Судья Дроздова Н.А. Дело № 33-107/2026 (33-7013/2025)

№ 2-1-698/2024

64RS0042-01-2024-009894-71

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

29 января 2026 года город Саратов

Судебная коллегия по гражданским делам Саратовского областного суда в составе:

председательствующего Совкича А.П.,

судей Брандт И.С., Московских Н.Г.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Зеленцовой В.Ю.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Марксовского межрайонного прокурора в интересах Российской Федерации в лице Территориального управления Росимущества в Саратовской области к ФИО1 об обращении в доход Российской Федерации имущества, взыскании денежных средств по апелляционным жалобам ФИО1, ФИО3, ФИО2 на решение Энгельсского районного суда Саратовской области от 30 сентября 2024 года, которым исковые требования удовлетворены.

Заслушав доклад судьи Брандт И.С., объяснения представителя ответчика ФИО1 - ФИО10, представителя третьего лица ФИО2 - ФИО11, поддержавших доводы апелляционных жалоб, представителя процессуального истца - прокурора отдела по обеспечению участия прокуроров в гражданском и арбитражном процессе прокуратуры Саратовской области ФИО12, возражавшей против доводов апелляционных жалоб, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия

установила:

Марксовский межрайонный прокурор в интересах Российской Федерации в лице Территориального управления Росимущества в Саратовской области обратился в суд с иском к ФИО1 об обращении в доход Российской Федерации имущества, взыскании денежных средств.

Требования мотивированы тем, что Марксовской межрайонной прокуратурой была осуществлена проверка контроля за расходами лица, ранее замещавшего муниципальную должность депутата Марксовского муниципального района Саратовской области ФИО1 В ходе изучения справки о доходах, расходах, об имуществе, обязательствах имущественного характера депутата Собрания Марксовского муниципального района Саратовской области ФИО1 установлено, что ответчик в 2021 году совершил сделки по приобретению недвижимого имущества и транспортного средства, общая стоимость которых превышает общий доход за три года, предшествующих отчетному периоду.

Согласно представленных справок доход ФИО1 и членов его семьи за предшествующие 3 года составил 5 919 757 рублей 54 копейки, срочные обязательства имущественного характера у ФИО1 и членов его семьи отсутствуют.

Вместе с тем, в 2019 году супругой ответчика ФИО25 приобретен автомобиль марки № стоимостью 3 350 000 рублей.

В 2021 году ФИО1 приобретены объекты движимого и недвижимого имущества: земельный участок с кадастровым номером № стоимостью 200 000 рублей; земельный участок с кадастровым номером № стоимостью 200 000 рублей; земельный участок с кадастровым номером № стоимостью 200 000 рублей; земельный участок с кадастровым номером № стоимостью 7 000 000 рублей; земельный участок с кадастровым номером № стоимостью 2 000 000 рублей; легковые транспортные средства марки 

<

данные изъяты>, стоимостью 3 300 000 рублей, марки 

<

данные изъяты>, стоимостью 9 928 000 рублей, марки 

<

данные изъяты>, стоимостью 500 рублей, марки 

<

данные изъяты>, стоимостью 20 000 рублей. Таким образом, ФИО1 в 2021 году приобретено имущество на общую сумму 22 848 500 рублей.

Из собственности ФИО1 выбыло следующее имущество: легковые транспортные средства марки 

<

данные изъяты>, стоимостью 3 300 000 рублей, марки 

<

данные изъяты>, стоимостью 500 рублей, марки 

<

данные изъяты>, стоимостью 20 000 рублей.

В ходе проведения проверки ФИО1 представлены: договор займа денежных средств от 

<

дата>, заключенный с ФИО3, на сумму 11 000 000 рублей, договор займа денежных средств от 

<

дата> заключенный с ФИО2, на сумму 5 000 000 рублей. При этом, сведений, подтверждающих финансовую возможность займодавцев предоставления ответчику займа в указанных размерах не имеется.

На основании изложенного, истец просил обратить в доход Российской Федерации путем передачи в Территориальное управление Росимущества в 

<

адрес> следующее имущество, принадлежащее ФИО1: земельный участок кадастровый №, расположенный по адресу: 

<

адрес>, ООО «Орловское»; земельный участок кадастровый №, расположенный по адресу: 

<

адрес>; земельный участок кадастровый №, расположенный по адресу: 

<

адрес>, ООО «Орловское»; земельный участок кадастровый №, расположенный по адресу: 

<

адрес> земельный участок кадастровый №, расположенный по адресу: 

<

адрес>; легковое транспортное средство марки 

<

данные изъяты>; взыскать с ФИО1 в доход Российской Федерации в лице Территориального управления Росимущества в 

<

адрес> денежные средства в размере 3 320 500 рублей.

Решением Энгельсского районного суда Саратовской области исковые требования удовлетворены полностью.

В апелляционной жалобе ответчик ФИО1 просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований. В обоснование доводов апелляционной жалобы ссылается на незаконность и необоснованность решения суда в виду неправильного применения норм материального права, несоответствия выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела. Автор жалобы указывает на то, что обращенное в доход государства имущество было приобретено на заемные денежные средства, полученные от ФИО13, ФИО28, ФИО2 ФИО1 полагает, что судом не дана надлежащая оценка договорам займа, заключенным с указанными лицами. Вывод эксперта об отсутствии возможности установления давности составления договоров займа, не свидетельствует о том, что указанные сделки не были заключены. Считает, что судом не дана надлежащая оценка доказательствам, подтверждающим платежеспособность займодавцев.

В апелляционной жалобе представитель третьего лица ФИО2 - ФИО14 просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований. Автор жалобы указывает на то, что стороной ответчика и третьими лицами были представлены доказательства, свидетельствующие о законности происхождения денежных средств, на которые ФИО1 было приобретено спорное имущество. Полагает, что выводы судебной экспертизы не опровергают действительность заключенных сделок. Судом неправомерно не принято исковое заявление о признании сделки состоявшейся, что нарушает его права как займодавца. Полагает, что непредставление ответчиком сведений о заключении договора займа, не лишает его права представлять суду доказательства законности происхождения своих доходов.

