10RS0011-01-2020-006457-38 Дело № 2-45/2021 

Р Е Ш Е Н И Е

 

Именем Российской Федерации

29 июля 2021 года г. Петрозаводск

Петрозаводский городской суд Республики Карелия

в составе:

председательствующего судьи Величко С.А.

с участием прокурора Красникова К.Ю.,

при секретаре Новосёловой Е.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к открытому акционерному обществу «Российские железные дороги» в лице Санкт-Петербургской дистанции инженерных сооружений-структурного подразделения Октябрьской дирекции инфраструктуры-структурного подразделения Центральной дирекции инфраструктуры филиала ОАО «РЖД», Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Республики Карелия «Суоярвская центральная районная больница» о возложении обязанности совершить определенные действия, компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в Петрозаводский городской суд РК с иском к открытому акционерному обществу «РЖД» в лице Санкт-Петербургской дистанции инженерных сооружений-структурного подразделения Октябрьской дирекции инфраструктуры-структурного подразделения Центральной дирекции инфраструктуры филиала ОАО «РЖД», (далее ОАО «РЖД»), ГБУЗ «Суоярвская центральная районная больница» (далее ГБУЗ «Суоярвская ЦРБ») о возложении обязанности совершить определенные действия. Исковые требования мотивированы тем, что с ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 работает у ответчика, с ДД.ММ.ГГГГ в должности 

<

данные изъяты>; при исполнении истцом трудовых обязанностей ДД.ММ.ГГГГ с ним произошел несчастный случай; истец работал на мосту в г. Сортавала, доски проломились, и он упал в яму, в результате падения ФИО1 получил травму головы, коленных суставов; после чего был отправлен домой. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратился в поликлинику г. Суоярви, сославшись на получение травм при исполнении им трудовых обязанностей, далее был направлен в ГБУЗ «Суоярвская ЦРБ», где находился на лечении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, согласно выписному эпикризу был установлен диагноз: 

<

данные изъяты>. При поступлении в больницу, в результате давления со стороны его руководителей, как указывает истец, он сообщил, что травма им якобы была получена в быту, а не на производстве; уже в дальнейшем, истец признался, что травма была производственной. После выписки из больницы с ДД.ММ.ГГГГ истец находился на амбулаторном лечении в поликлинике г. Суоярви; из-за сильных болей в коленях направлялся на консультации к травматологу в ГБУЗ «Республиканская больница им. В.А. Баранова», обследовался в Центре МРТ «ОНА». В диагнозе по результатам консультации врача-травматолога ГБУЗ «Республиканская больница им. В.А. Баранова» указано – 

<

данные изъяты>. По установленному диагнозу истец прошел курс медикаментозного лечения. После посещения хирурга-ортопеда в НУЗ отделенческая клиническая больница на ст.Петрозаводск РЖД истец был направлен на оперативное лечение в хирургическое отделение, где находился с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, установлен диагноз: 

<

данные изъяты>. Согласно акту о несчастном случае на производстве № от ДД.ММ.ГГГГ диагноз истца - 

<

данные изъяты>, указан на основании справки формы 315/у от ДД.ММ.ГГГГ, выданной ГБУЗ «Суоярвская ЦРБ», сведения о повреждениях коленных суставов отсутствуют. Данное обстоятельство существенно влияет на характер полученных истцом повреждений на производстве и на дальнейшее определение степени утраты трудоспособности. По факту отсутствия достоверных сведений при обращении истца в ГБУЗ «Суоярвская ЦРБ» относительно повреждений коленей и болей в коленных суставах, ФИО1 обращался в Министерство здравоохранения Республики Карелия с жалобой на действия хирурга ГБУЗ «Суоярвская ЦРБ», по результатам рассмотрения которой истец получил ответ от ДД.ММ.ГГГГ о наличии нарушений со стороны ГБУЗ «Суоярвская ЦРБ» при оказании истцу медицинской помощи. 

С учетом изложенных обстоятельств ФИО1, неоднократно уточняя исковые требования, в том числе по результатам судебно-медицинской экспертизы, просит возложить на ответчика ГБУЗ «Суоярвская ЦРБ» обязанность дополнить диагноз в справках учетных форм №№ 315/у, 316/у в отношении ФИО1, указав в качестве повреждений, полученных ФИО1 в результате несчастного случая на производстве от ДД.ММ.ГГГГ, следующие: 

<

данные изъяты>. Также просит признать незаконным бездействие ответчика ГБУЗ «Суоярвская ЦРБ» в лице его сотрудника в части не привлечения к лечению врача-травматолога (невролога), не проведения мероприятий для диагностики заболевания, допущения дефектов оформления отдельных медицинских документов и взыскать с ответчика ГБУЗ «Суоярвская ЦРБ» денежную компенсацию морального вреда в размере 50000 руб. На ответчика ОАО «РЖД» истец просит возложить обязанность внести изменения в п. 8.2 акта о несчастном случае на производстве № от ДД.ММ.ГГГГ о характере полученных ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ повреждений, изложив следующий диагноз: 

<

данные изъяты>.

Кроме того истец просил взыскать с надлежащего ответчика в свою пользу судебные расходы по оплате судебной экспертизы в размере 20000 руб., по оплате государственной пошлины. 

На стадии подготовки дела к судебному разбирательству, а также в ходе рассмотрения дела к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Министерство здравоохранения Республики Карелия, ГУ Региональное отделение Фонда социального страхования РФ по Республики Карелия, Государственная инспекция труда в Республике Карелия, Государственное учреждение – Санкт-Петербургское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации, Государственная инспекция труда в Санкт-Петербурге, ГБУЗ «Республиканская больница им. В.А. Баранова», врачи ФИО2 и ФИО3

Истец ФИО1 и его представитель ФИО4, действующая на основании доверенности, в судебное заседание после объявленного судом перерыва не явились, до объявления судом перерыва ДД.ММ.ГГГГ исковые требования поддержали в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении с учетом их последующего уточнения. 

Представитель истца ФИО5, действующая на основании доверенности, уточненные исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в исковом заявлении и дополнительных письменных пояснениях (том 1, л.д. 232-234). 

Представитель ответчика ГБУЗ РК «Суоярвская ЦРБ» ФИО6, действующий на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признал по основаниям, изложенным в отзыве на исковое заявление (том 3, л.д. 184, 185).

Представитель ОАО «РЖД» ФИО7, действующая на основании доверенности, исковые требования не признала по основаниям указанным в письменных возражениях (том 1, л.д. 146-147; том 2, л.д. 87,88). 

Иные лица в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела надлежаще извещены.

Третьим лицом - Министерством здравоохранения Республики Карелия представлен отзыв на исковое заявление (том 1, л.д. 106-107), согласно которому Министерством в рамках рассмотрения обращения истца была проведена внеплановая документарная целевая проверка качества и безопасности медицинской деятельности ГБУЗ РК «Суоярвская ЦРБ», по результатам которой выявлены нарушения обязательных требований при оказании истцу медицинской помощи; главному врачу учреждения выдано предписание об устранении выявленных нарушений с указанием сроков их устранения. Просит о рассмотрении дела в отсутствие своего представителя.

Третьим лицом - Государственным учреждением – Санкт-Петербургским региональным отделением Фонда социального страхования Российской Федерации представлен отзыв на исковое заявление (том 1, л.д. 236-239), а также заявлено ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие своего представителя. 

В силу положений статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) суд считает возможным рассмотреть дело по существу в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.

Суд, заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы настоящего дела, допросив свидетелей ХХХ, ААА, выслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требования в отношении ответчика ГБУЗ РК «Суоярвская ЦРБ» в части возложения обязанности по внесению изменений в справку № 316/у о заключительном диагнозе пострадавшего от несчастного случая на производстве, взыскания денежной компенсации морального вреда по существу обоснованными, оставив вопрос об определении размера такой компенсации на усмотрение суда, а в оставшейся части полагавшего требования к ГБУЗ РК «Суоярвская ЦРБ» и требования к АО «РЖД» не подлежащими удовлетворению, приходит к следующим выводам.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь (часть 1 статьи 41), на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца и в иных случаях, установленных законом (часть 1 статьи 39).

В целях обеспечения гарантий конституционных прав граждан и реализации основных принципов правового регулирования труда принят Федеральный закон от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», который, как следует из его преамбулы, устанавливает в Российской Федерации правовые, экономические и организационные основы обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний и определяет порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных названным Федеральным законом случаях.

Статьей 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» предусмотрено, что страховым случаем является подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья застрахованного лица вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, который влечет возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию.

Пунктом 1 статьи 7 Федерального закона N 125-ФЗ от 24 июля 1998 года «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» определено, что право застрахованных на обеспечение по страхованию возникает со дня наступления страхового случая.

В силу требований статьи 10 Федерального закона № 125-ФЗ от 24 июля 1998 года «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» единовременные страховые выплаты и ежемесячные страховые выплаты назначаются и выплачиваются: застрахованному - если по заключению учреждения медико-социальной экспертизы результатом наступления страхового случая стала утрата им профессиональной трудоспособности; лицам, имеющим право на их получение, - если результатом наступления страхового случая стала смерть застрахованного. Единовременные страховые выплаты выплачиваются застрахованным не позднее одного календарного месяца со дня назначения указанных выплат, а в случае смерти застрахованного - лицам, имеющим право на их получение, в двухдневный срок со дня представления страхователем страховщику всех документов, необходимых для назначения таких выплат.

Согласно ст. 220 Трудового кодекса РФ в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

Обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя (ст. 212 Трудового кодекса РФ).

В соответствии с частью 1 статьи 227 Трудового кодекса РФ расследованию и учету в соответствии с главой 36 названного Кодекса подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Согласно части 3 указанной статьи расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат, в частности, события, в результате которых пострадавшими были получены телесные повреждения (травмы), повлекшие за собой временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли в течение рабочего времени на территории работодателя.

В силу части 1 статьи 228 Трудового кодекса РФ при несчастных случаях работодатель (его представитель) обязан немедленно проинформировать о несчастном случае органы и организации, указанные в Трудовом кодексе Российской Федерации, других федеральных законах и иных нормативных правовых актах Российской Федерации; принять иные необходимые меры по организации и обеспечению надлежащего и своевременного расследования несчастного случая и оформлению материалов расследования в соответствии с главой 36 названного Кодекса.

Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 24 октября 2002 г. № 73 утверждено Положение об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях (далее также – Положение), а также утверждены формы первичных документов, связанных с расследованием несчастного случая на производстве.

В соответствии с Приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 15 апреля 2005 г. № 275 «О формах документов, необходимых для расследования несчастных случаев на производстве», утверждены две учетные формы. Форма № 315/у «Медицинское заключение о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести» и форма № 316/у «Справка о заключительном диагнозе пострадавшего от несчастного случая на производстве».

Судом установлено, что истец ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ состоял в трудовых отношениях с ответчиком АО «РЖД», работал на различных должностях (профессиях). 

Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ был переведен на должность 

<

данные изъяты> участка производства № (1 группа) (

<

адрес>) Санкт-Петербургской дистанции инженерных сооружений-структурного подразделения Октябрьской дирекции инфраструктуры-структурного подразделения Центральной дирекции инфраструктуры филиала ОАО «РЖД».

ДД.ММ.ГГГГ при исполнении истцом трудовых обязанностей с ним произошел несчастный случай. Выполняя в составе бригады работы по ремонту железнодорожного моста на 2 км пк 7 станции Маткаселькя (подъездном пути Рускеала) Сортавальского муниципального района Республики Карелия ФИО1, переходя с одной секции моста на другую, провалился по грудь в образовавшийся в результате излома лаги разлом пешеходного настила моста, в результате чего истец получил травмы. 

В тот же день ФИО1 на поезде прибыл в г. Суоярви, где на следующий день (ДД.ММ.ГГГГ) обратился за медицинской помощью в ГБУЗ РК «Суоярвская ЦРБ».

Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ работодателем образована комиссия по расследованию вышеуказанного несчастного случая на производстве. 

