Судья суда 1 инстанции Дело №22-99/2020 

ФИО1 №1-4/2020

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Анадырь 14 декабря 2020 года

Суд Чукотского автономного округа в составе 

председательствующего судьи Васильева С.М.,

при секретаре Петрове М.А., 

с участием прокурора Перепелкиной Ф.Г.,

а также в режиме видеоконференц-связи

осуждённого ФИО2 

защитников осуждённого – адвокатов Григуць Я.С., Радченко С.А.,

потерпевшего Потерпевший №1,

его представителей У.М.П. и С.В.В.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам защитника Григуць Я.С., осуждённого ФИО2 (с учётом дополнений) и потерпевшего Потерпевший №1 на приговор Чаунского районного суда Чукотского автономного округа от 19 октября 2020 года, которым 

ФИО2, родившийся 

<

дата> в 

<

адрес>, гражданин РФ, женатый, не имеющий несовершеннолетних детей, военнообязанный, со средне-специальным образованием, работающий производителем работ 

<

данные изъяты>, зарегистрированный по адресу: 

<

адрес>; проживающий по адресу: 

<

адрес>, не судимый, 

осуждён по части 1 статьи 216 УК РФ к наказанию в виде ограничения свободы на срок 1 год 6 месяцев.

На основании части 1 статьи 53 УК РФ, ФИО2 установлены следующие ограничения:

– не выезжать за пределы территории муниципального образования городского округа Певек Чукотского автономного округа; 

– не уходить из места постоянного проживания (пребывания) в период с 22 часов 00 минут до 06 часов 00 минут следующих суток; 

– не изменять место жительства или пребывания, место работы без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы. 

На ФИО2 возложено исполнение обязанности являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы, три раза в месяц для регистрации в дни, установленные этим специализированным государственным органом.

В приговоре разрешён вопрос возмещения процессуальных издержек за счёт средств федерального бюджета и определена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Васильева С.М., изложившего содержание приговора суда, доводы апелляционных жалоб, дополнений к ним и возражений на них, мнение прокурора Перепелкиной Ф.Г., указавшей об отсутствии оснований удовлетворения апелляционных жалоб, потерпевшего Потерпевший №1, его представителей У.М.П. и С.В.В., осуждённого ФИО2 и его защитников – адвокатов Григуць Я.С., Радченко С.А., поддержавших апелляционные жалобы, суд 

у с т а н о в и л:

приговором Чаунского районного суда от 19 октября 2020 года ФИО2 признан виновным и осуждён по ч.1 ст.216 УК РФ за нарушение правил безопасности при ведении строительных работ 06 января 2019 года, повлекшее причинение тяжкого вреда здоровью Потерпевший №1.

Обстоятельства совершения осуждённым преступления подробно изложены в приговоре суда.

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО2 вину в предъявленном обвинении не признал.

В апелляционной жалобе и в дополнении к ней осуждённый ФИО2 указывает, что выводы суда первой инстанции не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, его вина в совершении преступления не доказана. Полагает, что выводы суда об отсутствии сигнальных ограждений, запрещающих и предупреждающих знаков противоречат показаниям свидетелей С., Каз., Ко., утверждавших об обратном. Ссылки в приговоре на показания потерпевшего Потерпевший №1, являющимся, по мнению автора жалобы, виновником несчастного случая, считает необоснованными, поскольку тот является заинтересованным лицом. Выводы строительной экспертизы о наличии причинно-следственной связи между произошедшим событием и отступлением от требований СНиП 12-04-2002. «Безопасность труда в строительстве (п.3.2, 8.1.1, 8.12) полагает несостоятельными. Органом предварительного следствия не проверены версии о виновности иных должностных лиц (в частности начальника штаба строительства З.). Отмечает, что при наличии у него защитника по соглашению суд вопреки его воле назначил ему защитника Марченко, с которым у него расходились позиции по ряду вопросов, чем были нарушены положения ст.16, ч.3 ст.50 УПК РФ. Суд необоснованно не признал в качестве обстоятельства, смягчающего его наказание, по п. «з» ч.1 ст.61 УК РФ установленную небрежность потерпевшего Потерпевший №1. Просит приговор суда от 19 октября 2020 года отменить, постановить в отношении него оправдательный приговор в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. 