В апелляционной жалобе представитель третьего лица ФИО3 - ФИО15 просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований. Автор жалобы, полагает, что суд необоснованно не принял во внимание, представленные доказательства законности полученных ФИО1 заемных денежных средств, посредством которых им было приобретено спорное имущество. Суд отверг доводы ФИО3 относительно доходов, подтверждающих его платёжеспособность. Указывает на то, что налоговый орган не имел возможности представить сведения о всех имеющихся у него доходах в связи со сменой формы налоговой отчетности. Доказательства, свидетельствующие о его реальных доходах, судом не были приняты во внимание. Вывод судебного эксперта о невозможности установления давности заключения договоров займа не является основанием считать указанные сделки незаключенными.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Саратовского областного суда от 30 апреля 2024 года решение Энгельсского районного суда г. Саратова от 30 сентября 2025 года оставлено без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Первого кассационного суда общей юрисдикции от 30 июля 2025 года апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Саратовского областного суда от 30 апреля 2025 года отменено, дело направлено на новое рассмотрение в судебную коллегию по гражданским делам Саратовского областного суда.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, сведений об уважительности причин неявки не представили, об отложении судебного разбирательства не ходатайствовали, в связи с чем, учитывая положения ч. 3 ст. 167 ГПК РФ, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции исходя из доводов, изложенных в апелляционных жалобах (ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ), судебная коллегия приходит к следующему выводу.

Основные принципы противодействия коррупции, правовые и организационные основы предупреждения коррупции и борьбы с ней, минимизации и (или) ликвидации последствий коррупционных правонарушений установлены Федеральным законом от 25 декабря 2008 года № 273-ФЗ «О противодействии коррупции» (далее - Федеральный закон «О противодействии коррупции»).

В числе основных принципов противодействия коррупции - признание, обеспечение и защита основных прав и свобод человека и гражданина, законность, публичность и открытость деятельности государственных органов и органов местного самоуправления, неотвратимость ответственности за совершение коррупционных правонарушений (п. п. 1 - 4 ст. 3 Федерального закона «О противодействии коррупции»).

Одной из форм противодействия коррупции является осуществление контроля за расходами лиц, замещающих должности, включенные в перечни, установленные нормативными правовыми актами Российской Федерации или нормативными актами Центрального банка Российской Федерации, а также за расходами их супруги (супруга) и несовершеннолетних детей, в случаях и в порядке, которые установлены Федеральным законом от 03 декабря 2012 года № 230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» (далее - Федеральный закон «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам»), иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и нормативными актами Центрального банка Российской Федерации (ст. 8.1 Федерального закона «О противодействии коррупции»).

Категории лиц, в отношении которых осуществляется контроль за расходами, и порядок осуществления такого контроля установлены Федеральным законом «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам».

В соответствии с абз. 20 ч. 1 ст. 2 Федерального закона от 06 октября 2003 года № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» депутат является лицом, замещающим муниципальную должность.

В подп. «г» п. 1 ч. 1 ст. 2 Федерального закона «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» предусмотрено, что действие закона распространяется на лиц, замещающих (занимающих) муниципальные должности.

Лицо, замещающее (занимающее) одну из должностей, указанных в п. 1 ч. 1 ст. 2 Федерального закона «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», обязано ежегодно в сроки, установленные для представления сведений о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, представлять сведения о своих расходах, а также о расходах своих супруги (супруга) и несовершеннолетних детей по каждой сделке по приобретению земельного участка, другого объекта недвижимости, транспортного средства, ценных бумаг (долей участия, паев в уставных (складочных) капиталах организаций), цифровых финансовых активов, цифровой валюты, совершенной им, его супругой (супругом) и (или) несовершеннолетними детьми в течение календарного года, предшествующего году представления сведений (далее - отчетный период), если общая сумма таких сделок превышает общий доход данного лица и его супруги (супруга) за три последних года, предшествующих отчетному периоду, и об источниках получения средств, за счет которых совершены эти сделки (ч. 1 ст. 3 Федерального закона «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам»).

Основанием для принятия решения об осуществлении контроля за расходами лица, замещающего (занимающего) одну из должностей, указанных в п. 1 ч. 1 ст. 2 Федерального закона «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», а также за расходами его супруги (супруга) и несовершеннолетних, детей является достаточная информация о том, что данным лицом, его супругой (супругом) и (или) несовершеннолетними детьми в течение отчетного периода совершены сделки (совершена сделка) по приобретению земельного участка, другого объекта недвижимости, транспортного средства, ценных бумаг (долей участия, паев в уставных (складочных) капиталах организаций), цифровых, финансовых активов, цифровой валюты на общую сумму, превышающую общий доход данного лица и его супруги (супруга) за три последних года, предшествующих отчетному периоду (ч. 1 ст. 4 Федерального закона «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам»).

Исходя из положений ч. 4 ст. 4 указанного Федерального закона названный контроль включает в себя истребование от лица, в отношении которого осуществляется такой контроль, сведений о его расходах, расходах его супруги (супруга) и несовершеннолетних детей по каждой сделке по приобретению ими указанного в ч. 1 ст. 3 данного Закона имущества и об источниках получения средств, за счет которых приобретено это имущество, а также проверку достоверности и полноты этих сведений, определение соответствия расходов данного лица, расходов его супруги (супруга) и несовершеннолетних детей по каждой сделке по приобретению указанного в ч. 1 ст. 3 этого Закона имущества их общему доходу.

При выявлении в ходе осуществления контроля за расходами лица, замещающего (занимающего) или замещавшего (занимавшего) одну из должностей, указанных в п. 1 ч. 1 ст. 2 Федерального закона «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», а также за расходами его супруги (супруга) и несовершеннолетних детей обстоятельств, свидетельствующих о несоответствии расходов данного лица, его супруги (супруга) и несовершеннолетних детей их общему доходу, Генеральный прокурор Российской Федерации или подчиненные ему прокуроры в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обращаются в суд с заявлением об обращении в доход Российской Федерации земельных участков, других объектов недвижимости, транспортных средств, ценных бумаг (долей участия, паев в уставных (складочных) капиталах организаций), цифровых финансовых активов, цифровой валюты, в отношении которых данным лицом не представлено сведений, подтверждающих их приобретение на законные доходы, или об обращении в доход Российской Федерации денежной суммы, эквивалентной стоимости такого имущества, если его обращение в доход Российской Федерации невозможно (ч. 2 ст. 17 Федерального закона «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам»).

В соответствии с положениями подп. 8 п. 2 ст. 235 ГК РФ имущество, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы, по решению суда подлежит обращению в доход Российской Федерации.

