УИД: 77GV0018-01-2021-000126-77 

Дело № 2-65/2021 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

07 июля 2021 года город Брянск

Брянский гарнизонный военный суд в составе: председательствующего - судьи Милушечкина А.В., при секретаре Калиничевой В.О., с участием представителя истца ФИО1, ответчика – ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении военного суда гражданское дело по иску командира войсковой части № к бывшему военнослужащему названной воинской части 

<

данные изъяты> ФИО2 о возмещении материального ущерба в размере 64 623 рублей 43 копеек,- 

установил:

Командир войсковой части № обратился в суд с иском к ФИО2 о возмещении материального ущерба, с учетом его уточнения, в размере 64 623 рублей 43 копеек.

Исковые требования мотивированы тем, что старший прапорщик ФИО2 с декабря 2018 по март 2021 года проходил военную службу по контракту в войсковой части № в должности командира хозяйственного взвода роты материально-технического обеспечения (далее – РМО).

В период ее прохождения ответчиком со склада войсковой части № было получено вещевое имущество ДХ (длительного хранения), которое в последующем находилось на ответственном хранении ответчика.

В ходе проведения плановой проверки наличия вещевого имущества в войсковой части №, находящегося на ответственном хранении у ФИО2, была выявлена его недостача.

По данному факту было проведено административное расследование, в ходе которого было установлено, что ФИО2, являясь материально-ответственным лицом, за переданное ему на хранение вещевое имущество ДХ, не принял надлежащих мер по обеспечению его сохранности, что привело к образованию реального материального ущерба.

В связи с чем, истец просит привлечь ФИО2 к полной материальной ответственности на сумму 64 623 рублей 43 копеек.

В судебном заседании представитель истца Турейко исковые требования поддержал в полном объеме по доводам, изложенным в иске.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании иск не признал, при этом пояснил, что по указанию, действующего на тот момент начальника вещевой службы 

<

данные изъяты> ФИО3, он в мае 2019 года действительно получал по наряду со склада войсковой части № вещевое имущество ДХ, которое в последующем хранилось на втором этаже в пустующей комнате для проживания личного состава в расположении РМО войсковой части № (далее – склад НЗ). При этом ответственным за данное помещение являлся командир РМО лейтенант ФИО4, у которого был соответственно доступ, в том числе и к данной комнате.

В период, когда он - ФИО2 находился в служебной командировке, т.е. с 01 по ДД.ММ.ГГГГ, ему позвонил начальник вещевой службы Будейный и сказал, что склад НЗ вскрыт и в нем находятся военнослужащие по призыву РМО, по указанию ФИО4 наводят порядок в помещении, в связи с приездом комиссии. После чего сказал ему, чтобы он по возвращению из командировки проверил наличие вещевого имущества на складе НЗ и доложил ему. По возращении им была проведена соответствующая проверка и обнаружена недостача, о чем рапортом было доложено Бурдейному. При этом Бурдейный попросил его о выявленной недостаче никому более не докладывать и пообещал, что со временем он все спишет. 

ФИО2 также указал, что за данное вещевое имущество НЗ он материально-ответственным лицом не являлся, поскольку обязанности начальника склада на него возложены не были, назначения на эту должность он не получал, а такая должность вовсе в войсковой части № на тот момент не была предусмотрена штатом, кроме того были нарушены условия хранения такого имущества, а административное расследование проведено в отношении него с нарушением порядка.

Третье лицо – представитель ФКУ «УФО по Смоленской, Брянской и Орловской областям», извещенный о времени и месте судебного заседания своевременно и надлежащим образом в него не прибыл, в ранее направленном ходатайстве заявленные исковые требования поддержал и просил рассмотреть дело в его отсутствии.

В соответствии со статьей 167 ГПК РФ, суд находит возможным рассмотреть дело в отсутствии представителя третьего лица.

Выслушав представителя истца, ответчика, допросив свидетеля, исследовав письменные материалы дела, военный суд приходит к следующим выводам.

Согласно статьи 28 Федерального закона «О статусе военнослужащих», военнослужащий или гражданин, призванный на военные сборы, в зависимости от характера и тяжести совершенного им правонарушения привлекается к дисциплинарной, административной, материальной, гражданско-правовой и уголовной ответственности в соответствии с настоящим Федеральным законом и другими федеральными законами.

В соответствии с частью 1 статьи 3 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих», а также статьи 29 Устава внутренней службы Вооруженных Сил РФ военнослужащие несут материальную ответственность только за причиненный по их вине ущерб.

Под прямым действительным ущербом (далее – ущерб), в силу статьи 2 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих», понимается утрата или уменьшение наличного имущества, ухудшение состояния указанного имущества, расходы, которые воинская часть произвела или должна произвести для восстановления, приобретения имущества, затраты на лечение в медицинских организациях военнослужащих, пострадавших от умышленных действий других военнослужащих, произведенные воинской частью, излишние денежные выплаты, включая возмещение ущерба, причиненного военнослужащими третьим лицам, а также уплаченные воинской частью неустойки (штрафы, пени) и компенсации в связи с неправомерными действиями (бездействием) военнослужащих.

В соответствии со статьей 5 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих», военнослужащие несут материальную ответственность в полном размере ущерба в случаях, когда ущерб причинен:

- по неосторожности военнослужащим, которому имущество было вверено на основании документа (документов), подтверждающего (подтверждающих) получение им этого имущества для обеспечения хранения, перевозки и (или) выдачи этого имущества либо производства финансовых расчетов;

- в результате преступных действий (бездействия) военнослужащего, установленных вступившим в законную силу приговором суда;

- в результате хищения, умышленных уничтожения, повреждения, порчи, незаконных расходования или использования имущества либо иных умышленных действий (бездействия) независимо от того, содержат ли они признаки состава преступления, предусмотренного уголовным законодательством Российской Федерации;

- умышленными действиями военнослужащих, повлекшими затраты на лечение в медицинских организациях военнослужащих, пострадавших в результате этих действий;

- военнослужащим, добровольно приведшим себя в состояние алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения.

Приведенный в названной норме перечень случаев полной материальной ответственности военнослужащих является исчерпывающим и расширенному толкованию не подлежит.

Таким образом, для привлечения военнослужащего к полной материальной ответственности за причиненный им ущерб, необходимо наличие вины со стороны такого военнослужащего и причинно-следственной связи между его действиями и наступившими последствиями.

Согласно части 1 статьи 6 того же закона размер причиненного ущерба определяется по фактическим потерям, на основании данных учета имущества воинской части и исходя из цен, действующих в данной местности (для воинских частей, дислоцированных за пределами Российской Федерации, - в стране пребывания) на день обнаружения ущерба.

Из материалов дела следует, что старший прапорщик ФИО2 с декабря 2018 по март 2021 года проходил военную службу по контракту в войсковой части № в должности командира хозяйственного взвода РМО.

В период ее прохождения ответчиком на основании наряда № № от ДД.ММ.ГГГГ со склада войсковой части № было получено вещевое имущество длительного хранения, о чем в указанном наряде имеется подпись ФИО2.

Согласно приказу командира войсковой части № № от ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты> ФИО2 был назначен материально-ответственным лицом начальником склада НЗ.

Как установлено в судебном заседании спорное имущество хранилось на складе НЗ, т.е. на втором этаже в пустующей комнате для проживания личного состава в расположении РМО войсковой части №.

Из ведомости приема (сдачи) вещевого имущества склада НЗ усматривается, что ФИО2 передал спорное имущество 

<

данные изъяты> ФИО5, где имеются расхождения между наличием по списку и фактическим.

Согласно акту проверки наличия и качественного состояния материальных средств от ДД.ММ.ГГГГ, составленному начальником вещевой службы ФИО6, в присутствии начальника склада НЗ ФИО2, у последнего выявлена недостача поименованного в иске вещевого имущества ДХ, с количеством которого ответчик был согласен и в судебном заседании.

Данные обстоятельства также подтверждаются и рапортом ФИО2 на имя начальника вещевой службы.

Как видно из заключения по материалам административного расследования, причиной произошедшего явилось отсутствие должного контроля со стороны ФИО2 и недобросовестное исполнение своих служебных обязанностей, за вверенным последнему вещевым имуществом. 

Согласно справке-расчету от ДД.ММ.ГГГГ остаточная стоимость утерянного вещевого имущества ДХ, составляет 64 623 рубля 43 копейки.

