18RS0027-01-2024-001848-77 Дело № 2-41/2025

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

26 февраля 2025 года с. Вавож УР

Увинский районный суд Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Торхова С.Н.,

при секретаре судебного заседания Никитиной Т.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску М.М.В. к Б.Е.В. о признании права собственности на недвижимое имущество, взыскании судебных расходов, 

УСТАНОВИЛ:

М.М.В. (далее - истец) обратилась в Увинский районный суд УОР с указанным иском к Б.Е.В. (далее - ответчик). Исковое заявление мотивировано тем, что согласно договору купли-продажи *** Ф.В.И. приобрела цех разморозки с блоком бытовых помещений, кадастровый номер ***, расположенный по адресу: ***, и здание холодильного комплекса, кадастровый номер ***, расположенное по адресу: ***. В последующем имущество было приобретено у Ф.В.И. Б.Е.В. на денежные средства, принадлежащие М.М.В. Таким образом, действительным собственником указанного имущества является истец. 

С учетом изложенного истец просил суд: признать за ним право собственности на цех разморозки с блоком бытовых помещений, кадастровый номер ***, расположенный по адресу: ***, и здание холодильного комплекса, кадастровый номер ***, расположенное по адресу: ***; взыскать с ответчика в пользу истца судебные расходы по уплате государственной пошлины.

В судебное заседание стороны, извещенные о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, не явились. На основании ст. 167 ГПК РФ судебное заседание проведено в их отсутствие. 

Представители истца по доверенности в судебном заседании исковые требования поддержали по основаниям и доводам, изложенным в иске. Суду пояснили, что спорные объекты недвижимости приобретались на имя Ф.В.И. по причине того, что пенсионеры освобождены от уплаты налога. Фирма Б.В.Б. в это время находилась в состоянии банкротства, что препятствовало оформлению объектов недвижимости на него. Планировалось затем оформить на объекты недвижимости право собственности истца. Объекты недвижимости приобретались на деньги истца, вырученные от продажи квартиры в ***. Стоимость квартиры составляла 5 млн. руб., хотя и в договоре она указана в меньшем размере. Денежные средства от продажи квартиры были получены наличными денежными средствами, внесены на счет К.С.А., а с его счета перечислены на счет Б.Е.В., затем на счет Ф.В.И. Спорное имущество приобреталось на торгах на имя Ф.В.И., сопровождением сделки занимался Б.В.Б. с агентом К.Д.И. Бремя содержания имущества в настоящее время несет М.М.В. посредством Б.В.Б., который следит за имуществом, оплачивает счета, но распорядиться спорным имуществом не может. 

Представитель ответчика в судебном заседании иск не признал. Суду пояснил, что спорное имущество приобреталось на денежные средства Б.Е.В., в последующем оформлено на ее имя по договору дарения. 

Свидетель К.С.А., допрошенный посредством видеоконференцсвязи, суду показал, что родственникам, лицам, участвующим в деле, не приходится. По поводы продажи квартиры истца в *** пояснил, что по просьбе Б.О.В. встретился с ней и сопровождал ее при совершении сделки. Когда она получила день, они вместе поехали в банк, где денежные средства по просьбе Б.О.В. были внесены на его счет, а затем переведены на счет ее дочери Б.Е.В. Операции производились дважды 29 мая 2021 года и 03 июня 2021 года. В составе переводимых денежных средства личные средства истца отсутствовали. Со слов Б.О.В. денежные средства переводились для приобретения недвижимости на имя Б.Е.В.. 

Свидетель К.Д.И. суду показал, что в 2021 году Б.В.Б. обратился к нему с вопросом о покупке комплекса. Прислал документы на имя Ф.В.И. На ее имя объекты недвижимости были приобретены с торгов. Саму Ф.В.И. свидетель никогда не видел, Б.В.Б. пояснил, что она его теща. Комиссия как агенту была свидетелю выплачена Б.В.Б. Все переговоры свидетель вел только с Б.В.Б.

Выслушав участников, изучив и проанализировав материалы гражданского дела, суд приходит к следующему. 

Из материалов дела судом установлено, что *** между ООО «***» в лице конкурсного управляющего К.А.В. (Продавец) и Ф.В.И. (Покупатель) заключен договор купли-продажи, в том числе, недвижимого имущества: цех разморозки с блоком бытовых помещений, кадастровый номер ***, расположенный по адресу: ***; здание холодильного комплекса, кадастровый номер ***, расположенное по адресу: ***. 

Стоимость отчуждаемого имущества определена в размере 2572000 руб. по результатам проведения открытых торгов по продаже имущества ООО «***» ***. 

Регистрация перехода права собственности осуществлена 21 декабря 2021 года. 

*** года Ф.В.И. передала указанное имущество по договору дарения Б.Е.В.

Регистрация перехода права собственности осуществлена ***. 

В ходе рассмотрения спора истец ссылался на то, что спорное имущество приобретены в 2021 году на средства, полученные истцом от продажи имевшейся у нее в собственности квартиры в ***, на имя Ф.В.И., но фактическим владельцем становился истец.

Обстоятельства получения денежных средств по договору купли-продажи квартиры М.М.В. установлены, вступившим в законную силу решением Увинского районного суда УР от 27 марта 2023 года по делу ***, которое в соответствии с правилами ст. 61 ГПК РФ носит преюдициальный характер для настоящего дела. 

