№ 2-543/2020

УИД: 23RS0028-01=2020-000778-38

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Лабинск 20 ноября 2020г. 

Судья Лабинского районного суда Краснодарского края Лисунов Н.В.,

с участием представителя истца ФИО1 по доверенности ФИО2, 

при секретаре: Перекотий С.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о признании недействительным договора купли-продажи жилого дома с земельным участком,

УСТАНОВИЛ:

Истица обратилась в суд с иском к ответчице о признании недействительными договора купли-продажи жилого дома с земельным участком от 

<

Дата>, государственной регистрации права собственности на жилой дом 

<

Номер> от 15.04.2020г. и земельный участок 

<

Номер> на имя ФИО3, включении жилого дома с земельным участком по адресу: 

<

Адрес> наследственную массу и признании за истицей права собственности на указанную недвижимость в порядке наследования по закону. 

В обоснование заявленного требования истица указала, что 15 апреля 2020 года Управлением Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Краснодарскому краю был зарегистрирован переход права собственности на жилой дом с земельным участком по адресу: 

<

Адрес>, от её ныне покойного брата, Ш.А., 

<

Дата> рождения, к ФИО3 по договору купли-продажи от 28 марта 2020 года. Спустя два месяца, а именно 

<

Дата>, брат истицы - Ш.А. умер от 

<

данные изъяты>. В соответствии со справкой о смерти 

<

Номер> от 

<

Дата> причина смерти Ш.А. указана как: 

<

данные изъяты>. Об указанном факте перехода права собственности истице стало известно лишь при оформлении наследства на имущество умершего, поскольку её брат о какой-либо продаже своего единственного жилья никому не сообщал, а его состояние здоровья в период оформления указанной сделки объективно исключало возможность понимать значение своих действий и руководить ими. Также истица указывает, что её брат Ш.А. в силу прогрессирующего у него заболевания нуждался в постороннем уходе, в связи с чем, истицей был оформлен соответствующий договор с социальной службой и за Ш.А. был закреплен социальный работник Г.И., проживающая в 

<

Адрес>, которая с начала декабря 2020 года начала ухаживать за Ш.А., оказывая ему социальные услуги на дому. Однако в марте месяце Ш.А. отказался от услуг социального работника в связи с тем, что Г.И. собралась переехать вместе со своей семьей для постоянного проживания в его дом. Истица указывает, что данные обстоятельства ей стали известны лишь впоследствии, а именно после опроса Г.И. участковым уполномоченным полиции, куда ей пришлось обратиться для того чтобы выяснить кто в действительности и на каких основаниях теперь проживает в доме его брата, так как неизвестные ей лица закрыли его дом и тем самым воспрепятствовали доступу к нему. Согласно копии договора купли-продажи, который был представлен Г.И., следует, что данное домовладение Ш.А. продал некой ФИО3, 

<

Дата> рождения, которая как было установлено в ходе проверки заявления полицией является свекровью Г.И. Из текста указанного договора следует, что данное домовладение было продано за 100 000 (сто тысяч) рублей, которые ФИО3 оплатила Ш.А. до момента подписания настоящего договора наличными деньгами. Вместе с тем, кадастровая стоимость только жилого дома, определенная на 01.01.2018 года и внесенная в Государственный кадастр недвижимости с 01.01.2019 года, составляет 901473,71 руб., а кадастровая стоимость земельного участка, определенная еще на 01.01.2016, и внесенная в Государственный кадастр недвижимость 27.01.2017, составляет 376960 руб. Таким образом только кадастровая стоимость данного домовладения в целом составляет 1278433,71 руб., что выше указанной в договоре цены в 100000 руб. в двенадцать раз. Кроме того, из объяснений ФИО3, отобранных участковым уполномоченным в ходе проверки заявления, также следует, что ФИО3 указанную в договоре сумму в 100000 рублей в действительности Ш.А. не передавала, поскольку ФИО3 в своем объяснении указала, что «Ш.А. просил его досмотреть, похоронить и установить хороший памятник», что в свою очередь указывает на то, что платы по договору даже в том несоизмеримо меньшем размере от действительной стоимости данного домовладения и форме, как указано в его условиях, Ш.А. в действительности не получил, тогда как если он был в состоянии здраво понимать значение своих действий и руководить ими, то не заключил бы данную сделку на крайне невыгодных для себя условиях и не подписал бы указанный договор, не получив по нему оплаты. С учетом изложенного, истица полагает, что в момент заключения указанного договора ее брат Ш.А. не был способен понимать значение своих действий и руководить ими как в силу преклонного возраста, так и в силу тяжело и болезненно протекающих заболеваний, которыми он страдал, что подтверждается справкой о его смерти. Ответчик же в силу сложившихся с Ш.А. доверительных отношений, так как ранее её невестка оказывала ему социальные услуги, а впоследствии они вместе со всей своей семьей переехали в его дом, фактически совершила действия, направленные на формирование заблуждения у Ш.А. относительно таких негативных и неприемлемых для него правовых последствий, как безвозмездное лишение его единственного жилья.

