Дело № 2-2724/2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

01 ноября 2017 года г. Находка Приморского края

Мотивированное решение составлено 06 ноября 2017 года.

Находкинский городской суд Приморского края в составе председательствующего судьи Алексеева Д. А., при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания Никитенко В. С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Находкинского транспортного прокурора к обществу с ограниченной ответственностью «Восточная стивидорная компания» о возложении обязанности,

при участии в судебном заседании: 

от истца – заместителя Находкинского транспортного прокурора Прищепюка Е. А. (служебное удостоверение),

от ответчика – ФИО1 (паспорт, доверенность), 

от третьего лица – ФИО2 (паспорт, доверенность), ФИО3 (паспорт, доверенность),

УСТАНОВИЛ:

Находкинский транспортный прокурор обратился в суд с вышеназванным иском, в обоснование которого указал, что Находкинской транспортной прокуратурой проведена проверка исполнения стивидорными компаниями законодательства об охране атмосферного воздуха, санитарно-эпидемиологического законодательства при перевалке угля в морских портах города Находки, по результатам которой выявлены нарушения в деятельности общества с ограниченной ответственностью «Восточная стивидорная компания» (далее по тексту – ООО «ВСК»). Так, ответчиком на морском терминале в водоохраной зоне бухты Врангель залива находка Японского моря осуществляется деятельность по перегрузке угля на причале № 5 по схеме «вагон-склад-судно», в процессе производственной деятельности ООО «ВСК» осуществляет сброс сточных вод в водный объект в отсутствие сооружений, обеспечивающих охрану водного объекта от загрязнения, засорения, заиления. Кроме того, частично отсутствует ограждение на складированных на причале № 5 штабелях угля. По мнению прокурора, принимая во внимание объёмы перевалки угля ответчиком, характер выявленных нарушений и непрерывность воздействия вредных факторов, последствия от выявленных нарушений могут иметь масштабный характер, влекут загрязнение территории предприятия, а также прилегающих к нему населенных пунктов. 

Прокурор со ссылкой на положения статьи 3 Федерального закона от 10 января 2002 года № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды» (далее по тексту –Закон об охране окружающей среды), статьи 24 Федерального закона от 30 марта 1999 года № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» (далее по тексту – Закон о санитарно-эпидемиологическом благополучии населения), статьи 16 Водного кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ВК РФ) просил обязать ООО «ВСК» в течение шести месяцев со дня вступления решения суда в законную силу оснастить гидротехническое сооружение (причал № 5), а также территорию, примыкающую к нему, сооружениями, обеспечивающими охрану от загрязнения, засорения, заиления водного объекта (части акватории бухты Врангель залива Находка Японского моря), и в течение четырёх месяцев со дня вступления решения суда в законную силу – оснастить переносными разделительными и подпорными стенками и щитами штабели угля на прилегающей территории гидротехнического сооружения (причал № 5).

В ходе рассмотрения дела прокурор отказался от иска в части требований о понуждении ООО «ВСК» оснастить территорию, примыкающую к гидротехническому сооружению (причал № 5), сооружениями, обеспечивающими охрану от загрязнения, засорения, заиления водного объекта (части акватории бухты Врангель залива Находка Японского моря). Определением Находкинского городского суда Приморского края от 01 ноября 2017 года отказ от иска в данной части принят судом, производство по делу в данной части прекращено.

В остальной части требования поддержаны прокурором.

Ответчик против удовлетворения иска возражал, указав, что он не является собственником причала и не может проводить какие-либо мероприятия по его ремонту и переустройству, причал соответствует всем необходимым требованиям, ответчиком проводятся необходимые мероприятия по обеспечению санитарно-эпидемиологической безопасности.

Федеральное государственное унитарное предприятие «Росморпорт» (далее по тексту – ФГУП «Росморпорт»), привлечённое к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика, против удовлетворения иска возражало в части возможности удовлетворения иска в отношении третьего лица со ссылкой на ведение деятельности по перегрузке угля именно ответчиком и соответствие причала установленным требованиям.

