Дело № 22-155/2020

Судья Сморгунова О.В.

САХАЛИНСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Южно-Сахалинск 27 февраля 2020 года

Судья Сахалинского областного суда Проворчук В.А.,

при секретаре Ерошкиной И.А.,

с участием:

прокуроров Гапуненко О.С., ФИО1,

защитника осужденной - адвоката Жирова А.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу защитника осужденной ФИО2 адвоката Жирова А.Н. на приговор Южно-Сахалинского городского суда Сахалинской области от 15 октября 2019 года, по которому

ФИО3, 

<

данные изъяты> 

осуждена по части 1 статьи 228 УК РФ (в редакции Федерального закона от 01 марта 2012 года № 18-ФЗ) к штрафу в размере 30000 рублей;

на основании части 5 статьи 72 УК РФ с учетом времени задержания ФИО3 наказание смягчено до 25000 рублей;

в соответствии с пунктом «а» части 1 статьи 78 УК РФ осужденная освобождена от наказания в связи с истечением срока давности уголовного преследования;

в приговоре разрешен вопрос о мере пресечения, которая в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу

установил:

по приговору суда первой инстанции ФИО2 (ФИО4 в девичестве, далее по тексту постановления ФИО2) признана виновной в незаконном хранении без цели сбыта наркотических средств в значительном размере.

Преступление совершено в г. Южно-Сахалинске 01 июня 1999 года при изложенных в приговоре обстоятельствах.

В апелляционной жалобе защитник осужденной ФИО2 адвокат Жиров А.Н. с приговором суда не согласен, указывая следующее:

основания для осуждения ФИО2 отсутствуют, поскольку доказательств, подтверждающих факт выдачи ею 01 июня 1999 года сотрудникам правоохранительного органа гашиша, в материалах уголовного дела нет.

В заседании суда апелляционной инстанции адвокат Жиров А.Н. пояснил, что несогласие с приговором также обусловлено следующим:

изъятие вещества у ФИО2 сотрудниками милиции производилось в районе 

<

адрес> в 

<

адрес>, а не в помещении УВД Сахалинской области;

допрошенная в судебном заседании В.Т.Л., привлеченная в качестве понятой к участию в мероприятии по изъятию у ФИО2 в помещении отдела милиции вещества, заявила о том, что не видела момента изъятия, поскольку была отвлечена другими сотрудниками милиции для подписания документов;

в протоколе личного досмотра, досмотра вещей и багажа от 01 июня 1999 года нет сведений о том, что понятым предоставлялась возможность сделать свои замечания по итогам изъятия вещества у ФИО2;

экспертный отдел УВД по Сахалинской области не имел лицензии на хранение вещества, называемого «свидетель» (спиртновой экстракт заведомо известного образца гашиша), использованного при химическом исследовании вещества, якобы изъятого у ФИО2;

при производстве экспертного исследования вещества, результаты которого нашли свое отражение в заключении эксперта ЭКО УВД Сахалинской области К.Н.В. от 21 июля 1999 года № 0/380, использовалось (не использовалось) техническое устройство – весы, сведения о котором в заключении отсутствуют, что препятствует возможности установить правильность определения веса вещества, признанного гашишем (экспертом установлен вес 5, 988 гр.), а поэтому относит заключение к числу недопустимых доказательств;

после исследования изъятое у ФИО2 вещество упаковано в пакет под № 9, о чем свидетельствует квитанция от 03 августа 1999 года № 537, хотя на исследование вещество поступило в пакете под № 47;

уголовное дело ФИО2 уничтожено по сроку хранения, а поэтому его копии, взятые из уголовного дела в отношении ФИО5 и ФИО6, осужденных Южно-Сахалинский городским судом за незаконный оборот наркотических средств, не могут использоваться в качестве доказательств виновности осужденной.

Адвокат просит отменить приговор, ФИО2 оправдать, либо возвратить уголовное дело прокурору в порядке, предусмотренном статьей 237 УПК РФ.

Проверив материалы уголовного дела, выслушав участников судебного разбирательства, оценив доводы апелляционной жалобы, суд учитывает, что уголовное дело рассмотрено в соответствии с нормами уголовно-процессуального закона Российской Федерации, с соблюдением принципов состязательности и равноправия сторон, при этом нарушений уголовно-процессуального и (или) неправильного применения уголовного законов, которые потребовали бы отмены приговора не установлено.

