиэтиленового пакетика типа «клип-бокс» ФИО1 отсыпал, как она понимала, по дозировкам в бумажные обрывки. В её присутствии она не видела, чтобы ФИО1 продавал наркотические средства кому-либо, но он часто оставался дома один, поскольку она уходила на работу, либо помогала матери на приусадебном участке. ФИО1 работал 

<

данные изъяты>, в том числе 

<

данные изъяты> ООО «

<

данные изъяты> иногда с работы не приходил домой по несколько дней, где находился, не говорил. Когда она находилась дома, то ранее окончания рабочего времени он домой не возвращался, но в то же время мог приходить домой раньше или в рабочее время, когда её не было дома. После совершённой в отношении неё кражи в мае 2015 года, за что он был осуждён, она перестала доверять ФИО1 ключи от квартиры, но в квартире тот мог оставаться один.

Вину подсудимого объективно подтверждают и письменные материалы дела, исследованные в ходе судебного следствия:

так, показания допрошенного в качестве свидетеля лица, данные о личности которого сохранены в тайне под псевдонимом «З.А.Н.», об обстоятельствах приобретения наркотического средства у подсудимого ФИО1, подтверждаются не только показаниями понятых М.С.С. и М.О.Г., но и актом добровольной выдачи веществ, запрещённых к свободному обороту, от 04 июня 2015 г., из которого следует, что в указанную дату в период времени с 16 час. 05 мин. до 16 час. 30 мин. лицо, данные о личности которого сохранены в тайне под псевдонимом «З.А.Н.», добровольно выдал из левого кармана штанов один полиэтиленовый пакет типа клип-бокс с веществом в виде порошка белого цвета, который был упакован в полиэтиленовый пакет № 1, пакет прошит и опечатан оттиском печати «Для пакетов № 1 Отдел МВД России по г. Киселёвску», снабжён пояснительной запиской. При этом «З.А.Н.» пояснял, что в выданном им пакете находится наркотическое средство – «

<

данные изъяты>», которое он приобрел 04 июня 2015 г. у мужчины по имени В. в районе «Машзавода» в 

<

адрес>, за 

<

данные изъяты> руб., что в последующем им было также подтверждено в ходе допросов в качестве свидетеля на предварительном следствии и в судебном заседании (л.д. 11-12 том 1).

Из заключения судебной экспертизы материалов, веществ и изделий № 2-2390 от 13 июля 2015 г., следует, что представленное на экспертизу вещество белого цвета массой 0, 045 г., выданное 04 июня 2015 г. гражданином «З.А.Н.», содержит в своём составе 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> являющийся производным наркотического средства 

<

данные изъяты>, включённого в Список I «Перечня наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации», утверждённый постановлением Правительства Российской Федерации от 30 июня 1998 г. № 681. Исходя из справки об исследовании № 2-2130 от 17 июня 2015 г., на момент проведения исследования выданного «З.А.Н.» вещества, содержащего в своём составе 

<

данные изъяты>), являющегося производным наркотического средства 

<

данные изъяты>, включённого в Список I «Перечня наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации», утверждённый постановлением Правительства Российской Федерации от 30 июня 1998 г. № 681, его масса составляла – 0, 047 г. (л.д. 79-82 том 1).

Протокол осмотра предметов от 16 июля 2015 г., признанных и приобщённых к материалам дела постановлением в качестве вещественных доказательств, а именно добровольно выданного 04 июня 2015 г. лицом, данные о личности которого сохранены в тайне под псевдонимом «З.А.Н.», полиэтиленового пакета типа клип-бокс с содержащимся в нём наркотическим средством (л.д. 84-86 том 1, л.д. 87 том 1).

Также обстоятельства приобретения наркотического средства у подсудимого ФИО1 подтверждают не только показания допрошенных в качестве свидетелей Ш.М.В., Г.О.В., понятых – Р.А.А., П.И.Н., но и согласующийся с этими показаниями указанных лиц акт добровольной выдачи веществ, запрещённых к свободному обороту, от 06 июня 2015 г., из которого следует, что в указанный день в период времени с 19 час. 10 мин. до 19 час. 40 мин. Ш.М.В. добровольно выдал из ладони правой руки один полиэтиленовый пакет типа клип-бокс с веществом в виде порошка белого цвета, который был упакован в полиэтиленовый пакет № 1, пакет прошит и опечатан оттиском печати «Для пакетов № 1 Отдел МВД России по г. Киселёвску», снабжён пояснительной запиской. При этом Ш.М.В. пояснял, что в выданном им пакете находится наркотическое средство – «

<

данные изъяты>», которое он приобрел 06 июня 2015 г. для личного употребления у мужчины по имени В. через знакомую по имени О. в районе «Машзавода» в 

<

адрес>, за 

<

данные изъяты> руб., что в последующем им было также подтверждено в ходе допросов в качестве свидетеля на предварительном следствии и в судебном заседании (л.д. 178-179 том 1).

Заключением судебной экспертизы материалов, веществ и изделий № 2-2389 от 13 июля 2015 г., согласно которому представленное на экспертизу вещество белого цвета массой 0, 050 г., выданное 06 июня 2015 г. гражданином Ш.М.В., содержит в своём составе 

<

данные изъяты>, являющийся производным наркотического средства 

<

данные изъяты>, включённого в Список I «Перечня наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации», утверждённый постановлением Правительства Российской Федерации от 30 июня 1998 г. № 681. Исходя из справки об исследовании № 2-2128 от 17 июня 2015 г., на момент проведения исследования выданного Ш.М.В. вещества, содержащего в своём составе 

<

данные изъяты>), являющегося производным наркотического средства 

<

данные изъяты>, включённого в Список I «Перечня наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации», утверждённый постановлением Правительства Российской Федерации от 30 июня 1998 г. № 681, его масса составляла – 0, 052 г. (л.д. 210-213 том 1).

Протокол осмотра предметов от 16 июля 2015 г., признанных и приобщённых к материалам дела постановлением в качестве вещественных доказательств, а именно добровольно выданного 06 июня 2015 г. Ш.М.В., полиэтиленового пакета типа клип-бокс с содержащимся в нём наркотическим средством (л.д. 215-217 том 1, л.д. 218 том 1).

Оценивая доказательства по делу, суд приходит к следующим выводам.

Показания свидетеля «З.А.Н.», данные о личности которого сохранены в тайне, свидетелей Ш.М.В., Г.О.В., М.С.С., М.О.Г., П.И.Н., Р.А.А., а также М.С.Н. в вышеизложенной части, данные ими как в ходе расследования, так и в судебном заседании, последовательны, подробны, детальны, полностью согласуются по всеми существенным обстоятельствам дела, как между собой, так и другими доказательствами по делу: заключениями экспертов, актами добровольной выдачи наркотических средств и другими доказательствами, получены с соблюдением требований закона, и потому суд признаёт их допустимыми и достоверными доказательствами.

Вопреки доводам подсудимого ФИО1 и его защитника – адвоката Кромовой О.И. о том, что показания свидетелей Ш.М.В., Г.О.В. и лица, данные о личности которого сохранены в тайне под псевдонимом «З.А.Н.», являются недопустимыми доказательствами, поскольку указанные свидетели являются наркозависимыми и заинтересованы в исходе дела, суд не установил оснований для оговора подсудимого данными свидетелями, они были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, наличие личной неприязни между ними и ФИО1 не установлено, в связи с чем показания указанных лиц суд признаёт допустимыми и достоверными доказательствами. В судебном заседании не установлены причины, по которым указанные свидетели могли бы оговорить подсудимого, в связи с чем, у суда не имеется оснований не доверять показаниям свидетелей.

Пояснения о том, где, когда, у кого и при каких обстоятельствах «З.А.Н.» и Ш.М.В. купили наркотические средства, были даны свидетелями при досмотре и изъятии пакетов с содержащимися в них наркотическими средствами в присутствии понятых. Указанные свидетели были непосредственно допрошены в судебном заседании и подтвердили обстоятельства приобретения наркотических средств, изложенные в ходе изъятия при понятых, а также указанные свидетели подтвердили свои показания, данные в ходе предварительного следствия. В этой связи довод подсудимого о недопустимости показаний М.С.С., М.О.Г., Р.А.А., П.И.Н., о том, что показания указанных свидетелей не имеют отношения к рассматриваемому делу, их показания основаны на слухе, не являются очевидцами, об обстоятельствах дела им известно только со слов других лиц, является необоснованным.

Само по себе участие свидетелей – понятых М.С.С., М.О.Г., Р.А.А., П.И.Н., при проведении других оперативно-розыскных мероприятий и следственных действий по другим уголовным делам, вопреки утверждениям подсудимого и его защитника, не ставит под сомнение объективность их показаний.

Кроме того, само по себе то обстоятельство, что дававшие показания по уголовному делу лица могут являться наркозависимыми людьми либо сотрудничать с правоохранительными органами, не может служить основанием для признания полученных от них доказательств недопустимыми или недостоверными. Уголовно-процессуальный закон не исключает возможность допроса в качестве свидетелей лиц, страдающих наркоманией или иными заболеваниями, равно как не препятствует допросу в этом качестве лиц, состоящих на службе в правоохранительных органах или сотрудничающих с этими органами. Каких-либо существенных противоречий, влияющих на доказанность вины ФИО1, в показаниях вышеуказанных лиц не установлено. Оценивая показания свидетелей по делу, суд не находит в них противоречий по существу дела, они последовательны и согласуются с другими доказательствами, поэтому не доверять данным показаниями оснований не имеется, заинтересованности свидетелей в исходе дела в судебном заседании не установлено.

