Копия

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Уфа 18 сентября 2024 года

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Башкортостан в составе:

председательствующего судьи Мухаметьяновой Э.Б., 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ахмадиевым А.З.,

с участием прокурора Низамовой Г.А.,

осуждённого ФИО1,

его защитника – адвоката Салимьяновой Р.Г.,

представителя потерпевших Х.Р. Х.Р. Х.А.Г. – ФИО2, действующего на основании доверенности, 

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осуждённого ФИО1, адвоката Рафикова Р.Р. на приговор Кармаскалинского межрайонного суда РБ от дата, по которому 

ФИО1, родившийся дата в д. адрес Республики Башкортостан, гражданин Российской Федерации, не судимый 

осужден по ч. 5 ст. 264 УК РФ к 3 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами сроком на 2 года.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения. 

Срок наказания ФИО1 исчислен с момента фактического его прибытия в колонию-поселение. Время следования осужденному к месту отбывания наказания в соответствии с предписанием, предусмотренным ч. 1 ст. 75.1 УИК РФ, зачтен в срок лишения свободы из расчета один день за один день.

Взыскано с ФИО1 в счет возмещения морального вреда в пользу потерпевших Х.А., Х.Р., в пользу законного представителя Х.Р. – Т.С. по 800 000 рублей каждому; Х.П. и К.П. по 500 000 рублей. 

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Мухаметьяновой Э.Б. об обстоятельствах дела, доводах апелляционных жалоб, выслушав выступления адвоката осуждённого, его защитника, представителя потерпевших, мнение прокурора, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 признан виновным и осужден за нарушение лицом, управляющим автомобилем, Правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть Х.В. К.Т.

Преступление совершено 24 марта 2024 года на территории адрес Республики Башкортостан при обстоятельствах, изложенных в приговоре. 

В апелляционной жалобе адвокат Рафиков Р.Р. в интересах осуждённого ФИО1 указывает, что приговор является незаконным и необоснованным, мотивируя тем, что ФИО1 не имел технической возможности остановиться путем торможения, органом предварительного следствия не устанавливалась техническая возможность избежать ДТП. В назначении автотехнической экспертизы судом было отказано.

Указывает, что позиция гособвинителя включала признание смягчающим обстоятельством не включение водителями остановившихся транспортных средств аварийной сигнализации и не выставление знаков аварийной остановки, что способствовало совершению ДТП, что и заявляет позиция защиты.

Полагает, что гражданский иск потерпевших не подлежал удовлетворению, поскольку в качестве сторон Х.Р.., Ш.., К.П. не привлечены. Кроме того, К.П. по настоящему делу не допрошен и его позиция как участника ДТП не известна. Потерпевшие, заявившие гражданский иск не обосновали степень перенесенных ими нравственных страданий, моральных переживаний и размер суммы заявленной к компенсации. 

В апелляционной жалобе (дополнении) осуждённый ФИО1 выражает несогласие с приговором, считая его необоснованным, и несправедливым по следующим основаниям: выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании; суд не учел обстоятельств, которые могли существенно повлиять на выводы суда. 

Как указывает автор жалобы, из предъявленного обвинения следует, что им были нарушены требования п.п. 1.3, 1.5, 9.9, 9.10, 10.1 ПДД РФ, которые, по мнению стороны обвинения, стоят в прямой причинной связи с наступившими последствиями в виде смерти Х.В. и К.Т. По смыслу требований п. 9.10 ПДД РФ, в данном ДТП должны быть соблюдены два условия: транспортное средство, которое впереди автомобиля, управляемого ФИО1, должно находиться в движении в попутном направлении, и с ним должно произойти столкновение вследствие несоблюдения движущимся сзади транспортным средством безопасной дистанции. Однако, не было установлено, что автомобиль ГАЗ «Next» в момент ДТП двигался или стоял. При этом по делу установлено, что столкновения между транспортными средствами «Лада», под управлением ФИО1, и автомобилем ГАЗ «Next» не было. В связи с чем ФИО1 п. 9.10 ПДД не мог быть нарушен. В ходе предварительного следствия не были проведены следственные действия по установлению объективной возможности обнаружения ФИО1 опасности в виде находящегося на пути следования препятствия (автомобиля ГАЗ «Next»), и не был разрешен вопрос, имелась ли техническая возможность избежать ДТП. 

