КОПИЯ

Дело №

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

ДД.ММ.ГГГГ года 

<

адрес>

Сургутский городской суд 

<

адрес> – Югры в составе:

председательствующего судьи Елшина Н.А.,

при секретаре судебного заседания Маркиной Е.Ю.,

с участием истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2, прокурора Клементьевой А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к публичному акционерному обществу «Сургутнефтегаз» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате возникновения профессионального заболевания,

установил:

Истец обратился в суд с иском к ответчику о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате возникновения профессионального заболевания.

Свои требования мотивирует тем, что он являлся работником 

<

данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ истцу был установлен заключительный диагноз профессионального заболевания: 

<

данные изъяты>. Заболевание профессиональное, установлено впервые ДД.ММ.ГГГГ. Согласно справки МСЭ от ДД.ММ.ГГГГ истцу установлена степень утраты профессиональной трудоспособности 20 процентов, в связи с профессиональным заболеванием, согласно акта о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ. Результатом работы во вредных условиях труда на производстве ответчика явилось повреждение здоровья истца в виде получения профессионального заболевания со степенью утраты профессиональной трудоспособности 20 процентов. Истец полагает, что согласно ФОС, при получении профессионального заболевания, не повлекшего установления инвалидности выплата составляет не менее 30 величин прожиточного минимума трудоспособного населения, т.е. если степень утраты профессиональной трудоспособности составляет 5 процентов, то это может быть выплачен минимум, т.е. 694 950 рублей, а у истца степень утраты профессиональной трудоспособности составляет 20 процентов, что по мнению истца, соответствует выплате компенсации морального вреда в сумме 1 000 000 рублей. Истец обратился к ответчику с заявлением о выплате, однако ответчик ему отказал, предложив 250 000 рублей. От подписания соглашения о выплате данной суммы истец отказался, поскольку она не соответствует степени утраты его профессиональной трудоспособности, а также его физическим и нравственным страданиям. ДД.ММ.ГГГГ ответчиком истцу была произведена выплата по возмещению ущерба в сумме 217 500 рублей, путем перечисления на счёт в банке, с указанием кода платежа как доход истца. Однако, сумма компенсации морального вреда освобождается от НДФЛ, если она выплачивается в связи с причинением увечья или иным повреждением здоровья. В связи с чем, поскольку истцу пришла эта сумма в виде дохода, которая облагается НДФЛ и код выплаты указан как доход, истец полагает, что ответчик не выплатил в счет возмещения морального вреда, причиненного здоровью истца вообще никаких сумм. Истец оценивает перенесенные нравственные страдания, обусловленные многочисленными грубыми нарушениями закона ответчиком в 1 000 000 рублей, которые просит взыскать с ответчика.

В судебном заседании истец исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в иске.

Представитель ответчика в судебном заседании с заявленными требованиями не согласилась, поддержав доводы возражений на исковое заявление, согласно которым полагают, что актом № от ДД.ММ.ГГГГ нарушения требований нормативных и законодательных актов по охране труда, правил производственной санитарии со стороны работодателя, а также лица, допустившие нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов по охране труда, комиссией не установлены. Соответственно, вина ответчика и работника в наступившем профессиональном заболевании отсутствует. Доводы истца о том, что он испытывает трудности в бытовой и социальной сфере, профессиональной деятельности и повседневной физической активности, не соответствуют действительности и в нарушение ст.56 ГПК РФ какими-либо доказательствами не подтверждаются. Истец знал о том, что на его рабочем месте условия труда по производственному фактору «шум» отнесены к вредным. В целях минимизации влияния данного фактора на организм работника, истец полностью обеспечивался ответчиком средствами индивидуальной защиты, в том числе наушниками противошумными. За работу во вредных условиях труда истец получал повышенную оплату труда и ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск. В пользу истца ответчиком произведена выплата компенсации морального вреда в размере 217 500 рублей в добровольном порядке и с учётом отсутствия вины ответчика в наступившем у истца профессиональном заболевании.

Представители третьих лиц в суд не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

От представителя ОСФР по ХМАО-Югре поступил отзыв на исковое заявление, в котором он просит рассмотреть дело в своё отсутствие, указывает, что истец получил все предусмотренные законом меры социальной поддержки в рамках страхования от несчастных случаев на производстве, а споры о взыскании компенсации морального вреда и определения её размера в полномочия ОСФР по ХМАО-Югре не входят.

