Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

24 апреля 2019года г.Ясногорск

Ясногорский районный суд Тульской области в составе:

председательствующего Пучковой О.В.,

при секретаре Киселевой Е.С.,

с участием

представителя истца ФИО1 адвоката Красновой Н.Д., представившей удостоверение №, выданное ДД.ММ.ГГГГ Управлением Минюста России по Тульской области, и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ, 

ответчика ФИО2, в режиме видеоконференц-связи,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Ясногорского районного суда Тульской области гражданское дело № по иску ФИО1 к ФИО3 о возмещении материального ущерба, компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО3, ПАО СК «Росгосстрах» в Тульской области о возмещении материального ущерба, компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия. 

В обоснование своих исковых требований ФИО1 указала, что приговором Ясногорского районного суда Тульской области от 01 октября 2018 года, вступившим в законную силу, ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.264 УК РФ. Суд установил, что 23 сентября 2017 года ФИО3, управляя автомобилем, находясь в состоянии алкогольного опьянения, нарушил правила дорожного движения, что повлекло по неосторожности смерть ФИО10 Она (истец) является бабушкой погибшего, они проживали одной семьей, вели общее хозяйство, по уголовному делу была признана потерпевшей. В связи со смертью внука ФИО10 она (ФИО1) понесла затраты: на ритуальные услуги на общую сумму 49000 рублей, что подтверждается квитанцией-договором на ритуальные услуги №, справкой ИП ФИО7, на приобретение одежды на сумму 9420 рублей, что подтверждается товарным чеком от ДД.ММ.ГГГГ, на изготовление памятника на общую сумму 68770 рублей, что также подтверждается товарным чеком. Указывала, что ответчик причинил ей моральный вред, который она оценивает в сумме 500 000 рублей. Смерть внука явилась для нее сильнейшим психологическим ударом, причинила душевные и нравственные страдания в виде глубоких переживаний, полученного стресса, чувства потери и горя, у нее ухудшилось общее состояние здоровья. До настоящего времени она болезненно переживает невосполнимую утрату, в связи с гибелью внука, в результате его трагической гибели она длительное время была лишена возможности вести нормальный образ жизни. В старости надеялась, что внук будет ей опорой и поддержкой, так как ее муж умер ДД.ММ.ГГГГ, думала, что сможет рассчитывать на ФИО10 в трудную минуту. 

С учетом изложенного просила взыскать с ПАО СК «Росгосстрах» в ее пользу материальный ущерб в сумме 25 000 руб., с ФИО3 в ее пользу материальный ущерб в сумме 102 109 руб., компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб., судебные расходы, понесенные на оказание юридической помощи, в размере 15 000 руб.

В ходе рассмотрения дела истец ФИО1 отказалась от исковых требований к ПАО СК «Росгосстрах» о возмещении материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия.

Определением Ясногорского районного суда Тульской области от 03 апреля 2019 года принят отказ ФИО1 от исковых требований к ПАО СК «Росгосстрах», производство по исковым требованиям ФИО1 к ПАО СК «Росгосстрах» о возмещении материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, прекращено. 

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, о времени и месте разбирательства дела извещена своевременно и надлежащим образом, направила заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие. Ранее в судебном заседании поддержала заявленные требования по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Указала, что внезапная смерть ее двадцатипятилетнего внука ФИО10 является для нее невосполнимой утратой. Внук для нее являлся смыслом жизни, с детства жил у нее, у них были хорошие отношения, она фактически его воспитывала. После его смерти ухудшилось ее состояние здоровья. 

В судебном заседании представитель истца адвокат Краснова Н.Д. поддержала исковые требования ФИО1 по доводам, изложенным в заявлении, настаивала на их удовлетворении, полагал все понесенные ФИО1 расходы необходимыми и разумными.