В постановлении от 29 ноября 2016 года № 26-П «По делу о проверке конституционности подп. 8 п. 2 ст. 235 ГК РФ и ст. 17 Федерального закона «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» в связи с запросом Верховного Суда Республики Башкортостан» (далее - постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2016 года № 26-П) Конституционный Суд Российской Федерации указал, что предусмотренное Федеральным законом «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» обращение в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого государственным (муниципальным) служащим не представлены доказательства его приобретения на законные доходы, является, по существу, особой мерой государственного принуждения, применяемой в случае нарушения лицами, выполняющими публичные функции, антикоррупционного законодательства (абзац второй п. 5 названного Постановления).

Данная мера заключается в безвозмездном изъятии такого имущества у собственника по решению суда в связи с предполагаемым и не опровергнутым совершением государственным (муниципальным) служащим неправомерного деяния коррупционной направленности, то есть, как следует из ч. 1 ст. 4 и ст. 17 названного Федерального закона, в случае, если стоимость приобретенного в отчетном периоде им и перечисленными в законе членами его семьи имущества - недвижимости, транспортных средств, ценных бумаг, акций (долей участия, паев в уставных (складочных) капиталах организаций) - превышает их общий доход за три предшествующих года, а государственный (муниципальный) служащий не может доказать законность происхождения средств, достаточных для его приобретения. Переход такого имущества в собственность Российской Федерации осуществляется в соответствии с подп. 8 п. 2 ст. 235 ГК РФ, закрепляющим в качестве основания прекращения права собственности принудительное изъятие у собственника имущества по решению суда и обращение его в доход государства при недоказанности законного происхождения доходов, направленных на его приобретение (абз. 3 п. 5 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2016 года № 26-П).

Исходя из презумпции незаконности доходов, на которые было приобретено перечисленное в ч. 1 ст. 4 и ст. 17 Федерального закона «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» имущество, в случае, если стоимость такого имущества превышает общий доход государственного (муниципального) служащего и его супруги (супруга) за три года, предшествующих отчетному периоду, федеральный законодатель установил соответствующую систему контроля за соблюдением государственным (муниципальным) служащим возложенных на него запретов и ограничений в соответствии с Федеральным законом «О противодействии коррупции» (абз. 1 п. 5.2 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2016 года № 26-П).

Такой порядок применения данной меры государственного принуждения позволяет обеспечить баланс публичных интересов борьбы с коррупцией и частных интересов собственника, приобретшего имущество на доходы, не связанные с коррупционной деятельностью, который вправе доказывать в ходе контрольных мероприятий и в суде всеми доступными способами законность происхождения средств, затраченных на приобретение того или иного имущества, независимо от того, когда эти средства были им получены, отражены ли они в соответствующей справке (декларации) или обнаружены государственными органами в ходе проведения контрольных мероприятий. В свою очередь, суд оценивает доказательства, представленные как государственным (муниципальным) служащим, так и его супругой (супругом) и - с особенностями, установленными процессуальным законодательством, - несовершеннолетними детьми в подтверждение законного происхождения средств, позволивших приобрести соответствующее имущество, по своему внутреннему убеждению (абз. 5 п. 5.2 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2016 года № 26-П).

Из приведенных нормативных положений законодательства о противодействии коррупции и правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации следует, что одной из форм противодействия коррупции является контроль за расходами лиц, поименованных в ст. 2 Федерального закона «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам». Такой контроль осуществляется в случаях и в порядке, которые установлены этим же Законом.

Лица, поименованные в ст. 2 Федерального закона «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», обязаны ежегодно представлять сведения о своих доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, а также сведения о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера своих супруги (супруга) и несовершеннолетних детей. На этих же лиц возложена обязанность представлять сведения о своих расходах, расходах своих супруги (супруга) и несовершеннолетних детей по каждой сделке по приобретению указанного в Федеральном законе «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» имущества (далее также - имущество) за три последних года, предшествующих отчетному периоду. Кроме того, эти лица обязаны представлять сведения и об источниках получения средств, за счет которых такое имущество приобретено, то есть на лиц, поименованных в ст. 2 Федерального закона "О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», возложена обязанность подтвердить законность происхождения денежных средств, затраченных на приобретение соответствующего имущества.

В случае непредставления данными лицами в ходе мероприятий по контролю за их расходами таких сведений Генеральный прокурор или подчиненные ему прокуроры обращаются в суд в порядке гражданского судопроизводства с требованием об обращении в доход Российской Федерации принадлежащего этим лицам имущества или денежных сумм, эквивалентных его стоимости, при отсутствии возможности обращения на него взыскания. При этом такая особая мера государственного принуждения, как обращение имущества или денежных сумм, эквивалентных его стоимости, в доход Российской Федерации подлежит применению по решению суда в том случае, когда лица, поименованные в статье 2 Федерального закона «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», не представят в суде доказательства законного происхождения денежных средств, потраченных на приобретение указанного в законе имущества.

Установленная законом презумпция незаконности доходов, на которые названными лицами было приобретено имущество, означает, что обязанность доказать законность происхождения денежных средств, затраченных на приобретение имущества, возложена на лиц, контроль за расходами которых осуществляется на основании и в порядке, установленных Федеральным законом «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», и именно эти лица несут риск неблагоприятных последствий в результате недоказанности такого обстоятельства (законности происхождения денежных средств, затраченных на приобретение имущества).

Лица, поименованные в ст. 2 Федерального закона «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», при разрешении спора по иску прокурора об обращении в доход Российской Федерации принадлежащего этим лицам имущества вправе представлять в суде любые допустимые Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации доказательства в подтверждение законного происхождения средств, затраченных на его приобретение. Оценка же таких доказательств должна производиться судом по правилам, установленным Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации, с учетом нормативных положений Федерального закона «О противодействии коррупции» о принципах борьбы с коррупцией, а также правовой позиции, выраженной Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 29 ноября 2016 года № 26-П, о неблагоприятных последствиях получения государственным (муниципальным) служащим доходов от коррупционной деятельности и об обеспечении баланса публичных интересов борьбы с коррупцией и частных интересов собственника, если он приобрел имущество на доходы, не связанные с коррупционной деятельностью.

Правовая позиция о том, что бремя доказывания законного источника происхождения средств, позволивших приобрести такое имущество, возлагается на ответчика (ответчиков), изложена и в преамбуле Обзора судебной практики по делам по заявлениям прокуроров об обращении в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30 июня 2017 года (далее - Обзор судебной практики).

