Председательствующий Максимов В.В. Дело № 22-269/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Курган 25 февраля 2025 г.

Курганский областной суд в составе председательствующего Головина И.Н.,

при секретаре Туговой А.Н.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника Ломакина А.В. на приговор Курганского городского суда Курганской области от 18 декабря 2024 г., по которому 

ФИО1, родившаяся 

<

...>, несудимая, 

признана виновной в совершении двух преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 303 УК РФ, и преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 159 УК РФ; с освобождением от наказания за каждое преступление на основании п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ, п. 3 ч. 5 ст. 302 УПК РФ в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

Заслушав выступления осужденной ФИО1 и защитника Ломакина А.В., поддержавших доводы апелляционной жалобы, прокурора Виноградова О.А. об отсутствии оснований для отмены или изменения приговора, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Лисьих признана виновной в совершении двух фальсификаций доказательств по гражданскому делу лицом, участвующим в деле, и в покушении на хищение чужого имущества путем обмана.

Преступления совершены 11 ноября и 2 декабря 2022 г. в 

<

...> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании Лисьих виновной себя не признала.

В апелляционной жалобе и дополнении к ней защитник просит приговор отменить в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела, существенным нарушением уголовно-процессуального закона, Лисьих оправдать в связи с отсутствием в деянии состава преступления. Считает, что совокупность доказательств виновности Лисьих по делу отсутствует. Суд первой инстанции в приговоре неправильно оценил представленные доказательства, не дал оценку всем доводам, приведенным в защиту Лисьих, либо отверг их без достаточной мотивировки. 

В судебном заседании исследованы письменные материалы дела, в том числе имеющиеся в материалах уголовного дела копии договоров займа от 25.03.2019, 26.08.2019, 03.11.2020, согласно которым заимодавец Лисьих передает заемщику ООО «

<

...>» денежные средства, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу сумму займа в сроки и на условиях, предусмотренных договором займа. Данные договора займа в части суммы заемных средств, срока займа, процентов по займу полностью идентичны кредитным договорам между ПАО «

<

...>» и ФИО1 от 25.03.2019, 26.08.2019 и 03.11.2020, копии которых также имеются в материалах дела и были исследованы в судебном заседании.

Согласно выписке по расчетному счету ООО «

<

...>» ПАО 

<

...> первый оператор связи, который начал производить расчет с указанным юридическим лицом, является ПАО «

<

...>» расчеты по данному договору начались только с 09.07.2019. Лисьих до 06.07.2021 являлась единственным учредителем ООО «

<

...>», а также директором данного ООО, она была вправе совершать сделки для достижения целей, установленных Уставом. В 2019 году ООО «

<

...>» не приносило прибыли, финансовое состояние самой Лисьих не позволяло ей осуществить весь перечень указанных мероприятий без привлечения заёмных денежных средств, инвесторов ООО «

<

...>» не имело. Сведений о том, что у сожителя Лисьих – К. в 2018, 2019, 2020 годах имелись какие-либо доходы не представлено.

В связи с чем Лисьих пришлось прибегнуть к кредитованию себя как физического лица, а полученные денежные средства расходовать именно на развитие предприятия и выполнения полного комплекса мер, направленных на заключение в последствие договоров с операторами связи, о чем Лисьих и пояснила в судебном заседании.

Денежные средства, которые Лисьих получила при заключении кредитных договоров с ПАО «

<

...>» потрачены на нужды предприятия. С целью обезопасить себя она заключила еще три договора займа с ООО «

<

...>», в которых суммы, сроки являлись аналогичными кредитным договорам между ею и ПАО «

<

...>».

Защитник отмечает, что закон не огранивает право заключать договор займа, в котором сторонами по сделке выступает одно и тоже лицо, действующее от себя лично и от юридического лица, в котором она является руководителем, считает установленным и доказанным факт того, что кредитные денежные средства, полученные Лисьих действительно были потрачены на нужды ООО «

<

...>» путем наличных расчетов, минуя кассу предприятия, при этом приводит показания Лисьих.

Ссылается на декларацию по упрощенной системе налогообложения за 2019 год ООО «

<

...>» (том 1 л.д. 135-136). Не отрицает, что это являлось нарушением бухгалтерской дисциплины, но это не является уголовно-наказуемым деянием и не является предметом рассмотрения настоящего уголовного дела.