Согласно установленным по указанному делу обстоятельствам денежные средства по договору купли-продажи получены М.М.В. в виде наличных денежных средств лично по расписке, составленной ***. 

Согласно ст. 8.1 ГК РФ в случаях, предусмотренных законом, права, закрепляющие принадлежность объекта гражданских прав определенному лицу, ограничения таких прав и обременения имущества (права на имущество) подлежат государственной регистрации. Государственная регистрация прав на имущество осуществляется уполномоченным в соответствии с законом органом на основе принципов проверки законности оснований регистрации, публичности и достоверности государственного реестра. В государственном реестре должны быть указаны данные, позволяющие определенно установить объект, на который устанавливается право, управомоченное лицо, содержание права, основание его возникновения (ч. 1).

Права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом (ч. 2).

Запись в государственный реестр вносится при наличии заявлений об этом всех лиц, совершивших сделку, если иное не установлено законом. Если сделка совершена в нотариальной форме, запись в государственный реестр может быть внесена по заявлению любой стороны сделки, в том числе через нотариуса (ч. 3).

В соответствии с ч. 1 ст. 131 ГК РФ право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней. Регистрации подлежат: право собственности, право хозяйственного ведения, право оперативного управления, право пожизненного наследуемого владения, право постоянного пользования, ипотека, сервитуты, а также иные права в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными законами.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 3 и 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» статья 8.1 ГК РФ содержит основополагающие правила государственной регистрации прав на имущество, подлежащие применению независимо от того, что является объектом регистрации (права на недвижимое имущество, доля в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью и др.). Данная норма распространяется на регистрацию в различных реестрах: Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним, Едином государственном реестре юридических лиц и т.д.

При рассмотрении спора о праве на имущество, зарегистрированном в государственном реестре, к участию в деле в качестве ответчика должно быть привлечено лицо, за которым зарегистрировано право на это имущество.

Разрешая спор, суд, руководствуясь указанными положениями закона и разъяснениями, оценив представленные в материалы дела доказательства, учитывая, что доказательств того, что действительная воля всех сторон сделки - договора купли-продажи, заключенного *** между ООО «***» и Ф.В.И., в пользу Ф.В.И. была направлена на возникновение иных правовых последствий, нежели вытекающих из заключенной сделки, стороной истца не представлено, приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований.

Пари принятии решения суд учитывает также тот факт, что истцом требования о признании сделок, заключенных *** (купля-продажа) и *** (дарение), не заявлено, соответственно, указанные требования не могли быть разрешены судом. 

Сам по себе факт участия Б.В.Б. в процессе содержания недвижимого имуществ по поручению М.М.В., не влечет автоматическое признание ее собственником недвижимого имущества, а наличие договоренности о совершении притворной сделки и переоформлении в будущем прав на истца, объективно ничем не подтверждено.

Сама по себе передача истцом денежных средств Б.Е.В. и Ф.В.И. в отсутствии доказательств заключенного между сторонами соглашения, не свидетельствует о расходовании Ф.В.И. денежных средств на приобретение спорного имущества. 

Договор купли-продажи недвижимого имущества от *** и договор дарения от *** по своей форме и содержанию соответствует требованиям, установленным действующим гражданским законодательством, между сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора, воля сторон при заключении указанных договоров была направлена на возмездное (в первом случае) отчуждение и получение другой стороной сделки имущества.

В соответствии с пунктом 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Согласно статье 422 Гражданского кодекса Российской Федерации условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

В силу статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Из разъяснений, данных в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении спора о мнимости сделки следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Установив, что договор купли-продажи от *** и договор дарения от *** отвечают требованиям действующего законодательства, расчет между сторонами договора купли-продажи произведен полностью, переход права собственности на спорные объекты по договору купли-продажи и договору дарения был зарегистрирован в Управлении Росреестра, принимая во внимание отсутствие надлежащих доказательств, бесспорно свидетельствующих о том, что воля всех сторон сделки в пользу Ф.В.И. и затем Б.Е.В. была направлена на возникновение иных правовых последствий, нежели вытекающих из заключенной сделки, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения иска. 

Согласно статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (п. 3).

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (п. 4).

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В пункте 2 названной статьи указано, что в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 этой статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

При этом поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения (абз. 4 п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Действуя во исполнение приведенных требований закона, суд, тщательно исследовав представленные доказательства, в том числе, показания представителя истца Б.В.Б. о том, что сделки на имя Ф.В.И. заключались в целях уклонения от уплаты налогов, имущество не могло быть оформлено на имя Б.В.Б. по причине возможного обращения на него взыскания по делу о банкротстве ООО «Вавож-Рыба», где он являлся учредителем, приходит к выводу о недобросовестном поведении истца при совершении указанных сделок, в результате которого нарушенное право защите не подлежит.

Принимая во внимание, что суд отказывает в удовлетворении иска о признании права собственности, с учетом правил ст. 98 ГПК РФ, отсутствуют основания для удовлетворения иска в части требования о взыскании судебных расходов по уплате государственной пошлины. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска М.М.В., паспорт серия ***, к Б.Е.В., СНИЛС ***, о признании права собственности на цех разморозки с блоком бытовых помещений, кадастровый номер ***, расположенный по адресу: ***, и здание холодильного комплекса, кадастровый номер ***, расположенное по адресу: ***, а также о взыскании судебных расходов, отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд Удмуртской Республики через Увинский районный суд УР в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 01 апреля 2025 года.

Председательствующий судья С.Н. Торхов