Представитель истицы по доверенности ФИО2 в судебном заседании пояснил суду об обстоятельствах, аналогично изложенных в исковом заявлении, просил удовлетворить заявленные ФИО1 исковые требования в полном объеме.

Ответчица ФИО3 и ее представитель по доверенности ФИО4, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явились, об уважительности причин неявки в суд не сообщили.

Представитель Межмуниципального отдела по Лабинскому и 

<

Адрес>м Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по 

<

Адрес>, привлеченного судом к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, также надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явился, направил в суд заявление, в котором указал, что заявленные ФИО1 исковые требования не признает, поскольку договор купли-продажи жилого дома с земельным участком, помещенный в дело правоустанавливающих документов подписан Ш.А., а не доверенным лицом, просил оставить разрешение данного спора на усмотрение суда и рассмотреть данное дело в его отсутствие, в связи с чем, руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав объяснения участников процесса, исследовав письменные доказательства по делу, суд пришел к выводу об удовлетворении заявленных требований по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Согласно части 1 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора, при этом понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (ст. 422 ГК РФ).

В силу п. 1 ст. 549 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание сооружение, квартиру или иное недвижимое имущество.

Согласно ст. 550 ГК РФ договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (п. 2 ст. 434 ГК РФ).

Из материалов дела следует, что Ш.А. принадлежало недвижимое имущество в виде жилого дома с земельным участком по адресу: 

<

Адрес>.

<

Дата> между Ш.А. и ФИО3 был заключен договор купли-продажи указанной недвижимости в простой письменной форме, по условиям которого жилой дома с земельным участком по адресу: 

<

Адрес>, были проданы Ш.А. ФИО3 за 100 000 (Сто тысяч) рублей, которые покупатель оплатил продавцу до момента подписания настоящего договора наличными деньгами.

Согласно части 1 ст. 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В силу ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

В целях реализации правового принципа в абзаце 1 пункта 1 статьи 10 ГК РФ установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действуя в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании п. 2 ст. 10 ГК РФ с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в пункте 1 Постановления Пленума от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой ГК РФ» добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в ст. 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права из законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов, отчуждение имущества.

По своей правовой природе злоупотребление правом – это всегда нарушение требований закона, в связи с чем, злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону и статьям 10, 168 ГК РФ.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Из показаний ФИО3, а также Г.И., полученных в ходе проверки материала 

<

Номер> от 21.07.2020г. участковым уполномоченным ОМВД России по Лабинскому району майором полиции Б.С., следует, что перед заключением оспариваемого договора купли-продажи недвижимости Г.И., осуществлявшая услуги социального работника у Ш.А., переехала со всей своей семьей, в том числе с её свекровью ФИО3, в дом Ш.А. на постоянное место жительство, в связи с чем, Ш.А. отказался от ее услуг, так как была устная договоренность о том, что они всей семьёй будут ухаживать за Ш.А., который предложил им его досмотреть, похоронить и установить хороший памятник. Также ФИО3 пояснила, что 28 марта 2020 года она совместно с Ш.А. прибыли в МФЦ г. Лабинск, где они заключили договор купли-продажи жилого дома и земельного участка на сумму 100 000 рублей, после чего 15 апреля 2020 года она получила свидетельство о праве собственности на данное домовладение, а спустя два месяца 17 июня 2020 года Ш.А. умер. При этом каким способом и при каких обстоятельствах ФИО3 передала Ш.А. денежные средства в размере 100 000 рублей, ни ФИО3 ни ее невестка Г.И. в своих объяснениях не сообщают, кроме того, что была устная договоренность о том, что они досмотрят Ш.А., похоронят его и установят ему хороший памятник. 