По результатам проведенного расследования ДД.ММ.ГГГГ комиссией составлен акт № о несчастном случае на производстве формы Н-1 (далее также – Акт формы Н-1). 

В п. 8.2. Акта формы Н-1 «характер полученных повреждений и орган, подвергшийся повреждению, медицинское заключение о тяжести повреждения здоровья» указано: 

<

данные изъяты>.

Указанный диагноз был поставлен на основании медицинского заключения о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве формы 315/у от ДД.ММ.ГГГГ, выданного ГБУЗ РК «Суоярвская ЦРБ» (том 1, л.д. 163). 

В последующем ответчиком ГБУЗ РК «Суоярвская ЦРБ» также выдавались «справки о заключительном диагнозе пострадавшего от несчастного случая на производстве» учетной формы № 316/У – от ДД.ММ.ГГГГ (том 1, л.д. 164) с диагнозом: 

<

данные изъяты>, от ДД.ММ.ГГГГ (том 1, л.д. 35) с диагнозом: 

<

данные изъяты>, а также без указания даты выдачи (том 3 л.д. 205) с диагнозом: 

<

данные изъяты>. 

Истец не согласен с указанным диагнозом, полагая его неполным, просит суд возложить на ответчика ГБУЗ РК «Суоярвская ЦРБ» обязанность дополнить диагноз в медицинском заключении о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве формы 315/у, определив его как 

<

данные изъяты>.

Заявленные исковые требования обусловлены тем, что без указания полного диагноза (указание на травму колена) истцу не может быть установлена степень утраты профессиональной трудоспособности, соответствующая повреждениям его здоровья, что, в свою очередь, препятствует реализации его прав на получение страховых выплат.

Так, согласно справке Бюро медико-социальной экспертизы № - филиала ФКУ «ГБ МСЭ по Республике Карелия» от ДД.ММ.ГГГГ (том 2, л.д. 194) истцу установлена степень утраты профессиональной трудоспособности 10 % на срок с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. 

Разрешая требования истца о возложении на ГБУЗ РК «Суоярвская ЦРБ» обязанности по внесению изменений в медицинское заключение о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве формы 315/у от ДД.ММ.ГГГГ, а также о возложении на АО «РЖД» обязанности по внесению изменений в п. 8.2 Акта формы Н-1 от ДД.ММ.ГГГГ, суд приходит к следующим выводам.

Согласно Приказу Минздравсоцразвития Российской Федерации от 15 апреля 2005 года № 275 «О формах документов, необходимых для расследования несчастных случаев на производстве» учетная форма № 315/у «Медицинское заключение о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести» заполняется в соответствии со Схемой определения тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве, утвержденной Приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24 февраля 2005 г. № 160, и выдается по запросу организации, индивидуального предпринимателя медицинской организацией, куда впервые обратился за медицинской помощью пострадавший в результате несчастного случая на производстве, незамедлительно после поступления запроса.

Именно данные учетной формы № 315/у указываются в пункте 8.2 Акта формы Н-1, поименованном: «Характер полученных повреждений и орган, подвергшийся повреждению, медицинское заключение о тяжести повреждения здоровью».

В соответствии с пунктами 36, 37 Постановления Минтруда России от 24 октября 2002 года № 73 «Об утверждении форм документов, необходимых для расследования и учета несчастных случаев на производстве, и положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях» по окончании временной нетрудоспособности пострадавшего (по несчастным случаям со смертельным исходом - в течение месяца по завершении расследования) работодатель (его представитель) направляет в соответствующую государственную инспекцию труда, а в необходимых случаях - в соответствующий территориальный орган федерального надзора сообщение о последствиях несчастного случая на производстве и принятых мерах по форме 8, предусмотренной приложением № 1 к указанному Постановлению. О страховых случаях указанное сообщение направляется также в исполнительные органы страховщика (по месту регистрации страхователя).

О несчастных случаях на производстве, которые по прошествии времени перешли в категорию тяжелых несчастных случаев или несчастных случаев со смертельным исходом, работодатель (их представитель) в течение суток после получения сведений об этом направляет извещение по установленной форме в соответствующие государственные инспекции труда, профсоюзные органы и территориальные органы федерального надзора (если несчастные случаи произошли в организациях (на объектах), подконтрольных территориальным органам федерального надзора), а о страховых случаях - в исполнительные органы страховщика (по месту регистрации страхователя).

