Дело №4-2-76/2017

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

15 августа 2017 г. г. Выборг

Выборгский гарнизонный военный суд в составе: 

председательствующего по делу – Шеланова О.А., 

при секретаре судебного заседания – Казориной А.Ю.,

с участием ответчика – ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании исковое заявление командира войсковой части № с требованиями о привлечении 

<

данные изъяты> ФИО1 к полной материальной ответственности и взыскании с него 4035 548 рублей 59 копеек,

У С Т А Н О В И Л:

Командир войсковой части № обратился в суд с исковым заявлением, в котором просил привлечь ФИО1 к полной материальной ответственности и взыскать с него сумму причинённого материального ущерба войсковой части № в размере 4035 548 рублей 59 копеек.

Командир войсковой части № в исковом заявлении указал, что ФИО1 проходил службу в войсковой части № в должности командира роты. В настоящее время он служит в войсковой части №. При сдаче им дел и должности в 2015 году была выявлена недостача материальных ценностей, числящихся за подразделением, которым командовал ФИО1. В части было проведено административное расследование и установлено, что ущерб войсковой части № в размере 4035 548 рублей 59 копеек причинён ФИО1 в связи с невыполнением им обязанностей по контролю за материальными ценностями.

Истец, а также командир войсковой части № и представитель Федерального казённого учреждения «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации 

<

данные изъяты>» (далее ФКУ УФО), привлечённые к делу в качестве третьих лиц, в суд не прибыли и просили рассмотреть дело без их участия. 

В своём обращении представитель ФКУ УФО указал, что исковые требования поддерживает, а также то, что присуждённые к взысканию с ответчика денежные средства в счёт возмещения причинённого ущерба подлежат зачислению на лицевой счёт казённого учреждения.

ФИО1 исковые требования не признал. Ответчик пояснил, что в апреле 2013 года принял дела и должность командира 8 роты войсковой части №. Недостача имущества, числившегося за подразделением, была по всем службам. Об этом он доложил командованию, однако разбирательство по этому факту не проводилось. Материальные ценности, те, что он принял, проходящие по учёту продовольственной службы, комунально-эксплуатационной службы (далее КЭС), вещевой службы, он в сентябре 2013 году передал старшине роты, который впоследствии отвечал за их учёт и сохранность. Имущество, проходящее по учёту службы ракетно-артиллерийского вооружения (далее РАВ), инженерной службы и других служб он никому из подчинённых не передавал, соответственно и учёт, и сохранность этих материальных ценностей контролировал самостоятельно, либо поручал своему заместителю. 

Ответчик не отрицал, что при передаче им дел и должности в 2015 году вновь прибывшим офицером была выявлена недостача материальных ценностей в том количестве, в котором указано в актах. Однако, расследование при нём не проводилось, и не были учтены его объяснения о получении на подразделение без его ведома имущества различными лицами, об отсутствии части имущества ещё с 2013 года, а также того, что бронежилеты, утрата которых ему вменена, были сданы им на склад РАВ, и этот вопрос уже был предметом исследования при рассмотрении иска в Московском гарнизонном военном суде.

Выслушав объяснения сторон и исследовав представленные доказательства, суд считает установленными следующие обстоятельства.

Приказом МО РФ № (по личному составу) от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был назначен командиром роты мотострелкового батальона.

Согласно акту ФИО1, утверждённому командиром войсковой части №, в 2013 году он при приёме дел и должности командира роты выявил недостачу большого количества имущества, проходящего по учёту вещевой службы, продовольственной службы, службы КЭС, службы РХБЗ, инженерной службы, службы ГСМ, а также имущества связи.

Как следует из рапорта ФИО1, он доложил командиру войсковой части № в апреле 2013 года о приёме дел и должности командира роты, приложив к нему вышеуказанный акт.