Все ходатайства, заявленные сторонами при рассмотрении дела судом, о чем свидетельствует протокол судебного заседания, приговор, а также мотивы, которыми руководствовался суд, принимая решение, разрешены правильно.

Обстоятельства, подлежащие в соответствии со статьей 73 УПК РФ доказыванию по уголовному делу, судом установлены верно.

Предусмотренные статьями 87 и 88 УПК РФ правила проверки и оценки доказательств по делу соблюдены. Признаков, указывающих на установление фактических обстоятельств посредством использования недопустимых, недостоверных доказательств, - нет.

Постановляя приговор, суд принял во внимание доказательства обвинения и защиты, указал в приговоре, почему он принимает одни доказательства и отвергает другие.

По материалам уголовного дела установлено, что 01 июня 1999 года по факту изъятия у ФИО2 наркотического средства гашиш весом 5,988 гр. СУ УВД Сахалинской области возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного частью 1 статьи 228 УК РФ (том 1, л.д. 22).

По итогам предварительного расследования постановлением следователя от 21 января 2002 года, утвержденным прокурором г. Южно-Сахалинска 23 января 2002 года, уголовное дело в отношении ФИО2 прекращено на основании акта амнистии от 30 ноября 2001 года (том 1, л.д. 161-162).

Спустя длительный период, начиная с 2017 года, ФИО4, сменившая фамилию на ФИО2, что обусловлено вступлением в брак с 

<

данные изъяты> имея в браке 

<

данные изъяты> но, не приобретя 

<

данные изъяты> инициировала процедуру оспаривания указанного постановления с целью вернуть уголовное дело в стадию предварительного расследования для реализации права доказать свою невиновность (переписка, организованная ФИО2 с органами прокуратуры по этому вопросу, судом апелляционной инстанции истребована и исследована).

Постановлением заместителя прокурора Сахалинской области от 21 мая 2018 года отменено постановление органа следствия от 21 января 2002 года о прекращении уголовного дела в отношении ФИО2, дело передано для производства расследования (том 1, л.д. 16-18).

Причиной отмены постановления явилось отсутствие правовых оснований для его прекращения, что выразилось в ненахождении ФИО2 в состоянии беременности и достижении ею ко дню принятия решения о прекращении уголовного дела 18-летнего возраста, хотя именно наличие таких условий позволяло прекратить производство по его существу вследствие применения акта амнистии от 30 ноября 2001 года. 

Постановлением начальника органа следствия от 28 июня 2018 года из уголовного дела в отношении ФИО5 и ФИО6 – следственный № хранящегося в архиве Южно-Сахалинского городского суда, выделены материалы уголовного дела в отношении ФИО2 (том 1, л.д. 1).

Возможность формирования уголовного дела в таком порядке была обусловлена тем, что основанием для уголовного преследования указанных лиц послужило уголовное дело, возбужденное в отношении ФИО2, и именно оно содержит в своих материалах все доказательства виновности не только ФИО2, но и других лиц.

В этой связи, вопреки доводу адвоката Жирова А.Н., высказанному в заседании суда апелляционной инстанции, использование при доказывании виновности его подзащитной копий материалов уголовного дела № является допустимым, так как именно это уголовное дело содержит все доказательства; отдельного уголовного дела в отношении ФИО2 не возбуждалось, по сроку хранения уголовное дело в отношении ее не уничтожалось, а находится в наличии – в архиве Южно-Сахалинского городского суда (судом апелляционной инстанции дело истребовалось).

Все доказательства, выделенные из уголовного дела №, заверены надлежащим образом.

Хронология исследованных судом первой инстанции доказательств подтверждает, что 01 июня 1999 года в период с 12:05 по 12:20 в помещении УВД Сахалинской области в присутствии понятых К.О.В. и В.Т.Л. у ФИО2 было изъято вещество растительного происхождения гашиш, о чем и заявила последняя, добровольно выдавая вещество путем его доставания из носка белого цвета, надетого на правую ногу (том 1, л.д. 25).