В апелляционной жалобе и в дополнении к ней защитник осуждённого – адвокат Григуць Я.С. указывает, что выводы суда первой инстанции не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, вина ФИО2 в совершении преступления не доказана. Полагает, что при постановлении приговора суд в нарушение требований уголовно-процессуального законодательства и постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 №55 "О судебном приговоре" не дал оценку доводам о наличии основании для: 1) возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст.237 УПК РФ; 2) назначения судебной строительно-технической экспертизы; 3) допроса свидетелей посредством видеоконференц-связи. Полагает, что в нарушение ст.220 УПК РФ следственным органом не раскрыты основные признаки инкриминируемого ФИО2 преступления, в изложении описания события преступления отсутствуют конкретные фактические данные и обстоятельства. Выводы строительной экспертизы о наличии причинно-следственной связи между произошедшим событием и наличием вины ФИО2 считает несостоятельными. Органом предварительного расследования не проверены версия о виновности начальника штаба строительства З.. Отмечает, что при наличии у ФИО2 защитника по соглашению суд вопреки воле осуждённого назначил ему защитника Марченко, с которым у него расходились позиции по ряду вопросов, чем были нарушены положения ст.16, ч.3 ст.50 УПК РФ. Суд необоснованно не признал в качестве обстоятельства, смягчающего его наказание, по п. «з» ч.1 ст.61 УК РФ установленную небрежность потерпевшего Потерпевший №1. В нарушение ст.50 УИК РФ суд назначил отбывание наказание ФИО3 в г. Певеке Чукотского автономного округа, а не в г.Санкт-Петербурге по месту постоянного проживания ФИО2. Просит приговор суда от 19 октября 2020 года отменить, постановить в отношении ФИО2 оправдательный приговор в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

В апелляционной жалобе потерпевший Потерпевший №1 не соглашается с выводами суда в части признания в его действиях допущенной небрежности, выраженной в том, что он, находясь на рабочем месте, не надел страховочный пояс, не проверил безопасность покрытия технического этажа. При этом, по мнению автора жалобы, суд не учёл в полной мере положения должностной инструкции №111, 100, 19 и приказы Минтруда России от 28.03.2014 №155н (ред. от 20.12.2018) "Об утверждении Правил по охране труда при работе на высоте" и от 01.06.2015 №336н (ред. от 20.12.2018) "Об утверждении Правил по охране труда в строительстве", в соответствии с которыми именно прораб ФИО2 виновен в несчастном случае, поскольку со стороны последнего отсутствовал контроль за безопасным выполнением работ. 

В возражениях на апелляционные жалобы осуждённого и потерпевшего государственный обвинитель Артамонов М.В. указывает на необоснованность приведённых в них доводов, просит приговор суда от 19 октября 2020 года в отношении ФИО2 оставить без изменения, апелляционные жалобы осуждённого и потерпевшего без удовлетворения.

В возражениях на апелляционные жалобы потерпевший Потерпевший №1 полагает доводы осуждённого ФИО2 и его защитника Григуць, а также доводы возражений государственного обвинителя Артамонова, необоснованными.

Изучив материалы уголовного дела, оценив доводы апелляционной жалобы осуждённого, заслушав участвующих в деле лиц, суд приходит к следующим выводам.

Вопреки доводам жалобы осуждённого, выводы суда о его виновности в совершении инкриминируемого преступления основаны на надлежаще исследованных в судебном заседании доказательствах, должный анализ и правильная оценка которым даны в приговоре.

Вывод суда о доказанности вины ФИО2 в совершении преступления, за которое он осуждён, соответствует фактическим обстоятельствам, установленным судом первой инстанции, и подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, подробно приведённых судом в приговоре, в том числе:

– показаниями потерпевшего Потерпевший №1 о том, что в указанный выше день он приступил к подготовке монтажа панелей на прогонах крыши в здании ЗРУ. Находясь в зелёной безопасной зоне, он провалился сквозь заваленную снегом сетку, которая не была огорожена. До несчастного случая он не был предупреждён прорабом о её наличии и о том, что это место представляет опасность. Кроме того, в здании ЗРУ-110 не было табличек, лент, анкерных линий;

– показаниями свидетеля П., работавшего в ООО «Ленмонтаж» монтажником стальных конструкций и промышленным альпинистом, в соответствии с которыми в день происшествия бригада Потерпевший №1 крепила сэндвич-панели в здании ЗРУ-110, при этом запрета на посещение указанного здания ЗРУ не было. В месте, где провалился Потерпевший №1, отсутствовала кровля, всё покрыто толстым слоем снега, из-за чего невозможно было определить, где можно наступить, а где пройти было нельзя. Никаких ограждающих предметов рядом не было;

– показаниями свидетеля Р., водителя автовышки, который показал, что 06 января 2019 года, примерно в 20 часов прибыл ФИО2 и дал указания о производстве работ у здания ЗРУ-110. При этом инструктажа с работниками ФИО2 не проводил, ограничившись указаниями в адрес бригадиров Ш. и С., которые впоследствии перераспределяли задание и руководили работами. Во время производства работ по монтажу сендвич-панелей, когда он находился возле здания ЗРУ-110, никто из инженерно-технического состава ООО «Ленмонтаж» не присутствовал; 

– показаниями свидетеля Ш.А.С. о том, что 06 января 2019 года он был старшим в своей бригаде, а в бригаде Потерпевший №1 старшим был С., в их обязанности входило получение задания от руководства и доведения его до других работников. Письменные задания им не выдавались. В день несчастного случая при доведении членов бригады полученного задания ФИО2 не присутствовал;

– аналогичными показаниями свидетеля Ш.О.С., дополнившего об отсутствии запрета со стороны руководства на нахождение в здании ЗРУ-110 в период времени, когда произошел несчастный случай;

– показаниями свидетеля С., из которых следует, что здание ЗРУ-110 не было законсервировано или закрыто, но к нему не было прямых подходов, внутрь здания все входили по приставной лестнице. В момент происшествия 6 января 2019 года у Потерпевший №1 отсутствовал страховочный пояс; 

