Дело № 2а-102/2025 (2а-2447/2024)

***

***

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

18 марта 2025 года город Кола Мурманской области

Кольский районный суд Мурманской области в составе:

председательствующего судьи Ивановой Н.А.,

при секретаре Цветковой Е.И., 

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 18» Управления Федеральной службы исполнения наказаний, Управлению Федеральной службы исполнения наказаний России, Федеральному казенному учреждению здравоохранения «Медико-санитарная часть №51» Федеральной службы исполнения наказаний России, здравпункту № 1 филиала «Больница» Федерального казенного учреждения здравоохранения «Медико-санитарная часть №51» Федеральной службы исполнения наказаний России, Федеральной службе исполнения наказаний России, Федерального казенного учреждения здравоохранения «Медико-санитарная часть №10» Федеральной службы исполнения наказаний России, ФИО2 о ненадлежащем оказании медицинской помощи, взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявления к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 18» Управления Федеральной службы исполнения наказаний (далее – ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области), Управлению Федеральной службы исполнения наказаний России, Федеральному казенному учреждению здравоохранения «Медико-санитарная часть №51» Федеральной службы исполнения наказаний России, здравпункту № 1 филиала «Больница» Федерального казенного учреждения здравоохранения «Медико-санитарная часть №51» Федеральной службы исполнения наказаний России, Федеральной службе исполнения наказаний России о ненадлежащих условиях содержания и ненадлежащем оказании медицинской помощи, взыскании компенсации морального вреда. В обоснование требований указал, что в период отбывания наказания в ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области с *** по *** в отряде № и с *** по *** в ПКТ нарушались условия содержания. В указанный период также не оказывалась надлежащая медицинская помощь по заболеванию гепатит С, кожный дерматит лица, острая язва двенадцатиперстной кишки.

Определением суда, занесенным в протокол судебного заседания к участию в деле в качестве соответчиков привлечены ФКУЗ МСЧ-10 ФСИН России, ФИО2

Определением суда от *** административные исковые требования о ненадлежащем оказании медицинской помощи, взыскании компенсации морального вреда выделены в отдельное производство.

Административный истец в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещался надлежащим образом, от участи в судебном заседании с использованием сеанса видеоконференц-связи отказался.

Административный ответчик ФКУЗ МСЧ-51 ФСИН России, ФСИН России, УФСИН России по Мурманской области в судебное заседание представителя не направил, о времени и месте рассмотрения дела извещался надлежащим образом, о причинах неявки не сообщил. Представил возражение на исковое заявление указав, что в спорный период времени медицинскую помощь осужденным оказывало ФКУЗ МСЧ-10 ФСИН России. Ссылаясь на отсутствие фактов ограничения или ущемления прав истца в части медицинского обслуживания просил в удовлетворении исковых требований отказать.

Представитель ФКУЗ МСЧ-10 ФСИН России в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещался надлежащим образом, ходатайствовал о проведении судебного заседания с использованием видеоконференц-связи Петрозаводского городского суда Республики Карелия, представил возражения, просил в удовлетворении исковых требований отказать, поскольку какого-либо бездействия и нарушения правил прохождения медицинского обследования в отношении истца не допущено. Согласно ответу Петрозаводского городского суда Республики Карелия, возможность организовать видеоконференц-связь отсутствует. 

Представитель здравпункта № 1 филиала «Больница» ФКУЗ МСЧ-51 ФСИН России, ФИО2 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещались надлежащим образом, о причинах неявки не сообщили, мнение по заявленным требованиям не представили. 

Учитывая требования статьи 150 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело без участия не явившихся лиц.

Исследовав материалы дела, медицинскую документацию административного истца, суд приходит к следующему.

Пунктом 2 части 2 статьи 1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее - КАС РФ) предусмотрено, что дела об оспаривании решений, действий (бездействия) органов государственной власти, иных государственных органов, органов военного управления, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих рассматриваются в порядке, предусмотренном главой 22 настоящего Кодекса. 