В том числе допрошенная судом в судебном заседании в качестве свидетеля старший следователь М.Т.Е. факты нарушения уголовно-процессуального законодательства в ходе проведения следственных действий, в том числе при производстве допросов свидетелей, отрицала, напротив, пояснила, что свидетели были допрошены ею в служебном кабинете без присутствия кого-либо из оперативных работников, какого-либо давления на свидетелей не оказывалось, свидетели находились в трезвом состоянии, добровольно давали пояснения по существу уголовного дела, будучи предупреждёнными за дачу заведомо ложных показаний, протоколы допросов были прочитаны свидетелями лично, замечаний и заявлений от них не поступало.

Подсудимый ФИО1 и его защитник также считают, что показания свидетеля под псевдонимом «З.» не могут быть приняты судом во внимание и являются недопустимым доказательством по делу, поскольку оснований для сохранения его данных в тайне не имелось, а также были лишены возможности задать свидетелю вопросы. Указанные доводы подсудимого и его защитника суд находит несостоятельными, поскольку в соответствии с положениями части 5 статьи 278 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, при необходимости обеспечения безопасности свидетеля, его близких родственников, родственников и близких лиц суд без оглашения подлинных данных о личности свидетеля вправе провести его допрос в условиях, исключающих визуальное наблюдение свидетеля другими участниками судебного разбирательства. Что касается доводов подсудимого и его защитника о необходимости рассекречивания судом данных о личности свидетеля под псевдонимом «З.А.Н.», то суд обращает внимание на то, что действующее уголовно-процессуальное законодательство при проведении следственного действия и при необходимости обеспечить безопасность свидетеля предоставляет следователю право не приводить в протоколе следственного действия данные о его личности. Такое решение было принято в отношении одного из свидетелей по делу, оно, по мнению суда, соответствует требованию уголовно-процессуального закона. Ознакомить стороны с подлинными данными о личности данного свидетеля – это право, а не обязанность суда, в связи с чем суд отказал в удовлетворении ходатайства стороны защиты «о рассекречивании» данных о свидетеле. Кроме того, свидетель под псевдонимом «З.А.Н.» был допрошен в ходе судебного разбирательства в условиях, исключающих визуальное наблюдение свидетеля другими участниками судебного разбирательства, его личность была установлена и соответствовала процессуальным документам, составленным в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, в связи с чем не доверять показаниям указанного свидетеля у суда оснований не имеется. Указанный свидетель предупреждался об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, его показания полностью согласуются с исследованными в ходе судебного заседаниями как с письменными доказательствами по делу, так и с показаниями других свидетелей, сторона защиты имела возможность задавать ему вопросы.

Также суд принимает показания М.С.Н. лишь в вышеизложенной части, поскольку указанный свидетель не смогла указать источник своей осведомленности о продаже наркотических средств её сожителем.

С учётом изложенного, суд находит несостоятельными доводы подсудимого и его защитника о том, что к показаниям свидетелей: данные о личности которого сохранены в тайне под псевдонимом «З.А.Н.», Ш.М.В., Г.О.В., а также М.С.Н. в вышеизложенной части, а также понятых – М.С.С., М.О.Г., П.И.Н., Р.А.А., необходимо отнестись критически, а также исключить их из числа доказательств в качестве недопустимых.

Оценивая акты добровольной выдачи веществ, запрещённых к свободному обороту, протоколы осмотра предметов, суд считает, что они, вопреки доводам подсудимого, соответствуют требованиям, установленным уголовно-процессуальным законом, согласуются с другими доказательствами по делу, признанными судом достоверными, сомнений у суда не вызывают, и потому суд признаёт их допустимыми и достоверными доказательствами.

Все следственные действия, там, где этого требует закон, выполнялись в присутствии понятых, которые подтвердили данные обстоятельства в судебном заседании. Наркотическое средство, приобретённое как лицом под псевдонимом «З.А.Н.», так и Ш.М.В. у подсудимого ФИО1, было надлежащим образом изъято у них в присутствии понятых, упаковано и опечатано, размер и состав наркотического средства подтверждается заключением судебных экспертиз.

Добровольная выдача наркотика была произведена 04 июня 2015 г. лицом, данные о личности которого сохранены в тайне под псевдонимом «З.А.Н.», так и 06 июня 2015 г. Ш.М.В., каждый раз сотруднику полиции в присутствии 2-х понятых, при этом были составлены акты, которые были подписаны непосредственно сотрудником полиции, лицом, осуществившим добровольную выдачу, а также 2-мя понятыми.

Как установлено судом, наркотические средства были изъяты в результате проведения оперативно-розыскного мероприятия «Наблюдение». Указанное оперативно-розыскное мероприятие проводилось сотрудниками полиции в рамках оперативно-розыскной деятельности, в том числе с целью выявления и установления лиц, занимающихся незаконным оборотом наркотических средств и пресечения их преступной деятельности. Данное мероприятие осуществлялось с согласия начальника Отдела МВД России по г. Киселёвску Кемеровской области сотрудниками уполномоченных органов. Основанием для проведения оперативно-розыскного мероприятия «Наблюдение» послужила оперативная информация, полученная в результате оперативно-розыскной деятельности. Результаты данного мероприятия были зафиксированы в соответствующих документах и представлены органу предварительного расследования. Основания сомневаться в том, что «З.А.Н.» и Ш.М.В. приобрели наркотические средства не у подсудимого ФИО1, а у иного лица, у суда не имеется, поскольку понятые и сами «З.А.Н.» и Ш.М.В., Г.О.В., были непосредственно допрошены в судебном заседании, будучи предупреждёнными об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний, подтвердили обстоятельства приобретения наркотических средств у ФИО1 Правдивость показаний свидетелей: «З.А.Н.», Ш.М.В. и Г.О.В. в части приобретения им наркотических средств у ФИО1 объективно подтверждается не только показаниями понятых, но и письменными доказательствами – актами добровольной выдачи веществ, запрещённых к свободному обороту, заключениями эксперта о составе и количестве выданного ими наркотического вещества. В связи с чем, доводы защиты об отсутствии достоверных сведений о приобретении 04 июня 2015 г. «З.А.Н.» и 06 июня 2015 г. Ш.М.В. наркотических средств непосредственно у подсудимого, являются недостоверными. 

При таких обстоятельствах, довод подсудимого о том, что акты добровольной выдачи веществ, запрещённых к свободному обороту, от 04 июня 2015 г. и 06 июня 2015 г. являются недопустимыми доказательствами по делу в связи с тем, что выдача наркотических средств «З.А.Н.» и Ш.М.В. были произведена с нарушением уголовно-процессуального законодательства, не в месте обращения указанных лиц с намерением добровольной выдачи наркотических средств к сотрудникам полиции, через большой промежуток времени, не является основанием для признания указанных актов не допустимым доказательством, поскольку они были составлены в соответствии с действующим законодательством, подписаны участниками без замечаний, дополнений и изменений.

Заключения экспертиз составлены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, даны компетентными и квалифицированными экспертами, являются полными, ясными и обоснованными, выводы их мотивированы, в связи с чем сомнений у суда они не вызывают, и они также признаются судом допустимыми и достоверными доказательствами.

Установленные обстоятельства свидетельствуют о том, что оспариваемые подсудимым и его защитником доказательства получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и законодательства об оперативно-розыскной деятельности, поэтому являются допустимыми доказательствами по делу, оснований для признания их недопустимыми не установлено. 

К доводом ФИО1 и его защитника, изложенных в судебном заседании, суд относится с недоверием, считая их надуманными и не соответствующими действительности. Указание подсудимого на то, что дело сфабриковано сотрудниками полиции, в частности страшим оперуполномоченным Р.А.П., суд также считает надуманными и не соответствующими действительности, относится с недоверием. Допрошенный в судебном заседании старший оперуполномоченный уголовного розыска Р.А.П. пояснил, что в силу служебной деятельности проводит мероприятия по установлению лиц, занимающихся деятельностью, связанной с незаконным оборотом наркотических средств, в связи с чем, и знаком с ФИО1, в отношении которого на основании поступившей оперативной информации о незаконном им сбыте наркотических средств были проведены оперативные мероприятия. Также пояснил, что заинтересованности в исходе дела не имеет, родственником по отношению к кому-либо из участвующих в деле лиц не является. Суд не усматривает в действиях сотрудников правоохранительных органов признаков какой-либо провокации ФИО1 к совершению преступлений и искусственного создания доказательств его вины, если следственные действия с ФИО1 проводились в присутствии защитника, подсудимый имел возможность оспаривать обвинение, последовательно отрицая свою причастность к преступлению. Результаты проведенных в отношении ФИО1 оперативных мероприятий отвечают требованиям, предъявляемым уголовно-процессуальным законом к доказательствам, и приобщены к делу с соблюдением предписанной законом процедуры. Установленные судом обстоятельства свидетельствуют о том, что умысел на сбыт наркотических средств сформировался у ФИО1 независимо от действий сотрудников правоохранительных органов.

Доводы подсудимого и его защитника о недоказанности его вины по событиям незаконного сбыта наркотических средств противоречат фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, в материалах дела содержатся достоверные доказательства, подтверждающие факт того, что ФИО1 04 июня 2015 г. сбыл наркотическое средство «З.А.Н.» и 06 июня 2015 г. – Ш.М.В.