Ответчик ФИО3, отбывающий наказание в 

<

адрес>, участвующий в судебном заседании в режиме видеоконференц-связи, требования истца ФИО1 признал частично, считал сумму материального ущерба и сумму компенсации морального вреда необоснованными, являющимися завышенными. Также указал, что ранее он предпринимал меры к возмещению морального и материального ущерба, но ФИО1 отказывалась.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ПАО СК «Росгосстрах», привлеченного к участию в деле определением от 02 апреля 2019 года, в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещался надлежащим образом, причину неявки не сообщил.

В соответствии со ст.167 ГПК РФ суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле.

Суд, выслушав доводы представителя истца ФИО1 адвоката Красновой Н.Д., изучив письменные материалы дела, приходит к следующему.

Статья 45 Конституции Российской Федерации закрепляет государственные гарантии защиты прав и свобод (ч.1) и право каждого защищать свои права всеми не запрещенными законом способами (ч.2). 

В силу ч.1 ст.8 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) гражданские права и обязанности, в том числе возникают вследствие причинения вреда другому лицу.

Статьей 12 ГК РФ предусмотрено, что защита гражданских прав осуществляется, в том числе, путем возмещения убытков.

В силу ст.15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии со ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Право физического и юридического лица, признанного потерпевшим по уголовному делу на возмещение имущественного вреда, причиненного непосредственно преступлением, предусмотрено п.3 ст.42 УПК РФ.

В силу ст.150 ГК РФ жизнь, здоровье, достоинство личности, честь и доброе имя, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, подлежат защите в соответствии с Гражданским кодексом РФ.

Статьей 151 ГК РФ предусмотрено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В п.2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года №10 (ред. от 06 февраля 2007 года) «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников. 

Исходя из положений п.1 ст.1079 ГК РФ, граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (в том числе использование транспортных средств), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. 

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В соответствии со ст.1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В силу ст.1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. 

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. 

В ходе рассмотрения дела судом установлено, что приговором Ясногорского районного суда Тульской области от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.264 УК РФ, ему назначено наказание в виде лишения свободы на срок 2 года 8 месяцев, с отбыванием наказания в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами сроком на 3 года.

Приговором суда установлено, что 23 сентября 2017 года в период времени с 04 часов до 05 часов 30 минут, водитель ФИО3, имеющий водительский стаж с ДД.ММ.ГГГГ года, будучи в состоянии алкогольного опьянения управлял технически исправным автомобилем марки «

<

данные изъяты>», регистрационный знак №, и двигался на нем по участку 23 км а/д «Ново-Клейменово-Ясногорск-Мордвес» в направлении от г.Ясногорска к с.Машково Ясногорского района Тульской области, при этом перевозил в салоне своего автомобиля не пристегнутых ремнями безопасности пассажиров ФИО8 и ФИО10, чем нарушил требования п.2.1. с учетом п.2.1.2 и 2.7 абз.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 23 октября 1993 года №1090 в редакции Постановления Правительства РФ от 12 июля 2017 № 832, проявил преступную неосторожность в форме легкомыслия, предвидя возможность наступления общественно-опасных последствий своих действий, но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывая на предотвращение этих последствий, в нарушении п.10.1 абз.1 с учетом п.10.3 Правил, вел управляемое им транспортное средство со скоростью более 100 км/ч, что выше установленного ограничения в 90 км/ч на данном участке проезжей части, начал совершать необоснованные в данной дорожной обстановке маневры, неоднократно вращая рулевым колесом из стороны в сторону, меняя при этом положение управляемого им автомобиля на проезжей части, вследствие чего, а также ввиду его состояния алкогольного опьянения, превышения установленного скоростного режима, утратил контроль над расположением своего транспортного средства на проезжей части, вследствие чего произошел выезд автомобиля марки «

<

данные изъяты>», регистрационный знак №, на правую по ходу движения обочину, выезжая с которой на участке 24 км а/д «Ново-Клейменово-Ясногорск-Мордвес», не доезжая 400 метров до поворота на д. Пахомово Ясногорского района Тульской области водитель ФИО3 не справился с рулевым управлением своего транспортного средства и допустил его опрокидывание на проезжей части, с последующим выездом в правый по ходу движения кювет. 

