Дело № 2-27/2017 

Р Е Ш Е Н И Е

 

Именем Российской Федерации

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ года

Жирновский районный суд 

<

адрес> в составе председательствующего судьи Леванина А.В., единолично, при секретаре Пешкиной Л.А.,

с участием: истца ФИО1, её представителя ФИО2, представителя ответчика ФИО3 – адвоката Васильевой М.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 об истребовании общедомового имущества из чужого незаконного владения и устранении препятствий в пользовании имуществом,

У С Т А Н О В И Л:

Истец ФИО1 обратилась в суд с вышеназванным иском к ответчику ФИО3, указав, что она является собственником изолированной части жилого дома и земельного участка площадью 140 кв.м, расположенных по адресу: 

<

адрес> (на момент регистрации - 

<

адрес> (на момент регистрации - 

<

адрес>), что подтверждается регистрационным удостоверением Жирновского бюро технической инвентаризации от ДД.ММ.ГГГГ №, зарегистрированным в реестровой книге № (3), и свидетельством на право собственности на землю серии РФ XIV НДО 7 №, выданном на основании постановления администрации 

<

адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ. 

<

адрес> построен в 1910 году и ранее представлял собой единое помещение, в котором в 50-60-е годы располагалась столовая детского интерната. В последующем в доме была размещена библиотека, а часть помещения оборудована под жилье библиотекаря. Примерно в 1982-1983 годах дом был поделен на четыре квартиры. Земельный участок у дома был общим для всех квартир. Позже, когда началась приватизация, за каждой из квартир был закреплен земельный участок. Квартира № была выделена ФИО4, 

<

адрес> – ФИО5, 

<

адрес> – ей, её мужу ФИО6 и их дочери ФИО7 по ордеру на основании решения исполкома Медведицкого сельского Совета народных депутатов 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, 

<

адрес> – Геберлейн Амалии. Истец вселилась в дом первой, т.к. её квартира уже была жилая. Другая часть дома находилась в аварийном состоянии. Позже молодые семьи, указанные выше, дали согласие на самостоятельный ремонт квартир и вселились в них. Под квартирой истца в подвальной части дома располагались подвалы, состоящие из двух отделов: большого и малого. Этими подвалами пользовались жильцы их дома и соседнего 

<

адрес>, расположенного по 

<

адрес> отделом пользовались 

<

адрес> № их дома; маленьким отделом пользовали жильцы соседнего дома. В ордерах, выданных на квартиры, подвалы указаны не были, поэтому подвалами пользовались те, кто хотел. Вначале жильцы квартир № и № их дома подвалами не пользовались. Только позже маленьким отделом после его освобождения жильцами соседнего дома стала пользоваться вновь вселившаяся примерно в ДД.ММ.ГГГГ году в 

<

адрес> ФИО8 Вход в подвал осуществлялся по ступенькам, ведущим под стену её 

<

адрес>. В ДД.ММ.ГГГГ году её брат ФИО9, проживающий временно со своей семьей в её квартире, и ФИО8, решили оборудовать вход закрытой пристройкой, поскольку имеющийся вход стал разрушаться. Строительство осуществил её брат, а строительные материалы предоставила ФИО8 Когда земельный участок у дома был поделен и закреплен за квартирами в ДД.ММ.ГГГГ году, пристройка над ступеньками, ведущими к входу в подвал, оказалась на территории земельного участка, который был закреплен за квартирой №. На каждую квартиру был изготовлен отдельный технический паспорт, что подтверждается техническим паспортом на 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, на 

<

адрес> – от ДД.ММ.ГГГГ, на 

<

адрес> – от ДД.ММ.ГГГГ. Копии технического паспорта на 

<

адрес> неё нет. Несмотря на то, что вход в подвал осуществлялся со стороны её 

<

адрес>, подвал был обозначен в технических паспортах каждой квартиры. В начале 90-х годов жильцы дома стали приватизировать занимаемые ими квартиры. Подвалы, которыми пользовались жильцы их дома, в договоры приватизации включены не были, о чем свидетельствует справка главы администрации Медведицкого сельского поселения № от ДД.ММ.ГГГГ. В результате подвалы под квартирами стали общедомовым имуществом. Данный факт подтверждается и договорами приватизации квартир. Свою 

<

адрес> истец приватизировала ДД.ММ.ГГГГ, заключив договор на передачу квартир в собственность граждан с администрацией Медведицкого сельского 