Приказом Минздравсоцразвития Российской Федерации от 15 апреля 2005 года № 275 «О формах документов, необходимых для расследования несчастных случаев на производстве» предусмотрено составление отдельной справки формы 316/у «о заключительном диагнозе пострадавшего от несчастного случая на производстве», содержащей сведения о последствиях несчастного случая с пострадавшим по окончании лечения, с целью выполнения работодателем предусмотренных вышеназванными нормами обязанностей по направлению соответствующих сведений в государственную инспекцию труда, в исполнительные органы страховщика.

Таким образом, из содержания указанных норм права в их системной взаимосвязи следует, что внесение изменений в медицинское заключение о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве формы № 315/у и, соответственно, в акт о несчастном случае на производстве, в том числе на основании справки о заключительном диагнозе формы № 316/у, либо на основании заключения судебно-медицинской экспертизы действующим законодательством не предусмотрено.

С учетом изложенного суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для внесения изменений как в медицинское заключение формы № 315/у от ДД.ММ.ГГГГ, так и в п. 8.2 Акта формы Н-1 от ДД.ММ.ГГГГ после установления окончательного диагноза ФИО1, в том числе по результатам судебно-медицинской экспертизы, поскольку оспариваемые медицинское заключение и акт о несчастном случае на производстве прав истца на социальное обеспечение не нарушают, при этом, допускается составление отдельной справки о заключительном диагнозе (формы № 316/у), без внесения изменений в медицинское заключение формы № 315/у и акт о несчастном случае на производстве (формы Н-1). Следовательно, исковые требования к ГБУЗ РК «Суоярвская ЦРБ» в указанной части, а также исковые требования к ОАО «РЖД» удовлетворению не подлежат.

Разрешая требование истца о возложении на ответчика ГБУЗ РК «Суоярвская ЦРБ» обязанности по внесению изменений в справку о заключительном диагнозе пострадавшего от несчастного случая на производстве учетной формы № 316/У в отношении ФИО1, суд приходит к следующим выводам.

В целях разрешения возникшего спора судом по ходатайству сторон была назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, производство которой было поручено ГБУЗ города Москвы «Бюро судебно-медицинской экспертизы департамента здравоохранения города Москвы».

Из содержания заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ (том 3 л.д. 103-117) усматривается, что в причинно-следственной связи с несчастным случаем на производстве, произошедшим ДД.ММ.ГГГГ с ФИО1, состоят следующие последствия медицинского характера (заключительный диагноз): 

<

данные изъяты>. 

Суд исходит из оценки указанного заключения эксперта как допустимого, надлежащего доказательства, с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленному вопросу, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу. Квалификация экспертов, входивших в состав судебно-медицинской экспертной комиссии, а равно их опыт работы в соответствующих областях медицины, сомнений у суда не вызывают и сторонами не оспорены. Данное заключение мотивировано, последовательно в своих выводах и согласуется с иными собранными по делу доказательствами, экспертами сделан соответствующий анализ имеющихся в деле материалов, выводы судебно-медицинской экспертной комиссии основаны на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела. Принимая во внимание отсутствие возражений со стороны участников процесса относительно представленного заключения, суд находит выводы судебной экспертизы правильными, оснований не соглашаться с ними не усматривает. 

Анализируя вышеуказанное заключение, суд полагает необходимым положить его в основу своих выводов о неполноте сведений о заключительном диагнозе истца, пострадавшего в результате несчастного случая на производстве ДД.ММ.ГГГГ, изложенных в выданных ФИО1 ранее ответчиком ГБУЗ РК «Суоярвская ЦРБ» справках формы № 316/у (том 1, л.д. 35, 164; том 3, л.д. 205), что в силу вышеприведенного правового регулирования может повлечь нарушение прав истца на социальное обеспечение.