Согласно ч. 1 ст. 218 КАС РФ, гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями (включая решения, действия (бездействие) квалификационной коллегии судей, экзаменационной комиссии), должностного лица, государственного или муниципального служащего (далее - орган, организация, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями), если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности. Гражданин, организация, иные лица могут обратиться непосредственно в суд или оспорить решения, действия (бездействие) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, в вышестоящие в порядке подчиненности орган, организацию, у вышестоящего в порядке подчиненности лица либо использовать иные внесудебные процедуры урегулирования споров.

В силу ч. 9 ст. 226 КАС РФ, при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд выясняет: 1) нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца; 2) соблюдены ли сроки обращения в суд; 3) соблюдены ли требования нормативных правовых актов, устанавливающих: а) полномочия органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, на принятие оспариваемого решения, совершение оспариваемого действия (бездействия); б) порядок принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия) в случае, если такой порядок установлен; в) основания для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия), если такие основания предусмотрены нормативными правовыми актами; 4) соответствует ли содержание оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения.

Согласно статье 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации (далее также - УИК РФ) при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан РФ с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством РФ.

В силу части 2 статьи 10 и части 6 статьи 12 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации (далее также - УИК РФ) при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации; осужденные имеют право на охрану здоровья, включая получение первичной медико-санитарной и специализированной медицинской помощи в амбулаторно-поликлинических или стационарных условиях в зависимости от медицинского заключения, в соответствии с частью 2 статьи 72 этого же кодекса им предоставляется медицинская помощь.

В соответствии с ч.ч. 1, 3, 7 ст. 26 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» лица, задержанные, заключенные под стражу, отбывающие наказание в виде ограничения свободы, ареста, лишения свободы либо административного ареста, имеют право на оказание медицинской помощи, в том числе в необходимых случаях в медицинских организациях государственной системы здравоохранения и муниципальной системы здравоохранения, в соответствии с законодательством Российской Федерации. При невозможности оказания медицинской помощи в учреждениях уголовно-исполнительной системы лица, заключенные под стражу или отбывающие наказание в виде лишения свободы, имеют право на оказание медицинской помощи в медицинских организациях государственной системы здравоохранения и муниципальной системы здравоохранения, а также на приглашение для проведения консультаций врачей-специалистов указанных медицинских организаций в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, за счет бюджетных ассигнований федерального бюджета, предусмотренных на эти цели федеральному органу исполнительной власти, осуществляющему правоприменительные функции, функции по контролю и надзору в сфере исполнения уголовных наказаний в отношении осужденных. Порядок организации оказания медицинской помощи, в том числе в медицинских организациях государственной и муниципальной систем здравоохранения, лицам, указанным в части 1 настоящей статьи, устанавливается законодательством Российской Федерации, в том числе нормативными правовыми актами уполномоченного федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, по согласованию с уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Приказом Минздравсоцразвития Российской Федерации № 190 от 17.10.2005 утвержден Порядок организации медицинской помощи лицам, отбывающим наказание в местах лишения свободы и заключенным под стражу (действовавший до 17.01.2018).

Согласно п. 2 Порядка, медицинская помощь подозреваемым, обвиняемым и осужденным предоставляется лечебно-профилактическими учреждениями и медицинскими подразделениями учреждений Федеральной службы исполнения наказаний, создаваемыми для этих целей, либо ЛПУ государственной и муниципальной систем здравоохранения.

Согласно пункту 3 Порядка, организация медицинской помощи подозреваемым, обвиняемым, осужденным, а также контроль качества ее оказания осуществляются соответствующими федеральными органами исполнительной власти, их территориальными органами, в том числе медицинскими управлениями, отделами, отделениями, органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления по принадлежности ЛПУ или медицинского подразделения.