<

адрес>. Договор зарегистрирован в администрации Медведицкого сельсовета под №. Квартира № была приватизирована по договору на передачу квартир в собственность граждан от ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 Договор зарегистрирован под №. В последующем собственник квартиры неоднократно менялся. При этом жильцы 

<

адрес> подвалом никогда не пользовались. Квартиру № приватизировала ФИО5, согласно договору на передачу квартир в собственность граждан от ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрированному под №. В последующем ФИО5 свою квартиру продала ФИО8, которая продала 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ ФИО3, что видно из свидетельства о государственной регистрации права на изолированную часть дома. Квартира № до настоящего времени не приватизирована, что подтверждается списками приватизированных квартир, состоящих на балансе администрации Медведицкого сельского 

<

адрес>, из которых следует, что приватизированы только 

<

адрес> № - ДД.ММ.ГГГГ и 

<

адрес> – ДД.ММ.ГГГГ. Таким образом, 

<

адрес> до настоящего времени находится в собственности Медведицкого сельского поселения. Жильцы квартиры сейчас уже подвалом не пользуются. За истекший период произошла переадресация квартир их дома. Постановлением № от ДД.ММ.ГГГГ «О присвоении названий улицам и нумерации домов» их дом сменил № на №. Постановлением главы администрации Жирновского муниципального района 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ № «О наименовании населенных пунктов, находящихся на территории 

<

адрес>» и постановлением главы администрации Медведицкого сельского поселения Жирновского муниципального района 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ № «О наименовании населенных пунктов, находящихся на территории сельского поселения Медведицкое» 

<

адрес> было переименовано в 

<

адрес>. В результате на настоящий момент адреса приватизированных квартир являются следующими: 

<

адрес>, что подтверждается справками главы Медведицкого сельского поселения от ДД.ММ.ГГГГ №, № и №. После приватизации квартир ФИО8 и истец продолжали пользоваться подвалом. ФИО8 по договоренности между ними пропускала истца и членов её семьи по своей территории в пристройку, ведущую в подвал. При этом она и её родственники проходили к входу в пристройку через калитку в заборе, установленном между их с ФИО8 земельными участками. Участок, закрепленный за ФИО8, ей не принадлежал. Калитка в заборе находилась буквально в одном шаге от двери в пристройку перед подвалом, поэтому они практически по земельному участку, отведенному ФИО8, не ходили. После продажи в ДД.ММ.ГГГГ году ФИО8 своей квартиры ФИО3, последняя перестала пускать истца и членов её семьи в подвал, а ФИО8, якобы, сказала ей, что подвал принадлежит только 

<

адрес>. ФИО3 даже не приняла во внимание то, что в подвале были принадлежащие истцу продукты (картофель), которые она забрала или выкинула. Калитку в заборе между их домовладениями ФИО3 забила, несмотря на то, что земельный участок у ее изолированной части дома ее собственностью не является, в аренду или бессрочное пользование ей не передан. На попытки урегулировать вопрос мирно ФИО3 не реагировала. Более того, она утеплила пристройку перед подвалом, провела туда отопление, оббила стены старыми коврами, повесила на входную дверь свой замок, ключ от которого им не дала и закрыла полностью им доступ в подвал. Примерно в ДД.ММ.ГГГГ году зять истца ФИО10 сделал дверь в выходящей на границу с их земельным участком стене пристройки, в результате чего у них появилась возможность проходить в подвал сразу со своего земельного участка, не передвигаясь по земельному участку у изолированной части дома, принадлежащей ФИО3 Однако, ФИО3 запретила им пользоваться данной дверью.

Факт самостоятельного использования ФИО3 пристройки и подвала подтвержден ответом администрации Медведицкого сельского поселения от ДД.ММ.ГГГГ №, из которого следует, что по результату проведенного обследования комиссией установлено, что пристройка перед спуском в погреб принадлежит ФИО3 на праве собственности. Полагает, что вывод о принадлежности пристройки ФИО3, сделан комиссией в связи с установлением ФИО3 отопления в пристройке и размещении там своего имущества. Документального подтверждения принадлежности ФИО3 пристройки нет и быть не может. Более того, из п.1 договора на передачу квартир в собственность граждан следует, что приватизированная ФИО5 

<

адрес> состоит из 2-х комнат общей площадью 50,25 кв.м, в том числе жилой площадью 36,25 кв.м. Пристройка и подвал в договоре не значатся.