Дело рассмотрено в отсутствие представителей третьих лиц на основании ст. 167 ГПК РФ.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, полагавшей, что компенсация морального вреда подлежит взысканию в размере не менее 100 000 рублей, исследовав и оценив в совокупности представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

В судебном заседании установлено и сторонами не оспаривается, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 принят 

<

данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ переведен 

<

данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ ему установлен 

<

данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ истец уволен из ОАО «Сургутнефтегаз» «Сургутская Центральная база производственного обслуживания по прокату и ремонту нефтепромысловой техники и навесного оборудования», по собственному желанию. Кроме того, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, работал 

<

данные изъяты> в ОАО «Сургутнефтегаз» «Сургутская Центральная база производственного обслуживания по прокату и ремонту нефтепромысловой техники и навесного оборудования».

Комиссией в составе председателя ФИО7, Врио начальника территориального отдела Управления Роспотребнадзора 

<

адрес>) и восьми членов комиссии, проведено расследование случая профессионального заболевания в отношении ФИО1 (Диагноз 

<

данные изъяты>. Заболевание профессиональное, установлено впервые ДД.ММ.ГГГГ).

Актом № о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ вынесено заключение: на основании результатом расследования комиссией установлено, что настоящее заболевание ФИО1 является профессиональным.

Непосредственной причиной, приведшей к образованию профессионального заболевания послужила работа во вредных условиях труда:

1) на рабочем месте 

<

данные изъяты> с производственным фактором «производственный шум», не отвечающим гигиеническим нормативам за период трудовой деятельности ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в СЦБПО БНО ОАО «Сургутнефтегаз»:

Условия труда на рабочем месте 

<

данные изъяты> в СЦБПО БНО ОАО «Сургутнефтегаз» по результатам аттестации рабочего места отнесены к вредным условиям труда 1 степени (подкласс 3.1). Производственный фактор, не отвечающий гигиеническим нормативам – производственный шум, эквивалентный уровень которого по результатам измерений согласно аттестации рабочего места 84,1 дБА, превышение ПДУ на 4,1 дБА (карта аттестации № от ДД.ММ.ГГГГ);

2) на рабочем месте 

<

данные изъяты> с производственным фактором «производственный шум», не отвечающим гигиеническим нормативам за период трудовой деятельности ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в ЦБПО ПРНСиНО.

Условия труда на рабочем месте 

<

данные изъяты> с ЦБПО ПРНСиНО (подъемный агрегат марки № по результатам аттестации рабочего места и специальной оценки условий труда отнесены к вредным условиям труда 2 степени (подкласс №). Производственный фактор, не отвечающий гигиеническим нормативам – производственный шум, эквивалентный уровень которого по результатам измерений согласно:

1) аттестации рабочего места 89 дБА при ПДУ 80 дБА, превышение ПДУ на 9 дБА (карта аттестации № от ДД.ММ.ГГГГ г.)

2) аттестации рабочего места 87 дБА при ПДУ 80 дБА, превышение ПДУ на 7 дБА (карта аттестации № от ДД.ММ.ГГГГ г.)

3) специальной оценки условий труда 92 дБА при ПДУ 80 дБА, превышение ПДУ на 12 дБА (протокол измерений (оценки) шума от ДД.ММ.ГГГГ №, карта СОУТ №).

4) специальной оценки условий труда 90 дБА при ПДУ 80 дБА, превышение ПДУ на 10 дБА (протокол проведения исследований (испытаний) и измерений шума от ДД.ММ.ГГГГ №, карта СОУТ №).

Согласно данным трудовой книжки ФИО1 также работал в профессиях 

<

данные изъяты> Данные об измерениях вредных производственных факторов и о состоянии условий труда на предыдущих местах работы ФИО1 отсутствуют.

Заключения по результатам периодических медицинских осмотров (далее – медицинской заключение) представлены за периоды работы ФИО1 в ЦБПО ПРНСиНО с ДД.ММ.ГГГГ годы, поскольку срок хранения Медицинских заключений составляет 3 года, согласно ст. 635 «Перечня типовых управленческих архивных документов, образующихся в процессе деятельности государственных органов, органов местного самоуправления и организаций, с указанием сроков их хранения», утвержденного приказом Росархива РФ от ДД.ММ.ГГГГ №. Согласно медицинских заключений:

- от ДД.ММ.ГГГГ медицинские противопоказания к работе не выявлены. Годен работать в указанных условиях в очках или контактных линзах;

- от ДД.ММ.ГГГГ медицинские противопоказания к работе не выявлены;

- от ДД.ММ.ГГГГ медицинские противопоказания к работе не выявлены.

Информация о медицинских осмотрах и ранее установленных заболеваниях по прежним местам работы ФИО1 отсутствуют.

ФИО1 выполнял работы по суммированному учету рабочего времени, учетный период – год, продолжительность смены 11 часов по двухсменному режиму работы.

Нарушений требований охраны труда со стороны работника, несоблюдение технологических регламентов, режимов труда и отдыха, неприменение спецодежды, спецобуви и других средств индивидуальной защиты работником Комиссией не установлено.

