Дело № 2-1366/2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

04 июля 2017 года город Иваново

Ленинский районный суд г.Иваново в составе 

председательствующего судьи Крючковой Ю.А.,

при секретаре Тутуевой Е.С.,

с участием в судебном заседании:

представителя истца и третьего лица ФИО1 – ФИО2, ответчика ФИО3, представителя ответчиков – Одинцовой А.М., третьего лица ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда по адресу: 

<

...>, гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО5, ФИО3 о признании недействительными договора дарения доли в праве общей долевой собственности на квартиру, регистрационной записи о переходе права и применении последствий недействительности ничтожной сделки, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 обратился в суд с иском к ФИО5 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности ничтожной сделки.

В ходе судебного разбирательства к участию в деле в качестве соответчика была привлечена ФИО3

С учётом произведённого в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) изменения первоначально заявленных исковых требований, на основании статей 166, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) истец просил суд признать недействительными договор дарения 1/2 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 49,9 кв.м, с кадастровым номером №, заключённый между ФИО5 и ФИО3, регистрационную запись о переходе права от ДД.ММ.ГГГГ. №, и применить последствия недействительности ничтожной сделки, а именно привести стороны по данной сделке в первоначальное положение, существовавшее до заключения между ними договора дарения: признать ФИО3 не приобретшей право собственности на долю 1/2 (ранее принадлежавшую ФИО5) в праве общей долевой собственности на указанную квартиру, прекратить право собственности ФИО3 на данную долю и признать ФИО5 собственником 1/2 доли в праве общей долевой собственности на указанную квартиру. 

Заявленные требования истец мотивировал тем, что, как он полагает, вышеуказанную сделку его отец – ФИО5 совершил в целях уклонения от выплаты алиментов, которые он обязан был выплачивать на содержание истца в пользу бывшей супруги – ФИО1 в соответствии с решением мирового судьи судебного участка № 2 Ленинского района г.Иваново от 05.06.2009г. в размере 1/4 части от всех видов заработка и иных доходов ежемесячно, начиная с ДД.ММ.ГГГГ. до достижения истцом совершеннолетия. ДД.ММ.ГГГГ. в отношении ФИО5 было возбуждено исполнительное производство № по взысканию алиментов, однако ответчик неоднократно на протяжении длительного периода времени уклонялся от своей обязанности по уплате алиментов, за что был привлечён к административной ответственности по части 1 статьи 5.35.1КоАП РФ на основании постановления по делу об административном правонарушении № от ДД.ММ.ГГГГ. На момент вынесения судом данного постановления сумма задолженности ФИО5 по алиментам составляла 319959,63 рублей. 24.11.2016г. исполнительное производство было окончено судебным приставом-исполнителем в связи с достижением истцом совершеннолетия, при этом судебный пристав-исполнитель вынесла постановление о расчёте задолженности по алиментам по состоянию на дату окончания производства. ДД.ММ.ГГГГ. исполнительный документ в отношении ФИО5 вновь был предъявлен к принудительному исполнению с постановлением о расчёте задолженности по алиментам. Однако до настоящего времени задолженность по алиментам ответчиком не выплачена. До совершения оспариваемой сделки спорная квартира являлась единственным объектом недвижимости, принадлежащим ответчику ФИО5 на праве собственности. Иное имущество, стоимость которого была бы достаточной для погашения задолженности по алиментам, у него отсутствует. ФИО5 на протяжении длительного периода времени находился без работы, долгое время выпивал. Вышеизложенные обстоятельства, по мнению истца, дают явные основания полагать, что сделка по отчуждению доли в праве собственности на квартирубыла совершена его отцом с целью уклонения от уплаты алиментов на его содержание и сокрытия имущества от обращения на него взыскания и является мнимой, так как договор дарения был заключён лишь для вида без цели создать правовые последствия, которые влечёт дарение. На момент заключения договора дарения ответчик не выражал волю на передачу права собственности на долю квартиры безвозмездно, поскольку длительное время продолжал и продолжает проживать в квартире совместно со своей сестрой ФИО3 и пользоваться подаренным им имуществом как своим собственным. Истец имеет охраняемый законом интерес в признании совершённой ответчиками сделки ничтожной и применении последствий её недействительности, так как задолженность по алиментам ФИО5 не погашена, а судебный пристав-исполнитель вправе был бы наложить арест и обратить взыскание на принадлежащую ему долю в праве на недвижимое имущество. О совершении ответчиком договора дарения истцу стало известно только ДД.ММ.ГГГГ., когда его представителем была получена выписка из ЕГРН о переходе прав на недвижимое имущество. До этого самостоятельно сведения из ЕГРН истец не заказывал, так как в декабре 2016 года судебным приставом-исполнителем из Росреестра были получены сведения о правах ФИО5 на недвижимое имущество – квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>. О том, что данные сведения являются ошибочными, истец узнал уже в 2017 году от судебного пристава-исполнителя, в связи с чем решил самостоятельно получить необходимые сведения из Росреестра.

