дело №

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

10 февраля 2020 года г. Нягань

Няганский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в составе председательствующего судьи Мироновой Е.А.,

при секретаре Боевой А.А.,

с участием заместителя прокурора г. Нягани Брюхиной Н.В.,

истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО2, действующей на основании доверенности от 16.01.2020 (л.д. 67), 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску прокурора г. Нягани в интересах ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО3 об установлении факта трудовых отношений, взыскании заработной платы и внесении записи в трудовую книжку,

У С Т А Н О В И Л :

Прокурор города Нягани в интересах ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным иском к ответчику, которым просил установить факт трудовых отношений между индивидуальным предпринимателем ФИО3 и ФИО1 с 01.09.2009 по 22.07.20019. Обязать индивидуального предпринимателя ФИО3 выплатить ФИО1 заработную плату за период с 22.07.2016 по 22.07.2019 в размере 208 631,98 руб., а также стоимость медицинских осмотров в размере 2 889,23 руб. Обязать индивидуального предпринимателя ФИО3 рассчитать компенсацию за неиспользованные дни отпуска в количестве 132 дней, оплатить листок нетрудоспособности за период с 15.08.2019 по 04.09.2019.

В обоснование заявленных требований истец указывает следующее. По обращению ФИО1 по факту нарушения её трудовых прав прокуратурой города была проведена проверка, в ходе которой установлено, что в период с 01.09.2009 по 22.07.2019 ФИО1 работала у индивидуального предпринимателя ФИО3 продавцом в киоске, расположенном в МАОУ МО г. Нягань «СОШ №». При трудоустройстве в 2009 году ФИО1 передала ФИО3 трудовую книжку, написала заявление о приеме на работу, с ней был заключен трудовой договор, однако, второй экземпляр трудового договора на руки ей не выдавался, в приказе о приеме на работу ФИО1 не расписывалась. Режим работы ФИО1 на протяжении всего времени работы у ответчика составлял пятидневную рабочую неделю с 08:30 час. до 15:20 час., с двумя выходными днями: суббота и воскресенье; в каникулярный период для учащихся образовательного учреждения МАОУ МО г. Нягань «СОШ №» ФИО1 трудовую деятельность не осуществляла; табель учета рабочего времени ответчиком на ФИО1 не велся; медицинские комиссии не оплачивались. При увольнении ФИО1 не выплачены денежные средства, причитающиеся при увольнении, в том числе и отпускные за весь период работы. 

Указанные обстоятельства свидетельствуют о наличии в спорный период трудовых отношений между ФИО1 и индивидуальным предпринимателем ФИО3

Однако, трудовые отношения ответчиком с ФИО1 оформлены не были, заработная плата и иные денежные средства, причитающиеся работнику, в полном объеме ей не выплачены.

На основании представленной ФИО1 справки из Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 3 по ХМАО – Югре в 2016 году её доход составил 74 250 руб., в 2017 году 75 300 руб., в 2018 году – 102 500 руб. Со ссылкой на ст. ст. 133, 133.1 Трудового кодекса полагал, что с ответчика в пользу ФИО1 подлежит взысканию заработная плата за период с 22.06.2016 по 22.07.2019 в размере 208 631,98 руб. (разница между минимальным размером оплаты труда, установленном в соответствующие периоды, и фактически выплаченной заработной платой, в каждом месяце спорного периода).

Из пояснений ФИО1 следует, что за 10 лет работы у ответчика в отпуске она не была. Компенсация за неиспользованные дни отпуска индивидуальным предпринимателем в день увольнения и до настоящего времени не выплачена. В связи с чем истец полагает, что ответчиком не выплачена ФИО1 компенсация за 132 дня неиспользованного отпуска. ФИО1 были представлены договоры об оказании платных медицинских услуг № от 23.08.2016 на сумму 1362 руб., № от 01.09.2017 на сумму 1527,23 руб., которые ответчиком оплачены также не были. Кроме того, проведенной проверкой установлено, что трудовые отношения между ФИО1 и ответчиком прекращены 22.07.2019. Согласно представленного листка нетрудоспособности ФИО1 освобождена от работы с 15.08.2019 по 04.09.2019, листок нетрудоспособности был направлен ответчику, однако индивидуальным предпринимателем не оплачен, возвращен. 

В судебном заседании заместитель прокурора г. Нягани Брюхина Н.В. на требованиях иска настаивала по изложенным в нем основаниям.

Истец ФИО1 поддержала исковые требования, подтвердила изложенные в иске доводы и обстоятельства осуществления трудовой деятельности у ответчика. Пояснила, что доверяла ответчику, думала, что работает официально. Указала, что заработную плату получала ежемесячно. На вопрос о выплате отпускных и оплате медкомиссий, ФИО3 ей поясняла, что оплатит позже. 

Представитель ответчика ФИО2 исковые требования в части установления факта трудовых отношений и оплате листка нетрудоспособности за период с 15.08.2019 по 04.09.2019 признала, пояснив, что фактически отношения между сторонами были трудовыми, представила трудовой договор от 01.09.2009 и приказ №к от 01.09.2009 о приеме работника на работу, заявление ФИО1 об увольнении от 22.07.2019, приказ о прекращении (расторжении) трудового договора от 22.07.2019, табеля учета рабочего времени, ведомости, а также сведения о производимых индивидуальным предпринимателем соответствующих отчислениях за работника. В удовлетворении остальных требований иска просила отказать, ссылаясь на пропуск срока истца на обращение в суд с требованием о взыскании заработной платы, оплате медкомиссии и компенсации за неиспользованные дни отпуска. Пояснила, что ФИО1 работала у ответчика по трудовому договору, с установлением неполного рабочего дня, не вырабатывала необходимую норму часов, представила расчет предполагаемой задолженности за период с декабря 2018 года по декабрь 2019 года, которая составила, по мнению ответчика, 6 982 руб. 

Свидетели Д. и Ш. в судебном заседании указали, что ФИО1 работала в киоске школы № у ИП ФИО3, график работы был с понедельника по пятницу, с двумя выходными днями – суббота и воскресенье, в каникулярный период она не работала, режима работы был с 08:30 час. до 15-20 час.

Выслушав лиц, участвующих в деле, допросив свидетелей, исследовав и оценив представленные доказательства, суд приходит к следующему.

Согласно ч. 1 ст. 37 Конституции Российской Федерации труд свободен, каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

Формами, опосредующими выполнение работ (оказание услуг), подлежащих оплате (оплачиваемая деятельность), по возмездному договору, могут быть как трудовой договор, так и гражданско-правовые договоры (подряда, поручения, возмездного оказания услуг и др.), которые заключаются на основе свободного и добровольного волеизъявления заинтересованных субъектов - сторон будущего договора.

Заключив трудовой договор с работодателем, физическое лицо приобретает правовой статус работника, содержание которого определяется положениями ст. 37 Конституции Российской Федерации и охватывает в числе прочего ряд закрепленных данной статьей трудовых и социальных прав и гарантий, сопутствующих трудовым правоотношениям либо вытекающих из них.

В соответствии со ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В силу ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации в случаях и порядке, которые установлены трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, или уставом (положением) организации, трудовые отношения возникают на основании трудового договора в результате: судебного решения о заключении трудового договора.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

В силу ст. 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В соответствии со ст. 61 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя.

Согласно ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами.

Из ч. 2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что если трудовой договор не был оформлен в письменной форме, однако работник фактически приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе, оформить трудовой договор в письменной форме.

Согласно ч. 4 ст. 11 Трудового кодекса Российской Федерации в тех случаях, когда судом установлено, что договором гражданско-правового характера фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащим нормы трудового права.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 2 п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (ч. 2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Исходя из совокупного толкования норм трудового права, содержащихся в названных статьях Кодекса следует, что к характерным признакам трудового правоотношения относятся: личный характер прав и обязанностей работника; обязанность работника выполнять определенную, заранее обусловленную трудовую функцию; подчинение работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер (оплата производится за труд).

Таким образом, законодателем предусмотрены определенные условия, наличие которых позволяло бы сделать вывод о фактически сложившихся трудовых отношениях.

Как следует из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 19.05.2009 г. № 597-О-О, суды общей юрисдикции, разрешая подобного рода споры и признавая сложившиеся отношения между работодателем и работником либо трудовыми, либо гражданско-правовыми, должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в ст. ст. 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации.

Как установлено судом в ходе рассмотрения дела, ФИО1 была допущена к работе индивидуальным предпринимателем ФИО3, однако трудовой договор заключен не был. ФИО1 выполняла обязанности продавца в киоске, где осуществлялась продажа канцелярской продукции, расположенном в МАОУ МО г. Нягань «СОШ №» с 01.09.2009 по 22.07.20019. Режим рабочего времени установлен с 08:30 часов до 15:30 часов, выходные дни – суббота, воскресение. 

Согласно справке из Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № по ХМАО – Югре в 2016 году её доход составил 74 250 руб., в 2017 году 75 300 руб., в 2018 году – 102 500 руб.

22.07.2019 ФИО1 была уволена по собственному желанию на основании п.3 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

Таким образом, в суде установлено, что между истцом ФИО1 и ответчиком с 01.09.2009 по 22.07.2019 сложились трудовые отношения без оформления трудового договора.

Данные обстоятельства подтверждаются показаниями свидетелей Д. и Ш., оснований не доверять которым у суда не имеется. Так, вопреки доводам представителя ответчика, свидетели были предупреждены об ответственности за дачу заведомо ложных показаний, о чем отобраны соответствующие подписки, приобщенные к протоколу судебного заседания. При допросе свидетелей у суда не возникло сомнений в правдивости их показаний, поскольку их показания последовательны, согласуются между собой и пояснениями истца, объективно подтверждают установленные судом обстоятельства.

Доводы представителя ответчика о том, что ФИО1 осуществляла трудовую деятельность у ответчика по трудовому договору, суд находит несостоятельными, поскольку они помимо пояснений истца и свидетельских показаний опровергаются совокупностью исследованных доказательств. 

Так, ФИО3 в рамках проведения прокурорской проверки по факту обращения ФИО1 в связи с нарушением ее трудовых прав, 25.11.2019 дала объяснения прокурору г. Нягани, согласно которым отрицала наличие факта трудовых отношений с ФИО1, ссылаясь на оказание ей услуг продавцами по гражданско-правовым договорам. Запрошенные прокурором документы не представила, указывая, что трудовой договор, заявления и приказы о приеме и увольнении ФИО1, а также иные документы, подтверждающие наличие трудовой деятельности, у нее отсутствуют. Также пояснила, что табеля учета рабочего времени не велись, так как ФИО1 оказывала разовые услуги, фиксированного времени работы у нее не было; расчетные листки не выдавались, так как вознаграждение выдавалось ФИО1 на руки в конце дня, в течение которого она оказывала услуги; личная карточка не заводилась, трудовая книжка не изымалась. Записи в трудовой книжке ФИО1 она внесла по её просьбе для оформления кредита, указав даты и номера приказов о приеме и увольнении, которых не существовало. Оплату социальных взносов, подоходного налога и взносы в пенсионный фонд ФИО1 осуществляла из своих личных средств, но через её счет индивидуального предпринимателя. Оплатить больничный ФИО1 отказалась также в связи с тем, что ФИО1 не являлась работником по трудовому договору (л.д. 31-32).

Кроме того, постановлением государственного инспектора труда Государственной инспекции труда в Ханты-Мансийском автономном округе – Югре от 15.10.2019 индивидуальный предприниматель ФИО3 была привлечена к административной ответственности по ч.4 ст. 5.27 Кодекса Российской Федерации об административных правоотношениях именно по факту уклонения от оформления трудового договора с ФИО1

Указанное постановление ФИО3 получила лично, не обжаловала, постановление вступило в законную силу 26.10.2019 и обращено к исполнению 24.12.2019.

Как следует из постановления государственного инспектора труда, в ходе рассмотрения дела об административном правонарушении, установлено, что ФИО3, будучи работодателем, в нарушение требований ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации уклонилась от заключения трудового договора с ФИО1, за что была подвергнута административному наказанию в виде административного штрафа в размере пяти тысяч рублей.

Ни ответчиком, ни его представителем вышеуказанные обстоятельства в соответствии с законом не опровергнуты.

В судебном заседании истец ФИО1 категорически заявила, что представленные стороной ответчика трудовой договор от 01.09.2009 и приказ о приеме на работу от 01.09.2009 она не подписывала, подпись в документах принадлежит не ей. В связи с чем к данным документам, а также представленным ответчиком табелям учета рабочего времени и ведомостям, суд относится критически. Ранее ответчик, как в ходе проведения проверки прокурором г. Нягани, так и в ходе рассмотрения дела об административном правонарушении, заявляла об отсутствии указанных документов. Доказательств достоверности данных документов ответчиком не представлено.

Таким образом, суд приходит к выводу, что ФИО1 лично исполняла трудовые обязанности продавца у индивидуального предпринимателя ФИО3, ее деятельность носила длительный устойчивый, а не разовый характер. ФИО1 производилась оплата труда, при этом вознаграждение истца не зависело от объема и характера работы, а зависело от количества дней, отработанных за месяц, что свидетельствует о том, что фактически ответчик выплачивал истцу заработную плату. Истцу был установлен режим рабочего времени, истица подчинялась правилам внутреннего распорядка, действовавшего у индивидуального предпринимателя ФИО3, у истца было определено конкретное рабочее место – киоск, расположенный в МАОУ «СОШ №». 

Неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений (ст. 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

При рассмотрении дела в суде установлен факт допуска истца к работе с ведома ответчика (работодателя), постоянный характер этой работы, определено место работы и выполнение трудовой функции в интересах работодателя за выплачиваемую заработную плату.

Указанные обстоятельства подтверждены совокупностью собранных по делу доказательств, в том числе показаниями указанных выше свидетелей, отвечающих критериям относимости, допустимости и достаточности, которые свидетельствуют о наличии между сторонами отношений, носящих природу трудовых. Кроме того, ответчик признал факт выполнения истцом работы, при этом гражданско-правовой характер выполнения работы не нашел своего объективного подтверждения.

Совокупность вышеуказанных обстоятельств позволяют сделать однозначный вывод о признании сложившихся между сторонами правоотношений трудовыми.

Ответчиком заявлено ходатайство об отказе в удовлетворении исковых требований истца в связи с пропуском срока исковой давности.

Так, неисполнение работодателем возложенной на него законодательством Российской Федерации обязанности по заключению трудового договора после фактического допуска работника к работе не должно лишать последнего права оформления трудовых отношений надлежащим образом.

Согласно ч. 1 ст. 14 Трудового кодекса Российской Федерации течение сроков, с которыми настоящий Кодекс связывает возникновение трудовых прав и обязанностей, начинается с календарной даты, которой определено начало возникновения указанных прав и обязанностей.

После установления наличия трудовых отношений между сторонами, они подлежат оформлению в установленном трудовым законодательством порядке, а также после признания их таковыми у истца возникает право требовать распространения норм трудового законодательства на имевшие место трудовые правоотношения, и в частности, требовать взыскания задолженности по заработной плате, компенсации за неиспользованный отпуск при увольнении и предъявлять другие требования, связанные с трудовыми правоотношениями.

При таких обстоятельствах нельзя признать основанной на законе ссылку ответчика о пропуске истцом срока на обращение в суд, поскольку с учетом положений ч. 1 ст. 14 Трудового кодекса Российской Федерации и факта установления трудовых отношений между сторонами по решению суда этот срок должен исчисляться с момента установления такого факта.

На основании изложенного, суд признает факт сложившихся трудовых отношений ФИО1 с индивидуальным предпринимателем ФИО3 с 01.09.2009 по 22.07.2019 в должности продавца, в связи с чем, считает исковое требование прокурора г. Нягани в этой части подлежащим удовлетворению.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 уволена 22.07.2019. При этом расчет с истцом не произведен.

Согласно ст. ст. 127, 140 Трудового кодекса Российской Федерации выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, в т.ч. денежная компенсация за все неиспользованные отпуска, производится в день увольнения работника.

В нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ФИО3 Л.Н. не представлено суду доказательств в подтверждение доводов об отсутствии трудовых отношений между истцом и ответчиком, а также свидетельствующих о выплате в полном объеме заработной платы и отпускных.

Разрешая вопрос о взыскании заработной платы с ответчика в пользу ФИО1, суд исходит из следующего.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений относится обеспечение права каждого работника на своевременную и в полном размере выплату справедливой заработной платы, обеспечивающей достойное человека существование для него самого и его семьи, и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда.

Согласно статье 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

В силу ст. 133.1 Трудового кодекса Российской Федерации размер минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации не может быть ниже минимального размера оплаты труда, установленного федеральным законом.

Согласно ст. 133 Трудового кодекса Российской Федерации минимальный размер оплаты труда устанавливается одновременно на всей территории Российской Федерации федеральным законом и не может быть ниже величины прожиточного минимума трудоспособного населения.

В соответствии со ст.1 Федерального закона от 19.06.2000 № 82-ФЗ «О минимальном размере оплаты труда» с 01.07.2016 установлен минимальный размер оплаты труда в сумме 7 500 рублей в месяц, с 01.07.2017 – 7800 рублей, с 01.01.2018 – 9 489 руб., с 01.05.2018 – 11 163 руб., с 01.01.2019 – 11 280 руб.

Постановлениями Правительства Ханты-Мансийского автономного округа – Югры установлена величина прожиточного минимума на душу населения и по основным социально-демографическим группам населения в Ханты-Мансийском автономном округе – Югре в период с 2016 по 2019 год для трудоспособного населения в следующих размерах: за III квартал 2016 года – 15 133 руб., за IV квартал 2016 года – 15 175 руб., за I квартал 2017 года - 15 427 руб., за II квартал 2017 года – 15 294 руб., за III квартал 2017 года – 15 632 руб., IV квартал 2017 года – 15 261 руб., за I квартал 2018 года – 15 356 руб., за II квартал 2018 года – 15 551 руб., за III квартал 2018 года - 15 646 руб., за IV квартал 2018 года – 15 615 руб., за I квартал 2019 года – 15 980 руб., за II квартал 2019 года – 16 568 руб., за III квартал 2019 года -16 647 руб. 

Согласно сведениям из Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 3 по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре в 2016 году доход ФИО1 составил 74 250 руб., в 2017 году 75 300 руб., в 2018 году – 102 500 руб.

В силу ч.3 ст. 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям. Однако суд может выйти за пределы заявленных требований в случаях, предусмотренных федеральным законом.

Истец просит обязать ответчика выплатить ФИО1 сумму не полученной заработной платы за период с 22.07.2016 по 22.07.2019 в размере 208 631,98 руб.

Суд согласен с расчетом представленным истцом, при этом в целях восстановления нарушенных прав работника полагает необходимым взыскать с ответчика в пользу ФИО1 указанную сумму, исходя из следующего.

Согласно сведений, представленных из налогового органа, сумма дохода ФИО1 в 2016 году составила 74 250 руб.. Следовательно, средняя ежемесячная заработная плата ФИО1 в 2016 году составляла 5 383,13 руб. (из расчета: 74 250 (сумма дохода за 2016 год) * 87% (с учетом вычета НДФЛ 13%)/ 12 (месяцев в году).

1) За III квартал 2016 года: 15 133 (величина прожиточного минимума в ХМАО - Югре за III квартал 2016 года) – 5 383,13 руб. (заработная плата ФИО1 за сентябрь 2016 года) = 9 749,87 руб. (разница между минимальным размером оплаты труда и фактически выплаченной заработной платой).

2) За IV квартал 2016 года: 15 175 (величина прожиточного минимума в ХМАО - Югре за IV квартал 2016 года) * 3 (количество месяцев, отработанных ФИО1 в IV квартале 2016 года) – (5 383,13 руб. (заработная плата ФИО1 за октябрь, ноябрь, декабрь 2016 года)* 3 (количество месяцев, отработанных ФИО1 в IV квартале 2016 года) = 23 375,61 руб. (разница между минимальным размером оплаты труда и фактически выплаченной заработной платой).

Согласно сведений, представленных из налогового органа, сумма дохода ФИО1 в 2017 году составила 75 300 руб. Следовательно, средняя ежемесячная заработная плата ФИО1 в 2017 году составляла 5 459,25 руб. (из расчета: 75 300 (сумма дохода за 2017 год) * 87% (с учетом вычета НДФЛ 13%)/ 12 (месяцев в году).

1) За I квартал 2017 года: 15 427 (величина прожиточного минимума в ХМАО - Югре за I квартал 2017 года) * 3 (количество месяцев, отработанных ФИО1 в I квартале 2017 года) – (5 459,25 руб. (заработная плата ФИО1 за январь, февраль, март 2017 года)* 3 (количество месяцев, отработанных ФИО1 в I квартале 2017 года) = 29 903,25 руб. (разница между минимальным размером оплаты труда и фактически выплаченной заработной платой).

2) За II квартал 2017 года: 15 294 (величина прожиточного минимума в ХМАО - Югре за II квартал 2017 года) * 2 (количество месяцев, отработанных ФИО1 в II квартале 2017 года) – (5 459,25 руб. (заработная плата ФИО1 за апрель, май 2017 года)* 2 (количество месяцев, отработанных ФИО1 в II квартале 2017 года) = 19 669,50 руб. (разница между минимальным размером оплаты труда и фактически выплаченной заработной платой).

3) За III квартал 2017 года: 15 632 (величина прожиточного минимума в ХМАО - Югре за III квартал 2017 года) – 5 459,25 руб. (заработная плата ФИО1 за сентябрь 2017 года) = 10 172,75 руб. (разница между минимальным размером оплаты труда и фактически выплаченной заработной платой).

4) За IV квартал 2017 года: 15 261 (величина прожиточного минимума в ХМАО - Югре за IV квартал 2017 года) * 3 (количество месяцев, отработанных ФИО1 в IV квартале 2017 года) – (5 549,25 руб. (заработная плата ФИО1 за октябрь, ноябрь, декабрь 2017 года)* 3 (количество месяцев, отработанных ФИО1 в IV квартале 2017 года) = 29 405,25 руб. (разница между минимальным размером оплаты труда и фактически выплаченной заработной платой).

Согласно сведений, представленных из налогового органа, сумма дохода ФИО1 в 2018 году составила 102 500 руб. Следовательно, средняя ежемесячная заработная плата ФИО1 в 2018 году составляла 7 431,25 руб. (из расчета: 102 500 (сумма дохода за 2018 год) * 87% (с учетом вычета НДФЛ 13%)/ 12 (месяцев в году).

1) За I квартал 2018 года: 15 356 (величина прожиточного минимума в ХМАО - Югре за I квартал 2018 года) * 3 (количество месяцев, отработанных ФИО1 в I квартале 2018 года) – (7 431,25 руб. (заработная плата ФИО1 за январь, февраль, март 2018 года)* 3 (количество месяцев, отработанных ФИО1 в I квартале 2018 года) = 23 774,25 руб. (разница между минимальным размером оплаты труда и фактически выплаченной заработной платой).

2) За II квартал 2018 года: 15 551 (величина прожиточного минимума в ХМАО - Югре за II квартал 2018 года) * 2 (количество месяцев, отработанных ФИО1 в II квартале 2018 года) – (7 431,25 руб. (заработная плата ФИО1 за апрель, май 2018 года)* 2 (количество месяцев, отработанных ФИО1 в II квартале 2018 года) = 16 239,5 руб. (разница между минимальным размером оплаты труда и фактически выплаченной заработной платой).

3) За III квартал 2018 года: 15 646 (величина прожиточного минимума в ХМАО - Югре за III квартал 2018 года) – 7 431,25 руб. (заработная плата ФИО1 за сентябрь 2018 года) = 8 214,75 руб. (разница между минимальным размером оплаты труда и фактически выплаченной заработной платой).

4) За IV квартал 2018 года: 15 615 (величина прожиточного минимума в ХМАО - Югре за IV квартал 2018 года) * 3 (количество месяцев, отработанных ФИО1 в IV квартале 2018 года) – (7 431,25 руб. (заработная плата ФИО1 за октябрь, ноябрь, декабрь 2018 года)* 3 (количество месяцев, отработанных ФИО1 в IV квартале 2018 года) = 24 551,25 руб. (разница между минимальным размером оплаты труда и фактически выплаченной заработной платой).

Поскольку, сведения о доходах ФИО1 в Межрайонном инспекции Федеральной налоговой службы № 3 по ХМАО – Югре за 2019 год отсутствуют, а согласно объяснений ФИО1, заработная плата в 2019 году составляла 13 500 рублей, что не опровергнуто ответчиком, следовательно, с ответчика подлежат взысканию следующие суммы:

1) За I квартал 2019 года: 15 980 (величина прожиточного минимума в ХМАО - Югре за I квартал 2019 года) * 3 (количество месяцев, отработанных ФИО1 в I квартале 2019 года) – (13 500 руб. (заработная плата ФИО1 за январь, февраль, март 2019 года)* 3 (количество месяцев, отработанных ФИО1 в I квартале 2019 года) = 7 440 руб. (разница между минимальным размером оплаты труда и фактически выплаченной заработной платой).

2) За II квартал 2019 года: 16 568 (величина прожиточного минимума в ХМАО - Югре за II квартал 2019 года) * 2 (количество месяцев, отработанных ФИО1 в II квартале 2019 года) – (13 500 руб. (заработная плата ФИО1 за апрель, май 2019 года)* 2 (количество месяцев, отработанных ФИО1 в II квартале 2019 года) = 6 136 руб. (разница между минимальным размером оплаты труда и фактически выплаченной заработной платой).

Доводы представителя ответчика о том, что ФИО1 не осуществляла трудовую деятельность в каникулярные периоды учащихся школы и актированные дни, в связи с чем указанные дни не подлежат включению в расчет, не принимаются судом во внимание. Установив факт трудовых отношений между ФИО1 и ответчиком, суд приходит к выводу, что работник обязан осуществлять трудовую деятельность независимо от указанных дней, которые нерабочими в соответствии с трудовым законодательством для работника не являлись. 

Ответчиком доказательств, объективно подтверждающих перечисление работнику заработной платы в соответствии с законом, суду не представлено. 

Однако, любой труд должен быть оплачен, и не может быть допущена дискриминация при оплате труда при установлении факта трудовых отношений, только из-за того, что работодатель, нарушая трудовое законодательство, надлежаще не оформил письменный трудовой договор и не вел учет рабочего времени.

В силу того, что факт трудовых отношений установлен и допустимых доказательств выплаты работнику заработной платы в полном объеме ответчик суду не представил, суд считает необходимым, с целью соблюдения прав гражданина на вознаграждение за труд, взыскать с ответчика заработную плату ФИО1 за указанный период с 22.07.2016 по 22.07.2019 в сумме 208 631,98 руб.

В соответствии со ст. 122 Трудового кодекса Российской Федерации Оплачиваемый отпуск должен предоставляться работнику ежегодно.

Согласно части 1 статьи 115 Трудового кодекса Российской Федерации ежегодный основной оплачиваемый отпуск предоставляется работникам продолжительностью 28 календарных дней.

Согласно ст. 321 Трудового кодекса Российской Федерации кроме установленных законодательством ежегодных основного оплачиваемого отпуска и дополнительных оплачиваемых отпусков, предоставляемых на общих основаниях, лицам, работающим в районах Крайнего Севера, предоставляются дополнительные оплачиваемые отпуска продолжительностью 24 календарных дня, а лицам, работающим в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, - 16 календарных дней.

Частью 1 статьи 127 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

Таким образом, у ФИО1 отпуск составляет 44 дня ежегодно. При этом в судебном заседании было установлено, что за период работы у ответчика в отпуске ФИО1 не была, компенсация за неиспользованные дни отпуска при увольнении ей не выплачена, что не отрицалось стороной ответчика.

За период с 22.07.2016 по 22.07.2019 ФИО1 не выплачена компенсация за 132 дня неиспользованного отпуска.

Учитывая, что ежегодные отпуска истцом не использовались, доказательств использования отпусков либо выплаты денежной компенсации за отпуска ответчиком не представлено, суд приходит к выводу, что требования прокурора г. Нягани о возложении на ответчика обязанности рассчитать компенсацию за 132 дня неиспользованного отпуска также подлежат удовлетворению. 

В соответствии со ст. 213 Трудового кодекса Российской Федерации Работники организаций пищевой промышленности, общественного питания и торговли, водопроводных сооружений, медицинских организаций и детских учреждений, а также некоторых других работодателей проходят указанные медицинские осмотры в целях охраны здоровья населения, предупреждения возникновения и распространения заболеваний.