При указанных обстоятельствах суд приходит к выводу о наличии оснований для возложения на ответчика ГБУЗ РК «Суоярвская ЦРБ» обязанности по внесению изменений в справку о заключительном диагнозе пострадавшего от несчастного случая на производстве учетной формы № 316/У в отношении ФИО1, указав в качестве видов повреждения здоровья, полученных ФИО1 в результате несчастного случая на производстве от ДД.ММ.ГГГГ, следующие: 

<

данные изъяты>.

При этом суд учитывает также позицию, выраженную представителем ГБУЗ РК «Суоярвская ЦРБ», который в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ не отрицал возможность выдачи указанным ответчиком ФИО1 справки по форме № 316/у с указанием диагноза в соответствии с заключением судебно-медицинской экспертизы ГБУЗ города Москвы «Бюро судебно-медицинской экспертизы департамента здравоохранения города Москвы». 

Включая в состав заключительного диагноза ФИО1 «

<

данные изъяты>, суд исходит из того, что указанные диагнозы содержались в выданных ответчиком ГБУЗ РК «Суоярвская ЦРБ» справках формы 316/у. При этом суд также учитывает, что комиссии экспертов ГБУЗ города Москвы «Бюро судебно-медицинской экспертизы департамента здравоохранения города Москвы» не представилось возможным, как подтвердить, подвергнув судебно-медицинской квалификации, так и опровергнуть указанные диагнозы ввиду отсутствия 

<

данные изъяты>. В ходе судебного разбирательства после получения результатов судебно-медицинской экспертизы представителем ГБУЗ РК «Суоярвская ЦРБ» подтверждена правомерность постановки указанных диагнозов истцу и их отражение в справках формы 316/у.

Разрешая требования истца к ответчику ГБУЗ РК «Суоярвская ЦРБ» в оставшейся части, суд приходит к следующим выводам. 

В соответствии со ст. 151 ГК РФ под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В силу п. 2 ст. 1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно п. 3 ст. 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" от 21.11.2011 г. N 323-ФЗ под медицинской помощью понимается комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг. Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание, восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг, а медицинская услуга - медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение. 

Под качеством медицинской помощи понимается совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата (п. 21 ст.2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно ч. 2 ст. 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Пунктом 9 ч. 5 ст. 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации» предусмотрено право пациента на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Статьей 1068 ГК РФ предусмотрено, что юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что оказанная ФИО1 медицинская помощь в ГБУЗ РК «Суоярвская ЦРБ» в период его нахождения на стационарном лечении (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ) имела недостатки.

Согласно акту проверки Министерства здравоохранения Республики Карелия № от ДД.ММ.ГГГГ и справке к указанному акту (том 1 л.д. 117-122) в нарушение стандарта специализированной медицинской помощи при внутричерепной травме, утвержденного приказом Министерства здравоохранения РФ от 07.11.2012 № 635н, не выполнены мероприятия для диагностики заболевания: консультация невролога, отоларинголога, офтальмолога; исследование уровня хлоридов в крови, уровня этанола в сыворотке крови, времени свертывания нестабилизированной крови или рекальсификации плазмы неактивированное, времени кровотечения, свойств сгустка крови, агрегации тромбоцитов, фибринолитической активности крови; электроэнцефалография. В нарушение п. 12 Порядка оказания медицинской помощи населению по профилю «травмотология и ортопедия», утвержденного приказом Минздрава России от 12.11.2012 № 901н, к лечению ФИО1 не был привлечен врач-невролог. В нарушение п.п. «а» п. 2.2 раздела II Критериев оценки качества медицинской помощи, утвержденных приказом Минздрава России от 10.05.2017 № 203н заполнены не все разделы медицинской карты стационарного больного (ФИО1): 

<

данные изъяты>; отсутствует информированное добровольное согласие пациента на проведение ДД.ММ.ГГГГ пункции правого коленного сустава, на оперативное вмешательство ДД.ММ.ГГГГ; не заполнен протокол операции от ДД.ММ.ГГГГ вскрытия и дренирования гематомы передней поверхности правой голени.