Указывает, что судом не были приняты во внимание ч.6, ч.7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 декабря 2008 года №25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением ПДД и эксплуатации транспортных средств, а также их неправомерном завладении без цели хищения», что послужило преждевременному выводу о доказанности нарушений им требований п.п. 9.9, 9.10, 10.1 ПДД. 

Просит приговор отменить, оправдать его в связи с отсутствием в его деянии состава преступления.

В возражении на апелляционную жалобу адвоката Рафикова Р.Р. государственный обвинитель Исламов А.Р. указывает, что приговор в отношении ФИО1 является законным и обоснованным, и оснований для его изменения либо отмены не имеется. Утверждает, что доводы стороны защиты о том, что водитель автомобиля «Газель» Х.А. не выставил знаки аварийной остановки и не включил аварийный сигнал не могут быть расценены как обстоятельства, которые создали ситуацию крайней необходимости, поскольку обязанность водителя избежать столкновение, в соответствии с п.10.1 Правил дорожного движения, состоит в том, что он должен вести транспортное средство со скоростью обеспечивающей безопасность движения и принять меры по торможению транспортного средства вплоть до его остановки. Нарушение Х.А. требований Правил по безопасной вынужденной стоянке на проезжей части не состоят в прямой причинной связи с наступившими последствиями, нарушения же ПДД ФИО1 находятся в прямой причинной связи. Судом обоснованно отклонено ходатайство стороны защиты о проведении автотехнической экспертизы для выяснения технической возможности остановить транспортное средство, поскольку ФИО1 не предпринимал попыток для остановки транспортного средства, о чем свидетельствует отсутствие тормозного пути. Все свидетели по уголовному делу дали логичные и последовательные показания, полностью согласующиеся с материалами уголовного дела и подтверждающие вину ФИО1 То обстоятельство, что не был допрошен свидетель К.П., не свидетельствует о неполноте расследования, поскольку доказательств, изобличающих вину ФИО1, собрано в достаточном количестве.

Указывает, что высказанная позиция государственного обвинителя о необходимости признания смягчающим наказание обстоятельством не включение водителем остановившегося транспортного средства аварийной сигнализации и не выставление знака аварийной остановки, не свидетельствует о невиновности ФИО1, и суд не связан с мнением государственного обвинителя при принятии решения. Указывает, что гражданские иски потерпевших судом удовлетворены обоснованно и законно. 

Изучив материалы уголовного дела, выслушав участников процесса, проверив и обсудив доводы апелляционных жалоб и возражение, суд апелляционной инстанции приходит к следующему. 

Тщательный анализ показаний осуждённого, в совокупности с показаниями потерпевших, свидетелей, а также данными, содержащимися в протоколах следственных действий и заключениях экспертиз, позволил суду правильно установить фактические обстоятельства дела и прийти к обоснованному выводу о виновности ФИО1

Несмотря на не признание ФИО1 своей вины в совершенном преступлении, который считает виновным в дорожно-транспортном происшествии водителя автомобиля «Газель», который, по его мнению, не предпринял никаких попыток предотвратить дорожно-транспортное происшествие, не выставил знак аварийной остановки, не включил сигналы аварийной остановки, его вина подтверждается исследованными судом доказательствами:

- показаниями потерпевшего Х.Р., согласно которым 24 марта 2024 года от знакомого Х.А. он узнал о дорожно-транспортном происшествии вблизи села адрес Республики Башкортостан, в котором погиб его родной брат Х.В.. Прибыв на место, он увидел тело своего брата в 15 метрах от автомобиля марки «Lada Vesta»;

- показаниями представителя потерпевшей К.Т. - К., оглашенных в судебном заседании с согласия сторон, о том, что 24 марта 2024 года она вместе со своей сестрой К.Т. и племянником К.П. выехали в направлении адрес к родственникам. Около 16 часов 30 минут их автомобиль занесло в кювет. Пассажир остановившегося с левой стороны на проезжей части дороги автомобиля «Газель» зацепил их автомобиль тросом, водитель «Газели» помог достать их автомобиль из кювета. Их автомобиль «Лада Гранта» находился на обочине дороги в направлении адрес. Находясь в автомобиле на заднем пассажирском сиденье, она видела, как её сестра К.Т. и мужчина, который вышел из автомобиля «Газель», стояли между их автомобилем «Лада Гранта» и автомобилем «Газель». В этот момент водитель автомобиля «Lada Vesta», который двигался в направлении адрес, повернул руль в правую сторону и проехал между их автомобилем и автомобилем «Газель», далее она слышала как автомобиль Lada Vesta» задел их автомобиль. Открыв глаза, увидела, что её сестры К.Т. нет, выбежав из машины, увидела сестру лежащей за их автомобилем, пульса у её сестры уже не было;