О времени и месте рассмотрения дела лица, участвующие в деле, были извещены надлежащим образом.

Истец в судебное заседание не явился, уполномочил на участие в нём представителя, действующего от его имени на основании доверенности, – ФИО2, которая поддержала заявленные требования в полном объёме по изложенным в иске основаниям. Кроме того, пояснила, что, по мнению истца, поскольку на момент вынесения судом решения о взыскании алиментов у ФИО5 была нестабильная ситуация с работой, он знал, что не будет выплачивать алименты, и понимал, что взыскание будет обращено на принадлежащее ему имущество, в связи с чем подарил долю своей сестре – ФИО3 с целью сокрытия имущества от судебных приставов-исполнителей и невыплаты задолженности по алиментам. Иного мотива для дарения у него не было. Тем самым, ответчик допустил злоупотребление своими правами.

Ответчик ФИО5 в суд также не явился, доверив представлять свои интересы в судебном заседании адвокату Одинцовой А.М. 

В судебном заседании ответчик ФИО3 и представитель ответчиков Одинцова А.М., действующая на основании доверенностей, против заявленных истцом требований возражали и просили в их удовлетворении истцу отказать, представили письменные возражения на иск (в том числе, представитель представила письменные возражения от имени ответчика ФИО5), в которых сослались на то, что договор дарения был совершён ответчиками в полномсоответствии с требованиями действующего законодательства и был исполнен ими, после заключения договора дарения наступили те правовые последствия, на которые его стороны рассчитывали при заключении договора. В связи с этим приведённые истцом доводы о мнимости оспариваемой сделки, целях и мотивах её совершения, о злоупотреблении ответчиком своими правами полагали несостоятельными, надуманными и не доказанными истцом. Также полагали, что истец не обладает субъективным правом на обращение с данным иском в суд. Кроме того, ответчик и представитель ответчиков заявили о пропуске истцом срока исковой давности по заявленным им требованиям, полагая, что в данном случае срок исковой давности подлежит исчислению с момента, когда о совершении договора дарения между ответчиками и начале исполнения данной сделки стало известно законному представителю истца, являвшегося на момент совершения сделки несовершеннолетним, а именно его матери – ФИО1, которой о дарении 1/2 доли квартиры было известноещё в 2009 году, кроме того, об отсутствии права собственности на данную квартиру у ответчика ФИО5 матери истца должно было стать известно в ходе исполнительного производства из уведомления от 10.02.2014г., полученного от Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ивановской области судебным приставом-исполнителем, к которому она регулярно обращалась в рамках исполнительного производства с заявлениями, ходатайствами.

В судебном заседании ФИО1, привлечённая к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предметаспора, и её представитель ФИО2 полностью поддержали требования, заявленные истцом. Третье лицо также полагала, что ответчик ФИО5 заблаговременно решил подарить долю в квартире своей сестре с целью сокрытия имущества от судебных приставов в дальнейшем в случае взыскания задолженности по алиментам. Кроме того, участвуя в предварительном судебном заседании, третье лицо пояснила, что о совершённой ответчиками сделке ей стало известно только в феврале-марте 2017 года от судебного пристава-исполнителя, которая сначала прислала ей постановление о запрете совершения регистрационных действий со спорной квартирой, а через неделю позвонила и сообщила, что ошиблась, так как у ФИО5 нет этой собственности. Ранее в ходе исполнительного производства, не зная о том, что ответчик подарил долю своей сестре, она (ФИО1) неоднократно обращалась к судебным приставам-исполнителям с требованием об аресте имущества должника и обращении взыскания задолженности по алиментам на его долю в праве собственности на квартиру.

