КОПИЯ

Дело № 2-1320/2017

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации 

04 сентября 2017 года Октябрьский районный суд г.Томска в составе:

председательствующего судьи Кулинченко Ю.В., 

при секретаре Камсюк Д.А., 

с участием истца ФИО1, 

представителя истца ФИО2,

представителя ответчика ФИО3,

третьего лица ФИО4, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Томске гражданское дело по иску ФИО1 к потребительскому кооперативу «Жилищный кооператив «Элитный» о возмещении ущерба, 

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к потребительскому кооперативу «ЖК «Элитный», в котором, с учетом последующего уменьшения размера исковых требований (л.д. 141-143), просит взыскать с ответчика в счет возмещения ущерба 126461 руб.

В обоснование иска указано, что 26.03.2017 истец на принадлежащем ему автомобиле ..., выезжал из гаражного комплекса, расположенного по адресу: 

<

...>. В момент выезда из ворот охранник ФИО4 привел в действие механизм закрывания автоматических ворот, в результате чего автомобилю истца были причинены механические повреждения. Поскольку на ответчика в силу договора возложены обязанности по содержанию, обеспечению доступа и охраны гаражного комплекса, то на основании ст. 15, 1064 ГК РФ гражданско-правовую ответственность за действия ФИО4 должен нести именно потребительский кооператив «ЖК «Элитный».

В судебном заседании истец ФИО1, представитель истца ФИО2 исковые требования поддержали по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Ранее в судебном заседании истец пояснял, что 26.03.2017 пришел за машиной в гараж, который располагается на цокольном этаже указанного гаражного комплекса. При выезде из гаражного бокса, в момент, когда капот вышел за уровень ворот, левая створка неожиданного начала закрываться и ударила автомобиль по зеркалу заднего вида, затем пришелся еще один удар на задний бампер. Когда он остановил свой автомобиль и вышел из него, вышел охранник Парубенко, который сообщил, что ворота закрыл он. С какой скоростью он двигался в том момент по территории гаражного бокса пояснить не смог. 

Представители ответчика ФИО5, ФИО3 в судебном заседании иск не признали, представив письменные возражения, доводы которого сводятся к тому, что не представлено доказательств приведение в действие гаражных ворот на закрывание от действий третьего лица ФИО4 При этом считают, что в действиях истца также имеется грубая неосторожность, т.к. он, управляя своим автомобилем, при выезде из гаражного бокса, не убедившись в том, что ворота находятся в открытом состоянии начал движение, т.е. совершили маневр, не убедившись в его безопасности, не рассчитав скорость и расстояние. С учетом скорости движения, которая не должна превышать 20 км/час, истец увидев закрытие ворот мог остановить свой автомобиль либо проехать ворота в начальной стадии их закрытия. Характер повреждений на автомобиле свидетельствует о том, что истец вместо принятия мер к остановке автомобиля в целях избежать столкновения с воротами не снизил скорость, что привело к столкновению и указанным повреждениям, т.к.после столкновения с воротами автомобиль продолжал двигаться несколько метров. 

Указывают на то, что между ответчиком и третьим лицом ФИО4 был заключен гражданско-правовой договор, согласно которому обязанности по открытию и закрытию ворот охранником не предусмотрены.

Третье лицо ФИО4 в суде пояснил, что 26.03.2017 он находился на посту охраны гаражного бокса ЖК «Элитный. Из гаражного бокса выехал автомобиль Лексус, водитель которого открыл ворота и оставил их в таком положении. Он (ФИО4) вышел на улицу, зашел взял ключи, вышел снова и нажал на пульт, ворота начали закрываться, после чего он зашел обратно на пост охраны. В момент закрытия ворот ему ничего не было видно. Спустя 3-5 минут зашел истец и сказал, что ворота повредили машину. Считает, что истец должен был увидеть, что ворота закрываются, он либо не стал ждать либо ехал быстро. Ворота гаражного бокса невозможно остановить в момент закрытия.