Как следует из раздела 6 «Поэтажный план» технического паспорта, основное строение 

<

адрес> значится под литером А. Из раздела 7 «Экспликация к поэтажному плану жилого дома» технического паспорта следует, что литер А включает коридор и две жилые комнаты общей площадью 53,0 кв.м, в том числе жилой площадью 37,3 кв.м. Пристройка и подвал в квартиру под литером А, переданную в собственность при приватизации, не включены.

Таким образом, ФИО3 стала самостоятельно владеть и пользоваться не переданными ей в собственность вместе с изолированной частью многоквартирного дома местами общего пользования. Пристройку она сделала частью жилого помещения. Следовательно, подвалами, как общедомовым имуществом, собственники должны владеть, пользоваться и распоряжаться совместно. ФИО3 не только владеет и пользуется общедомовыми подвалами одна, но и фактически самостоятельно распорядилась подвалами, выдавая их за свою собственность. Тем самым, она нарушает права других собственников жилых помещений многоквартирного дома.

На основании вышеизложенного истец обязать ФИО3 освободить пристройку, через которую осуществляется вход в подвал, расположенный в многоквартирном доме по адресу: 

<

адрес>, а также большой отдел подвала, используемый для хранения продуктов питания ею, ФИО1; обязать ФИО3 не чинить ей, ФИО1, препятствий к использованию большого отдела данного подвала и осуществлению прохода к данному отделу.

В судебном заседании истец ФИО1, её представитель ФИО2 исковые требования полностью поддержали, просят их удовлетворить по изложенным в иске основаниям. 

Представитель ответчик ФИО3 – адвокат Васильева М.С. с исковыми требованиями не согласна, представила письменное возражение, имеющееся в материалах дела, в котором указала, что истцом ФИО1 не представлено доказательств тому, что она самовольно, без законных на то оснований, заняла сарай и подвалы, незаконно препятствует ей в использовании подвала, а потому полагает, что в удовлетворении исковых требований истцу должно быть отказано.

Суд, выслушав истца и её представителя, представителя ответчика, исследовав материалы дела, считает исковое заявление ФИО1 к ФИО3 об истребовании общедомового имущества из чужого незаконного владения и устранении препятствий в пользовании имуществом с земельным участком и сносе самовольно возведенных построек не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно ст. 1 ГК РФ, гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты.

Пунктом 1 статьи 218 ГК РФ предусмотрено, что право собственности на новую вещь, изготовленную или созданную лицом для себя с соблюдением закона и иных правовых актов, приобретается этим лицом.

В силу ст. 304 ГК РФ, собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

В соответствии со ст. 16 ЖК РФ жилым домом признается индивидуально-определенное здание, которое состоит из комнат, а также помещений вспомогательного использования, предназначенных для удовлетворения гражданами бытовых и иных нужд, связанных с их проживанием в таком здании.

В соответствии с абзацем 2 пункта 1 статьи 2 Закона № 122-ФЗ, государственная регистрация является единственным доказательством существования зарегистрированного права. При этом зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке.

В абзаце четвертом пункта 52 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № от ДД.ММ.ГГГГ "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" разъяснено, что в случаях, когда запись в ЕГРП нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения (право собственности на один и тот же объект недвижимости зарегистрировано за разными лицами, право собственности на движимое имущество зарегистрировано как на недвижимое имущество, ипотека или иное обременение прекратились), оспаривание зарегистрированного права или обременения может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права или обременения отсутствующими.

Разъясняя смысл п. 1 ст. 290 ГК РФ и ч. 1 ст. 36 ЖК РФ, Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от ДД.ММ.ГГГГ N 489-О-О указал, что к общему имуществу домовладельцев относятся помещения, не имеющие самостоятельного назначения. Одновременно в многоквартирном доме могут быть и иные помещения, которые предназначены для самостоятельного использования. Они являются недвижимыми вещами как самостоятельные объекты гражданских прав, в силу чего их правовой режим отличается от правового режима помещений, установленного в п. 1 ст. 290 ГК РФ и ч. 1 ст. 36 ЖК РФ.

Согласно п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №, Пленума ВАС РФ N 22 от ДД.ММ.ГГГГ "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" несоблюдение, в том числе незначительное, градостроительных и строительных норм и правил при строительстве может являться основанием для удовлетворения заявленного иска, если при этом нарушается право собственности или законное владение истца.