- показаниями свидетеля Х.А., который суду показал, что 24 марта 2024 года около 16 часов 30 минут он на своем автомобиле «Газель» с другом Х. Валерием ехал со стороны адрес в направлении адрес РБ. Недалеко от адрес в кювете они увидели «Ладу гранта», развернулись и подъехали к ним. Х. пошел цеплять трос, а он остался за рулем. Также впереди него на обочине остановился автомобиль марки «Kia Spectra», откуда вышел мужчина и который помогал им, сначала они не смогли вытащить автомобиль, т.к. буксовали в грязи. Выехав на дорогу, им удалось вытащили автомобиль из кювета, Х. ему крикнул, чтобы он отцеплял трос и в этот момент он услышал хлопок, выбежав из своего автомобиля, понял, что произошло дорожно-транспортное происшествие. Перед ним на высокой скорости проехала «Лада веста», столкнулась с «Kia Spectra», которая от удара выехала передней частью на встречную обочину в направлении д.адрес. Он начал искать Х., но его нигде не было, увидел женщину на обочине, вернулся за руль своего автомобиля, припарковал его на обочину. Затем вышел из машины и увидел впереди «Лады весты» Х., который лежал на обочине без признаков жизни;

- показаниями свидетеля Ш., которая показала суду, что 24 марта 2024 года около 16 часов 30 минут они с мужем ехали в направлении адрес по трассе адрес на «Kia», за рулем была она. В пути следования возле адрес она увидела занесенную в кювет машину, а также, стоявших на обочине женщину и мужчину, которые руками подавали знаки, тем самым просили остановиться. На обочине стояла «Газель». Они остановились также на обочине, проехав эти машины метров за сорок, муж ушел им помогать, а она осталась в машине. Через некоторое время она почувствовала сильный удар в заднюю часть своего автомобиля. От удара автомобиль переехал через дорогу на встречную обочину;

- показаниями свидетеля Ш., который суду показал, что 24 марта 2024 года на 6 километре трассы «адрес» метров за 700 увидел мужчину и женщину, которые подавали им руками знаки, предупреждая об опасности, просили остановиться. Увидев, что их автомобиль застрял в кювете по направлению в адрес, они остановились на обочине, проехав место остановки «Газели», который также стоял на обочине. Они прицепили трос, попытались вытащить автомобиль, но «Газель» буксовала в грязи. «Газель», выехав на асфальт, вытащила «Ладу» из кювета, женщина и парень в это время стояли на обочине. Он пошел к своей машине, услышал шум, обернувшись, увидел, как мимо него и через его автомобиль пролетел человек, затем в его автомобиль врезался автомобиль «Лада веста», от удара их автомобиль переехал через дорогу на встречную обочину;

- показаниями свидетеля С., который пояснил суду, что 24 марта 2024 года около 16 часов 30 минут он на своем автомобиле «BMW» возвращался домой в Уфу. В пути следования возле адрес он метров за 150-300 увидел, как на дороге стоят парень и женщина, которые подавали знаки руками и призывали к осторожности и возможной опасности на дороге, в связи с чем, он снизил скорость. Видимость была хорошая. Рядом с ним на проезжей части в направлении адрес остановился автомобиль «Газель», была ли включена аварийная сигнализация, не помнит. Объехав автомобиль «Газель», он посмотрел в зеркало заднего вида и увидел, как автомобиль марки «Lada Vesta» на большой скорости проехала между автомобилем марки «Lada Granta» и «Газель» и сбила двух людей, один из пострадавших пролетел над автомобилем «Киа», при этом ударился о лобовое стекло автомобиля и в последующем упал на обочину дороги, после этого «Lada Vesta» столкнулся с автомобилем «Kia Spectra», которая из - за удара выехала на встречную полосу, он вызвал службу «112». 

Показания допрошенных по делу потерпевших и свидетелей являются последовательными, логичными, согласующимися с иными доказательствами по делу, а потому обоснованно приняты в качестве допустимых доказательств и положены в основу приговора. Какой-либо заинтересованности в исходе дела либо причин для оговора осуждённого со стороны потерпевших и свидетелей не установлено. 