Заслушав лиц, участвующих в деле, допросив свидетеля, изучив материалы дела и произведя осмотр на месте, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что истцу ФИО1 с 30.04.2016 на праве собственности принадлежит автомобиль марки «... (л.д. 7)

Истец заявляет, что 26.03.2017 он, управляя данным автомобилем, выезжая из гаражного комплекса по адресу: 

<

...>, совершил столкновение с зарывающимися гаражными воротами, в результате чего автомобиль истца получил механические повреждения на левом зеркале заднего вида, на задней левой двери, крыле и бампере, хромированные подножка слева и хромированная накладка на бампере слева.

В силу требований ч.1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Указываемые истцом обстоятельства дорожно-транспортного происшествия (далее – ДТП) были зафиксированы в определении инспектора ГИБДД № 70 ОП № 119417 от 08.04.2017 (л.д. 8, 101) об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении, в сведениях об участниках дорожно-транспортного происшествия от 26.03.2017, подписанные истцом ФИО1 и третьим лицом ФИО4 (л.д. 101а), схеме места происшествия от 26.03.2017 (л.д. 102), в которой отражено место столкновения автомобиля с гаражными воротами. Данная схема без замечаний подписана ФИО1 и ФИО4 

Из объяснений ФИО1 от 26.03.2017, данных при производстве по делу об административном правонарушении (л.д. 103 обратная сторона), следует, что 26.03.2017 в 13 часов 24 минуты когда он выезжал из гаражного комплекса на своем автомобиле, неожиданно для него сработали автоматические ворота на закрывание, в результате чего, автомобиль был поврежден. При разбирательстве выяснилось, что охранник нажал на пульт дистанционного управления автоматическими воротами на закрытие. 

Как следует из пояснений сторон, третьего лица ФИО4, свидетеля Ш.В.В. и установлено судом при непосредственном осмотре объекта на месте гаражные ворота гаражного комплекса представляют собой двустворчатые металлические ворота, закрывающиеся и открывающиеся при помощи электромеханического привода активируемого от пульта дистанционного управления, который имеется у каждого владельца гаражного бокса, а также у лиц, осуществляющих охранные услуги в комплексе. 

Согласно объяснениям ФИО4 от 26.03.2017 (л.д. 104) в этот день он выполнял обязанности по охране указанного гаражного комплекса. В 13 часов 35 минут с цокольного этажа комплекса выехал автомобиль марки «Лексус», водитель которого не закрыл за собой гаражные ворота. Он (ФИО4.) подошел к окну, взял в руки пульт дистанционного управления воротами и нажал на кнопку на закрытие ворот. В этот момент он не видел никакого автомобиля. В 13 часов 40 минут к нему обратился водитель автомобиля с гос. номером о799ув70 с претензией о том, что закрывающиеся ворота повредили его автомобиль. 

В целом аналогичные пояснения дал третье лицо ФИО4 в суде при рассмотрении настоящего гражданского дела.

Допрошенный в суде свидетель Ш.В.В., выполнявший функции сторожа в гаражном комплексе на следующий день после рассматриваемого ДТП, показал, что о случившемся ДТП он узнал со слов ФИО1 на следующий день. 

На приобщенных к материалам дела об административном правонарушении фотографиях (л.д. 105-106) видны соответствующие повреждения на автомобиле истца и характерные следы соприкосновения на одной из створок гаражных ворот. 

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (ч.1 ст. 67 ГПК РФ).

Оценивая приведенные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд приходит к выводу о доказанности факта повреждения автомобиля истца в результате закрывания гаражных ворот в гаражном комплексе по ул. И. Черных, д. 7 в г. Томске. 

При этом если анализировать объяснения ФИО1 и ФИО4, сопоставляя их с иными приведенными выше доказательствами, суд считает, что между действиями ФИО4 по закрыванию ворот и наступившими последствиями в виде повреждений автомобиля истца имеет место прямая причинно-следственная связь. В частности об этом свидетельствует то, что ФИО4 привел в действия ворота в 13 часов 35 минут, а уже в 13 часов 40 минут, то есть не более чем через 5 минут, к нему обратился ФИО1 с претензией о повреждении автомобиля. С учетом того, что никто из участников тех событий не говорит о нахождении в этом промежутке времени иных лиц или движении иных автомобилей, а также принимая во внимание отсутствие замечаний, возражений со стороны ФИО4 при оформлении инспектором ГИБДД материалов ДТП, суд вопреки доводам представителей ответчика считает доказанным факт причинения истцу ущерба действиями третьего лица ФИО4 

Согласно ч. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2).

На основании ч.2 ст. 401 ГК РФ отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Истец считает, что вследствие ненадлежащего исполнения ответчиком ПК «ЖК Элитный» своих обязательств по указанному договору, в части содержания, охраны гаражного комплекса и обеспечения доступа в него, кооператив должен нести гражданско-правовую ответственность за причиненный истцу ущерб. 

Установлено, что 01.10.2016 между потребительским кооперативом «ЖК «Элитный» и владельцем гаражного бокса № 8 по ул. Ивана Черных, 7 в г. Томске ФИО1 был заключен договор № 1 об оказании на платной основе услуг и выполнении работ по надлежащему содержанию и техническому обслуживанию многоэтажного гаражного комплекса, его инженерных систем и оборудования, предоставлении коммунальных услуг в нем владельцам гаражного бокса (п. 1.3 договора) (л.д. 38).

По условиям договора № 1 от 01.10.2016 (п. 2.1) кооператив, как управляющая организация, взяла на себя, в том числе обязательство, по обеспечению содержания и техническому обслуживанию имущества многоэтажного гаражного комплекса, указанного в Приложении № 2.

Так, в указанном приложении № 2 к договору в состав обслуживаемого гаражного комплекс включено, в том числе, электрическое, санитарно-техническое и механическое оборудование, находящееся в гаражном комплексе. 

Тем самым, ворота гаражного комплекса можно в полной мере отнести к составу обслуживаемого кооперативом имущества, а потому ПК «ЖК «Элитный» является их законным владельцем.

Согласно ст. 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Согласно п. 1.2 договора № 1 от 01.10.2016 его целью является обеспечение благоприятных и безопасных условий в указанном гаражном комплексе (п. 1.2).

При этом по условиям договора (п. 2.1) кооператив, как управляющая организация, взяла на себя, в том числе, следующие обязательства:

- обеспечивать содержание и техническое обслуживание имущества многоэтажного гаражного комплекса, указанного в Приложении № 2, в соответствии с перечнем работ и услуг, указанных в Приложении № 3 к настоящему договору;

- своевременно производить периодический осмотр и планово-предупредительный ремонт Объекта, обеспечивающий его надежное функционирование;

- своевременно устранять неисправности в работе инженерных систем и оборудования;

- обеспечивать круглосуточный пропускной режим и беспрепятственный доступ владельца гаражного бокса к его гаражному боксу;

- обеспечивать и соблюдать меры пожарной безопасности;

- поддерживать помещения Объекта в чистоте и порядке. 

Из приложения № 1 к договору от 01.10.2016 видно, что в тарифы на содержание и обслуживание гаражного комплекса входят также расходы на охрану комплекса, тем самым в объем предоставляемых ответчиком услуг входят услуги по охране имущественного комплекса. 

В целях реализации услуги по охране объекта ПК «ЖК «Элитный» заключил 01.02.2017 с третьим лицом ФИО4 договор на оказание услуг сторожа (охранника) (л.д. 86-87), по которому ФИО4 взял на себя обязательство оказать услуги по охране автомобилей и имущества гаражного комплекса, расположенного по адресу: 

<

...>, от краж, повреждений, пресекать проникновение посторонних лиц на охраняемый объект. 

Третье лицо ФИО4 и свидетель Ш.В.В. в суде пояснили, что помимо владельцев гаражных боксов у охранников также имеется пульт дистанционного управления гаражными воротами с целью их открывания и закрывания. В данных инспектору ГИБДД объяснениях ФИО4 отмечал о его обязанности следить за тем, чтобы ворота всегда были закрыты.