Согласно выписке ПАО 

<

...> по расчетному счету ООО «

<

...>» в период с 01.01.2019 по 26.02.2020 Лисьих внесла наличные денежные средства на расчетный счет ООО «

<

...>» 

<

...> руб., что также свидетельствует, по мнению защитника, о финансировании ею как физическим лицом ООО «

<

...>».

Вышеизложенные факты подтверждаются не только показаниями Лисьих, но и исследованными в суде письменными материалами уголовного дела, показаниями допрошенных в судебном заседании свидетелей Д. и др. представителя ответчика Лисьих по гражданскому делу.

Сторона защиты считает установленными в ходе судебного следствия следующие факты:

- заключение Лисьих трех кредитных договоров с ПАО «

<

...>» от 25.03.2019, 26.08.2019, 03.11.2020 с целью вложения полученных кредитных средств в развитие предприятия ООО «

<

...>», направление полученных кредитных денежных средств наличными на нужды общества, а также на погашение ранее взятых на эти цели кредитов;

- заключение, с целью возврата потраченных личных денежных средств на развитие предприятия, трех договоров займа между Лисьих и ООО «

<

...>» от 25.03.2019, 26.08.2019, 03.11.2020, которые были реально заключены, реально фактически существовали, подписаны сторонами, заверены актуальной на момент заключения договоров печатью юридического лица, и которые в установленном законом порядке расторгнуты не были и недействительными, не заключенными либо ничтожными не признаны;

- удержание всей бухгалтерской документации, в том числе договоров займа от 25.03.2019, 26.08.2019, 03.11.2020 К., в связи с чем судье мирового участка № 42 г. Кургана и в Курганский городской суд Лисьих были представлены копии данных договоров, которые сохранились у неё в электронном формате, о чем суды были уведомлены.

В материалах дела имеется копия заявления Лисьих в органы внутренних дел, в котором она просит провести проверку и принять меры к К., который незаконно забрал всю документацию ООО «

<

...>» и удерживает её у себя, а также совершает незаконные сделки и незаконно распоряжается денежными средствами юридического лица. Копия данного заявления приобщена к материалам уголовного дела. Данное заявление подтверждает показания Лисьих о том, что оригиналы договоров займа были, но они были забраны и удерживаются К.

Ссылается на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Курганского областного суда от 20.10.2023. Считает, что факт того, что согласно заключению эксперта, печать на договоры займа, именуемые дубликатами, была поставлена ранее нанесению текста и подписей какой-либо роли не играет, приводит показания Лисьих. Не имеет никакого значения и тот факт, что основная сумма денежных средств из третьего кредита, оформленного Лисьих 03.11.2020 была потрачена на погашение оставшейся задолженности по двум кредитам 2019, поскольку данные кредиты были полностью потрачены на деятельность и развитие ООО «

<

...>». При этом договор займа от 03.11.2020 между Лисьих и ООО «

<

...>» был реально составлен, был заключен юридически и существовал фактически в связи с чем, Лисьих и её представитель не предоставляли фальсифицированных доказательств в суд.

Судом первой инстанции проигнорирована и не получила никакой оценки просьба стороны защиты признать показания представителя потерпевшего У. и свидетеля К. недостоверными, несоответствующими действительности, так как они опровергнуты доказательствами, исследованными в ходе судебного следствия, в них имеются существенные противоречия с показаниями иных свидетелей, а также исследованными письменными материалами уголовного дела. Приводит показания У. в судебном заседании, исследованные в судебном заседании сведения о движении денежных средств по счету ООО «

<

...>»; о строительстве инфаструктурных объектов для размещения на них оборудования операторов сотовой связи.

Стороной обвинения не представлено никаких достоверных данных о том, что те денежные средства, которые перевел У. К. были направлены на нужды ООО «

<

...>». В ходе судебного следствия достоверно установлено, что доходов и средств к существованию у К. не имелось.

Сторона защиты также считает недостоверными показания У. в части того, что тех денежных средств, которые он перевел К., а также такой же суммы, которую якобы внес сам К. хватило на организацию работы ООО «

<

...>» и необходимые затраты, которые несло юридическое лицо, а также показания представителя потерпевшего У. о том, что он контролировал всю деятельность предприятия, в том числе движение денежных средств и его утверждение, что наличные денежные средства не вносились на расчетный счет ООО «

<

...>». 