Изучение протокола личного досмотра, досмотра вещей и багажа от 01 июня 1999 года показывает, что подписи понятых, ФИО2 и следователями в нем имеются; К.О.В. и В.Т.Л. была разъяснена предусмотренная статьей 135 УПК РФ обязанность удостоверить факт и результаты личного досмотра ФИО2, по результатам изъятия вещества и составления протокола его содержание прочитано вслух, указано, что протокол записан правильно и только после этой отметки понятыми проставлены подписи.

Это означает, что независимые свидетели производства мероприятия по изъятию запрещенного к свободному обороту вещества согласились с соблюдением порядка производства мероприятия, удостоверили его ход и не имели замечаний по его итогам.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции не находит оснований согласиться с заявленным в судебном заседании доводом адвоката Жирова А.Н. о недопустимости указанного протокола по причине отсутствия в нем сведений о разъяснении понятым права сделать замечания по его существу.

Поскольку содержание протокола и показания допрошенных в судебном заседании свидетелей К.О.В. и В.Т.Л. подтверждают, что изъятие вещества у ФИО2 производилось в помещении УВД Сахалинской области, постольку по уголовному делу нет фактических оснований утверждать, что изъятие вещества было проведено за пределами отдела милиции, а имело место, например, в районе 

<

адрес> в 

<

адрес>, о чем утверждает защита.

Постановляя приговор, суд первой инстанции уделил особое внимание анализу показаний свидетеля В.Т.Л., спустя 20 лет заявившей о том, что она не видела момента изъятия вещества, поскольку была отвлечена другими сотрудниками милиции для подписания документов.

Признавая протокол личного досмотра, досмотра вещей и багажа от 01 июня 1999 года допустимым доказательством, тем самым отвергая вероятность неполноценного участия понятой В.Т.Л. в процедуре изъятия, суд установил, что такие показания свидетеля обусловлены давностью событий, о которых она повествовала, особенностями их запоминания.

Принимая решение, суд учел, что, давая показания в стадии предварительного расследования об обстоятельствах, предшествовавших выдаче ФИО2 вещества, которые были оглашены в суде первой инстанции, В.Т.Л. пояснила, что являлась непосредственным очевидцем всех этапов изъятия - от предложения сотрудника правоохранительного органа выдать запрещенное к обороту вещество и до его самостоятельного предъявления ФИО2

Данными в стадиях предварительного и судебного следствий показаниями допрошенной наряду с В.Т.Л. свидетеля К.О.В. подтверждено, что изъятие вещества у ФИО2 происходило в присутствии двух понятых, последней было предложено выдать наркотическое средство и она, достав из надетого на ногу носка сверток из журнального листа прямоугольной формы, предъявила вещество зеленовато-коричневого цвета растительного происхождения. ФИО2 пояснила, что это гашиш, который за 300 рублей она приобрела у своего знакомого Черепок Вадима; сверток с веществом сотрудниками милиции был изъят, упакован в бумажный пакет, который снабдили печатью, а также подписями двух понятых, следователя.

В этой связи вывод Южно-Сахалинского городского суда о допустимости протокола является правильным и в переоценке не нуждается.

Мероприятия, связанные с процедурами экспертного анализа вещества, изъятого у ФИО2, показывают, что 01 июня 1999 года вещество в упакованном виде – бумажном конверте коричневого цвета, снабженном печатью для пакетов № 47 УВД Сахалинской области МВД РФ, подписями понятых и других лиц поступило в ЭКО УВД Сахалинской области, где экспертом М.В.Н. методами микроскопического, химического и хроматографического анализа установлено, что оно является гашишем весом 5,988 гр., вид вещества и его вес определен путем израсходования 0,01 гр. гашиша (справка эксперта от 01 июня 1999 года № 0319, том 1, л.д. 27).

По заключению эксперта ЭКО УВД Сахалинской области К.Н.В. от 21 июля 1999 года № 0/380 вещество, изъятое у ФИО2, является гашишем весом 5,988 гр., вес вещества дан с учетом израсходованного в процессе предварительного исследования.