Вопреки доводам подсудимого ФИО1 и его защитника – адвоката Кромовой О.И. совокупности относимых, допустимых и достоверных доказательств, свидетельствующих о непричастности ФИО1 к инкриминируемым преступлениям в связи нахождением подсудимого в указанный период времени 04 июня 2015 г. и 06 июня 2015 г. либо в закрытой квартире, либо на работе в ООО «

<

данные изъяты>», по делу не имеется. Так, допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля М.С.Н. пояснила, что в её отсутствие сожитель ФИО1 мог приходить домой раньше или в рабочее время, а также оставаться в квартире один, при этом с достоверностью утверждать, что 04 июня 2015 г. и 06 июня 2015 г. она была дома по адресу: 

<

адрес>, оснований не имеется. Из показаний допрошенных в судебном заседании свидетелей О.С.Ю., Ф.А.Ю., Н.И.А., а также из оглашённых в порядке ч. 1 ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации показаний И.А.Н., следует, что, несмотря на то, что имеется табель учёта рабочего времени, с достоверностью утверждать, что ФИО1 находился на 

<

данные изъяты> ООО 

<

данные изъяты> где он работал 

<

данные изъяты>, 04 июня 2015 г. и 06 июня 2015 г. в течение всего рабочего дня оснований не имеется, в табеле учёта рабочего времени производилась отметка о полном рабочем дне и в случае отсутствия на рабочем месте пару часов с разрешения старшего смены по своим личным делам.

Показания допрошенного в судебном заседании свидетеля П.Д.В., являющегося 

<

данные изъяты>, свидетельствуют о том, что местонахождение абонента сотовой связи возможно проследить по принимающим сигнал связи базовым станциям. В то же время это может носить предположительный характер, если соединения абонента происходят в одном районе, исходя из технической характеристики самой станции и загруженности использования абонентами канала связи, в связи с перенаправлением на менее загруженную базовую станцию для более качественного принятия сигнала сотовой связи. 

К показаниям допрошенного по ходатайству стороны защиты свидетеля Ч.А.Ю., который отбывает наказание по приговору суда в исправительном учреждении, о непричастности к преступлению по факту незаконного оборота наркотических средств и искусственного создания доказательств вины ФИО1 путём оказания на свидетеля Г.О.В. сотрудниками полиции психологического давления, суд относится с недоверием и расценивает как недостоверные, вызванными стремлением помочь подсудимому уйти от уголовной ответственности, искусственно создать доказательство его невиновности. Пояснения указанного свидетеля в судебном заседании не согласуются со всеми установленными существенными обстоятельствами дела и вышеперечисленными доказательствами, в том числе с показаниями самой Г.О.В., которая в присутствии Ч. отрицала оказание на неё какого-либо давления со стороны сотрудников полиции.

В то же время в качестве доказательств виновности подсудимого стороной обвинения был представлен протокол предъявления лица для опознания, исключающих визуальное наблюдение опознающего, в ходе которого «З.А.Н.» опознал ФИО1 как лицо, у которого 04 июня 2015 г. он приобрел наркотическое средство в 

<

адрес>. Однако суд, исследовав данное доказательство, соглашаясь с доводами подсудимого, исключает данное доказательство из числа допустимых, как полученное с нарушением норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку оно получено с нарушениями требований ч. 2 ст. 193 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку не содержится описание опознаваемого лица. В нарушение требований ч. 1 ст. 193 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации следователем не выяснялись у «З.А.Н.» конкретные приметы или особенности, по которым он может опознать указанное лицо.

Вместе с тем, совокупность принятых и оцененных, как допустимые и достоверные доказательства, изложенные в описательно-мотивировочной части приговора, суд считает достаточным для постановления приговора, и исключение протокола опознания из числа допустимых доказательств, не ставит под сомнение выводы суда о виновности ФИО1 в содеянном.

Иные вышеперечисленные письменные доказательства соответствуют требованиям, установленным уголовно-процессуальным законом, согласуются с другими доказательствами по делу, признанными судом достоверными, сомнений у суда не вызывают, и потому суд признаёт их допустимыми и достоверными доказательствами.

На основе совокупности исследованных доказательств судом установлено, что умысел на незаконные действия с наркотическими средствами у ФИО1 сформировался независимо от действий сотрудников полиции, он осуществил все действия, необходимые для совершения преступлений. Сведений о том, что действия сотрудников полиции носили провокационный характер, судом не установлено. В связи с чем, как сами результаты оперативно-розыскных мероприятий, так и другие доказательства, сформированные на их основе, являются допустимыми.

Таким образом, оценив каждое из приведённых выше доказательств с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а все эти доказательства в совокупности – с точки зрения достаточности для разрешения уголовного дела, суд считает, что они в совокупности позволяют сделать вывод о доказанности вины подсудимого в совершении вышеописанный преступных деяний, полагая возможным положить их в основу обвинительного приговора в отношении ФИО1 Все доказательства по делу получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона и сомнений у суда не вызывают.

Преступная деятельность ФИО1 была направлена на незаконный сбыт наркотического средства, которое согласно заключению экспертов относится к наркотическим средствам. Подсудимый осознавал, что сбываемое им средство является наркотическим, запрещенным к обороту. ФИО1 незаконно сбыл наркотическое средство путём его продажи лицу, данные о личности которого сохранены в тайне под псевдонимом «З.А.Н.», и Ш.М.В., осознавая, что сбываемое им средство является наркотическим, запрещённым к обороту в соответствии с «Перечнем наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации», утвержденным Постановлением Правительства Российской Федерации от 30.06.1998 г. № 681 с изменениями и дополнениями (Список № 1). 

При этом у суда не имеется оснований квалифицировать действия ФИО1 по инкриминируемым деяниям обвинения как единое продолжаемое преступление. По мнению суда, под единым продолжаемым преступлением понимается общественно опасное деяние, состоящее из ряда тождественных преступных действий, охватываемых единым умыслом и направленных на достижение единой цели. В рассматриваемом случае умысел на сбыт наркотических средств у подсудимого каждый раз возникал заново и определялся он пожеланиями и возможностями покупателей наркотических средств. 

Исследованные в судебном заседании доказательства подтверждают виновность ФИО1 в совершении преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотических веществ, в том числе о времени, месте и обстоятельств совершения преступлений. Под сбытом, по смыслу закона, понимается любой из способов передачи наркотических средств другому лицу, которому они не принадлежат. При этом следует установить, что умысел виновного был направлен именно на распространение наркотических средств. Об умысле подсудимого на сбыт наркотических средств свидетельствует наличие предварительной договоренности с лицами, приобретавшими наркотические средства – «

<

данные изъяты>» у подсудимого, а также само место его продажи. Из пояснений свидетелей следует, что они неоднократно приобретали у подсудимого наркотические средства называемые «

<

данные изъяты>» для собственного употребления до его задержания сотрудниками полиции. Имеющиеся в материалах дела и исследованные в судебном заседании доказательства свидетельствуют о том, что в момент, когда к ФИО1 обращались потребители наркотических средств, у последнего имелись наркотических средства, которые он мог сбыть и сбывал. При таких обстоятельствах версию, выдвинутую подсудимым и защитником в части того, что ФИО1 не совершал сбыт наркотических средств, в том числе и о необходимости квалификации его деяний в соответствии с ч. 5 ст. 33 Уголовного кодекса Российской Федерации соответствующей части статьи 228 Уголовного кодекса Российской Федерации по событию от 06 июня 2015 г., а также о его оправдании по всем инкриминируемым преступлениям от 04 июня 2015 г. и 06 июня 2015 г., суд находит несостоятельной.

Вместе с этим, с учётом предъявленного ФИО1 обвинения в незаконном сбыте наркотических средств лицу, данные о личности которого сохранены в тайне под псевдонимом «З.А.Н.», и в незаконном сбыте наркотических средств Ш.М.В., а также в силу требования ст. 307 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд полагает необходимым исключить из объёма инкриминируемых подсудимому деяний приобретение у неустановленного лица и хранение с целью последующего незаконного сбыта наркотического средства как по событию от 04 июня 2015 г., так и по событию от 06 июня 2015 г. В остальной части обвинения вина подсудимого доказана бесспорно, а указанные обстоятельства не влияют на юридическую квалификацию действий подсудимого.

Указанные действия ФИО1 суд квалифицирует по каждому из преступлений, совершённых как 04 июня 2015 г., так и 06 июня 2015 г., по ч. 1 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, как незаконный сбыт наркотических средств.

Фактические обстоятельства совершённых преступлений не дают оснований для изменения категорий преступлений, таким образом, оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 Уголовного кодекса Российской Федерации суд не усматривает.

Обсуждая вопрос о назначении вида и меры наказания подсудимому, суд, в соответствии с ч. 3 ст. 60 Уголовного кодекса Российской Федерации, ст. 6 Уголовного кодекса Российской Федерации, учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, обстоятельства совершения преступления, данные о личности подсудимого, обстоятельства, смягчающие наказание, при отсутствии отягчающих, а также влияние назначенного наказания на исправление осуждённого и на условия жизни его семьи. Суд учитывает, что наказание должно быть соразмерным содеянному, соответствующим общественной опасности преступлений, закреплённым в уголовном законодательстве Российской Федерации принципам гуманизма и справедливости, полностью отвечающим задачам исправления осуждённого и предупреждения совершения им новых преступлений.

Подсудимый ФИО1 

<

данные изъяты> 

В качестве смягчающих наказание обстоятельств суд признает и учитывает отсутствие тяжких последствий по делу, наличие 

<

данные изъяты>.

Обстоятельств, отягчающих ответственность подсудимого, в судебном заседании не установлено.