– показаниями свидетеля Т., члена комиссии по расследованию несчастного случая с Потерпевший №1, о том, что, по его мнению, несчастный случай произошел по вине работодателя, так как тот не обеспечил безопасность работнику, прораб не осуществлял должным образом надзор за производимыми Потерпевший №1 работами, а также не обеспечил ему безопасность при подходе к рабочему месту и на рабочем месте, не организовал освещение рабочего места, не очистил от снега и наледи, не установил ограждения на перепадах высот, а также информационные знаки, предупреждающие об опасности;

– показаниями свидетелей Д. и Б. о том, что 06 января 2019 года в составе следственной группы они выезжали на место происшествия и установили, что в осматриваемом здании никаких предупреждающих знаков, информационных табличек, защитных, страховочных, сигнальных ограждений, анкерных линий, а также осветительных приборов не было. Все пространство технического этажа было заметено снегом слоем около 10 см, под ним невозможно было разглядеть, что находилось на полу. Слева от лестницы примерно в 2,5 метрах имелся провал с поврежденной металлической сеткой. Каких-либо информационных табличек либо предупреждающих знаков, защитных, страховочных ограждений, анкерных линий, а также осветительных приборов не было.

Виновность ФИО2 в совершении преступления подтверждается исследованными судом материалами дела: 

– актом № 1 от 21 января 2019 года о несчастном случае на производстве, согласно которому установлено, что 06 января 2019 года в начале рабочей ночной смены прорабом ФИО2 было выдано задание на монтаж наружных стеновых сэндвич панелей здания ЗРУ-110 кВ, примерно в 23 часа Потерпевший №1 упал с высоты внутри здания ЗРУ-110. Лицами, допустившими нарушение требований охраны труда, являются: 1) монтажник Потерпевший №1, так как руководствовался заданиями, исходящими не от прораба, а также не был пристегнут к страховочной линии; 2) прораб ФИО2, так как отсутствовал контроль за безопасным выполнением работ со стороны должностного лица (т.2, л.д.215-218, т.3, л.д.189-190, 152-156); 

– протоколом осмотра места происшествия от 07 января 2019 года, в соответствии с которым зафиксировано, что внутри здания, находящегося в процессе монтажа на территории ПАТЭС, имеется лестничный пролёт, ведущий на технический этаж, который покрыт снегом. Слева от лестничного пролета имеется отверстие диаметром примерно 1 метр, в которое провалился Потерпевший №1. На прилагаемой к протоколу фототаблице какие-либо оградительные, предупреждающие знаки внутри здания ЗРУ-110 отсутствуют (т.1, л.д.51-56);

– протоколом осмотра места происшествия от 25 января 2019 года, согласно которому осмотрено помещение строящегося объекта здания ЗРУ-110кВ объекта «Строительство береговой инфраструктуры плавучей атомной теплоэлектростанции» в г.Певеке Чукотского автономного округа и на момент проведения осмотра технического (верхнего) этажа здания ЗРУ-110 каких-либо запрещающих, предупреждающих, предписывающих ограждений и знаков, сигнальных лент не имеется, следов их монтажа и демонтажа не обнаружено (т.3, л.д.229-248);

– заключением эксперта №6-19-Ж от 21.03.2019, согласно которому у Потерпевший №1 при госпитализации диагностирована тяжёлая тупая сочетанная травма: закрытый компрессионный нестабильный оскольчатый перелом L3 поясничного позвонка с неврологическими нарушениями - нарушениями функций тазовых органов, двусторонней травматической миелорадикулопатией L3 средней тяжести; ушиб почек с микрогематурией; перелом рукоятки грудины без смещения; ЗЧМТ в виде сотрясения головного мозга. Телесные повреждения носят характер тупой травмы, составляют единый комплекс повреждений от падения с высоты, образовались в результате ударного воздействия о поверхность земли при падении с высоты в короткие сроки до поступления больного в стационар, в совокупности являются опасными для жизни в момент получения травмы и причинили тяжкий вред здоровью пострадавшего. Травма, полученная Потерпевший №1, с входящими в её комплекс телесными повреждениями, образовалась в результате не менее одного ударного травматического воздействия, и вполне могла образоваться в результате падения с высоты и при ударе о металлический пол областью ягодиц (т.6, л.д.21-30); 

– заключением экспертов №2955/31-19-1-19 от 17.09.2019, в соответствии с которым причиной несчастного случая явилось падение с высоты вследствие потери равновесия Потерпевший №1 при условии отсутствия эффективного контроля за исполнением трудовой дисциплины, который исключал бы указанные выше несанкционированные действия. Указанная цепь событий причинно связана с произошедшим событием. Обеспечение безопасных условий труда 06 января 2019 при производстве строительно-монтажных работ здания ЗРУ-110 объекта «Строительство береговой инфраструктуры плавучей атомной теплоэлектростанции» г.Певек Чукотского АО, солидаризированно входило в обязанности производителя работ ООО «Ленмонтаж», который должен был обеспечить применение технологической оснастки, средств защиты работающих, а также контролировать состояние техники безопасности и принимать меры к устранению выявленных недостатков, а также монтажника стальных и железобетонных конструкций ООО «Ленмонтаж», который должен был подготовить необходимые средства индивидуальной защиты, проверить рабочее места и подходы к нему на соответствие требованиям безопасности, а также применять страховочной привязи (т.6, л.д.151-167);

– приказом о приёме на работу производителем работ ООО «Ленмонтаж», трудовым договором, Должностной инструкцией производителя работ (прораба), приказами от 29 ноября 2018 года № 292/1, № 292, наряд-допусками от 25 декабря 2018 года, согласно которым ФИО2 состоял в трудовых отношениях с ООО «Ленмотаж» и являлся лицом, ответственным за соблюдение правил безопасности при ведении строительных работ, в том числе на объекте – ЗРУ-110, обязанным контролировать состояние техники безопасности и принимать меры к устранению выявленных недостатков, соблюдению рабочими инструкции по охране труда (т.1, л.д.193-195, 196-197, т.2, л.д.17, 18-21, т.3, л.д.116-118);

– приказами о назначении ФИО2 ответственным за производство строительных работ на объекте «Строительство береговой инфраструктуры ПАТЭС в г.Певек Чукотского автономного округа» –ЗРУ-110 (т.1, л.д.205, 206, 207-208, 209-210);

– удостоверениями о прохождении ФИО2 проверки на знание требований охраны труда и повышении квалификации по программе «охрана труда работников организаций» (т.3, л.д.140-141, 142, 217, 219);

– приказами о приёме на работу, трудовым договором, табелем учёта рабочего времени, согласно которым потерпевший Потерпевший №1 06 января 2019 года состоял в трудовых отношениях с ООО «Ленмотаж» как монтажник по монтажу стальных и железобетонных конструкций и приступил к работе в ночную смену с 06 января 2019 года (т.1, л.д.76, 77-80, т.2, л.д.24-25), а также другими доказательствами, на которые суд сослался в своем приговоре.

В соответствии с требованиями ст.ст.87, 88 УПК РФ суд проверил и оценил все представленные ему доказательства, проанализировал их в приговоре и указал основания, по которым он признал указанные доказательства относимыми, допустимыми, а в совокупности достаточными для вывода суда о виновности ФИО2 в совершении преступления. При этом суд обоснованно положил в основу приговора показания свидетелей Р., Ш.О.С., Ш.А.С., П., потерпевшего Потерпевший №1, которые в совокупности с показаниями специалиста Т.С.Г., свидетелей – сотрудников полиции Д. и Б. получили надлежащий анализ и позволили суду сделать верный вывод о нарушении правил безопасности при ведении строительных работ, что повлекло по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью Потерпевший №1. Суд первой инстанции, давая в приговоре оценку показаниям свидетелей Р., Ш.О.С., Ш.А.С., П., потерпевшего Потерпевший №1 в части отсутствия сигнальных лент и запрещающих знаков перед маршевой лестницей внутри ЗРУ-110, запрета за нахождение в здании ЗРУ-110, обоснованно признал их достоверными и положил в основу приговора, поскольку они являются последовательными, согласуются между собой и с другими материалами дела. Оснований для оговора осуждённого со стороны потерпевшего и свидетелей обвинения, а также их заинтересованности в исходе настоящего дела, как судом первой инстанции, так и судом апелляционной инстанции, не установлено.

Кроме того, суд дал надлежащую оценку показаниям свидетеля С. и осуждённого ФИО2, отрицавших факт того, что старшим в бригаде Потерпевший №1 был С., и пришёл к обоснованному выводу о том, что ФИО2 делегировал свои функции по контролю проводимых работ лицу, не имеющему на это полномочий. 

Оценив доказательства, в частности показания свидетелей Ко., С., Каз., осуждённого ФИО2 в части наличия в день происшествия заградительного оборудования, суд первой инстанции обоснованно отнёсся к ним критически ввиду их противоречивости.

Несостоятельными являются доводы апелляционных жалоб и мнение стороны защиты в суде апелляционной инстанции о том, что вывод суда о виновности осуждённого в инкриминируемом ему преступлении основан на недопустимых доказательствах и предположениях, а имеющимся в деле и исследованным в судебном заседании доказательствам дана неверная оценка.

Суд апелляционной инстанции находит приведённые судом первой инстанции в приговоре мотивы оценки доказательств убедительными. Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осуждённого, вопреки доводам жалоб, по делу отсутствуют. В приговоре приведён анализ исследованных доказательств в той мере, которая необходима для установления фактических обстоятельств дела, возможности сделать вывод о виновности или невиновности обвиняемого и для квалификации содеянного.

Оснований согласиться с доводами стороны защиты о том, что при проведении экспертиз было нарушено право осуждённого на защиту, не имеется, поскольку ФИО2 и его защитник были ознакомлены с постановлениями о назначении строительной экспертизы и с заключением экспертов. То обстоятельство, что ФИО2 и его адвокат не были своевременно ознакомлены с постановлениями о назначении экспертизы, о недостоверности экспертных заключений не свидетельствует.

