Дело № 2-652/2019

20 сентября 2019 года

город Котлас

УИД 29RS0008-01-2019-000672-86

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Котласский городской суд Архангельской области в составе

председательствующего судьи Кузнецовой О.Н.

при секретаре Соповой И.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к муниципальному учреждению культуры «Культурно-досуговый комплекс» муниципального образования «Котлас» о взыскании заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации за неиспользованные дни отдыха, компенсации за задержку выплаты заработной платы и компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л :

ФИО1 обратился в суд с иском к муниципальному учреждению культуры «Культурно-досуговый комплекс» муниципального образования «Котлас» (далее - МУК «КДК» МО «Котлас», Учреждение) о взыскании заработной платы за работу в выходные и нерабочие праздничные дни.

В обоснование требований указано, что истец работал в МУК «КДК» МО «Котлас» с 1 сентября 2015 года в должности столяра по изготовлению декораций на 0,5 ставки и в должности слесаря-сантехника на 0,5 ставки по совместительству и привлекался к работе в праздничные дни 23 февраля, 8 марта, 9 мая 2017 года, 3 и 4 января, 8 марта 2018 года, однако за работу в указанные дни ему не выплачена заработная плата в двойном размере, в связи с чем просит взыскать с ответчика заработную плату за работу в эти дни в размере 1171 рубля 15 копеек, в том числе за 23 февраля 2017 года - 251,0руб., за 8 марта 2017 года - 205,0 руб., за 9 мая 2017 года - 226,0 руб., за 3, 4 января 2018 года - 263,15 руб., за 8 марта 2018 года - 226,0 руб.

Одновременно истец обратился в суд с иском к МУК «КДК» МО «Котлас» о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск (дело № 2-733/2019). В обоснование требований указано, что при увольнении ему не в полном размере выплачена компенсация за неиспользованный отпуск, так как, по мнению истца, указанная компенсация должна быть рассчитана с учетом МРОТ. Просит взыскать компенсацию за неиспользованный отпуск по должности слесаря-сантехника в размере 5040 рублей.

Определением суда от 1 марта 2019 года указанные дела объединены в одно производство и присвоен номер №2-652/2019.

В ходе рассмотрения дела истец увеличил исковые требования по данному делу (заявление от 2.04.2019). Просит взыскать дополнительную компенсацию за неиспользованные дни отдыха в размере 3411 рублей. В обоснование данных требований указано, что истцу не дали использовать дни отдыха за отработанные дни 23, 24, 25 и 26 февраля 2017 года и 8 марта 2017 года, поэтому он просит взыскать за эти дни денежную компенсацию. Также истец полагает, что в мае 2018 года ему не в полном размере оплачены 5 дней отгулов, в связи с чем просит взыскать не начисленную заработную плату за май 2018 в размере 3544 рублей.Также увеличил размер заработной платы, взыскиваемой за работу 8 марта 2018 года до 403 рублей. Кроме этого, истцом заявлены требования о взыскании компенсации морального вреда в размере 2000 рублей.

В дальнейшем (заявление от 7 мая 2019 года) истец уменьшил размер исковых требований о взыскании компенсации за неиспользованные дни отдыха (23, 24, 25 и 26 февраля и 8 марта 2017 года) до 1705 рублей (1416,0 руб. + 289,0 руб.); о взыскании заработной платы за 5 дней отгулов в мае 2018 года до 1623 рублей 83 копеек.

Кроме этого, истец увеличил исковые требования (заявление от 7 мая 2019 г.) просит взыскать заработную плату за отгул в апреле 2018 года в размере 310 рублей, так как полагает, что ему неправильно оплачен один день отгула в апреле 2018 года, так как расчет заработной платы за этот день произведен без учета МРОТ.

10 июня 2019 года истец обратился в суд с иском к МУК «КДК» МО «Котлас» о взыскании заработной платы по должности столяра по изготовлению декораций за 8 дней отгулов в июне 2018 года в размере 3333 рублей, указывая, что работодателем неправильно произведен расчет заработной платы, так как оплачено 6 дней отгулов, а должен быть 8 дней и расчет заработной платы за эти дни должен производиться исходя из МРОТ (дело № 2-1492/2019). Также просит взыскать компенсацию морального вреда в размере 2000 рублей.

3 июля 2019 года истец обратился в суд с иском к МУК «КДК» МО «Котлас» о взыскании заработной платы за июнь 2018 года по должности столяра по изготовлению декораций в размере 451 рубля, указывая, что им в июне отработано 12 дней, а работодатель оплатил только 11 дней (дело № 2-1710/2019).

Определениями суда от 2 июля 2019 года и 20 августа 2019 года гражданские дела № 2-1492/2019 и № 2-1710/2019 объединены в одно производство с гражданским делом № 2-652/2019.

Кроме этого, истец заявил об увеличении исковых требований (заявление от 5 сентября 2019 года), просит взыскать с МУК «КДК» МО «Котлас» компенсацию за задержку выплаты компенсации за неиспользованный отпуск за период с 16 мая 2018 года по 5 июля 2018 года в размере 56 рублей 27 копеек и компенсацию за задержку выплаты заработной платы за 8 марта 2018 года в размере 102 рублей за период с 13 апреля 2018 года по 5 сентября 2019 года.

Определением суда от 7 мая 2019 года производство по делу в части требований о взыскании заработной платы за работу в праздничные дни 23 февраля и 8 марта 2017 года прекращено, в связи с отказом истца от иска.

В судебном заседании истец ФИО1 заявленные требования поддержал по изложенным в иске доводам. 

Представители ответчика ФИО2 и ФИО3, действующие на основании доверенностей, в судебном заседании требования не признали и пояснили, что заработная плата истцу за спорный период начислена в соответствии с условиями трудового договора и выплачена в полном объеме. Полагают, что истцом пропущен срок обращения в суд по требованиям о взыскании заработной платы за 2017 год и январь 2018 года. Компенсация за несвоевременную выплату компенсации за неиспользованный отпуск в размере 56 рублей 27 копеек истцу выплачена 19 ноября 2018 года, до обращения истца в суд с указанными требованиями. В иске просят отказать.

Рассмотрев иск, заслушав лиц, участвующих в деле, допросив свидетелей, исследовав письменные материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 2 ст. 392 ТК РФ, действующей с 3 октября 2016 года, за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

Согласно разъяснениям, данным в п. 56 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при рассмотрении дела по иску работника, трудовые отношения с которым не прекращены, о взыскании начисленной, но не выплаченной заработной платы надлежит учитывать, что заявление работодателя о пропуске работником срока на обращение в суд само по себе не может служить основанием для отказа в удовлетворении требования, поскольку в указанном случае срок на обращение в суд не пропущен, так как нарушение носит длящийся характер и обязанность работодателя по своевременной и в полном объеме выплате работнику заработной платы, а тем более задержанных сумм, сохраняется в течение всего периода действия трудового договора.

По смыслу данных разъяснений для признания нарушения трудовых прав длящимся, что свидетельствовало бы о том, что истцом срок обращения в суд не пропущен, необходимо соблюдение определенного условия: заработная плата работнику должна быть начислена, но не выплачена.

В этом случае, работник, зная, что работодатель исполнил свою обязанность по начислению соответствующей оплаты за труд, в период действия трудового договора вправе рассчитывать на выплату причитающейся ему суммы, в связи с чем, такие правоотношения и носят длящийся характер.

Таким образом, неисполнение работодателем обязанности по своевременной выплате работнику начисленной заработной платы относится к длящимся нарушениям и срок для обращения работника в суд за взысканием недоплаченных сумм сохраняется в течение всего периода действия трудового договора, то есть течение срока начинается после прекращения его действия (увольнения работника).

В том случае, если заработная плата работнику не начислялась, срок обращения в суд исчисляется с момента, когда работник узнал или должен был узнать о нарушении своего права.

Из исковых заявлений и пояснений истца следует, что им взыскивается не начисленная заработная плата за май 2017 года, январь, март, апрель, май, июнь 2018 года и компенсация за неиспользованные дни отдыха за работу 23, 24, 25, 26 февраля 2017 года и 8 марта 2017 года.

Судом установлено и следует из материалов дела, что истец с 1 сентября 2015 года по 27 августа 2018 года работал по трудовому договору у ответчика в должности столяра по изготовлению декораций на 0,5 ставки, а также работал по внутреннему совместительству в должности слесаря-сантехника на 0,5 ставки с 1 сентября 2015 года до 15 мая 2018 года.

В соответствии со ст. 136 ТК РФ заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца. Конкретная дата выплаты заработной платы устанавливается правилами внутреннего трудового распорядка, коллективным договором или трудовым договором не позднее 15 календарных дней со дня окончания периода, за который она начислена.

Из коллективного договора и Правил внутреннего трудового распорядка Учреждения следует, что заработная плата работникам МУК «Котласский Дворец культуры» выплачивается два раза в месяц: 25 числа месяца - заработная плата за первую половицу месяца, 10 числа месяца - за вторую половину месяца.

Из пояснений сторон установлено, что заработная плата истцу за спорный период выплачивалась не позднее установленного срока выплаты заработной платы.

На основании изложенного суд приходит к выводу, что истец должен был знать о величине начисленной заработной платы за май 2017 года - 10 июня 2017 года, за январь-июнь 2018 года - соответственно 10 февраля, 10 марта, 10 апреля, 10 мая, 10 июня и 10 июля 2018 года.

Таким образом, срок обращения в суд с требованиями о взыскании не начисленной заработной платы за май 2017 года начинает течь с 11 июня 2017 года, за январь-июнь 2018 года соответственно с 11 февраля, 11 марта, 11 апреля, 11 мая, 11 июня и 11 июля 2018 года.

В суд с требованиями о взыскании не начисленной заработной платы истец обратился 26 февраля 2019 года, т.е. с пропуском срока, предусмотренного ст. 392 ТК РФ, по требованиям о взыскании заработной платы за май 2017 года, январь 2018 года. Остальные требования заявлены без пропуска срока обращения в суд.

В соответствии с частью четвертой статьи 392 ТК РФ при пропуске по уважительным причинам сроков, установленных данной статьей, в том числе частью третьей, они могут быть восстановлены судом.

Из разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, указанных в постановлении от 17.03.2004 N 2 (ред. от 24.11.2015) "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", следует, что в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Перечень уважительных причин, приведенный в постановлении Пленума Верховного суда РФ, не является исчерпывающим.

Истец не представил доказательства уважительности пропуска срока обращения в суд с указанными требования, в связи с чем суд признает причину пропуска срока обращения в суд неуважительной.

В связи с изложенным, суд приходит к выводу, что истцом пропущен срок обращения в суд с требованиями о взыскании заработной платы за май 2017 года, январь 2018 года по неуважительной причине.

В соответствии со ст. 152 ГПК РФ при установлении факта пропуска без уважительных причин срока исковой давности или срока обращения в суд судья принимает решение об отказе в иске без исследования иных фактических обстоятельств по делу. 

В связи с изложенным требования ФИО1 о взыскании заработной платы за работу 9 мая 2017 года, 3 и 4 января 2018 года не подлежат удовлетворению в связи с пропуском срока обращения в суд. 

Рассматривая требования истца о взыскании компенсации за неиспользованные дни отдыха, суд приходит к следующему выводу.

Из пояснений истца следует, что его привлекали к работе в нерабочие праздничные дни 23, 24, 25, 26 февраля и 8 марта 2017 года. Заработная плата в повышенном размере за эти дни ему не оплачена и не предоставлены дни отдыха, поэтому просит взыскать с работодателя компенсацию за неиспользованные дни отдыха.

Согласно производственному календарю на 2017 год 24, 25 и 26 февраля 2017 года являются выходными днями, а 23 февраля и 8 марта 2017 года - праздничными нерабочими днями.

В соответствии со ст. 113 ТК РФ, работа в выходные и нерабочие праздничные дни запрещается, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом.

Привлечение работников к работе в выходные и нерабочие праздничные дни производится с их письменного согласия в случае необходимости выполнения заранее непредвиденных работ, от срочного выполнения которых зависит в дальнейшем нормальная работа организации в целом или ее отдельных структурных подразделений, индивидуального предпринимателя.

В соответствии ст. 153 ТК РФ, работа в выходной или нерабочий праздничный день оплачивается не менее чем в двойном размере: 

сдельщикам - не менее чем по двойным сдельным расценкам;

работникам, труд которых оплачивается по дневным и часовым тарифным ставкам, - в размере не менее двойной дневной или часовой тарифной ставки;

работникам, получающим оклад (должностной оклад), - в размере не менее одинарной дневной или часовой ставки (части оклада (должностного оклада) за день или час работы) сверх оклада (должностного оклада), если работа в выходной или нерабочий праздничный день производилась в пределах месячной нормы рабочего времени, и в размере не менее двойной дневной или часовой ставки (части оклада (должностного оклада) за день или час работы) сверх оклада (должностного оклада), если работа производилась сверх месячной нормы рабочего времени.

Конкретные размеры оплаты за работу в выходной или нерабочий праздничный день могут устанавливаться коллективным договором, локальным нормативным актом, принимаемым с учетом мнения представительного органа работников, трудовым договором.

Оплата в повышенном размере производится всем работникам за часы, фактически отработанные в выходной или нерабочий праздничный день. Если на выходной или нерабочий праздничный день приходится часть рабочего дня (смены), в повышенном размере оплачиваются часы, фактически отработанные в выходной или нерабочий праздничный день (от 0 часов до 24 часов).

По желанию работника, работавшего в выходной или нерабочий праздничный день, ему может быть предоставлен другой день отдыха. В этом случае работа в выходной или нерабочий праздничный день оплачивается в одинарном размере, а день отдыха оплате не подлежит.

Из анализа указанных правовых норм следует, что компенсация за неиспользованные дни отдыха законодательством не предусмотрена.

Работник, работая в выходной или нерабочий праздничный день, имеет право на получение заработной платы в повышенном размере или на оплату рабочего дня в одинарном размере и на день отдыха, который оплате не подлежит.

Таким образом, в случае неиспользования работником дня отдыха за работу в выходной или нерабочий праздничный день, данный день отдыха не подлежит компенсации в денежном выражении.

В связи с изложенным, требования истца о взыскании компенсации за неиспользованные дни отдыха удовлетворению не подлежат.

Рассматривая требования истца о взыскании заработной платы за работу 8 марта 2018 года суд исходит из следующего.

В соответствии со ст. 91 ТК РФ рабочее время - время, в течение которого работник в соответствии с правилами внутреннего трудового распорядка и условиями трудового договора должен исполнять трудовые обязанности, а также иные периоды времени, которые в соответствии с настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации относятся к рабочему времени.

Частью 4 данной статьи предусмотрена обязанность работодателя вести учет времени, фактически отработанного каждым работником.

Из табеля учета рабочего времени за март 2018 года следует, что 8 марта 2018 года у истца стоит выходной (л.д. 70).

За рабочее время, указанное в табеле учета рабочего времени, истцу начислена заработная плата и своевременно выплачена, что подтверждается документами, представленными работодателем. 

Ответчик оспаривает факт привлечения истца к работе 8 марта 2018 года.

В соответствии со ст. 13 ТК РФ, привлечение работников к работе в выходные и нерабочие праздничные дни производится по письменному распоряжению работодателя.

Истец, утверждая, что работодателем он был привлечен к работе в нерабочий праздничный день представил ксерокопию приказа от 5 марта 2018 года (л.д.14). Однако данная ксерокопия не может быть принята в качестве доказательства наличия письменного распоряжения работодателя о привлечении истца к работе в нерабочий праздничный день.

Согласно ст.55 ГПК РФ, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Доказательства, полученные с нарушением закона, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу решения суда.

В соответствии со ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

При оценке документов или иных письменных доказательств суд обязан с учетом других доказательств убедиться в том, что такие документ или иное письменное доказательство исходят от органа, уполномоченного представлять данный вид доказательств, подписаны лицом, имеющим право скреплять документ подписью, содержат все другие неотъемлемые реквизиты данного вида доказательств.

При оценке копии документа или иного письменного доказательства суд проверяет, не произошло ли при копировании изменение содержания копии документа по сравнению с его оригиналом, с помощью какого технического приема выполнено копирование, гарантирует ли копирование тождественность копии документа и его оригинала, каким образом сохранялась копия документа.

Суд не может считать доказанными обстоятельства, подтверждаемые только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен и не передан суду оригинал документа, и представленные каждой из спорящих сторон копии этого документа не тождественны между собой, и невозможно установить подлинное содержание оригинала документа с помощью других доказательств.

Принимая во внимание требования гражданского процессуального законодательства, суд не может признать доказанным факт привлечения истца к работе по распоряжению работодателя 8 марта 2018 года, так как ксерокопия приказа, представленная суду, не заверена надлежащим образом и не представлен подлинник приказа, в связи с чем нельзя проверить тождественность документа оригиналу. 

Кроме этого, из содержания приказа следует, что данный приказ не подписан руководителем МУК «КДК», в связи с чем не имеет юридической силы.

В связи с изложенным, требования истца о взыскании заработной платы в повышенном размере за работу в нерабочий праздничный день 8 марта 2018 года удовлетворению не подлежит.

Рассматривая требования истца о взыскании заработной платы за 1 день отгула в апреле 2018 года, 5 дней отгулов в мае 2018 года, 8 дней отгулов в июне 2018 года, взыскании компенсации за неиспользованный отпуск по должности слесаря-сантехника суд приходит к следующему выводу.

В соответствии со ст. 198 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

Требования о взыскании заработной платы за дни отгулов и компенсации за неиспользованный отпуск истец обосновывает неправильным начислением заработной платы работодателем за указанные дни, полагая, что расчет за каждый день должен производиться из минимального размера оплаты труда (МРОТ).

Однако, указанные требования истца основаны на неправильном толковании норм материального права.

В соответствии с ч. 1 ст. 129 ТК РФ заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты и стимулирующие выплаты.

Частью 3 ст. 133 ТК РФ установлено, что месячная заработная плата работника, полностью отработавшего за этот период норму рабочего времени и выполнившего нормы труда (трудовые обязанности), не может быть ниже минимального размера оплаты труда.

Согласно ст. 135 ТК РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда. 

Из анализа указанных норм следует, что ниже МРОТ не может быть месячная заработная плата работника, полностью отработавшего норму рабочего времени в данном периоде, однако минимальный размер оплаты труда не применятся при расчете дневного заработка работника.

В соответствии со ст.139 ТК РФ, для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных настоящим Кодексом, в том числе для расчета компенсации за неиспользованный отпуск, устанавливается единый порядок ее исчисления.

Для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат.

При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно).

Средний дневной заработок для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска исчисляется за последние 12 календарных месяцев путем деления суммы начисленной заработной платы на 12 и на 29,3 (среднемесячное число календарных дней).

Таким образом, расчет компенсации за неиспользованный отпуск производится не из МРОТ, как полагает истец, а в порядке, предусмотренном ст. 139 ТК РФ.

В связи с изложенным, требования истца о взыскании заработной платы за 1 день отгула в апреле 2018 года, 5 дней отгулов в мае 2018 года, 8 дней отгулов в июне 2018 года, взыскании компенсации за неиспользованный отпуск по должности слесаря-сантехника основаны на неправильном толковании норм материального права.

Кроме этого, истец просит взыскать заработную плату за 1 рабочий день в июне 2018 года, указывая, что работодателем оплачено 11 рабочих дней, а им фактически отработано 12 дней. Так, 26 июня 2018 года в табеле учета рабочего времени отмечен как день отгула, а фактически истец находился на рабочем месте.

Из материалов дела следует, что в табеле учета рабочего времени за июнь 2018 года 26 июня отмечен как день отгула, отработано 11 дней, 10 дней отгулов и 9 выходных дней (дело № 2-1492/2019, л.д. 50).

За июнь истцу начислена заработная плата в соответствии с табелем учета рабочего времени и условиями трудового договора.

18 мая 2018 года истец обратился с заявлением о предоставлении ему отгулов за ранее отработанные 10 рабочих дней с 5 июня по 30 июня 2018 года. Из визы руководителя на данном заявлении следует, истцу разрешено использовать отгулы с 13 по 16 июня, с 19 по 23 июня и 26 июня 2018 года, т.е. 10 дней. Факт использования истцом указанных дней отдыха подтверждается табелем учета рабочего времени.

Истцом не представлены суду доказательства неправильного учета рабочего времени в июне 2018 года. 

Кроме этого, заявляя требования о неправильном начислении заработной платы за март, апрель, май и июнь 2018 года истец полагает, что нарушено его право на получении заработной платы за указанные месяцы в размере, предусмотренном действующим законодательством.

Однако решениями Котласского городского суда от 20 сентября 2018 года и 19 февраля 2019 года, вступившими в законную силу, установлено, что заработная плата истцу за период с января по июль 2018 года начислена и выплачена в соответствии с требованиями законодательства, с учетом положений главы 50 ТК РФ, предусматривающей, что районный коэффициент и надбавка за стаж работы для работников организаций, расположенных в районах Крайнего Севера, должны начисляться к совокупной заработной плате, размер которой без этих коэффициентов и надбавки не может быть менее минимального размера оплаты труда установленного федеральным законом на всей территории Российской Федерации.

В соответствии со ст. 61 ГПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Таки образом, факт правильного начисления заработной платы истцу за март, апрель, май и июнь 2018 года был предметом рассмотрения суда и по нему принято решение о том, что заработная плата истцу начислена и выплачена в соответствии с требованиями законодательства, и в соответствии с требованиями ст. 61 ГПК РФ, данное обстоятельство освобождается от доказывания.

В связи с изложенным, оснований для удовлетворения требований истца о взыскании заработной платы за 1 день отгула в апреле 2018 года, 5 дней отгулов в мае 2018 года, 8 дней отгулов в июне 2018 года, взыскании компенсации за неиспользованный отпуск по должности слесаря-сантехника и взыскании заработной платы за 1 рабочий день в июне 2018 года не имеется, в иске следует отказать.

Рассматривая требования истца о взыскании компенсации за несвоевременную выплату заработной платы и компенсации за неиспользованный отпуск суд исходит из следующего. 

В соответствии со статьей 236 Трудового кодекса РФ, при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Истец просит взыскать компенсацию за несвоевременную выплату компенсации за неиспользованный отпуск по должности слесаря-сантехника за период с 16 мая 2018 года по 5 июля 2018 года в размере 56 рублей 27 копеек.

Судом установлено, что при увольнении истца 15 мая 2018 года с должности слесаря-сантехника ему была начислена и выплачена компенсация за неиспользованный отпуск. Однако 5 июля 2018 года работодатель, установив факт неправильного начисления истцу указанной компенсации, доплатил ее истцу. А 19 ноября 2018 года работодатель перечислил истцу компенсацию за несвоевременную выплату компенсации за неиспользованный отпуск в размере 56 рублей 27 копеек, что подтверждается платежным поручением № от 19 ноября 2018 года. Таким образом, оснований для удовлетворения требований не имеется, так как работодателем добровольно исполнены указанные требования до подачи иска в суд.

Так как в судебном заседании не установлено нарушений при выплате истцу заработной платы, то оснований для взыскания компенсации за несвоевременную выплату указанных сумм не имеется.

Требования о взыскании компенсации морального вреда также признаются не обоснованными по следующим основаниям.

Статьей 237 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Заявляя требования о взыскании компенсации морального вреда, истец указывает на неправильное исчисление ему заработной платы за март, апрель, май, июнь 2018 года.

При рассмотрении настоящего дела не установлены нарушения трудовых прав истца при исчислении ему заработной платы за март, апрель, май, июнь 2018 года, в связи с чем оснований для взыскания компенсации морального вреда не имеется.

Руководствуясь ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

в иске ФИО1 к муниципальному учреждению культуры «Культурно-досуговый комплекс» муниципального образования «Котлас» о взыскании заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации за неиспользованные дни отдыха, компенсации за задержку выплаты заработной платы и компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в Архангельском областном суде в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Котласский городской суд.

Председательствующий О.Н. Кузнецова