дело № 2- 9-2018

ПРИГОВОР

именем Российской Федерации 

23 мая 2018 года 

<

***>

<

***>вой суд в составе

председательствующего судьи Лобынцева И.А.

при секретаре Очировой Д.Д.

с участием государственного обвинителя, прокурора 

отдела 

<

***>вой прокуратуры ФИО1

потерпевшего П.1

подсудимых ФИО2, ФИО3, ФИО4

адвокатов подсудимых ФИО5, ФИО6,

ФИО7,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении:

ФИО2, 

<

данные изъяты>, судимого:

- 11 июня 2013 года Чернышевским районным судом Забайкальского края, с учетом изменений, внесенных апелляционным определением Забайкальского краевого суда от 20.08.2013г. по ч.2 ст.228 УК РФ к 3 годам л/свободы, ст.73 УК РФ с испытательным сроком 3 года. Постановлением Чернышевского районного суда Забайкальского края от 20.11.2014г. условное осуждение отменено, направлен для отбытия наказания в виде 3 лет л/свободы в исправительную колонию общего режима. Освободился 2 июня 2017 года на основании постановления Ингодинского районного суда г. Читы от 22.05.2017г. условно-досрочно на 5 мес.28 дней,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «ж» ч.2 ст.105 УК РФ,

ФИО3, 

<

данные изъяты>, не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «ж» ч.2 ст.105 УК РФ,

ФИО4, 

<

данные изъяты>, судимого:

- 10 ноября 2016 года мировым судьёй судебного участка № 18 Чернышевского района Забайкальского края по ст. 264.1 УК РФ к 200 часам обязательных работ с лишением права управления транспортными средствами на 1 год 6 мес. Постановлением мирового судьи судебного участка №18 Чернышевского района Забайкальского края от 21 февраля 2017 года обязательные работы заменены на 25 дней лишения свободы. Освободился 18 марта 2017 года по отбытию срока наказания;

- 22 февраля 2017 года мировым судьёй судебного участка №17 Чернышевского района Забайкальского края по ч.1 ст.158 УК РФ к 1 г. л/свободы, ст. 73 УК РФ условно, с испытательным сроком 6 мес. Постановлением Чернышевского районного суда Забайкальского края от 12 июля 2017 года испытательный срок продлен на 2 мес.;

- 29 сентября 2017 года Чернышевским районным судом Забайкальского края по п. «а,б,в» ч.2 ст.158 УК РФ к 2 годам л/свободы, ч.4 ст.74, ст.70 УК РФ, по совокупности с приговором от 22.02.2017г. к 2годам 3мес. л/свободы в исправительной колонии общего режима, с исчислением срока наказания 29 сентября 2017 года,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч.2 ст.115, п. «ж» ч.2 ст.105 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

Подсудимые ФИО2, ФИО3, ФИО4, действуя группой лиц, совершили убийство, то есть умышленное причинение смерти П.2 ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Кроме того, подсудимый ФИО4, с применением предмета, используемого в качестве оружия, умышленно причинил легкий вред здоровью П.1.

Преступления совершены в 

<

***> края при следующих обстоятельствах: 

27 сентября 2017 года, в период с 13 до 17 часов, ФИО4, ФИО2, ФИО3, в ходе распития спиртного, по предложению ФИО4, испытывавшего личные неприязненные отношения к А.Т. и с целью выяснения с ним отношений, проследовали по месту жительства А.Т., в дачный домик, расположенный в 20 метрах севернее дома № 98 по ул. 

<

***> в 

<

***>. Не обнаружив А.Т. по месту проживания, ФИО4, ФИО2, ФИО3, предложили находившимся в дачном домике братьям П.П.1,2С1, распить вместе с ними имевшееся спиртное. Братья П.П.1,2С1 от распития спиртного отказались, а ФИО4, ФИО2, ФИО3, в ходе распития спиртного в указанном домике, на почве возникшей личной неприязни развязали с братьями П.П.1,2С1 конфликт, переросший в драку. В ходе возникшей драки ФИО2, с целью нанесения телесных повреждений, подобрал с имевшейся в доме печи фрагмент кирпича и бросил его в голову П.2, а затем нанес тому по голове и лицу не менее четырёх ударов кулаками, двух ударов ногами. После этого, найденной в доме деревянной ножкой от табурета, нанес П.2 не менее четырех ударов по верхним и нижним конечностям. ФИО4, с целью причинения телесных повреждений П.2, присоединился к действиям ФИО2, нанеся П.2 в область головы не менее десяти ударов кулаками, один удар подобранной в доме стеклянной бутылкой и один удар кирпичом. ФИО3, разделяя умысел ФИО2 и ФИО4 на причинение из личной неприязни телесных повреждений П.2, нанес не менее десяти ударов кулаком в область головы, а найденной в доме деревянной ножкой от табурета, нанес не менее трех ударов по нижним и верхним конечностям П.2. 

Желая остановить развязавшийся конфликт, П.1 попытался прекратить избиение, однако ФИО4, с целью умышленного причинения легкого вреда здоровью П.1, нанес тому не менее трех ударов кулаком в область головы и лица, а затем, применяя в качестве оружия найденную в доме деревянную ножку от табурета, нанес не менее трех ударов по телу и один удар по голове. В результате указанных действий ФИО4, П.1 были причинены: ушибленная рана теменной области справа, которая по признаку кратковременности расстройства здоровья квалифицируется как повреждение причинившее лёгкий вред здоровью, кровоподтёк в скуловой области слева, квалифицирующийся как не причинивший вреда здоровью. 

В ходе происходившей драки П.2 выбежал из дома на улицу, однако ФИО4, схватив найденный в доме топор и реализуя внезапно возникший на почве личной неприязни к П.2 умысел на умышленное причинение смерти, выбежал за ним следом. Догнав П.2 на улице, ФИО4 умышленно нанес ему один удар обухом топора в голову. В это время ФИО2 и ФИО3, присоединившись к действиям ФИО4 и реализуя возникший умысел на убийство, забрали у ФИО4 топор. После этого ФИО2, а за ним ФИО3, поочередно нанесли по голове П.2 по одному удару обухом топора, после чего ушли с места происшествия. В результате совместных и согласованных действий ФИО4, ФИО2 и ФИО3, потерпевшему П.2 были причинены повреждения в виде открытой черепно-мозговой травмы, сопровождавшейся ушибленными ранами в затылочной области и в височной области справа, с кровоизлияниями в подлежащие мягкие ткани; перелом костей свода и основания черепа; диффузными субарахнаидальными кровоизлияниями по всем полушариям головного мозга с ушибом вещества головного мозга; ссадинами в лобной области в центре, на переносице, в скуловой области слева, в подбородочной области справа. Тупая травма головы, сопровождавшаяся переломом костей свода и основания черепа с кровоизлияниями под оболочки головного мозга являлась опасной для жизни и по этому признаку квалифицировалась, как причинившая тяжкий вред здоровью. Имевшиеся на теле ссадины расценивалась, как не причинившие вреда здоровью. Смерть П.2 наступила на месте происшествия от полученной открытой черепно-мозговой травмы, осложнившейся развитием отека-набухания вещества головного мозга с дислокацией ствола и сдавлением его в большом затылочном отверстии.

В судебном заседании подсудимый ФИО2 вину по предъявленному обвинению не признал, указав, что ударов топором погибшему П.2 не наносил, умысла на убийство потерпевшего не имел. От дачи показаний по существу предъявленного обвинения отказался, подтвердив свои показания в ходе предварительного следствия, в том числе и в качестве подозреваемого, за исключением утверждения о нанесении ФИО3 удара топором по голове потерпевшему, о чем он следователю не говорил, но тот вписал это в протокол по своему усмотрению, а он подписал протокол не читая.

