22RS0065-02-2023-000473-82 Дело №2-18/2024

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

22 января 2024 года город Барнаул

Индустриальный районный суд города Барнаула Алтайского края в составе:

председательствующего судьи 

при секретаре

ФИО1, 

ФИО2,

с участием истца ФИО3 и третьего лица ФИО6, их представителя ФИО7, представителя ответчика ФИО9 – ФИО10, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО9 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в суд с названным иском, ссылаясь на то, что ДД.ММ.ГГГГ в 20 часов 40 минут в районе здания 

<

адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля «Ниссан Блюберд Силфи», регистрационный знак ***, принадлежащего на праве собственности ФИО3, под управлением ФИО6, и автомобиля «Субару Форестер», регистрационный знак ***, под управлением его собственника ФИО9 

Виновный в ДТП ответчик ФИО9, управляя автомобилем «Субару Форестер», двигался по проезжей части четной стороны проспекта Строителей в пределах выделенной полосы, предназначенной для движения пассажирского транспорта, допустил столкновение с автомобилем «Ниссан Блюберд Силфи» под управлением третьего лица ФИО6, чем причинил материальный ущерб истцу ФИО3 

Гражданская ответственность владельца автомобиля «Субару Форестер» на момент ДТП не застрахована. 

Размер ущерба определен истцом на основании экспертного заключения ООО «Альянс-Эксперт» от ДД.ММ.ГГГГ ***, согласно которому стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Ниссан Блюберд Силфи» без учета износа составляет 500 667 рублей; рыночная стоимость автомобиля в доаварийном состоянии – 313 310 рублей; стоимость годных остатков автомобиля – 65 733 рубля. В ходе проведения досудебной оценки установлена полная гибель транспортного средства, в связи с чем размер ущерба, подлежащий взысканию с ответчика, заявлен в размере 247 577 рублей (313 310 – 65 733).

На основании изложенного, ФИО3 просил взыскать с ФИО9 в счет возмещения причиненного ущерба 247 577 рублей, а также 38 675 рублей 77 копеек в счет возмещения судебных расходов, в том числе расходов по оценке ущерба – 8 000 рублей, оплате юридических услуг – 25 000 рублей, государственной пошлины – 5 675 рублей 77 копеек.

После проведения судебной экспертизы к производству принят уточненный иск, в котором ФИО3 просит взыскать с ФИО9 в счет возмещения причиненного ущерба – 246 300 рублей, требование о возмещении судебных расходов оставлено без изменения.

Истец ФИО3 в судебном заседании поддержал уточненные исковые требования. Дополнительно пояснил, что в ДТП, по его мнению, виноват водитель автомобиля «Субару Форестер». В момент ДТП истец сидел на пассажирском сиденье автомобиля «Ниссан Блюберд Силфи»; было темное время суток, они ехали в потоке автомобилей во втором ряду справа со скоростью примерно 30-40км/ч. По пути им необходимо было заехать на АЗС, для чего перестроиться вправо. Он не следил за дорожной ситуацией, но слышал, как ФИО6 включил сигнал поворота. Автомобиль был исправен, сигнал поворота работал. Автомобиль ответчика до столкновения истец не видел.

Третье лицо ФИО6 в судебном заседании поддержал исковые требования. Дополнительно пояснил, что он, управляя автомобилем «Ниссан Блюберд Силфи», двигался по второй полосе проспекта Строителей от вокзала к улице Челюскинцев, его сын ФИО3 находился на пассажирском сиденье; они хотели заехать на АЗС. Автомобиль ответчика он увидел, когда тот ехал еще далеко, при этом скорость у ответчика была больше. Перед съездом на АЗС, ФИО6 включил сигнал поворота, его автомобиль был в исправном состоянии. Полагает, что преимущество в движении было у ответчика, но в темное время суток непонятно было, с какой скоростью он двигался. 