Суд, выслушав участников судебного заседания, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

В ходе рассмотрения дела установлено, что причал № 5 морского порта Восточный в соответствии с распоряжением Министерства имущественных отношений Российской Федерации от 05 мая 2004 года № 1584-р закреплён за ФГУП «Росморпорт» на праве хозяйственного ведения и передан ему по акту о приёме-передаче от 31 мая 2004 года № 14.

Право хозяйственного ведения на причал зарегистрировано в установленном законом порядке, о чём в Едином государственном реестре прав на недвижимое мущество и сделок с ним сделана соответствующая запись, регистрация подтверждена свидетельством 30 ноября 2007 года серии 25-АА № 959030.

Указанный объект федерального недвижимого имущества передан ФГУП «Росморпорт» в аренду ООО «ВСК» по договору аренды от 20 февраля 2012 года № 737/ДО-11.

В соответствии с пунктами 1.1 и 1.1.1 договора аренды ответчик принял во временное владение и пользование объекты - причалы № № 5, 6, 7, 8 порта Восточный (далее по тексту также – объекты) для осуществления операций с грузами, в том числе погрузочно-разгрузочных работ, стоянки и обслуживания судов. 

Пунктом 2.2.1 раздела 2.2 договора аренды на арендатора возложена обязанность использовать объекты в соответствии с целевым назначением, а также в соответствии с установленными законодательством нормами и правилами технической эксплуатации и использования гидротехнических сооружений (причалов) и акваторий, в том числе, санитарными нормами и правилами пожарной безопасности. Пунктом 2.2.7 договора аренды установлена обязанность арендатора соблюдать на объектах требования контролирующих и надзорных органов, отраслевых правил и норм, а также стандартов арендодателя, действующих в отношении видов деятельности арендатора и арендуемых им объектов; выполнять за свой счёт предписания надзорных и контролирующих органов о принятии мер по ликвидации ситуаций, возникших в результате деятельности арендатора, ставящих под угрозу сохранность объектов, экологическую и санитарную обстановку вне арендуемых объектов.

Таким образом, техническую эксплуатацию объектов осуществляет ООО «ВСК», что соответствует положениям пункта 1 статьи 615 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ), которой установлено, что арендатор обязан пользоваться арендованным имуществом в соответствии с условиями договора аренды, а если такие условия в договоре не определены, в соответствии с назначением имущества, и пункта 183 технического регламента о безопасности объектов морского транспорта, утверждённого Постановлением Правительства Российской Федерации от 12 августа 2010 года № 620 «Об утверждении технического регламента о безопасности объектов морского транспорта», которым на эксплуатирующие организации возложена обязанность по обеспечению выполнения требований безопасности объектов инфраструктуры морского транспорта, их эксплуатации, предусмотренных пунктами 184-198 технического регламента.

Находкинской транспортной прокуратурой в июне 2017 года совместно со специалистами Тихоокеанского морского управления Росприроднадзора и Территориального отдела Управления Роспотребнадзора по Приморскому краю в городе Находке проведена проверка исполнения стивидорными компаниями законодательства об охране атмосферного воздуха, санитарно – эпидемиологического законодательства при перевалке угля в морских портах, в том числе проверена деятельность ООО «ВСК». В ходе проверки установлено, что морской терминал ООО «ВСК» расположен в водоохраной зоне бухты Врангель залива Находка Японского моря, в указанном морском терминале на причале № 5 осуществляется деятельность по перегрузке каменного угля по схеме «вагон-склад-судно», при этом в процессе производственной деятельности ООО «ВСК» осуществляет сброс сточных вод в водный объект.

Статьей 3 Закона об охране окружающей среды предусмотрено, что хозяйственная и иная деятельность органов государственной власти Российской Федерации, органов государственной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления, юридических и физических лиц, оказывающая воздействие на окружающую среду, должна осуществляться на основе принципов: охраны воспроизводства и рационального использования природных ресурсов как необходимых условий обеспечения благоприятной окружающей среды и экологической безопасности; обязательности оценки воздействия на окружающую среду при принятии решений об осуществлении хозяйственной и иной деятельности; презумпции экологической опасности планируемой хозяйственной и иной деятельности; допустимости воздействия хозяйственной и иной деятельности на природную среду исходя из требований в области охраны окружающей среды.

Приведённым законоположениям корреспондирует пункт 1 части 1 статьи 16 Федерального закона от 08 ноября 2007 года № 261-ФЗ «О морских портах в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», устанавливающий, что операторы морских терминалов и иные владельцы объектов инфраструктуры морского порта обязаны осуществлять эксплуатацию объектов инфраструктуры морского порта в соответствии с требованиями обеспечения промышленной безопасности, экологической безопасности, пожарной безопасности и требованиями технических регламентов.

В соответствии с частью 16 статьи 65 Водного кодекса Российской Федерации в границах водоохранных зон допускаются проектирование, строительство, реконструкция, ввод в эксплуатацию, эксплуатация хозяйственных и иных объектов при условии оборудования таких объектов сооружениями, обеспечивающими охрану водных объектов от загрязнения, засорения, заиления и истощения вод в соответствии с водным законодательством и законодательством в области охраны окружающей среды. Выбор типа сооружения, обеспечивающего охрану водного объекта от загрязнения, засорения, заиления и истощения вод, осуществляется с учётом необходимости соблюдения установленных в соответствии с законодательством в области охраны окружающей среды нормативов допустимых сбросов загрязняющих веществ, иных веществ и микроорганизмов. Под сооружениями, обеспечивающими охрану водных объектов от загрязнения, засорения, заиления и истощения вод, понимаются: 1) централизованные системы водоотведения (канализации), централизованные ливневые системы водоотведения; 2) сооружения и системы для отведения (сброса) сточных вод в централизованные системы водоотведения (в том числе дождевых, талых, инфильтрационных, поливомоечных и дренажных вод), если они предназначены для приёма таких вод; 3) локальные очистные сооружения для очистки сточных вод (в том числе дождевых, талых, инфильтрационных, поливомоечных и дренажных вод), обеспечивающие их очистку исходя из нормативов, установленных в соответствии с требованиями законодательства в области охраны окружающей среды и ВК РФ; 4) сооружения для сбора отходов производства и потребления, а также сооружения и системы для отведения (сброса) сточных вод (в том числе дождевых, талых, инфильтрационных, поливомоечных и дренажных вод) в приёмники, изготовленные из водонепроницаемых материалов.

Как следует из материалов дела, гидротехнические сооружения (причалы № № 5, 6, эксплуатирующиеся ООО «ВСК») не оборудованы сооружениями, препятствующими загрязнению, засорению, заилению водного объекта (части акватории бухты Врангель залива Находка Японского моря) в соответствии с требованиями водного законодательства. 

По смыслу части 16 статьи 65 ВК РФ законодатель предусмотрел альтернативные способы исполнения обязанности по оборудованию в границах водоохранных зон хозяйственных и иных объектов сооружениями, обеспечивающими охрану водных объектов от загрязнения, засорения, заиления и истощения вод, в связи с чем доводы ответчика и третьего лица о том, что прокурором не указан конкретный способ исполнения заявленных требований является необоснованным, указание прокурором конкретного способа противоречило бы вышеуказанной норме закона и существенно ограничило бы законные права и интересы ответчика и третьего лица. Определить вид работ (капитальный или текущий ремонт, реконструкция) невозможно по причине вышеизложенной альтернативности способа исполнения заявленных прокурором требований.

Доводы третьего лица о несогласии с требованиями истца в случае проведения на причале № 5 обустройства заявленных прокурором сооружений не заслуживают внимания по причине того, что при передаче указанного недвижимого имущества ФГУП «Росморпорт» знало (либо должно было знать) о видах деятельности ООО «ВСК» и необходимости соблюдения требований законодательства при осуществлении погрузо-разгрузочной деятельности на гидротехническом сооружении (причале № 5). Рассматриваемые судом требования прямо предусмотрены законом и фактически заявлены с соблюдением законных прав и интересов третьего лица, что, в том числе, соотносится с пунктами 45 и 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающим в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав».

Кроме того, ссылки ответчика и третьего лица на соответствие причала всем необходимым требованиям и подтверждение, по их мнению, данного обстоятельства результатами освидетельствования причала открытым акционерным обществом «Союзморниипроект», также не могут быть приняты судом. Так, в соответствии с требованием технического регламента о безопасности объектов морского транспорта, утверждённого Постановлением Правительства Российской Федерации от 12 августа 2010 года № 620 «Об утверждении технического регламента о безопасности объектов морского транспорта», освидетельствования причала № 5 не может свидетельствовать о соблюдении на данном гидротехническом сооружении требований части 16 статьи 65 ВК РФ, поскольку это не является предметом освидетельствования специализированной организацией.

Таким образом, вопреки вышеуказанным требованиям законодательства гидротехническое сооружение (причал № 5), эксплуатирующееся ООО «ВСК»), не оборудовано сооружением, препятствующим загрязнению, засорению, заилению водного объекта (части акватории бухты Врангель залива Находка Японского моря) в соответствии с требованиями водного законодательства. Из материалов дела следует, что ответчиком принимаются меры по оборудованию причала № 5 данными сооружениями, заключены соответствующие договоры на выполнение данных работ, однако до настоящего времени установленная законом обязанность не исполнена.

Кроме того, согласно статье 24 Закон о санитарно-эпидемиологическом благополучии населения при эксплуатации производственных, общественных помещений, зданий, сооружений, оборудования и транспорта должны осуществляться санитарно-противоэпидемические (профилактические) мероприятия и обеспечиваться безопасные для человека условия труда, быта и отдыха в соответствии с санитарными правилами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Однако из материалов дела усматривается, что на штабелях угля, складированных на причале № 5 зоны 50, 52 ООО «ВСК» (ул. Внутрипортовая, д. 14а) отсутствует часть ограждения, что противоречит пункту 2.2.20 Санитарных правил для морских и речных портов СССР, утвержденных Главным государственным санитарным врачом СССР 02 июня 1989 № 4962-89. В нарушение пункта 5.1.21 РД 31.35.10-86 «Правила технической эксплуатации портовых сооружений и акваторий» не установлены габаритные стенки, предотвращающие просыпание груза в сторону железнодорожных путей, а также технологических и пожарных проездов.

В силу пункта 1 статьи 21 Федерального закона от 17 января 1992 года № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации» предметом прокурорского надзора за исполнением законов являются: соблюдение Конституции Российской Федерации и исполнение законов, действующих на территории Российской Федерации, федеральными министерствами, государственными комитетами, службами и иными федеральными органами исполнительной власти, представительными (законодательными) и исполнительными органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, органами военного управления, органами контроля, их должностными лицами, субъектами осуществления общественного контроля за обеспечением прав человека в местах принудительного содержания и содействия лицам, находящимся в местах принудительного содержания, а также органами управления и руководителями коммерческих и некоммерческих организаций; соответствие законам правовых актов, издаваемых органами и должностными лицами, указанными в настоящем пункте. 

В соответствии с положениями статьи 45 ГПК РФ прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов Российской Федерации или неопределённого круга лиц.

Предъявление данного иска прокурором обусловлено тем, что отсутствие у ООО «ВСК» вышеуказанных сооружений и оборудования может повлечь за собой нарушения природоохранного законодательства, следствием которых будет являться создание неблагоприятной санитарно-эпидемиологической обстановки. Тем самым может быть причинён вред здоровью граждан, находящихся на территории предприятия и в прилегающих к нему населенных пунктах Находкинского городского округа, круг которых установить не представляется возможным.

В связи с изложенным суд считает, что заявление подано прокурором в пределах предоставленных законодательством полномочий и в соответствии с имеющейся компетенцией, и соглашается с доводами прокурора о необходимости возложения на ответчика ООО «ВСК» обязанности по оснащению гидротехнического сооружения (причала № 5) сооружениями, обеспечивающими охрану от загрязнения, засорения, заиления водного объекта (части акватории бухты Врангель залива Находка Японского моря), и штабелей угля на прилегающей территории гидротехнического сооружения (причала № 5) переносными разделительными и подпорными стенками и щитами.

При этом суд полагает, что указанные прокурором сроки (шесть и четыре месяца соответственно) для исполнения указанных обязанностей являются разумными и обоснованными.

В соответствии с частью 5 статьи 198 ГПК РФ резолютивная часть решения суда должна содержать выводы суда об удовлетворении иска либо об отказе в удовлетворении иска полностью или в части, указание на распределение судебных расходов, срок и порядок обжалования решения суда.

Согласно подпункту 9 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации (далее по тексту – НК РФ) от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, а также мировыми судьями, освобождаются прокуроры – по заявлениям в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, неопределённого круга лиц или интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации и муниципальных образований.

В части 1 статьи 103 ГПК РФ установлено, что издержки, понесённые судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобождён, взыскиваются с ответчика, не освобождённого от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворённой части исковых требований.

В данном случае размер государственной пошлины, подлежащей взысканию с ответчика, следует определять исходя из размера государственной пошлины, которую должно было уплатить лицо, в интересах которого прокурором предъявлен иск, поскольку в силу части 2 статьи 45 ГПК РФ прокурор, подавший заявление, истцом не является, а только пользуется процессуальными правами и несёт все процессуальные обязанности истца.

Как следует из содержания иска прокурора, он обратился в суд с иском в интересах в том числе неопределённого и неограниченного круга лиц.

В соответствии с подпунктом 3 пункта 1 статьи 333.19 НК РФ по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, мировыми судьями, при подаче искового заявления имущественного характера, не подлежащего оценке, а также искового заявления неимущественного характера, государственная пошлина уплачивается в следующих размерах: для физических лиц – 300 рублей; для организаций – 6 000 рублей. Таким образом, поскольку прокурор обратился в суд с иском в интересах неопределённого круга лиц (включая физических), он бы уплатил государственную пошлину в размере 300 рублей, если бы не был освобождён от ее уплаты.

По правилам абзаца 2 статьи 61.2, абзаца 2 статьи 61.1 НК РФ государственная пошлина в размере 300 рублей подлежит взысканию с ответчика в доход бюджета Находкинского городского округа Приморского края.

Руководствуясь статьями 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ

Исковое заявление удовлетворить.

Обязать общество с ограниченной ответственностью «Восточная стивидорная компания» (ИНН: 

<

***>; дата регистрации: 10 августа 2004 года; место нахождения: 692941, 

<

...>) в течение шести месяцев со дня вступления решения суда в законную силу оснастить гидротехническое сооружение (причал № 5) сооружениями, обеспечивающими охрану от загрязнения, засорения, заиления водного объекта (части акватории бухты Врангель залива Находка Японского моря).

Обязать общество с ограниченной ответственностью «Восточная стивидорная компания» в течение четырёх месяцев со дня вступления решения суда в законную силу оснастить переносными разделительными и подпорными стенками и щитами штабели угля на прилегающей территории гидротехнического сооружения (причал № 5).

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Восточная стивидорная компания» в доход бюджета Находкинского городского округа государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Приморский краевой суд в течение месяца со дня принятия в окончательной форме с подачей жалобы через Находкинский городской суд Приморского края.

Судья Д. А. Алексеев