Председательствующий: Герасимова Н.И. уголовное дело № 22-5440/2025

Апелляционное постановление

 

город Красноярск 21 августа 2025 года

Суд апелляционной инстанции Красноярского краевого суда в составе:

председательствующего судьи Носова В.В.,

при помощнике судьи Кирилловой Н.А.,

с участием прокурора Якушевой А.А.,

защитника – адвоката Обермана В.Я.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению прокурора Шушенского района Красноярского края Чернецкого Р.Н. на постановление Шушенского районного суда Красноярского края от 20 июня 2025 года, которым уголовное дело по обвинению

ФИО1, родившегося 

<

данные изъяты>, ранее судимого:

- 16 мая 2022 года Ермаковским районным судом Красноярского края по ч. 3 ст. 260 УК РФ, ст. 73 УК РФ к лишению свободы на срок 3 года условно с испытательным сроком 3 года, со штрафом в размере 300 000 рублей, с лишением права заниматься деятельностью по заготовке древесины на срок 2 года.

в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159.2 УК РФ, возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом. 

Выслушав прокурора Якушеву А.А., поддержавшую доводы апелляционного представления, мнение других участников процесса, суд апелляционной инстанции,

установил:

Органами предварительного следствия направлено в суд для рассмотрения по существу уголовное дело по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159.2 УК РФ.

Постановлением Шушенского районного суда Красноярского края принято вышеназванное решение о возврате уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

В апелляционном представлении прокурор Шушенского района Красноярского края Чернецкий Р.Н. указывает, что постановление является необоснованным и подлежит отмене.

Указывает на то, что ФИО1 изначально не имел право на улучшение жилищных условий и участие в Программе, поскольку площадь жилого помещения, принадлежащего обвиняемому, превышала установленную решением главы поселка Шушенское от 27.04.2007 № 36-122 минимальную норму площади жилого помещения на каждого члена семьи 15 м2. С целью вступления в Программу ФИО1 намерено ухудшил жилищные условия своей семьи, прописав родственников в своей квартире, предоставив недостоверные сведения в администрацию 

<

адрес>. Кроме того, до окончания строительства жилого дома приобрел квартиру, в связи с чем вновь перестал являться нуждающимся в улучшении жилищных условий.

Обращает внимание, что в судебном заседании исследованы доказательства, подтверждающие, что ФИО1 не относился к категории сельских специалистов, поскольку, зарегистрировавшись в качестве КФХ, не осуществлял деятельность в агропромышленном комплексе.

Считает, что ФИО1 изготовил и предоставил в Министерство сельского хозяйства и торговли 

<

адрес> фиктивный договор строительного подряда, формы КС-2 и КС-3, содержащие ложные сведения о строительстве жилого дома и понесенных на это затратах, при фактическом отсутствии указанного жилого дома и невыполненных строительных работах, тем самым ввел в заблуждение специалистов Министерства о выполнении им условий получения социальной выплаты. Сумму полученной социальной выплаты ФИО1 использовал не на строительство дома, а на иные цели. Строительство жилого дома было им произведено в связи с возбуждением уголовного дела уже после его направления в суд для рассмотрения по существу.

Таким образом, ущербом является вся сумма полученной социальной выплаты 

<

данные изъяты> рублей.

Вывод суда о необходимости проведения комплексной судебной строительно-технической и оценочной экспертизы с целью установления объема и стоимости фактически выполненных строительно-монтажных работ является несостоятельным. Суд не мотивировал обязательность данной экспертизы, как того требует ст. 196 УПК РФ, определил данный довод как основание для возвращения дела прокурору.

Судом перед экспертом поставлен вопрос, в том числе, о стоимости произведенных работ по строительству дома на 

<

дата>, что заведомо неисполнимо, поскольку эксперт не может знать объем выполненных, либо невыполненных строительных работ на указанную дату. Материалы уголовного дела содержат сведения об отсутствии какого-либо строения на момент расследования уголовного дела. Вопрос о фактических затратах и объемах выполненных работ в настоящий момент не состоятелен, поскольку Программа носит компенсационный характер, а средства получены ФИО1 путем обмана до его строительства. Стоимость работ по возведению фундамента, которую суд намеревался определить, известна, поскольку заложена в сметный расчет.