Пунктами 5 - 8 указанного Порядка установлено, что основными принципами деятельности медицинских служб является обеспечение: соблюдения прав подозреваемых, обвиняемых и осужденных на охрану здоровья и государственных гарантий на бесплатную медицинскую помощь; приоритета профилактических мер в области охраны здоровья; доступности медицинской помощи. Основными задачами медицинской службы в числе прочих являются организация оказания медицинской помощи подозреваемым, обвиняемым и осужденным, содержащимся в следственных изоляторах и исправительных учреждениях ФСИН России; осуществление контроля за состоянием здоровья лиц, содержащихся в Учреждениях. Организация профилактической, лечебно-диагностической работы обеспечивается в соответствии с утвержденными в установленном порядке нормативными правовыми актами. Организация медицинской помощи подозреваемым, обвиняемым и осужденным включает комплекс профилактических, лечебно-диагностических мероприятий, направленных на обеспечение их прав на охрану здоровья. 

Для оказания медицинской помощи подозреваемым, обвиняемым и осужденным в Учреждении организуется медицинская часть, которая является структурным подразделением Учреждения: следственного изолятора, исправительного учреждения, в том числе исправительной колонии, лечебного исправительного учреждения, воспитательной колонии либо филиалом лечебно-профилактического учреждения (пункт 13 Порядка). 

Основная цель деятельности медицинской части - гарантированное обеспечение оказания первичной медицинской помощи лицам, содержащимся в Учреждении (пункт 14 Порядка). 

Согласно положениям части 1 статьи 32 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинская помощь оказывается медицинскими организациями и классифицируется по видам, условиям и форме оказания такой помощи.

К видам медицинской помощи относятся: 1) первичная медико-санитарная помощь; 2) специализированная, в том числе высокотехнологичная, медицинская помощь; 3) скорая, в том числе скорая специализированная, медицинская помощь; 4) паллиативная медицинская помощь (часть 2 статьи 32 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В силу части 1 статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Согласно Уставу, утвержденному Приказом ФСИН России от 01.04.2015 № 287 ФКУЗ МСЧ-10 ФСИН России оказывает медико-санитарное обеспечение сотрудников, пенсионеров УИС и членов их семей, осужденных, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, и иных граждан, прикрепленных на медицинское обслуживание в установленном порядке, федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор.

Как установлено судом и следует из возражений административных ответчиков, ФКУЗ МСЧ-10 ФСИН России осуществляло медицинское обеспечение подозреваемых, обвиняемых и осужденных, содержащихся в учреждениях УФСИН России по Мурманской области в период с *** по ***.

Из ответа информационного центра УМВД России по Мурманской области следует, что ФИО1 осужден приговором *** суда *** *** на срок 4 года лишения свободы. *** освобожден из ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области по отбытию срока наказания.

Таким образом, ФКУЗ МСЧ-10 ФСИН России являлось компетентным лицом, оказывающим медицинскую помощь ФИО1 в период его отбывания наказания в виде лишения свободы.

Согласно справочным сведениям, ФИО1 наблюдался в здравпункте № 1 филиала «Больница № 2» ФКУЗ МСЧ-51 ФСИН России с *** по ***. Установлен основной диагноз: ***

Рассматривая требования административного истца об оказании медицинской помощи при заболевании хроническим вирусным гепатитом С, суд исходит из следующего.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 01 декабря 2004 г. № 715 «Об утверждении перечня социально значимых заболеваний и перечня заболеваний, представляющих опасность для окружающих» гепатит «C» включен в перечень социально значимых заболеваний.

Согласно части 1 статьи 33 Федерального закона от 30 марта 1999 г. № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» больные инфекционными заболеваниями, лица с подозрением на такие заболевания и контактировавшие с больными инфекционными заболеваниями лица, а также лица, являющиеся носителями возбудителей инфекционных болезней, подлежат лабораторному обследованию и медицинскому наблюдению или лечению и в случае, если они представляют опасность для окружающих, обязательной госпитализации или изоляции в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