Таким образом, вопреки доводам представителя ответчика, в целях исполнения кооперативом взятого на себя обязательства по охране, обеспечению круглосуточного пропускного режима и беспрепятственного доступ владельца гаражного бокса к его гаражному боксу, в объем обязательств ответчика по договору возмездного оказания услуг от 01.10.2016 входят, в том числе, услуги по открыванию и закрыванию гаражных ворот в случае отсутствия по какой-либо причине такой возможности у владельцев гаражных боксов. 

Суд на основании ч.2 ст. 56 ГПК РФ определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Статьей 196 ГПК РФ установлено, что при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены, и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению (п.1). 

Судом перед сторонами по делу был поставлен на обсуждение вопрос о том, какие правоотношения имели место между ПК «ЖК «Элитны» и ФИО4 – трудовые либо гражданско-правовые отношения, основанные на указанном выше договоре об оказании услуг охраны.

Представители ответчика не признавали факта заключения с ФИО4 трудового договора.

Согласно статье 15 Трудового кодекса РФ (далее - ТК РФ) трудовые отношения - это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Статья 16 ТК РФ связывает возникновение трудовых отношений между работником и работодателем с заключением трудового договора либо с фактическим допущением работника к работе.

В части 3 статьи 16 ТК РФ конкретизировано, что трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

В случаях и порядке, которые установлены трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, или уставом (положением) организации, трудовые отношения возникают на основании трудового договора в результате: избрания на должность; избрания по конкурсу на замещение соответствующей должности; назначения на должность или утверждения в должности; направления на работу уполномоченными в соответствии с федеральным законом органами в счет установленной квоты; судебного решения о заключении трудового договора.

В соответствии со ст. 56 ТК РФ трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Существенные условия, подлежащие обязательному включению в трудовой договор, изложены в статье 57 Трудового кодекса Российской Федерации.

Согласно ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе.

Статьей 68 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора. Приказ (распоряжение) работодателя о приеме на работу объявляется работнику под роспись в трехдневный срок со дня фактического начала работы. По требованию работника работодатель обязан выдать ему надлежаще заверенную копию указанного приказа (распоряжения). При приеме на работу (до подписания трудового договора) работодатель обязан ознакомить работника под роспись с правилами внутреннего трудового распорядка, иными локальными нормативными актами, непосредственно связанными с трудовой деятельностью работника, коллективным договором.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 ТК РФ). При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (статья 16 ТК РФ) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.

На работодателя законом возложена обязанность оформления трудовых отношений с работником. Ненадлежащее выполнение работодателем указанных обязанностей не может являться основанием к отказу в защите нарушенных трудовых прав работника.

Из системного анализа действующего трудового законодательства и разъяснений правоприменительной практики следует, что для разрешения вопроса о возникновении между сторонами трудовых отношений необходимо установление таких юридически значимых обстоятельств, как наличие доказательств самого факта допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя и доказательств поручения работодателем выполнение работнику трудовой функции в интересах организации.

Однако в данном конкретном случае достаточных, достоверных и убедительных доказательств, объективно свидетельствующих об отношениях третьего лица ФИО4 с ПК «ЖК Элитный», основанных на нормах трудового права, по мнению суда, в материалы дела не представлено. 

Так, помимо договора об оказании услуг охраны, заключенного с ФИО4, ответчиком представлено штатное расписание ПК «ЖК Элитный» от 01.10.2016 (л.д. 166), из которого видно, что единственной штатной единицей кооператива является председатель правления. Прекращение отношений между ФИО4 и ПК «ЖК Элитный» оформлено не заявлением об увольнении, а путем заявления ФИО4 о расторжении договора от 04.05.2017 (л.д. 165). Оплата услуг ФИО4 происходила путем составления между сторонами актов приема-передачи оказанных услуг от 23.03.2017, от 25.04.2017 (л.д. 163-164).