Представители привлечённых к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, - УФССП России по Ивановской области и Управления Росреестра по Ивановской области, в судебное заседание не явились, представили письменные ходатайство (УФССП) и отзыв (Управление Росреестра), которыми просили рассмотреть дело без их участия, принятие решения по заявленным требованиям оставили на усмотрение суда.

С учётом мнения явившихся в судебное заседание участников процесса, в соответствии со статьёй 167 ГПК РФ дело рассмотрено судом в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле. 

Заслушав объяснения участников процесса, допросив заявленных сторонами свидетелей: со стороны истца – ФИО6, ФИО7, ФИО8, со стороны ответчиков – ФИО9, ФИО10, ФИО11, исследовав представленные в материалы дела письменные доказательства, суд приходит к выводу о необходимости отказа истцу в удовлетворении заявленного иска по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ между ответчиками был заключён договор дарения, на основании которого даритель ФИО5 подарил, а одаряемая ФИО3 приняла в дар принадлежавшую ФИО5 на праве собственности 1/2 долю в праве общей долевой собственности на квартиру, находящуюся по адресу: 

<

адрес>. 

ДД.ММ.ГГГГ Управлением Росреестра по Ивановской области была произведена государственная регистрация данного договора дарения (запись регистрации №) и перехода права собственности на долю от ФИО5 к ФИО3(запись регистрации №).

Судом установлено, что ФИО5 и ФИО3 являются родными братом и сестрой.

На момент совершения вышеуказанного договора дарения ФИО3 принадлежала 1/2 доля в праве на эту же квартиру.

Право общей долевой собственности на данную квартиру ФИО5 и ФИО3 приобрели в порядке наследования после смерти родителей.

После совершения сделки дарения ФИО3 стала собственником квартиры в целом, что подтверждается сведениями Единого государственного реестра недвижимости. Кроме того, по данным ЕГРН, принадлежащая ей квартира с ДД.ММ.ГГГГ. имеет кадастровый №.

Кроме того, в судебном заседании установлено, что решением мирового судьи судебного участка № 2 Ленинского района г.Иваново, вынесенным 05.06.2009г. по делу № 2-468/2009 по результатам рассмотрения искового заявления ФИО1 к ФИО5 о расторжении брака и взыскании алиментов, с ФИО5 в пользу ФИО1 были взысканы алименты на содержание их общего несовершеннолетнего ребёнка – ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в размере 1/4 части со всех видов его заработка и иного дохода ежемесячно, начиная взыскание с ДД.ММ.ГГГГ и до совершеннолетия ребёнка. 

Данное решение вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ., в связи с чем ДД.ММ.ГГГГ. мировым судьёй взыскателю ФИО1 был выдан исполнительный лист на взыскание алиментов, присуждённых с ФИО5, который ДД.ММ.ГГГГ. был предъявлен ею к принудительному исполнению.

ДД.ММ.ГГГГ. судебным приставом-исполнителем Ленинского РОСП УФССП России по Ивановской области было возбуждено исполнительное производство по взысканию с ФИО5 в пользу ФИО1 алиментов на содержание несовершеннолетнего ФИО4 в размере, присуждённом мировым судьёй.

ДД.ММ.ГГГГ. данное исполнительное производство было окончено судебным приставом-исполнителем ОСП по ВАП по г.Иваново УФССП России по Ивановской области в связи с отзывом исполнительного документа взыскателем. При этом в судебном заседании установлено, что на момент окончания исполнительного производства у должника ФИО5 имелась задолженность по алиментам в размере 327506,93 рублей.

ДД.ММ.ГГГГ. судебным приставом-исполнителем Ленинского РОСП УФССП России по Ивановской области на основании вышеуказанного исполнительного документа в отношении ФИО5 вновь возбуждено исполнительное производство по взысканию в пользу ФИО1 задолженности по алиментам в указанном размере.

ДД.ММ.ГГГГ. ФИО4 обратился в суд с настоящим иском, которым, ссылаясь на достижение им ДД.ММ.ГГГГ. совершеннолетия, на то, что ДД.ММ.ГГГГ. ему стало известно о совершении ответчиками ДД.ММ.ГГГГ. сделки дарения доли в квартире, которую он считает мнимой ничтожной сделкой, указывая о своей заинтересованности в применении последствий недействительности данной сделки в целях возврата в собственность должника ФИО5 недвижимого имущества для обращения на него взыскания в рамках исполнительного производства по взысканию задолженности по алиментам, которая до настоящего времени ответчиком не погашена, просит признать сделку ничтожной и применить последствия недействительности ничтожной сделки.

