Дело№2-3812/17

Решение

Именем Российской Федерации

05 сентября 2017 года г. Саратов

Заводской районный суд г. Саратова в составе:

председательствующего судьи Галицкой Е.Ю., 

при секретаре Кутурженко А.В.,

с участием истца посредством видеоконференц-связи ФИО1,

представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице управления Федерального казначейства по Саратовской области о компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации в лице управления Федерального казначейства по Саратовской области о компенсации морального вреда, возмещение материального ущерба. 

В обоснование заявленных требований указал, что приговором от 04 марта 2016 года он оправдан по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст.30 - п. «б» ч.2 ст. 228.1 УК РФ, ч.3 ст.30 - п. «б» ч.2 ст. 228.1 УК РФ, ч.3 ст.30 - п. «б» ч.2 ст. 228.1 УК РФ, ч.3 ст.30 - п. «б» ч.2 ст. 228.1 УК РФ, ч.3 ст.30 - п. «б» ч.2 ст. 228.1 УК РФ, ч.3 ст.30 - п. «б» ч.2 ст. 228.1 УК РФ, п. «г» ч.3 ст.228.1 УК РФ, на основании п. 2 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, за непричастностью к совершению преступлений и за ним признано право на реабилитацию.

Кроме того указывает, что 04 июня 2009 года примерно в 15.25 часов был незаконно задержан и досмотрен сотрудниками УФСКН РФ по Саратовской области без каких либо оснований. 05 июня 2009 года во второй половине дня отпущен под подписку о невыезде. 11 июля 2015 года был задержан и 13 июля 2015 года ему была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

Постановлением от 17 марта 2017 года Энгельсского районного суда Саратовской области ему зачтены сутки лишения свободы с 4 по 5 июня 2009 года в срок отбытия наказания по приговору суда.

ФИО1 указывает, что при задержании 04 июня 2009 года у него имелся сотовый телефон NOKIA 6500 S-1, который был изъят сотрудникам полиции, вместе с тем вещественным доказательством телефон не признавался, но и не возвращен ему, таким образом, считает его похищенным незаконно против его желания.

ФИО1 указывает, что был лишен свободы 04 июня 2009 года и помещен на сутки в подвал здания 

<

адрес>. Саратова, запираемое помещение, без водоснабжения, туалета и окна, где можно было находится только стоя, поскольку пол был загрязнен экскрементами людей, вентиляции не было, постоянно находился в этой камере был один и иногда вызывался на допросы и всевозможные мероприятия, связанные с его задержанием из-за найденной у него купюры, освобожден на следующий день.

ФИО1 считает, что незаконно был лишен свободы на целые сутки с 4 по 5 июня 2009 года, помещен в недостойные условия содержания с 4 по 5 июня 2009 года, в нарушение требований действующего законодательства не направлен в СИЗО, подвергался силовым захватам на удержание и удушение, что создавало угрозу его жизни и здоровью.

Во время задержания с ним производился уничижающее его человеческое достоинство действия, которые также считает незаконными, обыскивался в общественном месте с раздеванием, незаконно производились обыски дома у близких членов его семьи, он был лишен свободы передвижения.

Нарушены процедура и порядок задержания, не составлен в течение 3 часов протокол задержания, не разъяснены права, не предоставлен защитник, в целях принуждения дачи признательных показаний подвергался пытке, помещался в подвал - неофициальную тюрьму. У него были отняты и похищены найденные денежные средства в размере 500 руб. и личный телефон NOKIA 6500 S-1, он принуждался к даче показаний против себя. Незаконно и необоснованно привлечен к уголовной ответственности в семи эпизодах сбыта. В результате указанных действий он утратил веру и не находит смысла в деятельности правоохранительных органов.

Оперативные работники уволены из рядов правоохранительной системы, оперативник, обыскивавший его и отнявший телефон, осужден и находится в местах лишения свободы за кражи при подобных обстоятельствах.

ФИО1 указывает о нарушении его нематериальных благ при задержании и досмотре, считает, что имеет право на компенсацию морального вреда основаниям ст.ст.1070,1069 ГК РФ, неофициальное задержание, досмотр, раздевание в общественном месте, содержание в неофициальной тюрьме, обыски дома у родственников; а также в результате незаконного осуждения за серию сбытов наркотиков группой лиц, и неправомерного изъятия законно приобретенных вещей – денег в размере 500 руб. и телефона NOKIA 6500 S-1.

В связи с чем, вынужден обратиться в суд и заявил требование о взыскании с ответчика 256 900 руб. материального и компенсации морального вреда (за один эпизод сбыта ошибочно вмененный по обвинению 30 000 руб. по достоинству личности исходя из общероссийского среднего заработка – 7 эпизодов х 30 000 руб. 210 000 руб.), о взыскании денежных средств за незаконное задержание, досмотр, содержание в неофициальной тюрьме, обыски дома и принуждение к даче показаний без разъяснения прав по достоинству личности, исходя из общероссийского уровня заработной платы 30 000 руб., о взыскании материального ущерба в виде невозвращенных найденных денег в размере 500 руб. с учетом дефлятора 900 руб., стоимости телефона в размере 16 000 руб., упущенного заработка за сутки с 4 по 5 июня 2009 год, исходя из стоимости труда по общероссийскому уровню 30 000/30= 1000 руб., итого материального ущерба в размере 16 900 руб., морального вреда 240 000 руб., всего 256 000 руб.

Определением суда от 05 сентября 2017 года производство по делу по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Саратовской области о взыскании материального ущерба прекращено.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования о компенсации морального вреда поддержал в полном объеме, в обоснование привел доводы, аналогичные, изложенным иске, настаивал на удовлетворении исковых требований в полном объеме. 

Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала, указала, что истцом не доказан факт причинения ему нравственных или физических страданий, в связи с чем, в удовлетворении исковых требований просила отказать в полном объеме.

Представитель прокуратуры Саратовской области в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещался надлежащим образом.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 2 Конституции РФ человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В соответствии со ст. 45 Конституции РФ государственная защита прав и свобод человека и гражданина в РФ гарантируется, каждый вправе защищать свои права всеми способами, не запрещенными законом.

В силу ст. ст. 52 и 53 Конституции РФ к числу гарантированных конституционных прав граждан относится право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласно ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со ст. ст. 150, 151 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. В случаях и в порядке, предусмотренных законом, личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежавшие умершему, могут осуществляться и защищаться другими лицами, в том числе наследниками правообладателя.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с ГК РФ и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12 ГК РФ) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с абз. 3 ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

По смыслу ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования (ст. 1069 ГК РФ).

На основании п. 1 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, возмещается за счет казны РФ, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта РФ или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В отношении лиц, незаконно или необоснованно подвергнутых уголовному преследованию, такой порядок определен Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации (ст. 133 - 139, 397 и 399).

Исходя из содержания указанных статей право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований (вынесение в отношении подсудимого оправдательного приговора, а в отношении подозреваемого или обвиняемого - прекращение уголовного преследования). При этом установлено, что иски за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (ст. 136 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации).

В п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2011 года N 17 «О практике применения судами норм главы 18 УПК РФ, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» разъяснено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

Из вышеизложенных правовых норм следует, что суд, исходя из обстоятельств конкретного уголовного дела и руководствуясь принципами справедливости, приоритета прав и свобод человека и гражданина, может принять решение о возмещении вреда, причиненного в результате уголовного преследования по обвинению, не нашедшему подтверждения в ходе судебного разбирательства.

В судебном заседании установлено, что 04 июня 2009 года ФИО1 был задержан по подозрению в совершении преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 2 ст. 228.1 и ч. 2 ст. 228 УК РФ. 

05 июня 2009 года в отношении ФИО1 возбуждено уголовное дело 

<

№> по признакам состава преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30 - п. «б» ч. 2 ст. 228.1, ч. 2 ст. 228 УК РФ, ему избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде, которая отменена 15 июня 2009 года.

28 апреля 2010 года предварительное расследование по уголовному делу было приостановлено в связи с тем, что подозреваемый ФИО1 скрылся от следствия и его местонахождение не установлено. 11 июля 2015 года ФИО1 был задержан, расследование уголовного дела возобновлено, и ему предъявлено обвинение по ч. 2 ст. 228 УК РФ.

13 июля 2015 года ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ. Срок содержания под стражей неоднократно продлялся.

28 августа 2015 года ФИО1 привлечен в качестве обвиняемого по п. «б» ч. 2 ст. 228.1 УК РФ, ч. 3 ст. 30 УК РФ по шести эпизодам, по п. «г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ и ч. 2 ст. 228 УК РФ.