Экспертизы проведены в рамках возбужденного уголовного дела, по постановлениям надлежащего процессуального лица, с соблюдением требований ст.ст.195, 198, 199, 206 УПК РФ, заключения экспертов, которым были разъяснены права, предусмотренные статьи 57 УПК РФ, соответствуют положениям ст.204 УПК РФ, являются научно обоснованными. Обстоятельств, исключающих участие экспертов Р.М.Е. и П.С.В. в производстве по уголовному делу, предусмотренных ст.61 и 70 УПК РФ, судом не установлено. При ознакомлении с заключениями экспертов каких-либо ходатайств, в том числе и об отводе экспертов стороной защиты не заявлялось.

Строительные нормы и правила Российской Федерации СНиП 12-03-2001 "Безопасность труда в строительстве. Часть 1. Общие требования", утверждённые постановлением Госстроя РФ от 23.07.2001 №80 "О принятии строительных норм и правил Российской Федерации "Безопасность труда в строительстве. Часть 1. Общие требования. СНиП 12-03-2001" и государственные строительные нормы и правила СНиП 12-04-2002 "Безопасность труда в строительстве. Часть 2. Строительное производство", утверждённые Постановлением Госстроя РФ от 17.09.2002 № 123, приняты и введены в действие соответственно с 1 сентября 2001 года и 1 января 2003 года и утратившими законную силу не признаны.

В соответствии с ведомственной позицией, выраженной в письме Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от 25 мая 2015 года №15912-АБ/08, включением норм и правил в соответствующий перечень, утверждаемый постановлением Правительства РФ, определяется режим их применения (обязательного либо добровольного), но не их актуальность или действительность.

При таких обстоятельствах ссылка ФИО2 и его защитника Григуць Я.С. в жалобе на отсутствие у осуждённого обязанности по соблюдению вышеуказанных строительных норм и правил является несостоятельной.

Кроме этого, доводы стороны о невиновности ФИО2 в наступлении тяжких последствий по вине потерпевшего ввиду допущенной им небрежности в силу нарушения запрета о нахождении на строительном объекте и выполнении работ без страховочного снаряжения, также не являются состоятельными, поскольку ФИО2, являясь в силу должностных обязанностей ответственным за соблюдение и разъяснение правил техники безопасности и обеспечение безопасного проведения работ, допустил к исполнению своих трудовых обязанностей работника Потерпевший №1, который затем упал с высоты, получив тяжкий вред здоровью. В данном случае, несмотря на падение с высоты, в том числе и по собственной небрежности вследствие отсутствия страховочного пояса, наступление тяжких последствий было бы исключено, если ФИО2 предпринял своевременное прекращение работ. 

Вопреки этим доводам стороны защиты бездеятельность ФИО2 находится в прямой причинной связи с наступившими последствиями. В данном случае необходимые причинные связи выстроены в одну цепочку – осуждённый ФИО2 не провёл оценку условий безопасности труда; на участке работы, угрожающем безопасности и здоровью работников, работы не прекратил, меры к устранению опасности не принял, не обеспечив очистку снега на техническом этаже; не подготовил участок работ для обеспечения безопасного производства работ, не обеспечил в здании ЗРУ-110 сигнальных ограждений, запрещающих и предупреждающих знаков; а также лично не контролировал выполняемые монтажником Потерпевший №1 работы.

При этом суд, установив наличие такой причинной связи, сослался как на нормативные правовые акты, которыми предусмотрены соответствующие требования и правила, так и на конкретные нормы этих актов, указав, в чём выразилось данное нарушение.

Как следует из фактических обстоятельств дела, установленных судом, падение Потерпевший №1 произошло на техническом этаже здания ЗРУ-110, где он, не пристёгнутый страховочным тросом монтажной привязи, наступил на невидимую под снегом и не огороженную сигнальным ограждением с предупреждающими знаками секцию металлической сетки, которая от его веса деформировалась, в результате чего провалился и с высоты 11 метров 45 сантиметров упал на пол здания, что подтверждается показаниями свидетелей и протоколами осмотра места происшествия от 07 и 25 января 2019 года. Указанное свидетельствует о необеспечении безопасности проводимых работ.

Таким образом, ФИО2, обязанный должным образом обеспечить в силу служебного положения соблюдение правил техники безопасности и охраны труда, не исполнил требований этих правил, не предвидел возможности наступления вредных последствий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, на участке работы, угрожающем безопасности и здоровью работников, работы не прекратил, меры к устранению опасности не принял, мер к ограждению вентиляционной шахты либо исключения участия Потерпевший №1 в проведении им дальнейших работ на опасном участке не принял, что повлекло наступление тяжких последствий.

При таких обстоятельствах действия ФИО2 суд первой инстанции правильно квалифицировал по ч.1 ст.216 УК РФ.

В соответствии с требованиями ст.307 УПК РФ суд указал обстоятельства преступного деяния, привёл анализ доказательств, обосновывающих вывод суда о виновности осуждённого в содеянном, и мотивировал выводы относительно квалификации преступления.