Представитель истца и третьего лица ФИО7 настаивал на удовлетворении уточненного иска в полном объеме по изложенным основаниям. Дополнительно пояснил, что виновным в ДТП является ФИО9, который на автомобиле «Субару Форестер» двигался по полосе, предназначенной для движения маршрутных транспортных средств, в связи с чем не обладал преимуществом в движении. До столкновения с автомобилем «Ниссан Блюберд Силфи», ответчик двигался по крайней правой полосе более 30м, не предпринимал мер к снижению скорости, что опровергает его версию о том, что перестроение на крайнюю правую сторону имело целью высадки пассажира. В действиях водителя автомобиля «Субару Форестер» имеются нарушения требований Правил дорожного движения, которые экспертом при производстве экспертизы не приняты во внимание. Указав на недостатки заключения эксперта, ФИО7 заявил ходатайство о назначении по делу повторной экспертизы.

Ответчик ФИО9 о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежаще, в судебное заседание не явился. Участвуя в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, ФИО9 пояснил, что свою вину не отрицает, но считает вину обоюдной. До ДТП ориентировочно 20-30м со скоростью 45-50км/ч он двигался по крайней правой – выделенной полосе по проспекту Строителей 

<

адрес>, так как собирался высадить пассажира; в районе 

<

адрес>В двигавшийся по соседней полосе автомобиль «Ниссан Блюберд Силфи», не подав сигнал поворота, начал перестроение в крайнюю правую полосу движения. Предотвратить столкновение у него не было возможности, это произошло за мгновение. Увидев опасность, ответчик применил экстренное торможение, однако избежать столкновения не удалось. В момент пересечения границы крайней правой полосы автомобиль «Ниссан Блюберд Силфи» находился в 10м от него; контакт пришелся в правую часть бампера, фару, переднюю часть автомобиля.

Представитель ответчика ФИО10 в судебном заседании возражал против удовлетворения иска, указывая на то, что у ответчика имелось преимущество в движении, истец при перестроении не уступил ему дорогу.

Третье лицо АО «АльфаСтрахование» извещено надлежаще, своего представителя в судебное заседание не направило, ходатайств об отложении судебного заседания не заявило. 

В соответствии с положениями статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судом определено о возможности рассмотрения дела при данной явке.

Выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, и их представителей, ответы экспертов на вопросы сторон и суда, исследовав письменные материалы дела, оригинал административного материала по факту ДТП, обозрев в судебном заседании видеозапись момента ДТП и оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в их совокупности, суд не усматривает оснований для удовлетворения иска, обосновывая это следующим.

На основании статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, для возложения на лицо имущественной ответственности за причиненный вред необходимы наличие таких обстоятельств, как: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда и его вина, а также причинно-следственная связь между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями.

Вина причинителя вреда является общим условием ответственности за причинение вреда. При этом вина причинителя вреда презюмируется, поскольку он освобождается от возмещения вреда только тогда, когда докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 6 статьи 4 Федерального закона от 25 апреля 2002 года №40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее – Закон об ОСАГО) владельцы транспортных средств, риск ответственности которых не застрахован в форме обязательного и (или) добровольного страхования, возмещают вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в соответствии с гражданским законодательством.

В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ в 20 часов 40 минут у здания №

<

адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля «Ниссан Блюберд Силфи», регистрационный знак ***, находившегося под управлением третьего лица ФИО6, и автомобиля «Субару Форестер», регистрационный знак ***, находившегося под управлением ответчика ФИО9 

По сведениям ФИС Госавтоинспекции автомобиль «Ниссан Блюберд Силфи», регистрационный знак ***, с ДД.ММ.ГГГГ зарегистрирован за истцом ФИО3; сведения о собственнике автомобиля «Субару Форестер», регистрационный знак *** или ***, отсутствуют. 

При этом право собственности ФИО9 на автомобиль «Субару Форестер», регистрационный знак *** (***), подтверждается договором купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ №***, что лицами, участвующими в деле, не оспаривается.

Согласно сведениям о дорожно-транспортном происшествии ДД.ММ.ГГГГ автомобилям истца и ответчика причинены механические повреждения, при этом гражданская ответственность по договору ОСАГО у ответчика ФИО9 при управлении автомобилем «Субару Форестер» не застрахована, водителем ФИО6 в подтверждение страхования своей гражданской ответственности при управлении автомобилем «Ниссан Блюберд Силфи» представлен договор ОСАГО серии ***, заключенный с АО «АльфаСтрахование». 

Из объяснений ФИО6, отобранных старшим инспектором группы по ИАЗ ОБДПС УМВД России по городу Барнаулу (далее – инспектор ГИБДД) ДД.ММ.ГГГГ в 14 часов 20 минут, следует, что ДД.ММ.ГГГГ в 20 часов 40 минут ФИО6, управляя автомобилем «Ниссан Блюберд Силфи», двигался по 

<

адрес>; со своей полосы повернул на заправочную станцию «Роснефть», и в заднюю часть его автомобиля совершен наезд автомобилем «Субару Форестер»; во время совершения маневра автомобиль «Субару Форестер» в зеркала заднего вида он не видел, в зеркала смотрел; сигнал поворота включил.

В объяснениях ФИО9, отобранных инспектором ГИБДД ДД.ММ.ГГГГ в 14 часов 20 минут, указано, что ДД.ММ.ГГГГ в 20 часов 40 минут он, управляя автомобилем «Субару Форестер», двигался по крайней правой (автобусной) полосе для перестроения и дальнейшей остановки; в его полосу резко выехал автомобиль «Ниссан Блюберд Силфи». ФИО9 применил экстренное торможение, однако избежать столкновения не удалось, удар пришелся в задней частью автомобиля «Ниссан Блюберд Силфи». У его автомобиля был включен свет фар, он был заметен на дороге. Полагает, что водитель автомобиля «Ниссан Блюберд Силфи» не убедился в отсутствии автомобилей в правой полосе, в связи с чем произошло ДТП.

На схеме места ДТП, подписанной водителями-участниками, зафиксировано, что автомобиль «Ниссан Блюберд Силфи», двигаясь по второму ряду, совершил маневр перестроения вправо перед автомобилем «Субару Форестер», двигавшимся в попутном направлении в крайней правой полосе, а также отражено конечное расположение автомобилей после столкновения. 

ДД.ММ.ГГГГ инспектором ГИБДД в отношении ФИО6 вынесено определение об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении ввиду отсутствия состава административного правонарушения (пункт 2 части 1 статьи 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях).

Также ДД.ММ.ГГГГ в 15-00 часов инспектором ГИБДД составлен протокол об административном правонарушении 

<

адрес>, которым установлен факт нарушения водителем ФИО9 ДД.ММ.ГГГГ в 20 часов 40 минут пункта 18.2 Правил дорожного движения, который двигался по проезжей части дороги по проспекту Строителей от переулка Ядринцева в сторону 

<

адрес> по крайней правой полосе для маршрутных транспортных средств, обозначенной знаком 5.14 Правил дорожного движения.

За указанное выше нарушение Правил дорожного движения постановлением инспектора ГИБДД по делу об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ *** ФИО9 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1.1 статьи 12.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (движение транспортных средств по полосе для маршрутных транспортных средств), ему назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 1 500 рублей. С данным нарушением Правил ответчик согласился.

В силу установленного гражданско-правового и административно-правового регулирования не всякое причинение вреда имуществу другого лица является одновременно и административным, и гражданским правонарушением. Непривлечение причинителя вреда к административной ответственности не свидетельствует об отсутствии вины причинителя вреда – владельца источника повышенной опасности в рамках гражданского судопроизводства.

Согласно представленному истцом экспертному заключению ООО «Альянс-Эксперт» от ДД.ММ.ГГГГ *** стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Ниссан Блюберд Силфи», регистрационный знак ***, на дату ДТП без учета износа составляет 500 667 рублей, с учетом износа – 148 467 рублей; рыночная стоимость автомобиля в доаварийном состоянии – 313 310 рублей; стоимость годных остатков автомобиля – 65 733 рубля. 

Ответчик ФИО9 в ходе рассмотрения дела вину в ДТП не признал, пояснив при этом, что по факту ДТП он обращался с заявлением в АО «АльфаСтрахование», застраховавшего гражданскую ответственность водителя ФИО8, на основании которого ДТП признано страховым случаем и ответчику осуществлена страховая выплата.

Указанные обстоятельства подтверждаются материалами выплатного дела, представленными страховщиком по запросу суда, в том числе актом осмотра транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ, экспертным заключением ООО «Автоэксперт» от ДД.ММ.ГГГГ ***+, актом о страховом случае и соглашением о выплате страхового возмещения в сумме 343 000 рублей от ДД.ММ.ГГГГ, а также платежным поручением от ДД.ММ.ГГГГ ***, подтверждающим перечисление страховщиком страховой выплаты в указанной сумме на счет ответчика. 

По ходатайству представителя ответчика определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу назначена комплексная судебная трасологическая и автотовароведческая экспертиза. 

Заключением эксперта Алтайской краевой общественной организации специалистов судебно-технической экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ *** (эксперты ФИО4 и ФИО5) установлен следующий механизм дорожно-транспортного происшествия от ДД.ММ.ГГГГ: автомобиль «Ниссан Блюберд Силфи» двигается по второй справа полосе движения. Автомобиль «Субару Форестер» двигается по крайней правой полосе движения со скоростью 72,33км/ч. При подъезде к АЗС «Роснефть» водитель автомобиля «Ниссан Блюберд Силфи» снижает скорость движения и начинает выполнять маневр правого поворота, пересекая при этом крайнюю правую полосу движения. Водитель автомобиля «Субару Форестер», двигающийся в правой полосе движения, замечает возникшую помеху в виде пересекающего слева-направо полосу движения автомобиля «Ниссан Блюберд Силфи», применяет экстренное торможение, однако несмотря на данные действия, происходит столкновение транспортных средств, в ходе которого автомобиль «Ниссан Блюберд Силфи» совершает эксцентричный разворот по ходу часовой стрелки и указанные автомобили занимают конечные положения, зафиксированные на месте ДТП. 

В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля «Ниссан Блюберд Силфи» должен был руководствоваться требованиями пунктов 8.1, 8.2, 8.9 Правил дорожного движения, а водитель автомобиля «Субару Форестер» – требованиями пунктов 10.1, 10.2, 18.2 Правил дорожного движения.

Отвечая на вопрос о том, кто из водителей имел преимущество в движении, эксперт указал, что водитель автомобиля «Ниссан Блюберд Силфи» должен был уступить дорогу автомобилю «Субару Форестер», который находился справа.

Угол расположения продольных осей автомобилей «Ниссан Блюберд Силфи» и «Субару Форестер» относительно друг друга в момент столкновения составлял ? 35-40о. При этом водитель автомобиля «Ниссан Блюберд Силфи» при обстоятельствах, изложенных в материалах дела и административном материале, располагал технической возможностью предотвратить ДТП с момента возникновения опасности для движения, а водитель автомобиля «Субару Форестер» такой возможностью не располагал.

Стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Ниссан Блюберд Силфи» оригинальными запасными частями с учетом их износа на дату ДТП экспертом определена в размере 160 700 рублей, без учета износа – 478 200 рублей. Та же стоимость на дату исследования с учетом износа составляет 200 300 рублей, без учета износа – 661 700 рублей. Стоимость автомобиля «Ниссан Блюберд Силфи» на дату ДТП составляет 287 800 рублей, стоимость его годных остатков – 41 500 рублей.

Расчет с учетом наиболее разумного и распространенного в обороте способа исправления таких повреждений подобного имущества, в том числе запасными частями, бывшими в употреблении, контрактными запасными частями не производился, так как исследуемый автомобиль экономически не целесообразно восстановить (отремонтировать) в результате данного ДТП.

При проведении экспертизы экспертами исследованы видеофайлы с видеорегистратора, имевшегося на автомобиле истца «Ниссан Блюберд Силфи», из анализа которых установлено, что на видеозаписи зафиксировано лишь срабатывание лампы дополнительного стоп-сигнала автомобиля «Ниссан Блюберд Силфи». Признаков срабатывания лампы правого указателя поворота не выявлено.

Также в исследовательской части заключения экспертами отражено, что по видеозаписи до ДТП на правой полосе движения фиксируется движущееся транспортное средство, в связи с чем водитель автомобиля «Ниссан Блюберд Силфи» мог визуально через правое зеркало заднего вида наблюдать за приближением этого транспортного средства. Моментом возникновения опасности для водителя автомобиля «Ниссан Блюберд Силфи» принят момент, когда автомобиль «Субару Форестер» проехал перекресток, куда он мог свернуть, и предполагаемая траектория движения автомобиля «Ниссан Блюберд Силфи» заведомо пересекала траекторию движения автомобиля «Субару Форестер». Таким образом, водитель автомобиля «Ниссан Блюберд Силфи» при наличии правого зеркала заднего вида в исправном состоянии (зафиксировано при осмотре), а также при выполнении маневра торможения перед маневром поворота направо, имел техническую возможность предотвратить столкновение, продолжив движение с замедлением до полной остановки, без выполнения правого поворота. Однако несмотря на приближающееся справа транспортное средство, находящееся на незначительном, уменьшающемся расстоянии, водитель автомобиля «Ниссан Блюберд Силфи» начинает выполнять маневр поворота направо, вплоть до момента контактного взаимодействия.

Ввиду того, что водитель автомобиля «Ниссан Блюберд Силфи» не использовал указатель поворота, моментом наступления опасности для водителя автомобиля «Субару Форестер» является момент начала маневра правового поворота автомобилем «Ниссан Блюберд Силфи». Начиная поворот, передняя часть указанного автомобиля находилась в районе стелы АЗС, расстояние от которой до границы разделительного острова (граница заезда на АЗС) составляет 29,26м, что определено с использованием сервиса Гугл Карты.

Расчетным путем экспертом установлено, что в данной дорожной ситуации остановочный путь автомобиля «Субару Форестер» при скорости движения 77,33км/ч округленно составляет 106 метров. При разрешенной скорости движения – 60км/ч остановочный путь для данного автомобиля округленно составит 76 метров. Соответственно, при резерве расстояния в 29,26м водитель автомобиля «Субару Форестер», применив экстренное торможение, не имел технической возможности избежать столкновения с автомобилем «Ниссан Блюберд Силфи». 

В судебном заседании эксперт ФИО5 подтвердил выводы, изложенные в заключении, дополнительно пояснив, что формула определения остановочного пути автомобиля приведена в соответствии с указанными в заключении источниками литературы. Значение коэффициента 25,92 изначально имелось во всех формулах, последующие методики округлили коэффициент до 26. Применение того или иного коэффициента не влияет на достоверность выводов экспертизы. Относительно момента возникновения опасности для водителя автомобиля «Субару Форестер» пояснил, что таким моментом является совокупность факторов, в их числе начало смещения автомобиля «Ниссан Блюберд Силфи» на крайнюю правую полосу без включенного сигнала поворота. Перед этим автомобиль «Ниссан Блюберд Силфи» снижает скорость, что видно на видеорегистраторе, включается сигнал «стоп», автомобиль пересекает выделенную полосу для того, чтобы проехать на АЗС. Включение сигнала поворота вне зависимости от места расположения указателей поворота на автомобиле в темное время расположения суток должно было отразиться на поверхности дороги, иных объектов бликами, однако таких следов при исследовании записи не обнаружено.

Изучив представленное заключение, выслушав ответы экспертов на вопросы сторон и суда, суд не усматривает оснований ставить под сомнение достоверность заключения судебной экспертизы, поскольку оно отвечает требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в результате выводы и научно обоснованные ответы на поставленные вопросы с приведением соответствующих данных из имеющихся в распоряжении экспертов документов, основывается на исходных объективных данных с учетом совокупности представленной документации, а также на использованной при проведении исследования научной и методической литературе, в заключении указаны данные о квалификации экспертов, их образовании, значительном стаже работы. Допустимых и достаточных доказательств, указывающих на недостоверность проведенной в ходе рассмотрения дела экспертизы, либо ставящих под сомнение ее выводы, не имеется. 

Доводы представителя истца о том, что заключение экспертов выполнено с грубыми, неустранимыми нарушениями требований статьи 8 Федерального закона от 31 мая 2001 года №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», являются несостоятельными.

Так, то обстоятельство, что при описании механизма ДТП эксперты не указали, что автомобиль «Субару Форестер» двигался по крайней правой полосе, которая предназначена для движения маршрутных транспортных средств, что имело существенное технико-правовое значение для разрешения последующих вопросов, поставленных перед экспертами, подлежит отклонению, поскольку указанное обстоятельство не помешало экспертам при ответе на вопрос о том, какими правилами должен был руководствоваться водитель автомобиля «Субару Форестер», указать на нарушение данным водителем, в том числе, пункта 18.2 Правил дорожного движения.

Вывод заключения о том, что водителем ФИО8 без включения сигнала поворота совершался маневр съезда с проезжей части дороги, является мотивированным и доводами о том, что включение режима мигания указателя правового поворота автомобиля «Ниссан Блюберд Силфи» может не фиксироваться камерой видеорегистратора ввиду удаленности камеры от исследуемого «объекта» съемки, силы светового потока и степени его рассеивания, а также силы светового потока, исходящего от повторителя стоп-сигнала, более мощного света фар движущихся сзади транспортных средств, а также стационарных источников света; экспертом не приведено разрешение видеофайла, что влияет на оценку объективности исследования и его проверяемость, не опровергнут. Тем более, что доводы представителя истца в указанной части не основаны на объективных средствах доказывания, носят вероятностный характер.

Указанные доводы представителя истца, а также иные, в частности, о том, что эксперт при расчете величины остановочного пути автомобиля «Субару Форестер» применил не заявленную в списке использованной литературы методику, либо компилировал разные методики, не свидетельствуют о недостоверности заключения эксперта. Само по себе несогласие стороны истца с заключением судебной экспертизы при отсутствии сомнений суда в правильности и обоснованности данного экспертного заключения основанием для назначения повторной экспертизы по правилам статьи 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не является, в связи с чем ходатайство о назначении повторной экспертизы судом оставлено без удовлетворения.

При этом разрешение правовых вопросов, в том числе, о том, какими нормами Правил дорожного движения должны были руководствоваться водители и какие пункты названных Правил ими нарушены, относится к компетенции суда, а не эксперта.

Оценив представленные доказательства в их совокупности, суд полагает, что причинение материального ущерба истцу и механических повреждений его автомобилю не состоит в причинно-следственной связи с действиями ответчика ФИО9 

Так, в силу пункта 1.5 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года №1090 (далее ? Правила дорожного движения), участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Названные Правила дорожного движения закрепляют следующее определение термина «опасность для движения» ? ситуация, возникшая в процессе дорожного движения, при которой продолжение движения в том же направлении и с той же скоростью создает угрозу возникновения дорожно-транспортного происшествия.

«Уступить дорогу (не создавать помех)» ? это в соответствии с Правилами дорожного движения требование, означающее, что участник дорожного движения не должен начинать, возобновлять или продолжать движение, осуществлять какой-либо маневр, если это может вынудить других участников движения, имеющих по отношению к нему преимущество, изменить направление движения или скорость.

Абзацем 1 пункта 8.1 Правил дорожного движения определено, что перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны ? рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Пункт 8.2 Правил дорожного движения устанавливает, что подача сигнала указателями поворота или рукой должна производиться заблаговременно до начала выполнения маневра и прекращаться немедленно после его завершения (подача сигнала рукой может быть закончена непосредственно перед выполнением маневра). При этом сигнал не должен вводить в заблуждение других участников движения.

Подача сигнала не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности.

В соответствии с пунктом 8.4 Правил дорожного движения при перестроении водитель должен уступить дорогу транспортным средствам, движущимся попутно без изменения направления движения. 

Согласно абзацу 1 пункта 8.5 Правил дорожного движения перед поворотом направо, налево или разворотом водитель обязан заблаговременно занять соответствующее крайнее положение на проезжей части, предназначенной для движения в данном направлении, кроме случаев, когда совершается поворот при въезде на перекресток, где организовано круговое движение. 

Пунктом 10.1 Правил дорожного движения определено, что водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

В соответствии с пунктом 18.2 Правил дорожного движения на дорогах с полосой для маршрутных транспортных средств, обозначенных знаками 5.11.1, 5.13.1, 5.13.2 и 5.14, запрещаются движение и остановка других транспортных средств на этой полосе, за исключением определенных транспортных средств. 

Если эта полоса отделена от остальной проезжей части прерывистой линией разметки, то при поворотах транспортные средства должны перестраиваться на нее. Разрешается также в таких местах заезжать на эту полосу при въезде на дорогу и для посадки и высадки пассажиров у правого края проезжей части при условии, что это не создает помех маршрутным транспортным средствам.

Согласно пункту 5.14 приложения 1 к Правилам дорожного движения предписывающий знак «Полоса для маршрутных транспортных средств» означает специально выделенную полосу, по которой транспортные средства, допущенные к движению по полосам для маршрутных транспортных средств, движутся попутно общему потоку транспортных средств.

Анализируя сложившуюся дорожную обстановку, суд приходит к выводу о том, что исключительно действия водителя ФИО6 привели к созданию условий для возникновения аварийной ситуации, поскольку именно его неосмотрительные действия по небезопасному изменению направления движения по второй полосе со смещением вправо через крайнюю правую полосу на прилегающую территорию АЗС создали препятствия для продолжения движения автомобиля ФИО9 В данном случае, именно ФИО6, совершая маневр перестроения с последующим съездом на прилегающую территорию был обязан удостовериться, что не мешает движению автомобилей по проспекту Строителей, двигающихся попутно без изменения направления движения на всех полосах. Наличие знака 5.14 и соответствующей дорожной разметки не освобождало водителя ФИО6 от обязанности пропустить автомобиль, движущийся, в том числе, по крайней правой полосе прямолинейно без изменения направления движения и убедиться перед началом маневра в его безопасности.

При этом суд учитывает, что движение автомобиля под управлением ФИО9 по полосе для маршрутных транспортных средств не находится в причинно-следственной связи с ДТП. Само по себе нарушение ответчиком пункта 18.2 Правил дорожного движения повлекло привлечение его к административной ответственности, однако данное нарушение Правил не связано с причиной дорожно-транспортного происшествия, поскольку независимо от вида транспортных средств (маршрутное транспортное средство или нет), водитель ФИО6 при совершении перестроения вправо со второй полосы проспекта Строителей на прилегающую территорию АЗС, пересекая крайнюю правую полосу движения, должен был убедиться, что его автомобиль или не создает помех, или что его пропускают, в том числе и водители любых автомобилей в крайней правой полосе.