В результате дорожно-транспортного происшествия пассажиру ФИО10 были причинены телесные повреждения, которые в совокупности имеют квалифицирующие признаки тяжкого вреда здоровью, в результате которых наступила его смерть.

ФИО1 по данному уголовному делу признана потерпевшей.

Согласно ч.4 ст.61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Разрешая требования о взыскании с ФИО3 компенсации морального вреда и расходов на погребение, суд учитывает, что как установлено ПАО СК «Росгосстрах» в пределах лимита ответственности по договору обязательного страхования гражданской ответственности, установленного ст.7 Федерального закона от 25 апреля 2002 года №40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» выплачено страховое возмещение. Согласно материалам выплатного дела на основании заявления матери ФИО10 – ФИО9 выплачено страховое возмещение в сумме 475 000 руб. Также в счет возмещения расходов на погребение в пределах лимита ответственности ФИО1 выплачено страховое возмещение в размере 25 000 руб. При таких обстоятельствах суммы сверх лимита ответственности страховой компании подлежат взысканию в силу положений ст.ст.1064, 1079 ГК РФ с ФИО3

Как разъяснено в п.32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (ст.1100 ГК РФ).

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. 

Вместе с тем, при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. 

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Установлено, что ФИО1 являлась бабушкой погибшего в результате ДТП ФИО10, что подтверждается имеющимися в материалах дела свидетельствами о рождении, о браке.

Статьей 5 УПК РФ к близким родственникам отнесены: супруг, супруга, родители, дети, усыновители, усыновленные, родные братья и родные сестры, дедушка, бабушка, внуки. 

В силу положений ст.14 СК РФ близкими родственниками (родственниками по прямой восходящей и нисходящей линии) являются (родители, дети, дедушка и бабушка).

Исходя из содержания ст.ст.150 и 151 ГК РФ состав семьи для целей применения компенсации морального вреда должен представлять собой сочетание понятий составов семьи, предусмотренных в Семейном и Жилищном кодексах РФ.

Согласно ст.2 СК РФ к членам семьи могут быть отнесены: супруги, родственники первой и второй степени, усыновители и усыновленные, фактические воспитатели и воспитанники, отчим и мачеха, пасынок и падчерица.

При этом семейное законодательство не ставит отнесение к числу членов семьи в зависимость от совместного проживания и ведения общего хозяйства.

Согласно п.1 ст.31 ЖК РФ к членам семьи собственника жилого помещения относятся проживающие совместно с собственником в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители собственника. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы и в исключительных случаях иные граждане могут быть признаны членами семьи собственника, если они вселены собственником в качестве членов его семьи.

В п.1 ст.69 ЖК РФ относит к членам семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма следующих лиц: проживающие совместно с нанимателем супруг, а также дети и родители нанимателя. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы признаются членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, если они вселены нанимателем в качестве членов его семьи и ведут с ним общее хозяйство. В исключительных случаях иные лица могут быть признаны членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма в судебном порядке.

В состав семьи входят следующие лица, наличие страданий у которых в связи с нарушением семейных связей в случае смерти потерпевшего должно предполагаться, если не будет доказано обратное: супруги, родственники первой и второй степени, усыновители и усыновленные, фактические воспитатели и воспитанники, лица, находящиеся в фактических брачных отношениях, если они совместно проживали и вели общее хозяйство (сожители).

ФИО1 и погибший ФИО10 проживали совместно и состояли на регистрационном учете по адресу: 

<

адрес>, жили одной семьей, для внука бабушкой и дедушкой ФИО11, умершим ДД.ММ.ГГГГ, была организована отдельная комната, ФИО1 и ФИО10 вели общее хозяйство, имели общий бюджет. 

Данные обстоятельства подтверждаются справкой комитета имущественных и земельных отношений администрации муниципального образования Ясногорский район от ДД.ММ.ГГГГ, показаниями свидетелей ФИО12, ФИО13, согласно которым ФИО10 проживал у ФИО4 с самого детства. Внук был для истца, как луч света, во всем ей помогал, любил бабушку, у них были хорошие взаимоотношения. После внезапной смерти ФИО10 у ФИО4 ухудшилось состояние здоровья, до настоящего времени она не может пережить боль утраты, плохо ест. ФИО4 занималась похоронами внуками, установила на могиле памятник, полностью обустроила ее.