Вместе с тем, в соответствии со ст.75 УПК РФ из приговора подлежат исключению ссылки на протокол допроса ФИО2 в качестве обвиняемого (т.7, л.д.131-146), протокол допроса специалиста Т.С.Г. (т.6, л.д.276-279), протокол допроса эксперта Р.М.Е. (т.6, л.д.202-206), протокол допроса эксперта П.С.В. (т.6, л.д.211-217) как на доказательства виновности осуждённого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.216 УК РФ.

Как следует из протокола судебного заседания, показания ФИО2 в качестве обвиняемого были оглашены судом на основании положений п.3 ч.1 ст.276 УПК РФ. Однако подсудимый в ходе судебного заседания от дачи показаний в силу ст.51 Конституции РФ, п.3 ч.4 ст.47 УПК РФ не отказывался и изъявил желание дать показания после полного представления стороной обвинения своих доказательств и исследования материалов дела.

Суд первой инстанции в соответствии со ст.274 УПК РФ установил порядок исследования доказательств, согласно которому допрос подсудимого должен быть произведён после исследования письменных материалов уголовного дела и допроса свидетелей стороны обвинения и потерпевшего. 

Таким образом, показания ФИО2 в качестве обвиняемого были оглашены судом в нарушение положений п.3 ч.1 ст.276 УПК РФ, что является основанием для признания их недопустимыми и исключения из приговора ссылки на показания ФИО2 в качестве обвиняемого.

Также из протокола судебного заседания следует, что в судебном заседании по ходатайству стороны обвинения при наличии возражений стороны защиты были оглашены показания экспертов Р.М.Е. и П.С.В.

Между тем содержание протокола судебного заседания, замечания на который сторонами не приносились, свидетельствует о том, что председательствующим судьёй меры по вызову для допроса данных экспертов в судебном заседании не предпринимались, вопрос о необходимости их допроса на обсуждение сторон не ставился. Несмотря на возражения защиты и вопреки установленному порядку исследования доказательств, суд заявленное ходатайство обвинения об оглашении показаний экспертов удовлетворил.

При таких обстоятельствах показания экспертов Р.М.Е. и П.С.В. были оглашены судом в нарушение положений ст.282 УПК РФ, поскольку в судебное заседание эксперты не вызывались, вопрос о необходимости их допроса в судебном заседании не разрешался, в связи с чем суд апелляционной инстанции считает необходимым исключить из приговора ссылку на показания экспертов Р.М.Е. и П.С.В. как на доказательства виновности осуждённого.

Также из протокола судебного заседания следует, что сторона обвинения отказалась от исследования показаний специалиста Т.С.Г. и её показания в судебном заседании не оглашались. Однако в описательно-мотивировочной части приговора в подтверждении вины осуждённого приведены её показания. Принимая во внимание, что в соответствии с положениями ч.3 ст.240 УПК РФ приговор может быть основан лишь на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании, ссылка на показания указанного специалиста также подлежит исключению из приговора.

Исключение из приговора ссылок как на доказательства на вышеуказанные протоколы следственных действий не влияет на выводы суда о виновности ФИО2 в нарушении правил безопасности при ведении строительных работ 06 января 2019 года, повлекших причинение тяжкого вреда здоровью Потерпевший №1, поскольку по делу имеются другие достаточные доказательства его виновности в совершении этого преступления.

Вопреки изложенным в дополнительной жалобе защитника осуждённого доводам, предусмотренных ст.237 УПК РФ оснований для возвращения уголовного дела прокурору у суда не имелось и по материалам дела не усматривается. Требования стороны защиты о возвращении дела прокурору не основаны на нормах действующего законодательства, поскольку обвинительное заключение соответствует требованиям ст.220 УПК РФ, в полной мере содержит описание преступного умысла, формулировку предъявленного ФИО2 обвинения по ч.1 ст.216 УК РФ, а также все необходимые сведения относительно всех обстоятельств, указанных в пп.3, 4 ч.1 ст.220 УПК РФ, что свидетельствует об отсутствии у суда препятствий для постановления приговора или принятия иного решения по делу на основе имеющегося в нём обвинительного заключения.

Перечисленные в апелляционной жалобе нарушения, допущенные, по мнению защитника, при предъявлении обвинения и составлении обвинительного заключения, не исключали возможность постановления по делу приговора, поскольку сводятся к несогласию с формулировкой самого обвинения. 

Выводы суда об отсутствии оснований для возвращения уголовного дела прокурору, а также принятое судом решение об отказе в назначении строительно-технической экспертизы изложены в отдельных постановлениях суда и повторного их приведения в приговоре, как и указаний о решениях суда по результатам рассмотрения ходатайств участников процесса, по закону не требуется.

