Дело № 2-8214/2025

86RS0004-01-2025-007541-90

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

28 августа 2025 г. г.Сургут

Сургутский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа-Югры в составе председательствующего судьи Бурлуцкого И.В., при секретаре Фалей Т.Ю., с участием представителей истца П.В.В., ее представителя - адвоката М.Э.Ю., ответчика К.Л.Г,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению П.В.В. к К.Л.Г, П.О.Ю. о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

П.В.В. обратилась в суд с иском о взыскании с К.Л.Г. и П.О.Ю. компенсации морального вреда в размере 6 000 000 руб., по 3 000 000 руб. – с каждой.

В обоснование исковых требований указала, что в неизвестное истцу время К.Л.Г собирала сведения о личной жизни и переписке истца, а именно завладела личной перепиской между истцом и П.О.Ю. в мессенджере WhatsApp от ДД.ММ.ГГГГ. Далее в судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ по уголовному делу частного обвинения П.В.В. в отношении К.Л.Г в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.128.1 УК РФ, ответчик К.Л.Г в обоснование своей невиновности в совершении преступления ходатайствовала о приобщении к материалам дела скриншота с содержанием этой личной переписки. Истец считает, что действиями П.О.Ю., предоставившей ответчику К.Л.Г переписку с П.В.В. в отсутствие согласия последней, а также действиями К.Л.Г, предъявившей эту переписку в суде по уголовному делу, нарушено право истца на тайну переписки. Истец не исключает, что ответчики действовали по предварительному сговору с целью навредить истцу, могли предоставить ее переписку сторонним лицам и создали ситуацию, при которой данная переписка могла быть разглашена неограниченному числу лиц. Неправомерными действиями ответчиков истцу были причинены глубокие моральные и нравственные страдания, истец находилась в подавленном состоянии, которое отразилось на ней и ее малолетнем ребенке.

В судебном заседании истец П.В.В. и ее представитель адвокат М.Э.Ю. поддержали исковые требования. Истец пояснила, что, по ее мнению, тайну представляет любая переписка любого содержания. Действиями ответчиков нарушено ее право на частную жизнь, поскольку из переписки следует, что она на момент обмена сообщениями с П.О.Ю. находилась не на работе, в то время как переписка велась в позднее время, а ей (П.В.В.) не свойственно на работе задерживаться. Возмутительным является то, что переписку в суд представила не сама П.О.Ю., а подсудимая К.Л.Г, в то время как П.О.Ю. являлась свидетелем по уголовному делу и могла сама явиться в суд и представить эту переписку. Мировой судья отклонил ходатайство К.Л.Г о приобщении этой переписки к материалам уголовного дела. Приговоры мирового судьи от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ по частному обвинению в отношении К.Л.Г были обжалованы и в настоящее время не вступили в законную силу.

Ответчик К.Л.Г в судебном заседании выразила полное несогласие с исковыми требованиями П.В.В. по доводам письменных возражений. Указала, что в переписке между П.В.В. и П.О.Ю. не содержится информации о частной жизни истца, и эта переписка носила рабочий характер, поскольку связана с трудоустройством П.В.В. в АНО «ЦРС «Аперкот», в которой работала П.О.Ю. ответчик фактически считает, что целью обращения П.В.В. в суд с настоящим иском о взыскании компенсации морального вреда является причинение вреда ответчику К.Л.Г

Кроме того, ответчиком К.Л.Г было представлено в суд встречное исковое заявление о взыскании с П.В.В. компенсации морального вреда в размере ее своего среднего заработка за каждый день, начиная с момента первой жалобы П.В.В. в отношении К.Л.Г, то есть с ДД.ММ.ГГГГ, и в двойном размере своего заработка за каждый день необоснованного уголовного преследования К.Л.Г по делу частного обвинения.

В принятии встречного искового заявления К.Л.Г было отказано в виду отсутствия условий, предусмотренных с.138 ГПК РФ. При этом встречное исковое заявление ответчика было приобщено к материалам дела в качестве дополнений к ее письменным возражениям на иск.

Ответчик П.О.Ю. в судебное заседание не явилась, уведомлена надлежащим образом, с заявлением о рассмотрении дела в её отсутствие не обращалась. Представила письменные возражения на исковое заявление, в которых указала, что информация, содержащаяся в ее переписке с истцом, к частной жизни П.В.В. не относится, и в переписке идет речь о трудовом договоре, который оформлялся П.В.В. и был заключен между П.О.Ю. и АНО «ЦРС «Аперкот». П.О.Ю. была заявлена в качестве свидетеля со стороны К.Л.Г, которая обвинялась в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.128.1 УК РФ, и основанием для передачи обвиняемой переписки послужило участие П.О.Ю. в уголовном деле. Лично участвовать в уголовном деле в качестве свидетеля П.О.Ю. не могла, в связи с нахождением в отпуске по беременности и родам. Ответчик считает, что спорная переписка в большей степени затрагивает ее (П.О.Ю.) персональные данные, и обращение истца П.В.В. к ней с данным иском причиняет ей морально-нравственные страдания.

В соответствии со ст.167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие ответчика П.О.Ю.

Выслушав стороны, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 152.2 Гражданского кодекса РФ если иное прямо не предусмотрено законом, не допускаются без согласия гражданина сбор, хранение, распространение и использование любой информации о его частной жизни, в частности сведений о его происхождении, о месте его пребывания или жительства, о личной и семейной жизни.

Не являются нарушением правил, установленных абзацем первым настоящего пункта, сбор, хранение, распространение и использование информации о частной жизни гражданина в государственных, общественных или иных публичных интересах, а также в случаях, если информация о частной жизни гражданина ранее стала общедоступной либо была раскрыта самим гражданином или по его воле.

В судебном заседании установлено, что мировым судьей судебного участка № 12 Сургутского судебного района города окружного значения Сургута ХМАО-Югры рассматривалось уголовное дело № по заявлению частного обвинителя – потерпевшей П.В.В. о привлечении к уголовной ответственности К.Л.Г за совершение преступления, предусмотренного ч.1 ст.128.1 УК РФ.

К.Л.Г обвинялась частным обвинителем в том, что она в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ умышленно распространила заведомо ложные сведения, порочащие честь и достоинство и подрывающие репутацию П.В.В. (Воркун) В.В., путем подачи письменных обращений и заявлений директору Сургутского филиала Финуниверситета О.А.И., в прокуратуру г.Сургута, и перенаправленных прокуратурой для дальнейшего разбирательства в Финуниверситет, а в дальнейшем в Сургутский филиал Финуниверситета, в которых содержались не соответствующие действительности сведения о вступлении в сговор с П.Д.А., предоставлении при его трудоустройстве в учебное учреждение подложной справки об отсутствии у П.Д.А. судимости и отсутствии уголовного преследования, чем совершила подлог и оборот поддельных документов, в связи с чем П.Д.А. незаконно работал в учреждении и получал заработную плату. Также К.Л.Г обвинила П.В.В. в использовании имущества финансово-экономического колледжа для нужд АНО «ЦРС «Аперкот» в личных целях, а именно в том, что П.В.В. в свое рабочее время на рабочем компьютере вела бухгалтерию для АНО «ЦРС «Аперкот», заключала договоры гражданско-правового характера, готовила различные документы, отчеты по реализации проектов (использованию субсидий), использовала расходные материалы, такие как картридж, бумага, которые приобретались финаново-экономическим колледжем г.Сургута для собственных нужд.

Приговором мирового судьи от ДД.ММ.ГГГГ по данному уголовному делу постановлено оправдать К.Л.Г по предъявленному обвинению на основании п.3 ч.2 ст.302 УПК РФ, в связи с отсутствием в ее деянии состава преступления (л.д.113-127).

Сведений о вступлении данного приговора от ДД.ММ.ГГГГ в законную силу на момент рассмотрения настоящего гражданского дела не имеется.

Согласно приговору, подсудимая К.Л.Г в судебном заседании свою вину в предъявленном ей обвинении не признала.

Изучением протокола судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ по уголовному делу № установлено, что в данном судебном заседании подсудимой К.Л.Г было подано ходатайство о приобщении документов к материалам дела, а именно: ответа прокуратуры г.Сургута от ДД.ММ.ГГГГ, ответа прокуратуры Сургутского района от ДД.ММ.ГГГГ, скриншота переписки из мессенджера. Потерпевшая П.В.В. в судебном заседании пояснила, что упомянутая переписка взята с личного мессенджера свидетеля П.О.Ю., и эту переписку возможно исследовать при свидетеле, в отсутствие свидетеля – нет.

С учетом мнения участников процесса мировым судьей в приобщении к материалам дела данной переписки отказано ввиду того, что она не относится к рассмотрению дела (л.д.88).

Истец считает, что предъявление ответчиком К.Л.Г в судебном заседании по уголовному делу № данной переписки нарушает право на неприкосновеность частной жизни истца.В соответствии с ч. 2 ст. 23 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений. Ограничение этого права допускается только на основании судебного решения.

Режим тайны переписки и иных сообщений установлен также ст. 63 Федерального закона от 07.07.2003 № 126-ФЗ "О связи", согласно которой на территории Российской Федерации гарантируется тайна переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, передаваемых по сетям электросвязи и сетям почтовой связи.

Конституционный Суд Российской Федерации в своих судебных актах неоднократно отмечал, что в развитие указанного конституционного положения статьи 53 и 63 Закона о связи устанавливают ограничения на доступ к информации, передаваемой по сетям электросвязи, и возлагают на операторов связи обязанность по обеспечению тайны связи, предполагающую комплекс действий по защите данной информации, независимо от времени поступления, степени полноты и содержания сведений, фиксируемых на отдельных этапах осуществления связи (постановление от 26 октября 2017 года N 25-П; определения от 02 октября 2003 года N 345-О и от 30 июня 2020 года N 1637-О).

Вместе с тем частью 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации установлен общий принцип ограничения прав и свобод человека и гражданина: "федеральным законом только в той степени, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства".

Статья 45 Конституции Российской Федерации закрепляет государственные гарантии защиты прав и свобод (ч. 1) и право каждого защищать свои права всеми не запрещенными законом способами (ч. 2).

Федеральным законом от 27 июля 2006 года № 149-ФЗ "Об информации, информационных технологиях и о защите информации" установлено, что информация может являться объектом публичных, гражданских и иных правовых отношений, может свободно использоваться любым лицом и передаваться одним лицом другому лицу, если федеральными законами не установлены ограничения доступа к информации либо иные требования к порядку ее предоставления или распространения (статья 5 Федерального закона). установлено, что информация может являться объектом публичных, гражданских и иных правовых отношений, может свободно использоваться любым лицом и передаваться одним лицом другому лицу, если федеральными законами не установлены ограничения доступа к информации либо иные требования к порядку ее предоставления или распространения (статья 5 Федерального закона).

Перечень нематериальных благ закреплен в статье 150 Гражданского кодекса РФ, в соответствии с которой жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 151 настоящего Кодекса.

Пунктом 1 статьи 151 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу статьи 1101 Гражданского кодекса РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Из положений гл. 59 Гражданского кодекса РФ следует, что удовлетворение исковых требований о возмещении вреда возможно при наличии совокупности условий деликтной ответственности (внедоговорной ответственности за причинение вреда): наступление вреда как негативных имущественных последствий для потерпевшего с обоснованием их размера; противоправность поведения причинителя вреда; причинная связь между вредом и противоправным поведением причинителя вреда; вина причинителя вреда (в случаях, предусмотренных действующим гражданским законодательством, возможно возложение ответственности на причинителя вреда при отсутствии его вины).

В рассматриваемом деле установлено, что К.Л.Г воспользовалась своим правом, предусмотренным пунктом 4 части 4 статьи 47 УПК РФ, и представила в суд доказательства в обоснование своей позиции защиты по уголовному делу.

Учитывая обстоятельства предоставления в суд переписки из мобильного мессенджера действия К.Л.Г не носили характера злоупотребления правом, так как на тот момент для нее имелась угроза привлечения ее к уголовной ответственности за совершение преступления.

Между тем, анализ переписки между П.В.В. и П.О.Ю. свидетельствует о том, что стороны обсуждали вопросы, не связанные с личностью истца, и обсуждение касалось размера и сроков заработной платы в организации, о которой обеим сторонам переписки было известно. Сведений, содержащих персональные данные истца, объективные данные о ее личности переписка не содержит.

Как видно, данная переписка не была принята судом в качестве доказательства не по признаку ее недопустимости, а в связи с ее несоответствием критериям относимости доказательств (ч.1 ст.88 УПК РФ).

Доказательств того, что попыткой предъявления переписки с П.О.Ю. ответчиками был причинен вред неимущественным благам истца, и от указанных действий ответчиков наступили иные неблагоприятные последствия, истец суду не представила.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (ст. 56 ГПК РФ, ст. 65 АПК РФ).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (п. 2 ст. 10 ГК РФ).

По смыслу приведенных норм права для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей). Между тем материалами дела не подтверждается наличие у ответчика умысла на заведомо недобросовестное осуществление прав, наличие единственной цели причинения вреда истцу (отсутствие иных добросовестных целей).

Предъявление суду доказательств по уголовному делу в отсутствие подтверждения умысла на причинение вреда истцу, как деликтное поведение ответчиков расценено быть не может.

Поскольку доказательств недобросовестного поведения ответчиков, а также доказательств причинения в результате такого поведения вреда неимущественным правам истца не представлено, требование истца о взыскании с ответчиков К.Л.Г и П.О.Ю. компенсации морального вреда в размере 6 000 000 руб. не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Иск П.В.В. к К.Л.Г, П.О.Ю. о взыскании компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в суд Ханты-Мансийского автономного округа-Югры в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме путем подачи жалобы через Сургутский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа-Югры.

Решение в окончательной форме принято 15.09.2025 г.

Судья И.В.Бурлуцкий

Копия верна

Судья И.В.Бурлуцкий