Судом указано на составление обвинительного заключения с нарушением требований УПК РФ, однако какие нарушения допущены, суд не приводит. 

Приводя в качестве доводов Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.11.2017 № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», указывает, что судом не обращено внимание, что действия ФИО1 квалифицируются по «специальной» норме, поскольку по статье 159.2 УК РФ квалифицируется такое хищение денежных средств или иного имущества в форме мошенничества, которое связано с незаконным получением социальных выплат, а именно установленных федеральными законами, законами субъектов Российской Федерации, нормативными правовыми актами федеральных органов исполнительной власти, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления выплат гражданам, нуждающимся в социальной поддержке.

Согласно п. 16 указанного Пленума, обман, как способ совершения мошенничества при получении выплат, предусмотренного статьей 159.2 УК РФ, выражается в представлении в органы исполнительной власти, учреждения или организации, уполномоченные принимать решения о получении выплат, заведомо ложных и (или) недостоверных сведений о наличии обстоятельств, наступление которых согласно закону или иному нормативному правовому акту является условием для получения соответствующих выплат в виде денежных средств или иного имущества (в частности, о личности получателя, об инвалидности, о наличии детей, наличии иждивенцев, об участии в боевых действиях, отсутствии возможности трудоустройства), а также путем умолчания о прекращении оснований для получения указанных выплат, что в данном случае установлено и вменяется в вину ФИО1.

Полагает, что приведенные в постановлении судом основания для возвращения прокурору уголовного дела не являются основанными на уголовно-процессуальном законодательстве, препятствий для рассмотрения дела не имеется.

Просит постановление Шушенского районного суда 

<

адрес> от 20.06.2025г. о возвращении прокурору уголовного дела по обвинению ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159.2 УК РФ, отменить. Уголовное дело возвратить в Шушенский районный суд 

<

адрес> для его рассмотрения по существу.

В возражениях на апелляционное представление защитник адвокат Оберман В.Я. в интересах обвиняемого ФИО1 указывает на несогласие в доводами представления, считает решение законным и обоснованным.

Указывает, что ФИО1 на законном основании стал участником программы, поскольку им в уполномоченный орган были предоставлены все необходимые документы, которые удостоверяли право участника мероприятия на получение социальной выплаты, а также удостоверяет размер социальной выплаты. В тот же день между Министерством сельского хозяйства и торговли 

<

адрес> и ФИО1 подписан договор о предоставлении социальной выплаты на улучшение жилищных условий, поскольку ФИО1 признан участником указанной подпрограммы.

Вопреки доводам прокурора ФИО1 выполнены условия Программы в полном объеме. Полученные ФИО1 деньги в качестве социальной выплаты в размере 

<

данные изъяты> рублей на строительство дома использованы им по прямому назначению, дом построен и поставлен на кадастровый учет 

<

дата>. Никакого ущерба бюджету 

<

адрес> не причинено, поскольку дом оформлен в установленном законом порядке, в течение трехлетнего срока. Доводы прокурора о том, что ФИО1 всю сумму социальной выплаты потратил на иные цели, противоречат материалам уголовного дела.

Согласно договору ФИО1 обязался выполнить из своих материалов, собственными силами и средствами подрядные работы по строительству жилого дома, в соответствии с условиями указанной подпрограммы, стоимость работ установлена 

<

данные изъяты> рублей, в том числе социальная выплата 

<

данные изъяты> рубля. На какие цели подрядчиком были потрачены перечисленные ему Министерством сельского хозяйства 

<

адрес> денежные средства с блокированного счета заказчика после выставления форм КС-2 и КС-3, никакого отношения к обвинению ФИО1 не имеет. Подрядчик вправе самостоятельно решать, на какие цели ему тратить заработанные деньги. В представлении необоснованно указано, что ФИО1 использовал полученную социальную выплату не на строительство дома, а на иные цели. Вопреки мнению прокурора, указанный договор подряда не является фиктивным, в обвинительном заключении отсутствуют сведения о фиктивности данного договора.