Пунктом 2.1 Санитарно-эпидемиологических правил СП 3.1.3112-13 «Профилактика вирусного гепатита C», утвержденных постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 22 октября 2013 г. № 58 (действовавшими в спорный период 2015-2019 гг.) (далее – СП 3.1.3112-13) гепатит «C» представляет собой инфекционную болезнь человека вирусной этиологии с преимущественным поражением печени, характеризующуюся бессимптомным течением острой формы инфекции (70 - 90% случаев) и склонностью к развитию хронической формы (60 - 80% случаев) с возможным исходом в цирроз печени и гепатоцеллюлярную карциному. Элиминация вируса из организма наблюдается у 20 - 40% инфицированных, у которых могут пожизненно выявляться иммуноглобулины класса G к вирусу гепатита C (anti-HCV IgG).

В силу пункта 3.9 СП 3.1.3112-13 диагноз ОГС или ХГС подтверждается только при выявлении в сыворотке (плазме) крови РНК вируса гепатита «С» с учетом данных эпидемиологического анамнеза и результатов клинико-лабораторных исследований (активность аланин- и аспартатаминотрансферазы, концентрация билирубина, определение размеров печени и другие).

Пунктом 6.4.1.1 санитарно-эпидемиологических правил СП 3.1.3112-13 «Профилактика вирусного гепатита «C» определено, что лица, у которых при обследовании в сыворотке (плазме) крови впервые выявлены anti-HCV IgG и (или) РНК вируса гепатита C, в течение 3 дней направляются врачом, назначившим обследование, к врачу-инфекционисту для постановки на диспансерный учет, проведения комплексного клинико-лабораторного обследования, установления диагноза и определения тактики лечения.

Согласно пункту 7.4 указанных санитарных правил диспансерное наблюдение за больными «хроническим гепатитом «С» и лицами, у которых при скрининге выявлены антитела к вирусу гепатита «C» (при отсутствии у них рибонуклеиновой кислоты вируса гепатита «C»), осуществляется не реже одного раза в 6 месяцев с проведением комплексного клинико-лабораторного обследования с обязательным исследованием сыворотки (плазмы) крови на наличие рибонуклеиновой кислоты вируса гепатита «C».

Лица с наличием anti-HCV IgG, у которых отсутствует РНК вируса гепатита C при динамическом лабораторном обследовании в течение 2 лет с периодичностью не реже одного раза в 6 месяцев, считаются реконвалесцентами и подлежат снятию с диспансерного наблюдения (пункт 7.5 СП 3.1.3112-13).

Согласно клиническим рекомендациям «Хронический вирусный гепатит «С» у взрослых», утвержденных Минздравом России в 2016 г., на этапе диспансерного наблюдения рекомендовано: проводить 2 раза в год - клинический анализ крови с исследованием лейкоцитарной формулы, общий анализ мочи, биохимический анализ крови (с исследованием общего билирубина и его фракции, аланинаминотрансферазы, аспартатаминотрансферазы, щелочной фосфатазы, гаммаглютамилтранспептидазы, холестерина, мочевины, креатинина), протеинограмму, определение протромбинового индекса, молекулярно-биологическое исследование: РНК вируса гепатита «С» (качественный тест), РНК вируса гепатита «С» (количественный тест - при положительном результате качественного теста и планируемой противовирусной терапии); проводить 1 раз в год - определение уровня альфафетопротеина, ультразвуковое исследование органов брюшной полости и забрюшинного пространства, выполнение неинвазивной диагностики фиброза печени (эластометрия, ФиброТест, ФиброМетр), фиброгастродуоденоскопию.

Приказом Минздрава России от 07.11.2012 № 685н (действовавший в спорный период) утвержден Стандарт специализированной медицинской помощи при хроническом вирусном гепатите C (диагностика, лечение и диспансерное наблюдение).

Вышеуказанным стандартом установлены периодичность и виды оказания услуг для диагностики заболевания вирусным гепатитом С, а также перечень медицинских услуг для лечения заболевания, состояния и контроля за лечением.