Указанные недостатки оказания ФИО1 медицинской помощи со стороны ГБУЗ РК «Суоярвская ЦРБ» подтверждены и выводами судебно-медицинской экспертизы, изложенными в заключением ГБУЗ города Москвы «Бюро судебно-медицинской экспертизы департамента здравоохранения города Москвы»№ от ДД.ММ.ГГГГ (том 3 л.д. 103-117). В заключении судебно-медицинской экспертизы в дополнение к выводам, отраженным в акте проверки Министерства здравоохранения Республики Карелия № от ДД.ММ.ГГГГ, указано на дефекты ведения медицинской документации: дневниковые записи формальные, однотипные, многократно копированные, объективно не отображающие динамику состояния пациента. 

При этом комиссия судебных экспертов пришла к выводам о том, что выявленные дефекты оказания медицинской помощи в виде неполного обследования не способствовали ухудшению здоровья и не оказали влияния на правильно выбранную общую тактику лечения; дефекты оформления (ведения) медицинской карты стационарного больного ФИО1 не оказали влияния на течение и исход заболевания ФИО1, но не позволили экспертной комиссии дать объективную оценку оказанной медицинской помощи в полном объеме.

Разрешая требование истца о взыскании денежной компенсации морального вреда, суд исходит из того, что статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации связывает право на компенсацию морального вреда с нарушением личных неимущественных прав гражданина или посягательством на иные принадлежащие ему нематериальные блага, к числу которых согласно пункту 1 ст. 150 того же Кодекса относятся жизнь и здоровье.

Следовательно, отношения в сфере охраны здоровья, независимо от того, возникают ли они на возмездной или безвозмездной основе, затрагивают нематериальные блага, принадлежащие гражданину, а потому недостатки при оказании медицинской помощи могут быть основанием для компенсации морального вреда.

Поскольку факт некачественного оказания истцу медицинской услуги ГБУЗ РК «Суоярвская ЦРБ», а также перенесенные истцом в связи с этим нравственные и физические страдания нашли подтверждение в ходе судебного разбирательства, требование истца о взыскании денежной компенсации морального вреда суд находит в целом обоснованным и подлежащим удовлетворению.

Определяя размер компенсации морального вреда, учитывая степень причиненных истицу физических и нравственных страданий в результате недостатков при оказании медицинской помощи, а также то, что установленные дефекты не причинили вред здоровью истца, принимая во внимание вывод судебно-медицинской экспертизы о том, что медицинская помощь ФИО1 за время его госпитализации в ГБУЗ РК «Суоярвская ЦРБ» в целом была оказана правильно, своевременно и по показаниям, суд считает необходимым снизить размер компенсации по сравнению с испрашиваемым истцом, определить размер компенсации морального вреда в 10 000 руб., находя данную сумму отвечающей требованиям разумности и справедливости. Каких-либо достоверных и достаточных доказательств наличия врачебной ошибки, халатности или небрежности медицинского персонала, иных недостатков оказанной услуги, повлекших причинения вреда здоровью истца, в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ не представлено, в связи с чем оснований для установления размера денежной компенсации морального вреда в большем размере не имеется. 

Учитывая правовую позицию, изложенную в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 15 июля 2019 года № 44-КГ19-7, исходя из того, что медицинская помощь истцу оказывалась ответчиком ГБУЗ РК «Суоярвская ЦРБ» бесплатно в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, оснований для взыскания в пользу истца штрафа судом не усмотрено.

Относительно требования истца о признании незаконным бездействия ответчика ГБУЗ «Суоярвская ЦРБ» в лице его сотрудника в части не привлечения к лечению врача-травматолога (невролога), не проведения мероприятий для диагностики заболевания, допущения дефектов оформления отдельных медицинских документов, суд приходит к выводу о том, что его разрешение не влечет самостоятельных правовых последствий для истца, поскольку, по своей сути, подлежит отнесению к одному из оснований собственно искового требования о взыскании денежной компенсации морального вреда причиненного вследствие ненадлежащего качества оказания медицинских услуг, которое судом разрешено. 

Разрешая заявления ФИО1 и ГБУЗ города Москвы «Бюро судебно-медицинской экспертизы департамента здравоохранения города Москвы» о взыскании расходов по оплате услуг по проведению судебной экспертизы, суд приходит к следующим выводам.