В ходе предварительного следствия, при допросе 28 сентября 2017 года в качестве подозреваемого, ФИО2 показал, что 27 сентября 2017 года вместе с ФИО3 и ФИО4 они распивали спиртное в доме у трёх ранее им незнакомых мужчин. В ходе распития спиртного между ФИО4 и одним из этих трёх мужчин произошла словесная сора, причина возникновения конфликта ему неизвестна, но мужчина схватил в руки нож с рукояткой зеленого цвета. После того, как нож у мужчины отобрали, тот успокоился и они продолжили распивать спиртное. Через какое-то время у ФИО4 с другим мужчиной произошла ссора, переросшая в обоюдную драку, в которую вмешались и остальные мужчины, начавшие совместными усилиями избивать ФИО4 Тогда и он вместе с ФИО3 вмешались в драку на стороне ФИО4 и начали носить удары этим мужчинам. В ходе драки один из мужчин выбежал из дома на улицу, а ФИО3, взяв в руки найденный в доме топор, побежал за этим мужчиной. За ними побежал ФИО4, который выхватил топор из рук ФИО3 Тогда он также вышел на улицу и увидел, что примерно в десяти метрах от дома, на земле лежал мужчина, а рядом стояли ФИО3 и ФИО4, при этом топор уже был в руках у ФИО3 и тот нанес мужчине удар этим топором по голове. Поскольку он близко не подходил, то каких-либо повреждений в области головы у этого мужчины не заметил, но мужчина был жив и совершал какие-то движения на земле. Затем они все вместе пошли в сторону реки 

<

А>, где ФИО3 выбросил топор в реку (т.1 л.д.251-254).

При допросе в качестве обвиняемого 28 сентября 2017 года ФИО2 показал, что каких-либо повреждений П.2 не наносил, ранее данные показания поддерживает в полном объеме, смерть потерпевшего наступила в результате действий ФИО4 и ФИО3 (т.2 л.д.85-88). 

В ходе проверки показаний на месте, проводившейся 22 ноября 2017 года, обвиняемый ФИО2 на месте подтвердил факт своего участия в драке и нанесения им около трех ударов кулаком по лицу потерпевшего, однако ударов посторонними предметами не наносил, от дачи дальнейших показаний отказался (т.2 л.д.229-237). 

При допросе в качестве обвиняемого 24 ноября 2017 года ФИО2, подтвердив ранее данные показания, указал, что посторонними предметами ударов П.2 не наносил, в ходе происходившей драки 2-3 раза ударил того кулаком по лицу (т.2 л.д.246-249). 

В ходе допроса 30 марта 2018 года обвиняемый ФИО2 вину по предъявленному обвинению не признал, поддержав ранее данные им показания (т.7 л.д.17-20). 

Подсудимый ФИО4 вину по предъявленному обвинению признал частично, не оспаривая своей виновности в причинении П.1 легкого вреда здоровью путем нанесения по лицу ударов кулаками, а по голове ударов деревянной ножкой от табурета. Соглашаясь с обвинением в причинении смерти П.2 путем нанесения ударов топором по голове потерпевшему, указал, что его действия подлежат квалификации по ч.4 ст.111 УК РФ, поскольку удары он наносил самостоятельно, ФИО2 и ФИО3 участия в этом не принимали. В ходе предварительного следствия, в результате оказанного на него оперативными сотрудниками физического воздействия при задержании, он давал недостоверные показания, о чем в настоящее время сожалеет. От дачи дальнейших показаний по существу предъявленного обвинения отказался. 

В ходе предварительного следствия, при допросе 28 сентября 2017 года в качестве подозреваемого, ФИО4 показал, что 27 сентября 2017 года, во второй половине дня, после совместного распития спиртного с ФИО2 и ФИО3, он решил избить А.Т., который, как ему было известно, сотрудничает с сотрудниками полиции. Все вместе они пришли к дому, где проживал А.Т., но того дома не оказалось, а в доме были ранее ему незнакомые трое мужчин, которые согласились вместе с ними распить спиртное. В ходе распития спиртного он стал высказывать мужчинам претензии, что они тоже сотрудничают с полицией и на этой почве произошла обоюдная драка. В ходе потасовки он наносил удары руками и ногами, а после того, как один из мужчин уронил его на пол, он взял в руки ножку от табурета и стал ею наносить удары. Затем один из мужчин выбежал из дома на улицу, а он погнался за ним, держа в руке найденный в доме кусок кирпича. Догнав мужчину на улице, он ударил его один раз по затылку кирпичом, от чего мужчин упал на землю. Бросив кирпич рядом на землю, он стал возвращаться назад, а в это время из дома выходили ФИО2 и ФИО3 с топором в руках. Все вместе они подошли к мужчине, который лежал на земле, а тот стал им высказывать угрозы и тогда ФИО3, а может ФИО2, ударил мужчину топором. После этого они втроем пошли в сторону моста, где ФИО3 выбросил топор в реку (т.2 л.д.16-19).

При допросе в качестве обвиняемого 28 сентября 2017 года ФИО4 признавая вину по предъявленному обвинению по ч.4 ст.111 УК РФ, подтвердил, что нанес один удар кирпичом по голове П.2 и отрицал нанесение ударов топором. При этом указывал, что такие удары могли быть нанесены ФИО3 либо ФИО2 (т.2 л.д.101-104). 

В ходе проверки показаний на месте, проводившейся 21 ноября 2017 года, протокол и видеозапись которой исследованы в судебном заседании, обвиняемый ФИО4, находясь в доме потерпевших П.П.1,2 показал, что именно он развязал драку, предъявляя претензии находившимся в доме мужчинам. С помощью манекена продемонстрировал, где находились каждый из братьев П.П.1,2С1 на момент его прихода с ФИО2 и ФИО3 Подробно объяснил и продемонстрировал с использованием манекена механизм нанесения им ударов по телу потерпевшего, указывая, что наносил удары ногами и руками, найденной в доме стеклянной бутылкой. Подтвердил, что ФИО2 и ФИО3 погнались за выбежавшим из дома П.2, а когда он через несколько минут вышел за ними, то увидел П.2 лежащим на земле, а ФИО3, держа в руках топор, повторял, что убил его. На месте, с помощью манекена, продемонстрировал место обнаружения П.2 и месторасположение ФИО2 с ФИО3, указал примерный участок реки, куда выбросили топор (т.2 л.д.174-182). 

В ходе очной ставки с ФИО2, проводившейся 21 ноября 2017 года, обвиняемый ФИО4 подтвердил, что за убегавшим из дома П.2, побежали ФИО3 и ФИО2, а он оставался в доме и вышел на улицу последним. На улице увидел, что рядом с лежавшим на земле П.2 стояли ФИО2 и ФИО3 с топором в руках. Ударов в тот момент никто не наносил, они втроем пошли в сторону реки, где он забрал у ФИО3 топор и выбросил его в реку. После этого они пошли в обратную сторону и, проходя мимо лежащего на земле П.2, он пнул того по ногам, поскольку потерпевший оскорбительно выражался в их адрес. После этого они разошлись по своим делам (т.2 л.д.202-211).

При допросе 24 ноября 2017 года, обвиняемый ФИО4 подтвердил, что во время драки наносил П.1 удары ножкой от табурета в область головы и по телу. В какой-то момент, схватив в руки топор, погнался за убегавшим из дома П.2, догнав которого на улице, один раз ударил обухом топора в область затылка. От этого удара П.2 упал на землю, а подошедший к нему после этого ФИО3, забрал у него топор и еще один раз ударил по голове П.2 После этого они ушли. ФИО2 ударов топором П.2 не наносил (т.3 л.д.1-4). 

Будучи допрошенным в качестве обвиняемого 25 ноября 2017 года, ФИО4, не оспаривая свою виновность по предъявленному по ч.4 ст.111 УК РФ, ч.1 ст.115 УК РФ обвинению, подтвердил, что драка возникла на почве подозрений братьев П.П.1,2С1 в сотрудничестве с полицией. В ходе драки он нанес несколько ударов кулаком по голове и лицу П.2, а также один удар кирпичом в затылочную область. Присутствовавшему и участвовавшему в драке П.1 он нанес 2-3 удара кулаком по голове и лицу и около 4 ударов ножкой от табурета, при этом один раз попал в голову. В ходе драки П.2 выскочил из дома на улицу и он побежал за ним, схватив в руки найденный в доме топор. Догнав П.2 на улице, один раз ударил того обухом топора в область затылка. Затем подбежал ФИО3 и забрав у него топор, также один раз ударил П.2 по голове. От полученного удара П.2 упал на живот на землю, а они ушли в сторону реки, где он, забрав у ФИО3 топор, выбросил его в реку (т.3 л.д. 48-53). 