В соответствии со статьёй 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трёх или более сторон (многосторонняя сделка) (пункт 3статьи 154 ГК РФ).

В соответствии со статьёй 166 ГК РФ (в редакции, действовавшей на дату заключения ответчиками договора дарения) сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. 

Согласно статье 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах – если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно разъяснениям, данным в пунктах 78, 84, 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий её недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путём применения последствий недействительности ничтожной сделки. В исковом заявлении такого лица должно быть указано право (законный интерес), защита которого будет обеспечена в результате возврата каждой из сторон всего полученного по сделке. Согласно абзацу второму пункта 3 статьи 166 ГК РФ допустимо предъявление исков о признании недействительной ничтожной сделки без заявления требования о применении последствий её недействительности, если истец имеет законный интерес в признании такой сделки недействительной. В случае удовлетворения иска в решении суда о признании сделки недействительной должно быть указано, что сделка является ничтожной. Мнимая сделка, то есть сделка, совершённая лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида её формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Из буквального толкования приведённых выше норм ГК РФ, с учётом разъяснений, данных вышестоящей судебной инстанцией, следует, что при мнимой сделке волеизъявление сторон, изложенное в договоре, не соответствует их подлинной воле сторон, которая не направлена возникновение, изменение или прекращение соответствующих гражданских прав и обязанностей, при мнимой сделке, несмотря на то, что она облекается в форму, предусмотренную законом, в том числе, и в части оформления её исполнения, правовые последствия, предусмотренные для данного вида сделок, фактически не наступают, так как воля сторон на их наступление не направлена, мнимую сделку стороны совершают лишь для вида в целях создания ложного представления о её заключении у третьих лиц, тогда как в действительности намерений на изменение соответствующих правоотношений стороны не имеют. 

Определение правовых последствий, которые должны наступить при совершении сделки, зависит от её правовой природы. 

В силу пункта 1 статьи 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В соответствии с положениями статей 160, 164, 131, пункта 3 статьи 574 ГК РФ (в редакции, действовавшей на дату совершения оспариваемой сделки) договор дарения недвижимого имущества должен был быть заключён в письменной форме путём составления одного документа, подписанного сторонами, и подлежал государственной регистрации, помимо этого, государственной регистрации подлежал переход права собственности от дарителя к одаряемому на переданный ему и принятый им в дар объект недвижимости.

По смыслу приведённых норм ГК РФ, применительно к недвижимому имуществу договор дарения представляет собой сделку, по которой даритель безвозмездно передаёт или обязуется передать одаряемому в собственность объект недвижимости, то есть при данной сделке происходит безвозмездное отчуждение собственником принадлежащего ему недвижимого имущества одаряемому, а воля и действия сторон направлены на переход права собственности на подаренное имущество от дарителя к одаряемому. Соответственно, дарение является двусторонней сделкой, для заключения которой необходимы воля и согласие обеих сторон договора: дарителя – на передачу дара и одаряемого – на его принятие. 

Исходя из изложенного, мнимая сделка дарения характеризуется наличием порока воли обеих сторон, при этом порок воли дарителя заключается в том, что он не имеет намерений на отчуждение принадлежащего ему имущества другому лицу и прекращение своего права собственности на него, а одаряемый соответственно не намерен принимать имущество, составляющее предмет дара, в свою собственность и приобрести права на него, то есть фактически стороны такой сделки остаются в том же положении, в каком они находились до совершения сделки, хотя формально все условия совершения сделки, в том числе, и требования, предъявляемые к её оформлению, ими соблюдены для создания у третьих лиц ложного представления об изменении правоотношений.

Следовательно, утверждая о мнимости сделки, в силу положений статьи 56 ГПК РФ именно истец должен доказать, что сделка была совершена её сторонами с пороком воли и является ничтожной. Кроме того, в предмет доказывания по соответствующему иску входит доказывание истцом своей заинтересованности в признании сделки ничтожной и применении последствий её недействительности.

