Дело №1-7/2018

ПРИГОВОР

именем Российской Федерации

с.Кытманово 10 января 2018 года 

Кытмановский районный суд Алтайского края в составе председательствующего судьи Дыренковой Е.Б., при секретаре Юрчиковой А.С., с участием государственного обвинителя заместителя прокурора Кытмановского района Алтайского края Мелентьева А.А., подсудимой ФИО1, её защитника адвоката адвокатского кабинета Гречишкина Ю.А., представившего удостоверение № 141 и ордер №76316 от 12.12.2017, рассмотрев материалы уголовного дела в отношении 

ФИО1, 

<

данные изъяты> не судимой, 

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее по тексту - УК РФ), 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 умышленно причинила тяжкий вред здоровью А., опасный для жизни последнего, повлекший по неосторожности его смерть, с применением предмета, используемого в качестве оружия, при следующих обстоятельствах.

В период времени с 19 час. 00 мин. 3 сентября 2017 года до 10 час. 59 мин. 4 сентября 2017 года, более точное время не установлено, ФИО1 и А. находились в доме, расположенном по адресу: 

<

адрес>, где между ними произошла ссора, в ходе которой на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений у ФИО1 возник преступный умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью А., опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия. 

Реализуя свой преступный умысел, в вышеуказанный период времени, находясь в доме по 

<

адрес>, осознавая общественно опасный и противоправный характер своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью А., опасного для жизни человека, и желая их наступления, однако не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий в виде смерти потерпевшего, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности, она должна была и могла их предвидеть, действуя на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, взяла находившийся в доме молоток, и, удерживая его в руках, нанесла А. множественные удары по голове.

После чего, продолжая реализовывать свой преступный умысел вышеуказанного характера, в период времени с 19 час. 00 мин. 3 сентября 2017 года до 10 час. 59 мин. 4 сентября 2017 года, более точное время не установлено, находясь по доме по 

<

адрес>, ФИО1 лежащего на кровати А. в целях приведения его в чувство столкнула в открытый подпол дома, отчего А. ударился головой о лестницу, ведущую в подпол, иные выступающие части конструкции, ведущей в подпол и грунт. 

В совокупности, своими умышленными преступными действиями, направленными на причинение тяжкого вреда здоровью А., опасного для жизни человека, ФИО1 нанесла потерпевшему не менее 12 ударов в область головы, причинив следующие телесные повреждения:

- открытую черепно-мозговую травму в виде вдавленного перелома лобной (1), фрагментарно-оскольчатого теменной и височной (1) костей справа с распространением на кости основания черепа в среднюю черепную ямку справа; эпидуральной гематомы в теменной и височной областях справа объемом 150 мл, субарахноидального кровоизлияния по наружной и базальной поверхностям в лобной, теменной и височной долях справа, в височной доли слева; точечных кровоизлияний в вещество головного мозга в теменной и височной доле справа; кровоподтека в проекции правой надбровной дуги (1), на ушной раковине справа (1), в проекции скуловой кости справа (1), ссадины в лобной области справа (1), ушибленных ран в лобной области слева (1), в лобной области справа (1), в теменной области справа (3), в височной области справа (1), в затылочной области справа (1), в затылочной области слева (1), в заушной области слева (1). Вышеуказанная травма причинила тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. 

От полученных в результате преступных действий ФИО1 телесных повреждений А. скончался в период времени с 11 час. 00 мин. 4 сентября 2017 года до 11 час. 00 мин. 5 сентября 2017 года в подполе дома по 

<

адрес>.

Смерть А. наступила от открытой черепно-мозговой травмы в виде перелома костей свода и основания черепа с кровоизлиянием над твердой и под мягкую мозговую оболочки и в вещество головного мозга, приведших к сдавлению мозга кровью, развитию в последующем отека и набухания головного мозга, являющихся непосредственной причиной смерти.

Подсудимая ФИО1 в судебном заседании вину в совершенном ею преступлении признала полностью и показала, что А. был её соседом. Он попросился к ней жить, однако она ему сказала, что пенсия у неё маленькая и вдвоем им её не хватит для проживания. Он сказал, что будет подрабатывать у частников, и она согласилась проживать вместе. А. проживал в её доме около месяца, однако за весь месяц заработал только две «чекушки» водки, принес их домой и привел с собой В. Время было вечернее, точную дату и время она не помнит, но события происходили до 5 сентября 2017 года, так как пенсию она получает 5 числа, поскольку после случившегося она 5 сентября пошла на почту за пенсией. 