Из материалов дела следует, что определением Петрозаводского городского суда Республики Карелия от ДД.ММ.ГГГГ по делу была назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, производство которой было поручено ГБУЗ города Москвы «Бюро судебно-медицинской экспертизы департамента здравоохранения города Москвы», при этом расходы по оплате за проведение экспертизы были возложены на истца в размере 1/3 от стоимости экспертизы, на ответчика ГБУЗ РК «Суоярвская ЦРБ» - 2/3 от стоимости экспертизы. 

Общая стоимость услуг ГБУЗ города Москвы «Бюро судебно-медицинской экспертизы департамента здравоохранения города Москвы» по проведению судебно-медицинской экспертизы составила 166 103 руб., из которых 110 736 руб. подлежала оплате и фактически оплачена ГБУЗ РК «Суоярвская ЦРБ». Из подлежавшей оплате ФИО1 суммы 55 367 руб. фактически оплачено истцом 20000 руб., остаток задолженности по отношению к экспертному учреждению составляет 35367 руб. (55 367 руб. - 20000 руб.). 

На основании ч.1 ст. 88, ст. 94, ч. 1 ст. 98 ГПК РФ, принимая во внимание, что судебная экспертиза назначалась для целей разрешения заявленного истцом требования неимущественного характера (о возложении обязанностей по внесению изменений в справку формы № 316/у), а также требования имущественного характера, не подлежащего оценке (о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного вследствие ненадлежащего качества оказания медицинских услуг), исходя из результата рассмотренного дела в данной части, на ответчика ГБУЗ РК «Суоярвская ЦРБ» подлежат возложению расходы по проведению судебно-медицинской экспертизы. Так, фактически понесенные истцом и документально подтвержденные расходы по оплате услуг учреждения судебно-медицинской экспертизы в размере 20000 руб. подлежат взысканию с указанного ответчика в пользу ФИО1, а в неоплаченной истцом части в размере 35 367 руб. - в пользу экспертного учреждения - ГБУЗ города Москвы «Бюро судебно-медицинской экспертизы департамента здравоохранения города Москвы» на основании его заявления (том 3, л.д. 132-145). 

С учетом результата рассмотрения дела, исходя из положений ст. 103 ГПК РФ, поскольку истец при подаче иска был освобожден от уплаты государственной пошлины, суд взыскивает с ответчика государственную пошлину в доход бюджета Петрозаводского городского округа, размер которой с учетом положений ст.333.19 Налогового кодекса РФ составляет 300 руб.

Руководствуясь ст. ст. 98, 194–199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

Исковые требования ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Республики Карелия «Суоярвская центральная районная больница» удовлетворить частично.

Возложить на Государственное бюджетное учреждение здравоохранения Республики Карелия «Суоярвская центральная районная больница» обязанность дополнить заключительный диагноз в «Справке о заключительном диагнозе пострадавшего от несчастного случая на производстве» учетной формы № 316/У (утверждена приказом Минздравсоцразвития России от 15.04.2005 № 275) в отношении ФИО1, указав в качестве видов повреждения здоровья, полученных ФИО1 в результате несчастного случая на производстве от ДД.ММ.ГГГГ, следующие: 

<

данные изъяты>.

Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Карелия «Суоярвская центральная районная больница» в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб., а также судебные расходы по оплате судебной экспертизы в размере 20000 руб., по оплате государственной пошлины в размере 300 руб. 

Исковые требования ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Республики Карелия «Суоярвская центральная районная больница» в оставшейся части, а также требования к открытому акционерному обществу «Российские железные дороги» оставить без удовлетворения.

Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Карелия «Суоярвская центральная районная больница» в пользу Государственного бюджетного учреждения здравоохранения города Москвы «Бюро судебно-медицинской экспертизы департамента здравоохранения города Москвы» расходы по проведению судебной экспертизы в размере 35 367 руб.

Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Карелия «Суоярвская центральная районная больница» в бюджет Петрозаводского городского округа государственную пошлину в размере 300 руб.

Судья С.А. Величко

Решение изготовлено в окончательной форме 05.08.2021