Также обращает внимание на то, что фактически К., как и У. оспаривают факт признания заключенными между Лисьих и ООО «

<

...>» договоров займа от 25.03.2019, 26.08.2019, 03.11.2020, однако данный спор подлежит разрешению в гражданско-правовом порядке.

В ходе судебного следствия достоверно установлено, что Лисьих каких-либо умышленных действий, выражающихся в подделке, искажении, подмене подлинной информации или ее носителя информацией ложной, мнимой не совершала. Ключевым для фальсификации является именно факт подмены, при котором фальшивка выдается за подлинное. У Лисьих отсутствовал умысел на фальсификацию доказательств, поскольку преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 303 УК РФ, характеризуется виной в форме прямого умысла, при котором виновный осознает, что он изменяет содержание или иные характеристики используемой в ходе судебного разбирательства доказательственной информации и желает этого.

В части предъявленного обвинения Лисьих по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 159 УК РФ обращает внимание на то, что корыстный мотив предполагает, что лицо, которое им руководствуется, желает незаконно, безвозмездно изъять и обратить чужое имущество в свою пользу. При этом логично полагать, что лицо, которое руководствуется корыстным мотивом, совершая незаконные действия, пытается получить максимальную выгоду для себя.

Считает, что именно сам факт проведения сверки об остатке задолженности, составление акта по её итогу, указание в нём всех сумм, которые поступили от ООО «

<

...>» Лисьих, в том числе сумм, которые она получила наличными, свидетельствует об отсутствии какого-либо корыстного мотива, умысла на хищение денежных средств. 

Если бы Лисьих имела желание похитить денежные средства ООО «

<

...>», то ничего не мешало бы ей подать заявление о взыскании всей суммы в размере 

<

...>. руб., которая указана в договоре займа, при этом она могла обосновать все полученные суммы от ООО «

<

...>» как получение вознаграждения за работу или указать иное обоснование. Но Лисьих именно по своему желанию, что она и пояснила при своем допросе, составила акт сверки и приложила его к заявлению о выдаче судебного приказа, чтобы взыскать только то, что осталось ей должно ООО «

<

...>» по договору займа от 03.11.2020.

Аналогичные показания в судебном заседании дала свидетель Д., которая являлась представителем Лисьих в гражданском процессе и составляла акт сверки об остатке задолженности по договору займа от 03.11.2020. 

В ходе судебного следствия не установлен факт того, что Лисьих покушалась на безвозмездное изъятие и обращение денежных средств ООО «

<

...>» в сумме 

<

...> рублей в свою пользу. Исследованными в ходе судебного заседания доказательствами достоверно установлено, что ООО «

<

...>» реально имело неисполненные обязательства перед Лисьих, а последняя при подаче заявления о выдаче судебного приказа желала возвратить реально внесенные ею ранее денежные средства для развития деятельности ООО «

<

...>». Показания самой Лисьих по данному факту опровергнуты не были.

Вывод суда первой инстанции о том, что Лисьих фактически в своих показаниях признает вину, противоречит её показаниям, данных в ходе судебного следствия, согласно которым она сообщила, что никаких договоров займа не фальсифицировала, а они реально были заключены, реально фактически существовали, подписаны сторонами, заверены актуальной на момент заключения договоров печатью юридического лица. Данные договоры закрепили фактически существовавшие отношения между Лисьих и ООО «

<

...>», в которых Лисьих выступала заимодавцем, а ООО «

<

...>» заемщиком. Лисьих в ходе своего допроса в суде первой инстанции пояснила, что, подавая заявление мировому судье, хотела лишь возвратить реально внесенные ею ранее денежные средства для развития деятельности ООО «

<

...>», никакого умысла и желания похитить денежные средства у указанного юридического лица у неё не было.

Судом первой инстанции в приговоре проигнорированы исследованные в судебном заседании три кредитных договора между Лисьих и ПАО «

<

...>» от 25.03.2019, 26.08.2019, 03.11.2020, а также показаниям Лисьих о том, что кредиты были получены с целью вложения полученных средств в развитие предприятия ООО «

<

...>», направление полученных кредитных денежных средств наличными на нужды общества, а также на погашение ранее взятых на эти цели кредитов.

Считает, что при даче оценки действиям Лисьих, вывод о виновности либо невиновности подсудимой возможно сделать лишь на основе совокупного анализа трех кредитных договоров между Лисьих и ПАО «

<

...>» и всех трех договоров займа между Лисьих и ООО «

<

...>», поскольку они взаимосвязаны между собой по цели получения и использования средств, подтверждают показания Лисьих о наличии фактических неисполненных обязательств у ООО «

<

...>» перед ней, что исключает наличие у неё умысла на фальсификацию доказательств и хищения денежных средств ООО «

<

...>».

Судом первой инстанции в обвинительном приговоре фактически дана лишь гражданско-правовая оценка договору займа от 3 ноября 2020 года.

При этом, давая оценку договору займа от 3 ноября 2020 года, а именно делая вывод о том, что он не соответствует действительности, руководствуясь лишь нормами гражданского права, а также сведениями о том, что на счет или в кассу ООО «

<

...>» денежные средства по указанному договору не поступали, суд первой инстанции не учел, что преступления, предусмотренные ст. 303 УК РФ и ст. 159 УК РФ, совершаются исключительно с прямым умыслом, в связи с чем подлежало установлению наличие фактических правоотношений и обязательств между Лисьих и ООО «

<

...>», о чем заявляла сама Лисьих, для чего требовался совокупный анализ трех кредитных договоров между Лисьих и ПАО «

<

...>» от 25.03.2019, 26.08.2019, 03.11.2020 и трех договоров займа между Лисьих и ООО «

<

...>» от 25.03.2019, 26.08.2019, 03.11.2020.

Анализируя кредитные договоры и договоры займа, совместно с анализом показаний Лисьих и иных доказательств, исследованных в ходе судебного следствия, считает, что у ООО «

<

...>» реально существовали обязательства перед Лисьих.

Доводы суда первой инстанции в приговоре о том, что в выписке по банковскому счету Лисьих не имеется данных о том, что заемные денежные средства по договору от 3 ноября 2020 года были переданы ООО «

<

...>» несостоятельны, поскольку согласно п.2.1 договора займа передаче подлежат наличные денежные средства.

В отзыве Лисьих на исковое заявление ООО «

<

...>» не указывала и не пыталась доказать, что денежные средства по договору займа от 03.11.2020 были получены юридическим лицом через кассу или на счет предприятия после указанной даты. В отзыве на исковое заявление лишь указывалось на факт существования договора займа и факт исполнения обязательств по данному договору перед ней на сумму 

<

...> рублей.

Делает вывод, что в ходе судебного заседания, на основании исследованных доказательств было достоверно установлено, что в Курганский городской суд, а также мировому судье Лисьих не предоставляла заведомо сфальсифицированные доказательства. Договоры займа (их дубликаты), представленные суду, подтверждали реальные фактические обстоятельства, сложившиеся между Лисьих и ООО «

<

...>», а не вымышленные. Наличие определенных нарушений требований гражданского законодательства, регулирующих порядок, основания заключения договора займа, соблюдение обязательных условий для признания договоров займа заключенными, должны быть предметом рассмотрения гражданско-правового спора при оспаривании кем-либо указанных договоров. Но нарушения определённых требований гражданского законодательства не может свидетельствовать о фальсификации и влечь вывод о вымышленности обстоятельств, поскольку имелись реально сложившиеся отношения между Лисьих и ООО «

<

...>», в которых Лисьих выступала заимодавцем, а ООО «

<

...>» заемщиком денежных средств и наличию реально неисполненных обязательств у ООО «

<

...>» перед Лисьих.

Также считает, что суд первой инстанции в приговоре в нарушение требований ч. 2 ст. 252 УПК РФ вышел за пределы обвинения, ухудшив положение Лисьих и нарушив её право на защиту. 

В обоснование позиции цитирует описательно-мотивировочную часть приговора и обращает внимание на то, что судом первой инстанции, как подтверждение наличия состава преступления в действиях Лисьих, неоднократно раскрывается содержание отзыва Лисьих поступившего в Курганский городской суд на исковое заявление ООО «

<

...>»; дается толкование содержания отзыва в части, а также толкование позиции Лисьих и её представителя Д. в судебном заседании по иску ООО «

<

...>» к Лисьих с констатацией факта, что Лисьих пыталась убедить суд, что денежные средства в сумме 

<

...>. рублей пошли на погашение задолженности по договору займа от 3 ноября 2020 года, в связи с чем Лисьих и совершила преступление, предусмотренное ч.1 ст. 303 УК РФ.