Они втроем - она, А., В. распили принесенную А. водку. После чего В. ушел. Она пошла на свою кровать в спальню и стала смотреть телевизор, а А. лег на кровать в кухне. Ночью она встала в туалет и пошла в кухню, было примерно около 1 часа ночи. В кухне было светло от работающего телевизора. А. лежал на кровати, повернувшись головой к стене, и стал требовать, чтобы она приготовила ему что-нибудь поесть. Из-за этих слов она на него сильно разозлилась, так как А. часто подрабатывал, но ничего не приносил ей, а только приходил в пьяном виде, ночевал и питался её продуктами. Он даже не мог ей помочь занести и спустить в подпол дома уже выкопанную картошку. Она, в силу заболеваний ног не может свободно передвигаться без опоры, переносить тяжести для неё так же является затруднительным. Картофель она накануне копала одна, с большим трудом, на коленях, накопала всего 6 ведер и потом по одному ведру насыпала в мешок и волоком тащила до подпола. Подпол в кухне она не закрыла после того, как засыпала туда картофель. Требования А. о приготовлении ему еды разозлили её, так как он ничего не зарабатывал, не помогал, а есть требовал. 

Рядом с входной дверью возле кресла у неё стоял молоток, после чего она взяла его в правую руку и несколько раз стукнула им А. по голове. Сколько точно ударов по голове она ему нанесла, она не помнит, но не менее трех точно. От ударов брызнула кровь. В ответ А. ничего не сказал и не повернулся, он простонал или промычал. Она сказала: «Мычишь и мычи!» Убивать А. она не хотела, нанесла ему удары от обиды и злости. После чего она бросила молоток к печке. Удары она нанесла по правой стороне головы. Затем она включила свет в кухне и подошла к А., он продолжал лежать лицом к стене и хрипел. Из раны на голове на пол натекла кровь, она её вытерла тряпкой. Куда положила тряпку теперь не помнит. Потом села на кухне, покурила, затем легла спать. Ночью она слышала, что А. храпел. Она подумала, что он похрапит и утром встанет. 

Когда она встала утром, то А. на кровати не было, он лежал в подполе. Видимо, он упал в подпол ночью, так как подпол был открыт и находился рядом с кроватью, на которой тот спал. Подпол она закрывать не стала, так как думала, что в подполе прохладно, А. придет в себя и вылезет. Молоток она подобрала и положила на печь.

Днем к ней приходила соседка Н. и она предлагала ей вытащить А. из подпола, но та не согласилась. Затем приходил её внук М. и она попросила его достать А. из подпола, но он тоже не согласился, так как у него болела спина. Внуку она рассказала, что ударила А. молотком. К вечеру из подпола перестали доноситься хрипы.

Утром 5 сентября она пошла на почту за пенсией, а А. продолжал лежать в подполе. Она подумала, что пока она ходит, то он проспится и вылезет из подпола, поэтому подпол закрывать не стала. 

Когда она получила пенсию на почте, то купила водки и пошла домой. Придя домой, она решила разбудить А., чтобы он вылез из подпола. Для этого она открыла бутылку водки и стала стучать горлышком по стопке. А. всегда реагировал на этот звук. Но на этот раз он никак не отреагировал. В подпол она спускаться не стала. Потом пришел Ч. по кличке «

<

данные изъяты>» и она попросила его спуститься в подпол. Когда тот спустился, то сказал, что А. уже холодный.

