уголовное дело № 1-1-5/2021

73RS0024-01-2020-000977-52

ПРИГОВОР

именем Российской Федерации

р.п. Ишеевка Ульяновского района Ульяновской области 19 марта 2021 года

Ульяновский районный суд Ульяновской области в составе председательствующего судьи Кириченко В.В., с участием: 

государственных обвинителей – помощника прокурора Ульяновского района Ульяновской области Андрющенкова А.Н., помощника прокурора Ульяновского района Ульяновской области Высоцкого В.А., 

подсудимого ФИО1, 

его защитника - адвоката Набиуллина И.Х., представившего удостоверение *********** от 01.10.2015 г. и ордер *********** от 04.02.2021 года, 

представителя потерпевшего Государственного казенного учреждения Ульяновской области «Ульяновское лесничество» – ФИО2, 

при секретаре судебного заседания Калимуллиной Л.Ф., 

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда уголовное дело в отношении 

ФИО1, ****************** года рождения, уроженца **************, зарегистрированного по адресу: **************, фактически проживающего по адресу: **************, гражданина Российской Федерации, русским языком владеющего, имеющего среднее специальное образование, в браке не состоящего, детей не имеющего, работающего мастером в 

<

данные изъяты> несудимого, 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 260 Уголовного кодекса РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 совершил умышленное преступление при следующих обстоятельствах.

В период времени с 01.08.2019 по 23.08.2019, более точное время не установлено, ФИО1, находясь в лесном массиве между ************** и ************** в ************** (географические координаты: *********** северной широты и *********** восточной долготы) на имеющей форму треугольника территории размерами 57 метров на 36 метров на 63 метра, непосредственно прилегающей к делянке *********** выдела *********** квартала *********** ************** участкового лесничества Ульяновского лесничества, но не входящей в границы указанной делянки, имея умысел на незаконную рубку лесных насаждений, осознавая, что заготовка леса и его вывоз без заключения договора купли-продажи лесных насаждений запрещены, и не имея такого договора или иных разрешительных документов на заготовку древесины относительно лесных насаждений, произрастающих на названной территории леса за пределами границ указанной делянки, при помощи принадлежащей ему бензопилы «Лидер» ЛБЦП 4518» на названной территории леса, расположенной за пределами границ указанной делянки *********** выдела *********** квартала *********** ************** участкового лесничества Ульяновского лесничества, спилил с корня до степени прекращения дальнейшего роста 11 сырорастущих деревьев породы «Сосна» объёмом 19,56 кубических метров, 19 сырорастущих деревьев породы «Береза» объёмом 17,17 кубических метров и 1 сырорастущее дерево породы «Клен» объёмом 0,19 кубических метров, то есть осуществил незаконную рубку указанных лесных насаждений на землях лесного фонда, относящихся к категории лесов лесопарковой зоны с целевым назначением лесов «защитные леса», принадлежащих государству в лице Государственного казенного учреждения Ульяновской области «Ульяновское лесничество», а затем вывез указанные спиленные деревья с места совершения преступления при помощи принадлежащего ему трактора «МТЗ-50», государственный регистрационный знак «***********», причинив указанными незаконными действиями лесным насаждениям государства в лице Государственного казенного учреждения Ульяновской области «Ульяновское лесничество» материальный ущерб, исчисленный по утвержденным Правительством Российской Федерации таксам и методике, на общую сумму 933 512 рублей, то есть ущерб в особо крупном размере.

Указанная рубка лесных насаждений являлась незаконной, так как была совершена ФИО1 в нарушение требований: части 3 статьи 16 Лесного кодекса Российской Федерации, согласно которой порядок осуществления рубок лесных насаждений определяется правилами заготовки древесины; пунктов 9 и 12 Правил заготовки древесины и особенностей заготовки древесины в лесничествах, лесопарках, указанных в статье 23 Лесного кодекса Российской Федерации, утв. приказом Министерства природных ресурсов и экологии РФ от 13.09.2016 № 474, согласно которым заготовка древесины осуществляется в пределах расчетной лесосеки лесничества по видам целевого назначения лесов, хозяйствам и преобладающим породам, и при этом запрещается рубка и повреждение деревьев, не предназначенных для рубки; части 4 статьи 30 Лесного кодекса Российской Федерации, согласно которой граждане осуществляют заготовку древесины для собственных нужд на основании договоров купли-продажи лесных насаждений, заключаемых в порядке и на условиях, предусмотренных главой 7 (статьи 75-77) Лесного кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину в совершении преступления по предъявленному обвинению полностью не признал, заявил, что он этого преступления не совершал. 

Показал, что в 2018 году на основании соответствующего договора его матери была выделена делянка леса для заготовки древесины на строительство дома. 

В конце июля 2019 года, примерно 25 числа, по просьбе матери он начал разработку данной делянки, то есть стал пилить лес и вывозить его к дому матери. При этом деревья пилил он один, сам лично, при помощи принадлежащей ему бензопилы. В погрузке леса ему иногда помогали иные лица. Лес вывозился при помощи принадлежащего ему трактора МТЗ. Он занимался этим на протяжении около полутора месяцев, но не каждый день, а с перерывами. 

Примерно 15 сентября 2019 г. ему позвонил лесничий Ж.А.В. и заявил, что он, ФИО1, спилил деревья за пределами делянки, выделенной его матери. 

До этого звонка он не был на делянке и не пилил деревья примерно полторы-две недели, и после звонка он больше деревья не пилил.

На следующий после данного телефонного разговора день они встретились с Ж.А.В. на делянке, где совместно осмотрели территорию. 

Ж.А.В. хотел продемонстрировать ему, какие именно деревья за пределами делянки им были спилены, но сам не смог сориентироваться на месте в границах делянки. 

В то же время он, ФИО1, обнаружил, что за полторы-две недели его отсутствия на делянке обстановка там изменилась, а именно он увидел, что с левой стороны от разрабатываемой им делянки, то есть за ее границами, кто-то неизвестный вырубил лес, около 20-30 деревьев. 

Он, ФИО1, эти деревья не пилил и из леса их не вывозил, о чем он сразу же на месте сообщил Ж.А.В.. 

Ранее, а именно поздней осенью 2018 года, после оформления договора купли-продажи леса, они с Ж.А.В. тоже встречались на выделенной его матери делянке, и Ж.А.В. лично ему показывал на месте границы этой делянки, предназначенной к вырубке. Ж.А.В. продемонстрировал ему границы делянки при помощи таких ориентиров как лесная дорога, поваленное дерево, пень, заросли кустарника. По данным ориентирам границы делянки представляли собой прямоугольник. Каких-либо визиров, зарубок, обозначающих границы делянки и деревья, предназначенные на данной делянке к вырубке, при их встрече с Ж.А.В. в 2018 году не было, и лесничий таковых ему не демонстрировал. 

Прибыв в лес для разработки делянки в 2019 году, он обнаружил, что местность несколько изменилась, так как рядом с делянкой его матери появился участок уже вырубленного леса (ранее разработанной делянки), на некоторых деревьях с одной из сторон делянки появились зарубки, которых ранее не было, однако он не стал уточнять в лесничестве границы выделенной его матери делянки, не стал ждать соответствующих разъяснений от Ж.А.В. и без встречи с последним приступил к вырубке леса, так как, по результатам встречи с Ж.А.В., состоявшейся еще в 2018 году, был уверен, что точно знает, где походят границы данной делянки.

В результате он, ФИО1, пилил деревья только в тех границах выделенной его матери делянки, которые ему в 2018 г. продемонстрировал лесничий Ж.А.В., и в этих границах спилил еще не все деревья, то есть разработку делянки матери не закончил. 