Устанавливая вид вещества, эксперт использовала различные - приведенные в заключении методы, а также «свидетель» - спиртовой экстракт заведомо известного образца гашиша, законность использования которого оспаривается защитой по причине отсутствия у экспертного подразделения УВД Сахалинской области лицензии на хранение наркотических средств – «свидетеля».

Принимая во внимание, что факт использования «свидетеля», выступавшего наряду с другими инструментами вспомогательным средством установления характера исследуемого вещества, адвокатом Жировым А.Н. не оспаривается, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований усомниться в допустимости заключения эксперта по указанному основанию.

Анализ оснований нахождения названного спиртового экстракта в распоряжении экспертного подразделения органа внутренних дел находится за пределами судебного разбирательства; допрошенная в судебном заседании эксперт К.Н.В. заявила, что «свидетель» имелся в обязательном порядке и хранился в сейфе рабочего кабинета.

Несмотря на то, что сведения о средстве измерения вещества в заключении эксперта отсутствуют, из показаний К.Н.В., данных в стадии судебного разбирательства, следует, что фактически весы использовались, так как с учетом специфики проводимого экспертного исследования, требующего максимальной точности в определении веса вещества, иным путем определить таковой до значений в граммах было бы невозможно.

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований поставить под сомнение факт использования весов при определении веса изъятого у ФИО2 наркотического средства, поскольку в ином порядке сделать соответствующий расчет возможным не представляется.

Оснований полагать о том, что использованные экспертом К.Н.В. весы имели погрешность в определении точного веса исследуемого вещества не имеется. 

Дополнительным основанием, свидетельствующим в пользу вывода о том, что вес наркотического средства действительно составил 5, 988 гр. и задействованные экспертом К.Н.В. при производстве исследования весы не имели сбоя в работе является сравнительный анализ заключения названного эксперта со справкой эксперта М.В.Н., который в самостоятельном порядке предварительного установил не только вид вещества, изъятого у ФИО2, но и его вес, который составил 5, 988 гр., что соответствует весу, установленному в заключении от 21 июля 1999 года № 0/380.

Бесспорным является то, что определение веса гашиша в разное время двумя экспертами, установившими идентичный вес наркотика, подтверждает правильность работы средств изменений, использованных ЭКО УВД Сахалинской области в 1999 году.

Апеллирование адвоката к неправильному определению вида изъятого у ФИО2 вещества со ссылкой на проведенное непроцессуальным путем исследование, результаты которого отражены в заключении специалистов от 15 октября 2018 года № 1148, несостоятельно.

Выводы специалистов направлены на оценку соблюдения законности производства экспертного исследования, что недопустимо, поскольку оценка таких вопросов находится в пределах компетенции суда, для которого в соответствии с частью 2 статьи 17 УПК РФ никакие доказательства не имеют заранее установленной силы, а признание ее наличия возможно только путем использования правил оценки доказательств, предусмотренных статьями 87 и 88 УПК РФ.

При производстве по уголовному делу применяется уголовно-процессуальный закон, действующий во время производства соответствующего процессуального действия или принятия процессуального решения, если иное не установлено уголовно-процессуальным законом (статья 4 УПК РФ).

В своем решении Южно-Сахалинский городской суд правомерно указал, что на день назначения и проведения экспертного исследования, по итогам которого составлено заключение от 21 июля 1999 года № 0/380, применялся уголовно-процессуальный закон, действовавший до 18декабря2001года.

В соответствии с ним регламентирующая порядок производства экспертных исследований статья 191 УПК РСФСР определяла исчерпывающий перечень требований, соблюдение которых было обязательным. Оценка заключения эксперта с точки зрения требований закона показала, что в нем имеются все данные, позволяющие считать его законным и обоснованным.

Показания допрошенной в судебном заседании специалиста К.М.Ю,, подтвердившей выводы заключения от 15 октября 2018 года № 1148, Южно-Сахалинским городским судом оценены правильно; показания специалиста выводы суда не изменяют.

Доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основе которых суд в порядке, определенном уголовно-процессуальным законом, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для дела. В качестве доказательств допускаются: показания подозреваемого, обвиняемого, протоколы следственных и судебных действий, а также иные документы (статья 74 УПК РФ).

Проверка доказательств производится судом путем сопоставления их с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле, а также установления их источников, получения иных доказательств, подтверждающих или опровергающих проверяемое доказательство (статья 87 УПК РФ).

Изучение оспариваемого приговора показало, что доказательства, представленные суду, в нем приведены и оценены. Свой анализ и оценку с точки зрения регламентированных законом правил оценки доказательств получили и те из них, которые в отрыве от заключения эксперта от 21 июля 1999 года № 0/380, что не исключается положениями статьи 196 УПК РФ, способны изобличить ФИО2 в незаконном хранении наркотического средства гашиш.

К их числу следует отнести признанные достоверными показания ФИО2 в качестве обвиняемой, данные в стадии предварительного расследования 18 августа 1999 года, из которых известно, что 01 июня 1999 года в момент заранее оговоренной встречи с Б.К.С. она имела при себе сверток с гашишем, который ранее взяла для собственного употребления (том 1, л.д. 117-118).

Исследованный судом приговор Южно-Сахалинского городского суда от 05 июня 2002 года, постановленный в отношении К.Д.А. и Ч.В.П. подтверждает, что ФИО2 обладала сведениями о том, что находившееся в незаконном обороте наркотическое вещество являлось гашишем (том 1, л.д. 188-190).

При таких обстоятельствах по уголовному делу не имеется никаких сомнений в том, что изъятое у ФИО2 вещество являлось наркотическим средством гашиш, а также в том, что она знала об этом.

Упаковка изъятого у ФИО2 вещества в пакет, снабженный оттиском печати для пакетов № 9, а не № 47, в котором вещество поступило на исследование эксперту, основанием для признания результатов экспертного исследования недопустимыми не является, так как упаковка производилась после установления вида и веса гашиша.

Действия осужденной квалифицированы правильно.

Определяя вид и размер наказания, Южно-Сахалинский городской суд учел все известные данные о личности ФИО2, смягчающие наказание обстоятельства в виде наличия малолетних детей у виновной, положительных характеристик, совершения преступления в молодом возрасте впервые, признания виновности на первоначальном этапе предварительного расследования.

По уголовному делу не установлено смягчающих наказание обстоятельств, не учтенных судом при постановлении приговора.

Избранный в виде наказания штраф, предусмотренный санкцией уголовно-правовой нормы, являющийся наиболее мягким видом наказания в их градации, установленной статьей 44 УК РФ, в полной мере соответствует характеру и степени общественной опасности содеянного.

Учитывая, что в стадии предварительного расследования в период с 01 по 03 июня 1999 года ФИО2 содержалась под стражей, суд, руководствуясь положениями части 5 статьи 72 УК РФ, обоснованно смягчил размер штрафа, а также освободил осужденную от назначенного наказания на основании пункта «а» части 1 статьи 78 УК РФ, так как после совершения преступления, отнесенного законом к категории небольшой тяжести, истекло два года. 

Квалифицируя действия ФИО2 по части 1 статьи 228 УК РФ, суд правомерно руководствовался редакцией Федерального закона от 01 марта 2012 года № 18-ФЗ, поскольку на день постановления приговора изложенная в ней формулировка элементов объективной стороны состава преступления в их бланкетной характеристике являлась и является наиболее приоритетной в сравнении с редакцией уголовного закона, действовавшей на день совершения преступления.

Между тем, назначая наказание, суд первой инстанции не уточнил редакцию санкции части 1 статьи 228 УК РФ, которая после издания Федерального закона от 07 декабря 2011 года № 420-ФЗ претерпела позитивные изменения в части исключения нижнего предела наказания в виде обязательных работ.

Принимая во внимание, что по приговору суда ФИО2 назначено наказание в виде штрафа и от его оплаты она освобождена, оснований для смягчения наказания вследствие внесения в приговор указанного уточнения не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 389.9, 389.13, 389.15, 389.18, 389.20, 389.26, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Южно-Сахалинского городского суда Сахалинской области от 15 октября 2019 года в отношении ФИО3 изменить:

наказание, назначенное ФИО3 по части 1 статьи 228 УК РФ, считать определенным в редакции Федерального закона от 07 декабря 2011 года № 420-ФЗ.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Жирова А.Н. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий - В.А. Проворчук 

Копия верна: В.А. Проворчук