Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

14 мая 2020 года город Калининград

Калининградский гарнизонный военный суд в составе: председательствующего – судьи Болдырева В.В., при секретарях судебного заседания Рахмановой А.А. и Варейчук А.И., с участием представителя истца по доверенности ФИО1, ответчика ФИО2 и его представителя ФИО3, в открытом судебном заседании в помещении суда, рассмотрев гражданское дело по исковому заявлению командира войсковой части № о привлечении бывшего военнослужащего этой же воинской части 

<

данные изъяты> ФИО2 к полной материальной ответственности,

установил:

командир войсковой части № через своего представителя по доверенности ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением, в котором с учетом уточнений просил взыскать с бывшего военнослужащего этой же воинской части 

<

данные изъяты> ФИО2 в пользу войсковой № денежные средства в размере 50 000 руб. в счет возмещения причиненного ущерба, связанного с недостачей материальных ценностей.

В обоснование заявленных требований истец указал, что при проведении в войсковой части № контрольных мероприятий Контрольно-финансовой инспекцией Министерства обороны РФ (далее – КФИ) у материально ответственного лица бывшего военнослужащего ФИО2 была выявлена недостача имущества продовольственной службы на общую сумму 90508 рублей 04 коп. По результатам проведенного в войсковой части № административного расследования было установлено, что ФИО2 при увольнении с военной службы материальные средства, числящиеся за ним, установленным порядком, никому не передал, вопрос об их передаче не инициировал. Поскольку ФИО2 выразил желание в добровольном порядке возместить причиненный ущерб, командир войсковой части № издал приказ № от 31 марта 2017 года, которым ответчику было разрешено внести на расчетный счет ФКУ «УФО МО РФ по Калининградской области» денежные средства в размере 90508 руб. 04 коп. Поскольку до настоящего времени остаток суммы непогашенного Дегтевым ущерба составил 50 000 рублей, истец полагает, что с учетом положений статей 5, 9 Федерального закона от 12 июля 1999 года № 161-ФЗ «О материальной ответственности военнослужащих» (далее - Федеральный закон «О материальной ответственности военнослужащих») ФИО2 подлежит привлечению к материальной ответственности в размере оставшейся суммы невозмещенного им ущерба.

Представитель истца ФИО1 в судебном заседании поддержал доводы, изложенные в исковом заявлении, и настаивал на его удовлетворении. 

Ответчик ФИО2 просил в удовлетворении исковых требований отказать, при этом он пояснил, что при проведении КФИ контрольных мероприятий в войсковой части № в период с 16 мая по 10 июня 2016 года, а также при проведении административного расследования по факту недостачи материальных средств продовольственной службы в период с 1 декабря 2016 года по 31 марта 2017 года, он не присутствовал, и каких-либо объяснений, в том числе письменных по факту выявленной у него недостачи материальных средств не давал, свою вину в недостаче не признавал, поскольку с 20 октября 2015 года он был исключен из списков личного состава воинской части в связи с увольнением с военной службы. Кроме того, он не давал своего согласия на добровольное возмещение выявленной недостачи и денежные средства в счет её погашения в ФКУ «УФО МО РФ по Калининградской области» сам или через других лиц не вносил. По решению Калининградского гарнизонного военного суда от 14 апреля 2016 года он уже был привлечен к материальной ответственности за недостачу посудо-хозяйственного имущества. Поскольку указанная в иске недостача имущества продовольственной службы образовалась после его увольнения с военной службы, то ответственность за нее он не несет.

Представитель ответчика ФИО3, поддержав возражения ФИО2, просила в удовлетворении иска командира войсковой части № отказать. 

Выслушав объяснения представителя истца, ответчика, и его представителя, исследовав представленные доказательства, военный суд приходит к следующему.

В силу п. 1 ст. 3 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих» военнослужащие несут материальную ответственность только за причиненный по их вине ущерб.