В п. 2 названного Обзора судебной практики указано, что ответчик вправе представлять любые допустимые доказательства в подтверждение законности происхождения средств, затраченных на приобретение спорного имущества. Если в обоснование законности доходов ответчик ссылается на получение им денежных средств по гражданско-правовым сделкам, то суд должен вынести на обсуждение как обстоятельство, имеющее значение для правильного разрешения дела, вопрос о реальности получения денежных средств по таким сделкам, а также были ли эти средства направлены на приобретение спорного имущества.

Как указывалось выше, согласно подп. 8 п. 2 ст. 235 ГК РФ по решению суда допускается обращение в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы.

По смыслу приведенной нормы права, обращению по решению суда в доход Российской Федерации подлежит только то имущество, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы.

Таким образом, превышение стоимости приобретенного в течение отчетного периода имущества по отношению к доходам лица, расходы которого подлежат контролю, его супруги (супруга) и несовершеннолетних детей за три года, предшествовавших отчетному периоду, является лишь достаточным поводом для принятия решения об осуществлении контроля за расходами и проведения соответствующей проверки и не должно рассматриваться как безусловное основание для обращения такого имущества в доход Российской Федерации.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, содержащейся в п. 5.3 Постановления от 29 ноября 2016 года № 26-П, по буквальному смыслу подп. 8 п. 2 ст. 235 ГК РФ и ст. 17 Федерального закона «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», предполагается, что имущество, в отношении которого государственным (муниципальным) служащим не представлено сведений, подтверждающих его приобретение на законные доходы, подлежит изъятию в целом, независимо от того, что в какой-то части затраты на его приобретение могли быть произведены из законных доходов.

Избранный федеральным законодателем подход, основанный на учете и сопоставлении поддающегося фиксации и оценке совокупного дохода государственного (муниципального) служащего и его супруги (супруга) за определенный период (три года) и произведенных ими расходов, обеспечивает соблюдение баланса частных и публичных интересов при применении данной меры государственного принуждения к лицу, в отношении имущества которого не доказана законность происхождения доходов, направленных на его приобретение, и, следовательно, является конституционно допустимым.

Вместе с тем, в отдельных случаях - особенно если при выявлении несоответствия расходов государственного (муниципального) служащего, его супруги (супруга) и несовершеннолетних детей за определенный период их общему доходу доля доходов, законность которых не доказана, оказывается незначительной - изъятие в целом имущества, происхождение которого презюмируется как незаконное, может повлечь в нарушение ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации несоразмерное целям борьбы с коррупцией ограничение прав указанных лиц, что, принимая во внимание право соответствующего собственника доказывать факт приобретения того или иного имущества на законные доходы, не исключает и право суда с учетом фактических обстоятельств конкретного дела обращать в доход государства только ту часть имущества, законность приобретения которой не доказана.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, ФИО1 в период с 2016 года по 2023 год являлся депутатом Собрания Марксовского муниципального районного Саратовской области.

ФИО1 состоит в браке с ФИО25, имеет двоих несовершеннолетних детей ФИО27 и ФИО16

Согласно сведениям, указанных в справках о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, доход ФИО1, его супруги и несовершеннолетних детей с 2018 по 2020 годы составил 5 919 757 рублей 54 копейки.

Так, в 2018 году ФИО1 получен доход в размере 907 272 рублей 09 копеек: от 

<

данные изъяты> - 9 417 рублей 75 копеек, от 

<

данные изъяты> - 840 354 рубля 34 копейки, от 

<

данные изъяты> - 57 500 рублей.

Сведения о получении дохода супругой и детьми ответчика за 2018 год отсутствуют.

В 2019 году ФИО1 получен доход в размере 1 957 598 рублей 83 копеек: от 

<

данные изъяты> - 195 289 рублей 93 копейки, от 

<

данные изъяты> 1 739 308 рублей 09 копеек, от 

<

данные изъяты> - 23 000 рублей.

Супругой ответчика ФИО25 получен доход в размере 553 300 рублей от продажи легкового транспортного средства марки 

<

данные изъяты> по договору купли-продажи от 12 июня 2020 года.

Сведения о получении дохода в 2019 году детьми ответчика отсутствуют.

В 2020 году ФИО1 получен доход в размере 2 265 886 рублей 62 копеек: от 

<

данные изъяты> - 141 603 рубля 07 копеек, от ООО 

<

данные изъяты> - 2 066 783 рубля 55 копеек, от 

<

данные изъяты> - 57 500 рублей.

Сведения о получении дохода супругой и детьми ответчика за 2020 год отсутствуют.

Вместе с тем, в 2019 году по договору купли-продажи от 12 октября 2019 года супругой ответчика ФИО25 приобретен автомобиль марки 

<

данные изъяты> стоимостью 3 350 000 рублей (т. 5 л.д. 35-41).

По условиям договора оплата произведена путем внесения наличных денежных средств в кассу продавца (т. 5 л.д. 45-47).

На основании договоров купли-продажи от 28 июня 2021 года, заключенных с продавцом ФИО17, ФИО1 приобретены в собственность пять земельных участков сельскохозяйственного назначения: с кадастровым номером №, расположенный по адресу: 

<

адрес> стоимостью 200 000 рублей; с кадастровым номером №, расположенный по адресу: 

<

адрес>, стоимостью 200 000 рублей; с кадастровым номером №, расположенный по адресу: 

<

адрес>, ООО «Орловское», стоимостью 200 000 рублей; с кадастровым номером №, расположенный по адресу: 

<

адрес> стоимостью 7 000 000 рублей; с кадастровым номером №, расположенный по адресу: 

<

адрес> стоимостью 2 000 000 рублей (т. 1 л.д. 179-193).

По условиям договоров купли-продажи оплата за земельные участки получена продавцом от покупателя до подписания договоров.

Также ФИО1 в 2021 году приобретены легковые транспортные средства: марки Toyota Land Cruser 200, VIN №, стоимостью 3 300 000 рублей, 

<

данные изъяты>, стоимостью 9 928 000 рублей, марки 

<

данные изъяты>, стоимостью 500 рублей, марки 

<

данные изъяты>, стоимостью 20 000 рублей.

Таким образом, ФИО1 в 2021 году приобретено движимое и недвижимое имущество общей стоимостью 22 848 500 рублей, в то время как его доход с 2018 года по 2020 год составил 5 919 757 рублей 54 копейки.

Марксовской межрайонной прокуратурой проведена проверка контроля за доходами ФИО1 как лица, замещающего муниципальную должность - депутата Собрания Марксовского муниципального районного Саратовской области.

Проверкой установлено, что ответчик в 2021 году совершил сделки по приобретению недвижимого имущества и транспортного средства, общая стоимость которых превышает общий доход ФИО1 и членов его семьи за три года, предшествующих отчетному периоду.

02 ноября 2023 года ФИО1 дал письменное объяснение заместителю Марксовского межрайонного прокурора, где в том числе указал, что в справке о доходах, расходах, об имуществе, обязательствах имущественного характера за 2021 год не указал о приобретении земельных участков и автомобиля, общая стоимость которых превышает доход его и членов его семьи за три предшествующих года. Указанное имущество приобретено за счет денежных средств, полученных по договору займа, заключенному с ФИО2 Договор готов представить к 07 ноября 2023 года (т. 1 л.д. 21-22).

07 ноября 2023 года ФИО1 даны письменные объяснения заместителю Марксовского межрайонного прокурора, в которых ФИО1 по вопросу об источниках получения средств, за счет которых его семьей приобретено имущество, пояснил, что 20 июля 2021 года заключил договор займа с ФИО2 на сумму 5 000 000 рублей, представив копию договора займа (т. 1 л.д. 23).

09 ноября 2023 года ФИО1 снова даны письменные объяснения заместителю Марксовского межрайонного прокурора, где ФИО1 указал, что источником денежных средств для приобретения в 2021 году пяти земельных участков общей стоимостью 9 600 000 рублей явился договор беспроцентного займа от 20 мая 2021 года на сумму 11 000 000 рублей, заключенный им с ФИО3 Также ФИО1 указал, что иных договоров займа, кредитных договоров, иных денежных обязательств ни им, ни его супругой не заключалось (т. 1 л.д. 26-27).

При проведении прокурором проверки ФИО1 были представлены копии договоров займа на сумму 16 000 000 рублей.

Так, согласно договору беспроцентного займа от 20 мая 2021 года ФИО3 передал денежные средства ФИО1 в размере 11 000 000 рублей на срок 10 лет с возвратом частями согласно графику платежей, начиная с 19 мая 2022 года.

В процессе рассмотрения дела ФИО1 представлены дополнительные соглашения к указанному договору займа от 19 мая 2022 года и от 13 декабря 2024 года, по условиям которых срок возврата займа продлен до 2034 года, начиная с 19 мая 2025 года (т. 3 л.д. 229).

При этом судом первой инстанции установлено, что ФИО3, который также являлся депутатом Собрания Марксовского муниципального района 

<

адрес>, в период с 2018 года по 2021 год получен доход в размере 14 154 427 рублей 20 копеек. Вместе с тем, ФИО3 в указанный период совместно с супругой ФИО26 приобретено имущество на сумму, значительно превышающую его доход, а именно 26 693 268 рублей.

Между тем, ни ФИО1, ни ФИО3 в представленных справках о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера за 2021 год договор займа от 20 мая 2021 года в разделе срочные обязательства имущественного характера не указывали.

По условиям беспроцентного договора займа от 20 июля 2021 года, с учетом дополнительного соглашения к нему от 14 февраля 2024 года, ФИО2 передала ФИО1 денежные средства в размере 5 000 000 рублей со сроком возврата до 31 декабря 2026 года (т. 1 л.д. 32).

ФИО1 указанный договор займа от 20 июля 2021 года в поданной им справке о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера за 2021 года в разделе срочные обязательства имущественного характера также не указан.

Как указано в соглашении от 13 февраля 2024 года, 10 октября 2019 года ФИО28 передала денежные средства ФИО25 в размере 3 000 000 рублей со сроком возврата до 31 декабря 2021 года.

Согласно п. 2 вышеуказанного документа стороны подтверждают, что сумма займа от 10 октября 2019 года возвращена ФИО25 ФИО28 10 декабря 2021 года, до истечения срока возврата, в полном объеме - 3 000 000 рублей.

В справке о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, представленной ФИО1 в отношении своей супруги ФИО25 за 2019 год, в разделе срочные обязательства имущественного характера не указаны сведения о заключении договора займа от 10 октября 2019 года.

При этом объяснения по данному обязательству ФИО1 в ходе проведения прокурором проверки не были представлены. Напротив, в последних объяснениях от 09 ноября 2023 года указано, что иных обязательств, кроме договоров займа с ФИО2 и ФИО3, ни у него, ни членов его семьи не имеется.

На момент рассмотрения дела судом из собственности ФИО1 выбыли транспортные средства: марки 

<

данные изъяты>, стоимостью 3 300 000 рублей, марки ВАЗ 21063 VIN №, стоимостью 500 рублей, марки 

<

данные изъяты>, стоимостью 20 000 рублей.

В ходе рассмотрения дела по ходатайству истца по делу назначена судебная экспертиза с целью определения давности составления договоров займа от 20 июля 2021 года, заключенного между ФИО2 и ФИО1, и от 20 мая 2021 года, заключенного между ФИО3 и ФИО1, от 10 октября 2019 года, заключенного между ФИО28 и ФИО25, производство которой поручено Экспертному агентству «Аргумент». При этом суд возложил на стороны обязанность представить для проведения экспертизы оригиналы договоров, являющихся предметом исследования.

Согласно заключению эксперта № 018-01/24 от 21 мая 2024 года ответить на поставленные вопросы в отношении договоров займа от 20 июля 2021 года, от 20 мая 2021 года, от 10 октября 2019 года не представляется возможным в виду непредставления оригиналов указанных договоров.

Установить давность изготовления дополнительного соглашения к договору беспроцентного займа от 20 мая 2021 года, датированного 19 мая 2022 года, не представляется возможным в виду непригодности подписей от имени ФИО3 и ФИО1 для дальнейшего исследования из-за наличия маркера старения (глицерина) на уровне «следовых» (незначительных) количеств.

Подписи от имени ФИО3 и ФИО1 исполнены пишущим прибором с термохромными чернилами (ручка «пиши-стирай»).

После возобновления производства по делу представителем ответчика ФИО1 представлены оригиналы договоров займа от 20 июля 2021 года, от 20 мая 2021 года, от 10 октября 2019 года, в связи с чем определением суда от 17 июня 2024 года по делу назначена дополнительная судебная экспертиза, производство которой поручено Экспертному агентству «Аргумент».

Согласно заключению эксперта № 057-01/24 от 21 августа 2024 года установить давность изготовления договоров займа от 20 июля 2021 года, 20 мая 2021 года, 10 октября 2019 года не представляется возможным в виду непригодности подписей от имени займодавцев и заемщиков для дальнейшего газохроматографического исследования из-за наличия «маркера старения» (глицерина) на уровне «следовых» (т.е. незначительных) количеств.