Оснований не доверять показаниям свидетелей не имеется, они последовательны, каких-либо противоречий не имеют, согласуются с иными доказательствами по делу.

С учетом изложенного, принимая во внимание, что сам факт гибели ФИО10 свидетельствует об утрате родственных уз и является основанием для компенсации морального вреда, учитывая вышеуказанные обстоятельства, то обстоятельство, что гибель родственника и близкого ФИО1 человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников, членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, суд приходит к выводу о том, что смерть ФИО10 причинила нравственные страдания ФИО1, которая имеет право на компенсацию морального вреда.

Определяя размер компенсации, причиненных истцу нравственных и физических страданий, вызванных смертью близкого родственника, суд, учитывая фактические обстоятельства дела, степень вины ответчика ФИО3, признанного виновным в совершении неумышленного преступления, факт нахождения его в момент управления транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения, характер и степень причиненных ФИО1 нравственных страданий, вызванных невосполнимой потерей близкого родственника, любимого внука, который длительное время проживал совместной с ней, чувством горя и переживаний, связанных с этим, а также требования закона о разумности и справедливости размера компенсации морального вреда, приходит к выводу о том, что размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца ФИО1, подлежит определению в размере 300 000 рублей. 

Разрешая исковые требования истца о возмещении расходов на погребение, суд приходит к следующему.

Статьей 1094 ГК РФ предусмотрено, что лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

Перечень необходимых расходов, связанных с погребением, содержится в Федеральном законе от 12 января 1996 года № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле».

В соответствии со ст.3 Федерального закона от 12 января 1996 года № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле», погребение понимается как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Погребение может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).

Данным нормативно-правовым актом также установлен перечень необходимых расходов на погребение лицу, понесшему эти расходы.

Судом установлено, что в связи со смертью ФИО10 истцом понесены следующие затраты на погребение: затраты на погребальные принадлежности в размере 58 420 рублей, что подтверждается квитанцией-договором № на ритуальные услуги, справкой ИП ФИО7 об оплате ФИО1 49 000 руб. ДД.ММ.ГГГГ, товарным чеком от ДД.ММ.ГГГГ; затраты на благоустройство могилы и изготовление памятника в размере 68 770 руб., что подтверждается товарным чеком от ДД.ММ.ГГГГ.

Руководствуясь вышеприведенными нормами материального права, суд приходит к выводу о том, что, осуществив погребение ФИО10, истец приобрела право на возмещение соответствующих расходов лицом, ответственным за смерть потерпевшего.

Учитывая необходимость совершения обрядовых действий в соответствии со сложившимися в месте захоронения обычаями и традициями, а именно соблюдением положенных религиозных обрядов, оказанием необходимых ритуальных услуг, приобретением ритуальных предметов, благоустройством могилы, суд приходит к выводу о необходимости возмещения истцу части понесенных расходов, а именно: расходов на погребальные принадлежности в размере 58 420 руб., расходов на благоустройство могилы и установку памятника в размере 50 500 руб., как подтвержденных представленными письменными доказательствами.

При этом в пользу ФИО1 с ответчика подлежит взысканию всего 83 920 руб. (58 420+50 500-25 000 (сумма расходов, возмещенных страховой компаний).

Требования о взыскании расходов на гранитную лампаду в сумме 5 500 руб., на выполнении эпитафии и креста на памятнике в размере 12 770 руб., суд полагает не подлежащими возмещению, поскольку данные расходы нельзя признать необходимыми, они выходят за пределы обрядовых действий по непосредственному погребение тела.