Данный расчет произведен с учетом отсутствия амортизации спорного вещевого имущества, ввиду его целевого назначения, который судом проверен и признается арифметически верным.

При вышеизложенных обстоятельствах, суд приходит к выводу, что в судебном заседании установлена вина ответчика ФИО2 в причинении ущерба воинской части, связанного с утратой вверенного ему имущества, сохранность которого он, как материально-ответственное лицо должен был обеспечить.

Что же касается утверждений ФИО2 о нарушении условий хранения имущества НЗ и о том, что он не являлся за него материально-ответственным лицом, то, как показал в судебном заседании свидетель – начальник вещевой службы ФИО6, ввиду отсутствия капитальных зданий в войсковой части №, которые могут быть использованы для хранения вещевого имущества, а так же в целях обеспечения сохранности потребительских свойств вещевого имущества, его хранение производилось в кладовой роты материального обеспечения. На момент ДД.ММ.ГГГГ проект по строительству объектов инфраструктуры войсковой части № не завершен, в связи с чем, ряд помещений приспособлены к хранению. При этом ФИО2, являлся материально-ответственным лицом за вещевое имущество ДХ, имел свой лицевой счет по вещевой службе, прибывал на сверки, имел прямой доступ к вещевому складу неприкосновенного запаса, о недостаче вещевого имущества ДХ не сообщал и не докладывал, а так же опечатывал его своей печатью. Должность начальника склада НЗ действительно не учреждена штатом части, в связи с чем, он был назначен на эту должность приказом командира воинской части, а ФИО2 являлся первым лицом ответственным за хранение имущества НЗ с момента формирования войсковой части №. 

Не имеет правового значения и ссылка ответчика на то, что он своевременно в установленном порядке докладывал о выявленном ущербе, ввиду того, что те должностные лица, которым было известно о выявленной недостаче, в том числе и сам ФИО2, предпринимали действия направленные на ее сокрытие, о чем объективно свидетельствует отсутствие с их стороны каких-либо действий по устранению выявленного ущерба, либо проведение соответствующего разбирательства, а также доведение такой информации до командования воинской части. 

Кроме того, если принять выдвинутую ответчиком в свою защиту версию, то ФИО2, достоверно зная о хищении вверенного ему имущества, вступив в сговор с другими лицами, в целях его сокрытия, намеренно вносил в инвентаризационные описи за 2019-2020 года заведомо ложные сведения об отсутствии расхождений по вещевому имуществу ДХ склада НЗ, подтверждая тем самым фактическое наличие отсутствующего имущества. 

Доводы ответчика о нарушении порядка проведения административного расследования и его оформления, суд признает несостоятельными, поскольку они опровергаются исследованными в ходе судебного заседания доказательствами, а также показаниями допрошенного в нем свидетеля.

Таким образом, принимая во внимание то, что ФИО2 причинил реальный материальный ущерб войсковой части №, суд полагает, что ответчик подлежит привлечению к полной материальной ответственности в соответствии со статьей 5 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих», не находя при этом оснований для применения положений статьи 11 того же Закона, исходя из фактических обстоятельств причинения материального ущерба и степени вины ответчика.

Согласно пункту 1 статьи 103 ГПК РФ, государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Исходя из требований пункта 1 части 1 статьи 333.19 Налогового кодекса РФ, государственная пошлина в части удовлетворенных судом требований составляет 2 139 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194 – 198 ГПК РФ, военный суд, -

решил:

иск командира войсковой части № к бывшему военнослужащему названной воинской части 

<

данные изъяты> ФИО2 о возмещении материального ущерба в размере 64 623 рублей 43 копеек, - удовлетворить.

Взыскать с ФИО2 64 623 (шестьдесят четыре тысячи шестьсот двадцать три) рубля 43 копейки в пользу войсковой части 91704.

Указанные денежные средства подлежат зачислению на лицевой счет ФКУ «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Смоленской, Брянской и Орловской областям.

Взыскать с ФИО2 государственную пошлину в размере 2 139 (двух тысяч ста тридцати девяти) рублей в бюджет 

<

адрес>.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке во 2-й Западный окружной военный суд через Брянский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме.

Председательствующий по делу: А.В. Милушечкин