Подписи от имени займодавцев и заемщиков исполнены пишущим прибором с термохромными чернилами (ручка «пиши-стирай»).

Подписи от имени ФИО1, ФИО3, ФИО25, ФИО28, ФИО2 в представленных договорах займа могли быть выполнены как представленной на исследование ручкой «Brauberg» erasable gel pen, являющейся пишущим прибором со специальными термохромными стираемыми гелевыми чернилами (т.е. ручкой «пиши-стирай»), так и любой иной ручкой в стержне которой находится аналогичный материал письма.

Разрешая заявленные исковые требования, суд первой инстанции, оценив представленные доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, руководствуясь ст. 235 ГК РФ, ст. 8.1 Федерального закона от 25 декабря 2008 года № 273-ФЗ «О противодействии коррупции», ст. ст. 2-4, 16, 17 Федерального закона от 03 декабря 2012 года № 230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», установив, что ФИО1 в период с 2016 года по июль 2023 года, являясь депутатом Собрания Марксовского муниципального района Саратовской области, то есть должностным лицом, на которое распространяются требования о представлении полных достоверных сведений о доходах, об имуществе, обязательствах имущественного характера, не предоставил достаточных достоверных доказательств, свидетельствующих о наличии дохода, позволяющего приобрести земельные участки и автомобили, принимая во внимание заключение судебной экспертизы, учитывая также отсутствие доказательств законного источника доходов, позволяющих приобрести спорное имущество, в связи с чем пришел к выводу о наличии оснований для обращения приобретенного ответчиком имущества в доход государства в соответствии с подп. 8 п. 2 ст. 235 ГК РФ, а также для взыскания стоимости имущества, которое выбыло из собственности ответчика, в размере 3 320 500 рублей.

Судебная коллегия соглашается с обоснованностью выводов суда, поскольку при разрешении спора суд первой инстанции правильно определил характер спорных правоотношений, закон, которым следует руководствоваться при разрешении спора, и обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда мотивированы, соответствуют требованиям материального закона и установленным по делу обстоятельствам.

Доводы апелляционных жалоб о несогласии с оценкой судом первой инстанции доказательств фактического получения ФИО1, ФИО25 денежных средств по договорам займа на законность принятого судом решения не влияют и не являются основанием для его отмены.

Согласно ч. ч. 3, 4 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

В соответствии с ч. 3 ст. 86 ГПК РФ заключение эксперта для суда не обязательно и оценивается судом по правилам, установленным в ст. 67 ГПК РФ. Однако, несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении» судам следует иметь в виду, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (ст. 67, ч. 3 ст. 86 ГПК РФ). Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении. При этом суду следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ.

Заключениям проведенных по делу судебных экспертиз судом дана надлежащая правовая оценка в совокупности с другими доказательствами по делу, в результате которой данные заключения были приняты судом в качестве относимых и допустимых доказательств и положены в основу решения суда.

Заключения достаточно аргументированы, выводы эксперта последовательны и непротиворечивы, даны в полном соответствии с поставленными в определении суда вопросами.

Доказательств, опровергающих выводы, изложенные в заключениях судебной экспертизы относительно невозможности установления давности представленных ответчиком при проведении дополнительной судебной экспертизы договоров займа, ФИО1 не представлено.

Представленное заключение специалиста (научная рецензия) от 13 января 2025 года, составленное ФИО18, не опровергает выводов судебных экспертиз, поскольку получено вне рамок рассмотрения дела, является субъективным мнением частного лица и не может быть признано экспертным заключением, полученным в соответствии со ст. 86 ГПК РФ, тем самым не является допустимым доказательством и не опровергает выводы экспертных заключений.

Суд обоснованно исходил из того, что сведения о договорах займа, заключенных ФИО1, ФИО3, ФИО2, и договоре займа, заключенном ФИО25 с ФИО28, в справках о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера ФИО1 не указаны. ФИО3 также являясь лицом, на которое распространяются требования о представлении полных достоверных сведений о доходах, об имуществе, обязательствах имущественного характера, сведения об обязательстве перед ним ФИО1 на сумму 11 000 000 рублей в представленных сведениях не указал.

При этом доводы о наличии между ФИО25 и ФИО28 заемных отношений были изложены ответчиком, когда дело по иску прокурора уже находилось в производстве суда, несмотря на то, что ФИО1 неоднократно давались объяснения 02, 07 и 09 ноября 2023 года в рамках проведения процедуры контроля в Марксовской межрайонной прокуратуре.

Также судебная коллегия полагает необходимым отметить, что ответчиком неоднократно менялась позиция относительно законного источника средств приобретения спорного имущества, изначально ответчиком указывалось на денежные средства, полученные по договору займа с ФИО2 в размере 5 000 000 рублей, затем также на наличие договора займа с ФИО3 в размере 11 000 000 рублей. В процессе рассмотрения дела судом ФИО1 указывал на наличие накоплений с 2008 года, получение кредита в размере 5 570 000 рублей на приобретение 05 июня 2017 года жилого дома с земельным участком стоимостью 6 800 000 рублей, и досрочное погашение данного кредита за счет заемных денежных средств, полученных по договору займа с ФИО19 в размере 13 000 000 рублей.

Вместе с тем, доводы жалобы ответчика о том, что спорные земельные участки и транспортные средства приобретены на денежные средства, полученные по договорам займа, заключенным с ФИО3, ФИО28 и ФИО2, какими-либо допустимыми доказательствами не подтверждаются.

В целях проверки доводов апелляционных жалоб, судебной коллегией с учетом положений ст. 327.1 ГПК РФ, разъяснений, данных в п. 29 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 июня 2012 года № 13 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», в качестве новых доказательств, приняты: сведения Федеральной налоговой службы о банковских счетах (вкладах) физических лиц, выписки о движении денежных средств по банковским счетам (вкладам), открытым на ФИО1, ФИО20, ФИО3, ФИО26, ФИО2, ФИО21, выписка из ЕГРН о правах ФИО21 на имевшиеся (имеющиеся) у него объекты недвижимости, сведения ГИБДД по Саратовской области от 19 декабря 2025 года в отношении ФИО2, сведения из ГИБДД по Саратовской области от 19 декабря 2025 года в отношении ФИО21, выписка из ЕГРН о правах ФИО3 на имевшиеся (имеющиеся) у него объекты недвижимости, выписка из ЕГРН о правах ФИО26 на имевшиеся (имеющиеся) у него объекты недвижимости, выписка из ЕГРН о правах ФИО22 на имевшиеся (имеющиеся) у него объекты недвижимости, выписка из ЕГРН о правах ФИО23 на имевшиеся (имеющиеся) у него объекты недвижимости, выписка из ЕГРН о правах ФИО24 на имевшиеся (имеющиеся) у него объекты недвижимости, которые были предоставлены по запросу эксперта для проведения экспертизы.

Принимая во внимание предмет и основания заявленных исковых требований, с целью установления юридически значимых обстоятельств, а также для проверки доводов апелляционных жалоб, соблюдения баланса интересов сторон по настоящему делу, учитывая, что судом первой инстанции не проверен факт наличия у заимодавцев ФИО2, ФИО3 денежных средств для передачи их ФИО1, реального получения ФИО1 денежных средств по договорам займа от ФИО2, ФИО3, с учетом объема подлежащих исследованию сведений, судебной коллегией назначена по делу судебная бухгалтерская экспертиза, производство которой поручено экспертам ООО «Федерация Экспертов Саратовской области».

Согласно выводам эксперта ООО «Федерация Экспертов Саратовской области», изложенным в заключении № 547/2025 от 26 декабря 2025 года, размер доходов и расходов семьи ФИО2 и ФИО21 с учетом дохода от заработной платы, покупки и продажи объектов недвижимости и транспортных средств, доходов по вкладам и других доходов (без учета расходов семьи исходя из прожиточного минимума на каждого члена семьи) за период с 2018 года по 2021 год составил: размер доходов 29 138 388 рублей 70 копеек, размер расходов (с учетом представленного займа) 13 157 767 рублей 16 копеек. Семья ФИО2 и ФИО21 по состоянию на 20 июля 2021 года обладала денежной суммой в размере 17 890 590 рублей (до предоставления займа). Остаток средств после предоставления займа составил 12 890 590 рублей.

Размер расходов семьи ФИО3 и ФИО26 с учетом дохода от заработной платы, покупки и продажи объектов недвижимости и транспортных средств, доходов по вкладам и других доходов (без учета расходов семьи исходя из прожиточного минимума на каждого члена семьи) за период с 2018 года по 2021 год составил: размер доходов 56 337 059 рублей 05 копеек, размер расходов 43 987 512 рублей 20 копеек. Семья ФИО3 по состоянию на 20 мая 2021 года обладала денежной суммой в размере 2 106 111 рублей 66 копеек (до предоставления займа). Остаток средств после предоставления займа составил - 8 893 888 рублей 34 копейки.

Заключение эксперта ООО «Федерация Экспертов Саратовской области» № 547/2025 от 26 декабря 2025 года соответствует требованиям ст. 86 ГПК РФ, ст. 25 Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», является полным, ясным, содержит подробное описание проведенного исследования, мотивированные ответы на поставленные судом вопросы, последовательно, непротиворечиво и согласуется с другими доказательствами по делу. Эксперт, состоящий в штате экспертного учреждения, предупрежден об уголовной ответственности, предусмотренной ст. 307 УК РФ, за дачу заведомо ложного заключения, имеет образование в соответствующей области знаний и стаж экспертной работы.

Судебная коллегия полагает возможным принять заключение судебной бухгалтерской экспертизы № 547/2025 от 26 декабря 2025 года в качестве допустимого и достоверного доказательства, подтверждающего юридически значимые обстоятельства по делу.

Таким образом, выводы суда первой инстанции об отсутствии у ФИО3 достаточной суммы денежных средств для передачи в долг ФИО1 с учетом представленных им сведений о доходах в размере 14 154 427 рублей 20 копеек при расходах на приобретение недвижимого имущества и транспортных средств в размере 26 693 268 рублей, являются обоснованными и подтверждаются выводами проведенной по делу судебной бухгалтерской экспертизы.

Доводы апелляционной жалобы ФИО3 о том, что судом первой инстанции неверно определены его доходы от предпринимательской деятельности, поскольку истец исходил из размера уплаченного в период с 2018 по 2021 год Единого налога на вмененный доход, однако применяемая им система налогообложения не позволяет установить конкретный размер дохода налогоплательщика, подлежат отклонению, поскольку при определении дохода ФИО3 суд первой инстанции исходил из представленных в дело доказательств, в частности данных налоговых деклараций, предоставленных ФИО3 в налоговый орган в рамках исполнения обязанностей по уплате налогов, а также данных представленных им как депутатом сведений о его доходах и расходах.

При этом, при назначении судебной коллегией судебной бухгалтерской экспертизы ФИО3 не было представлено в дело доказательств, опровергающих доказательства истца о размере его дохода в юридически значимый период, между тем, именно ФИО3, как лицо, осуществляющее свою деятельность в качестве индивидуального предпринимателя, и, соответственно, непосредственно располагающий всеми первичными документами о своей деятельности, имел возможность представить в подтверждение доводов своей апелляционной жалобы любые доказательства, подтверждающие иной (больший) размер его законно полученных доходов, и как следствие подтвердить наличие финансовой возможности для предоставления займа ФИО1

Не смотря на то, что материалами дела подтверждено наличие у заимодавцев ФИО2, ФИО28 денежных средств для передачи их ФИО1 и ФИО25, доказательств того, что спорное имущество приобретено на заемные денежные средства ответчиком не представлено, в связи с чем доводы апелляционных жалоб о наличии у третьих лиц финансовой возможности предоставления займа ФИО1 на законность обжалуемого решения не влияют. Имеющиеся в материалах дела и истребованные судебной коллегией выписки по счетам ответчика и займодавцев также не позволяют сделать вывод о расчетах между займодавцами и заемщиками и о приобретении спорного имущества именно на денежные средства, полученные по договорам займа.

Как следует из разъяснений, изложенных в Обзоре судебной практики по делам по заявлениям прокуроров об обращении в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы, утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 30 июня 2017 г., бремя доказывания законного источника происхождения средств, позволивших приобрести такое имущество, возлагается на ответчика (ответчиков). При этом суд вправе принимать любые допустимые ГПК РФ доказательства, представленные как лицом, в отношении которого осуществляется контроль за расходами, так и его супругой (супругом) и - с особенностями, установленными данным кодексом, - несовершеннолетними детьми в подтверждение законного происхождения средств, затраченных на приобретение спорного имущества, независимо от того, когда эти средства были получены, отражены ли они в соответствующей справке (декларации) или были обнаружены государственными органами в ходе проведения контрольных мероприятий.