Деревья за пределами указанной ему Ж.А.В. в 2018 году делянки, на территории, непосредственно прилегающей к ней, он, ФИО1, не спиливал и не знает, кто это сделал. 

В судебном заседании на основании п.1 ч.1 ст.276 УПК РФ были оглашены показания ФИО1, которые он давал в ходе предварительного расследования, которые по своему содержанию в целом соответствуют его показаниям в суде, изложенным выше, однако имеют и некоторые противоречия с ними.

Так, при допросе в качестве подозреваемого 16.02.2020 г. ФИО1 показывал, что при встрече его осенью 2018 г. с Ж.А.В., когда последний на местности показывал ему обозначенные на схеме (приложении к договору купли-продажи лесных насаждений) границы выделенной его матери делянки, одна из этих границ была обозначена зарубками на деревьях, которые сохранились и в 2019 году, когда ФИО1 начал пилить деревья. Разработку делянки он, ФИО1, начал в начале августа 2019 года, вырубал лес на протяжении около двух недель, а уже примерно 16 августа 2019 года ему позвонил Ж.А.В. и назначил встречу на следующий день, в ходе которой обсуждался вопрос о том, что ФИО1 вышел за границы разрабатываемой делянки. Однако он, ФИО1, считает, что за пределы делянки не выходил, так как при рубке сверялся с картой, ориентировался на визиры (ранее указанные зарубки). Указанные Ж.А.В. деревья, якобы не входящие в границы выделенной ему делянки, он, ФИО1, вырубил, так как при осуществлении их рубки был уверен, что делает это на территории своей делянки, при этом считал данные деревья сухостойными (т.2, л.д. 17-21).

При допросе в качестве подозреваемого 21.09.2020 г. ФИО1 показал, что перед и во время рубки деревьев на делянке ориентировался на границы делянки, показанные ему Ж.А.В., которые были обозначены с левой стороны – «старым опознавательным знаком на столбе» и поваленной березой, а с правой стороны – старым пеньком и поваленным корнем осины, при этом с правой стороны в начале и в конце делянки также были зарубки (т.2, л.д. 23-27). 

В ходе очной ставки с Ж.А.В. 16 февраля 2020 года ФИО1 показывал, что был осведомлен о том, каким именно образом граница делянки была обозначена, Ж.А.В. по поводу повторного обозначения границы делянки не звонил, потому что данная граница ему была понятна, при рубке леса он, ФИО1, не выходил за визиры и пилил только в пределах границ выписанной ему делянки, а когда ему сказали, что он вышел за пределы своей делянки, он спрашивал, как можно решить данный вопрос (т.2, л.д. 28-31).

В ходе очной ставки с Ж.А.В. 07 октября 2020 года ФИО1 подтвердил показания последнего о том, что тот показывал ФИО1 визиры по периметру делянки; при этом ФИО1 выразил свое несогласие с показаниями Ж.А.В. о том, что помечено было каждое дерево (т.2, л.д. 52-55).

При допросе в качестве обвиняемого 07.10.2020 г. ФИО1 заявил, что, обрабатывая делянку, выделенную его матери, за визиры делянки не выходил (т.3, л.д. 174-177).

При допросе в качестве обвиняемого 26.11.2020 г. ФИО1 показал, что визиры на деревьях по периметру его делянки были сделаны уже после 4 сентября 2019 года (т.4, л.д. 129-132).

После оглашения указанных протоколов следственных действий в судебном заседании подсудимый противоречия в своих показаниях объяснил неточностями, якобы допущенными при занесении его показаний в соответствующие протоколы, на которые он не обратил внимания при ознакомлении с ними и при их подписании, а также тем, что под понятием «визиры» в своих показаниях следователю он подразумевал пни, поваленные деревья, кустарник и другие ориентиры, но не зарубки на деревьях. 

Доводы подсудимого о якобы допущенных неточностях при занесении его показаний в соответствующие протоколы суд отвергает, так как все эти протоколы были оформлены в присутствии не только самого ФИО1, но и его защитника, сомневаться в добросовестности и профессионализме которого оснований нет, при этом правильность занесения показаний ФИО1 в протоколы засвидетельствована подписями каждого из них, а в отношении протоколов очных ставок – еще и подписями свидетеля Ж.А.В. 

Доводы подсудимого о том, что под понятием «визиры» в своих показаниях следователю он подразумевал пни, поваленные деревья, кустарник и другие ориентиры, но не зарубки на деревьях, суд оценивает критически и также отвергает, так как из буквального содержания исследованных показаний ФИО1 однозначно следует, что он разделял и в некоторой мере даже противопоставлял смысловое значение использованных им терминов «визиры», «пни», «поваленные деревья» и др., а не отождествлял их, и, более того, прямо объяснял в этих показаниях, что «визирами» он называет зарубки на деревьях. 

Таким образом, суд приходит к выводу, что изменения в показаниях ФИО1, обозначенные выше и расцениваемые судом как противоречия, являются следствием только лишь изменений в позиции защиты, избранной им в тот или иной период производства по делу, то есть являются результатом того, что он, действуя добровольно, осознанно и целенаправленно, давал в разное время показания различного содержания, защищаясь от возникшего в отношении него подозрения, а затем – и от предъявленного ему обвинения. 

При таких обстоятельствах показания ФИО1 по существу обвинения, данные им в судебном заседании и в протоколах следственных действий, исследованных судом и изложенных в приговоре выше, суд признает допустимыми доказательствами, а потому оценивает их в совокупности друг с другом и с другими исследованными доказательствами.

Оценивая указанные выше противоречия в показаниях ФИО1, суд отмечает, что, в основном, они касаются вопроса о том, как именно, когда именно и насколько однозначно и полно были обозначены границы делянки, предоставленной его матери для вырубки, насколько правильно сам ФИО1 определял их для себя на местности и выходил ли он за них при осуществлении рубки деревьев, а также вопроса о том, на протяжении какого периода времени подсудимый пилил лес, и насколько продолжительным был промежуток времени между моментом, когда ФИО1 пилил деревья в лесу в последний раз, и моментом, когда ему позвонил Ж.А.В. по поводу вырубки за границами делянки, то есть промежуток времени, когда делянка и прилегающая к ней территория оставались без внимания подсудимого. 

Так как в этой части показания ФИО1 крайне противоречивы с явной тенденцией к уменьшению со временем степени своей вины и убедительно опровергаются показаниями свидетелей, а также совокупностью иных исследованных доказательств, которые будут приведены в приговоре ниже, суд расценивает показания ФИО1 в соответствующей части критически как способ избранной подсудимым защиты, находит их недостоверными и отвергает. 

В судебном заседании в качестве дополнительного свидетеля защиты была допрошена мать подсудимого - С.Н.В., которая охарактеризовала сына исключительно с положительной стороны, а по существу дела показала, что, действительно, выступала покупателем по договору купли-продажи лесных насаждений, заключенному в 2018 году, но фактически соответствующую лесную делянку разрабатывал ее сын - С.Н.В., и было это в 2019 году. В работе сын использовал топор, бензопилу и трактор, работал один. До начала работы на делянке сын обращался к лесничему, и тот показал ему, где нужно пилить. Впоследствии ее сына обвинили в том, что он спилил лишние деревья, но в разговоре с ней он утверждал, что лишнего не пилил, что работал только на своей делянке, пилил там, где ему показали. 

Виновность ФИО1 в совершении преступления подтверждается показаниями представителя потерпевшего, свидетелей и другими исследованными в суде доказательствами в их совокупности.