Полагает, что выставленные подрядчиком по договору строительного подряда на строительство жилого дома формы КС-2 и КС-3 на сумму 

<

данные изъяты> рубля и представленные ФИО1 в Министерство сельского хозяйства и торговли, не могут свидетельствовать об обмане, поскольку в них отражена реальная стоимость выполненных работ по строительству жилого дома. Формы КС-2 и КС-3 согласно договору строительного подряда на строительство жилого дома являются лишь основанием для расчета с подрядчиком, как за счет собственных средств ФИО1, так и за счет социальной выплаты.Обращает внимание, что ФИО1 никак не мог умолчать о том, что ранее в собственности его семьи имелась жилая площадь, поскольку с заявлением о признании нуждающимся в улучшении жилищных условий в администрацию 

<

адрес> обращалась супруга подсудимого.

Согласно постановлению главы администрации 

<

адрес> края супруга обвиняемого Свидетель №13 поставлена на учет, как нуждающаяся в улучшении жилищных условий по месту регистрации в 

<

адрес>, где была зарегистрирована, как член семьи нанимателя. В постановлении также указано, что по данным Регистрационной палаты и БТИ иных жилых помещений Свидетель №13 не имеет.

Факт того, что ранее у Свидетель №13 имелась в собственности квартира, которую она продала 

<

дата> и регистрация ее по 

<

адрес> правового значения для вывода об умышленном ухудшении жилищных условий не имеет. Продажа квартиры Свидетель №13 до заключения брака с ФИО1 не может свидетельствовать об ухудшении жилищного положения семьи ФИО1, поскольку указанные лица супругами на момент продажи квартиры не являлись.

Считает, что сторона обвинения неверно трактует положения ст. 53 ЖК РФ, в которой изложены последствия намеренного ухудшения гражданами своих жилищных условий, при этом ни регистрация Свидетель №13 по месту жительства ФИО1, ни подача ею заявления о постановке на учет в качестве нуждающихся, не свидетельствуют о намеренных действиях по ухудшению жилищных условий.

Вопреки доводам прокурора, ФИО1 в соответствии с указанной подпрограммой, как молодой семье, проживающей на сельской территории, предоставлена социальная выплата на строительство жилья, утверждение прокурора, что ФИО1 не относился к категории сельских специалистов, не основано на законе, и указанные прокурором обстоятельства не отражены в обвинительном заключении.

Просит постановление Шушенского районного суда Красноярского края от 20 июня 2025 года о возвращении уголовного дела в отношении ФИО1 прокурору оставить без изменения, а апелляционное представление прокурора 

<

адрес> без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления и возражения на него, выслушав участников судебного разбирательства, суд апелляционной инстанции приходит к следующему выводу.

В силу ч.4 ст.7 УПК РФ постановление судьи должно быть законным, обоснованным и мотивированным. Таким признается судебное решение, которое соответствует требованиям уголовно-процессуального закона и основано на правильном применении уголовного закона.

Вместе с тем, обжалуемое постановление данным требованиям не соответствует.

Так, в соответствии с п.1 ч.1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

По смыслу закона, обвинительное заключение как итоговый документ предварительного следствия, выносимый по его окончании, составляется, когда следственные действия по уголовному делу произведены, а собранные доказательства достаточны для составления указанного процессуального документа. 

В соответствии со ст. 171 УПК РФ в постановлении о привлечении лица в качестве обвиняемого должно содержаться, в частности, описание преступления с указанием времени, места его совершения, а также иные обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии с пунктами 1-4 ч. 1 ст. 73 УПК РФ.

Согласно п.п. 1-4 ч. 1 ст. 73 УПК РФ при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления); виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы; обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого; характер и размер вреда, причиненного преступлением

Положения ст. 220 УПК РФ также предписывают следователю указывать в обвинительном заключении существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела.

Исходя из смысла приведенных выше положений закона, в предъявленном обвинении, а равно, как и в обвинительном заключении, должны быть указаны обстоятельства совершенного преступления, конкретные действия и роль обвиняемого при его совершении, чтобы это позволило суду при исследовании доказательств объективно разрешить вопрос о виновности или невиновности привлеченного к уголовной ответственности лица.

Вопреки доводам, указанным в обжалуемом постановлении суда, предъявленное ФИО1 обвинение, а также составленное в соответствии с ним обвинительное заключение, полностью соответствуют всем указанным в законе критериям, а каких-либо препятствий, исключающих возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе имеющегося в уголовном деле обвинительного заключения, не имеется.

Приведенные судом первой инстанции в обоснование принятого решения выводы о составлении обвинительного заключения с нарушениями требований УПК РФ являются несостоятельными, поскольку таких нарушений, которые действительно исключали бы возможность постановления судом приговора или вынесения иного судебного решения на основе этого заключения, при настоящей проверке материалов уголовного дела судом апелляционной инстанции не установлено.

Так, обвинение ФИО1, помимо всех прочих указанных в нем обстоятельств, сводится к тому, что он совершил хищение денежных средств Министерства сельского хозяйства и торговли 

<

адрес> в особо крупном размере, а именно, обманным путем получил социальную выплату, предназначенную на строительство жилья на сельской территории, имеющую компенсационный характер, в размере 

<

данные изъяты> копеек.

Из существа обвинения также усматривается, что ФИО1 совершил конкретные действия, которые позволили ему в рамках соответствующей Программы претендовать на вышеуказанную выплату в целом.

Однако, в основу своего решения суд первой инстанции положил тот факт, что органами предварительного следствия ущерб не установлен (установлен некорректно), а для расчета ущерба необходимо назначение строительно-технической и оценочной экспертизы с целью установления объема и стоимости фактически выполненных строительно-монтажных работ по строительству жилого дома.

Более того, судом первой инстанции такая экспертиза назначена, а поводом для применения положений ст.237 УПК РФ явился факт возможного длительного ее производства.

Вместе с тем, такие выводы суда не основаны на материалах уголовного дела.

Так, обвинение ФИО1 в описании объективной стороны преступления не содержит информации о ненадлежащем использовании предоставленной выплаты, в том числе, связанном с неосвоением вышеуказанной суммы денежных средств в установленные сроки, что проявилось в полном отсутствии построенного объекта либо постройки только его части.

Таким образом, суд первой инстанции, не верно определив предмет доказывания по инкриминированному ФИО1 деянию, пришел к необоснованному выводу о необходимости установления ущерба по делу экспертным путем.

В свою очередь, материалы уголовного дела содержат данные о сумме, полученной ФИО1 в рамках соответствующей Программы.

При таких обстоятельствах выводы суда первой инстанции о допущенных на досудебной стадии производства по уголовному делу существенных нарушениях закона, неустранимых в судебном заседании, и в частности нарушений ст.220 УПК РФ при составлении обвинительного заключения, не подтверждаются материалами уголовного дела, вследствие чего принятое судом решение о возвращении уголовного дела прокурору 

<

адрес> нельзя признать законным и обоснованным, и оно подлежит отмене, а уголовное дело – передаче на новое судебное разбирательство в тот же суд, но в ином составе суда, со стадии судебного разбирательства.

Решение о необходимости рассмотрения уголовного дела в ином составе суда принимается ввиду допущенных судом первой инстанции выводов об обстоятельствах инкриминированного ФИО1 деяния в части оценки объективной стороны преступления.

Оценивая доводы возражений на апелляционное представление защитника адвоката Обермана В.Я. в интересах обвиняемого ФИО1, суд апелляционной инстанции считает, что они в полном объеме сводятся к оценке законности действий обвиняемого, а именно к регламентации позиции об отсутствии в его действиях инкриминированного органами предварительного следствия состава преступления, в связи с чем фактически не содержат конкретного мнения о законности принятого судом первой инстанции решения о возврате уголовного дела прокурору.

При этом, суд принимает во внимание, что на указанной стадии рассмотрения уголовного дела вопросы виновности лица в совершении инкриминированного преступления не являются предметом рассмотрения.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.22, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

Постановление Шушенского районного суда Красноярского края от 20 июня 2025 года о возвращении уголовного дела прокурору Шушенского района Красноярского края в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159.2 УК РФ, отменить, удовлетворив апелляционное представление прокурора Шушенского района Красноярского края Чернецкого Р.Н.

Уголовное дело передать на новое судебное разбирательство в Шушенский районный суд Красноярского края, в ином составе суда, со стадии судебного разбирательства.

Настоящее апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции по правилам, установленным главой 47.1 УПК РФ.

Подсудимый вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: В.В. Носов