В свою очередь, показания потерпевших и свидетелей не являлись единственными доказательствами обвинения, виновность осуждённого подтверждается исследованной в судебном заседании совокупностью других сведений по делу, в частности: 

- схемой места дорожно-транспортного происшествия, согласно которой дорожно-транспортное происшествие расположено на №... км автодороги «адрес» адрес Республики Башкортостан; 

- видеозаписью, при просмотре которой в судебном заседании свидетели Ш. подтвердили обстоятельства дела, также из данной видеозаписи видно, что встречная полоса для водителя ФИО1 была свободна;

- заключением эксперта №... от 17 апреля 2024 года, согласно которому у Х.В. имелись множественные телесные повреждения, которые причинили вред здоровью, опасный для жизни человека, создающий непосредственную угрозу для жизни и по этому признаку квалифицируются как тяжкий вред здоровью, стоят в прямой причинной связи со смертью. Смерть Х.В. наступила мгновенно, после получения телесных повреждений от сочетанной травмы с многочисленными повреждениями различных частей тела, которые могли возникнуть в условиях дорожно-транспортного происшествия 24 марта 2024 года; 

- заключением эксперта №... от 22 апреля 2024 года, согласно которому у К.Т. имелись множественные телесные повреждения, которые причинили вред здоровью, опасный для жизни человека, создающий непосредственную угрозу для жизни и по этому признаку квалифицируются как тяжкий вред здоровью, стоят в прямой причинной связи со смертью. Смерть К.Т. наступила от сочетанной травмы с множественными переломами костей скелета и повреждениями внутренних органов. Все повреждения причинены прижизненно в результате ударного, скользящего и сдавливающего воздействия тупого предмета (предметов), незадолго до наступления смерти, о чем свидетельствует данные макроскопического исследования, и могли образоваться одно за другим в короткий промежуток времени или одномоментно, в условиях дорожно-транспортного происшествия 24 марта 2024 года;

- заключением эксперта №... от 22 мая 2024 года, согласно которому неисправностей рулевого управления, тормозной системы и ходовой части автомобиля «Лада веста», которые могли возникнуть до момента дорожно-транспортного происшествия и послужить его причиной, не обнаружено;

- другими доказательствами по делу, приведенными в приговоре, в том числе протоколами осмотра места происшествия и автомашин, вещественными доказательствами.

Представленные в судебное разбирательство доказательства всесторонне, полно и объективно исследованы судом, правильно оценены в соответствии с положениями статей 87, 88 и 307 УПК РФ, в том числе с точки зрения их достаточности, при этом суд обоснованно пришел к выводу о достоверности показаний потерпевших и свидетелей, которые давали логичные последовательные показания, не имеющие существенных противоречий, влияющих на правильность установления судом обстоятельств совершения ФИО1 преступления и доказанность его вины, согласуются между собой и подтверждаются совокупностью собранных по делу доказательств. В ходе судебного заседания не было установлено каких-либо причин у потерпевших и свидетелей для оговора осуждённого. Ставить под сомнение объективность оценки их показаний у суда апелляционной инстанции оснований не имеется. 

Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осуждённого ФИО1, в том числе в показаниях потерпевших и свидетелей, которые могли повлиять на выводы суда о доказанности вины осуждённого, по делу отсутствуют. 

Подвергать эти доказательства сомнению, в частности протоколы следственных действий, заключения судебных экспертиз, в том числе и тех, на которые имеется ссылка в жалобе, у суда не было оснований, поскольку они в совокупности с другими доказательствами подтверждают виновность осуждённого в инкриминируемом преступлении, а доводы апелляционных жалоб в основном сводятся к переоценке этих доказательств.

Оснований полагать, что какие-либо доказательства, положенные в основу приговора, получены с нарушением требований уголовно-процессуального закона, влекущих признание их недопустимыми, не усматривается. В частности, из материалов дела видно, что заключения экспертов по проведенным экспертизам научно обоснованы, мотивированы, составлены в соответствии с требованиями УПК РФ. 

Вопреки доводам апелляционных жалоб суд указал, почему положил в основу приговора одни доказательства и отверг другие. 

Доводы жалобы осуждённого и его защитника о невиновности являются несостоятельными и опровергаются вышеперечисленными доказательствами, которые являются последовательными, согласуются между собой и достоверность содержащихся в них сведений не вызывает сомнений.