Оснований для признания каких-либо обстоятельств исключительными и применения в связи с этим положений ст. 64 Уголовного кодекса Российской Федерации не имеется.

В соответствии с ч. 2 ст. 43 Уголовного кодекса Российской Федерации наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осуждённого и предупреждения совершения новых преступлений. Суд полагает, что с учетом характера и степени общественной опасности совершённых преступлений, поскольку подсудимым совершены преступления, относящиеся к категории тяжких преступлений, имеющие повышенную общественную опасность, достижение целей наказания и исправление подсудимого может быть достигнуто только в условиях изоляции его от общества, и считает необходимым назначить ФИО1 наказание в виде реального лишения свободы, оснований для применения ст. 73 Уголовного кодекса Российской Федерации судом не усматривается.

Оснований для применения при назначении наказания подсудимому требований ч. 1 ст. 62 Уголовного кодекса Российской Федерации не имеется.

Суд считает возможным не назначать ФИО1 дополнительный вид наказания в виде ограничения свободы, предусмотренный санкцией части 1 статьи 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации.

При назначении наказания по совокупности преступлений в отношении ФИО3 руководствуется требованиями ч. 3 ст. 69 Уголовного кодекса Российской Федерации - принципом частичного сложения наказаний.

ФИО1 тяжкие преступления были совершены в период испытательного срока по приговору Киселёвского городского суда Кемеровской области от 28 января 2014 г., однако оснований для разрешения вопроса о судьбе указанного приговора в порядке ч. 5 ст. 74 Уголовного кодекса Российской Федерации, ст. 70 Уголовного кодекса Российской Федерации, по которому ФИО1 снят с учёта в уголовно-исполнительной инспекции по истечению испытательного срока, суд не усматривает. Здесь суд исходит из того, что 24 апреля 2015 г. Государственной Думой Российской Федерации принято Постановление № 6576-ГД «Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов». Осуждённый ФИО1 по данному приговору суда от 28 января 2014 г. не может быть признан лицом, злостно нарушающим установленный порядок отбывания наказания, в соответствии с п. 19 Постановления Государственной Думой Федерального Собрания Российской Федерации № 6578–6 ГД от 24 апреля 2015 г. О порядке применения Постановления Государственной Думы Российской Федерации «Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941–1945 годов», в связи с чем, на него не распространяются ограничения, установленные п.п. 6 п. 13Постановления Государственной Думы Российской Федерации № 6576–ГД от 24 апреля 2015 г. «Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941–1945 годов». В то время как следует из сообщения Филиала по г. Киселёвску ФКУ «УИИ» ГУФСИН России по Кемеровской области материал для применения к осуждённому ФИО1 Акта об амнистии в суд направлен не был в связи с большим объемом нагрузки и 29 июля 2015 г. последний был снят с учёта по истечении испытательного срока. 

При таких обстоятельствах суд полагает, что условное осуждение по приговору от 28 января 2014 г. отмене не подлежит, иное решение противоречит основным принципам уголовного судопроизводства, изложенным в главе первой Уголовного кодекса Российской Федерации.

В связи с тем, что преступления, за совершение которых осуждается ФИО1, совершено до вынесения приговора Киселёвского городского суда Кемеровской области от 29 июля 2015 г., а нормами Общей части Уголовного кодекса Российской Федерации не предусмотрена возможность назначения наказания по совокупности приговоров посредством сложения условной и реальной меры наказания, то указанный приговор суда от 29 июля 2015 г. подлежит самостоятельному исполнению.

Поскольку ФИО1 совершил каждое из преступлений до вынесения приговора Киселёвского городского суда Кемеровской области от 17 мая 2016 г., наказание подсудимому должно быть назначено по правилам, предусмотренным ч. 5 ст. 69 Уголовного кодекса Российской Федерации.

В связи с чем, время отбытия лишения свободы, назначенного по приговору Киселёвского городского суда Кемеровской области от 17 мая 2016 г., в период с 27 июля 2015 г. по 09 марта 2017 г. включительно (одновременно по которому в указанный период он содержался под стражей в качестве меры пресечения по постановлению Киселёвского городского суда Кемеровской области от 29 июля 2015 г. по данному уголовному делу), подлежит зачёту в срок отбывания наказания.

В соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 Уголовного кодекса Российской Федерации, отбывание лишения свободы ФИО1 как мужчине, осуждённому к лишению свободы за совершение тяжких преступлений, ранее не отбывавшему лишение свободы, должно быть назначено в исправительной колонии общего режима. 

Поскольку суд приходит к выводу о назначения наказания в виде реального лишения свободы, то оснований для изменения или отмены избранной в отношении ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу не имеется.

Гражданский иск по делу не заявлен.

