Судья Фоменко Е.И. Дело № 22-308/2021

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Петропавловск-Камчатский 27 апреля 2021 года

Камчатский краевой суд в составе:

председательствующего 

ФИО8, 

при секретаре

ФИО9,

с участием прокурора

Торопова Д.В.,

адвоката 

Резник Г.С.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционное представление (с дополнениями) государственного обвинителя Бойцова В.В. на приговор Карагинского районного суда Камчатского края от 26 февраля 2021 года, которым

ФИО10, 

<

данные изъяты>, судимый приговорами Карагинского районного суда Камчатского края: 

- 22.07.2016 г. (с учётом апелляционного определения Камчатского краевого суда от 30.08.2016 г.) по ч. 1 ст. 226, п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ, с применением ч. 3 ст. 69 УК РФ, к 2 годам 2 месяцам лишения свободы;

- 26.09.2016 г. (с учётом апелляционного определения Камчатского краевого суда от 08.11.2016 г.) по п. "в" ч. 2 ст. 158 УК РФ, с применением ч. 5 ст. 69 УК РФ (с учётом приговора от 22.07.2016 г.) к 2 годам 6 месяцам лишения свободы. 02.06.2017 г. Елизовским районным судом Камчатского края неотбытая часть наказания в виде лишения свободы по приговору от 26.09.2016 г., составляющая 4 месяца 23 дня, заменена более мягким видом наказания в виде исправительных работ сроком на 1 год 2 месяца 4 дня с удержанием 15% из заработка осуждённого в доход государства; 3.11.2017 г. Карагинским районным судом неотбытая часть исправительных работ сроком 1 год 25 дней заменена на лишение свободы сроком 4 месяца 8 дней (7.03.2018 г. освобождён по отбытии срока наказания),

оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч.2 ст.158 УК РФ, в связи с отсутствием события преступления;

За ФИО10 признано право на реабилитацию и возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием. 

Разрешены вопросы по мере пресечения и процессуальным издержкам. 

Заслушав пояснения защитника – адвоката Резника Г.С., полагавшего судебное решение правильным и просившим оставить его без изменения, мнение прокурора Торопова Д.В., поддержавшего доводы апелляционного представления (с дополнениями), суд апелляционной инстанции 

установил:

ФИО10 оправдан судом по обвинению в краже чужого имущества с незаконным проникновением в помещение. 

В апелляционном представлении (с дополнениями) государственный обвинитель Бойцов В.В., не соглашаясь с приговором суда, просит его отменить. Полагает, что выводы суда несоответствуют фактическим обстоятельствам дела, уголовный закон применен неправильно, существенно нарушен уголовно-процессуальный закон.

Отмечает, что в нарушение п. 3 ч.1 ст.305 УПК РФ в описательно-мотивировочной части приговора суд указал в качестве одного из доказательств невиновности показания подсудимого в части (без уточнения, в какой), при этом ФИО10 в ходе предварительного расследования, а также судебного разбирательства давал последовательные и непротиворечивые показания, в которых указывал на факт совершения им преступления, время, место и способ его совершения. В последнем слове ФИО10 заявил, что согласен с защитником, однако от ранее данных им показаний фактически не отказался, признательные показания подсудимого изложены в приговоре суда, при этом не указано, каким образом суд расценил данное доказательство, как подтверждающее невиновность лица в совершении преступления. Ссылаясь на положения ст. 305 УПК РФ, постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 № 55 «О судебном приговоре», указывает, что в приговоре отражается отношение подсудимого к предъявленному обвинению, однако такая оценка отсутствует; в приговоре отсутствуют мотивировки, по которым отвергнуты доказательства, представленные стороной обвинения: показания ФИО10, данные в ходе предварительного следствия с участием защитника, показания потерпевшего и свидетелей, оглашённые в судебном заседании; заявление потерпевшего о факте хищения; приказы о проведении инвентаризаций и сличительные ведомости к ним, товарно-транспортные накладные. При фактическом отказе потерпевшего ФИО1 и свидетелей ФИО2,ФИО3, ФИО4 от показаний, данных ими в ходе предварительного следствия, судом не исследованы причины изменения показаний, а также не отражены мотивы, по которым отвергнуты показания, полученные на досудебной стадии.