Тот факт, что данная оценка доказательств не совпадает с позицией защитника и осуждённого, не свидетельствует о нарушении судом первой инстанций требований уголовно-процессуального закона и не является основанием к отмене судебного решения. 

Совокупность исследованных судом доказательств является достаточной для принятия решения, поэтому оснований для проведения следственного эксперимента, назначения судебной автотехнической экспертизы, о чем просит сторона защиту, не усматривается. При этом апелляционная инстанция принимает во внимание, что автомашины были осмотрены в ходе осмотра места происшествия, в протоколе которого отражены, повреждения, причиненные автомобилям, оснований для проведения следственного эксперимента не усматривается, поскольку свидетели Ш., последовательно показывали, что они видели, как женщина подавала сигналы остановки на значительном расстоянии, при условии достаточной видимости и обзорности. Об этом же говорил и свидетель С., который видел парня на дороге, подававшего сигналы остановки за 150-300 метров, и автомобиль «Газель», в связи с чем он снизил скорость. 

При этом, вопреки доводам жалоб, суд пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для назначения и проведения по делу автотехнической экспертизы с целью установления имел ли техническую возможность водитель ФИО1 избежать дорожно-транспортного происшествия, поскольку как следует из материалов уголовного дела, тормозного пути на месте дорожно-транспортного происшествия от автомобиля под управлением ФИО1 не было, что свидетельствует о том, что ФИО1 не предпринимал попыток для остановки транспортного средства. 

Решение суда по этому ходатайству сомнений в своей законности и обоснованности не вызывает. При этом мотивированное разрешение судом ходатайств не в пользу стороны, их заявившей, не свидетельствует об обвинительном уклоне суда либо нарушении права на защиту.

ФИО1, управляя автомобилем, нарушил требования ПДД РФ, что привело к дорожно-транспортному происшествию, и подтверждает наличие причинной связи между его действиями и наступившими последствиями. Суд пришел к верному выводу о том, что водитель ФИО1 в указанной дорожно-транспортной ситуации, не выполнил требования Правил дорожного движения по избранию необходимой скорости, не избрал безопасную дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, не принял мер к остановке транспортного средства, допустил выезд автомобиля на обочину дороги, поэтому совершил наезд на пешеходов Х.В. и К.Т. При этом осуждённый ФИО1 не принял все зависящие от него меры по соблюдению Правил дорожного движения РФ, что также исключило бы дорожно-транспортное происшествие, повлекшем смерть двух лиц. 

На основании исследованных доказательств судом было достоверно установлено, что ФИО1, управлявший автомобилем, нарушил требования пунктов 9.9, 9.10, 10.1 ПДД РФ, что явилось причиной произошедшего ДТП, стоит в прямой причинно-следственной связью со смертью Х.В. и К.Т.

Доводы апелляционных жалоб о том, что ФИО1, управляя автомобилем, не имел технической возможности предотвратить ДТП, следует признать несостоятельными, не основанными на законе - положениях п. 10.1 Правил дорожного движения. Ссылка осуждённого на то, что он не видел стоящую на дороге автомашину «Газель», в связи с тем, что отсутствовали знак аварийной остановки и не была включена аварийная сигнализация, не исключает его виновности, поскольку при должной внимательности и предусмотрительности мог и должен был оценить дорожную обстановку таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда. При правильно выбранном скоростном режиме и соблюдении дистанции до впереди идущего транспортного средства у осуждённого ФИО1 имелась реальная возможность заблаговременно обнаружить опасность для движения и предотвратить наезд на пешеходов. Дорожно-транспортное происшествие произошло в дневное время при достаточной видимости дороги, из показаний свидетелей следует, что за 150-300 метров было видно как автомобиль «Газель», так и людей на обочине, встречная полоса проезжей части была свободна.

Все доводы стороны защиты о непричастности ФИО1 к совершению данного преступления, на которые указывается в апелляционной жалобе, были предметом исследования в судебном заседании, в приговоре они опровергнуты с подробным изложением мотивов принятого решения. Противоречий в исследованных доказательствах, которые могут быть истолкованы в пользу осуждённого, суд апелляционной инстанции не усматривает.

На основании указанной совокупности допустимых и относимых доказательств суд, правильно установив фактические обстоятельства дела, сделал обоснованный вывод о доказанности вины ФИО1 в совершенном им преступлении и дал правильную юридическую оценку его действиям по части 5 статьи 264 УК РФ, как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть двух лиц.

Содержание выводов и мотивы принятого судом первой инстанции решения о квалификации указанного деяния надлежаще изложены в приговоре. Оснований для иной квалификации действий осуждённого суд апелляционной инстанции не усматривает. 

Несмотря на мнение защитника Рафикова Р.Р., то обстоятельство, что в ходе предварительного следствия и судебного заседания не был допрошен в качестве свидетеля К.П., не является нарушением закона и это не повлияло на правильность выводов суда о виновности осуждённого в совершенном преступлении. 

Судебное следствие проведено в соответствии с положениями ст. 273 - 291 УПК РФ.

Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката сторона защиты не была ограничена в праве на представление доказательств; при проведении судебного разбирательства проверку и оценку получили все исследованные доказательства по делу.

Председательствующим выполнены в полном объеме требования ст. 15 и 243 УПК РФ по обеспечению состязательности и равноправия сторон. Все заявленные участниками процесса ходатайства разрешены в соответствии с требованиями процессуального закона. Необоснованных отказов в удовлетворении ходатайств не допущено. 

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с доводами апелляционной жалобы стороны защиты о чрезмерной суровости назначенного наказания, поскольку при его назначении, исходя из положений статей 6, 60 УК РФ, судом были учтены характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности осуждённого, влияние назначенного наказания на исправление осуждённого и условия жизни его семьи, совокупность смягчающих обстоятельств, отсутствие отягчающих обстоятельств. 

При исследовании судом обстоятельств, характеризующих личность осуждённого, установлено, что ФИО1 в целом характеризуется положительно, на учете у врачей нарколога и психиатра не состоит, ранее к уголовной ответственности не привлекался. 

По своему виду и размеру назначенное осуждённому ФИО1 наказание является справедливым, при этом все смягчающие наказание обстоятельства: преклонный возраст осуждённого, состояние его здоровья в полной мере учтены судом. Оснований для повторного учета этих обстоятельств, суд апелляционной инстанции не усматривает. 

Отягчающие наказание обстоятельства по делу не установлены. 

Новых данных о наличии смягчающих обстоятельств, которые бы не были известны суду первой инстанции, либо которые в силу требований закона могли бы являться безусловным основанием для смягчения назначенного осуждённому ФИО1 наказания, судом апелляционной инстанции не установлено. 

Решение о назначении реального наказания в виде лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, невозможности исправления осуждённого без изоляции от общества, судом в приговоре мотивировано, соответствует данным о личности ФИО1, а также тяжести и общественной опасности содеянного, поскольку совершенное им преступление в силу части 3 статьи 15 УК РФ относится к категории средней тяжести. 

Суд апелляционной инстанции находит назначенное ФИО1 наказание справедливым и соразмерным содеянному, соответствующим общественной опасности совершенного им преступления и личности виновного, закрепленным в уголовном законодательстве РФ принципам гуманизма и справедливости и полностью отвечающим задачам исправления осуждённого, а потому, не находит оснований для изменения или отмены приговора вследствие его чрезмерной суровости. 

Судом первой инстанции обстоятельств, которые в своей совокупности являлись достаточными для изменения категории преступления в порядке, предусмотренном частью 6 статьи 15 УК РФ, исходя, в том числе, из мотивов преступления, обстоятельств его совершения, не установлено. Оснований не согласиться с таким выводом у суда апелляционной инстанции не имеется. 

Оснований для применения положений статей 53.1, 64, 73 УК РФ суд первой инстанции не усмотрел. Таких оснований не усматривает и суд апелляционной инстанции. 

Вид исправительного учреждения ФИО1 судом определен правильно. 

Доводы жалобы о том, что суд, не учел мнение государственного обвинителя, просившего признать смягчающим наказание обстоятельством – не включение водителями остановившихся транспортных средств аварийной сигнализации и не выставление знаков аварийной остановки, не свидетельствуют о превышении судом своих полномочий, поскольку согласно требованиям ст. 29 УПК РФ вопросы назначения наказания являются только прерогативой суда и последний, учитывая прямое действие принципа независимости, каким-либо образом не связан с мнением участников процесса.

Доводы апелляционной жалобы о несправедливости приговора суда вследствие чрезмерной суровости назначенного осуждённому наказания являются необоснованными и удовлетворению не подлежат. 