Несостоятельны доводы апелляционных жалоб осуждённого ФИО2 и его защитника Григуць о ненадлежащем осуществлении защиты его интересов адвокатом Марченко, который участвовал в деле по назначению суда. Согласно протоколу судебного заседания адвокат Марченко в ходе судебного заседания оказывал ФИО2 квалифицированную юридическую помощь, осуществляя в соответствии с принятой защитой представление интересов ФИО2 в соответствии с ч.3 ст.50 УПК РФ, поскольку защитник осуждённого адвокат Григуць не явилась в судебное заседание. Судом апелляционной инстанции не установлено расхождения позиций подсудимого и защитника в ходе судебного разбирательства, адвокат защищал интересы осуждённого: наряду с ФИО2 заявлял различные ходатайства, поддерживал позицию своего подзащитного при решении всех обсуждаемых в судебном заседании вопросов, активно участвовал в допросе свидетелей, выступал в судебных прениях, высказывал позицию, совпадающую с позицией ФИО2. В связи с этим оснований сомневаться в добросовестности исполнения адвокатом Марченко своих обязанностей у суда не имеется.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с доводами стороны защиты о том, что к уголовной ответственности наряду с ФИО2 по данному уголовному делу необходимо привлечь иных должностных лиц, поскольку в силу ч.1 ст.252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению, и согласно ст.ст.15, 21 УПК РФ суд не является органом уголовного преследования, обязанность осуществления которого возложена на правоохранительные органы.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований и для удовлетворения доводов, приведённых в апелляционных жалобах ФИО2 и его защитника Григуць, в части отбывания наказания в виде ограничения свободы в г. Певеке Чукотского автономного округа. 

В соответствии с ч.1 ст.53 УК РФ ограничение свободы заключается в установлении судом осуждённому следующих ограничений: не уходить из места постоянного проживания (пребывания) в определённое время суток, не посещать определённые места, расположенные в пределах территории соответствующего муниципального образования, не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования, не посещать места проведения массовых и иных мероприятий и не участвовать в указанных мероприятиях, не изменять место жительства или пребывания, место работы и (или) учёбы без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы, в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации.

В соответствии с разъяснениями Верховного Суда РФ, изложенными в п.17 постановления Пленума от 22.12.2015 №58 (ред. от 18.12.2018) "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания", исходя из положений ч.1 ст.53 УК РФ при назначении наказания в виде ограничения свободы должны быть обязательно установлены ограничения на изменение места жительства или пребывания и ограничение на выезд за пределы территории соответствующего муниципального образования без согласия уголовно-исполнительной инспекции.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции установлено, что осуждённый ФИО2, работающий производителем работ ООО «Ленмонтаж», зарегистрирован по адресу: 

<

адрес>. При производстве строительно-монтажных работ здания ЗРУ-110 кВ объекта «Строительство береговой инфраструктуры плавучей атомной теплоэлектростанции» проживал в г.Певеке Чукотского автономного округа по адресам: 

<

адрес>.

При таких обстоятельствах сформулированные в приговоре и установленные осуждённому ФИО2 ограничения свободы в виде запрета на изменение места пребывания без согласия уголовно-исполнительной инспекции, а также выезда за пределы муниципального образования городского округа Певек Чукотского автономного округа, не искажают смысл наказания в виде ограничения свободы и не препятствуют его исполнению.

Оснований для признания согласно позиции стороны защиты обстоятельством, смягчающим наказание ФИО2, аморального, противоправного поведения потерпевшего Потерпевший №1 суд апелляционной инстанции не находит, поскольку несоблюдение потерпевшим установленных правил при выполнении строительно-монтажных работ не может рассматриваться в качестве повода для совершения преступления, как это предусмотрено п. "з" ч. 1 ст. 61 УК РФ.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований не согласиться с выводами суда о наличии со стороны потерпевшего Потерпевший №1 допущенной небрежности, которая также способствовала возникновению несчастного случая. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы потерпевшего, судом первой инстанции проверялись эти доводы, они были предметом судебного разбирательства и были обоснованно отвергнуты с приведением мотивов принятого решения.

Так, в соответствии с производственной инструкцией, с которой Потерпевший №1 ознакомлен под роспись 26.11.2018, монтажник по монтажу стальных и железобетонных конструкций отвечает за соблюдение мер безопасности труда, должен руководствоваться правилами охраны труда и техники безопасности (т.1, л.д.73-75).

Из журнала регистрации следует, что монтажник Потерпевший №1 прошёл соответствующий инструктаж 07.12.2018 (т.1, л.д.81).

Согласно личной карточке №102 монтажник Потерпевший №1 получил в пользование средства индивидуальной защиты, в том числе и комплект страховочной системы, привязь «высота042», строп верёвочный (т.1, л.д.85, 229-232). 

В соответствии с выписками из протоколов заседаний комиссии Потерпевший №1 прошёл проверку на предмет знаний требований охраны труда работников, проходил основную программу профессионального обучения «стропальщик», «рабочий люльки, находящийся на подъёмнике», «промышленный альпинист», «монтажник по монтажу стальных и железобетонных конструкций» (т.1. л.д.213-227). 

Из Памятки по безопасному производству работ на высоте следует, что монтажник Потерпевший №1 ознакомлен с требованием запрещения производства работ на высоте без средств индивидуальной защиты (т.1, л.д.228).