Из разъяснений, содержащихся в п. 45 этого же Постановления следует, что иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение. Такой иск подлежит удовлетворению и в том случае, когда истец докажет, что имеется реальная угроза нарушения его права собственности или законного владения со стороны ответчика.

Согласно ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Таким образом, обратившись в суд с настоящим иском, истец должен доказать, что его права или законные интересы были нарушены, либо существует реальная угроза их нарушения.

Судом установлено, что истец является собственником изолированной части жилого дома и земельного участка площадью 140 кв.м, расположенных по адресу: 

<

адрес> (на момент регистрации - 

<

адрес> (на момент регистрации - 

<

адрес>), что подтверждается регистрационным удостоверением Жирновского бюро технической инвентаризации от ДД.ММ.ГГГГ №, зарегистрированным в реестровой книге № (3), и свидетельством на право собственности на землю серии РФ XIV НДО 7 №, выданным на основании постановления администрации 

<

адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ. Ответчик ФИО3 является собственником изолированной части жилого дома, расположенной по адресу: 

<

адрес>, ул Ленина, 

<

адрес>, что подтверждается свидетельством на право собственности от ДД.ММ.ГГГГ. Согласно техническому паспорту от ДД.ММ.ГГГГ и кадастровому паспорту, изолированная часть жилого дома имеет вспомогательные строения, сооружения, а именно: холодная пристройка, навес, сарай, забор, калитка и погреб. Спорными по данному делу являются погреб (истец именует его «подвал») и сарай (именуется истцом как «пристройка»). Вход в указанный погреб, площадью 12,5 кв.м., расположен в сарае (обозначенном на плане литерой «Г»). Вход в погреб истца ФИО1 также расположен в сарае (литера «Г»), принадлежащем на праве собственности ответчику.

Изложенное подтверждается пояснениями в судебном заседании истца, его представителя, представителя ответчика, а также исследованными судом материалами гражданского дела, в частности: ордером от Медведицкого сельского совета от ДД.ММ.ГГГГ; свидетельством на право собственности на землю серии РФ – № № от ДД.ММ.ГГГГ; регистрационным удостоверением от ДД.ММ.ГГГГ; копией договора на передачу и продажу квартир (домов) в собственность граждан от ДД.ММ.ГГГГ №; актом оценки общей стоимости квартиры; техническими паспортами; кадастровым паспортом; свидетельством о государственной регистрации права серии 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ; копией договора на передачу и продажу квартир (домов) в собственность граждан от ДД.ММ.ГГГГ №; копией договора на передачу и продажу квартир (домов) в собственность граждан от ДД.ММ.ГГГГ №; выпиской из ЕГРП; списком приватизированных квартир; справкой № от ДД.ММ.ГГГГ, выданной администрацией Медведицкого сельского поселения; справкой № от ДД.ММ.ГГГГ, выданной администрацией Медведицкого сельского поселения; справкой № от ДД.ММ.ГГГГ, выданной администрацией Медведицкого сельского поселения; справкой № от ДД.ММ.ГГГГ, выданной администрацией Медведицкого сельского поселения; постановлением № от ДД.ММ.ГГГГ; постановлением № от ДД.ММ.ГГГГ; фототаблицами; ответом БТИ.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать во взаимосвязи с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий (Определение Конституционного Суда Российской Федерации №-О-О от ДД.ММ.ГГГГ).

Таким образом, обратившись в суд с настоящим иском, истец должен доказать, что его права или законные интересы были нарушены, либо существует реальная угроза их нарушения.

Как установлено судом и следует из материалов дела, спорными являются помещение погреба (истец именует его как «большой отдел подвала») и сарай, через который осуществляется вход в погреб (истец именует его как «пристройка»), расположенный в многоквартирном доме, находящемся по адресу: 

<

адрес>, собственником которой в настоящее время является ФИО3

Согласно технической документации по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ - на момент передачи изолированной части жилого дома в собственность в порядке приватизации, спорные объекты недвижимости являлись вспомогательными помещениями – сараем общей площадью 3,4 кв.м, и подвалом, которые располагаются по указанному выше адресу. Техническая документация не содержит отметок о наличии несогласованного переоборудования, перепланировки, реконструкции жилого помещения. Следовательно, у суда не имеется оснований считать, что сарай общей площадью 3,4 кв.м и большой отдел подвала, которые располагаются по адресу: 

<

адрес>, являются общим имуществом многоквартирного дома, поскольку в действительности данные спорные объекты являются вспомогательными помещениями.