При решении вопроса о вещественных доказательствах суд руководствуется требованиями ст. 81 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании постановления старшего следователя Следственного отдела Отдела МВД России по г. Киселёвску Кемеровской области от 29 октября 2015 г. из средств федерального бюджета произведено вознаграждение адвоката Некоммерческой организации № 29 «Киселёвская городская коллегия адвокатов № 1 Кемеровской области» Кромовой О.И., участвовавшей в соответствии с частями 2 и 5 ст. 50 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, на предварительном данного уголовного дела, в размере 15 912 руб.

Согласно п. 5 ч. 2 ст. 131 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации суммы, выплачиваемые адвокату за оказание им юридической помощи в случае участия в уголовном судопроизводстве по назначению, относятся к процессуальным издержкам и в силу ч. 2 ст. 132 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации могут быть взысканы с осуждённого.

Перечисленных в частях 4 и 6 ст. 132 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации оснований для освобождения ФИО1 от уплаты процессуальных издержек не установлено.

Согласно исследованным в судебном заседании материалам уголовного дела ФИО1 

<

данные изъяты>, о своём отказе от услуг адвоката Кромовой О.И. при проведении следственных действий с его участием и участием защитника, а также от любой юридической помощи не заявлял. 

<

данные изъяты> у ФИО1 в настоящее время 

<

данные изъяты>, как на то указывает подсудимый в доводах своих возражений о взыскании с него процессуальных издержек, по мнению суда, не исключает возможность изменения его материального положения в дальнейшем и наличия материальной возможности погасить задолженность перед государством.

С учетом этих обстоятельств, в соответствии с ч. 2 ст. 132 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, с ФИО1 подлежат взысканию процессуальные издержки, связанные с вознаграждением адвоката Кромовой О.И., в размере 15 912 руб. 

На основании изложенного и руководствуясь статьями 307-309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, ч. 1 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание за совершение указанных преступлений в виде лишения свободы на срок 4 (четыре) года по каждому преступлению.

На основании ч. 3 ст. 69 Уголовного кодекса Российской Федерации по совокупности преступлений путём частичного сложения назначенных наказаний назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы на срок 4 (четыре) года 2 (два) месяца.

На основании ч. 5 ст. 69 Уголовного кодекса Российской Федерации по совокупности преступлений путём частичного сложения назначенного наказания и наказания, назначенного по приговору Киселёвского городского суда Кемеровской области от 17 мая 2016 г., окончательно назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы на срок 5 (пять) лет, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Срок отбывания наказания ФИО1 исчислять с 10 марта 2017 г.

Зачесть в срок отбывания наказания время отбытия ФИО1 лишения свободы по приговору Киселёвского городского суда Кемеровской области от 17 мая 2016 г. в период с 27 июля 2015 г. по 09 марта 2017 г. включительно.

Меру пресечения осуждённому ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить прежнюю, в виде заключения под стражу, по вступлении приговора в законную силу – отменить.

Приговор Киселёвского городского суда Кемеровской области от 29 июля 2015 г. исполнять самостоятельно.

Вещественные доказательства после вступления приговора в законную силу: пакеты с наркотическими средствами, предметами, изъятыми в ходе обыска (шприц, ватная палочка, отрезок фольги), пакетом со смывами и контрольными образцами, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств Отдела МВД России по г. Киселёвску Кемеровской, – уничтожить; денежную купюру номиналом 

<

данные изъяты> рублей, хранящуюся в камере хранения вещественных доказательств Отдела МВД России по г. Киселёвску Кемеровской области, возвратить по принадлежности старшему оперуполномоченному Отдела МВД России по г. Киселёвску Кемеровской области Р.А.П., монеты, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств Отдела МВД России по г. Киселёвску Кемеровской области, сотовый телефон «Samsung E1070» и сим-карту оператора сотовой связи с абонентским номером 

<

данные изъяты>, хранящиеся при уголовном деле, – возвратить ФИО1; диски CD – R, детализацию абонента сотовой связи, результаты ОРД – хранить при уголовном деле согласно срокам хранения дела.

Процессуальные издержки в виде выплаты адвокату Некоммерческой организации № 29 «Киселёвская городская коллегия адвокатов № 1 Кемеровской области» Кромовой О.И., за оказание ею юридической помощи ФИО1 по назначению следователя в размере 15 912 (пятнадцать тысяч девятьсот двенадцать) рублей взыскать в доход федерального бюджета с осуждённого ФИО1.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, осуждённым, содержащимся под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, путём принесения апелляционных жалобы, представления, отвечающих требованиям ст. 389.6 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации через Киселёвский городской суд Кемеровской области. 

В случае подачи апелляционной жалобы в течение десяти суток со дня вручения ему копии приговора, осуждённый вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чём он должен указать в апелляционной жалобе, и в тот же срок – со дня вручения ему апелляционного представления или апелляционной жалобы, затрагивающих его интересы.

Председательствующий М.В. Василевичева