Непосредственной причиной профессионального заболевания послужило: Производственный шум (код фактора – 1.3.1).

Извещением об установлении заключительного диагноза острого или хронического профессионального заболевания (отравления), его уточнении или отмене № от ДД.ММ.ГГГГ истцу поставлен диагноз: 

<

данные изъяты>

Врачебной комиссией АУ ХМАО-Югры «Центр профессиональной патологии» вынесено медицинское заключение о наличии профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ №, согласно которому причинно-следственная связь между диагнозом «

<

данные изъяты> и условиями труда на момент проведения экспертизы установлена.

Пунктом 24 санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника, утверждённой ДД.ММ.ГГГГ заместителем главного государственного санитарного врача по ХМАО-Югре установлено, что условия труда ФИО1 согласно профессиональному маршруту не соответствовали санитарно-гигиеническим требованиям по величине воздействия вредных производственных факторов: по показателям уровня шума.

Согласно справке серии № ФИО1 установлено Профессиональное заболевание с ДД.ММ.ГГГГ, степень утраты трудоспособности – 20 процентов с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ.

Как следует из справки Серии № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 установлено Профессиональное заболевание с ДД.ММ.ГГГГ, степень утраты трудоспособности – 20 процентов, с ДД.ММ.ГГГГ бессрочно.

Содержание акта, обстоятельства, установленные в нём сторонами не оспариваются, законность акта предметом спора по настоящему делу не является.

Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами, обязательное социальное страхование в случаях, предусмотренных федеральными законами (часть 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно части 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагается на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда (абзац второй части 1 статьи 216 Трудового кодекса Российской Федерации).

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Согласно пункта 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Из приведенного нормативного правового регулирования следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По смыслу положений статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 184, 219, 220 Трудового кодекса Российской Федерации, статьи 8 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» работодатель, должным образом не обеспечивший безопасность и условия труда на производстве, является субъектом ответственности за вред, причиненный работнику, его семье, когда такой вред причинен в связи с несчастным случаем на производстве либо профессиональным заболеванием.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой её не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина (абзац 3 пункта 1).

Согласно пункту 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, в связи с чем факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № указано, что при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, суду необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Как следует из пункта 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор между ФИО1 и ПАО «Сургутнефтегаз» СЦБПО ПРНСиНО, в связи с выходом на страховую пенсию по старости (п.3 ч.1 ст.77 ТК РФ).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратился в ПАО «Сургутнефтегаз» с заявлением о взыскании компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью при установлении профессионального заболевания в размере 1 000 000 рублей.

ДД.ММ.ГГГГ ПАО «Сургутнефтегаз» объединенная первичная профсоюзная организация ПАО «Сургутнефтегаз» Нефтегазстройпрофсоюза России принято решение № о выплате ФИО1 компенсации морального вреда, причиненного в связи с профессиональным заболеванием, в сумме 250 000 рублей.

ФИО1, предложено подписать соглашение о компенсации морального вреда от ДД.ММ.ГГГГ о выплате ему компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в сумме 250 000 рублей, от подписания которого он отказался.

Платежным поручением № от ДД.ММ.ГГГГ подтверждается перечисление ФИО1 от ПАО «Сургутнефтегаз» компенсации морального вреда (решение от ДД.ММ.ГГГГ №) суммы 217 500 рублей.

В письменных объяснениях ФИО1 приводит доводы о том, что помимо имущественных потерь, он претерпел значительные физические и нравственные страдания, так как 

<

данные изъяты>, а заболевание, которое проявляется в постоянных, ежедневных физических страданиях. Истец испытывает непрекращающийся высокочастотный звон, гул и шипение в ушах, особенно в ночное время суток (во время отдыха и сна). Это мешает ему нормально засыпать, приводит к частым пробуждениям и бессоннице. Шум в ушах никак не связан с внешними факторами окружающей среды и является источником постоянного физического раздражения. Постоянное напряжение, необходимое для того, чтобы расслышать речь и другие звуки, вызывают у истца регулярные головные боли, которые плохо купируются обычными обезболивающими препаратами, которые он принимает на постоянной основе. Последствия профессионального заболевания изменило жизнь истца в разных социальных сферах, ведь его профессиональная жизнь была связана с работой машиниста, но теперь истец не только лишился возможности работать по профессии, но и испытывает постоянное чувство страха и неуверенности в своем будущем на рынке труда. Истец ощущает себя профессионально несостоятельным, что наносит существенный удар по его самооценке. Неспособность расслышать важную информацию (указания врача, объявления в общественном транспорте) создает у истца постоянный фон тревоги и страха за свою безопасность, а близким в быту приходится постоянно повторять фразы, говорить громче, чем обычно. Осознание того, что заболевание необратимо и будет только прогрессировать, вызывает у истца приступы тоски, апатии и подавленного эмоционального состояния. Все перечисленные выше страдания являются прямым следствием того, что ответчик не обеспечил истцу безопасные условия труда, не производил своевременно мероприятия медицинского характера, что позволило бы выявить заболевание на ранней стадии и предотвратить его ухудшения. Моральный вред, причиненный истцу, является глубоким, длительным и затрагивает все сферы жизни. Он не прекращается ни на минуту, сопровождая истца в быту, на отдыхе, в общении и т.д.

Также в судебном заседании истец пояснил, что неоднократно предпринимал попытки трудоустроиться, но его не принимали на работу по причине наличия профессионального заболевания.

Согласно представленной в материалы дела копии программы реабилитации ПРП № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 нуждается: в приобретении лекарственных препаратов, медицинских изделий, техническими средствами реабилитации, санаторно-курортном лечении. Продолжение профессиональной деятельности возможно при изменении условий труда. Прогнозируемый результат проведение реабилитационных мероприятий: частичное восстановление нарушенных функций организма, обусловленных профессиональным заболеванием и частичное восстановление возможности, способности продолжать выполнять профессиональную деятельность.

Как видно из представленных в материалы дела выписки из амбулаторной карты от ДД.ММ.ГГГГ видно, что ФИО1 продолжает наблюдаться у врача-оториноларинголога с жалобами на снижение разборчивости речи, снижение слуха слева, периодический шум в ушах, больше слева (разночастотный, меняется по громкости).

При определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает фактические обстоятельства причинения вреда здоровью ФИО1, длительность воздействия негативного фактора (производственного шума) более 10 лет, принимая во внимание степень физических и нравственных страданий, перенесенных истцом, его возраст, невозможность обеспечивать прежний уровень финансового обеспечения, степень утраты профессиональной трудоспособности, тяжесть повреждения здоровья, долгосрочные последствия полученного заболевания, его необратимость, степень ежедневных бытовых неудобств, которые претерпевает истец, предпринятые ответчиком меры по компенсации истцу морального вреда в размере произведенной выплаты, принимая во внимание, что закон не устанавливает ни минимального, ни максимального размера компенсации морального вреда, стоимость человеческих страданий не высчитывается, компенсация предназначена для сглаживания нанесенных человеку моральных травм, исходя из принципа разумности и справедливости, степени вины работодателя, суд приходит к выводу о том, что исковые требования о компенсации морального вреда подлежат частичному удовлетворению в размере 250 000 рублей.

Суд считает предлагаемую истцом сумму в качестве компенсации морального вреда в размере 1 000 000 рублей явно завышенной, не отвечающей требованиям разумности и справедливости по основаниям указанным выше.

Доводы истца о необходимости компенсации морального вреда в рамере не менее 30 величин прожиточного минимума в соответствии с Федеральным отраслевым соглашением не состоятельны, поскольку ответчик к данному соглашению не присоединялся и не является его стороной.

Доводы ответчика о том, что в ходе расследования случая профессионального заболевания не установлены обстоятельства допущенных работодателем нарушений, а за работу во вредных условиях труда (производственный шум) истцу производилась компенсация в виде повышенной оплаты труда и дополнительного оплачиваемого отпуска не снижают размер и не могут служить основанием для освобождения от ответственности за причинение морального вреда в результате профессионального заболевания. Добровольно выплаченный ответчиком размер компенсации морального вреда, с учётом длительности негативного воздействия, суд находит недостаточным для сглаживания физических и нравственных страданий, которые испытывает истец в результате наступления профессионального заболевания.

На основании ст.103 ГПК РФ с ответчика в доход бюджета 

<

адрес> подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3 000 рублей.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к публичному акционерному обществу «Сургутнефтегаз» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате возникновения профессионального заболевания - удовлетворить частично.

Взыскать с публичного акционерного общества «Сургутнефтегаз», ИНН № в пользу ФИО1, паспорт № компенсацию морального вреда в размере 250 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с публичного акционерного общества «Сургутнефтегаз», ИНН № в доход бюджета муниципального образования 

<

адрес> государственную пошлину в размере 3 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в судебную коллегию по гражданским делам суда 

<

адрес>-Югры, через Сургутский городской суд.

Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ.

Судья подпись Елшин Н.А.

КОПИЯ ВЕРНА «___» __________ 2025 г.

Подлинный документ находится в деле №

СУРГУТСКОГО ГОРОДСКОГО СУДА ХМАО-ЮГРЫ

УИД №

Судья Сургутского городского суда

Елшин Н.А. _________________________

Судебный акт вступил (не вступил)

в законную силу «_____»__________20___г.

Секретарь судебного заседания ___________