В соответствии со справкой о смерти 

<

Номер> от 18.06.2020г. Ш.А. умер 

<

Дата> в стационаре Курганинской Центральной районной больницы, причиной смерти указаны: 

<

данные изъяты>

В соответствии со справкой, выданной ФИО1 нотариусом Лабинского нотариального округа К.Р. за 

<

Номер>, 17 июля 2020 года заведено наследственное дело 

<

Номер> к имуществу умершего 

<

Дата> Ш.А., проживающего по адресу: 

<

Адрес>. По состоянию на 17 июля 2020 года ФИО1 является единственным наследником, обратившимся к нотариусу.

В соответствии с адресной справкой ОВМ ОМВД России по Лабинскому району Ш.А. проживал по адресу: 

<

Адрес>.

Таким образом, с учетом всех обстоятельств дела, поведения Г.И. и ФИО3, направленного на заключение оспариваемой сделки на невыгодных для Ш.А. условиях, отсутствие доказательств получения Ш.А. денежных средств за проданные жилой дом с земельным участком, наличие встречного обязательства в виде устной договоренности о досмотре, захоронении и установке памятника Ш.А., преклонный возраст и состояние здоровья Ш.А. в период предшествующий заключению спорной сделки, наличия доверительных отношений между ФИО5 в силу того, что ранее невестка ФИО3 – Г.И. осуществляла уход за Ш.А. в качестве социального работника, а впоследствии переехала вместе со своей семьей и свекровью ФИО3 в домовладение Ш.А. на постоянное место жительства, обращение истца в суд в пределах срока исковой давности, оспариваемая сделка купли-продажи жилого дома с земельным участком не может быть признана законной.

Согласно части 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (ст. 167).

Согласно ст. 16 «Основ законодательства РФ О нотариате» нотариус обязан оказывать физическим и юридическим лицам содействие в осуществлении их прав и защите законных интересов, разъяснять им права и обязанности, предупреждать о последствиях совершаемых нотариальных действий, с тем, чтобы юридическая неосведомленность не могла быть использована им во вред.

Обстоятельства того, что оспариваемая сделка была заключена между ФИО5 в простой письменной форме без нотариального удостоверения за два месяца и три недели до смерти Ш.А. в стационаре Курганинской Центральной районной больницы от 

<

данные изъяты>, свидетельствует о том, что Ш.А. не был должным образом осведомлен о последствиях заключения оспариваемой сделки, а равно не был способен в полной мере понимать значение своих действий, руководить ими.

Поведение же Г.И., а также ее свекрови ФИО3, направленное на вселение в домовладение Ш.А. с целью его досмотра и вызванный этим отказ Ш.А. от оказания услуг Г.И. по договору социального обслуживания в обмен на устное обещание его досмотреть, похоронить и поставить памятник, свидетельствует о злоупотреблении сложившимися между ними доверительными отношениями для совершения сделки с целью, отличной от цели, обычно преследуемой больным, престарелым и в силу этого беспомощным человеком для получения гарантий его пожизненного содержания (ренты) за переход права собственности в пользу плательщика таковой ренты (ст. 601 ГК РФ).

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Таким образом, суд приходит к выводу, что представленные истцом документы в обоснование исковых требований соответствуют критериям достоверности, достаточности, допустимости и относимости доказательств для признания договора-купли продажи жилого дома с земельным участком, заключенного между Ш.А. и ФИО3 28 марта 2020 года недействительным. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО3 - удовлетворить. 

Признать недействительными договор купли-продажи жилого дома с земельным участком от 28 марта 2019 года, заключенный между Ш.А. и ФИО3, государственную регистрацию права собственности на жилой дом 

<

Номер> от 15.04.2020г. и земельный участок 

<

Номер> на имя ФИО3.

Включить жилой дом с кадастровым 

<

Номер> общей площадью 50 кв.м. и земельный участок с кадастровым 

<

Номер> общей площадью 2000 кв.м., расположенные по адресу: 

<

Адрес>, в наследственную массу по наследственному делу 

<

Номер> к имуществу умершего 

<

Дата> Ш.А..

Признать право собственности на жилой дом с кадастровым 

<

Номер> общей площадью 50 кв.м. и земельный участок с кадастровым 

<

Номер> общей площадью 2000 кв.м., расположенные по адресу: 

<

Адрес> за ФИО1 в порядке наследования после умершего 

<

Дата> Ш.А..

Настоящий судебный акт является основанием для регистрации права собственности на указанное имущество за ФИО1 в Федеральной службе государственной регистрации, кадастра и картографии и погашения записи о регистрации права собственности за ФИО3.

Решение может быть обжаловано в месячный срок в апелляционную инстанцию Краснодарского краевого суда через Лабинский районный суд Краснодарского края.

Мотивированное решение изготовлено 27 ноября 2020г.

Судья: