дело № 12-152/17

Р Е Ш Е Н И Е

20 июля 2017 года г. Ставрополь

Октябрьский районный суд г. Ставрополя в составе:

председательствующего судьи Эминова А.И.,

при секретаре Мишечкиной А.С., 

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда жалобу Казенного предприятия Ставропольского края «Крайзооветснаб» на постановление Государственной инспекции труда в СК № 61/50/2017/9 от 29.05.2017 года по делу об административном правонарушении по ч. 1 ст. 5.27 КРФ об АП,

У С Т А Н О В И Л :

Постановлением Государственной инспекции труда в СК № 61/50/2017/9 от 29.05.2017 года Казенное предприятие Ставропольского края «Крайзооветснаб» признано виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 5.27 КРФ об АП, – нарушение трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, если иное не предусмотрено частями 3, 4 и 6 настоящей статьи и статьей 5.27.1 настоящего Кодекса.

Не согласившись с указанным постановлением, Казенное предприятие Ставропольского края «Крайзооветснаб» обжаловало постановление, указав, что как следует из постановления об административном правонарушении № 61/50/2017/9 основанием для привлечения к ответственности заявителя, послужили следующие обстоятельства: содержание приказа о приеме на работу ФИО2 не содержало условие о срочности трудового договора; ФИО3 досрочно вышла из отпуска по уходу за ребенком и приступила к исполнению своих трудовых обязанностей 04.10.2016 года, однако работодатель в данный срок отношения с ФИО2 не прекратил, и неправомерно издал приказ об увольнении последней. При этом заинтересованным лицом не учтено, что исходя из ст. 8 ГК РФ и ст. 16 ТК РФ, основанием возникновения гражданских прав и обязанностей, а в данном случае трудовых отношений является подписанный сторонами договор, а не приказ руководителя юридического лица о приеме на работу. Исходя из п. 3.1. трудового договора, заключенного между КП СК «Крайзооветснаб» и ФИО2, договор является срочным и заключенным согласно ст. 59 ТК РФ на время исполнения обязанностей ФИО3 отсутствующей на период отпуска по беременности и родам, отпуска по уходу за ребенком до достижения им возраста 3-х лет. Таким образом, трудовой договор содержит четкую формулировку о срочности, однако имеет два основания: выход на работу основного работника и достижение возраста 3-х лет ребенку основного работника (18.04.2017 года). Само же несоответствие приказа и договора не является существенным, а является результатом опечатки в приказе, что не является посягательством КП СК «Крайзооветснаб» на общественные отношения в сфере труда и не ограничивает трудовые права работника ФИО2, а, соответственно, не может являться событием административного правонарушения. Следующее же, исследованное заинтересованным лицом обстоятельство, о не своевременном увольнении временного работника в связи с досрочным выходом основного, исследовано не полно и всесторонне, а именно не исследованы, и не дана правовая оценка приказу № 14-к от 17.04.2017 года и акту передачи кассы, которые дважды передавались в инспекцию по труду, в приложении к ходатайству о прекращении производства по делу 24.05.2017 года и к возражениям в отношении акта проверки от 29.05.2017 года, что подтверждается соответствующими отметками о принятии проставленными канцелярией Государственной инспекции труда в Ставропольском крае. В результате чего не установлено, что 04.10.2016 года ФИО3 приступила к исполнению не своих обязанностей, предусмотренных заключенным с ней трудовым договорам (обязанностей бухгалтера материального стола), а приступила к исполнению обязанностей бухгалтера и впоследствии была переведена на полный рабочий день, что подтверждается приказами № 51-к от 04.10.2016 года, №-к от 26.10.2016 года, а затем по окончанию указанного в приказе о предоставлении отпуска работнику (ФИО3) от 19.10.2015 года срока, 18.04.2017 года и по ее просьбе была переведена на должность бухгалтера материального стола, которая за ней сохранилась в период отпуска, что подтверждается приказом № 14-к от 17.04.2017 года и актом передачи кассы. Данные обстоятельства и послужили поводом для издания приказа о расторжении с ФИО2 трудового договора, принятой на время исполнения отсутствовавшей ФИО3, ввиду отсутствия необходимости у работодателя в работе ФИО2 в качестве бухгалтера материального стола. При этом ФИО2 были выплачены все причитающиеся ей выплаты, кроме того с момента выхода ФИО3 на место бухгалтера у ФИО2 было более полугода на поиск подходящей ей работы, чем она не воспользовалась. Частью 4 статьи 58 ТК РФ, законодатель связывает переквалификацию срочного трудового договора на договор заключенный на неопределенный срок, с продолжением работником должностных обязанностей. То есть, по окончанию срока действия трудового договора работник должен выполнять трудовые функции, а работодатель должен нуждаться в результате продолжения работы. Законодательство не ограничивает право работодателя на перестановку имеющихся кадров по своему усмотрению и с согласия работников, более того, ст. 421 ГК РФ установлено право сторон на свободу договора, в установлении любых непротиворечащих закону прав и обязанностей. Выход ФИО3 на должность бухгалтера с последующим переводом по окончанию срока, указанного в приказе о предоставлении ей отпуска 18.04.2017 года, на должность, сохраненную за ней (бухгалтер материального стола), не противоречит нормам закона и не отменяет срочности заключенного с ФИО2 договора, поскольку ФИО3 вышла на свое рабочее место (бухгалтера материального стола) только 18.04.2017 года. Таким образом, КП СК «Крайзооветснаб» ничем не ограничены права временного работника, виновных действий, направленных на намеренное причинение ущерба или вреда работнику не совершалось, а, соответственно, не совершено действий указывающих на событие и состав административного правонарушения. Согласно ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ, производство по делу об административном правонарушении не может быть начато, а начатое производство подлежит прекращению при отсутствии события и/или состава административного правонарушения. Кроме того, помимо административного штрафа, КоАП РФ предусматривает такую меру наказания как предупреждение. Согласно ч. 2 ст. 3.4. КоАП РФ, предупреждение устанавливается за впервые совершенные административные правонарушения при отсутствии причинения вреда или возникновения угрозы причинения вреда жизни и здоровью людей, объектам животного и растительного мира, окружающей среде, объектам культурного наследия (памятникам истории и культуры) народов Российской Федерации, безопасности государства, угрозы чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера, а также при отсутствии имущественного ущерба. При этом, вышеуказанная ч. 2 ст. 3.4. КоАП РФ, не содержит диспозиции и не указывает на то, что при соответствии указанным в статье обстоятельствам возможно применение более жесткого наказания. Заинтересованным лицом в постановлении указанно, что административное правонарушение совершено впервые и не указан причиненный вред жизни и здоровью либо угроза их причинения, однако вопреки положениям ч. 2 ст. 3.4. КоАП РФ, выбрана мера наказания административный штраф, а не предупреждение. Заявитель просил прекратить производство по делу об административном правонарушении либо назначить административное наказание в виде предупреждения.

В судебном заседании представитель заявителя КП СК «Крайзооветснаб» по доверенности ФИО1 просил жалобу удовлетворить по изложенным в ней основаниям.

Представитель Государственной инспекции труда в СК по доверенности ФИО4 в судебном заседании просил отказать в удовлетворении жалобы, представив письменные возражения, в которых указал, что в адрес Государственной инспекции труда в СК поступило обращение ФИО2 о нарушении ее трудовых прав КП СК «Крайзооветснаб». Для проверки доводов, изложенных в обращении в КП СК «Крайзооветснаб» была проведена внеплановая документарная проверка. В результате было установлено, что при приеме на работу с работником ФИО2 был заключен срочный трудовой договор и издан приказ о приеме на работу. Однако в нарушение требований ч. 1 ст. 68 ТК РФ содержание приказа не содержит условие о срочности трудового договора. Приказом от 23.05.2017 года ФИО2 уволена по п. 2 ч. 1 ст. 77 ТК РФ (в связи с окончанием действия трудового договора). ФИО3 вышла на работу 04.10.2016 года и приступила к исполнению трудовых обязанностей. Так факт, что ФИО3 вышла на работу 04.10.2016 года на неполный рабочий день, а с 26.10.2016 (приказ № 55-к) года была переведена на полный рабочий день по должности бухгалтера, свидетельствует о том, что действие гарантий, предусмотренных для женщины, находящейся в отпуске в нашем случае по уходу за ребенком, что за ней сохраняется рабочее место, которое она занимала до ухода в отпуск прекращает действовать. Так как она воспользовалась своим правом выйти досрочно из отпуска и изъявила желание работать по другой должности (выполнять другую работу). Тот факт, что работодатель ненадлежащим образом оформил данный перевод (не заключил со ФИО3 дополнительное соглашение к трудовому договору о переводе ее на другую работу) ФИО3 на другую работу не может служить основанием для признания ее права на сохранение прежнего рабочего места (бухгалтера материального стола). Перевод на другую работу это было желание работника и оформлено приказом. В соответствии с положениями ч. 4 ст. 58 ТК РФ, в случае если ни одна из сторон не потребовала расторжения срочного трудового договора (в данном случае в связи с выходом на работу отсутствующего работника 04.10.2016 года, то договор считается заключенным на неопределенный срок. При таких обстоятельствах ФИО3 на основании приказа от 26.10.2016 года № 55-к работает по должности бухгалтера, т.е. по должности, которая имеется в штатном расписании предприятия. ФИО2, работая на должности бухгалтера материального стола, и трудовой договор, заключенный с нею считается заключенным на неопределенный срок. Доводы КП СК «Крайзооветснаб» о том, что за ФИО3 сохраняется ее рабочее место бухгалтера материального стола до окончания срока отпуска по уходу за ребенком, т.е. до 17.04.2017 года не основаны на действующем законодательстве. При таких обстоятельствах правовые основания для признания постановления № 61/50/2017/9 от 29.05.2017 года незаконным, отсутствуют. Представитель Государственной инспекции труда в СК просил оставить постановление № 61/50/2017/9 от 29.05.2017 года вынесенное начальником отдела - главным государственным инспектором труда (по правовым вопросам) ФИО4 в законной силе, отказать КП СК «Крайзооветснаб» в удовлетворении заявленных требований об отмене постановления.

Выслушав участников процесса, допросив участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему. 

Постановлением Государственной инспекции труда в СК № 61/50/2017/9 от 29.05.2017 года Казенное предприятие Ставропольского края «Крайзооветснаб» признано виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 5.27 КРФ об АП.

В судебном заседании установлено, что юридическим лицом - КП СК «Крайзооветснаб» нарушены требования трудового законодательства, что подтверждается протоколом об административном правонарушении от 23.05.2017 года № 61/50/2017/5. 

Согласно условиям срочного трудового договора № 2 от 03.08.2015 года ФИО2 была принята на работу в КП СК «Крайзооветснаб» на должность бухгалтера на время исполнения обязанностей ФИО3, отсутствующей на период отпуска по беременности и родам, отпуска по уходу за ребенком до достижения им возраста 3 лет. 

На основании трудового договора работодателем издан приказ № 000000019-К от 03.08.2015 года о приеме на работу ФИО2 на должность бухгалтера по основному месту работы, постоянно.

В нарушение требований ст. 68 Трудового кодекса РФ, содержание приказа (распоряжения) о приеме на работу ФИО2 не соответствует условиям заключенного с ней трудового договора. Содержание приказа о приеме не содержит информации о срочности трудового договора.

Работодатель расторжение трудового договора с ФИО2 произвел с нарушением требований ст. 79 ТК РФ.

Так, согласно ст. 79 ТК РФ, срочный трудовой договор, заключенный на период исполнения обязанностей, может быть расторгнут по его окончанию и днем его окончания является день выхода основного работника на работу.

Согласно представленным документам ФИО3 досрочно вышла из отпуска по уходу за ребенком и приступила к исполнению своих трудовых обязанностей 04.10.2016 (приказ № 51-К от 04.10.2016 года, приказ N°55-K от 26.10.2016 года).

Однако работодатель в данный срок трудовые отношения с ФИО2 не прекратил, и она продолжала исполнять свои трудовые обязанности в должности бухгалтера.

В соответствии с ч. 4 ст. 58 ТК РФ, в случае, когда ни одна из сторон не потребовала расторжения срочного трудового договора в связи с истечением срока его действия и работник продолжает работу после истечения срока действия трудового договора, условие о срочном характере трудового договора утрачивает силу и трудовой договор считается заключенным на неопределенный срок. При таких обстоятельствах работодатель неправомерно издал приказ об увольнении ФИО2 по п. 2 ч. 1 ст. 77 ТК РФ 17.04.2017 года (приказ № 000000016 от 17.04.2017 года).

ФИО3 вышла на работу 04.10.2016 года на неполный рабочий день, а с 26.10.2016 (приказ №55-к) года была переведена на полный рабочий день по должности бухгалтера, следовательно, действие гарантий предусмотренных для женщины находящейся в отпуске по уходу за ребенком (сохранение рабочего места, которое она занимала до ухода в отпуск) прекращает действовать.

ФИО3 воспользовалась своим правом выйти досрочно из отпуска и изъявила желание работать по другой должности (выполнять другую работу).

Тот факт, что работодатель ненадлежащим образом оформил данный перевод (не заключил со ФИО3 дополнительное соглашение к трудовому договору о переводе ее на другую работу) ФИО3 на другую работу не может служить основанием для признания ее права на сохранение прежнего рабочего места (бухгалтера материального стола).

В соответствии с положениями ч. 4 ст. 58 ТК РФ, в случае, если ни одна из сторон не потребовала расторжения срочного трудового договора (в нашем случае в связи с выходом на работу отсутствующего работника 04.10.2016 года), то договор считается заключенным на неопределенный срок.

При таких обстоятельствах ФИО3 на основании приказа от 26.10.2016 года № 55-к работает по должности бухгалтера, т.е. по должности, которая имеется в штатном расписании предприятия.

ФИО2, работая на должности бухгалтера материального стола и трудовой договор, заключенный с нею считается заключенным на неопределенный срок.

Доводы КП СК «Крайзооветснаб» о том, что за ФИО3 сохраняется ее рабочее место бухгалтера материального стола до окончания срока отпуска по уходу за ребенком, т.е. до 17.04.2017 года, не основаны на действующем законодательстве.

При таких обстоятельствах правовые основания для признания постановления № 61/50/2017/9 от 29.05.2017 года незаконным отсутствуют.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 30.6 - 30.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, суд,

Р Е Ш И Л :

Жалобу Казенного предприятия Ставропольского края «Крайзооветснаб» на постановление Государственной инспекции труда в Ставропольском врае № 61/50/2017/9 от 29.05.2017 года по делу об административном правонарушении, предусмотренным ч. 1 ст. 5.27 КРФ об АП, - оставить без удовлетворения, постановление Государственной инспекции труда в Ставропольском крае № 61/50/2017/9 от 29.05.2017 года по делу об административном правонарушении, предусмотренным ч. 1 ст. 5.27 КРФ об АП, - без изменения.

Решение может быть обжаловано в Ставропольский краевой суд через Октябрьский районный суд г. Ставрополя в течение 10 суток со дня его вынесения.

Судья А.И.Эминов