При допросе в качестве обвиняемого 24 января 2018 года, ФИО4 поддерживая ранее данные показания и признавая вину по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, указал, что 28 сентября 2017 года при его задержании, а затем в кабинете, сотрудниками полиции по отношению к нему противоправно было применено физическое насилие (т.4 л.д.152-156). 

При допросах в качестве обвиняемого 19 февраля и 30 марта 2018 года, ФИО4, признавая обвинение по п. «в» ч.2 ст.115 УК РФ, указывал на ошибочность юридической квалификации по п. «ж» ч.2 ст.105 УК РФ, настаивая на квалификации его действий по ч.4 ст.111 УК РФ, поскольку он не желал наступления смерти П.2 (т.4 л.д. 209-212; т.7 л.д. 28-31).

Подсудимый ФИО3 вину по предъявленному обвинению не признал, не оспаривая факта нанесения совместно с ФИО4 ударов топором по голове П.2, указал об отсутствии умысла на убийство потерпевшего. В ходе предварительного следствия оговорил ФИО2 по личным мотивам, называть которые не желает. От дальнейшей дачи показаний по существу предъявленного обвинения отказался, полагая необходимым квалифицировать его действия по ч.4 ст.111 УК РФ. 

В ходе предварительного следствия, при допросе 28 сентября 2017 года в качестве подозреваемого, ФИО3 показал, что 27 сентября 2017 года, примерно в обеденное время, после совместного распития спиртных напитков, они вместе с ФИО2, по просьбе ФИО4, пришли к дому, где как тот утверждал, проживали двое мужчин, избивших его ранее. В доме оказалось трое мужчин, с которыми они затеяли драку, в ходе которой он деревянной ножкой от табурета наносил удары мужчинам. В ходе драки один из мужчин выбежал из дома, а ФИО4, схватив в руки колун, бросился того догонять. После этого он и ФИО2 так же выбежали из дома. На улице ФИО4 догнал мужчину и один раз ударил того колуном по затылку. От удара мужчина присел на корточки, тогда подбежал ФИО2, выхватил колун и тоже нанес удар по голове, от которого мужчина упал на колени. Затем уже он, забрав у ФИО2 колун, тоже ударил мужчину по голове. После этого, заметив приближающийся автомобиль «УАЗ» и решив, что это полицейский патруль, они разбежались в разные стороны (т.2 л.д.35-38). 

При допросе 28 сентября 2017 года в качестве обвиняемого, ФИО3 подтвердил, что он вместе с ФИО2 и ФИО4 по одному разу ударили П.2 по голове топором, после чего топор выбросили в реку 

<

данные изъяты> (т.2 л.д.93-96).

В ходе проверки показания на месте 28 сентября 2017 года, ФИО3, находясь в доме братьев П.П.1,2С1 показал, что 27 сентября 2017 года, во второй половине дня он вместе с ФИО2, по просьбе ФИО4 пришли к указанному дому, для выяснения отношений с мужчинами, ранее избившими ФИО4 Как только они зашли в дом, ФИО4 сразу стал избивать одного из мужчин, лежавшего на полу, как позже узнал – П.2. Второй, находившийся в доме мужчина, попытался вмешаться в происходящее, но ФИО2 сделал подсечку и мужчина упал, сломав при этом табурет. Тогда он (ФИО8) взял в руки ножку от табурета и начал ею наносить удары. Они все вместе избивали то одного, то другого мужчину, били ли третьего, не помнит. В какой-то момент П.2 выскочил из дома, а ФИО4 схватив топор, выбежал за ним. На улице догнав П.2, ФИО4 один раз ударил того обухом по голове, отчего П.2 присел на «корточки». Затем подбежал ФИО2 и, выхватив у ФИО9 топор, ударил П.2 еще раз по голове. От этого удара П.2 упал на колени. Тогда он, взяв топор, еще раз ударил П.2 по голове в область затылка, от чего тот упал на землю, а они втроем ушли. Свои показания ФИО3 подробно продемонстрировал на месте с помощью манекена, объяснил обстоятельства происходившей драки и механизм нанесения ударов, указал приблизительное место в русле реки 

<

данные изъяты>, куда он выбросил топор. К протоколу проверки показаний на месте приобщена фототаблица (т.2 л.д. 72-80). 

В ходе очной ставки с ФИО4, проводившейся 22 ноября 2017 года, обвиняемый ФИО3 подтвердив ранее данные показания, указал, что в ходе драки, возникшей с братьями П.П.1,2С1 на почве имевшихся подозрений их сотрудничества с полицией, ФИО10 выбежал из дома. За П.2, схватив имевшийся в доме топор, побежал ФИО4 Догнав П.2 на улице, ФИО4 ударил того обухом топора по голове, от полученного удара П.2 присел на корточки. Тогда топор взял подбежавший к ним ФИО2 и тоже ударил один раз П.2 по голове, после этого, забрав у ФИО2 топор, он также ударил П.2 по голове, в область затылка. Согласился с показаниями ФИО4, что именно тот выбросил топор в реку 

<

А> (т.2 л.д.212-220).

При проведении 22 ноября 2017 года очной ставки с ФИО2, обвиняемый ФИО3 подтвердил ранее данные показания, настаивая, что в процессе происходившей драки ФИО4, взяв в руки топор, выбежал за убегавшим из дома П.2 На улице, догнав П.2, ФИО4 ударил того обухом топора в затылочную область головы, затем ФИО2, забрав топор у ФИО4, также ударил П.2 по голове. После ФИО2, он (ФИО8) этим же топором, тоже нанес один удар по голове П.2 После его удара П.2 упал на землю на живот, а они пошли в сторону реки 

<

данные изъяты>, где ФИО4 забрав у него топор, выбросил его в реку (т.2 л.д.221-228). 

Свои показания о нанесении ФИО4, ФИО2 и им лично по одному удару топором в область головы П.2, ФИО3 подтвердил в ходе допросов в статусе обвиняемого 24 и 25 ноября 2017 года (т.3 л.д.5-8; л.д. 75-78). 

В ходе проверки показаний на месте, проводившейся 19 декабря 2017 года, протокол и видеозапись которой исследованы в судебном заседании, ФИО3 подтвердил ранее изложенные им обстоятельства нанесения ударов обухом топора по голове П.2, на месте продемонстрировав свои, а также действия ФИО2 и ФИО4 (т.3 л.д. 140-248).

При допросах 19 февраля и 

<

Дата>, обвиняемый ФИО3 с обвинением в совершении умышленного убийства П.2 не согласился, указывая на отсутствие умысла, направленного на лишение жизни потерпевшего. Не оспаривая факта наступления смерти П.2 в результате нанесенных обухом топора ударов в область головы, полагал необходимым квалифицировать его действия по ч.4 ст.111 УК РФ, с исключением из объема предъявленного обвинения соучастие ФИО2, поскольку тот ударов топором по голове П.2 не наносил (т.4 л.д.219-223; т.7 л.д. 7-10).

Оценивая показания подсудимых по делу, суд отмечает, что процедура допроса каждого из них в ходе предварительного следствия проводилась в строгом соответствии с требованиями действующего процессуального законодательства, с участием адвокатов, представлявших их интересы. Процедурам допросов и проверок показаний на месте предшествовало разъяснение каждому из допрашиваемых лиц их процессуальных прав, исходя из их процессуального статуса, с предупреждением о том, что эти показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и при последующем отказе от этих показаний. Содержание показаний допрашиваемых лиц, точно фиксировались в соответствующих протоколах, ознакомившись с которыми каждый из подсудимых, а так же его адвокат своими подписями подтверждали правильность внесенных в протокол сведений. Исследованные судом протоколы допросов подсудимых на предварительном следствии соответствуют требованиям закона, не содержат каких-либо заявлений или ходатайств, в которых сообщалось бы об искажении содержания показаний либо об оказанном давлении со стороны следователя или оперативных работников.