Обращает внимание на то, что ФИО10 ходатайствовал о рассмотрении материалов уголовного дела в соответствии с главой 40 УПК РФ, без проведения судебного разбирательства. В суде выразил согласие с предъявленным обвинением и поддержал ранее высказанное желание о рассмотрении дела в особом порядке. Настаивал на том, что в изложенных им обстоятельствах отсутствует самооговор. Из материалов уголовного дела следует, что допросы потерпевшего и свидетелей содержат отметки о предупреждении их об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, соответственно сведения, которые ими излагались в ходе следствия, не были основаны на догадках, слухах и предположениях. Показания допрошенных лиц согласовывались с пояснениями ФИО10, в связи с чем, у следствия отсутствовали основания к признанию процессуальных документов, противоречащим принципам относимости, допустимости и достоверности. Сам по себе фактический отказ потерпевшего ФИО1 и свидетелей ФИО2,ФИО3, ФИО4 от показаний, данных ими в ходе предварительного следствия, не свидетельствуют о том, что их первоначальные показания содержат факты не соответствующие действительности. 

Проверив материалы уголовного дела, выслушав стороны, обсудив доводы апелляционного представления (с дополнениями), суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения состоявшегося приговора. 

В соответствии со ст.14 УПК РФ все неустранимые сомнения в виновности обвиняемого должны толковаться в его пользу.

В соответствии со ст.302 УПК РФ суд постановляет оправдательный приговор в случаях, если не установлено событие преступления, если подсудимый не причастен к совершению преступления и если в деянии подсудимого отсутствует состав преступления.

Обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и должен быть постановлен только на достоверных доказательствах, после исследования всех возникающих версий, выяснения и оценки имеющихся противоречий и лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступлений доказана.

В случаях, если не установлено событие преступления, постановляется оправдательный приговор.

Согласно требованиям ст.305 УПК РФ в описательно-мотивировочной части оправдательного приговора излагаются существо предъявленного обвинения, обстоятельства уголовного дела, установленные судом, основания оправдания подсудимого, доказательства их подтверждающие, и мотивы, по которым суд отвергает доказательства, представленные стороной обвинения.

Вопреки доводам апелляционного представления (с дополнениями) указанные положения уголовно-процессуального закона судом первой инстанции в части оправдания ФИО10, соблюдены.

Как видно из обжалуемого приговора, суд, установив, что убедительных доказательств совершения ФИО10 инкриминируемого ему преступления стороной обвинения не представлено, пришёл к выводу о необходимости его оправдания за неустановлением события преступления, предусмотренного по п.«б» ч.2 ст.158 УК РФ, в связи с отсутствием установленного предмета кражи, времени кражи, материального фактического ущерба. 

Так, в судебном заседании, ФИО10 пояснил, что в середине марта 2019 украл примерно 10 кг мяса и 60 штук яиц в магазине «

<

данные изъяты>».

В результате инвентаризации, на 31 марта 2019 года, была выявлена недостача мяса свинины 10 кг и 60 яиц (л.д.67-72 т.1).

При допросе на предварительном следствии, в сентябре 2020 года, то есть через полтора года после описанных ФИО10 событий, генеральный директор ФИО1, подтвердил, что из магазина «

<

данные изъяты>» в конце марта 2019 года была совершена кража продуктов питания, что было установлено в результате детальной ревизии (л.д.75-76 т.1). О совершении кражи в полицию не заявлял.

О выявленной недостаче мяса и яиц, также в 2020 году, дали показания свидетели ФИО2,ФИО3, ФИО4 (л.д.77-78, 79-80, 81-82 т.1).

Свидетели ФИО5, ФИО6 пояснили, что в середине марта 2019 года ФИО10 предлагал купить у него мясо и яйца (л.д.95-96, 103-104 т.1).

В судебном заседании ФИО1 изменил показания, пояснив, что о том, что в марте 2019 года произошла кража, он не знал, узнал о ней в сентябре 2020, когда его вызвали в полицию, где находился ФИО10, который и пояснил о количестве похищенных продуктов питания. Ревизия в марте 2019 проводилась. До сентября 2020, о краже ему ничего известно не было, недостача не выявлялась.

ФИО1 также пояснил, что ведется суммовой, а не количественный учет товара, и выявить конкретное количество недостающего товара невозможно. ФИО1 допустил, что недостача могла образоваться и не от действий ФИО10. Пояснения относительно количества и наименования похищенного он давал исходя из пояснений ФИО10. Сумма похищенного была установлена исходя из пояснений ФИО10 о количестве и наименовании продуктов питания. Недостача конкретного товара при ревизии не выявляется. 

Свидетель ФИО2, работающая в магазине «

<

данные изъяты>», пояснила в судебном заседании, что о краже стало известно от ФИО1. Когда ФИО1 сказал, что ФИО10 украл мясо, она ответила ФИО1, что мяса в таком количестве в то время не было, а также брикетами по 15-20 кг мясо не поставляется, брикеты мяса свинины «шея» поставляются по 1-1,2 кг. По итогам ревизии невозможно установить вид и количество недостающих товаров, только общую сумму.

Свидетель ФИО3, работающая продавцом-кассиром в магазине «

<

данные изъяты>», пояснила, что при проведении ревизии выявить какой именно товар отсутствует, невозможно. Мяса в брикетах по 6-7 кг у них не бывает.

Свидетель ФИО4, работающая продавцом в ООО «

<

данные изъяты>», пояснила, что о краже ей известно ничего не было. Мясо свинины «шея» весом по 10 кг в магазине не бывает, оно приходит уже распиленное, кусками по 1,5-2 кг. Выявить недостачу 10 кг мяса и 6 десятков яиц невозможно.

Свидетель ФИО5 пояснила, что в середине марта 2019 года ФИО10 предлагал купить у него мясо и яйца.

Вопреки доводам апелляционного представления (с дополнениями) суд дал надлежащую оценку всем доказательствам, представленным стороной обвинения, в том числе указанным государственным обвинителем в представлении (с дополнениями). 

Свои выводы суд надлежаще обосновал показаниями, данными в ходе судебного заседания, представителя потерпевшего ФИО1, свидетелей ФИО2,ФИО3, ФИО4, которые не подтвердили факта кражи из магазина 16 марта 2019 года, а также размер ущерба, с учётом невозможности достоверно установить хищение конкретного товара, его количество и вес. Свидетель ФИО5, не оспаривая, что ФИО10 предлагал ей приобрести у него в марте 2019 года мясо и яйца, не видела предметов хищения, а свидетель ФИО6 в ходе предварительного следствия не пояснял о виде предлагаемого ему ФИО10 мяса, его весовых и качественных характеристиках. 

Обоснованно не приняты судом в качестве доказательств сличительная ведомость № 1 от 1.04.2019 результатов инвентаризации, накладные о поступлении мяса и яйца в магазин, протокол принятия устного заявления о краже ФИО1. Выводы в данной части надлежаще мотивированы, суд апелляционной инстанции находит их верными. 

По результатам ревизии, согласно документам, установлена недостача именно 10 кг мяса и 60 штук яиц, то есть того количества и наименования продуктов, о которых сообщил ФИО10. Суд приходит к выводу, что показания ФИО1 о том, что количество и наименование похищенных продуктов питания ему стали известны со слов ФИО10, соответствуют действительности, поскольку в сличительной ведомости от 01.04.2019 результатов инвентаризации количество и наименование недостающих в магазине продуктов питания в точности совпадает с указанными в показаниях ФИО10, данными им, как он пояснил в судебном заседании, предположительно. Таким образом, суд обоснованно поставил под сомнение допустимость представленных стороной обвинения документов – ревизии в магазине, которая установила предмет хищения.

Других доказательств, что было похищено 10 кг мяса свинины и 60 штук яиц, что данные продукты были пригодны и с не истекшим сроком годности, имели указанную стороной обвинения вес, количество и стоимость, сторона обвинения в суд не представила.

Суд оценил, и проанализировав совокупность представленных стороной обвинения доказательств, дал правильную оценку показаниям ФИО1, ФИО2,ФИО3, ФИО4, как в судебном заседании, где они пояснили причины расхождения с их показаниями, данными в ходе предварительного следствия, в том числе в части недостоверности факта и результатов проведённой ревизии. Правильная оценка дана и показаниям ФИО5 и ФИО6, которые не опровергают выводы суда о недоказанности и отсутствии события преступления. 

Таким образом, фактически, кроме показаний ФИО10, материалами дела не подтверждены дата, время инкриминируемого ФИО10 преступления, количество, годность, наименование похищенных продуктов, и соответственно их ценность и стоимость. 