Свидетель Т.Ю.В. в судебном заседании и в ходе предварительного расследования (т.1, л.д. 239-242, показания были оглашены в суде и полностью подтверждены свидетелем после их оглашения) показал, что, длительное время являясь работником лесного хозяйства, в августе 2019 года, точную дату не помнит, он собирал грибы для личных нужд в районе выдела *********** квартала *********** Ключищенского участкового лесничества и обратил внимание на тот факт, что в лесу вырублено много деревьев за пределами визиров, обозначающих границы делянки, на которой осуществлялась вырубка, при этом границы самой этой делянки, представляющей собой прямоугольник, было видно. В этот же день он, свидетель, с абонентского номера *********** позвонил Ж.А.В. и сообщил об этом факте, на что последний ответил, что проверит полученную информацию.

Свидетель Ж.А.В. в судебном заседании и в ходе предварительного расследования (т.1, л.д. 141-143, 175-177, 186-188, 189-193, 194-196; т.2, л.д. 28-31, 52-55, 231-233, показания были оглашены в суде и, в целом, подтверждены свидетелем после их оглашения) показал, что является участковым лесничим ************** участкового лесничества ГКУ Ульяновской области «Ульяновское лесничество». 

В 2018 году матери подсудимого ФИО1 по договору купли-продажи лесных насаждений на подведомственном ему участке леса, а именно в выделе 10 квартала 22, была предоставлена делянка *********** для заготовки древесины для личных нужд. Разрабатывал делянку ФИО1, к работе он приступил только в 2019 году. 

Данную делянку в натуре отводил он, свидетель, ограничив ее от окружающего леса визирами – то есть границами, отмеченными путем нанесения топором трехсторонних затесов на деревьях, растущих по линиям периметра делянки. Делянка имела форму прямоугольника. 

При этом каждое дерево, расположенное на территории делянки, выделенной Сарсеванидзе, подлежащее вырубке, было отмечено зарубками: одной, двумя или тремя. Одной зарубкой отмечается «деловая» древесина, то есть высшего качества, двумя зарубками отмечается «полуделовая» древесина, то есть среднего качества, тремя зарубками отмечается «дровяная» древесина, то есть низкого качества. 

Таким образом, границы делянки, выделенной Сарсеванидзе, а также все деревья, подлежащие рубке в границах это делянки, были специально отмечены, а за пределами данной делянки деревья не были помечены никак. 

В 2018 году, после заключения указанного выше договора, он, свидетель, лично на месте показал и объяснил ФИО1 границы выделенной его матери делянки, и сказал ему, что за границы выделенной делянки заходить нельзя. После этого ФИО1 с вопросами о разъяснении ему границ делянки не обращался. 

В августе 2019 года, до 23 числа, грибник Т.Ю.В. по телефону сообщил ему, что увидел вырубку за пределами визиров делянки, и он, Ж.А.В., поехал проверить данную информацию. Он пользовался в тот период абонентским номером ***********.

Прибыв на делянку, которую разрабатывал ФИО1, он убедился, что имеет место факт вырубки деревьев за визирами, то есть за пределами данной делянки на территории, непосредственно к ней примыкающей. 

Затем он созвонился с ФИО1, и они встретились на делянке, чтобы разобраться в случившемся. 

Он показал ФИО1 на участок территории в форме треугольника, примыкающий к одной из границ прямоугольной делянки, выделенной матери подсудимого, то есть на участок, где деревья были вырублены за пределами разрабатываемой последним делянки. 

На указанном имеющем форму треугольника участке за пределами делянки Сарсеванидзе были вырублены только крупные деревья, то есть преимущественно «деловая» древесина, а «тонкомер» был оставлен, всего там было вырублено 31 дерево пород «береза», «сосна» и «клен», при этом все они являлись сырорастущими, что было очевидно по структуре оставшихся пней. 

ФИО1, подтвердив, что все эти деревья на указанном участке спилил именно он, объяснил это тем, что запутался, ошибся с границами, так как ему были непонятны визиры разрабатываемой им делянки, и спросил, как ему теперь решить этот вопрос, на что был переадресован им к директору лесничества. 

При проверке его показаний свидетель Ж.А.В. на месте продемонстрировал делянку леса прямоугольной формы, которую разрабатывал ФИО1, границы данной делянки, визуально отмеченные зарубками на деревьях, и на 31 пень деревьев, срубленных за этими границами. Следственное действие сопровождалось фотографированием, к протоколу приложена соответствующая фототаблица (т.1, л.д. 178-185).

Из протоколов и приложений к ним следует, что следователем была осмотрена информация о детализации соединений абонентского номера *********** и о детализации соединений абонентского номера ***********, при этом зафиксированы соединения данного номера, находившегося в пользовании ФИО1, с абонентским номером ***********, находившимся в пользовании Ж.А.В., имевшие место 23 и 24 августа 2019 г. (т.2, л.д. 195-198, 200-204; т.2, л.д. 236-240).

Свидетель К.Д.А. в судебном заседании и в ходе предварительного расследования (т.1, л.д. 194-196, 201-203; т.2, л.д. 35-37, показания были оглашены в суде и полностью подтверждены свидетелем после их оглашения) показал, что летом 2019 г. оказывал транспортные услуги своему знакомому ФИО1, когда тот разрабатывал делянку в лесу. Пилил деревья ФИО1 самостоятельно при помощи принадлежащей ему бензопилы. Кроме того, в августе 2019 года он присутствовал при встрече ФИО1 с Ж.А.В. на делянке, в ходе которой первый пояснял, что с трудом нашел визиры делянки, а Ж.А.В. утверждал, что визиры он делал, что они отчетливо видны, и показывал ФИО1 границы делянки, обозначенные визирами. Сам ФИО1 уверял его, свидетеля, что рубил деревья только на своей делянке. 

Представитель потерпевшего Государственного казенного учреждения Ульяновской области «Ульяновское лесничество» – ФИО2 в судебном заседании показала, что в начале сентября 2019 г. ей стало известно от лесничего Ж.А.В., что у него на участке, в 10 выделе 22 квартала, произошла незаконная рубка лесных насаждений. Данная вырубка произошла на территории, непосредственно прилегающей к делянке, выделенной по договору купли-продажи лесных насаждений Сарсеванидзе. Как выяснилось, были незаконно вырублены 19 сырорастущих берез, 11 сырорастущих сосен, 1 сырорастущий клен (который первоначально, до проведения экспертизы, принимали за березу). Был составлен материал о лесонарушении, произведен расчет суммы причиненного лесным насаждениям ущерба. 

Согласно акту о нарушении лесного законодательства (лесонарушении) от 4 сентября 2019 г., схеме к нему, расчету ущерба, в лесном квартале ***********, выдел ***********, ************** участкового лесничества Ульяновского лесничества расположены лесные насаждения лесного фонда РФ, целевое назначение лесов: защитные леса; категория лесов: лесопарковые зоны. На указанном участке леса обнаружена незаконная рубка 11 деревьев породы сосна общим объемом 19,1 куб. м и 20 деревьев породы береза общим объемом 17,96 куб. м, ущерб лесному фонду от которой составил 915 905 руб. (т.1, л.д. 85-86, 87-88).

Согласно уточненному расчету, произведенному ГКУ Ульяновской области «Ульяновское лесничество» на основании данных натурного поштучного учета и обмера пней срубленных сырорастущих деревьев и сортиментных таблиц, с учетом выводов дополнительной ботанической экспертизы о принадлежности одного из срубленных деревьев к породе «клен», общий ущерб от незаконной рубки 11 деревьев сырорастущей сосны объемом 19,56 куб. м, 19 деревьев сырорастущей березы объемом 17,17 куб. м и 1 дерева сырорастущего клёна объёмом 0,19 куб. м, исчисленный по утвержденным Правительством Российской Федерации таксам и методике, составляет 933 512 рублей (т.3, л.д. 235-239).