Приводившиеся подсудимым ФИО4 в ходе судебного заседания доводы, об оказанном на него физическом давлении со стороны оперативных сотрудников полиции, суд находит несостоятельными. Как усматривается из материалов уголовного дела, допросы ФИО4 в статусе подозреваемого и обвиняемого проводились с участием адвоката, представляющего его интересы на стадии предварительного расследования. В ходе первоначальных допросов после задержания, когда со слов подсудимого к нему применялось насилие со стороны сотрудников полиции, ФИО4 вину не признавал, указывая, что не совершал действий, направленных на лишение жизни потерпевшего и не сообщал о незаконных методах ведения расследования. В ходе дальнейшего расследования, ФИО4 признал совершение им умышленных действий, повлекших наступление смерти потерпевшего, а на завершающей стадии расследования сообщил о противоправном поведении оперативных сотрудников, применявших к нему физическое насилие в момент задержания. В результате проведенной процессуальной проверки по заявлению ФИО4, его доводы были признаны несостоятельными, постановлением следователя СО по 

<

***> СУ СК РФ по 

<

***> от 5 февраля 2018 года, в возбуждении уголовного дела в отношении сотрудников полиции за совершение должностных преступлений было отказано в виду отсутствия в действиях состава преступления.

Оценив изложенные обстоятельства в их совокупности, приводимые подсудимым ФИО4 в судебном заседании доводы о незаконных методах ведения расследования, суд расценивает как избранный подсудимым способ защиты, обусловленный стремлением опорочить собранные по делу доказательства, путем утверждения о незаконности методов их получения.

Не смотря на частичное признание вины подсудимыми ФИО3 и ФИО4, отрицание своей виновности подсудимым ФИО2, суд, проведя судебное следствие, исследовав доказательства стороны обвинения и стороны защиты, выслушав выступление сторон в судебных прениях и заслушав последнее слово подсудимых, находит установленной их виновность в совершении преступлений, изложенных в описательной части приговора. 

Потерпевший П.1 суду показал, что 27 сентября 2017 года, во второй половине дня в дачный домик, где он проживал вместе с братьями П.2 и С.1, пришли трое ранее ему незнакомых молодых людей, как позже узнал ФИО9, ФИО2, ФИО8. Эти парни искали А.Т., ранее проживавшего в этом домике, но на тот момент отсутствовавшего по своим делам. Парни высказывали претензии, что А.Т. сотрудничает с полицией, принимает участие в качестве понятого в следственных действиях и за это должен быть ими наказан. Затем парни предложили ему и братьям распить имевшееся спиртное, но они с братьями отказались, а парни, пройдя за стол, стали распивать принесенное с собой вино. В какой-то момент парни стали высказывать им претензии, что они тоже сотрудничают с полицией, а затем, как ему помнится, ФИО3 схватив с печки обломок кирпича, кинул его в голову П.2, разбив брату голову. После этого началась драка, парни стали избивать его и братьев кулаками, ногами, ножками от табурета, кто-то стеклянной бутылкой ударил П.2 по голове. В ходе драки он дважды уронил на пол ФИО4, однако тот, схватив в руку деревянную ножку от табурета, стал наносить ему удары, от которых он прикрывался правой рукой, но несколько ударов в область головы пропустил. В какой-то момент в ходе драки, он схватил ФИО2 и уронил того на пол, и пока они лежали на полу, братья С.1 и П.2, а так же ФИО8 и ФИО9 выбежали из дома. После этого он отпустил ФИО2, который тоже выбежал из дома, а он вышел на улицу следом за ним. Рядом с домом увидел брата С.1, который сидел на земле, был в шоковом состоянии, поскольку у него была разбита голова. Немного поодаль на земле лежал П.2, у брата была разбита голова, что сопровождалось обильным кровотечением, на вопросы брат не реагировал, только хрипел. Тогда он побежал к соседям и попросил вызвать скорую помощь и полицию. Через некоторое время на машине скорой помощи Виктор был доставлен в больницу, где ему не успели оказать помощь, так как брат умер. В ноябре 2017 года умер его второй брат С.1. В ходе предварительного следствия он неоднократно допрашивался в качестве потерпевшего, с его участием проводились очные ставки и ранее данные показания он поддерживает, поскольку в настоящее время, из-за давности рассматриваемых событий, мог что-то забыть либо перепутать. 

В ходе предварительного следствия, при допросе 27 сентября 2017 года в качестве потерпевшего П.1 аналогично излагая причины и обстоятельства возникновения драки указывал, что один из парней, которого остальные называли «М.», стал им высказывать претензии, что они были понятыми, когда в отношении Макса расследовалось уголовное дело по обвинению в краже. Потом один из парней схватил с печки кирпич и кинул в голову П.2, который сидел в тот момент на кровати. У брата началось кровотечение, а этот парень стал бить П.2 кулаками, тогда он и брат С.1 попытались разнять драку, но вмешался Макс, который открутив от табурета ножку, стал его избивать, нанося ему удары ножкой по голове и по рукам. В ходе драки ему удалось уронить Макса и тот стал звать на помощь третьего парня, называя его Вовой. Макс и Вова вдвоем его стали избивать ногами, руками, ножкой от табурета, в это время первый парень продолжал избивать П.2. Тогда он схватил со стола кухонный нож, но Вова на него навалился и не отпускал, а затем он услышал, что кто-то выбежал на улицу и до него доносился крик со словами «Догоняй», «Мочи», но кто кричал он не понял. В тот момент Вова его отпустил и выбежал, он огляделся и понял, что один находится в доме, тогда он пошел на улицу искать братьев. Во дворе нашел С.1, у которого была разбита голова и брат не мог встать на ноги, а П.2 лежал у бетонных блоков и хрипел, из ран на голове было обильное кровотечение, на вопросы брат не реагировал. После этого он вызвал от соседей «скорую помощь», а сразу после доставления в больницу, Виктор скончался (т.1 л.д.64-67).

При допросе 7 октября 2017 года потерпевший П.1 подтвердил ранее данные показания, уточнив что наиболее агрессивно из всех троих, вел себя ФИО2, который неоднократно обращаясь к ФИО4 просил показать кого необходимо избить. Именно ФИО2 развязал драку, бросив кирпич в П.2, который в тот момент сидел на кровати. Последним из дома выбежал ФИО3, так как тот удерживал его и требовал выбросить нож, который он схватил в целях защиты (т.2 л.д.130-133). 

При проведении 27 ноября 2017 года очной ставки с обвиняемым ФИО2, потерпевший П.1 подтвердил, что ФИО2 первым развязал драку, кинув кусок кирпича в голову П.2 (т.3 л.д.54-60).

В ходе допроса 7 января 2018 года потерпевший П.1 подтверди ранее данные показания о наиболее агрессивном поведении и активной роли ФИО2 в ходе рассматриваемых событий, а так же опознал свой топор, который был обнаружен в реке 

<

А> при осмотре места происшествия (т.4 л.д.127-129). 

В ходе проверки показаний на месте, проводившейся 3 февраля 2018 года, потерпевший П.1 подтвердил ранее данные показания, находясь в доме, продемонстрировал действия каждого из присутствовавших лиц, указал место нахождения его братьев в момент возникновения конфликта, подтвердил активную роль ФИО2, развязавшего драку и бросившего кирпич в голову П.2. Подробно описал обстоятельства происходившей драки, указав, что ФИО4 наносил ему удары кулаками и ножкой от табурета, в результате чего пробил ему голову и отбил руку, которой он прикрывался от ударов. Подтвердил, что в целях обороны схватил в руки кухонный нож, а ФИО3 его удерживал и отпустил только тогда, когда все остальные присутствовавшие в доме лица, выбежали на улицу. Указал место, где обнаружил на улице брата С.1 и место обнаружения П.2, имевшего обширные повреждения в области головы, сопровождавшиеся обильным кровотечением (т.4 л.д.157-168).

В соответствии с протоколом осмотра места происшествия от 27 сентября 2017 года, осмотрен дачный участок, расположенный с левой стороны от дома №пп по ул. 

<

***> в 

<

***> края. Отмечено наличие на участке жилого дома, зафиксирована внутренняя обстановка в доме, с места происшествия среди прочих вещей изъяты: табурет, сиденье от табурета, ножки от табурета, фрагмент кирпича. К протоколу приобщена схема участка и дома, а так же фототаблица (т.1 л.д.10-32).