Из пояснений врача-инфекциониста МОЦСВМП, данных по итогу изучения медицинской карты ФИО1 следует, что представленная медицинская документация результаты крови на определения РНК ВГС методом ПЦР, позволяющие установить или исключить заболевание хроническим вирусным гепатитом С не содержит, поскольку не представлены результаты динамического исследования крови молекулярно-биологическим методом (ПЦР) с интервалом не менее 6 месяцев. Указано, что хронический вирусный гепатит С может завершиться спонтанной реконвалесценцией (выздоровлением). В медицинской карте ФИО1 сведений, позволяющих с достоверностью определить этиологию выявленного у него заболевания хронический вирусный гепатит С не имеется. Указано, что пациент находился под динамическим наблюдением медицинских работников, его состояние контролировалось, жизнеугрожающие синдромы, осложнения хронического вирусного гепатита С в виде цирроза печени, гепатоцеллюлярной карциономы у ФИО1 не зафиксированы. 

Значимость и влияние допущенных дефектов на развитие неблагоприятного для истца исхода, а также установить причинно-следственную связь между допущенным дефектом и ухудшением течения у ФИО1 заболевания хроническим вирусным гепатитом С в спорный период возможно установить только при установлении (подтверждении) диагноза и проведении клинико-лабораторных исследований в порядке, предусмотренном разделом VII Постановления Главного государственного санитарного врача РФ от 28.01.2021 № 4 «Об утверждении санитарных правил и норм СанПин 3.3686-21 «Санитарно-эпидемиологические требования по профилактике инфекционных заболеваний».

Таким образом, при рассмотрении дела установлено, что в медицинской карте истца имелись сведения о наличии у него диагноза ХВГС, который в дальнейшем медицинскими работниками отражался в анамнезе, однако, данный диагноз лабораторными исследованиями подтвержден не был, в связи с чем, лечение не проводилось.

В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 37 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ медицинская помощь (в том числе диагностика) в Российской Федерации организуется и оказывается на основе клинических рекомендаций (клинические рекомендации - документы, содержащие основанную на научных доказательствах структурированную информацию по вопросам профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, в том числе протоколы ведения (протоколы лечения) пациента, варианты медицинского вмешательства и описание последовательности действий медицинского работника с учетом течения заболевания, наличия осложнений и сопутствующих заболеваний, иных факторов, влияющих на результаты оказания медицинской помощи (пункт 23 части 1 статьи 2 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ).

Клинические рекомендации не являются нормативными актами, а являются рекомендательными документами и отражают взгляды специалистов, основанные на тщательном анализе научных данных, доступных во время их подготовки, имеют практическую направленность и выступают ориентиром для врача при оказании медицинской помощи в конкретных ситуациях.

Согласно части 1.1. статьи 37 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ переход медицинских организаций к оказанию медицинской помощи на основе клинических рекомендаций, разработанных и утвержденных в соответствии с частями 3, 4, 6 - 9 и 11 указанной статьи, осуществляется поэтапно в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, но не позднее 01.01.2025.

В соответствии с частью 2 статьи 70 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ, лечащий врач организует своевременное квалифицированное обследование и лечение пациента, предоставляет информацию о состоянии его здоровья, по требованию пациента или его законного представителя приглашает для консультаций врачей-специалистов, при необходимости созывает консилиум врачей для целей, установленных частью 4 статьи 47 настоящего Федерального закона. Рекомендации консультантов реализуются только по согласованию с лечащим врачом, за исключением случаев оказания экстренной медицинской помощи.

Суд приходит к выводу, что в ходе рассмотрения дела не установлено объективных признаков ухудшения состояния здоровья у ФИО1, которое могло бы быть связано с какими-либо дефектами оказания медицинской помощи, поскольку истец находился под динамическим наблюдением медицинских сотрудников. При этом, административным истцом в исковом заявлении не указаны какие имелись по его мнению неблагоприятные последствия, связанные с ненадлежащим оказанием медицинской помощи, в связи с чем приходит к выводу о том, что причинно-следственная связь между действиями (бездействием) должностных лиц ФКУЗ МСЧ-10 ФСИН России и нарушением прав истца отсутствует и не свидетельствует о недостатках качества оказания медицинской помощи по заболеванию гепатит С.