В связи с тем, что подсудимая не помнила точное время событий, количество нанесенных ею ударов А., а так же отрицала тот факт, что она сама сбросила А. в подпол, судом по ходатайству гос.обвинителя и с согласия сторон был оглашен протокол допроса подозреваемой ФИО1 (л.д. 56-59), из которого установлено, что 3 сентября 2017 года около 21 часа к ней домой пришли В. и А. и они все вместе стали распивать спиртное. Потом В. ушел, а А. лег в кухне на кровать. Она стала смотреть телевизор у себя в комнате. Около 23-24 часов она вышла на кухню, и А. стал требовать, чтобы она приготовила ему пищу. После чего она разозлилась, взяла молоток и нанесла ему по голове около 5 ударов тупой частью молотка. Потом ушла спать. Утром 4 сентября она проснулась около 8 часов утра, вышла на кухню и увидела, что А. так и лежит на кровати. Лицо у него было в запекшейся крови и опухшее, глаза закрыты, он издавал только хрипение. Она испугалась и решила сбросить его в подпол, чтобы он там проспался и пришел в себя. Лаз в подпол расположен рядом с кроватью, она его открыла и с кровати волоком за ноги стянула на пол А., а затем волоком по полу подтянула его и сбросила в подпол ногами вперед. Крышку подпола закрывать не стала. В течение дня 4 сентября 2017 года А. так и находился в подполе. Она иногда подходила к подполью и слушала, оттуда доносились хрипы А. Днем к ней заходила Н., и она ей рассказала, что А. в пьяном виде упал в подполье и находится там. Так же к ней приходил внук М., которому она рассказала всё, как было, что она ударила А. молотком несколько раз и потом стащила в подпол. Уже вечером 4 сентября 2017 года А. перестал подавать признаки жизни. 

Судом по ходатайству гос. обвинителя так же был оглашен протокол допроса ФИО1 в качестве обвиняемой (л.д. 80-83), из которого следует, что она допускает, что А. был жив до 05.09.2017. сколько точно она нанесла ударов она не помнит, но допускает, что более трех. В подпол столкнула его, так как не хотела его видеть, т.е. от злости, а не для того, чтобы скрыть его тело. Думала, что в подполе он придет в себя и вылезет. 

В судебном заседании подсудимая ФИО1 подтвердила, что события действительно происходили в то время, как указано в протоколах её допроса, не подтвердила свои показания в той части, что она нанесла 5 ударов, так как точно помнит всего три удара. Затем вспомнила, что в подпол А. действительно сбросила она, чтобы он охладился там и пришел в себя. Но с кровати его она не стаскивала на пол и не сбрасывала в подпол, а когда она подошла к нему утром, то он лежал на краешке кровати, а ноги у него свесились в открытый подпол, поэтому она его только подтолкнула и он туда упал. А стащить его с кровати на пол, а затем стащить в подпол она бы не смогла, так как по состоянию здоровья не смогла бы этого сделать, тяжести она поднимать не может. 

Ноги у неё отказали давно, и она передвигается только с помощью опоры (палочки), а по дому передвигается, держась за предметы мебели и по стене. К медикам она не обращалась по поводу своего заболевания никогда, с 1990 года не посещает врачей, так как не доверяет врачам из-за смерти близких родственников, произошедшие по их вине, разочарована в медицине. 

Помимо полного признания своей вины подсудимой ФИО1, ее вина в совершенном ею преступлении, установлена собранными органом предварительного следствия и исследованными в судебном заседании следующими доказательствами.

Так, в ходе проверки показаний подозреваемой ФИО1 на месте, она показала и пояснила, что 03.09.2017 около 21 часа она находилась дома. К ней пришли В. и А.. С собой у них была бутылка водки, которую они распили. После этого через некоторое время В. ушел домой, а А. остался у неё дома и лег на кровать, а она ушла в свою комнату смотреть телевизор. Около 24 часов она вышла из комнаты на кухню. А. в это время лежал на левом боку, лицом к стене ногами в сторону входной двери. Он стал требовать, чтобы она ему приготовила еду. Тогда она разозлилась на него, так как тот часто «колымит», но ей с этого денег не дает, хотя иногда ночует у неё. В этот момент она взяла в руки находившийся возле кровати молоток, подошла к кровати со стороны головы А. и нанесла ему несколько ударов в область головы, в затылочную область тупой частью молотка. Сколько точно было ударов, она не помнит, но больше трех. Потом бросила молоток к печке. А. в это время лежал и стонал. Она перестала его бить, т.к. не хотела его убивать, хотя он не сопротивлялся, и она могла это сделать. Потом она включила свет и увидела, что из ран натекло много крови на пол. Она взяла полотенце и вытерла им кровь. Потом она ушла спать в свою комнату. Утром 4 сентября 2017 года, когда проснулась, то увидела, что А. так и лежит на кровати, лицо и затылок у него было в запекшейся крови, а глаза закрыты. Она испугалась и решила сбросить А. в подпол возле кровати, чтобы он там пришел в себя. Она волоком за ноги стянула его с кровати на пол, затем таким же способом сбросила его в подпол, где он пролежал до 05.09.2017. А 05.09.2017 А. из подпола достали сотрудники полиции, и он был уже мертв. В подпол сбросила его, потому что не думала, что он умрет, и была зла на него с предыдущего дня, т.е. с 03.09.2017. (л.д. 62-71). 