Согласно выводов судебно-медицинской экспертизы от 23 ноября 2017 года у П.1 обнаружены повреждения в виде ушибленной раны теменной области справа, которая могла быть получена как от одного удара тупым твердым предметом в указанную область, так и от удара о таковой. По признаку кратковременности расстройства здоровья квалифицируется как повреждение, причинившее лёгкий вред здоровью. Имеющийся кровоподтек в скуловой области слева квалифицируется как повреждение, не причинившее вреда здоровью (т.1 л.д.122-123).

Согласно заявления от 23 ноября 2017 года в следственный отдел по 

<

***> СУ СК РФ по 

<

***>, П.1 просит привлечь к уголовной ответственности ФИО4 за нанесенные побои, путем нанесения ударов в голову ножкой от табурета (т.3 л.д.14). 

Свидетель С.1 в ходе предварительного следствия показал, что 27 сентября 2017 года, в дневное время, вместе с братьями П.2 и П.1 находился дома, когда к ним пришли, как узнал в ходе следствия – ФИО2, ФИО8, ФИО9. Парни искали А.Т., но тот уже в их доме не проживал. Находясь в доме, парни стали распивать принесенное с собой спиртное, а затем ФИО4 стал высказывать им претензии, что они с братьями помогают полиции, участвуют в качестве понятых и по его делу тоже были понятыми. ФИО2 был наиболее агрессивно настроен и несколько раз спрашивал ФИО9 о том, кого нужно «мочить». В какой-то момент ФИО2 схватил с печки кирпич и кинул его в голову П.2, от чего у брата началось кровотечение, а ФИО2 продолжая свои действия, налетел на П.2 и нанес тому еще несколько ударов кулаками по лицу. Он и брат П.1 попытались остановить ФИО2, но тогда ФИО9 налетел с кулаками на П.1, а ФИО8 стал наносить удары ему. В ходе драки П.1 дважды уронил ФИО9 на пол, тогда тот, открутив от табурета деревянную ножку, стал ею избивать П.1. ФИО8 избивал его руками, ногами, стеклянной бутылкой и табуретом, в результате пробил ему голову и что происходило дальше, он не помнит. Очнулся на улице, когда брат П.1 тряс его за плечо, затем приехала скорая помощь, его с братьями увезли в больницу, где оказали медицинскую помощь, однако П.2 от полученных травм скончался. Как избивали П.2 на улице, он не видел, но после произошедших событий, они не смогли найти дома топор с зеленой железной ручкой квадратного сечения (т.1 л.д. 71-73; т.2 л.д.134-137).

Согласно записи акта о смерти №пп от 14 ноября 2017 года, С.1 скончался 10 ноября 2017 года (т.2 л.д.165). 

В соответствии с протоколом осмотра места происшествия от 29 сентября 2017 года, в южной части 

<

***>, в 10 метрах севернее моста через реку 

<

А>, в русле реки обнаружен топор с металлической рукояткой квадратного сечения, частично окрашенной в зеленый цвет. К протоколу осмотра приобщена фототаблица (т.2 л.д.123-128). 

В ходе судебного заседания обнаруженный в реке 

<

А> топор, приобщенный к материалам уголовного дела в качестве вещественного доказательства, осмотрен и опознан потерпевшим П.1, как топор, хранившийся у них дома и исчезнувший в день рассматриваемых событий. 

Свидетель С.2 в суде подтвердила, что 27 сентября 2017 года, по просьбе проживающего по соседству П.1 вызывала скорую помощь, поскольку со слов П.1, неизвестными мужчинами был сильно избит его брат П.2. С целью ускорить прибытие скорой помощи, она обращалась к своей дочери С.3, являющейся сотрудником этой экстренной службы.

Свидетель С.3 суду показала, что 27 сентября 2017 года, по просьбе своей мамы С.2, она связывалась с коллегами по службе «скорая помощь» и просила быстрее приехать на место, поскольку пострадавшим получена серьезная черепно-мозговая травма, о которой она узнала со слов С.2. 

Свидетели С.4 и С.5 суду показали, что являясь работниками службы «скорая медицинская помощь», 27 сентября 2017 года выезжали по вызову в район дач, на месте обнаружили двух мужчин подвергшихся избиению и нуждавшихся в медицинской помощи. Эти мужчины указали им третьего, который самостоятельно не мог передвигаться из-за полученной травмы головы. На носилках пострадавшего переместили в автомобиль, где уже было установлено, что мужчина умер. Со слов двух других мужчин узнали, что те были избиты незнакомыми парнями, которые искали А.Т. и не найдя его, избили их.

Свидетель С.6 в суде подтвердил, что являясь водителем автомобиля «скорая медицинская помощь», 27 сентября 2017 года выезжал по вызову об избиении в районе дач. Кому и какую помощь оказывали врачи на месте, он достоверно не знает. Помнит, что на носилках в машину помещали мужчину, у которого была сильно травмирована голова, что сопровождалось обильным кровотечением.

Свидетель С.7 суду показал, что в сентябре 2017 года занимал должность врача-хирурга в ГУЗ Чернышевская ЦРБ. В один из дней, ближе к завершению рабочего дня, автомашиной скорой помощи в больницу, с черепно-мозговой травмой, был доставлен мужчина, как позже узнал его фамилию – П.2. Как оказалось мужчина уже был мертв, поэтому труп оставили в приемном отделении, а через два часа переместили в морг. 

По заключению судебно-медицинской экспертизы от 26 октября 2017 года на трупе П.2 имелись повреждения в виде открытой черепно-мозговой травмы в виде ушибленной раны в затылочной и ушибленной раны в височных областях справа, с кровоизлиянием в подлежащие мягкие ткани; перелом костей свода и основания черепа; диффузные субарахноидальные кровоизлияния по всем полушариям головного мозга с ушибом вещества головного мозга; ссадины в лобной области в центре, на переносице, в скуловой области слева, в подбородочной области справа. Указанные повреждения образовались незадолго до наступления смерти в результате неоднократного воздействия тупого твердого предмета. Травма головы, сопровождавшаяся переломом костей свода и основания черепа с кровоизлияниями под оболочки головного мозга является опасной для жизни и по этому признаку квалифицируется как тяжкий вред здоровью. Имеющиеся повреждения в виде ссадин на передней поверхности правого плечевого сустава, на внутренней поверхности правого плеча, квалифицируются как повреждения, не причинившие вреда здоровью.

Смерть П.2 наступила от полученной открытой черепно-мозговой травмы, сопровождавшейся переломом костей свода и основания черепа, с кровоизлияниями под мягкие мозговые оболочки и ушибом вещества головного мозга, осложнившейся развитием отёка-набухания вещества головного мозга с дислокацией ствола и сдавлением его в большом затылочном отверстии. Этиловый алкоголь в крови от трупа П.2 не обнаружен (т.1 л.д.92-95).

Допрошенная в ходе предварительного следствия судебно-медицинский эксперт А.Л. выводы экспертизы по трупу П.2 поддержала, разъяснив, что имеющиеся у потерпевшего в области головы раны и ссадины получены незадолго до наступления смерти, в быстрой последовательности друг за другом, при этом каждое последующее травматическое воздействие усугубляло предыдущее и способствовало утяжелению травмы, поэтому все повреждения в области головы подлежат оценке в совокупности и расцениваются как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Имевшиеся на голове П.2 повреждения могли образоваться в результате воздействия тупого твердого предмета, каковыми могли быть кирпич, обух топора. Имевшиеся повреждения образовались в результате не менее двух ударов тупым твердым предметом, более точное количество ударов определить невозможно, поскольку несколько ударов могло быть нанесено в одну и ту же анатомическую область и не от каждого удара образуются рвано-ушибленные раны (т.1 л.д.224-228).

По заключению судебно-биологической экспертизы от 11 января 2018 года, на куртке и джинсах ФИО3 имеется кровь человека, происхождение которой не исключается от потерпевшего П.2 либо иного лица с аналогичным набором антигенов в крови. В смывах с рук ФИО3 крови не обнаружено (т.4 л.д.42-44).

Свидетель С.8, положительно характеризуя подсудимого ФИО2, суду показала, что тот был у неё дома и к преступлению непричастен. На предварительном следствии она дала недостоверные показания, так как растерялась. 