Данный расчет сторонами оспорен и опровергнут не был, он был проверен судом, суд убедился, что этот расчет соответствует требованиям действующего законодательства (примечанию к статье 260 УК РФ) и установленным по делу фактическим обстоятельствам, основан на материалах уголовного дела, а потому является достоверным. 

При таких обстоятельствах суд считает установленным, что в результате рассматриваемого преступления лесным насаждениям государства в лице Государственного казенного учреждения ************** «Ульяновское лесничество» был причинен материальный ущерб на общую сумму 933 512 рублей, то есть в особо крупном размере.

Свидетель Е.Н.А., инженер по лесопользованию Государственного казенного учреждения Ульяновской области «Ульяновское лесничество», в судебном заседании и в ходе предварительного расследования (т.1, л.д. 226-229, 230-232; т.2, л.д. 44-47, показания были оглашены в суде и полностью подтверждены свидетелем после их оглашения) показала, что 17.08.2018 был заключен договор купли-продажи лесных насаждений *********** между Министерством сельского, лесного хозяйства и природных ресурсов Ульяновской области в лице А.И.В. и С.Н.В., согласно которому последней как покупателю были переданы лесные насаждения, расположенные на землях, находящихся в федеральной собственности, в собственность для заготовки древесины. К данному договору прилагалась схема расположения лесных насаждений, на которой было обозначено конкретное местоположение выделенных для рубки лесных насаждений в квартале 22 выделе 10 ************** участкового лесничества Ульяновского района Ульяновской области. На основании заявления С.Н.В. от 26.11.2018 срок действия указанного договора купли-продажи лесных насаждений был продлен до 17.08.2019. 

В дальнейшем от участкового лесничего Ж.А.В. ей стало известно, что непосредственно разработкой указанной делянки занимался сын С.Н.В. – ФИО1, и Ж.А.В. указал ФИО1 на границу делянки, обозначенную визирами – затесами на деревьях по периметру делянки. 

Однако ФИО1, осуществляя рубку, вышел за границы разрабатываемой делянки, о чем он сообщил в ее присутствии директору лесничества А. сам лично, явившись в лесничество в августе 2019 года. ФИО1 объяснял случившееся тем, что не увидел визиры, не понял границы делянки, срубил не те деревья, и спрашивал у них, что ему теперь делать, то есть не отрицал тот факт, что именно он спилил деревья за границами делянки. Как выяснилось, незаконно вырублены были более 30 деревьев, при этом хорошего, «делового» качества. 

Впоследствии она выезжала в лес и убедилась, что при прямоугольной форме выделенной Сарсеванидзе делянки участок леса, на котором произошла незаконная вырубка, имел форму треугольника, одной стороной непосредственно прилегающего к границе делянки Сарсеванидзе, и был значительных размеров – с длиной стороны около 30 метров.

Согласно протоколу выемки, свидетель Е.Н.А. добровольно выдала документацию на 20 листах, на основании которой с С.Н.В. был заключен договор *********** от 17.08.2018 г. Данные документы (заявления С.Н.В. и копия ее паспорта, копия разрешения на строительство, перечетные ведомости, договор купли-продажи лесных насаждений, приложения к нему и др.) были осмотрены следователем и описаны в соответствующем протоколе осмотра (т.1, л.д. 164-166, 167-171).

Данные документы, приобщенные к уголовному делу в качестве вещественных доказательств, в этом качестве были осмотрены и судом в судебном заседании. 

Осмотрев подлинник договора купли-продажи лесных насаждений *********** от 17.08.2018 г., заключенного Министерством сельского, лесного хозяйства и природных ресурсов Ульяновской области с С.Н.В., и приложенные к нему документы, суд убедился, что по данному договору последней как покупателю были переданы за плату в собственность для заготовки древесины в соответствии со статьей 30 Лесного кодекса РФ лесные насаждения общим объемом 77 куб. м, расположенные на землях, находящихся в федеральной собственности, а именно лесные насаждения, расположенные на делянке *********** выдела *********** квартала *********** ************** участкового лесничества Ульяновского лесничества. 

Неотъемлемыми частями данного договора являются приложения *********** и *********** к нему, в которых указаны характеристики древесины, объем и схема расположения на местности лесных насаждений, подлежащих заготовке по договору. 

Договором предусмотрена выборочная форма рубки спелых и перестойных лесных насаждений. 

При этом в договоре прямо указано (пункт 6), что заготовке по нему не подлежат деревья, не намеченные в рубку. 

Согласно договору (пункт 9), заготовка древесины осуществляется в соответствии с условиями данного договора, требованиями Лесного кодекса РФ, правилами заготовки древесины, правилами ухода за лесами, правилами пожарной и санитарной безопасности в лесах, правилами заготовки и сбора недревесных лесных ресурсов, порядком проведения лесосечных работ, утвержденными в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Свидетель А.И.В., директор Государственного казенного учреждения Ульяновской области «Ульяновское лесничество», в судебном заседании и в ходе предварительного расследования (т.1, л.д. 216-219; т.2, л.д. 41-43, показания были оглашены в суде и полностью подтверждены свидетелем после их оглашения) показал, что с ФИО1 познакомился в тот момент, когда тот пришел к нему в кабинет, сказал, что вышел за пределы делянки, которую разрабатывал, спилив деревья за визирами своей делянки, то есть осуществив незаконную рубку, и спросил, что ему теперь делать.

Свидетель Я.И.А. в судебном заседании и в ходе предварительного расследования (т.1, л.д. 206-208, 210-212, показания были оглашены в суде и полностью подтверждены свидетелем после их оглашения) показал, что, являясь коллегой ФИО1, в конце августа 2019 года подвозил его на встречу к лесничему, после которой ФИО1 рассказал ему, что, по утверждению лесничего, он осуществил рубку деревьев за пределами делянки родителей, которую в то время разрабатывал, хотя пилил деревья только там, где ему показал лесничий, определяя границы делянки по карте и по визирам на деревьях. Впоследствии ФИО1 говорил ему, что не знает, как так получилось, что он срубил лес за пределами своей делянки, то есть умышленно он этого не делал. 

Свидетель Г.А.С. в судебном заседании и в ходе предварительного расследования (т.1, л.д. 233-235; т.2, л.д. 38-40, показания были оглашены в суде и полностью подтверждены свидетелем после их оглашения) показал, что в сентябре 2019 года на рабочем месте получил информацию о возможном участии коллеги - ФИО1 в незаконной рубке 31 дерева. В личной беседе, состоявшейся у них вскоре после этого, ФИО1 пояснил ему, что, осуществляя разработку делянки, выделенной его матери для заготовки древесины для личных нужд, он по невнимательности ошибся, отклонился в сторону от границ выделенного участка, где были сделаны засечки (зарубки), и незаконно спилил лично ещё 31 дерево за границами делянки.

В судебном заседании с согласия сторон на основании ч.1 ст. 281 УПК РФ были оглашены показания неявившейся в судебное заседание свидетеля З.Г.А. (т.1, л.д. 243-245; т.2, л.д. 48-51), из которых следует, что она проводила служебную проверку в отношении ФИО1, в ходе которой лично выезжала на территорию делянки, которую разрабатывал последний, и видела там на деревьях визиры, по которым он должен был ориентироваться, определяя границы делянки, а также наблюдала следы осуществления рубки деревьев за визирами, то есть за границами делянки. По результатам служебной проверки, основанным, в том числе, на объяснениях самого ФИО1, данных им в присутствии адвоката, руководство сочло доказанным факт рубки последним лесных насаждений без разрешения на то, и ФИО1 был уволен из органов внутренних дел. 