Признание потерпевшими нескольких близких родственников пострадавшего предусмотрено частью 8 статьи 42 УПК РФ, и признание судом потерпевшими и гражданскими истцами Х.Р., Х., Х.А. (том 2 л.д.25-26) соответствует требованиям части 1 статьи 42 УПК РФ, определяющей потерпевшего как физическое лицо, которому преступлением причинен физический, имущественный, моральный вред. Частью 4 данной статьи регламентировано, что по иску потерпевшего о возмещении в денежном выражении причиненного ему морального вреда размер возмещения определяется судом при рассмотрении уголовного дела или в порядке гражданского судопроизводства.

Гражданские иски о компенсации морального вреда судом разрешены с соблюдением положений статей 151, 1099 - 1101 ГК РФ. 

Оснований для изменения размера компенсации морального вреда, взысканного в пользу истцов, суд апелляционной инстанции не находит.

Размер компенсации морального вреда определен судом с учетом причиненных потерпевшим нравственных страданий в результате преступления, повлекшим утрату близкого человека - сына, отца, брата, сестры, степени вины осуждённого и его материального положения, приняты во внимание требования разумности, справедливости и иные подлежащие учету обстоятельства. Оснований не согласиться с указанным в приговоре размером компенсации морального вреда не имеется. 

Доказательств, свидетельствующих о наличии оснований для снижения размера компенсации морального вреда, апелляционные жалобы не содержат. 

Также не могут быть приняты во внимание доводы апелляционной жалобы о том, что суд не привлек к участию в деле других участников дорожно-транспортного происшествия (Х.Р., Ш., К.П.), поскольку оспариваемым решением суда вопрос о правах и обязанностях указанных лиц не разрешался. Судом был рассмотрен вопрос о компенсации морального вреда в связи с гибелью в дорожно-транспортном происшествии родственников потерпевших.

Вместе с тем приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

Из описания преступного деяния, признанного доказанным, и в целом из приговора подлежит исключению указание на нарушение осуждённым пунктов 1.3 и 1.5 Правил дорожного движения РФ, поскольку данные пункты содержат лишь общие требования ко всем участникам дорожного движения и не находятся в прямой причинной связи с обстоятельствами дорожно-транспортного происшествия.

В соответствии с частью 4 статьи 47 УК РФ в случае назначения лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью в качестве дополнительного вида наказания к аресту, содержанию в дисциплинарной воинской части, принудительным работам, лишению свободы оно распространяется на все время отбывания указанных основных видов наказаний, но при этом его срок исчисляется с момента их отбытия. 

В нарушение указанных требований, суд в резолютивной части приговора, назначив ФИО1 к основному наказанию в виде лишения свободы дополнительное наказание - лишение права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года, не указал срок его исчисления. 

В связи с изложенным, суд апелляционной инстанции считает необходимым привести дополнительное наказание, назначенное ФИО1 судом первой инстанции, в соответствие с требованиями части 4 статьи 47 УК РФ, указав о его исчислении после отбытия основного наказания в виде лишения свободы. 

При этом исправление указанных недостатков приговора не свидетельствует о несправедливости назначенного ФИО1 наказания и не влечет ухудшение его положения.

Других нарушений требований уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену или изменение приговора, в том числе по доводам апелляционной жалобы, по делу не допущено. 

Руководствуясь статьями 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

приговор Кармаскалинского межрайонного суда Республики Башкортостан от 25 июня 2024 года в отношении ФИО1 изменить.

Указать в резолютивной части приговора:

- на исчисление срока дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, после отбытия осуждённым основного наказания в виде лишения свободы. 

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на нарушение ФИО1 пунктов 1.3, 1.5 Правил дорожного движения Российской Федерации.

В остальной части приговор оставить без изменения, доводы апелляционных жалоб – без удовлетворения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции (г. Самара) путем подачи кассационной жалобы или представления:

- в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу итогового судебного решения, а для осуждённого, содержащегося под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу, через суд первой инстанции для рассмотрения в предусмотренном ст.ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ порядке; 

- по истечении вышеуказанного срока – непосредственно в суд кассационной инстанции для рассмотрения в предусмотренном ст. ст. 401.10- 401.12 УПК РФ порядке.

В случае обжалования судебных решений в кассационном порядке осуждённый вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий подпись Э.Б. Мухаметьянова 

Копия верна. Судья ВС РБ Э.Б. Мухаметьянова 

Справка: судья первой инстанции ФИО3;

уголовное дело № 22-4400/2024