Согласно приговору Заводского районного суда г. Саратова от 04 марта 2016 года ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ, с назначением наказания в виде 6 лет лишения свободы без штрафа с отбыванием наказания в исправительной колонии строго режима. Срок содержания под стражей с 11 июля 2015 года по 04 марта 2016 года зачтен в срок отбытия наказания. Этим же приговором ФИО1 оправдан по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30 - п. «б» ч. 2 ст. 228.1 УК РФ по шести эпизодам и по п. «г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ с признанием права на реабилитацию.

Постановлением от 17 марта 2017 года Энгельсского районного суда Саратовской области ФИО1 зачтены сутки лишения свободы с 4 по 5 июня 2009 года в срок отбытия наказания по приговору суда.

В соответствии с ч. 1 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Право на реабилитацию, включая и право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют, в том числе подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор (п. 2 ч. 2 ст. 133 УПК РФ). 

При таких обстоятельствах, учитывая установленный приговором факт незаконного уголовного преследования ФИО1 в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30 - п. «б» ч. 2 ст. 228.1 УК РФ по шести эпизодам и по п. «г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, в связи с чем, его исковые требования ФИО1 о компенсации морального вреда подлежат удовлетворению. 

Определяя размер компенсации морального вреда суд исходит из характера причиненных истцу нравственных страданий, учитывает факт незаконного привлечения к уголовной ответственности в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30 - п. «б» ч. 2 ст. 228.1 УК РФ по шести эпизодам и по п. «г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, период уголовного преследования, а также то обстоятельство, что в отношении ФИО1 мера пресечения истцу по п. «г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ не избиралась.

Исходя из требований разумности и справедливости, частичного характера реабилитации истца, суд полагает необходимым определить размер компенсации морального вреда в сумме 1000 руб., а сумму, заявленную в исковых требованиях ФИО1 необоснованно завышенной. 

Вопреки доводам представителя ответчика об отсутствие у истца права на компенсацию морального вреда, оправдание ФИО1 по ч. 3 ст. 30 - и. «б» ч. 2 ст. 228.1 УК РФ по шести эпизодам и по п. «г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава указанного преступления, является основанием для компенсации морального вреда.

Оснований для компенсации морального вреда ФИО1 по иным основаниям, указанным истцом в иске суд не усматривает, поскольку им не представлено доказательств, подтверждающих обстоятельства, свидетельствующие о нарушении его нематериальных благ. 

Незаконность действий сотрудников полиции при задержании, досмотре и при производстве обыска, изъятии сотового телефона, нарушении процедуры и порядка задержания не установлены, факта признания полученных доказательств в ходе следственных действий недопустимыми доказательствами не имеется, вина в действиях сотрудников полиции, что является необходимым условием в силу ст. 151, 1099 ГК РФ для возложения ответственности по возмещению компенсации морального вреда, не установлена.

Доводы ФИО1 о том, что он подвергался силовым захватам на удержание и удушение, что создавало угрозу его жизни и здоровью голословны и допустимыми доказательствами не подтверждены.

Истец ФИО1 в судебном заседании пояснил, что с заявлением о незаконных действиях сотрудников, осуществлявших его задержание досмотр, допрос и обыск, в том числе в связи с причинением ему телесных повреждений, принуждением к даче показаний, за период с 04 сентября 2009 года по 05 сентября 2009 года он не обращался.

Постановлением от 17 марта 2017 года Энгельсского районного суда Саратовской области ФИО1 зачтены сутки лишения свободы с 4 по 5 июня 2009 года в срок отбытия наказания по приговору суда.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Между тем, как следует из материалов дела, в нарушение требований ч. 1 ст. 56 ГПК РФ истец ФИО1 не представил суду каких-либо доказательств, как подтверждающих неправомерность (незаконность) действий (решений) сотрудников, осуществлявших его задержание досмотр, допрос и обыск, так и подтверждающих причинение ему морального вреда (нравственных и физических страданий). Факт оказания психологического давления, выразившегося в принуждении истца к даче признательных показаний в совершении преступления также не доказан.

Вопреки утверждениям истца, в материалах дела не имеется каких-либо доказательств незаконности действий сотрудников, осуществлявших его задержание досмотр, допрос и обыск по его задержанию истца.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об отказе ФИО1 в удовлетворении исковых требований о компенсации морального вреда в результате задержания, досмотра и раздевания в общественном месте, содержанием в неофициальной тюрьме, обыске дома у родственников.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, 

решил:

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда 1000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице управления Федерального казначейства по Саратовской области о компенсации морального вреда, отказать.

Решение может быть обжаловано в Саратовский областной суд через Заводской районный суд г. Саратова в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения. 

Судья: Е.Ю. Галицкая