В соответствии со ст. 5 этого же Федерального закона, одним из оснований привлечения военнослужащих к материальной ответственности в полном размере ущерба является случай, когда ущерб причинен по неосторожности военнослужащим, которому имущество было вверено на основании документа (документов), подтверждающего (подтверждающих) получение им этого имущества для обеспечения хранения, перевозки и (или) выдачи этого имущества либо производства финансовых расчетов, которому имущество было передано под отчет для хранения, перевозки, выдачи, пользования и других целей. 

Как установлено в суде, ФИО2 в период с 23 апреля 2014 года по 20 октября 2015 года проходил военную службу по контракту в войсковой части № что подтверждается выписками из приказов статс-секретаря заместителя Министра обороны Российской Федерации от 23 апреля 2014 года №, командира войсковой части № от 11 ноября 2014 года №, от 18 декабря 2014 года №, от 19 февраля 2015 года №, командующего Балтийским флотом от 28 сентября 2015 года №.

Согласно инвентаризационной описи по объектам нефинансовых активов на 24 октября 2014 года, Дегтевым у ФИО12 на ответственное хранение было принято посудо-хозяйственное имущество, при этом, при приеме материальных средств недостач выявлено не было.

Из исследованного в суде акта № дсп контрольных мероприятий по отдельным вопросам финансово-экономической и хозяйственной деятельности войсковой части № от 09 июня 2016 года (далее акта № дсп) видно, что в ходе проведения контрольных мероприятий на продовольственном складе у материально ответственного лица ефрейтора ФИО2 выявлена недостача материальных ценностей на общую сумму 221 791 руб. 47 коп.

Как усматривается из заключения по материалам административного расследования по факту недостачи материальных средств продовольственной службы, выявленной на продовольственном складе в ходе работы Межрегионального управления контрольно-финансовой инспекции МО РФ (по ВМФ), проведенного начальником службы горючего и смазочных материалов войсковой части № майором ФИО8, копии приказа командира войсковой части № от 31 марта 2017 года №, а также из расчета взыскиваемой суммы, по вине ФИО2 образовалась недостача следующих материальных ценностей продовольственной службы: ЗИП к кухне КО-75 – 4 шт. на сумму 24000 руб., кассеты для хранения вилок – 2 шт. на сумму 60 руб., котел наплитный 36 л. из нержавеющей стали – 5 шт. на сумму 19500 руб., кружка из ударопрочного стекла – 115 шт. на сумму 9497 руб. 85 коп., ложка столовая алюминиевая – 270 шт. на сумму 810 руб., миска из нержавеющей стали – 24 шт. на сумму 2440 руб. 32 коп., нож столовый из нержавеющей стали 39 шт. на сумму 146 руб. 25 коп., нож хлеборезный – 1 шт. на сумму 4 руб. 25 коп., тарелка глубокая из ударопрочного стекла «ARC International» - 27 шт. на сумму 2136 руб. 78 копеек, тарелка глубокая из ударопрочного стекла – 20 шт. на сумму 1392 руб. 80 коп., термокружка из нержавеющей стали – 62 шт. на сумму 5420 руб. 04 коп., весы платформенные передвижные шкальные складские марки ШСВ - 500 - 1 шт. на сумму 1032 руб., кипятильник переносной ПНК-2 – 2 шт. на сумму 456 руб., стол для сбора остатков пищи – 1 шт. на сумму 7751 руб. 25 коп., стол для сбора остатков пищи – 1 шт. на сумму 7751 руб. 25 коп., стол для сбора остатков пищи – 1 шт. на сумму 8109 руб. 25 коп. Общая сумма причиненного ущерба составила 90508 руб. 04 коп.

Вместе с тем, вышеуказанные выводы о наличии вины ответчика ФИО2 в вышеуказанной недостаче, противоречат имеющимся в материалах дела письменным доказательствам.