Свидетель М.Л.А., в прошлом – сотрудник органов внутренних дел, в судебном заседании показал, что в составе следственно-оперативной группы выезжал на место происшествия в лес у ************** по сообщению лесничего о незаконной рубке около 30 деревьев.

Согласно протоколу осмотра места происшествия, 05.09.2019 был осмотрен участок местности в лесном массиве между ************** и **************, имеющий форму треугольника с длинами сторон 36 на 63 на 57 метров, общей площадью около 11 соток, на котором в хаотичном порядке обнаружены пни деревьев: 11 деревьев сосны и 20 деревьев березы, то есть всего 31 пень, которые в ходе следственного действия были пронумерованы, и с каждого из которых изъяты спилы. К протоколу приложены схема и фототаблица, на которых визуально зафиксированы установленные при проведении следственного действия обстоятельства, а также отражены размеры пней (т.1, л.д. 89-111).

Согласно протоколу осмотра места происшествия, 02.09.2020 указанный участок местности был осмотрен вновь, при этом с пней, ранее обозначенных под *********** и под ***********, при помощи участвующего в осмотре Ж.А.В. изъяты дополнительные спилы (срезы) (т.3, л.д. 70-77).

Из протоколов осмотров мест происшествия следует, что 06.09.2019 был осмотрен участок местности у **************, где обнаружены и зафиксированы складированные бревна деревьев березы и сосны в общем количестве 168 штук. Произведены измерения размеров бревен. Здесь же обнаружена бензопила «Лидер» модели «ЛБЦП 4518». На участке местности, расположенном у **************, обнаружен трактор МТЗ-50 синего цвета без государственных регистрационных знаков. Все указанные предметы переданы ФИО1 под сохранную расписку. 22.09.2020 г. бревна деревьев березы и сосны в общем количестве 168 штук, складированные у **************, а также трактор МТЗ-50, находящийся там же, осмотрены и зафиксированы при помощи фотографирования повторно. 20.11.2020 г. путем измерений на месте и подсчетов установлено, что 168 бревен деревьев по объему представляют собой: березы – 4,91 куб. м, сосны – 47,38 куб. м (т.1, л.д. 128-140, 147-149, 150; т.2, л.д. 226-227, 242-244; т.4, л.д. 112-116).

Впоследствии изъятые в ходе осмотров указанные срезы с пней и бензопила были осмотрены следователем с применением фотографирования и описаны в соответствующем протоколе с приложением к нему фототаблицы (т.2, л.д. 174-187).

Согласно заключению судебной ботанической экспертизы, 11 из представленных на экспертизу спилов с пней деревьев, относятся к семейству Сосновые (Pinaceae), роду Сосна (Pinus), а еще 18 - к семейству Берёзовые (Betulaceae), роду Берёза (Betula). Соответствующие деревья, исходя из состояния представленных спилов и фрагментов спилов, на момент порубки являлись вероятнее всего произрастающими, то есть вегетирующими (живыми), и относились предположительно к категориям «без признаков ослабления», «ослабленные» и «сильно ослабленные». Определить род деревьев и категорию состояния деревьев по представленным спилам с цифровыми обозначениями *********** и *********** не представилось возможным в виду малых размеров объектов, отсутствия коры и отсутствия разрешения на расходование и видоизменение объектов (т.3, л.д. 43-48).

Согласно заключению дополнительной судебной ботанической экспертизы, спилы с пня *********** относятся к семейству Берёзовые (Betulaceae), роду Берёза (Betula), а спил с пня *********** - к семейству Кленовые (Aceraceae), роду Клен (Acer). Исходя из состояния представленных спилов, соответствующие деревья на момент порубки являлись вероятнее всего произрастающими, то есть вегетирующими (живыми), и относились предположительно к категориям «ослабленные» и «сильно ослабленные» (т.3, л.д. 101-104).

Согласно заключению судебной трасологической экспертизы, следы распила на исследованных поверхностях предоставленных на экспертизу тридцати одного спила древесины, изъятых 05.09.2019 в ходе осмотра места происшествия, образованы механическим способом с применением моторизованного инструмента (бензопила, электропила и т.п.). На данных торцевых поверхностях имеются следы распила, не пригодные для идентификации, но пригодные для определения групповой принадлежности инструмента, их образовавшего. Следы распила на исследованных поверхностях представленных объектов могли быть образованы как режущей кромкой представленной на исследование бензопилы марки «Лидер», изъятой 06.09.2019 в ходе осмотра места происшествия, так и другим (другими) инструментом (инструментами) с аналогичными параметрами рабочих частей (т.3, л.д. 61-65).

Из протокола осмотра места происшествия следует, что 11.03.2020 был осмотрен участок местности, расположенный в квартале 22, выдел 10, ************** участкового лесничества ГКУ Ульяновской области «Ульяновское лесничество», расположенный в лесном массиве между ************** и **************, определены его географические координаты - *********** ? северной широты и *********** восточной долготы. В ходе осмотра участвующий в следственном действии Ж.А.В. указал на делянку ***********, которую разрабатывал ФИО1 Зафиксировано, что данная делянка имеет форму четырехугольника с длинами сторон 110, 32, 100 и 25 метров. Далее Ж.А.В. указал на визиры – затесы на деревьях по периметру указанной делянки, которые обозначают границы названной делянки, имеющей форму прямоугольника. Ж.А.В. пояснил, что во время рубки ФИО1 должен был ориентироваться по имеющимся по периметру делянки визирам, которые он тому ранее показал, а также по схеме, прилагаемой к договору купли-продажи лесных насаждений. Кроме того, в ходе осмотра установлено, что перед делянкой ФИО1 имеется уже разработанная ранее делянка с аналогичной шириной, по которой также можно ориентироваться. На территории делянки ***********, которую разрабатывал ФИО1, имеются несрубленные деревья. В ходе осмотра Ж.А.В. указал на имеющиеся на данных деревьях зарубки, пояснив, что они обозначают категорию технической годности древесины, при этом одна зарубка обозначает деловую древесину, то есть высшего качества, две – полуделовую, то есть среднего качества, три - дровяную, то есть низкого качества. Всего на территории указанной делянки *********** обнаружено 14 несрубленных деревьев березы и сосны, зафиксированы их размеры. Участок местности, на котором, со слов Ж.А.В., была совершена незаконная рубка 31 сырорастущего дерева пород «Береза» и «Сосна», имеет форму треугольника с длинами сторон 36, 63 и 57 метров. Одна из сторон данного треугольного участка местности, имеющая длину 57 метров, прилегает к одной из сторон прямоугольной делянки ***********, а именно к стороне, имеющей длину 110 метров. В ходе осмотра обнаружены многочисленные отходы от порубки в виде спиленных веток и коры деревьев, сложенных в кучи. Также на территории делянки обнаружен срубленный ствол дерева березы с визиром. В ходе осмотра установлено, что границы делянки *********** обозначены визирами – хорошо различимыми трехсторонними затесами на деревьях по периметру делянки. Данная делянка визуально имеет простую форму прямоугольника и ориентир в виде ранее разработанной делянки с аналогичной шириной и формой. К протоколу приложены фотографии, на которых визуально зафиксированы установленные при проведении следственного действия обстоятельства, в том числе – результаты обзорной съемки с воздуха, осуществленной при помощи квадрокоптера (т.3, л.д. 1-17).