Из акта, утверждённого командиром войсковой части №, приёма дел и должности старшины 8 роты следует, что имущество подразделения, проходящее по учёту продовольственной службы, комунально-эксплуатационной службы (далее КЭС), вещевой службы части, ФИО1 передал 2 сентября 2013 года 

<

данные изъяты> ФИО5.

В акте приёма дел и должности командира 8 роты от 29 октября 2015 года 

<

данные изъяты> ФИО6 указал на недостачу имущества, числящегося за подразделением, а ФИО1, в качестве сдающего имущество, подписал этот акт.

Далее, как следует из рапорта командира 8 роты от 10 ноября 2015 года, 

<

данные изъяты> ФИО7 обратился к командиру войсковой части № с докладом о выявленной недостаче имущества в подразделении и с просьбой проведения разбирательства в связи с этим.

Заместитель командира батальона 

<

данные изъяты> ФИО8, как усматривается из заключения от 25 декабря 2015 года, провёл административное расследование в связи с выявленной недостачей имущества в 8 роте. В заключении он указал, что ФИО1 в 2013 году предпринял попытку передачи имущества КЭС, вещевой и продовольственной служб старшине роты военнослужащему по контракту ФИО9, но акты не были утверждены командиром части. Также, в заключении указано, что ответчик периодически отсутствовал на службе, т.к. находился в командировках и отпусках. Сверки приходилось делать старшине роты, либо временно исполняющему обязанности командира роты. Во время проведения разбирательства ФИО1 отказался давать письменные объяснения о причинах отсутствия материальных ценностей 8 роты.

Согласно приказу командира войсковой части № от 19 ноября 2015 года № (по строевой части), 

<

данные изъяты> ФИО1, прибывший для дальнейшего прохождения военной службы из войсковой части №, с 17 ноября 2015 года зачислен в списки личного состава части №.

Как следует из решения Московского гарнизонного военного суда от 19 ноября 2015 года, командиром войсковой части № предъявлялся иск к ФИО1 о возмещении материального ущерба, причинённого недостачей двадцати бронежилетов 

<

данные изъяты>. Судом было установлено, что утрата бронежилетов произошла при передислокации воинской части из одного военного городка в другой тогда, когда ответчик был в командировке в 

<

адрес>. Таким образом, суд пришёл к выводу о том, что ФИО1 был лишён возможности обеспечить сохранность этого имущества и отказал в удовлетворении иска. Кроме того, как следует из решения, ФИО1 заявлял в Московском гарнизонном военном суде, что перед убытием из войсковой части № к новому месту службы он сдал на склад 21 бронежилет. О том же показал ФИО1 и в процессе рассматриваемого дела, и приведённые им доводы истцом не опровергнуты, ни в судебном заседании Московского гарнизонного военного суда, ни в процессе апелляционного рассмотрения дела, ни в ходе судебного разбирательства рассматриваемого дела.

Судебная коллегия по административным дела Московского окружного военного суда, рассмотрев 18 февраля 2016 года апелляционную жалобу истца, решение Московского гарнизонного военного суда от 19 ноября 2015 года по иску командира войсковой части № к ФИО1 оставила без изменения.

Как следует из заключений по материалам административных расследований, проведённых в марте 2016 года командиром батальона 

<

данные изъяты> ФИО10 в связи с не возмещённым ущербом от недостачи материальных ценностей, выявленным в 8 роте в 2015 году, командиру войсковой части № предлагалось привлечь ФИО1 к полной материальной ответственности. Административные расследования проведены по каждой службе в отдельности, в каждом из них указано на нарушения ФИО1 требований Устава ВС РФ, касающихся ответственности командира роты за сохранность имущества подразделения.

К каждому из расследований приложена справка – расчёт суммы ущерба с указанием стоимости предметов имущества и учётом сроков носки и амортизации.

Так, размер ущерба от недостачи имущества составил: по службе РАВ – 574785 рублей; по службе КЭС – 210254 рубля 66 копеек; по инженерной службе – 127882 рубля 86 копеек; по вещевой службе 3114123 рубля 79 копеек; по продовольственной службе – 8502 рубля 28 копеек.

Согласно справке войсковой части № от 2 июня 2017 года, размер денежного содержания ФИО1 составляет 38400 рублей.

Как пояснил ответчик, размер его денежного довольствия составляет 43000 рублей в месяц, при этом 10000 рублей он ежемесячно отсылает бывшей жене на содержание ребёнка.

Оценив вышеуказанные доказательства, суд приходит к следующему выводу.

Для обеспечения боевой подготовки, воспитательной работы и удовлетворения материальных, жилищных, бытовых и культурных потребностей солдат и сержантов подразделению выделяются необходимые материальные ценности.

Должностные лица воинской части, осуществляющие хозяйственную деятельность и, в частности командир роты, выполняют обязанности в соответствии с пунктами 144-145 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации, утверждённого Указом Президента Российской Федерации от 10 ноября 2007 г. №1495 (далее - Устав) и Разделом V «Руководства по войсковому (корабельному) хозяйству в Вооруженных Силах Российской Федерации», утверждённого приказом Министра обороны РФ от 3 июня 2014 года №333. На командира роты возлагаются обязанности по руководству ротным хозяйством, контроль за его состоянием и обеспечение военнослужащих положенными материальными ценностями. Командир роты организует и обеспечивает ведение материально ответственными лицами роты установленных регистров учёта движения полученных подразделением материальных ценностей, а также формуляров (паспортов) ВВСТ.

Условия и размеры материальной ответственности военнослужащих за ущерб, причинённый ими при исполнении обязанностей военной службы имуществу, находящемуся в федеральной собственности и закреплённому за воинскими частями, устанавливает Федеральный закон «О материальной ответственности военнослужащих» (далее Федеральный закон). 

В соответствии с п. 3 ст. 9 Федерального закона, в случае перевода к новому месту службы возмещение ущерба военнослужащим, привлечённым к материальной ответственности и не возместившим причинённый ущерб, производится по новому месту службы. Поскольку ФИО1 был переведён в войсковую часть №, следует признать, что иск заявлен надлежащим истцом.

Согласно ст. 5 данного Федерального закона основанием для привлечения к полной материальной ответственности является утрата имущества военнослужащими, которым оно передано под отчёт для хранения, перевозки, выдачи, пользования и других целей. 

Вместе с тем, как следует из п. 1 ст. 3 Федерального закона, военнослужащие несут материальную ответственность только за причинённый по их вине реальный ущерб.

Из этого следует, что одним из необходимых условий для привлечения военнослужащего к полной материальной ответственности, является установление его вины в причинении ущерба, а также причинной связи между его действиями (бездействием) и причинённым ущербом. При этом обязанность по доказыванию этих обстоятельств, имеющих существенное значение для привлечения военнослужащего к материальной ответственности, возлагается законом на истца.

В соответствии с п. 1 ст. 7 Федерального закона для установления причин ущерба, его размера и виновных лиц командиром воинской части назначается административное расследование.

Из представленных истцом расследований следует, что причиной недостачи материальных ценностей стало ненадлежащее исполнение ФИО1 должностных обязанностей по учёту и сохранности имущества роты.

Между тем, в ходе расследований не приняты во внимание факты недостачи имущества, выявленные ФИО1 в 2013 году при приёме дел и должности командира 8 роты. Истец представил вместе с иском акты и рапорт ФИО1 от 2013 года на имя командира войсковой части № и не представил доказательств и информации о том, какое решение было принято при обнаружении ущерба.

Вопреки тому, что указано в заключении по административному расследованию, проведённому 

<

данные изъяты> ФИО11, о том, что ФИО1 в 2013 году предпринял попытку передачи имущества КЭС, вещевой и продовольственной служб старшине роты военнослужащему по контракту ФИО12, ответчик представил суду акты, утвержденные командиром войсковой части №, и эти обстоятельства также не были опровергнуты ни истцом, ни представителем командира войсковой части №. 

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что ФИО1, как лицо, отвечающее за сохранность имущества роты, подлежит привлечению к полной материальной ответственности за материальные ценности, недостача которых обнаружена, но не в том объёме, о котором говорится в иске. Ответчиком представлены суду доказательства того, что часть имущества, числящегося за ротой, указанного в материалах расследования, как недостающее, по службам: КЭС, вещевой и продовольственной, было передано старшине роты, и он отвечал за их учёт и сохранность. Данные обстоятельства не опровергнуты и, соответственно, суд считает, что в этой части иск удовлетворению не подлежит. 

Кроме того, не опровергнуты и показания ответчика, а также данные из решения Московского гарнизонного военного суда от 19 ноября 2015 года о том, что ФИО1 перед убытием из войсковой части № к новому месту службы, сдал на склад части 21 бронежилет. Также, учитывая, что истец не предоставил доказательств того, что в рассматриваемом иске говорится о других бронежилетах, нежели тех, по которым принято судебное решение 19 ноября 2015 года, суд считает требования в этой части не обоснованными и не подлежащими удовлетворению. 

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 должен нести полную материальную ответственность за ущерб, причинённый им от недостачи имущества, проходящего по учёту службы РАВ (за исключением бронежилетов) и инженерной службы, за вычетом недостающих предметов, о которых он указывал в акте в 2013 году, т.е. за следующие материальные ценности: 

- по службе РАВ за 3 комплекта КБС 6 Б-38-СВ стоимостью 22500 рублей за комплект, общей суммой 67500 рублей, 1 комплект КБС 6Б-38-БМ стоимостью 22500 рублей; 

- по инженерной службе за 70 малых пехотных лопат по 161 рублю 38 копеек, общей суммой 11296 рублей 60 копеек, и 2 фонаря КСФ по 141 рублю 80 копеек, общей суммой 283 рубля 60 копеек. Итого 101580 рублей 20 копеек.

Согласно требованиям статей 158 и 160.1 Бюджетного кодекса РФ и приказа Министра обороны РФ от 23 сентября 2010 года №1266 администратором доходов бюджета и распорядителем бюджетных средств войсковой части № является Федеральное бюджетное учреждение «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации 

<

данные изъяты>». Этот финансовый орган имеет бюджетные полномочия, установленные Бюджетным кодексом РФ в том числе и полномочия по распределению бюджетных ассигнований, лимитов бюджетных обязательств и по приёму денежных средств в Федеральный бюджет, соответственно взыскания с ответчика в пользу войсковой части № следует производить на счёт Федерального бюджетного учреждения «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации 

<

данные изъяты>».

Поскольку исковые требования подлежат частичному удовлетворению, соответственно и государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобождён, взыскивается с ответчика, не освобождённого от её уплаты, согласно ст. 103 ГПК РФ, пропорционально удовлетворённым требованиям. Удовлетворены требования в соотношении к заявленным 101 580,20 х 100 : 4035548,60 = 2,5%. Государственная пошлина от 4035548,60 рублей, от уплаты которой истец был освобождён, составляет 28378,74 рубля, таким образом, от пропорционально удовлетворённой части требований она будет составлять 28378,74 х 2,5% = 710 рублей.

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ военный суд

Р Е Ш И Л:

Исковое заявление командира войсковой части № – удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 в пользу Федерального казённого учреждения «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации 

<

данные изъяты>» 101580 (сто одну тысячу пятьсот восемьдесят) рублей 20 копеек.

В удовлетворении исковых требований командира войсковой части № о взыскании с ФИО1 суммы в размере, превышающем 101580 рублей 20 копеек – отказать. 

Взыскать с ФИО1 в доход бюджета Выборгского муниципального района 

<

адрес> судебные расходы в размере 710 (семьсот десять) рублей. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ленинградский окружной военный суд через Выборгский гарнизонный военный суд, в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме.

(решение принято в окончательной форме 21.08.2017 г.)

Копия верна:

СУДЬЯ

О.А.Шеланов