Предусмотренные данной статьей медицинские осмотры и психиатрические освидетельствования осуществляются за счет средств работодателя.

ФИО1 в период трудовой деятельности у ответчика прошла медицинские осмотры, согласно договорам об оказании платных медицинских услуг № от 23.08.2016 на сумму 1362 руб., № от 01.09.2017 на сумму 1527,23 руб.

В связи с неоплатой медицинских осмотров работодателем, указанные суммы подлежат взысканию с ответчика в пользу ФИО1

На основании ст.183 Трудового кодекса Российской Федерации при временной нетрудоспособности работодатель выплачивает работнику пособие по временной нетрудоспособности в соответствии с федеральными законами.

Размеры пособий по временной нетрудоспособности и условия их выплаты устанавливаются федеральными законами.

В соответствии с ч.2 ст. 5 Федерального закона от 29.12.2006 N 255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством» Пособие по временной нетрудоспособности выплачивается застрахованным лицам при наступлении случаев, указанных в части 1 настоящей статьи, в период работы по трудовому договору, осуществления служебной или иной деятельности, в течение которого они подлежат обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством, а также в случаях, когда заболевание или травма наступили в течение 30 календарных дней со дня прекращения указанной работы или деятельности либо в период со дня заключения трудового договора до дня его аннулирования.

Трудовые отношения между ФИО1 и индивидуальным предпринимателем ФИО3 прекращены 22.07.2019.

Согласно листку нетрудоспособности ФИО1 освобождена от работы с 15.08.2019 по 04.09.2019.

Листок нетрудоспособности был направлен ФИО1 в адрес работодателя, однако им возвращен без оплаты (л.д. 77).

В связи с чем суд находит требования иска в части возложения обязанности на ответчика оплатить листок нетрудоспособности также обоснованными и подлежащими удовлетворению.

При подаче искового заявления истец в соответствии со ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации был освобожден от уплаты государственной пошлины. Ответчик же таких льгот не имеет.

В силу п. 1 ст.103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина – в соответствующий бюджет.

В соответствии с п.1 ч.1 ст.333.20 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче исковых заявлений, содержащих требования как имущественного, так и неимущественного характера, одновременно уплачиваются государственная пошлина, установленная для исковых заявлений имущественного характера, и государственная пошлина, установленная для исковых заявлений неимущественного характера.

При подаче искового заявления истец на основании ст.333.36 Налогового кодекса Российской Федерации был освобожден от уплаты госпошлины. Ответчик предусмотренных законом льгот по оплате государственной пошлины не имеет.

Следовательно, с него подлежит взысканию в доход местного бюджета государственная пошлина в соответствии с п.1 и п.3 ч.1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, с учетом требований ст. 52 Налогового кодекса Российской Федерации, предусматривающей исчисление налога в полных рублях, разъяснений письма Минфина России от 29.06.2015 г. N 03-05-06-03/37403, согласно которым сумма налога менее 50 копеек отбрасывается, а сумма налога 50 копеек и более округляется до полного рубля, ст. 61.1 Бюджетного кодекса Российской Федерации - в размере 5 615 руб. (их них: 5 315 руб. за требование имущественного характера и 300 руб. за требование неимущественного характера).

Руководствуясь ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования прокурора г. Нягани в интересах ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО3 удовлетворить.

Установить факт трудовых отношений между индивидуальным предпринимателем ФИО3 и ФИО1 с 01.09.2009 по 22.07.20019.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 в пользу ФИО1 заработную плату за период с 22.07.2016 по 22.07.2019 в размере 208 631,98 руб., а также стоимость медицинских осмотров в размере 2 889,23 руб.

Обязать индивидуального предпринимателя ФИО3 рассчитать и оплатить компенсацию за неиспользованные дни отпуска в количестве 44 дней, оплатить листок нетрудоспособности за период с 15.08.2019 по 04.09.2019.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 в бюджет муниципального образования город Нягань государственную пошлину в размере 5 615 руб.

Решение может быть обжаловано в суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры путем подачи апелляционной жалобы через Няганский городской суд в течение месяца со дня приятия решения суда в окончательной форме. 

Решение в окончательной форме принято 14 февраля 2020 года.

Судья Е.А. Миронова