Вопреки доводам, приведённым ответчиками, суд считает, что истец, несмотря на то, что не являлся стороной сделки дарения, является заинтересованным в её оспаривании лицом. Наличие у истца законного интереса в признании сделки ничтожной и применении последствий её недействительности в виде возврата спорной доли в собственность ответчика ФИО5 связано с наличием возбуждённого в отношении ответчика исполнительного производства по взысканию значительной суммы задолженности по алиментам, которые он должен был уплачивать на содержание своего несовершеннолетнего ребёнка – истца, и которая им не погашена до настоящего времени.

Частью 2 статьи 60 Семейного кодекса Российской Федерации установлено, что суммы, причитающиеся ребенку в качестве алиментов, пенсий, пособий, поступают в распоряжение родителей (лиц, их заменяющих) и расходуются ими на содержание, воспитание и образование ребенка.

По смыслу данной статьи закона, за ребёнком, которому причитаются алименты, признаётся право собственности на эти суммы, а родители, либо лица их заменяющие, являются лишь распорядителями таких денежных средств, поскольку несовершеннолетний не является полностью дееспособным и не может в полном объёме самостоятельно осуществлять защиту своих прав. Выплачиваемые родителю алименты на содержание ребёнка имеют целевое назначение и предназначены для реализации прав ребенка, а не прав их родителей. В связи с этим, если право ребёнка на получение алиментов в полном объёме не реализовано до наступления его совершеннолетия, то именно ребёнок обладает субъективным правом на получение сумм задолженности по указанным платежам, и только он может реализовать такое право, поскольку с момента достижения совершеннолетия ребёнок приобретает дееспособность, а право родителя представлять интересы несовершеннолетнего прекращается.

Поскольку задолженность по алиментам ФИО5 не погашена, а в настоящее время ФИО4 достиг совершеннолетия, он вправе требовать обращения взыскания на имущество, принадлежащее должнику, в целях его реализации и получения денежных средств для погашения задолженности по алиментам. Следовательно, истец вправе оспаривать сделки должника, направленные на отчуждение принадлежащего ему имущества.

Однако суд соглашается с доводами, приведёнными ответчиками и их представителем, о том, что в рассматриваемом случае истцом не представлено доказательств в обоснование заявленных исковых требований. 

Напротив, из совокупности представленных по делу доказательств следует, что ДД.ММ.ГГГГ. между ответчиками была совершена сделка дарения, в соответствии с которой ФИО5 подарил, а ФИО3 приняла в дар 1/2 долю в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>. 

Данная сделка была совершена её сторонами в полном соответствии с требованиями законодательства, действовавшего на момент её совершения, что следует из договора дарения, в установленном законом порядке Управлением Росреестра по Ивановской области произведена государственная регистрация как самого договора дарения, так и перехода права собственности на долю от дарителя к одаряемой, что подтверждается выписками из ЕГРН.

С ДД.ММ.ГГГГ., то есть фактически на момент рассмотрения дела уже восемь лет, ФИО3 является полноправным собственником указанного объекта и несёт бремя его содержания, что подтверждается представленными ею квитанциями об оплате жилищно-коммунальных услуг, показаниями допрошенных по ходатайству представителя ответчиков свидетелей.

Из пояснений, данных ответчиком ФИО3 и представителем ответчиков в судебном заседании, показаний свидетелей со стороны ответчиков, оснований не доверять которым у суда не имеется, следует, что ФИО5 осознанно подарил долю в праве общей долевой собственности на квартиру своей сестре ФИО3, поскольку, приобретя права на данный объект недвижимости в порядке наследования после смерти родителей, ввиду финансовых трудностей и по состоянию здоровья не мог в полном объёме и в полной мере осуществлять полномочия собственника в отношении данного объекта и нести бремя его содержания, а также из благодарности сестре, фактически полностью взявшей на себя расходы по его лечению и реабилитации. В свою очередь, ФИО3, являвшаяся сособственником квартиры в размере 1/2 доли, была заинтересована в приобретении прав на данную квартиру в целом.

Изложенные обстоятельства свидетельствуют о том, что у ответчиков имелась воля, направленная на совершение сделки дарения, а совершённая ими сделка не являлась мнимой. При этом, ФИО5, являясь собственником доли, распорядился ею по своему усмотрению и подарил долю своему близкому родственнику – свой сестре, тем самым, реализовал свои права как собственника недвижимости, предоставленные ему пунктом 2 статьи 209 ГК РФ. В свою очередь, исходя из нормы, закреплённой в пункте 2 статьи 1 ГК РФ, согласно которой граждане (физические лица) приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе, и они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора, ФИО3 приняла от дарителя в дар долю в квартире, в которой у неё уже имелась доля в праве собственности.