Таким образом, суд первой инстанции установил наличие состава преступления в действиях Лисьих на основании её действий по убеждению судов о наличии определенных фактов, в том числе о том, что денежные средства в сумме 

<

...>. рублей пошли на погашение задолженности по договору займа от 3 ноября 2020 года, констатировав именно в этих действиях объективную сторону состава преступления.

При этом в предъявленном Лисьих обвинения не указано, что Лисьих был представлен отзыв на исковое заявление ООО «

<

...>», соответственно не раскрыто содержание данного отзыва, не имеется описания позиции Лисьих и её представителя Д. в судебном заседании Курганского городского суда, в том числе не указаны какие-либо действия по убеждению суда в каких-либо фактах. В постановлении о привлечении в качестве обвиняемого указан лишь факт предоставления Лисьих в суды трех договоров займа, которые следствие расценивает как фальсифицированные, в связи с чем Лисьих совершила преступления, предусмотренные ч.1 ст. 303 УК РФ, ч.1 ст. 303 УК РФ.

Суд первой инстанции в приговоре неоднократно ссылался на решение Курганского городского суда от 27 марта 2023 года по иску ООО «

<

...>» к Лисьих, однако определением судебной коллегии по гражданским делам Курганского областного суда от 20.10.2023 данное решение было отменено, соответственно ссылки на решение Курганского городского суда от 27 марта 2023 года недопустимы. 

Апелляционное представление государственного обвинителя отозвано до начала судебного заседания суда апелляционной инстанции.

Проверив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены приговора.

Вопреки доводам апелляционной жалобы постановленный по делу обвинительный приговор в отношении Лисьих соответствует требованиям ст. 297, 303-304, 307-309 УПК РФ. В нем изложены установленные судом обстоятельства преступлений, проанализированы доказательства, обосновывающие выводы суда о виновности осужденной в содеянном, приведены мотивы, по которым суд пришел к выводам относительно квалификации преступлений, а также обоснование по другим вопросам, указанным в ст. 299 УПК РФ.

Суд в соответствии с требованиями ст. 87, 88 УПК РФ на основе полного и всестороннего исследования доказательств, представленных как стороной обвинения, так и стороной защиты, дал оценку каждому из представленных доказательств с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела. 

Обстоятельства, которые в соответствии со ст. 75 УПК РФ могли бы свидетельствовать о недопустимости доказательств, а также противоречия или неустранимые сомнения в исследованных судом доказательствах, положенных в основу обвинительного приговора, ставящие под сомнение доказанность вины осужденной и в силу ст. 14 УПК РФ подлежащих толкованию в ее пользу, отсутствуют.

Все доводы стороны защиты в апелляционной жалобе полностью повторяют позицию осужденной и защитника в суде первой инстанции и сводятся исключительно к доказыванию наличия кредитно-денежных отношений между Лисьих и ООО «

<

...>», а именно к доказыванию, что все денежные средства в размере 

<

...>., которые Лисьих получила при заключении кредитных договоров с ПАО «

<

...>» потрачены на нужды предприятия. С целью обезопасить себя она заключила три договора займа с ООО «

<

...>», в которых суммы, сроки являлись аналогичными кредитным договорам между нею и ПАО «

<

...>».

Судом правильно указано в приговоре, что наличие данных отношений не являются предметом доказывания по ст. 303 УК РФ, поскольку, представляя мировому судье и в Курганский городской суд фиктивный договор займа от 3 ноября 2020 года на сумму 

<

...> рублей, Лисьих пыталась доказать, что денежные средства по договору займа от 3 ноября 2020 года были получены ООО «

<

...>» через кассу или на счет предприятия после указанной даты (то есть договор является заключенным), а переводы от ООО «

<

...>» в ее адрес на 

<

...> – это возврат долга по указанному договору займа, а также просила взыскать с ООО «

<

...>» несуществующий долг в размере 

<

...> рублей.

По смыслу ст. 159 УК РФ и согласно разъяснениям, данным в пп. 1, 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 ноября 2017 г. № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», способами хищения чужого имущества или приобретения права на чужое имущество при мошенничестве, ответственность за которое наступает, в частности, в соответствии со ст. 159 УК РФ, являются обман или злоупотребление доверием, под воздействием которых владелец имущества или иное лицо передают имущество или право на него другому лицу либо не препятствуют изъятию этого имущества или приобретению права на него другим лицом. Обман как способ совершения хищения или приобретения права на чужое имущество может состоять в сознательном сообщении (представлении) заведомо ложных, не соответствующих действительности сведений, либо в умолчании об истинных фактах, либо в умышленных действиях, направленных на введение владельца имущества или иного лица в заблуждение.

В свою очередь объективная сторона преступления, предусмотренного частями 1 и 2 ст. 303 УК РФ, состоит, в частности, в умышленных действиях по представлению суду в качестве доказательств заведомо поддельных предметов и документов. Участник производства по делу, представивший такие предметы и документы в качестве доказательств через своего представителя (защитника), не осведомленного относительно их подложности и преступных намерений своего доверителя (подзащитного), несет ответственность как исполнитель преступления.

Именно такие обстоятельства установлены судом. 

11 ноября 2022 года Лисьих с целью совершения мошенничества в качестве доказательства ее незаконных требований о взыскании с ООО «

<

...>» задолженности в размере 

<

...> рублей как участник гражданского судопроизводства представила мировому судье судебного участка № 42 города Кургана Курганской области поддельный документ - договор займа от 3 ноября 2020 года, согласно которому между ООО «

<

...>» в лице директора Лисьих с одной стороны («Заемщик») и физическим лицом Лисьих с другой стороны («Займодавец»), якобы заключен договор займа, согласно которому Займодавец передает Заемщику денежные средства в размере 

<

...> рублей.

Умысел Лисьих на хищение денежных средств ООО «

<

...>» посредством фальсификации доказательств по гражданскому делу не был доведен до конца по независящим от нее обстоятельствам. ООО «

<

...>» мог быть причинен материальный ущерб в размере 

<

...> рублей.

2 декабря 2022 года Лисьих в ходе судебного разбирательства представила поддельный документ - договор займа от 3 ноября 2020 года через своего представителя в Курганский городской суд Курганской области в ходе судебного разбирательства по исковому заявлению о ее необоснованном обогащении за счет денежных средств ООО «

<

...>» в размере 

<

...> рублей.

Лисьих пыталась доказать, что денежные средства по договору займа от 3 ноября 2020 года были получены ООО «

<

...>» через кассу или на счет предприятия после указанной даты (то есть договор является заключенным), а переводы от ООО «

<

...>» в ее адрес на 

<

...> – это возврат долга по указанному договору займа.

В соответствии с информацией ООО «

<

...>» данной организацией для ООО «

<

...>» были изготовлены печати, одна из которых получена 6 августа 2021 года представителем ООО «

<

...>» К., которая изъята у него в ходе предварительного расследования.

Согласно выводам эксперта № 3/323 от 6 апреля 2023 года оттиски круглых простых печатей ООО «

<

...>» на договорах займа от 25 марта 2019 года, 26 августа 2019 года и 3 ноября 2020 года нанесены не печатью ООО «

<

...>», изъятой у свидетеля К.. В трех вышеуказанных договорах займа, первоначально были нанесены оттиски круглой простой печати ООО «

<

...>», изготовленной в августе 2021 года, затем печатные тексты, линии графления, а потом (поверх них) выполнены подписи.

Согласно сведениям о движении денежных средств по счету банковской карты К. в ПАО «

<

...>», движении денежных средств по расчетному счету ООО «

<

...>», кассовых книг, оборотно-сальдовых ведомостей ООО «

<

...>», в указанные в договорах займа даты - 25 марта, 26 августа 2019 года и 3 ноября 2020 года, а также в иные даты на счет ООО «

<

...>» в ПАО «

<

...>», а также в кассу ООО «

<

...>» не поступали денежные средства в суммах 

<

...> рублей, 

<

...> рублей и 

<

...> рублей. В ходе осмотра движения денежных средств по счету К. в ПАО «

<

...>», поступлении вышеуказанных денежных средств также не установлено.

В соответствии со сведениями о движении денежных средств по банковским счетам Лисьих в ПАО «

<

...>», зафиксировано поступление кредитных денежных средств на счет Лисьих 3 ноября 2020 года в размере 

<

...>, которые впоследствии были распределены для погашения иных кредитных задолженностей Лисьих. Переводов данных денежных средств на счет ООО «

<

...>» или К. не имелось. Денежные средства в тот же день переведены в счет оплаты страховки в размере 

<

...>, в счет погашения предыдущей задолженности Лисьих в размере 

<

...> и 

<

...>, на карту-счет 

<

...>, на карту-вклад в сумме 

<

...> (итого 

<

...>). 

Свидетель К. показал, что договоры займа между Лисьих и ООО «

<

...>» не составлялись, займы от Лисьих в предприятие не передавались. В ходе судебного разбирательства по иску ООО «

<

...>» к Лисьих, та представила в суд договоры займа, которые фактически никогда не заключались.

При рассмотрении уголовного дела в суде первой инстанции Лисьих показала, что все полученные заемные денежные средства ПАО 

<

...> по договору займа от 3 ноября 2020 года были потрачены ею на рефинансирование кредитов от 25 марта и 26 августа 2019 года, в ООО «

<

...>» через кассу или на счет предприятия данные средства не вносились.

Данные показания Лисьих полностью подтвердила в суде апелляционной инстанции.

Приведенные и иные, изложенные в приговоре доказательства, отвечают закону по форме и источникам получения, проверены и оценены судом по правилам УПК РФ, признаны достаточными для осуждения Лисьих.

Каких-либо противоречивых доказательств, которые могли бы существенно повлиять на выводы суда о виновности Лисьих, которым суд не дал бы оценки, в приговоре не имеется.

Выводы суда о виновности Лисьих в совершении преступлений соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на всестороннем анализе и оценке совокупности доказательств, исследованных в ходе судебного разбирательства. 

Судом правильно установлено, что Лисьих дважды представила в суды фиктивный договор займа между Лисьих и ООО «

<

...>» от 3 ноября 2020 г., который никогда не составлялся и денежные средства по которому в ООО «

<

...>» ни в каком виде не поступали.

Данных, указывающих на то, что в приговоре показания допрошенных лиц, содержание выводов экспертных заключений или иных документов приведены таким образом, что это искажало бы существо исследованных доказательств и позволяло им дать иную оценку, чем та, которая содержится в приговоре, что суд незаконным образом воспрепятствовал представлению сторонам доказательств для исследования, судебной коллегией не установлено.

Правовая оценка содеянному Лисьих дана в рамках предъявленного ей обвинения и при установленных фактических обстоятельств дела, свидетельствующих о содержании ее умысла и возможных последствий, применительно к нормам Уголовного кодекса Российской Федерации, а потому является правильной, в том числе в части квалификации действий Лисьих по ч. 1 ст. 303 УК РФ, ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 159 УК РФ.

Доводы стороны защиты о недостоверности показаний свидетелей У. и К. в части наличия-отсутствия корпоративного спора о взаиморасчетах между ООО «

<

...>» и Лисьих не влияют и не могут влиять на обоснованность выводов суда о виновности осужденной, поскольку не относятся к обстоятельствам, подлежащим доказыванию в рамках настоящего уголовного дела.

Ответственность по ч. 1 ст. 303 УК РФ наступает за фальсификацию доказательств по гражданскому делу, при этом отсутствие сведений об обстоятельствах изготовления представленных суду документов, признанных сфальсифицированными, не является основанием для отмены принятых решений, так как указанные обстоятельства, исходя из диспозиции статьи, не подлежат доказыванию по делу. Факт представления в суд подложных документов в подтверждение искусственно созданных споров установлен исследованными доказательствами, как и факт участия в этих спорах Лисьих.

Никаких иных версий происходивших событий, которые требовали бы проверки следственными органами или судом и свидетельствовали о других обстоятельствах дела, чем те, которые установлены в приговоре, Лисьих не выдвигала.

Все доводы стороны защиты о необоснованном осуждении Лисьих, повторенные в апелляционной жалобе, были проверены судом и получили оценку в приговоре. Доводы осужденной по своей сути направлены на переоценку доказательств и установление иных фактических обстоятельств по делу, к чему оснований не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.18, 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

приговор Курганского городского суда Курганской области от 18 декабря 2024 г. в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции с подачей кассационных жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного постановления.

Председательствующий