Так, согласно кадастровому паспорту помещения, выданному ВО ГУП «Волгоградоблтехинвентаризация» спорное помещение общей площадью 3,4 кв.м, обозначенное на плане литерой «Г», расположенное по адресу: 

<

адрес> является вспомогательным помещением, вид жилого помещения - изолированная часть жилого дома, дата обследования ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п.9 действующего постановления Пленума Верховного Суда СССР № от ДД.ММ.ГГГГ «О судебной практике по разрешению споров, связанных с правом собственности на жилой дом», различные хозяйственные постройки (сараи, летние кухни и т.д.) являются подсобными и составляют с домом единое целое.

Согласно техническому паспорту по состоянию ДД.ММ.ГГГГ на домовладение, расположенное по адресу: 

<

адрес>, являющегося собственностью истца ФИО1, в перечень строений и сооружений спорное помещение изолированной части жилого дома ответчика не включено.

Суд также учитывает, что, согласно представленному истцом договору на передачу квартир в собственность граждан от ДД.ММ.ГГГГ г., а также справке № от ДД.ММ.ГГГГ, выданной администрацией Медведицкого сельского поселения Жирновского муниципального района, сведений о передаче подвалов по договорам на передачу квартир в собственность граждан отсутствует.

Таким образом, доводы истца о том, что изолированная часть жилого дома по указанному выше адресу является квартирой, а часть помещения спорной квартиры является местом общего пользования, опровергаются представленными суду документами.

Из материалов дела усматривается, что квартира по адресу: 

<

адрес> кв.. 3 на основании договора передачи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ № была передана в собственность ФИО5 в порядке приватизации. В последующем ФИО5 свою квартиру продала ФИО8, а ФИО8 в свою очередь продала 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ ответчику ФИО3, что видно из свидетельства о государственной регистрации права на изолированную часть дома.

Сам по себе тот факт, что в первоначальных документах на имя ФИО5 площадь спорной квартиры была указана как 50,25 кв.м, а в свидетельстве о государственной регистрации права от ДД.ММ.ГГГГ площадь квартиры указана 53,0 кв. м, доводы истца о том, что пристройка дома является общим имуществом многоквартирного дома, не подтверждают.

Спорное жилое помещение общей площадью 53,0 кв. м принадлежит ФИО3 на основании свидетельства о государственной регистрации права, которое в установленном законом порядке незаконным не признано, обстоятельства, на основании которых ответчиком было получено указанное свидетельство, оспорены не были.

Доводы истца о принадлежности спорной помещения к общему имуществу жильцов дома не подтверждены представленными в суд доказательствами.

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу о необходимости отказать истцу ФИО1 в удовлетворении иска к ФИО3 об истребовании общедомового имущества из чужого незаконного владения и устранении препятствий в пользовании имуществом, а именно, отказать истцу в удовлетворении заявленных требований:

- об обязании ФИО3 освободить пристройку, через которую осуществляется вход в подвал, расположенный в многоквартирном доме по адресу: 

<

адрес>, а также большой отдел подвала, используемый для хранения продуктов питания ею, ФИО1; 

- об обязании ФИО3 не чинить ей, ФИО1, препятствий к использованию большого отдела данного подвала и осуществлению прохода к данному отделу.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

ФИО1 в удовлетворении иска к ФИО3 об истребовании общедомового имущества из чужого незаконного владения и устранении препятствий в пользовании имуществом, — отказать полностью, а именно, отказать истцу в удовлетворении заявленных требований:

- об обязании ФИО3 освободить пристройку, через которую осуществляется вход в подвал, расположенный в многоквартирном доме по адресу: 

<

адрес>, а также большой отдел подвала, используемый для хранения продуктов питания ею, ФИО1; 

- об обязании ФИО3 не чинить ей, ФИО1, препятствий к использованию большого отдела данного подвала и осуществлению прохода к данному отделу.

Решение может быть обжаловано в Волгоградский областной суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Жирновский районный суд.

Решение суда в окончательной форме согласно ст. 199 ГПК РФ составлено ДД.ММ.ГГГГ.

Судья подпись А.В. Леванин 

копия верна: 

Судья А.В. Леванин