В явке с повинной ФИО1 сообщила аналогичные сведения о совершенном ею преступлении (л.д. 24-25).

Свидетель В. суду показал, что ФИО1 является его соседкой, а А. приходился ему дядей. Осенью 2017 года, точную дату он не помнит, он вместе с А. подрабатывал у частников. После работы они на заработанные деньги купили водки и пошли в дом к ФИО1, так как А. проживал у неё. Это было в вечернее время. Они все вместе, в том числе и ФИО1 распили 2 бутылки водки по 0,25 л., закусили, и он пошел к себе домой, а А. остался у ФИО1, больше он его не видел. Во время распития спиртного ссор между ними не было. А через день или два к нему прибежал Ч. и рассказал, что он пришел в дом к ФИО1 и спросил у неё, где А., так как нужно было идти на заработки. А она ему сказала, что он в подполе уже неживой. Потом ФИО1 говорила свидетелю, что когда А. был живой, то сам упал в подпол. 

После случившегося В. спрашивал у ФИО1, зачем она убила А., она сказала, что тот ей надоел и не приносил домой деньги после подработок, а жил за её счет.

По характеру А. не был агрессивным, не применял физическую силу, но когда выпьет водки, то становился нудным, своей нудностью мог довести кого угодно, цеплялся к каждой мелочи. Из-за этого у него неоднократно случались ссоры с А. 

Из показаний свидетеля М. суд установил, что ФИО1 приходится ему бабушкой. В сентябре 2017 года, точную дату он не помнит, он выписался из больницы и пришел к своей бабушке на 

<

адрес>, чтобы взять денег на дрова. Это было вечером. Увидел, что в кухне у неё открыт подпол и лампочка там включена. Он спросил, почему открыт подпол. Бабушка сказала, что там лежит 

<

данные изъяты> - это кличка А., попросила его достать оттуда. Он посмотрел в подпол и увидел только ноги, так как там было плохое освещение. Ни стонов, ни хрипов он не слышал. Бабушка сказала, что ударила его молотком несколько раз, потому что А. проснулся среди ночи и требовал приготовить еду. Но он ей не поверил, так как крови нигде не было. Подумал, что А. сам туда упал пьяный, выспится и вылезет из подпола. Он сказал бабушке, что достать А. не сможет, так болит спина, в подпол спускаться не стал. Он подумал, что если до него к бабушке кто-то заходил, то они позовут здоровых людей и достанут А. После чего взял деньги у бабушки и ушел. Говорила ли ему бабушка о том, что она сама скинула А.в подпол, он не помнит. Бабушка злоупотребляет спиртным.

В связи с тем, что свидетель М. не помнил точную дату событий и говорила ли ему бабушка о том, что сбросила А. в подпол сама, судом, по ходатайству гос. обвинителя и с согласия сторон был оглашен протокол допроса свидетеля М. в данной части (л.д. 40-42), из которого следует, что 04.09.2017 примерно в 18 часов 00 минут он пришел к своей бабушке ФИО1, бабушка сказала ему, что она забила 

<

данные изъяты>, ударила 3 раза молотком и скинула его. 

В судебном заседании данные показания свидетель М. подтвердил, пояснив, что немного забыл обстоятельства с течением времени, а когда давал показания, то помнил о них лучше.

Свидетель Н. суду показала, что проживает по соседству с ФИО1 А. приходился ей племянником. Знает, что племянник проживал с ФИО1, иногда она заходила в дом к ФИО1 и видела там племянника. Когда в последний раз она его там видела, не помнит. По поводу случившегося она с ФИО1 не разговаривала. О смерти племянника узнала от жителей с.

<

адрес>. 

Потерпевший К., допрошенный в ходе проведения предварительного следствия, показания которого были предметом исследования в судебном заседании, показал, что А., ДД.ММ.ГГГГ приходится ему родным братом. Он проживал в с.

<

адрес>. По существу дела ему ничего не известно. Стало известно о том, что А. умер со слов двоюродного брата, который проживает в 

<

адрес>, а тот в свою очередь узнал о случившемся от жителей села (л.д. 34-36).

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 05.09.2017 года, проведенному по адресу: 

<

адрес> в подполе данного дома был обнаружен труп А., изъяты: два ножа, три соскоба вещества с пола кухни, следы пальцев рук на 6 вырезах светлой дактопленки, молоток, пододеяльник, брюки ФИО1 (л.д. 4-14).

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы трупа А., проведенной 07 сентября 2017 года (заключение эксперта) от 07.11.2017 №626, у него обнаружена открытая черепно-мозговая травма в виде вдавленного перелома лобной (1), фрагментарно-оскольчатого теменной и височной (1) костей справа с распространением на кости основания черепа в среднюю черепную ямку справа; эпидуральной гематомы в теменной и височной областях справа объемом 150 мл, субарахноидального кровоизлияния по наружной и базальной поверхностям в лобной, теменной и височной долях справа, в височной доле слева; точечных кровоизлияний в вещество головного мозга в теменной и височной доле справа; кровоподтека в проекции правой надбровной дуги (1), на ушной раковине справа (1), в проекции скуловой кости справа (1), ссадины в лобной области справа (1), ушибленных ран в лобной области слева (1), в лобной области справа (1), в теменной области справа (3), в височной области справа (1), в затылочной области справа (1), в затылочной области слева (1), в заушной области слева (1). 

Вышеуказанная травма причинила тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. 

Данная травма образовалась в результате ударов (не менее 12 ударов) твердым тупым объектом (предметом, орудием) с ограниченной травмирующей поверхностью под углом, близким к прямому (Из акта медико-криминалистического исследования №510-МК от 07.11.2017). 

Учитывая тяжелый характер травмы можно высказаться о том, что в данном случае в течение черепно-мозговой травмы «светлый» промежуток времени, вероятнее всего, отсутствовал. После нанесения телесных повреждений по голове произошла потеря сознания и далее по мере стремительного развития отека и набухания вещества головного мозга наступила смерть.

По давности вышеперечисленные повреждения прижизненны и причинены в короткий промежуток времени между собой, незадолго до момента наступления смерти, исчисляемое от нескольких часов до нескольких десятков часов, что подтверждается красновато-синюшным цветом кровоподтека, темно-красным цветом кровоизлияний с лейкоцитарной реакцией, отсутствием видимых признаков заживления ран. 

В момент причинения этих повреждений потерпевший мог находиться по отношению к нападающему в любом положении, как в горизонтальном, так и в вертикальном (сидя, стоя, лежа), за исключением того, когда повреждаемые области были не доступны для травмирования.

Учитывая анатомическую локализацию, характер повреждений, возможность образования их, в результате однократного падения с высоты собственного роста на плоскость можно исключить.

Смерть А. наступила от открытой черепно-мозговой травмы в виде перелома костей свода и основания черепа с кровоизлиянием над твердой и под мягкую мозговую оболочки и в вещество головного мозга, приведших к сдавлению мозга кровью, развитию в последующем отека и набухания головного мозга, являющихся непосредственной причиной смерти.

Учитывая характер трупных явлений (трупное окоченение удовлетворительно выражено во всех обычно исследуемых группах мышц, трупные пятна при надавливании на них пальцем своей окраски не меняют, признаки гниения отсутствуют) смерть наступила за 2-3 суток до момента исследования трупа в морге (л.д. 89-104). 

Согласно заключению судебно-биологической экспертизы №1340 от 18.10.2017, кровь потерпевшего А. относится к Оа 

Из заключения эксперта №1341 от 03.10.2017 следует, что при исследовании брюк, принадлежащих ФИО1 кровь не найдена (л.д. 117-118).

Согласно заключению эксперта №1344 от 03.10.2017 при исследовании соскоба, изъятого с пола жилого дома в ходе осмотра места происшествия по адресу: 

<

адрес> найдена кровь человека Оа 

Согласно заключению эксперта №1342 от 02.10.2017, на фрагменте древесины (в постановлении - соскоб, изъятый рядом с газовой плитой) найдена кровь человека Оа 

Из заключения эксперта №1481 от 01.11.2017 следует, что на молотке, изъятом в ходе осмотра места происшествия, обнаружена кровь человека, установлена Оа 

Согласно заключению эксперта №509-МК от 06.10.2017 следы крови на молотке являются помарками и образованы в результате контакта с предметом (или предметами), покрытым кровью до её высыхания (л.д. 152-154).

Из акта судебно-медицинского исследования №1393 от 27.09.2017 следует, что на молотке, изъятом в ходе осмотра места происшествия в следах-наложениях, описанных в заключении №509-МК установлено наличие крови. 

Соскоб, изъятый с пола кухни, около газовой плиты; соскоб, изъятый с пола в центре кухни, молоток, пододеяльник признаны вещественными доказательствами и приобщены к материалам уголовного дела, на основании постановления от 06.11.2017 (л.д. 169-170). 

Два ножа, соскоб, изъятый с пола в центре кухни, 6 вырезов дактопленки, брюки ФИО1 не признаны вещественными доказательствами и исключены из числа таковых (л.д. 169-170). 

В ходе предварительного следствия уточнено место совершения ФИО1 преступления и постановлено считать местом преступления во всех имеющихся материалах уголовного дела, протоколах следственных действий, процессуальных и иных документах 

<

адрес> уточнены данные о личности потерпевшего - А., ДД.ММ.ГГГГ г.р., уточнена личность подозреваемой - ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., личность потерпевшего - К., ДД.ММ.ГГГГ.г. (л.д. 171).

Оценив в совокупности исследованные доказательства, суд приходит к выводу о том, что вина подсудимой ФИО1 в совершенном ею преступлении, полностью установлена и доказана, суд квалифицирует ее действия по ч.4 ст.111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

В судебном заседании достоверно установлено, что именно подсудимая, в обозначенные выше месте и время, при отсутствии посягательства на ее жизнь и здоровье со стороны потерпевшего А., нанесла ему множественные удары (не менее 12 ударов) молотком в область головы. 

Указанные обстоятельства подтверждаются показаниями подсудимой ФИО1, которая не отрицала, что нанесла А. удары молотком по голове, а затем столкнула его в подпол, заключением судебно-медицинской экспертизы трупа А. №626 от 07.11.2017, где описаны количество и локализация имеющихся у А. повреждений головы, другими исследованными в судебном заседании доказательствами: показаниями свидетелей, заключениями экспертиз, протоколом осмотра места происшествия, протоколом проверки показаний подозреваемой ФИО1 на месте. 

Утверждение подсудимой о том, что она нанесла всего три удара молотком А. опровергается вышеуказанным заключением судебно-медицинской экспертизы трупа А. 

Об умысле ФИО1 на причинение тяжкого вреда здоровью А. свидетельствует характер посягательства - нанесение множественных ударов молотком в жизненно важный орган - голову, от которых и образовалась черепно-мозговая травма, повлекшая смерть А., последовательный и целенаправленный характер ее действий, способ и орудие преступления, количество, характер, локализация причиненных А. телесных повреждений.

В то же время, подсудимая, нанеся удары молотком в область головы А., имея реальную возможность лишить потерпевшего жизни, поскольку он сопротивления не оказывал, делать этого не стала, а, положила молоток, оставила потерпевшего в покое и пошла к себе в комнату. 

Утром, увидев физическое состояние А., у которого опухло лицо и запеклась кровь, и, испугавшись, она решила привести его в чувство, спустив в прохладный подпол, полагая, что он там проспится и придет в себя. Крышку подпола она не закрывала и свет в подполе не выключала, так как думала, что А., проспавшись, оттуда вылезет. О случившемся она не сообщала ни в скорую, ни в полицию, так как думала, что А. станет легче, и он придет в себя. Каких-либо дальнейших действий по лишению жизни ФИО3 не предпринимала. Днем она просила своего внука, чтобы он достал А. из подпола, однако тот отказался, сославшись на заболевание. 

Таким образом, суд приходит к выводу, что ФИО1 в момент нанесения ударов умысла на убийство не имела. 

Мотивом для совершения преступления послужило наличие личных неприязненных отношений между А. и ФИО1, возникших на почве того, что А., лежа на кровати в состоянии опьянения требовал от ФИО1 приготовить ему пищу, что разозлило и обидело её, так как А. ничего не зарабатывал, жил за её счет и даже не мог накануне помочь ей выкопать картофель и стаскать его в подпол, однако еду от неё требовал. 

Установленные обстоятельства дела свидетельствуют о том, что поведение А. не представляло какой-либо угрозы, опасности для жизни и здоровья ФИО1 и её действия, выразившиеся в нанесении лежащему на кровати А. ударов молотком по голове, не были вызваны какой-либо необходимостью, в том числе фактами нападения, угрозы жизни, здоровью ФИО1, а лишь обидой и злостью от того, что А. не удовлетворял её запросы и не помогал ей. Каких-либо иных обстоятельств её правомерного поведения судом так же не установлено. 

Таким образом, в действиях ФИО1 отсутствуют признаки самообороны либо превышения её пределов. 

Квалифицирующий признак преступления «с применением предмета, используемого в качестве оружия» так же нашел свое подтверждение, так как удары по голове А., от которых он впоследствии скончался были нанесены ФИО1 при помощи молотка, обладающего ударно-дробящим действием при приложении физической силы. 

Согласно заключению комиссии экспертов №03/3-01 3244/1 ФИО1 слабоумием, хроническим психическим расстройством не страдала и не страдает, во время совершения инкриминируемого ей деяния у неё не было временного психического расстройства, о чем свидетельствует отсутствие психотической симптоматики. 

<

данные изъяты> Однако степень имеющихся у ФИО4 психических нарушений не столь значительна, не сопровождается снижением интеллекта, психотической симптоматикой и не лишали её во время совершения инкриминируемого ей деяния способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. По своему психическому состоянию ФИО1 не лишена в настоящее время способности осознавать фактический характер и руководить ими, правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела и давать показания. В принудительных мерах медицинского характера ФИО1 не нуждается (л.д.162-163).

Наблюдая за поведением ФИО1 в судебном заседании, с учетом заключения экспертов, суд признает ее вменяемой в совершении инкриминируемого деяния, поскольку каких-либо сомнений в ее психической полноценности у суда не имеется.

Назначая ФИО1 наказание, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного ею преступления, относящегося к категории особо тяжких, данные о личности подсудимой, смягчающие наказание обстоятельства, влияние назначенного наказания на ее исправление и на условия жизни семьи последней.

Оценивая характер общественной опасности совершенного подсудимой преступления, суд принимает во внимание, что деяние является умышленным, при этом предусмотренное санкцией ч. 4 ст. 111 УК РФ наказание в виде лишения свободы является безальтернативным.

Определяя степень общественной опасности содеянного подсудимой, суд исходит из того, что в результате посягательства подсудимой наступили необратимые последствия - смерть потерпевшего.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств суд признает и учитывает: признание вины, раскаяние в содеянном, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, состояние здоровья подсудимой, так как по внешним признакам видно, что подсудимая передвигается с трудом, преклонный возраст подсудимой, отсутствие судимости.

Явку с повинной (л.д. 24-25) суд учитывает не как самостоятельное смягчающее обстоятельство, а в качестве активного способствования раскрытию и расследованию преступления, так как правду о случившемся она решила рассказать только после того, как сотрудник полиции нашел молоток на дымоходе печи. 

Других обстоятельств, для признания их смягчающими наказание подсудимой, суд не усматривает.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимой, в соответствии со ст.63 УК РФ, судом не установлено.

С учетом вышеизложенного, конкретных обстоятельств дела, тяжести совершенного преступления и наступивших последствий, суд не смотря на вышеперечисленные смягчающие наказание обстоятельств, считает справедливым назначить ФИО1 наказание только в виде реального лишения свободы без ограничения свободы, с учетом требований ч.1 ст.62 УК РФ, поскольку полагает, что цели наказания - восстановление социальной справедливости, исправление осужденной и предупреждение совершения ею новых преступлений, могут быть достигнуты только в условиях изоляции последней от общества, иные меры воздействия по мнению суда, в том числе условное осуждение, не приведут к достижению указанных целей.

Оснований для применения к ФИО1 положений ст.ст.64, 73 УК РФ суд не усматривает.

Оснований для изменения категории преступления, на менее тяжкую, в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ, суд также не находит. 

В соответствии с п. «б» ч.1 ст.58 УК РФ наказание ФИО1 необходимо отбывать в исправительной колонии общего режима.

В соответствии с п.5 ч.2 ст.131, ст.132 УПК РФ, учитывая, что подсудимая получает пенсию, иждивенцев у неё не имеется, инвалидности нет, суд полагает, что процессуальные издержки, связанные с вознаграждением адвоката Гречишкина Ю.А. на предварительном следствии, в размере 6325 рублей, а также в судебном заседании, в размере 2530 рублей подлежат взысканию в доход федерального бюджета с ФИО1 

Гражданский иск по делу не заявлен.

Вещественные доказательства в соответствии со ст. 81 УПК РФ подлежат уничтожению. 

Вопреки доводам гос.обвинителя оснований для принятие мер по сохранности имущества ФИО1 в виде жилого дома не имеется, так как у неё есть близкие родственники - дочь, проживающая в Кытмановском районе и внук, проживающий в одном населенном пункте с нею, которые поддерживали с ней тесные семейные отношения, следовательно, они могут позаботиться о жилом доме ФИО1 Сама ФИО1 о принятии таких мер перед судом не ходатайствовала. В дальнейшем, если возникнет необходимость в принятии таких мер, рассмотрение этого вопроса возможно порядке п. 15 ст. 397 УПК РФ.

На основании изложенного и, руководствуясь ст.ст.303, 304, 307-310 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО1 признать виновной в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, и назначить ей наказание в виде 7 лет лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Срок наказания ФИО1 исчислять с 10 января 2018 года.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО1 отменить, избрать в отношении нее меру пресечения в виде заключения под стражу и взять её под стражу в зале суда.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета процессуальные издержки, связанные с вознаграждением адвоката Гречишкина Ю.А. в размере 8855 рублей 00 копеек.

Гражданский иск по делу не заявлен.

Вещественные доказательства по вступлении приговора в законную силу: соскоб, изъятый с пола кухни, около газовой плиты; соскоб, изъятый с пола в центре кухни; молоток, пододеяльник, хранящиеся при уголовном деле - уничтожить.

Предметы, не признанные вещественными доказательствами - два ножа, брюки ФИО1, хранящиеся в камере хранения Заринского МСО СУ СК РФ по Алтайскому краю, по вступлении приговора в законную силу передать внуку осужденной - М., проживающему в с.

<

адрес>. 

Предметы, не признанные вещественными доказательствами - соскоб, изъятый с пола в центре кухни, 6 вырезов дактопленки, хранящиеся в камере хранения Заринского МСО СУ СК РФ по Алтайскому краю, по вступлении приговора в законную силу уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Алтайский краевой суд через Кытмановский районный суд в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденной ФИО1 в тот же срок со дня вручения ей копии приговора, поскольку она содержится под стражей.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденная вправе в течение 10 суток со дня вручения ей копии приговора, и в тот же срок со дня вручения копии апелляционного представления или апелляционной жалобы, затрагивающей её интересы, ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем должна указать в апелляционной жалобе, а в случае принесения представления прокурором или подачи жалобы другим лицом - в отдельном ходатайстве или возражениях на жалобу или представление в течение 3 суток со дня вручения копии приговора либо копии жалобы или представления, так же об участии защитника, путем заключения соглашения, либо заявления соответствующего ходатайства о его назначении, которое может быть изложено в апелляционной жалобе, либо иметь форму самостоятельного заявления и должно быть подано заблаговременно в суд первой или второй инстанции. 

В соответствии с ч. 4 ст. 389.8 УПК РФ дополнительные апелляционные жалобы, представления подлежат рассмотрению, если они поступили в суд апелляционной инстанции не позднее, чем за 5 суток до начала судебного заседания.

Судья Е.Б.Дыренкова