Ответчиками могут быть, в частности, представлены доказательства получения ими денежных средств по гражданско-правовым сделкам (например, по договорам займа, дарения).

Вместе с тем, по смыслу закона, сам по себе договор займа должен оцениваться в совокупности с иными обстоятельствами по делу.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Неиспользование стороной указанного диспозитивного права на представление доказательств, влечет соответствующие процессуальные последствия - в том числе и постановление решения только на основании тех доказательств, которые представлены в материалы дела другой стороной.

Доказательств в подтверждение доводов жалобы о приобретении спорного имущества на денежные средства, полученные по договорам займа, ответчиком ни суду первой, ни суду апелляционной инстанции не представлено.

Учитывая, что спорное имущество приобретено ответчиком в период занятия им муниципальной должности, при этом доказательств законного источника средств приобретения ответчиком не представлено, соответственно, возложение на него ответственности в виде обращения в доход государства имущества, законность источника оплаты которого не подтверждена, является правомерным.

Оснований для обращения взыскания на часть имущества, в отношении которого не представлены доказательства его приобретения на законные доходы, судебная коллегия не усматривает, поскольку расходы ответчика значительно - более чем в три раза - превышают совокупный доход его семьи за три года, предшествующих приобретению спорного имущества. В связи с изложенным, учитывая фактические обстоятельства дела, изъятие имущества целиком является оправданным, адекватным целям ограничения права собственности на объекты недвижимости, отвечает требованиям справедливости, не является чрезмерной мерой.

Ответчик, являясь депутатом Собрания Марксовского муниципального района Саратовской области, должен был знать и понимать положения Федерального закона «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», приобретая в короткий промежуток времени дорогостоящие объекты, не являющиеся предметами первой необходимости, при этом не указывая источник средств приобретения спорного имущества, не мог не понимать, что предоставляет недостоверные сведения, и должен был понимать возникающие в связи с этим последствия.

Доводы апелляционных жалоб не содержат правовых оснований для отмены обжалуемого решения суда, основаны на неправильном толковании действующего законодательства, выражают несогласие с произведенной судом оценкой представленных по делу доказательств, оснований для иной оценки которых у судебной коллегии не имеется, не содержат фактов, которые не были проверены и учтены судом при рассмотрении дела, влияли на обоснованность и законность судебного решения, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными. Доказательства, опровергающие выводы суда, авторами жалоб не представлены. Само по себе несогласие с принятым решением не свидетельствует о его незаконности и необоснованности.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые привели или могли при вести к неправильному разрешению данного дела, судом не допущено. Оснований к отмене либо изменению решения суда первой инстанции не имеется.

Согласно ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Изложенные правила относятся также к распределению судебных расходов, понесенных сторонами в связи с ведением дела в апелляционной, кассационной и надзорной инстанциях (ч. 2 ст. 98 ГПК РФ).

Определением судебной коллегии по гражданским делам Саратовского областного суда от 23 октября 2025 года по ходатайству ответчика ФИО1 была назначена судебная бухгалтерская экспертиза.

На депозитный счет Саратовского областного суда ФИО1 были внесены денежные средства в размере 70 000 рублей (платежные поручения № 929178 от 13 января 2025 года и № 690850 от 26 января 2026 года).

Согласно заявлению директора ООО «Федерация Экспертов Саратовской области» расходы на проведение экспертизы составляют 89 000 рублей.

В силу ч. 1 ст. 96 ГПК РФ денежные суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам и специалистам, или другие связанные с рассмотрением дела расходы, признанные судом необходимыми, предварительно вносятся на счет, открытый в порядке, установленном бюджетным законодательством Российской Федерации, соответственно Верховному Суду Российской Федерации, кассационному суду общей юрисдикции, апелляционному суду общей юрисдикции, верховному суду республики, краевому, областному суду, суду города федерального значения, суду автономной области, суду автономного округа, окружному (флотскому) военному суду, управлению Судебного департамента в субъекте Российской Федерации, а также органу, осуществляющему организационное обеспечение деятельности мировых судей, стороной, заявившей соответствующую просьбу. В случае, если указанная просьба заявлена обеими сторонами, требуемые суммы вносятся сторонами в равных частях.

Исходя из положений Регламента организации деятельности федеральных судов и управлений Судебного департамента в субъектах Российской Федерации по работе с лицевыми (депозитными) счетами для учета операций со средствами, поступающими во временное распоряжение, утвержденного приказом Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации от 05 ноября 2015 года № 345, судебная коллегия приходит к выводу о возложении обязанности на Саратовский областной суд возместить ООО «Федерация Экспертов Саратовской области» расходы по проведению судебной экспертизы в размере 70 000 рублей за счет денежных средств, внесенных на лицевой счет Саратовского областного суда.

Учитывая, что исковые требования истца удовлетворены, расходы по проведению судебной экспертизы подлежат возложению на ответчика ФИО1, в связи с чем понесенные экспертным учреждением расходы в оставшейся сумме 19 000 рублей (89 000 – 70 000), подлежат взысканию в пользу ООО «Федерация Экспертов Саратовской области» с ФИО1

Руководствуясь статьями 327.1, 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Энгельсского районного суда Саратовской области от 30 сентября 2024 года оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Взыскать ФИО1 (паспорт серии №) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Федерация Экспертов Саратовской области» (ИНН №) расходы по оплате судебной экспертизы в размере 19 000 рублей.

Саратовскому областному суду возместить обществу с ограниченной ответственностью «Федерация Экспертов Саратовской области» (ИНН №) расходы по проведению судебной экспертизы, перечислив с депозитного счета Саратовского областного суда (л/с №):

ИНН №, КПП №

банк ОКЦ № 3 ВВГУ Банка России//УФК по Саратовской области г. Саратов

БИК №

казначейский счет №

единый казначейский счет №

денежные средства в размере 70 000 (семидесяти тысяч) рублей, поступившие по платежным поручениям № 929178 от 13 января 2025 года и № 690850 от 26 января 2026 года в качестве оплаты за судебную экспертизу по делу № (33-7013/2025), по следующим реквизитам:

банк: Поволжский Банк ПАО Сбербанк

расчетный счет №

к/с №

ИНН №, КПП №

ОГРН №, БИК №

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 12 февраля 2026 года.

Председательствующий

Судьи