Согласно заключению строительной экспертизы обеспечение безопасных условий труда 06 января 2019 при производстве строительно-монтажных работ здания ЗРУ-110 кВ объекта «Строительство береговой инфраструктуры плавучей атомной теплоэлектростанции» входило в обязанности, в том числе и монтажника стальных и железобетонных конструкций ООО «Ленмонтаж», который должен был подготовить необходимые средства индивидуальной защиты, проверить рабочее место и подходы к нему на соответствие требованиям безопасности (п. 2.2. Должностной инструкции № 19 по охране труда для монтажников стальных и железобетонных конструкций ООО «Ленмонтаж»), а также применять страховочную привязь (п. 3.5 Должностной инструкции № 19 по охране труда для монтажников стальных и железобетонных конструкций ООО «Ленмонтаж») (т.6, л.д.151-167).

При таких обстоятельствах суд первой инстанции в соответствии с правовой позицией Верховного Суда РФ, изложенной в абз.3 п.6 постановления Пленума от 29.11.2018 № "О судебной практике по уголовным делам о нарушениях требований охраны труда, правил безопасности при ведении строительных или иных работ либо требований промышленной безопасности опасных производственных объектов", согласно которой в том случае, когда последствия наступили в результате как действий (бездействия) подсудимого, вина которого в нарушении специальных правил установлена судом, так и небрежности, допущенной потерпевшим, пришёл к обоснованному выводу о том, что допущенная со стороны потерпевшего небрежность также способствовала возникновению несчастного случая, поскольку Потерпевший №1, в обязанности которого как монтажника входила подготовка необходимых средств индивидуальной защиты, проверка рабочего места и подходов к нему на соответствие требованиям безопасности, прошедший необходимую подготовку в области охраны труда, будучи проинструктированным о мерах безопасности, имея средства индивидуальной защиты, поднимаясь наверх, не надел страховочный пояс и, находясь в недостроенном здании, не проверил безопасность покрытия технического этажа.

Имеющиеся в апелляционной жалобе ссылки потерпевшего Потерпевший №1 на различные нормативные акты – приказы Минтруда России от 28.03.2014 №155н (ред. от 20.12.2018) "Об утверждении Правил по охране труда при работе на высоте" и от 01.06.2015 №336н (ред. от 20.12.2018) "Об утверждении Правил по охране труда в строительстве" не влияют на обоснованность выводов суда о допущенной небрежности, которые основаны на совокупности доказательств, подробно приведённых ранее.

Нарушений уголовно-процессуального закона, ограничивающих права участников судопроизводства и способных повлиять на правильность принятого в отношении ФИО2 судебного решения о его виновности, в ходе расследования настоящего дела и рассмотрения его судом не допущено. Судебное разбирательство по уголовному делу проведено на основе принципа состязательности, установленного статьей 15 УПК РФ, с учётом требований статьи 252 УПК РФ о пределах судебного разбирательства, обстоятельства дела были установлены на основании непосредственно исследованных судом доказательств. Председательствующий предоставил стороне обвинения и стороне защиты равные возможности по представлению и исследованию доказательств. В ходе судебного заседания осуждённый имел возможность защищаться любыми средствами и способами, не запрещёнными УПК РФ, в том числе возражать против имеющегося в отношении него обвинения, добровольно давать показания, пользоваться помощью защитника.

В соответствии со статьёй 6 УК РФ наказание, применяемое к лицу, совершившему преступление, должно быть справедливым, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

Согласно статье 60 УК РФ лицу, признанному виновным в совершении преступления, назначается справедливое наказание в пределах, предусмотренных соответствующей статьей Особенной части УК РФ, и с учётом положений Общей части УК РФ.

Приведённые положения закона по данному делу не нарушены.

При назначении ФИО2 наказания суд учёл все обстоятельства дела, характер и степень общественной опасности, тяжесть совершённого преступления, данные о личности виновного, отсутствие обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание, а также наличие небрежности, допущенной потерпевшим.

Обобщая вышеизложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что оснований считать назначенное осуждённому наказание несправедливым как вследствие чрезмерной мягкости, так и вследствие чрезмерной суровости, не имеется. Каких-либо обстоятельств, которые бы суд не учёл при назначении наказания, в жалобах не приводятся, не находит таковых и суд апелляционной инстанции.

Руководствуясь ст.38913, 38917, 38920, 38928, 38933 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

п о с т а н о в и л:

приговор Чаунского районного суда Чукотского автономного округа от 19 октября 2020 года в отношении ФИО2 изменить:

исключить из описательно-мотивировочной части приговора ссылки на протокол допроса ФИО2 в качестве обвиняемого (т.7, л.д.131-146), протокол допроса специалиста Т.С.Г. (т.6, л.д.276-279), протокол допроса эксперта Р.М.Е. (т.6, л.д.202-206), протокол допроса эксперта П.С.В. (т.6, л.д.211-217) как на доказательства виновности ФИО2 в преступлении по ч.1 ст.216 УК РФ.

В остальном приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы осуждённого ФИО2 и его защитника Григуць Я.С. (с учётом дополнений), потерпевшего Потерпевший №1 – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, установленном главой 471 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Девятого кассационного суда общей юрисдикции через Чаунский районный суд Чукотского автономного округа.

Председательствующий судья С.М.Васильев