Поставив под сомнение количество и стоимость похищенного имущества, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о не установлении события преступления и принял решение об оправдании ФИО10. Показания допрошенных в судебном заседании свидетелей и представленные стороной обвинения протоколы следственных действий не опровергают выводы суда, поскольку являются производными от показаний ФИО10, и, следовательно, только предположениями о совершенной ФИО10 краже.

В соответствии с ч.2 ст.77 УПК РФ, признание обвиняемым своей вины в совершении преступления может быть положено в основу обвинения лишь при подтверждении его виновности совокупностью имеющихся по уголовному делу доказательств.

С учётом неоднозначной позиции ФИО10 в ходе судебного заседания, признавшего вину в совершении кражи после оглашения обвинения, вместе с тем поддержавшего позицию адвоката о вынесении в отношении него оправдательного приговора в последнем слове, суд обоснованно изложил его признательные показания в описательно-мотивировочной части приговора. Данные показания не расценивались судом, как подтверждающие невиновность лица в совершении преступления, вместе с тем были учтены при принятии решения наряду с другими доказательствами, опровергающими позицию подсудимого в части проверки их достоверности. 

Результат судебного следствия позволил суду первой инстанции сделать обоснованный вывод о том, что бесспорных доказательств, свидетельствующих о совершении ФИО10 инкриминируемого ему стороной обвинения деяния, не представлено, предъявленное обвинение основано на домыслах и предположениях, в судебном заседании доказательств, которые бы подтверждали кражу ФИО10 продуктов питания из магазина «

<

данные изъяты>» 16 марта 2019 года, не добыто. Нет таких доказательств и в материалах дела. 

Приведённые государственным обвинителем в апелляционном представлении (с дополнениями) доводы о необоснованном оправдании ФИО10 по сути сводятся к вопросу достаточности и переоценке тех доказательств, которые были исследованы судом и уже получили надлежащую оценку в приговоре, оснований не согласиться с которой суд апелляционной инстанции не находит. 

Согласно протоколу судебного заседания все приведённые в приговоре доказательства суд тщательно исследовал с участием сторон, и полнота судебного следствия государственным обвинителем не оспаривается. Каждое доказательство в отдельности и все доказательства в их совокупности оценены судом по правилам, установленным ст.88 УПК РФ, с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и достаточности для разрешения дела по существу. 

ФИО10, не согласившись с оправдательным приговором, подал апелляционную жалобу (возвращена судом в связи с пропуском срока на обжалование приговора) (л.д. 50-52 т.3), в которой изложил свои доводы о том, что он виноват в совершении кражи и приговор является незаконным. Данная жалоба подтверждает выводы суда о надуманности обвинения ФИО10 в совершении преступления, поскольку такая заинтересованность обвиняемого в обвинительном приговоре, противоречит интересам оправданного и не может свидетельствовать о добровольности и правдивости сведений, изложенных ФИО10 как в апелляционной жалобе на приговор, так и в своих показаниях на предварительном следствии.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для изменения приговора по доводам апелляционного представления (с дополнениями).

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, которые путём лишения или ограничения прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путём повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного приговора, судом апелляционной инстанции при проверке материалов уголовного дела не выявлено.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции находит необоснованным вынесение частного постановления в адрес старшего следователя СО Корякского МО МВД России ФИО7 Оценка допустимости доказательств должна быть отражена судом в приговоре, однако приговор суда не содержит сведений о признании каких-либо доказательств, собранных следователем при расследовании уголовного дела, полученных с нарушениями норм УПК РФ, в связи с чем выявленные, по мнению суда, недостатки в работе следователя в части оформления им следственных и процессуальных действий, не могут служить основанием для вынесения в его адрес частного постановления. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 38913, 38920 и 38928 УПК РФ, суд второй инстанции 

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Карагинского районного суда Камчатского края от 26 февраля 2021 года в отношении ФИО10 оставить без изменения, а апелляционное представление (с дополнениями) государственного обвинителя Бойцова В.В. - без удовлетворения.

Частное постановление, вынесенное в адрес старшего следователя СО Корякского МО МВД России ФИО7. от 26 февраля 2021 года, отменить. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке через суд первой инстанции в Девятый кассационный суд общей юрисдикции в течение 6 месяцев со дня провозглашения. 

В случае подачи кассационной жалобы, оправданный вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий