Дело № 2-330/2024

УИД 62RS0031-01-2024-000372-89

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

12 июля 2024 года р.п. Шилово Рязанской области

Шиловский районный суд Рязанской области в составе: судьи Маховой Т.Н., с участием прокурора - помощника прокурора Шиловского района Рязанской области Туркиной К.Н., истца ФИО1, ее представителя ФИО2, действующей на основании ордера адвоката № от 

<

дата>, ответчика ФИО3, при помощнике судьи Китковой Е.А., рассмотрел в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья в результате дорожно-транспортного происшествия, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в Шиловский районный суд Рязанской области с иском к ФИО3 о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья в результате дорожно-транспортного происшествия.

В обоснование своих исковых требований ФИО1 указала, что, приблизительно, в 17 часов 50 минут 

<

дата> в районе 

<

адрес> по вине водителя ФИО3, управлявшей принадлежащим ей автомобилем 

<

данные изъяты> с гос.рег.знаком №, произошло дорожно-транспортное происшествие в виде наезда на переходящего проезжую часть по нерегулируемому пешеходному переходу в сторону здания 

<

данные изъяты>, расположенного по адресу: 

<

адрес>, пешехода - ФИО1

В результате этого дорожно-транспортного происшествия ФИО1 получила телесные повреждения, относящиеся к категории средней тяжести вреда, причиненного здоровью человека. 

Постановлением Шиловского районного суда Рязанской области от 15.03.2024 года ФИО3 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.2 ст. 12.24 КоАП РФ, совершенного при вышеуказанных обстоятельствах. 

От полученных в результате указанного выше дорожно-транспортного происшествия повреждений - истец ФИО1 испытывала и испытывает физические и нравственные страдания – моральный вред. 

Полагая, что ответчик ФИО3, как законный владелец источника повышенной опасности, в результате взаимодействия с которым причинен вред здоровью истца, обязана в силу закона компенсировать причиненный ей моральный вред в денежном выражении - ФИО1 просит взыскать с нее в свою пользу в счет компенсации причиненного ей морального вреда денежные средства размере 300 000 руб., а также понесенные ею судебные расходы в виде расходов на отправку корреспонденции, т.е. почтовые расходы в размере 142 руб. 50 коп. 

Определением Шиловского районного суда Рязанской области от 21.05.2024 года для участия в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено САО «РЕСО-Гарантия».

В судебном заседании истец ФИО1 и ее представитель ФИО2 исковые требования поддержали и просили их удовлетворить. 

Ответчик ФИО3 в судебном заседании с иском ФИО1 не согласилась, полагая, что размер денежной компенсации морального вреда является чрезмерно завышенным, в связи с чем подлежит снижению до 40 000 – 50 000 руб., при этом ФИО3, ссылалась на наличие в действиях ФИО1 грубой неосторожности, свое тяжелое материальное положение, предпринятые ею действия по заглаживанию вреда и отказ ФИО1 от принятия компенсации морального вреда во внесудебном порядке. 

Представитель ответчика ФИО3 – ФИО4, будучи надлежащим образом извещенным о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явился, об уважительности причин своей неявки суд не уведомил, об отложении судебного заседания не ходатайствовал, ранее в судебном заседании позицию своего доверителя поддерживал, полагая, что размер присужденной денежной компенсации морального вреда в рассматриваемом случае не может превышать 150 000 руб. 

Третье лицо САО «РЕСО-Гарантия», будучи надлежащим образом извещенным о времени и месте слушания дела, своего представителя в судебное заседание не направило, о причинах неявки своего представителя суд не уведомило, своей правовой позиции по существу спора не представило. 

Прокурор – помощник прокурора Шиловского района Рязанской области Туркина К.Н., давая заключение по делу, полагала, что исковые требования ФИО1 следует удовлетворить частично и взыскать с ФИО3 в ее пользу в счет денежной компенсации причиненного ей морального вреда денежные средства в размере 200 000 руб. 

В соответствии со ст.ст. 35, 43, 48, 54, 167 ГПК РФ суд рассмотрел настоящее дело в отсутствие не явившихся в судебное заседание лиц, участвующих в деле, и их представителей. 

Выслушав объяснения участников судебного разбирательства, заключение прокурора, исследовав и оценив представленные доказательства с точки зрения относимости, допустимости и достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к следующему: 

По общему правилу, закрепленному в ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее сокращенно ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. 

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. 

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Статьей 1079 ГК РФ предусмотрена ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих. 

Так, в данной норме материального права закреплено, что вред, причиненный источником повышенной опасности, подлежит возмещению его законным владельцем, если не будет доказано, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. 

Законным владельцем источника повышенной опасности по смыслу положений ст. 1079 ГК РФ являются юридическое лицо или гражданин, которые владеют им на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Исходя из данной правовой нормы, законным владельцем источника повышенной опасности, на которого законом возложена обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате использования источника повышенной опасности, является юридическое лицо или гражданин, эксплуатирующие источник повышенной опасности в момент причинения вреда в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, права оперативного управления, либо в силу иного законного основания.

Моральный вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, согласно разъяснений, отражённых в п.21 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» подлежит компенсации владельцем источника повышенной опасности (ст. 1079 ГК РФ).

Таким образом, субъектом ответственности за причинение вреда источником повышенной опасности является лицо, которое обладало гражданско-правовыми полномочиями по использованию соответствующего источника повышенной опасности и имело источник повышенной опасности в своем реальном владении, использовало его на момент причинения вреда. 

Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично по основаниям, предусмотренным п. 2 и п. 3 ст. 1083 ГК РФ, т.е. полностью в случае, если вред, возник вследствие умысла потерпевшего, а частично, в случае грубой неосторожности самого потерпевшего, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда. 

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

В абз.2 п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

Понятие грубой неосторожности применимо в случае возможности правильной оценки ситуации, которой потерпевший пренебрег, допустив действия либо бездействия, привлекшие к неблагоприятным последствиям. Грубая неосторожность предполагает предвидение потерпевшим большой вероятности наступления вредоносных последствий своего поведения и наличие легкомысленного расчета, что они не наступят. 

Вина потерпевшего согласно п.2 ст. 1082 ГК РФ не учитывается при возмещении дополнительных расходов (пункт 1 статьи 1085), при возмещении вреда в связи со смертью кормильца (статья 1089), а также при возмещении расходов на погребение (статья 1094).

Суд также может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно (п.3 ст. 1083 ГК РФ). 

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда, в силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ определяются правилами, предусмотренными гл. 59 и ст. 151 ГК РФ.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (ст. 151 ГК РФ, п.1 ст.1101 ГК РФ).

При этом в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником (источниками) повышенной опасности, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (ст. 1100 ГК РФ), способ и размер которого помимо правил, закрепленных в ст. 151 ГК РФ, определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. 

Размер компенсации морального вреда согласно п.2 ст. 1101 ГК РФ определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. 

При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. 

Как следует из материалов дела и установлено судом, приблизительно, в 17 часов 50 минут 

<

дата> водитель ФИО3, управляя принадлежащим ей автомобилем 

<

данные изъяты> с гос.рег.знаком №, двигаясь по автодороге, проходящей по 

<

адрес> в направлении 

<

адрес>, в нарушение требований пунктов 1.5 и 14.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090 (далее – ПДД РФ) в районе 

<

адрес> совершила наезд на переходящего проезжую часть по нерегулируемому пешеходному переходу в сторону здания 

<

данные изъяты> расположенного по адресу: 

<

адрес>, пешехода - ФИО1 

В результате приведенных обстоятельств, ФИО1 получены телесные повреждения в виде: перелома верхней ветви лобковой кости на уровне тела и гребня без смещения слева, перелома седалищной кости слева без смещения и перелом 3 ребра справа по подмышечной линии.

Эти телесные повреждения согласно заключению эксперта ГБУ РО «Бюро СМЭ имени Д.И. Мастбаума» № от 

<

дата>, рассматриваемые в своей совокупности (ввиду единого механизма образования - дорожно-транспортное происшествие), сами по себе по своему характеру не являются опасными для жизни, влекут за собой длительное (свыше 21 дня) расстройство здоровья и в соответствии с пунктами 4, 4.6 Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 17 августа 2007 № 522, и пунктами 7, 7.1 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных Приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации № 194н от 24 апреля 2008 года, относятся к категории средней тяжести вреда, причиненного здоровью человека. 

Постановлением Шиловского районного суда Рязанской области от 15.03.2024 года, вступившим в законную силу – 25.03.2024 года, ФИО3 признана виновной в совершении административного правонарушение, предусмотренного ч.2 ст. 12.24 КоАП РФ, совершенного при вышеуказанных обстоятельствах, и ей назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 15 000 руб. 

По факту указанного выше дорожно-транспортного происшествия либо в связи с ним – пешеход ФИО1 к административной ответственности не привлекалась. 

Данные обстоятельства следуют из вышеприведенных по тексту доказательств, включая судебное постановление по делу об административном правонарушении, а также из материалов дела об административных правонарушениях в отношении ФИО3, ответа РЭГ ГИБДД МО МВД России «Шиловский» от 

<

дата> с карточкой учета транспортного средства, карточками операций с ВУ, копии технического паспорта транспортного средства, копии договора дарения от 

<

дата> и ответа ОГАИ МО МВД России «Шиловский» от 

<

дата>. 

На основании ст. ст. 1 и 61 ГПК РФ, а также разъяснений, приведенных в абз. 4 п.8 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 19.12.2003 года № 23 «О судебном решении» обстоятельства, установленные вышеуказанным вступившим в законную силу постановлением Шиловского районного суда Рязанской области от 15.03.2024 года, по ранее рассмотренному делу об административном правонарушении, обязательны для суда, не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица. 

Согласно объяснений ФИО1, медицинских документов из ГБУ РО «Шиловский ММЦ» и ГБУ РО «Клепиковская РБ» (медицинской карты, выписок из медицинских карт, выписного эпикриза, протоколов заседаний врачебной комиссии, сведений о посещении врача, результатов обследования, ответа ГБУ РО «Клепиковская РБ» и экспертного заключения № от 

<

дата>) при вызове скорой медицинской помощи, прибывшей на место дорожно-транспортного происшествия и доставившей потерпевшую в ГБУ РО «Шиловский ММЦ», следует, что у ФИО1 после того, как ее сбил автомобиль под управлением ФИО3 были жалобы на боли в пояснице. Она находилась в состоянии средней тяжести, вела себя спокойно, имела ясное сознание, была контактной, ориентировалась в пространстве, при этом при пальпации ощущалась болезненность в поясничной области слева, присутствовали боли при движении. 

В период с 

<

дата> по 

<

дата> ФИО1 с полученными телесными повреждениями находилась на стационарном лечении в ГБУ РО «Шиловский ММЦ» с диагнозом - основное заболевание: S32.5 Перелом лонной и седалищной костей слева, перелом 3 ребра справа; сопутствующее заболевание ушиб грудной клетки. 

В период нахождения на лечении в указанном медицинском учреждении от ФИО1 поступали жалобы на боли, а затем умеренные и небольшие боли в поврежденных областях и ей назначалось и проводилось соответствующее лечение. 

Из стационара ФИО1 выписана в удовлетворительном состоянии на амбулаторное лечение, при этом в выписном эпикризе отмечено, что боли у ФИО1 стали меньше. 

Ей рекомендованы: постельный режим, ходьба с костылями, лечебная физкультура (ЛФК) и эластичное бинтование ног 2 недели. 

На амбулаторном лечении в ГБУ РО «Шиловский ММЦ» с диагнозом: перелом лонной и седалищной костей слева, перелом 3 ребра справа, ушиб грудной клетки слева ФИО1 находилась с 

<

дата> по 

<

дата>.

Во время лечения от ФИО1 продолжали поступать жалобы на боли в поврежденных областях, в связи с чем ей назначались анальгетики. У нее отмечалось удовлетворительное состояние, хождение с тростью, умеренная болезненность живота в левой паховой области и при движении в левом т/бедренном суставе. 

С 

<

дата> по 

<

дата> ей был прописан покой и анальгетики; с 

<

дата> по 

<

дата>: ЛФК, дозированная ходьба, нимесил и лазеротерапия; с 

<

дата> по 

<

дата> рекомендована, назначена: госпитализация на реабилитационное лечение. 

С 

<

дата> по 

<

дата> ФИО1 находилась на стационарном лечении в отделении медицинской реабилитации в ГБУ РО «Крепиковкая ЦБ» с диагнозом: смешанная контрактура левого тазобедренного сустава; последствия перелома лонной и седалищной костей слева. 

Ей проведен курс восстановительного лечения со значительным положительным эффектом. Трудоспособность восстановлена, но при этом рекомендованы: наблюдение у хирурга по месту жительства, ежедневные занятия ЛФК и курсы массажа ягодиц и т/бедренных суставов 2 раза в год. 

На приеме у врача ГБУ РО «Шиловский» ММЦ» - 

<

дата> ей рекомендованы, назначены: ЛФК и повторный курс лечения через 6 месяцев. 

Таким образом, установленные судом, на основании исследованных доказательств - обстоятельства, показывают, что в результате взаимодействия ФИО1 с указанным выше источником повышенной опасности, законным владельцем которого на момент ДТП являлась ответчик ФИО3 - ФИО1, будучи пешеходом, получила телесные повреждения, относящиеся к категории средней тяжести вреда, причиненного здоровью человека.

С полученными телесными повреждениями она длительное время (больше 21 дня) находилась на стационарном лечении, продолжив лечение амбулаторно по 

<

дата>, а затем по 

<

дата> находилась на стационарном лечении в отделении медицинской реабилитации в ГБУ РО «Клепиковская РБ». 

Дорожно-транспортное происшествие и как следствие причинение вреда здоровью ФИО1 произошло в результате нарушения водителем ФИО3 требований пунктов 1.5 и 14.1 ПДД РФ, предусматривающих, что участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда, при этом водитель транспортного средства, приближающегося к нерегулируемому пешеходному переходу обязан уступить дорогу пешеходам, переходящим дорогу или вступившим на проезжую часть (трамвайные пути) для осуществления перехода. 

Обстоятельств, свидетельствующих о грубой неосторожности пешехода ФИО1, вопреки доводам ФИО3 - не установлено. 

Доказательств того, что действия ФИО1, переходившей дорогу по нерегулируемому пешеходному переходу, при наличии обязанности водителя транспортного средства уступить дорогу пешеходам, переходящим дорогу, способствовали причинению вреда его здоровью либо его увеличению, в материалах дела не содержится. 

Признаков нарушения общепринятых норм поведения, свидетельствующих о том, что ФИО1 пренебрегла обычно предъявляемыми мерам предосторожности - не установлено.

Напротив, фактические обстоятельства дела показывают, что ФИО1 не могла предвидеть, что при переходе по пешеходному переходу на нее совершит наезд автомобиль под управлением ФИО3 

Ссылка ФИО3 на п.4.5 ПДД РФ, согласно которому на пешеходных переходах пешеходы могут выходить на проезжую часть (трамвайные пути) после того, как оценят расстояние до приближающихся транспортных средств, их скорость и убедятся, что переход будет для них безопасен, не может быть принята во внимание, поскольку из толкования приведенных положений Правил следует, что как водитель, так и пешеход, несмотря на то, что последний менее защищен, а лицо, владеющее источником повышенной опасности, отвечает за причиненный вред вне зависимости от его вины, должен действовать разумно, объективно оценивать дорожную ситуацию и избегать действий, которые могут привести к причинению вреда имуществу, и более того к причинению вреда жизни или здоровью участников дорожного движения.

Более того, как пояснила ФИО3, в момент рассматриваемого ДТП она была расстроена и управляла автомобилем в подавленном состоянии, из-за гибели близкого ей человека. Это состояние, с учетом возраста ФИО3 и состояния здоровья (на момент ДТП 

<

данные изъяты> лет), могло способствовать тому, что она не смогла правильно оценить дорожную обстановку и скорость управляемого ею автомобиля при приближении к пешеходному переходу. 

Согласно материалов выплатного дела и платежного поручения № от 

<

дата> в виду того, на момент дорожно-транспортного происшествия и, соответственно, причинения вреда здоровью ФИО1 гражданская ответственность ФИО3 была застрахована по договору ОСАГО в САО «РЕСО-Гарантия» - 

<

дата> ФИО1 произведена страховая выплата в счет возмещения вреда, причинённого ее здоровью в размере 80 250 руб.

Возмещение причиненного вреда здоровью в виде компенсации морального вреда в денежном выражении положениями Федеральный закон от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» не регулируется.

Такое возмещение исходя из вышеуказанных положений Гражданского кодекса Российской Федерации, производится владельцем источника повышенной опасности не зависимо от его вины. 

Соответственно, поскольку из установленных по делу обстоятельств также не следует, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшей либо по просьбе или с согласия последней, ФИО1 вправе требовать с ФИО3, как владельца источника повышенной опасности, в возмещение причиненного вреда ее здоровью - компенсацию морального вреда в денежном выражении независимо от вины в причинении вреда владельца источника повышенной опасности, т.е. ФИО3 

Денежную компенсацию, причиненного ФИО1 морального вреда, последняя оценивает в 300 000 руб., ссылаясь на перенесенные ею нравственные и физические страдания - физическую боль, длительное лечение, дискомфорт, неудобства, ограничение движения, указывая, что она передвигалась с помощью костылей, затем трости, была вынуждена прибегать к посторонней помощи, утратила возможность вести активный образ жизни, до настоящего времени плохо себя чувствует, испытывает боль и то, что ей требуется дополнительное лечение и реабилитация. 

Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, так как является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в ст.ст. 20, 41 Конституции Российской Федерации. 

С учетом этих обстоятельств возмещение морального вреда должно быть реальным, а не символическим.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.1 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Под физическими страданиями, согласно разъяснений данных в п.14 вышеуказанного Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33, следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда. 

Как разъяснено в п. 15 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 и п. 32 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

Поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

В силу разъяснений приведенных в п. 25 того же Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. 

Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований. 

В п.26 того же постановления разъяснено, что, определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда. 

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (п.27 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33).

Согласно п. 28 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего. 

В соответствии с п.30 данного постановления при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ). 

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. 

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении. 

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. 

К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. 

В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. 

Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (ст.ст. 151, 1101 ГК РФ) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, то суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. 

Таким образом, вышеприведенные факты подтвержденные совокупностью, содержащихся в деле доказательств, безусловно, свидетельствуют о том, что ФИО1, в результате причинения вреда ее здоровью, испытывала нравственные и физические страдания (моральный вред), которые с учетом того, что обстоятельств для освобождения ответчика ФИО3 от ответственности, вследствие причинения вреда здоровью ФИО1 не установлено, подлежат компенсации указанным ответчиком в денежном выражении, исходя из вышеуказанных критериев определения размера компенсации морального вреда. 

Определяя размер компенсации морального вреда, суд, соответственно, исходит из выше приведенных критериев определения его размера, оценивает действия причинителя вреда в совокупности и соотносит их с тяжестью причиненных ФИО1 физических и нравственных страданий, а также индивидуальными особенностями ее личности, при этом также учитывает требования разумности, справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающих принципов, предполагающих установление судом баланса интересов сторон. 

Суд принимает во внимание фактические обстоятельства, при которых причинен вред, обстоятельства, свидетельствующие о тяжести перенесенных ФИО1 физических и нравственных страданий и их степени, как в момент причинения вреда, так и после, включая физическую боль, объем и характер телесных повреждений, повлекших средней тяжести вред здоровью, длительность нахождения на стационарном лечении с дальнейшим амбулаторным лечением, а также прохождением реабилитационного лечения в стационарных условиях, факты, указывающие на ограничение в движении и вызванные этим дискомфорт и неудобства (передвигалась на костылях, затем с помощью трости, прибегала к посторонней помощи, выполняла указания врачей по бинтованию ног, занятию ЛФК, испытывала и испытывает боль), невозможность полноценно трудится и вести активный образ жизни, в том числе в связи с болевыми ощущениями, необходимость дополнительного лечения, прохождения курсов массажа и занятий ЛФК, а также иные обстоятельства, связанные с личными переживаниями и нравственными страданиями ФИО1, включая ее возраст (

<

данные изъяты> лет) и состояние здоровья. 

С учетом этих обстоятельств, требований разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения, суд считает, что в данном случае для компенсации причиненного ФИО1 морального вреда достаточной денежной компенсацией будет является компенсация в размере 200 000 руб., тогда как заявленная ею ко взысканию компенсация в размере 300 000 руб., при установленных судом обстоятельствах, исходя из вышеуказанных критериев, является чрезмерно и неоправданно завышенной. 

Определенный судом размер денежной компенсации морального вреда согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст. ст. 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лиц, ответственных за возмещение вреда, и соблюсти баланс интересов сторон. 

Оснований для снижения определенной судом денежной компенсации морального время, в связи с материальным положением ответчика ФИО3 суд не усматривает.

Представленные ФИО3 доказательства: справка о размере ее пенсии, справка о предоставлении мер социальной поддержки по оплате жилого помещения и коммунальных услуг, уведомление о ее снятии с учета в налоговом органе и прекращении деятельности в качестве предпринимателя, налоговое уведомления, счет и квитанция об оплате водоснабжения, счет-фактуры и квитанции об оплате электроэнергии и газа, договор аренды и договор на техническое обслуживание газопроводов, газового и газоиспользующего оборудования с квитанциями достаточными в своей совокупности для вывода о тяжелом имущественном положении ФИО3 не являются, и объективно не свидетельствуют о совокупности ее дохода, об отсутствии у нее иного дохода и имущества, на которое может быть обращено взыскание. 

Напротив, эти доказательства, указывают на наличие у ФИО3 постоянного дохода в виде получаемой ею пенсии в размере 20 493 руб. 63 коп. и в виде получаемой ей арендной платы в размере 27 000 руб. в месяц. 

Более того, в собственности у ФИО3 имеется транспортное средство автомобиль 

<

данные изъяты> с гос.рег.знаком № и недвижимое имущество ( ? доля в праве на жилой дом и ? доля в праве на земельный участок по адресу: 

<

адрес>, ? доля в праве на квартиру по адресу: 

<

адрес>, здание - магазина по адресу: 

<

адрес>, нежилое помещение по адресу: 

<

адрес>) общая стоимость которого значительно превышает определенную судом сумму денежной компенсации морального вреда, при этом на указанный автомобиль расчетной стоимостью 1 100 000 руб. наложен арест в обеспечение иска. 

Доказательств того, что ответчик ФИО3 компенсировала причинный ФИО1 моральный вред в денежном выражении полностью либо в части в деле не содержится.

Обе стороны не отрицали, что компенсация морального вреда в денежном выражении до настоящего времени не произведена, при этом ФИО3 предпринимались действия по заглаживанию вреда, однако ФИО1 от принятия денежных средств в счет частичной компенсации морального вреда во внесудебном порядке отказалась. 

В тоже время сами по себе факты принятия либо отказ от принятия ФИО1 предлагаемой ей ФИО3 выплаты в счет компенсации морального вреда, основаниями для дополнительного снижения размера компенсации морального вреда служить не могут. 

В рассматриваемом случае размер денежной компенсации морального вреда определен судом с учетом установленных в законе вышеуказанных критериев, в том числе исходя из соблюдения баланса интересов сторон. 

Тот факт, что при производстве по делу об административном правонарушении ФИО1 оценивала причиненный ей моральный вред в 150 000 руб., поводом к определению денежной компенсации морального вреда в этом размере не является. 

Как отмечено в п.24 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 факт получения потерпевшим добровольно предоставленной причинителем вреда компенсации как в денежной, так и в иной форме, как и сделанное потерпевшим в рамках уголовного судопроизводства заявление о полной компенсации причиненного ему морального вреда, не исключает возможности взыскания компенсации морального вреда в порядке гражданского судопроизводства. Суд вправе взыскать компенсацию морального вреда в пользу потерпевшего, которому во внесудебном порядке была выплачена (предоставлена в неденежной форме) компенсация, если, исходя из обстоятельств дела, с учетом положений ст.ст. 151, 1101 ГК РФ придет к выводу о том, что компенсация, полученная потерпевшим, не позволяет в полном объеме компенсировать причиненные ему физические или нравственные страдания. 

При таком положении с ответчика ФИО3 в пользу ФИО1 в счет денежной компенсации причиненного ей морального вреда надлежит взыскать денежные средства в в указанном и определенном судом размере, т.е. в размере 200 000 руб., а в удовлетворении оставшейся части исковых требований о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья в результате дорожно-транспортного происшествия, т.е. в большем размере ФИО1 следует отказать. 

Разрешая применительно к положениям ст.ст. 88, 94, 98 ГПК РФ и разъяснениям, содержащимся в Постановлении Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» вопрос о возмещении истцу ФИО1, понесённых ею по настоящему делу судебных расходов, суд, с учетом результатов рассмотрения дела, считает, что в счет возмещения понесенных ФИО1 судебных расходов, т.е. расходов по направлению в адрес ответчика почтовой корреспонденции в виде копии искового заявления и прилагаемых к нему документов, с ФИО3 в пользу ФИО1 надлежит взыскать – почтовые расходы в размере 142 руб. 50 коп., факт понесния и необходимость несения которых подтверждены надлежащими доказательствами - кастовыми чеками от 

<

дата>. 

Иных судебных расходов, понесенных в связи с обращением в суд и рассмотрением настоящего дела ко взысканию - сторонами не заявлено, что не лишает истца ФИО1, выигравшую спор, права обращения в суд с заявлением об их взыскании в порядке ст. 103.1 ГПК РФ. 

Вместе с тем, поскольку ФИО1 в силу положений пп.3 ч.1 ст. 333.36 НК РФ освобождена от уплаты госпошлины за требования о компенсации морального вреда в связи с повреждением здоровья, то с ответчика ФИО3, не освобожденной от уплаты госпошлины, по основаниям ст. 103 ГПК РФ и п.п. 8 ч.1 ст. 333.20 НК РФ, с учетом положений о размерах госпошлины, установленных в п.3 ч.1 ст. 333.19 НК РФ наряду со взысканием вышеуказанной денежной компенсации морального вреда и судебными расходами надлежит взыскать госпошлину в доход бюджета муниципального образования – Шиловское городское поселение Шиловского муниципального района Рязанской области в размере 300 руб. (абз.10 п.2 ст. 61.1 Бюджетного кодекса Российской Федерации, п.5 Постановлении Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1). 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО3 о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья в результате дорожно-транспортного происшествия - удовлетворить частично. 

Взыскать с ФИО3 (ИНН №) в пользу ФИО1 (ИНН №) в счет денежной компенсации, причиненного ей морального вреда, денежные средства в размере 200 000 руб., а в счет возмещения понесенных судебных расходов – почтовые расходы в размере 142 руб. 50 коп., а всего взыскать денежные средства в размере 200 142 (двести тысяч сто сорок два) руб. 50 коп. 

В удовлетворении оставшейся части исковых требований о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья в результате дорожно-транспортного происшествия, т.е. в большем размере ФИО1 отказать. 

Взыскать с ФИО3 (ИНН №) в доход бюджета муниципального образования – Шиловское городское поселение Шиловского муниципального района Рязанской области государственную пошлину в размере 300 (триста) руб. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Рязанский областной суд через Шиловский районный суд Рязанской области путем подачи апелляционной жалобы в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья: Т.Н. Махова

Настоящее решение в окончательной мотивированной форме изготовлено 19 июля 2024 года.