Ссылка представителя истца на разъяснения, изложенные в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 июня 2019 года №20 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», о том, что водитель транспортного средства, движущегося в нарушение Правил дорожного движения Российской Федерации по траектории, движение по которой не допускается (например, по обочине, во встречном направлении по дороге с односторонним движением), либо въехавшего на перекресток на запрещающий сигнал светофора, жест регулировщика, не имеет преимущественного права движения, и у других водителей (например, выезжающих с прилегающей территории или осуществляющих поворот) отсутствует обязанность уступить ему дорогу, в данном случае несостоятельна. 

Нарушение требований Правил дорожного движения водителем ФИО9 не создает для водителя ФИО6 право на нарушение названных Правил, поэтому действия последнего в любом случае должны были соответствовать требованиям пунктов 8.1-8.5 Правил дорожного движения. В свою очередь, ФИО9 при обнаружении опасности должен был применить торможение, как предписывает абзац 2 пункта 10.1 Правил дорожного движения, что последним и было выполнено. Отсутствие технической возможности с момента возникновения для него опасности предотвратить наезд на автомобиль истца свидетельствует об отсутствии вины ответчика в ДТП. 

При таких обстоятельствах, в виду того, что подача сигнала не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности (абзац 2 пункта 8.2 Правил дорожного движения), сам по себе факт включения или невключения ФИО6 сигнала поворота на оценку дорожной ситуации не влияет. 

С учетом изложенного, материальный ущерб истцу причинен действиями водителя его автомобиля – ФИО6, в связи с чем оснований для возмещения ущерба, причиненного автомобилю истца за счет ответчика, не имеется. Исковые требования ФИО3 подлежат оставлению без удовлетворения в полном объеме.

По правилам статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при отказе истцу в иске понесенные им судебные расходы возмещению за счет ответчика не подлежат.

Определением судьи Индустриального районного суда города Барнаула Алтайского края от ДД.ММ.ГГГГ частично удовлетворено ходатайство истца о принятии по делу обеспечительных мер. Наложен арест на имущество, принадлежащее ответчику ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, находящееся у него или других лиц, в пределах цены иска – 247 577 рублей.

В соответствии с частями 1, 3 статьи 144 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обеспечение иска может быть отменено тем же судьей или судом по заявлению лиц, участвующих в деле, либо по инициативе судьи или суда. В случае отказа в иске принятые меры по обеспечению иска сохраняются до вступления в законную силу решения суда. Однако судья или суд одновременно с принятием решения суда или после его принятия может вынести определение суда об отмене мер по обеспечению иска. 

Поскольку исковые требования ФИО3 о возмещении материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия оставлены без удовлетворения, суд полагает, что обеспечительные меры, наложенные определением судьи Индустриального районного суда 

<

адрес> края от ДД.ММ.ГГГГ, по вступлению решения суда в законную силу подлежат отмене.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес> края (паспорт ***) к ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженцу 

<

адрес> (паспорт ***), о возмещении материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, оставить без удовлетворения в полном объеме.

По вступлению решения суда в законную силу отменить меры по обеспечению иска ФИО3, наложенные определением судьи Индустриального районного суда города Барнаула Алтайского края от ДД.ММ.ГГГГ, в виде ареста имущества, принадлежащего ответчику ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, находящееся у него или других лиц, в пределах цены иска – 247 577 рублей.

Решение в апелляционном порядке может быть обжаловано лицами, участвующими в деле, путем подачи апелляционной жалобы в Алтайский краевой суд через Индустриальный районный суд города Барнаула Алтайского края в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме принято 29 января 2024 года.

Судья

ФИО1

Верно, судья

ФИО1

Секретарь судебного заседания

ФИО2

По состоянию на 29 января 2024 года

решение суда в законную силу не вступило, 

секретарь судебного заседания

ФИО2

Подлинный документ находится в гражданском деле №2-18/2024

Индустриального районного суда города Барнаула Алтайского края