Суд учитывает, что в соответствии со Стандартом специализированной медицинской помощи при хроническом вирусном гепатите C, инструментальные и лабораторные исследования, проводятся по медицинским показаниям по назначению лечащего врача, а согласно заключению специалиста, данных, свидетельствующих о наличии жизнеугрожающих синдромов, осложнений вирусного гепатита С в виде цирроза печени, гепатоцелюллярной карциномы у истца не зафиксировано, в связи с чем, оснований для признания действий (бездействия) ответчиков незаконными не имеется.

Доказательств ухудшения состояния здоровья, которое бы повлекло за собой какой-либо неблагоприятный исход для истца материалы дела не содержат, в связи с чем, суд не усматривает нарушение прав ФИО1 на оказание надлежащей медицинской помощи.

Доводы административного истца о ненадлежащем оказании медицинской помощи по заболеванию «язва двенадцатиперстной кишки», а также «себорейный дерматит лица» судом отклоняются, как не нашедшие своего подтверждения при рассмотрении дела.

Так, из пояснений заместителя главного врача по медицинской части ГОБУЗ «МГП № 2», по результату изучения медицинской карты ФИО1 определено, что истцу установлены диагнозы: ***

По данным амбулаторных карт при выявлении себорейного дерматита лица истцу назначена терапия (мазь «синафлан»), дан совет. Обострение или подтверждение диагноза язвенная болезнь ДПК в амбулаторной карте отсутствует, диагноз указан со слов пациента. Жалобы и объективный статус не содержат признаков обострения язвенной болезни. Лечение, госпитализация, дополнительные консультации не требовались.

Кроме того, из пояснений врача-инфекциониста МОЦСВМП также указано, что ФИО1 в период с *** гг. к врачу-дерматовенерологу ГОАУЗ «МОЦСВМП» не обращался, в то время как в указанный период обращался в медицинское учреждение по иным жалобам.

В соответствии с разъяснениями изложенными в пункте 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», при рассмотрении административных дел, связанных с непредоставлением или ненадлежащим оказанием лишенному свободы лицу медицинской помощи, судам с учетом конституционного права на охрану здоровья и медицинскую помощь следует принимать во внимание законодательство об охране здоровья граждан, а также исходить из того, что качество необходимого медицинского обслуживания, предоставляемого в местах принудительного содержания, должно быть надлежащего уровня с учетом режима мест принудительного содержания и соответствовать порядкам оказания медицинской помощи, обязательным для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, и стандартам медицинской помощи (статья 41 Конституции Российской Федерации, статья 4, части 2, 4 и 7 статьи 26, часть 1 статьи 37, часть 1 статьи 80 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Суд, оценивая соответствие медицинского обслуживания лишенных свободы лиц установленным требованиям, с учетом принципов охраны здоровья граждан может принимать во внимание, в частности, доступность такого обслуживания (обеспеченность лекарственными препаратами с надлежащими сроками годности), своевременность, правильность диагностики, тождественность оказания медицинской помощи состоянию здоровья, лечебную и профилактическую направленность, последовательность, регулярность и непрерывность лечения, конфиденциальность, информированность пациента, документированность, профессиональную компетентность медицинских работников, обеспечение лишенного свободы лица техническими средствами реабилитации и услугами, предусмотренными индивидуальной программой реабилитации или реабилитации инвалида (статья 4 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», часть 7 статьи 101 Уголовно-исполнительного кодекса РФ).

При этом необходимо учитывать, что само по себе состояние здоровья лишенного свободы лица не может свидетельствовать о качестве оказываемой ему медицинской помощи. Доказательствами надлежащей реализации права на медицинскую помощь, включая право на медицинское освидетельствование, в том числе в случаях, когда в отношении лишенного свободы лица в установленном порядке применялись меры физического воздействия, могут являться, например, акты медицинского освидетельствования и иная медицинская документация. Отсутствие сведений о проведении необходимых медицинских осмотров и (или) медицинских исследований может свидетельствовать о нарушении условий содержания лишенных свободы лиц (статья 24 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», статья 84 КАС РФ).