С учётом изложенного, каких-либо сомнений в наличии у ответчиков необходимой и действительной воли на совершение сделки дарения не имеется, доказательств совершения ими данной сделки с пороком воли истцом суду не представлено. 

Доводы истца, третьего лица ФИО1 и их представителя о том, что целью дарения являлось намерение ответчика ФИО5 вывести имущество из-под возможного обращения на него взыскания в рамках исполнительного производства по взысканию алиментов, поскольку ответчик изначально не намеревался выплачивать алименты и заранее готовился ко взысканию задолженности, суд находит несостоятельными, поскольку допустимых и достоверных доказательств в их подтверждение суду не представлено, данные доводы являются надуманными и фактически являются лишь предположением истца и третьего лица с его стороны. 

Ссылки в обоснование данных доводов на показания свидетелей, допрошенных по инициативе истца, не могут быть приняты судом во внимание, поскольку соответствующих показаний в ходе допроса свидетели не давали.

Из обстоятельств дела и представленных в материалы дела копий материалов исполнительного производства следует, что сделка дарения была совершена ещё до возбуждения в отношении ФИО5 исполнительного производства по взысканию алиментов и образования у него задолженности по ним перед взыскателем ФИО1 Доказательств того, что к такому развитию событий он готовился заранее, истцом и третьим лицом с его стороны суду не представлено. 

Также истцом не представлено допустимых доказательств того, что до настоящего времени ФИО5 проживает и пользуется спорной долей в квартире на 

<

адрес>, данные доводы истца опровергаются текстом поданного им же искового заявления, а также приложенными к нему копиями заявления взыскателя ФИО1 о принятии исполнительного документа к принудительному исполнению от ДД.ММ.ГГГГ., постановления от ДД.ММ.ГГГГ. о возбуждении исполнительного производства в отношении ФИО5, постановления по делу об административном правонарушении в отношении него от ДД.ММ.ГГГГ., и приобщёнными к материалам дела в ходе судебного разбирательства копиями исполнительного листа, выданного мировым судьёй ДД.ММ.ГГГГ., постановления от ДД.ММ.ГГГГ. о возбуждении исполнительного производства, объяснения, полученного у должника ДД.ММ.ГГГГ. судебным приставом-исполнителем, постановления от ДД.ММ.ГГГГ. об окончании исполнительного производства, справкой о регистрации, выданной МКУ МФЦ в г.Иванове, согласно которым местом жительства ответчика, начиная ещё с 2009 года и уже на момент совершения оспариваемой сделки, является адрес его проживания на 

<

адрес>. Данное обстоятельство подтверждено и показаниями свидетелей со стороны ответчиков, которые полностью согласуются с вышеприведёнными письменными доказательствами. В свою очередь показания свидетелей, представленных истцом, о проживании ФИО5 после совершения сделки в квартире у сестры ФИО3, суд находит недостоверными, поскольку они опровергаются вышеприведёнными письменными доказательствами, в том числе, представленными самим истцом, и показаниями свидетелей, допрошенных по ходатайству ответчиков, оснований не доверять которым не установлено. 

Кроме того, несмотря на то, что сделка дарения являлась двусторонней, ни в исковом заявлении, ни в пояснениях, данных в суде, истец, третье лицо ФИО1 и их представитель не указали, в чём заключался порок воли при совершении сделки со стороны ответчика ФИО3, все доводы, приведённые в обоснование заявленного иска, касаются лишь доводов о мнимости намерений ответчика ФИО5

Таким образом, совокупностью представленных по делу доказательств, подтверждён факт совершения и исполнения ответчиками сделки дарения доли в квартире, заключённой 19.06.2009г. Сделка совершена ими в полном соответствии с требованиями действующего законодательства, в отсутствие каких-либо запретов и ограничений на совершение сделок в отношении спорного недвижимого имущества, сделка исполнена ответчиками, переход права собственности на долю в квартире от ФИО5 к ФИО3 произошёл, а государственная регистрация перехода права произведена органом по регистрации прав в полном соответствии с требованиями гражданского законодательства.

При изложенных обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что заявленные требования истцом не доказаны, а приведённые им доводы и доказательства, фактически основанные лишь на предположениях, не подтверждают требования истца, что является основанием для отказа в удовлетворении заявленного иска.

Кроме того, самостоятельным основанием для отказа в иске является пропуск истцом срока исковой давности, о чём заявлено ответчиками.

В соответствии со статьёй 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки (пункт 1 статьи 181 ГК РФ в редакции, действовавшей до 01.09.2013г.).

С учётом изменений, внесённых в статью 181 ГК РФ Федеральным законом от 07.05.2013г. № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации», на момент подачи иска пункт 1 статьи 181 ГК РФ гласит, что срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Исходя из разъяснений, данных в пункте 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», положения ГК РФ о сроках исковой давности и правилах их исчисления в редакции Федерального закона от 7 мая 2013 года № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» применяются к требованиям, возникшим после вступления в силу указанного закона, а также к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 1 сентября 2013 года (пункт 9 статьи 3 Закона № 100-ФЗ).

В соответствии с пунктами 1, 2, 12 вышеуказанного Постановления Пленума ВС РФ, если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ). В случае нарушения прав физических лиц, не обладающих полной гражданской или гражданской процессуальной дееспособностью (например, малолетних детей, недееспособных граждан), срок исковой давности по требованию, связанному с таким нарушением, начинается со дня, когда об обстоятельствах, указанных в пункте 1 статьи 200 ГК РФ, узнал или должен был узнать любой из их законных представителей, в том числе орган опеки и попечительства. В исключительных случаях, когда пропуск срока исковой давности имел место, например, ввиду явно ненадлежащего исполнения законными представителями таких лиц возложенных на них законодательством полномочий, пропущенный срок исковой давности может быть восстановлен по заявлению представляемого или другого уполномоченного лица в его интересах (статья 205 ГК РФ). Если нарушение прав названных лиц совершено их законным представителем, срок исковой давности по требованиям к последнему, в том числе о взыскании убытков, исчисляется либо с момента, когда о таком нарушении узнал или должен был узнать иной законный представитель, действующий добросовестно, либо с момента, когда представляемому стало известно либо должно было стать известно о нарушении его прав и он стал способен осуществлять защиту нарушенного права в суде, то есть с момента возникновения или восстановления полной гражданской или гражданской процессуальной дееспособности (статья 21 ГК РФ, статья 37 ГПК РФ). Бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о перерыве, приостановлении течения срока исковой давности, возлагается на лицо, предъявившее иск. В соответствии со статьёй 205 ГК РФ в исключительных случаях суд может признать уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца – физического лица, если последним заявлено такое ходатайство и им представлены необходимые доказательства.

В рассматриваемом случае на момент совершения ответчиками сделки истец являлся малолетним, в связи с чем его права и законные интересы, в том числе, в исполнительном производстве по взысканию алиментов на его содержание с ФИО5, представляла его законный представитель – мама ФИО1 

В связи с этим, суд соглашается с доводами представителя ответчиков о необходимости решения вопроса о соблюдении истцом срока исковой давности с учётом разъяснений, данных в вышеуказанном Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации, исходя из момента, когда о совершении сделки должно было стать известно законному представителю истца – ФИО1

Целью искового заявления является возврат в собственность ФИО5 спорной доли в квартире для обращения на неё взыскания в счёт имеющейся у него задолженности по алиментам. 

Из материалов дела следует, что первичный расчёт задолженности по алиментам был произведён постановлением судебного пристава-исполнителя от ДД.ММ.ГГГГ., следовательно, уже на данном этапе должна была начаться проверка имущественного положения должника.

В судебном заседании установлено и следует, в том числе, из пояснений представителя истца и третьего лица ФИО1, что она как взыскатель активно участвовала в исполнительном производстве.

Следовательно, уже по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ. законный представитель истца – ФИО1 имела право требовать проведения проверки имущественного положения должника в целях выявления принадлежащего ему имущества, в том числе, объектов недвижимости. 

При этом, учитывая, что ФИО5 и ФИО1 ранее состояли в браке, права на спорную долю в квартире были приобретены ФИО5 в 2005 году в период брака с матерью истца, уже по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ. она была вправе, полагая, что в собственности у должника имеется спорная доля, требовать обращения взыскания на данное имущество, однако таких требований не заявляла. Суд соглашается с доводами ответчиков и их представителя о том, что причиной непредъявления ФИО1 таких требований послужило то, что ей было известно об отчуждении ответчиком спорной доли и что о совершении данной сделки она должна была узнать ещё в 2009 году. 

Данные доводы подтверждены показаниями свидетелей, допрошенных в судебном заседании по ходатайству представителя ответчиков, из которых следует, что сведения о совершённой ими сделке ответчики не скрывали и озвучивали их ещё в 2009 году, в том числе, в присутствии третьего лица, общение с которой имелось, с учётом наличия между ними близких отношений и общего несовершеннолетнего ребёнка у ФИО19. Кроме того, сведения о том, что ещё в 2009 году им стало известно о совершённой ответчиками сделке дарения, сообщили в своих показаниях и свидетели Свидетель №5 и Свидетель №1, допрошенные по ходатайству представителя истца. Учитывая, что из показаний данных свидетелей и пояснений третьего лица ФИО1 следует, что между ними происходило общение, в том числе, и в 2009 году, показания данных свидетелей также подтверждают, что о сделке третье лицо должна была узнать в 2009 году.

Подтверждением того, что ФИО1 достоверно знала об отчуждении ФИО5 своей доли в праве на квартиру, служит и приложенная к исковому заявлению копия ходатайства, поданного судебному приставу-исполнителю ДД.ММ.ГГГГ. представителем взыскателя ФИО2 по доверенности, в котором представитель указывала, что, по предположению взыскателя, у должника может находиться в собственности три объекта недвижимого имущества на 

<

адрес> по перечисленным в ходатайстве адресам, в связи с чем просила провести проверку принадлежности должнику данных объектов. При этом требований о проверке принадлежности должнику доли в квартире на 

<

адрес> и обращении взыскания на неё взыскатель не заявляла.

Кроме того, уведомлением от ДД.ММ.ГГГГ., данным государственным регистратором на запрос судебного пристава-исполнителя в рамках исполнительного производства, о котором должно было стать известно взыскателю ФИО1, было сообщено об отсутствии в ЕГРП сведений о зарегистрированных правах ФИО5 на объекты недвижимого имущества.

Совокупность указанных обстоятельств позволяет суду полагать, что о совершении оспариваемой в настоящее время сделки ФИО1 должно было стать известно в период с момента совершения сделки – ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ 

Доводы, изложенные в исковом заявлении и в объяснениях, данных третьим лицом в ходе судебного заседания, о том, что об отсутствии в собственности у ФИО5 спорной доли взыскателю стало известно только в феврале-марте 2017 года от судебного пристава-исполнителя ФИО12, не могут быть приняты судом во внимание, поскольку ошибочное вынесение судебным приставом-исполнителем постановления от ДД.ММ.ГГГГ. о запрете на совершение регистрационных действий в связи с неправильным толкованием сведений, предоставленных государственным регистратором, и последовавшая в связи с этим проверка истцом достоверности сведений о наличии у должника в собственности спорной доли, не влияет на течение срока исковой давности для защиты прав взыскателя. 

С учётом изложенного, суд приходит к выводу о том, что исковое заявление, предъявленное истцом ДД.ММ.ГГГГ., подано им с пропуском срока исковой давности, установленного пунктом 1 статьи 181 ГК РФ. 

Доказательств уважительности причин пропуска срока, истцом суду не представлено, заявление о восстановлении пропущенного срока исковой давности на рассмотрение суду не подавалось. 

При таких обстоятельствах, пропуск истцом срока исковой давности при обращении с рассматриваемым иском в суд, о котором заявлено ответчиками до вынесения решения по делу, в соответствии с пунктом 2 статьи 199 ГК РФ является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований истца.

Таким образом, в иске истцу следует отказать в полном объёме.

В связи с отказом в удовлетворении иска, понесённые истцом судебные расходы возмещению ему ответчиками в порядке статьи 98 ГПК РФ не подлежат и остаются за ним самим. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ :

В удовлетворении исковых требований к ФИО5, ФИО3 о признании недействительными договора дарения 1/2 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 49,9 кв.м, с кадастровым номером №, регистрационной записи о переходе права от ДД.ММ.ГГГГ. №, и применении последствий недействительности ничтожной сделки, ФИО4 отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ивановский областной суд через Ленинский районный суд г.Иваново в течение месяца со дня изготовления в окончательной форме.

Председательствующий Ю.А.Крючкова

Решение в окончательной форме изготовлено 10.07.2017г.