Оснований для признания иных расходов завешенными у суда не имеется. Установление мемориального надмогильного сооружения и обустройство места захоронения является одной из форм сохранения памяти об умершем, отвечает обычаям и традициям. Иные кроме вышеуказанных расходов на погребение, отвечают критериям разумности, требованиям о необходимости и не превышают среднего, разумно-допустимого размера соответствующих ритуальных затрат в данной местности. Суд учитывает, что памятник без эпитафии, креста представляет собой плиту, является обычным по размеру и не имеет излишеств, соответствует стандартному представлению по облагораживанию могилы умерших.

Доказательств несоответствия размера понесенных стороной истца расходов, связанных с изготовлением памятника, иных расходов на погребение, требованиям необходимости и разумности не представлено.

Проанализировав вышеуказанные обстоятельства в их совокупности, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного преступлением, возмещении расходов на погребение.

ФИО1 также просила возместить в ее пользу судебные расходы на оплату услуг представителя в сумме 15 000 руб.

При рассмотрении дела в Ясногорском районном суде Тульской области в качестве представителя истца участвовала адвокат Краснова Н.Д. на основании ордера.

Согласно представленной квитанции серии АА № ФИО1 на основании соглашения № от ДД.ММ.ГГГГ за составление искового заявления, сбор документов, представительство в Ясногорском районном суде по делу о взыскании ущерба от ДТП, уплачено всего 15 000 руб. (5 000 и 10 000, соответственно). 

Положениями ст.88 ГПК РФ предусмотрено, что судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно ст.94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся в т.ч. расходы на оплату услуг представителей.

В соответствии со ст.100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

По смыслу данных положений разумные пределы являются оценочной категорией, четкие критерии их определения применительно к тем или иным категориям дел не предусматриваются. В каждом конкретном случае суд вправе определить такие пределы с учетом обстоятельств дела, сложности и продолжительности рассмотрения дела, сложившегося в данной местности уровня оплаты услуг адвокатов по представлению интересов доверителей в гражданском процессе.

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 года №1 «О некоторых вопросах применения законодательства в возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» указано, что разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов. Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер (п.11).

Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах. При неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (п.12).

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (п.13).

Обязанность суда взыскать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных на реализацию требований ч.3 ст. 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Вследствие чего в силу ст. 100 ГПК РФ суд обязан установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

Исходя из принципа разумности, конкретных обстоятельств и сложности дела, характера спорных правоотношений, продолжительности рассмотрения дела, участия представителя в рассмотрении иска, объема предоставленных услуг, учитывая, что адвокатом Красновой Н.Д. также оказывались услуги по взысканию возмещения со страховой компании, сбору необходимых документов в рамках взыскания страхового возмещения, от части требований к страховой компании истец отказалась, суд приходит к выводу о том, что отвечающим критериям разумности, соразмерности и справедливости возмещения судебных издержек, а также не нарушающим баланс интересов всех сторон в данном случае является взыскание расходов на оплату услуг представителя в размере 7 000 руб.

Согласно подп.4 п.1 ст.333.36 НК РФ истцы освобождаются от уплаты государственной пошлины по искам о возмещении вреда, причиненного преступлением.

В силу ч.1 ст.103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов. Таким образом, с учетом удовлетворенных имущественных требований в размере 83 920 руб. и требований о компенсации морального вреда, с ФИО3 подлежит взысканию в доход федерального бюджета государственная пошлина в размере 3 017 руб. 60 коп. (2 717,60 + 300) руб.

Руководствуясь положениями ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к ФИО3 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес>, зарегистрированного по адресу: 

<

адрес>, в пользу ФИО1 в счет возмещения материального ущерба 83 920 (восемьдесят три тысячи девятьсот двадцать) руб., в счет компенсации морального вреда 300 000 (триста тысяч) руб., судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 7 000 (семь тысяч) руб.

В остальной части требований ФИО1 к ФИО3 – отказать.

Взыскать с ФИО3 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 3 017 (три тысячи семнадцать) руб. 60 коп.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Тульского областного суда в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Ясногорский районный суд Тульской области.

Мотивированное решение изготовлено 29 апреля 2019 года.

Председательствующий