Согласно части 1 статьи 218, части 2 статьи 227 КАС РФ для признания незаконными решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, необходимо одновременное наличие двух условий: несоответствие такого решения, действия (бездействия) закону или иному нормативному правовому акту; наличие нарушения прав и законных интересов заявителя, поскольку административное исковое заявление об оспаривании незаконных решений, действий (бездействия) может быть удовлетворено лишь с целью восстановления нарушенных прав, свобод и законных интересов административного истца с указанием на способ устранения допущенных нарушений.

Как следует из материалов административного дела, а также медицинской документации, в спорный период отбывания наказания в ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области, ФИО1 с жалобами на отказ в предоставлении консультаций врачей-специалистов, качество оказания медицинской помощи по имеющимся заболеваниям, не обращался.

Исходя из пояснений специалистов, которые подтверждаются медицинской картой истца, в исследованный период пациент находился под динамическим наблюдением медицинских работников, его состояние контролировалось, жизнеугрожающие синдромы у ФИО1 не зафиксированы. 

Вопреки утверждению административного истца, в рассматриваемый период каких-либо доказательств тому, что указанные им недостатки условий содержания причинили ему физические неудобства, нравственные переживания, которые по степени тяжести можно было бы охарактеризовать как страдания, материалы дела не содержат.

Учитывая сведения о состоянии здоровья ФИО1 в период с *** гг., проведенные в отношении него осмотры врачей-специалистов и исследования в спорный период, суд приходит к выводу об отсутствии фактов ограничения или нарушения прав административного истца на медицинское обслуживание, которые подвергали бы риску его здоровье и свидетельствовали об оказании ему ненадлежащей медицинской помощи при отбывании наказания в ФКУ ИК-18 УФСИН России по Мурманской области.

Принимая во внимание установленные при рассмотрении дела обстоятельства, свидетельствующие об отношении административного истца к вопросу поддержания здоровья, суд приходит к выводу, что отдельные дефекты оказания медицинской помощи в юридически значимый период, с момента окончания которого прошло более 5 лет, при этом, ФИО1 в течение указанного периода не обращался за восстановлением нарушенных прав, а также получении медицинской помощи по своим заболеваниям, не привели к нарушению прав административного истца, наступлению для него негативных и необратимых последствий, в связи с чем не могут быть признаны нарушением условий содержания, влекущим присуждение компенсации, поскольку целью административного судопроизводства является признание незаконным решения, действия (бездействия) и восстановление нарушенных прав, а не формальное установление факта незаконности оспариваемого решения, которое к моменту рассмотрения дела в суде уже перестало затрагивать права административного истца.

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения заявленных административных исковых требований не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 175-180, 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении административного искового заявления ФИО1 к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 18» Управления Федеральной службы исполнения наказаний, Управлению Федеральной службы исполнения наказаний России, Федеральному казенному учреждению здравоохранения «Медико-санитарная часть №51» Федеральной службы исполнения наказаний России, здравпункту № 1 филиала «Больница» Федерального казенного учреждения здравоохранения «Медико-санитарная часть №51» Федеральной службы исполнения наказаний России, Федеральной службе исполнения наказаний России, Федерального казенного учреждения здравоохранения «Медико-санитарная часть №10» Федеральной службы исполнения наказаний России, ФИО2 о ненадлежащем оказании медицинской помощи, взыскании компенсации морального вреда – отказать. 

Взыскать с ФИО1, *** года рождения государственную пошлину в доход бюджета муниципального образования Кольский район Мурманской области в размере 300 (триста) рублей 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Кольский районный суд Мурманской области в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Судья *** Н.А. Иванова

***

***

***

***

***

***

*** 

***

***