Действительно актом № дсп от 9 июня 2016 года подтверждается, что на продовольственном складе войсковой части № была выявлена недостача указанного выше имущества продовольственной службы. 

Вместе с тем, согласно приложенной к акту № дсп копии инвентаризационной описи (сличительной ведомости) от 24 мая 2016 года, недостача указанных материальных ценностей была выявлена инвентаризационной комиссией у материально ответственного лица ФИО9

Из итоговых инвентаризационных описей (сличительных ведомостей) за 2015 год, в частности № АА000999, № АА001061/1 по объектам нефинансовых активов на 22 октября 2015 года от 3 декабря 2015 года и от 11 января 2016 года, копии приказа командира войсковой части № от 18 декабря 2015 года № «Об итогах проведения инвентаризации материальных ценностей и устранении выявленных недостатков», акта о результатах инвентаризации от 17 декабря 2015 года, материалов административного расследования по факту недостачи материальных ценностей продовольственной службы выявленных при проведении годовой инвентаризации за 2015 год, копии приказа командира войсковой части № от 15 января 2016 года №, у ФИО2 была выявлена недостача материальных ценностей продовольственной службы на общую сумму 245586 рублей 66 копеек, а причинами утраты являлся ненадлежащий контроль над сохранностью материальных ценностей со стороны ответчика, при исполнении им должностных обязанностей. 

При этом, как видно из материалов гражданского дела 2-76/2016, выявленная в ходе годовой инвентаризации за 2015 год недостача материальных ценностей продовольственной службы, а также проведенное по указанному факту административное расследование, явились основанием для обращения командира войсковой части № в Калининградский гарнизонный военный суд 17 февраля 2016 года с исковым заявлением о взыскании с ФИО2 245586 рублей 66 копеек в счет возмещения материального ущерба, причиненного государству в результате утраты в период исполнения обязанностей помощника начальника службы тыла, вверенного ему имущества продовольственной службы. 

Согласно вступившему в законную силу решению Калининградского гарнизонного военного суда от 14 апреля 2016 года вышеуказанное исковое заявление командира войсковой части № было удовлетворено частично, в пользу войсковой части № с ФИО2 было взыскано 145 586 рублей. 

Таким образом, приведенными выше документальными доказательствами подтверждается, что после исключения ФИО2 из списков личного состава воинской части вверенное ему имущество продовольственной службы войсковой части № было полностью проверено инвентаризационной комиссией в ходе годовой инвентаризации 2015 года. По результатам указанной инвентаризации у ФИО2 была выявлена недостача материальных ценностей продовольственной службы (посудо-хозяйственного имущества), за которую он был привлечен к материальной ответственности по решению Калининградского гарнизонного военного суда от 14 апреля 2016 года. Иных недостач материальных ценностей, за которые ответчик не был привлечен к материальной ответственности по итогам годовой инвентаризации 2015 года должностными лицами войсковой части № не выявлено. Напротив, как усматривается из инвентаризационных описей (сличительных ведомостей) № АА000999, № АА001061/1 по объектам нефинансовых активов на ДД.ММ.ГГГГ от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ, при проведении годовой инвентаризации в 2015 году, инвентаризационной комиссией войсковой части № было подтверждено наличие тех материальных ценностей, недостача которых позднее в 2016 году выявлена в ходе контрольных мероприятий КФИ и является предметом настоящего иска командира войсковой части №. Указанные обстоятельства, по мнению суда, подтверждают доводы ответчика о том, что указанная в иске недостача материальных средств, произошла после его увольнения и исключения из списков личного состава воинской части и после проведения годовой инвентаризации в 2015 году, по результатам которой он был привлечен к материальной ответственности, а следовательно, вины ФИО2 в причинении указанного в иске ущерба нет. Представитель истца ФИО1 в суде также подтвердил, что результатами годовой инвентаризации 2015 года у материально ответственного лица ФИО2 было подтверждено фактическое наличие всех материальных ценностей, недостача которых впоследствии выявлена по результатам контрольных мероприятий КФИ и указана в обосновании иска.