Свидетель ФИО3 в судебном заседании показал, что в марте 2020 года в качестве понятого наряду с еще одним понятым и лесничим Ж.А.В. присутствовал при осмотре места происшествия – участка леса, на котором имелась вырубка. Лица, производившие осмотр, применяли фотографирование, при этом для производства съемки сверху использовали квадрокоптер. Ж.А.В. демонстрировал следователю зарубки (насечки) на стволах некоторых деревьев, при этом свежих зарубок не было. Впоследствии следователь предъявил ему, свидетелю, протокол, составленный по результатам осмотра, который он подписал, предварительно ознакомившись с его содержанием. Ознакомившись в судебном заседании с протоколом осмотра места происшествия и фототаблицей к нему (т.3, л.д. 1-17), свидетель ФИО3 заявил суду, что именно данный протокол он подписывал, что содержание данного протокола соответствует тем обстоятельствам, при которых он присутствовал в качестве понятого, и что приложенные к протоколу фотографии были сделаны именно тогда, при изложенных им событиях.

Свидетель К.Н.А., присутствовавший при проведении указанного осмотра места происшествия в качестве второго понятого, в судебном заседании дал показания, по своему содержанию, в целом, соответствующие изложенным выше показаниям свидетеля ФИО3, при этом уточнил, что на месте визуально четко определялся участок леса, на котором деревья были вырублены за пределами левой границы разработанной делянки, обозначенной визирами на деревьях, вследствие чего эта граница более не представляла собой прямую линию. 

Доводы защиты о недопустимости протокола осмотра места происшествия (т.3, л.д. 1-17) суд отвергает, так как, вопреки мнению защиты, с учетом показаний свидетелей ФИО3 и К.Н.А., не усматривает каких-либо нарушений требований УПК РФ, якобы допущенных при проведении данного следственного действия и (или) при оформлении соответствующего протокола. Составление протокола не сразу в ходе следственного действия, а после его окончания, и, как следствие, подписание данного протокола участниками следственного действия не непосредственно на месте проведения следственного действия, а в ином месте (или местах), в том числе не одновременно и не в присутствии друг друга, - вопреки мнению защиты не является нарушением требований статьи 166 УПК РФ. 

Из представленных Федеральной налоговой службой России и Министерством промышленности и транспорта Ульяновской области сведений следует, что ФИО1 зарегистрирован как собственник самоходной машины – колесного трактора «МТЗ-50», ДД.ММ.ГГГГ г.р. (т.3, л.д. 151-154, 156).

Согласно заключениям товароведческих экспертиз, рыночная стоимость трактора «МТЗ-50», ДД.ММ.ГГГГ г.р., составляет 124 285 руб., бензопилы «Лидер» модели «ЛБЦП-4518» - 2 250 руб., круглого леса березы объемом 4,91 куб. м – 11 784 руб., круглого леса сосны объемом 47,38 куб. м – 213 210 руб. (т.3, 86-91, 113-116; т.4, л.д. 140-143).

Судебные экспертизы, заключения которых приведены в приговоре выше, были назначены и проведены по делу в полном соответствии с требованиями УПК РФ. Эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Сведения о квалификации экспертов, приведенные в заключениях, не вызывают у суда сомнений в их компетенции произвести порученные им исследования. Каких-либо сведений о необъективности судебных экспертов, об их заинтересованности в исходе дела не имеется. Каких-либо неясностей и неполноты, требующих разъяснений и дополнений, в заключениях экспертов не содержится. При этом, вопреки мнению защиты, заключения судебных экспертиз, исследованные в судебном заседании, не свидетельствуют о непричастности подсудимого к совершенному преступлению или о его невиновности. 

Таким образом, исследовав и оценив указанные выше доказательства с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а в их совокупности – с точки зрения достаточности, суд находит вину подсудимого в совершении преступления полностью установленной.

По смыслу закона, предметом преступления, предусмотренного статьей 260 УК РФ, являются в том числе лесные насаждения, то есть деревья, кустарники и лианы, произрастающие в лесах, при этом не имеет значения, высажены ли лесные насаждения или не отнесенные к лесным насаждениям деревья, кустарники, лианы искусственно либо они произросли без целенаправленных усилий человека. Под рубкой лесных насаждений следует понимать их валку (в том числе спиливание, срубание, срезание, то есть отделение различными способами ствола дерева, стебля кустарника и лианы от корня), а также иные технологически связанные с ней процессы (включая трелевку, частичную переработку и (или) хранение древесины в лесу). Незаконной является рубка указанных насаждений с нарушением требований законодательства, например рубка лесных насаждений без оформления необходимых документов (в частности, договора аренды, решения о предоставлении лесного участка, проекта освоения лесов, получившего положительное заключение государственной или муниципальной экспертизы, договора купли-продажи лесных насаждений, государственного или муниципального контракта на выполнение работ по охране, защите, воспроизводству лесов), либо в объеме, превышающем разрешенный, либо с нарушением породного или возрастного состава, либо за пределами лесосеки. При этом договор аренды лесного участка или решение о предоставлении лесного участка на иных правах для заготовки древесины либо других видов использования лесов не являются достаточным правовым основанием для проведения рубок лесных насаждений. В частности, рубка лесных насаждений арендатором лесного участка считается незаконной в тех случаях, когда у такого лица отсутствуют документы для рубки лесных насаждений на арендованном участке (например, проект освоения лесов, получивший положительное заключение государственной или муниципальной экспертизы) либо были вырублены деревья, рубка которых не предполагалась проектом освоения лесов или произведена с нарушением сроков. Действия лица, совершившего незаконную рубку насаждений, а затем распорядившегося древесиной по своему усмотрению, не требуют дополнительной квалификации по статьям Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации об ответственности за хищение чужого имущества (постановление Пленума Верховного Суда РФ от 18.10.2012 № 21 «О применении судами законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования»).

Судом достоверно установлено, что ФИО1, не имея договора купли-продажи лесных насаждений, договора аренды, решения о предоставлении лесного участка, проекта освоения лесов, государственного или муниципального контракта на выполнение работ по охране, защите, воспроизводству лесов или иных необходимых документов, оформляющих разрешение со стороны государства на заготовку леса на соответствующем участке лесного фонда, расположенном за пределами лесосеки, предоставленной его матери - С.Н.В. по договору купли-продажи лесных насаждений *********** от 17.08.2018, лично осуществил на этом участке леса валку 31 сырорастущего дерева пород «береза», «сосна» и «клен» путем их спиливания, то есть отделения стволов деревьев от корней. 

Доводы защиты о непричастности ФИО1 к этим действиям и о совершении данного преступления иными, неустановленными, лицами суд отвергает, так как они полностью опровергаются совокупностью исследованных судом доказательств, изложенных выше, а именно показаниями свидетелей Ж.А.В., А.И.В., Е.Н.А., Я.И.А., Г.А.С., а также показаниями самого ФИО1, при допросе в качестве подозреваемого от 16.02.2020 г. признававшего факт осуществления им рубки указанных Ж.А.В. деревьев за пределами делянки, предоставленной его матери, но объяснявшего этот факт добросовестным заблуждением относительно границ соответствующей делянки (т.2, л.д. 17-21).

Оснований для признания данных показаний недопустимыми, в том числе с учетом правовых позиций, изложенных в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 6 февраля 2004 г. № 44-о по жалобе гражданина ФИО4 на нарушение его конституционных прав положениями статей 56, 246, 278 и 355 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд, вопреки мнению защиты, не находит, так как данные доказательства были получены без нарушения требований УПК РФ, Конституции РФ, а также общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров РФ.

В судебном заседании не установлено каких-либо оснований для оговора подсудимого со стороны потерпевшего (его представителя) или свидетелей, а также оснований для самооговора подсудимого.

Доводы защиты о том, что Ж.А.В. дал заведомо ложные показания, суд отвергает как несостоятельные, так как в судебном заседании он сообщил, кто именно информировал его о возможной незаконной рубке леса (свидетель Т.Ю.В.). 

Доводы подсудимого о наличии у него алиби несостоятельны, так как в судебном заседании достоверно установлено и подтверждено самим подсудимым, что в период, в который, как установлено судом, было совершено преступление, ФИО1 неоднократно находился на месте совершения преступления.

Доводы о том, что, осуществляя рубку 31 сырорастущего дерева лесных насаждений за пределами предоставленной его матери делянки, ФИО1 не имел умысла на совершение незаконной рубки, находился под влиянием добросовестного заблуждения относительно границ данной делянки, суд отвергает, так как установленные в ходе судебного разбирательства фактические обстоятельства совершенных ФИО1 действий (четкое и недвусмысленное обозначение периметра границ указанной делянки как на местности, так и в приложении к договору купли-продажи, то есть в документах; наличие очевидных знаков на каждом дереве, подлежащем рубке в границах делянки, и отсутствие таковых на срубленных деревьях за ее границами; явное несоответствие геометрической формы и размеров границ делянки, а также ее площади, обозначенных в разрешительных документах, фактическим форме, размерам границ и площади вырубленной подсудимым территории леса; масштаб выхода вырубки за границы делянки) достоверно свидетельствуют о том, что ФИО1 осознавал общественную опасность своих действий, предвидел неизбежность наступления общественно опасных последствий и желал их наступления, то есть действовал с прямым умыслом на совершение незаконной рубки лесных насаждений.

Доводы подсудимого о том, что среди складированного у дома его матери леса достоверно не установлено наличие деревьев из числа незаконно срубленных, что он не закончил разработку делянки матери и фактически заготовил лес в меньшем объеме, нежели был куплен ею, - не ставят под сомнение выводов суда о причастности подсудимого к преступлению, изложенных выше, и, по смыслу закона, как отмечено выше, не влияют на юридическую квалификацию совершенного им преступления.

Суд квалифицирует действия ФИО1 по части 3 статьи 260 Уголовного кодекса РФ как незаконную рубку лесных насаждений, совершенную в особо крупном размере, так как установлено, что он, действуя умышленно, не имея на то законных оснований в виде соответствующего договора купли-продажи или иных документов, разрешающих рубку леса на соответствующем участке лесного фонда, то есть действуя незаконно, спилил в лесу с корня 31 сырорастущее дерево из состава лесных насаждений лесного фонда РФ, принадлежащие государству, то есть совершил незаконную их рубку, чем причинил лесным насаждениям государства материальный ущерб, исчисленный по утвержденным Правительством Российской Федерации таксам и методике, на общую сумму 933 512 рублей, что, согласно примечанию к статье 260 Уголовного кодекса РФ, составляет особо крупный размер.

Вопреки доводам защиты, суд не усматривает каких-либо нарушений требований УПК РФ, допущенных при составлении обвинительного заключения по делу, которые в соответствии с п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ препятствовали бы постановлению судом приговора на основе обвинения, предъявленного подсудимому, и (или) нарушали бы право последнего на защиту. 

Использование органом следствия в тексте обвинения термина «визир», вопреки мнению защиты, не влечет за собой неясность, противоречивость или неконкретность данного обвинения.

Суд отмечает, что при допросах ФИО1, свидетелей, при проведении иных следственных действий, равно как и непосредственно в тексте предъявленного подсудимому обвинения, термин «визир» использовался органом следствия с одновременным разъяснением смысла, закладываемого в соответствующем контексте в данный термин, что исключает какие-либо противоречия и неясности. 

Однако суд по результатам судебного следствия полагает необходимым уточнить обвинение в части времени совершения ФИО1 преступления. 

Из совокупности показаний самого ФИО1, свидетелей Т.Ю.В., Ж.А.В., Е.Н.А., детализаций телефонных соединений и других исследованных судом доказательств, следует, что факт осуществления рассматриваемой незаконной рубки был выявлен не позднее 23 августа 2019 года (а не 4 сентября 2019 г., как было указано в обвинении).

Суд в соответствии с частью 2 статьи 252 УПК РФ учитывает, что вносимые в обвинение уточнения (изменения) не ухудшают положения подсудимого и не нарушают его права на защиту, так как не выходят за рамки предъявленного ему обвинения.

Подсудимый на учете у психиатра не состоит, каких-либо признаков психического расстройства в ходе предварительного расследования и судебного рассмотрения дела не обнаруживал, в связи с чем у суда не вызывает сомнений, что он в период совершения инкриминируемого деяния мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и разумно ими руководить. При таких обстоятельствах суд признает подсудимого вменяемым и, следовательно, подлежащим уголовной ответственности за содеянное.

Предусмотренных законом оснований для освобождения подсудимого от уголовной ответственности за содеянное или от наказания по делу не установлено.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности виновного, смягчающие и отягчающее наказание обстоятельства, а также влияние наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Преступление, совершенное подсудимым, относится к категории тяжких преступлений. 

Ранее ФИО1 не судим, к административной ответственности не привлекался. Подсудимый официально не женат, своих детей не имеет, однако, с его слов, состоит в фактических брачных отношениях, проживает с сожительницей и ее малолетним ребенком, ведет с ними общее хозяйство, также имеет престарелых близких родственников (родители, бабушка), проживающих отдельно, имеющих проблемы со здоровьем. Подсудимый трудоустроен, имеет официальный заработок, среднемесячный размер которого в 2020 году до производства удержаний составил, согласно имеющимся в деле документам, около 55 000 руб. (т.4, л.д. 92-94). На учете у нарколога подсудимый не состоит, характеризуется, в том числе по месту прежней службы, исключительно с положительной стороны, ни в чем предосудительном ранее замечен не был.

Как обстоятельства, смягчающие наказание подсудимому, суд расценивает: совершение преступления впервые; явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, розыску имущества, добытого в результате преступления (имели место фактически согласно л.д. 123-125, 128-140, 144-146, 147-150 в томе 1, л.д. 11-14, 17-21 в томе 2); положительные характеристики подсудимого, факты осуществления им трудовой деятельности и участия в содержании и в воспитании малолетнего ребенка его сожительницы; состояние здоровья подсудимого и его близких, престарелый возраст его родителей и бабушки; позицию потерпевшего по делу, представитель которого в судебном заседании не настаивал на строгом наказании виновного. 

Обстоятельством, отягчающим наказание ФИО1, в соответствии с пунктом «о» части 1 статьи 63 УК РФ суд признает совершение умышленного преступления сотрудником органа внутренних дел, так как установлено, что в период совершения рассматриваемого умышленного преступления ФИО1 проходил службу в органах внутренних дел в должности полицейского отделения охраны складов взвода (комендантского) по охране объектов органов внутренних дел Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Ульяновской области (т.3, л.д. 205-215).

Иных отягчающих наказание обстоятельств по делу не установлено.

Так как имеется отягчающее наказание обстоятельство, отсутствуют правовые основания для обсуждения вопросов о возможности применения при назначении наказания положений части 1 статьи 62, части 6 статьи 15 Уголовного кодекса РФ. 

Совокупность установленных по делу смягчающих обстоятельств, как и отдельные из них, по мнению суда, не являются исключительными, в силу чего оснований для применения положений статьи 64 УК РФ при назначении наказания суд не усматривает.

Суд, учитывая характер и степень общественной опасности совершенного преступления, отягчающее наказание обстоятельство, влияние наказания на исправление осужденного, приходит к выводу, что восстановление социальной справедливости, исправление осужденного и предупреждение совершения новых преступлений, то есть достижение целей применения уголовного наказания, возможны только при назначении подсудимому наказания в виде лишения свободы.

Суд считает, что назначение более мягких видов основного наказания, предусмотренных санкцией части 3 статьи 260 УК РФ, в том числе принудительных работ, не будет отвечать указанным выше целям, а потому не применяет соответствующие виды основного наказания к подсудимому.

В то же время, учитывая совокупность обстоятельств, смягчающих наказание, положительные данные о личности виновного, влияние наказания на условия жизни семьи подсудимого, принимая во внимание тот факт, что преступление совершено подсудимым впервые, суд приходит к выводу о возможности его исправления без реального отбывания наказания в виде лишения свободы, а потому постановляет считать назначаемое подсудимому наказание в виде лишения свободы условным. 

По тем же основаниям суд полагает возможным не применять к подсудимому дополнительные виды наказания, а именно штраф, лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью и лишение специального звания старшего сержанта полиции (в порядке статьи 48 УК РФ).

Потерпевшим по делу в лице его представителя были заявлены исковые требования о возмещении причиненного преступлением ущерба (т.3, л.д. 181, 234), уточненные и поддержанные представителем потерпевшего и в судебном заседании. Судом установлено, что совершенным преступлением подсудимый причинил государству в лице Государственного казенного учреждения Ульяновской области «Ульяновское лесничество» материальный ущерб на общую сумму 933 512 рублей, возмещение которого в добровольном порядке до настоящего времени не производилось. Следовательно, на основании ст. 1064 Гражданского кодекса РФ, исковые требования о возмещении материального ущерба, причиненного преступлением, заявленные потерпевшим к подсудимому, являются обоснованными и подлежат полному удовлетворению.

В рамках уголовного дела был наложен арест в виде запрета распоряжаться и пользоваться на имущество, принадлежащее подсудимому, а именно на трактор «МТЗ-50», 1979 года выпуска, бензопилу марки «Лидер» модели «ЛБЦП-4518» и денежные средства в размере 30 рублей 66 копеек, находящиеся на счете вклада *********** в ПАО «Сбербанк России», открытом на имя ФИО1, а также был наложен арест на круглый лес деревьев породы «Сосна» объемом 47,38 куб. м стоимостью 213 210 рублей и деревьев породы «Береза» объемом 4,91 куб. м стоимостью 11 784 рубля, документы о чем были исследованы в судебном заседании. 

Так как судом удовлетворяются заявленные потерпевшим исковые требования, а стоимость арестованного имущества, принадлежащего подсудимому, существенно меньше суммы удовлетворенного иска, с учетом положений статей 104.1-104.3 УК РФ и положений части 9 статьи 115 УПК РФ, для обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска и, в случае необходимости, для обращения взыскания в рамках соответствующего исполнительного производства, необходимо сохранить арест на трактор «МТЗ-50», 1979 года выпуска, бензопилу марки «Лидер» модели «ЛБЦП-4518» и денежные средства в размере 30 рублей 66 копеек, находящиеся на счете вклада *********** в ПАО «Сбербанк России», открытом на имя ФИО1

В то же время суд не находит достаточных оснований для сохранения ареста на круглый лес деревьев породы «Сосна» объемом 47,38 куб. м стоимостью 213 210 рублей и деревьев породы «Береза» объемом 4,91 куб. м стоимостью 11 784 рубля, так как, исходя из совокупности доказательств, представленных стороной обвинения, не представляется возможным сделать достоверный вывод о том, что весь этот лес или какая-то определенная его часть принадлежит подсудимому ФИО1 (а не его матери С.Н.В.), либо является предметом совершенного ФИО1 преступления (то есть имуществом государства), либо является имуществом, которое может быть конфисковано в пользу государства в соответствии с положениями статьи 104.1 УК РФ. 

При разрешении судьбы вещественных доказательств суд руководствуется требованиями статьи 81 УПК РФ с учетом решений, принятых относительно арестованного по делу имущества.

Сведений о процессуальных издержках по делу сторона обвинения суду не представила. 

На основании изложенного и руководствуясь статьями 304, 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 260 Уголовного кодекса РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 3 (три) года. 

В соответствии со статьей 73 Уголовного кодекса РФ назначенное ФИО1 наказание считать условным с испытательным сроком в 3 (три) года. 

Возложить на ФИО1 на период испытательного срока исполнение следующих обязанностей: не менять постоянного места жительства и места работы без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного; являться на регистрацию в указанный орган в дни, им установленные; трудиться. 

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО1 оставить без изменения до вступления приговора в законную силу.

Взыскать с ФИО1 в доход государства в лице Государственного казенного учреждения Ульяновской области «Ульяновское лесничество» возмещение материального ущерба, причиненного преступлением, в сумме 933 512 (Девятьсот тридцать три тысячи пятьсот двенадцать) рублей. 

В целях обеспечения исполнения настоящего приговора в части удовлетворенного гражданского иска сохранить арест в виде запрета распоряжаться и пользоваться, наложенный постановлениями судей Ульяновского районного суда Ульяновской области *********** от 09.10.2020 г. и *********** от 27.11.2020 г. (с учетом апелляционного постановления Ульяновского областного суда от 01.02.2021 г.) на имущество, принадлежащее ФИО1, а именно на:

- самоходную машину - трактор «МТЗ-50», государственный регистрационный знак ***********, 1979 года выпуска; 

- бензопилу марки «Лидер» модели «ЛБЦП-4518»;

- денежные средства в размере 30 рублей 66 копеек, находящиеся на счете вклада *********** в ПАО «Сбербанк России», открытом на имя ФИО1. 

Отменить арест в виде запрета распоряжаться и пользоваться, наложенный постановлением судьи Ульяновского районного суда Ульяновской области *********** от 27.11.2020 г. (с учетом апелляционного постановления Ульяновского областного суда от 01.02.2021 г.) на круглый лес деревьев породы «Сосна» объемом 47,38 куб. м стоимостью 213 210 рублей и деревьев породы «Береза» объемом 4,91 куб. м стоимостью 11 784 рубля.

По вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства по делу:

- хранящиеся в материалах уголовного дела детализации вызовов – хранить и далее в материалах уголовного дела; 

- хранящуюся при уголовном деле документацию, на основании которой С.Н.В. был заключен договор *********** от 17.08.2018, - передать по принадлежности в ГКУ Ульяновской области «Ульяновское лесничество»;

- хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств Ульяновского межрайонного следственного отдела СУ СК РФ по Ульяновской области спилы с пней деревьев, окурки сигарет, пачку из-под сигарет, пластиковые бутылки, перчатки - уничтожить;

- хранящуюся в камере хранения вещественных доказательств Ульяновского межрайонного следственного отдела СУ СК РФ по Ульяновской области бензопилу марки «Лидер» модели «ЛБЦП 4518» - передать в Управление Федеральной службы судебных приставов Российской Федерации по Ульяновской области для обеспечения исполнения настоящего приговора в части удовлетворенного гражданского иска;

- переданный ФИО1 под сохранную расписку трактор «МТЗ-50», государственный регистрационный знак ***********, 1979 года выпуска, - передать в Управление Федеральной службы судебных приставов Российской Федерации по Ульяновской области для обеспечения исполнения настоящего приговора в части удовлетворенного гражданского иска; 

- переданные ФИО1 под сохранную расписку бревна деревьев в количестве 168 штук (круглый лес деревьев породы «Сосна» объемом 47,38 куб. м и деревьев породы «Береза» объемом 4,91 куб. м) – передать по принадлежности владельцу - свидетелю С.Н.В., ****************** г.р., отменив все ограничения по пользованию и распоряжению данным имуществом.

Приговор может быть обжалован в Ульяновский областной суд через Ульяновский районный суд Ульяновской области в течение 10 суток со дня его постановления. Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем необходимо указать в письменном виде в апелляционной жалобе или в возражениях на апелляционные жалобы или представления других участников.

Судья В.В. Кириченко