В ходе предварительного следствия свидетель С.8 показала, что 27 сентября 2017 года ФИО2 пришел к ней домой около 17-18 часов, был пьян и сразу уснул, ничего ей не рассказывал. В тот же день, около 20-21 часа сотрудники полиции ФИО2 задержали у неё дома (т.4 л.д.116-119).

По заключению судебно-биологической экспертизы от 29 декабря 2017 года на принадлежащих ФИО2 толстовке, паре рабочих перчаток, обнаружена кровь человека, происхождение которой от потерпевшего П.2 возможно лишь в примеси. На смыве с правой руки ФИО2 найдены слабые следы крови человека, групповую принадлежность которой установить не удалось из-за слабой насыщенности (т.4 л.д.56-58).

Свидетель С.9, положительно характеризуя своего брата ФИО4, суду показала, что 27 сентября 2017 года, около 19 часов, брат пришел домой в состоянии алкогольного опьянения, а через несколько часов за ним приехали сотрудники полиции и задержали его. Относительно обстоятельств рассматриваемых событий ей ничего не известно. 

По заключению судебно-биологической экспертизы от 28 декабря 2017 года на представленных для исследования куртке, свитере, трико ФИО4 обнаружена кровь человека, происхождение которой не исключается от потерпевшего П.2, имеющего такую же группу крови. Отсутствие в обнаруженных следах крови антигена «М», характерного для крови ФИО4, ФИО3, ФИО2 при условии стойкости указанного антигена к внешним факторам, дает основание предполагать, что указанный антиген изначально отсутствовал в обнаруженных следах крови. На смывах с рук ФИО4 и его подногтевом содержимом, кровь не обнаружена (т.4 л.д.70-72).

Представленные стороной обвинения и вышеприведенные по делу доказательства являются допустимыми, полученными с соблюдением требований закона. Выполненные по делу экспертные заключения соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, проведены на основании постановлений следователя, в пределах вопросов, входящих в компетенцию экспертов, каждому из которых были разъяснены положения ст. 57 УПК РФ с предупреждением об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. 

Показания потерпевшего П.1 и свидетелей на всем протяжении предварительного следствия и судебного разбирательства являются последовательными и непротиворечивыми, согласуются между собой и с другими доказательствами, представленными стороной обвинения, со всей очевидностью свидетельствуют о виновности подсудимых в убийстве П.2 и причастности ФИО4 к умышленному причинению П.1 легкого вреда здоровью. 

Ошибочное указание П.1 в судебном заседании на подсудимого ФИО2, как на лицо, которое последним из нападавших выбежало из дома, суд относит к давности рассматриваемых событий, внешней схожести физической комплекции ФИО3, являющегося братом ФИО2 На предварительном следствии П.1 последовательно указывал, что именно ФИО3 удерживал его в ходе драки и поэтому последним из своих соучастников выбежал из дома. 

В ходе очной ставки с ФИО2, потерпевший П.1 отмечал подсудимого только как лицо с наиболее агрессивным поведением, который и развязал драку, первым бросив фрагмент кирпича в голову П.2. 

Учитывая, что показания П.1 относительно иных значимых обстоятельств в части времени, места, очередности рассматриваемых событий, являются последовательными и стабильными, указание потерпевшего на ФИО2 вместо ФИО3, суд оценивает как добросовестное заблуждение, обусловленное особенностью памяти человека относительно давних событий, а не стремлением потерпевшего П.1 оговорить подсудимых, путем умышленного искажения обстоятельств совершенного преступления. 

Показания свидетеля С.8 заявившей в суде о непричастности ФИО2 к инкриминируемому преступлению в виду его нахождения дома в момент рассматриваемых событий, суд признает недостоверными, опровергающимися не только собственными показаниями С.8 на предварительном следствии, но и показаниями подсудимого ФИО2, подтвердившего в суде своё присутствие в доме потерпевших в момент рассматриваемых событий. 

Собственными показаниями ФИО3 и ФИО4 на предварительном следствии, согласующимися с заключением эксперта о характере и локализации травм на голове П.2, установлено, что именно подсудимые, используя топор в качестве оружия, с целью убийства, на почве возникшей личной неприязни, поочередно нанесли по одному удару в область головы потерпевшего. Неоднократными показаниями ФИО3 на предварительном следствии установлено, что и подсудимый ФИО2, находясь на месте происшествия, так же нанес обухом топора один удар в область головы П.2 

О совершении действовавших в группе лиц, ФИО2, ФИО3 и ФИО11, убийства П.2 и о том, что они действовали с единым умыслом, направленным на причинение смерти потерпевшему, свидетельствуют установленные судом обстоятельства лишения жизни П.2 Умышленно и поочередно нанося потерпевшему по одному удару в область головы топором, то есть орудием, обладающим высоким поражающим действием, каждый из подсудимых безусловно осознавал общественно-опасный характер своих действий и предвидел неизбежность причинения потерпевшему повреждений, не совместимых с жизнью человека и желал наступления этих последствий. 

Обстоятельства причинения подсудимыми повреждений потерпевшему, интенсивность насилия, локализация ран в области головы, то есть жизненно важного органа организма человека, избранное орудие преступления, обладающего высокой поражающей способностью, свидетельствует именно о стремлении подсудимых лишить жизни потерпевшего П.2, что исключает возможность квалификации действий каждого из подсудимых по ч.4 ст.111 УК РФ, о чём настаивает сторона защиты. Наступление смерти потерпевшего П.2 спустя некоторое время, исчисляемое десятками минут после окончания применения насилия, не свидетельствует, при установленных обстоятельствах лишения жизни П.2, об отсутствии у подсудимых умысла, направленного на лишение жизни потерпевшего. 

О совершении преступления группой лиц, свидетельствует совместный и согласованный характер действий подсудимых ФИО2, ФИО3, ФИО4, при которых каждый из них, осознавая неизбежность наступления общественно-опасных последствий в виде смерти П.2, поддержал совершение этих действий, нанося удар топором в область головы потерпевшего. 

Мотивом убийства явилась личная неприязнь, возникшая у ФИО2, ФИО3 и ФИО4, на почве имевшегося алкогольного опьянения в момент совершения преступления. 

Приводившиеся в судебном заседании подсудимым ФИО3 доводы о совершенном им оговоре ФИО2 на почве имевшегося между ними личного конфликта, содержание которого он не желает раскрывать, суд признает несостоятельными. Анализ показаний ФИО3 на всем протяжении предварительного следствия, при которых он с момента задержания утверждал о нанесении каждым из подсудимых ударов топором по голове потерпевшего, подтверждал эти показания в ходе проверок показаний на месте с детальной демонстрацией действий каждого из подсудимых, настаивал на своих показаниях в ходе проведенных очных ставок с каждым из подсудимых, в том числе и с ФИО2, изобличая того в соучастии в совершенном убийстве, свидетельствует, по мнению суда, о достоверности показаний ФИО3 Изменение ФИО3 показаний в пользу ФИО2 на завершающем этапе предварительного расследования, суд расценивает как стремление ФИО3 помочь своему ранее судимому брату ФИО2, избежать уголовной ответственности за содеянное. 

Кроме того, первоначальные показания ФИО3 согласуются и с показаниями потерпевшего П.1 о том, что ФИО3 последним выбежал из дома, стремясь догнать ФИО4 и ФИО2, погнавшихся за убегавшим П.2, что подтверждает показания ФИО3 о том, что удар топором П.2 он нанес после ФИО4 и ФИО2 Утверждение ФИО3 о трёх ударах топором в область головы П.2, не противоречит и заключению судебно-медицинского эксперта, указавшего о наличии не менее двух ударов твердым тупым предметом в голову потерпевшего.

Отрицание подсудимым ФИО2 своей вины, с указанием на необоснованность предъявленного обвинения, суд с учетом очевидности и достоверности изложенных выше доказательств, расценивает как способ защиты, направленный на уклонение от уголовной ответственности за совершенное деяние. 

Изменение в суде подсудимым ФИО4 ранее данных показаний, с утверждением о том, что удары топором в голову П.2 он наносил один, а ФИО3 себя оговаривает, утверждая и о своей причастности к данному преступлению, суд признает явно надуманными. Мотивов для самооговора ФИО3 в совершении особо тяжкого преступления, подсудимым ФИО4 не названо. Учитывая показания подсудимого ФИО3 последовательно и стабильно утверждавшего как в ходе предварительного следствия, так и судебного разбирательства о своей причастности к убийству П.2 путем нанесения удара топором в голову, в совокупности с показаниями ФИО4, в ходе предварительного расследования подтверждавшего свою причастность и причастность ФИО3 к совершенному преступлению, суд приходит к выводу о явно надуманном характере показаний ФИО12, стремящегося таким образом приуменьшить степень своей вины путем переквалификации своих действий на менее тяжкий состав преступления. 

Оценивая изложенные выше обстоятельства в их совокупности, суд приходит к выводу, что умышленные действия каждого из подсудимых ФИО2, ФИО3, ФИО4, направленные на лишение жизни П.2 подлежат квалификации как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, совершенное группой лиц или преступление, предусмотренное п. «ж» ч.2 ст.105 УК РФ.

Действия подсудимого ФИО4, использовавшего в ходе драки деревянную ножку от табурета и нанесшего ею удар в теменную часть головы П.1, чем причинил повреждения, квалифицированные экспертом как легкий вред здоровью, по признаку его кратковременного расстройства, подлежат квалификации как умышленное причинение легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья, с применением предмета, использовавшегося в качестве оружия или преступление, предусмотренное п. «в» ч.2 ст.115 УК РФ.

В ходе судебного рассмотрения дела, судом исследовались данные о личности каждого из подсудимых. 

По заключению амбулаторных судебно-психиатрических экспертиз подсудимые ФИО4, ФИО3, ФИО2 во время совершения инкриминируемых им деяний хроническим, временным психическим расстройством, а также слабоумием, иным болезненным состоянием психики не страдали и не страдают в настоящее время.

У подсудимого ФИО4 выявлены признаки 

<

данные изъяты>.

У подсудимого ФИО3 выявлены признаки 

<

данные изъяты>, а так же признаки 

<

данные изъяты> в настоящее время воздержание, но в условиях исключающих употребление, 

<

данные изъяты>.

У подсудимого ФИО2 выявлены признаки 

<

данные изъяты>. 

Выявленные у ФИО4, ФИО3, ФИО2 особенности психики выражены не столь значительно и глубоко, при сохранности критических способностей и отсутствии психотических расстройств не лишали способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими в период времени инкриминируемого им деяния и не лишают в настоящее время. В принудительных мерах медицинского характера подсудимые ФИО4, ФИО3, ФИО2 не нуждаются. По своему психическому состоянию способны правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела и давать о них показания. Подсудимый ФИО3 нуждается в прохождении медицинской и/или социальной реабилитации от наркомании (т.1 л.д.170-175;190-195;210-215). 

Оснований ставить под сомнение выводы экспертов, сомневаться в их компетентности и данных ими заключениях, которые являются непротиворечивыми, научно обоснованным и убедительно аргументированными у суда не имеется. Суд находит обоснованными выводы проведенных экспертиз, поскольку они проведены в условиях государственного медицинского учреждения, при непосредственном исследовании личности каждого из подсудимых и материалов уголовного дела. 

Подсудимые ФИО2, ФИО3, ФИО4 на учетах у врача-психиатра и врача-нарколога не состоят, в судебном заседании вели себя адекватно. Пояснения каждого из них и ответы на вопросы, поступавшие от участников процесса, носили осмысленный характер, в связи с чем сомнений относительно психического состояния каждого из подсудимых у суда не возникло. 

С учетом изложенных обстоятельств каких-либо сомнений относительно психической полноценности подсудимых у суда не имеется, в связи с чем суд считает подсудимых ФИО2, ФИО3, ФИО4 вменяемыми в отношении содеянного и подлежащими уголовной ответственности. 

При назначении наказания суд, в соответствии с требованиями ст. 60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, роль и участие каждого из подсудимых, конкретные обстоятельства дела, наличие смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств, а также данные, характеризующие личность каждого из подсудимых и влияние назначенного наказания на исправление осужденного. 

Подсудимый ФИО2 имеет постоянное место жительства, официально не трудоустроен, хронических заболеваний, сопряженных с острой патологией, не имеет. ФИО2 в зарегистрированном браке не состоит, лиц, находящихся на его иждивении либо которым обязан предоставлять содержание в силу закона, не имеет. По месту жительства в с. 

<

***> характеризуется удовлетворительно, как лицо, на которое жалоб от жителей села не поступало, проживая в сельской местности подсобного хозяйства не имеет. 

ФИО2 ранее судим за совершение умышленного тяжкого преступления, отбывал наказание в местах лишения свободы, судимость в установленном законом порядке не снята и не погашена, в период условно-досрочного освобождения вновь совершил особо тяжкое преступление, посягающее на жизнь граждан. В соответствии с п. «б» ч.2 ст.18 УК РФ в действиях ФИО2 усматривается опасный рецидив преступлений, что согласно положениям ст. 63 УК РФ является обстоятельством отягчающим наказание, влекущим применение норм ч.2 ст.68 УК РФ при определении его вида и размера. 

В качестве обстоятельства смягчающего наказание ФИО2, суд учитывает наличие у него признаков заболевания, выявленного в ходе проведения судебно-психиатрической экспертизы.

Подсудимый ФИО3 не судим, имеет постоянное место жительства, официально не трудоустроен, хронических заболеваний, сопряженных с острой патологией, не имеет. ФИО3 в зарегистрированном браке не состоит, лиц, находящихся на его иждивении, либо которым обязан предоставлять содержание в силу закона, не имеет. По месту жительства в с. 

<

***> характеризуется удовлетворительно, как лицо, на которое жалоб от жителей села не поступало, проживая в сельской местности подсобного хозяйства не имеет. 

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание подсудимому ФИО3 суд, в соответствии с п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ, учитывает активное способствование расследованию преступления, что выразилось в стабильных и последовательных показаниях ФИО3 относительно мотивов и обстоятельств совершенного преступления, с указанием роли каждого из соучастников в его совершении. Кроме того, в качестве смягчающих наказание обстоятельств суд учитывает наличие у ФИО3 признаков заболевания, выявленных в ходе производства судебно-психиатрической экспертизы. 

Подсудимый ФИО4 имеет постоянное место жительства, официально не трудоустроен, хронических заболеваний, сопряженных с острой патологией, не имеет. ФИО4 в зарегистрированном браке не состоит, лиц, находящихся на его иждивении либо которым обязан предоставлять содержание в силу закона, не имеет. По месту жительства в с. 

<

***> характеризуется удовлетворительно, как лицо, на которое жалоб от жителей села не поступало, проживая в сельской местности подсобного хозяйства не имеет. 

ФИО4 на момент совершения преступлений имел неснятые и непогашенные судимости за совершение умышленных преступлений небольшой тяжести. ФИО4 совершил преступления по настоящему уголовному делу в период судебного следствия по уголовному делу, находившемуся в производстве 

<

***> районного суда 

<

***> края, по которому в настоящее время постановлен приговор с назначением наказания в виде реального лишения свободы. 

В качестве смягчающих наказание обстоятельств суд учитывает наличие у ФИО4 признаков заболевания, выявленных в ходе производства судебно-психиатрической экспертизы, полное признание вины и раскаяние в содеянном по преступлению в отношении П.1

В ходе судебного заседания установлено, что преступление совершено подсудимыми ФИО2, ФИО3, ФИО4 в состоянии алкогольного опьянения, степень которого существенно искажала для подсудимых реальную оценку происходивших событий. На основании ч.11 ст.63 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения и данных о личности каждого из подсудимых, суд учитывает совершение преступления в состоянии алкогольного опьянения, в качестве обстоятельства отягчающего наказание.

Наличие в отношении каждого из подсудимых обстоятельств, отягчающих наказание, исключает возможность применения положений ч.6 ст.15 УК РФ и изменение категории преступлений на менее тяжкие. 

Обсуждая вопрос о назначении наказания, суд учитывает, что подсудимыми совершены особо тяжкие преступления, направленные против жизни гражданина и, исходя из целей назначения наказания, связанных с перевоспитанием виновных и предупреждению совершения ими новых преступлений, суд приходит к выводу, что исправление подсудимых возможно только в условиях их изоляции от общества.

Оснований для применения положений ст. 64 или 73 УК РФ суд не усматривает.

Подсудимым ФИО2 совершено особо тяжкое преступление в период условно-досрочного освобождения, которое, в силу п. «в» ч.7 ст.79 УК РФ подлежит безусловной отмене, с назначением окончательного наказания по правилам ст. 70 УК РФ.

Принимая во внимание, что наказание в виде лишения свободы ФИО4 назначено приговором Чернышевского районного суда от 29 сентября 2017 года, то есть после совершения им преступлений по настоящему уголовному делу, то окончательное наказание подлежит назначению по правилам ч.5 ст.69 УК РФ.

Местом отбытия наказания подсудимым ФИО2, ФИО13, ФИО4 суд, в соответствии с п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ, назначает исправительную колонию строгого режима. 

В соответствии с ч.3 ст.72 УК РФ время задержания и содержания под стражей на предварительном следствии и до вступления приговора в законную силу подлежит зачету в срок лишения свободы. 

В связи с тем, что подсудимым за совершение особо тяжких преступлений, судом назначается наказание в виде лишения свободы, оснований для изменения меры пресечения в виде заключения под стражу не имеется.

Вопрос о судьбе вещественных доказательств, суд разрешает в соответствии с требованиями ст. 81 УПК РФ. 

В ходе судебного рассмотрения дела, защиту интересов подсудимых ФИО2, ФИО3, ФИО4 осуществляли адвокаты по назначению суда, с возмещением расходов на оплату услуг адвоката за счет средств федерального бюджета. Учитывая, что все подсудимые являются трудоспособными, суд считает возможным взыскать с них в федеральный бюджет судебные издержки, связанные с оплатой услуг адвокатов.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 296-299, 307, 308, 309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО2 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «ж» ч.2 ст.105 УК РФ и назначить наказание в виде 17 (семнадцати) лет лишения свободы с ограничением свободы сроком на один год. В соответствии со ст. 53 УК РФ установить ФИО2 ограничения: не уходить из дома, квартиры, иного жилища в ночное время суток в период с 22 часов до 06 часов, не выезжать за пределы территории муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбывания лишения свободы, не изменять места жительства или пребывания, либо место работы без согласия уголовно-исполнительной инспекции по месту жительства. Возложить на ФИО2 обязанность дважды в месяц являться для регистрации в указанную инспекцию для осуществления надзора за отбыванием наказания. 

В соответствии с ч.7 ст. 79 УК РФ отменить условно-досрочное освобождение по приговору Чернышевского районного суда Забайкальского края от 11 июня 2013 года. 

На основании ст.70 УК РФ, по совокупности приговоров, к назначенному наказанию частично присоединить неотбытое наказание по приговору Чернышевского районного суда Забайкальского края от 11 июня 2013 года, окончательно назначить ФИО2 17 (семнадцать) лет 3 (три) месяца лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, с последующим ограничением свободы сроком на один год. В соответствии со ст. 53 УК РФ на указанный период установить ФИО2 ограничения: не уходить из дома, квартиры, иного жилища в ночное время суток в период с 22 часов до 06 часов, не выезжать за пределы территории муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбывания лишения свободы, не изменять места жительства или пребывания, либо место работы без согласия уголовно-исполнительной инспекции по месту жительства. Возложить на ФИО2 обязанность дважды в месяц являться для регистрации в указанную инспекцию для осуществления надзора за отбыванием наказания. 

Срок наказания исчислять с 23 мая 2018 года, с зачетом в срок отбытия наказания время содержания под стражей по настоящему уголовному делу в период с 28 сентября 2017 года по 22 мая 2018 года.

Меру пресечения осужденному ФИО2, в виде содержания под стражей, оставить без изменения, до вступления приговора в законную силу. 

ФИО3 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «ж» ч.2 ст.105 УК РФ и назначить наказание в виде 13 (тринадцати) лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, с последующим ограничением свободы сроком на один год. В соответствии со ст. 53 УК РФ на указанный период установить ФИО3 ограничения: не уходить из дома, квартиры, иного жилища в ночное время суток в период с 22 часов до 06 часов, не выезжать за пределы территории муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбывания лишения свободы, не изменять места жительства или пребывания, либо место работы без согласия уголовно-исполнительной инспекции по месту жительства. Возложить на ФИО3 обязанность дважды в месяц являться для регистрации в указанную инспекцию для осуществления надзора за отбыванием наказания. 

Срок наказания исчислять с 23 мая 2018 года, зачесть в срок отбытия наказания время содержания под стражей по настоящему уголовному делу в период с 28 сентября 2017 года по 22 мая 2018 года.

Меру пресечения осужденному ФИО3, в виде содержания под стражей, оставить без изменения, до вступления приговора в законную силу. 

ФИО4 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных п.«ж» ч.2 ст.105 УК РФ, п. «в» ч.2 ст.115 УК РФ и назначить наказание:

- по п. «ж» ч.2 ст.105 УК РФ в виде 16 лет лишения свободы, с ограничением свободы на 1 год;

- по п. «в» ч.2 ст.115 УК РФ в виде 1 года лишения свободы.

На основании ч.3 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путём частичного сложения назначенных наказаний, назначить ФИО4 16 (шестнадцать) лет 6 (шесть) месяцев лишения свободы, с последующим ограничением свободы сроком на один год. В соответствии со ст. 53 УК РФ на указанный период установить ФИО4 ограничения: не уходить из дома, квартиры, иного жилища в ночное время суток в период с 22 часов до 06 часов, не выезжать за пределы территории муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбывания лишения свободы, не изменять места жительства или пребывания, либо место работы без согласия уголовно-исполнительной инспекции по месту жительства. Возложить на ФИО4 обязанность дважды в месяц являться для регистрации в указанную инспекцию для осуществления надзора за отбыванием наказания. 

На основании ч.5 ст.69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенного наказания с наказанием по приговору Чернышевского районного суда Забайкальского края от 29 сентября 2017 года, окончательно назначить ФИО4 18 (восемнадцать) лет 6 (шесть) месяцев лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, с последующим ограничением свободы сроком на 1 (один) год. На основании ст. 53 УК РФ при отбывании наказания в виде ограничения свободы установить ФИО4 на срок в один год следующие ограничения: не уходить из дома, квартиры, иного жилища в ночное время суток в период с 22 часов до 06 часов, не выезжать за пределы территории муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбывания лишения свободы, не изменять места жительства или пребывания, либо место работы без согласия уголовно-исполнительной инспекции по месту жительства. Возложить на ФИО4 обязанность дважды в месяц являться для регистрации в указанную инспекцию для осуществления надзора за отбыванием наказания. 

Срок наказания исчислять с 23 мая 2018 года, зачесть в срок отбытия наказания время содержания под стражей по настоящему уголовному делу в период с 28 сентября 2017 года по 22 мая 2018 года и наказание, отбытое по приговору Чернышевского районного суда от 29 сентября 2017 года в период с 29 сентября 2017 года по 22 мая 2018 года.

Меру пресечения осужденному ФИО4, в виде содержания под стражей, оставить без изменения, до вступления приговора в законную силу. 

Вещественные доказательства, хранящиеся при уголовном деле, после вступления приговора в законную силу: стеклянную бутылку, сиденье от стула, шесть фрагментов деревянных ножек, фрагмент кирпича, табурет, подушку, матрасник, смывы с рук ФИО3, смывы и срезы ногтей рук ФИО2, смывы и срезы ногтей рук ФИО4 – уничтожить; топор - вернуть по принадлежности потерпевшему П.1; одежду осужденных вернуть по принадлежности: куртку и джинсы - ФИО3, толстовку, шапку, перчатки - ФИО2, свитер, куртку, трико - ФИО4

Взыскать с осужденных в федеральный бюджет процессуальные издержки, связанные с оплатой услуг адвокатов: с ФИО2- 

<

данные изъяты> руб., с ФИО3– 

<

данные изъяты> руб., с ФИО4 – 

<

данные изъяты> руб. 

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденными в тот же срок со дня получения копии приговора. 

В случае подачи апелляционной жалобы, осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции. 

Судья 

<

***>вого суда Лобынцев И.А.