Довод истца и его представителя о том, что ответчик в ходе административного расследования признал вину в недостаче указанного имущества и частично возместил причиненный ущерб, не влияет на вышеуказанные выводы суда, об отсутствии вины ФИО2 в причинении государству указанного в иске материального ущерба.

Из содержания исследованных в суде копий квитанций к приходным кассовым ордерам от 21 мая 2018 года, от 17 сентября 2018 года, 10 октября 2019 года, а также декабря 2019 года, видно, что денежные средства в возмещение причиненного ущерба от имени ФИО2 вносили ФИО10, а также ФИО11

Вместе с тем, допрошенный в суде свидетель ФИО10 в суде пояснил, что с Дегтевым он не знаком, денежные средства от имени последнего в возмещение причиненного ущерба он вносил в кассу ФКУ «Управление финансового обеспечения МО РФ по Калининградской области» в мае и сентябре 2018 года по указанию начальника штаба войсковой части № ФИО11, который и давал ему указанные денежные средства. 

Показания свидетеля ФИО9 пояснившего в суде, что вверенные ответчику материальные ценности продовольственной службы выявленные в ходе контрольных мероприятий КФИ в качестве недостающих, отсутствовали у ФИО2 еще 2015 году, суд, оценивая критически отвергает, поскольку они основаны на его предположении и противоречат имеющимся в деле инвентаризационным описям. 

Из совокупности положений пункта 2 статьи 27 Федерального закона от 27 мая 1998 г. № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» статей 75, 82, 93, 94, Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 10 ноября 2007 г. № 1495, следует, что командир воинской части, как единоначальник, отвечает за состояние и сохранность вооружения, военной техники и военного имущества, материальное, техническое, финансовое обеспечение, а кроме того в соответствии со ст. 8 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих» решает вопрос о привлечении военнослужащих к материальной ответственности в целях защиты находящегося в федеральной собственности имущества.

Как следует из материалов дела, несмотря на решение командиром войсковой части № в 2016 году вопроса о привлечении ответчика к материальной ответственности за ущерб образовавшийся от недостачи имущества продовольственной службы выявленного в ходе годовой инвентаризации 2015 года, указанным должностным лицом не разрешался вопрос о сохранности остального имеющегося в наличии имущества и продолжающего числиться за уволенным с военной службы Дегтевым, о чём свидетельствуют утвержденный этим должностным лицом ДД.ММ.ГГГГ акт о результатах инвентаризации от 17 декабря 2015 года, его приказ от 18 декабря 2015 года № «Об итогах проведения инвентаризации материальных ценностей и устранении выявленных недостатков», а также материалы проведенного по его указанию административного расследования в период с 28 декабря 2015 года по 15 января 2016 года и приказ от 15 января 2016 года № «О привлечении к материальной и дисциплинарной ответственности должностных лиц части за утрату материальных ценностей по продовольственной службе».

Учитывая установленные судом обстоятельства, а также положения ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, суд приходит к выводу о том, что истцом не доказаны обстоятельства, на которые он ссылается в качестве оснований своих требований для привлечения ответчика к материальной ответственности, а поэтому иск командира войсковой части № к ФИО2 удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 194 – 198 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении искового заявления командира войсковой части № о привлечении к полной материальной ответственности бывшего военнослужащего той же воинской части ФИО2 и взыскании с него 50000 рублей в счет возмещения ущерба, причиненного государству, отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Балтийский флотский военный суд через Калининградский гарнизонный военный суд в месячный срок со дня вынесения решения судом в окончательной форме.

Председательствующий подпись

Решение в окончательной форме

изготовлено 15 мая 2020 года.

Подлинник решения находится в материалах гражданского дела Калининградского гарнизонного военного суда № 2-68/2020