Проанализировав представленные сторонами доказательства, руководствуясь положениями Трудового кодекса Российской Федерации, учитывая установленные фактические обстоятельства дела, суд не может признать доказанным факт работы ФИО4 у ответчика в рассматриваемый период времени в должности охранника. Совокупностью представленных в дело доказательств достоверно не подтверждается допуск ФИО4 к работе с ведома или по поручению работодателя (ответчика) или уполномоченного им лица и фактического выполнения ими трудовой функции по конкретным и определенным должностям или специальностям, так как из пояснений лиц, участвующих в деле следует, что с заявлением о приеме на работу в ПК «ЖК Элитный» ФИО4 не обращался, приказ о приеме его на работу не издавался, режим работы и конкретная трудовая функция определены не были, подчинение внутреннему трудовому распорядку не осуществлялось, трудовая книжка при трудоустройстве ответчику не передавалась, с правилами внутреннего трудового распорядка, должностными инструкциями и локальными нормативными актами, регулирующими оплату труда, ответчик третье лицо не знакомил. 

На основании ч.2 ст. 1096 ГК РФ вред, причиненный вследствие недостатков работы или услуги, подлежит возмещению лицом, выполнившим работу или оказавшим услугу (исполнителем).

В силу требований ст. 780 ГК РФ если иное не предусмотрено договором возмездного оказания услуг, исполнитель обязан оказать услуги лично.

Из заключенного между ФИО1 и ПК «ЖК «Элитный» договора № 1 от 01.10.2016 (л.д. 38-39) на содержание и техническое обслуживание гаражного комплекса, включающего в себя в том числе услуги по обеспечению круглосуточного пропускного режима и беспрепятственного доступа владельца гаражного бокса к его боксу, не оговорено право кооператива (исполнителя) передавать взятые на себя обязательства по договору другим лицам.

Применительно к юридическим лицам исполнение ими каких-либо обязательств лично означает их осуществление работниками юридического лица, а поскольку ФИО4, как установлено таковым не является, то обязательства по охране и обеспечению пропускного режима в гаражном комплексе осуществляются кооперативом в нарушение требований ст. 780 ГК РФ.

Согласно ст. 783 ГК РФ общие положения о подряде (статьи 702 - 729) и положения о бытовом подряде (статьи 730 - 739) применяются к договору возмездного оказания услуг, если это не противоречит статьям 779 - 782 настоящего Кодекса, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг.

Часть 2 статьи 706 ГК РФ устанавливает последствия привлечения подрядчиком (в данном случае исполнителем) к исполнению договора подряда субподрядчика в нарушение положений пункта 1 настоящей статьи, то есть применительно к особенностям предмета договора возмездного оказания услуг с нарушением требования закона о личном оказании услуг исполнителем. В этом случае исполнитель несет перед заказчиком ответственность за убытки, причиненные участием субподрядчика в исполнении договора.

Таким образом, в рассматриваемом случае за действия третьего лица ФИО4, причинивший истцу ущерб, несет гражданско-правовую ответственность исполнитель услуг – ПК «ЖК «Элитный». 

Вместе с тем, часть 2 статьи 1083 ГК РФ обязывает суд уменьшить размер возмещения вреда в случае если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда. В таком случае вред уменьшается в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда.

Согласно выводам эксперта Томской лаборатории судебной экспертизы Министерства юстиции РФ от 11.07.2017 (л.д. 117-125), чтобы установить имел ли водитель автомобиля «Toyota Highlander» техническую возможность остановиться перед воротами необходимо знать скорость движения автомобиля и расстояние, которое преодолел автомобиль до порога ворот с момента, когда водитель мог обнаружить опасность в виде закрывающихся ворот. 

Скорость движения в момент ДТП истец ФИО1 назвать суду не смог, а потому эксперт не смог ответить на поставленный вопрос о наличии у водителя технической возможности остановиться перед воротами с момента, когда он мог обнаружить опасность в виде закрывающихся ворот.

В ходе выездного судебного заседания, проведенного судом на месте рассматриваемого ДТП, было установлено, что до выезда через ворота автомобиль двигается по проезду, имеющему форму полукольца, по криволинейной траектории в условиях ограниченной видимости и узкого пространства. В таких условиях, с учетом отсутствия у суда сведений о скорости движения автомобиля под управлением ФИО1 в момент ДТП, разумной в целях контроля за безопасностью движения будет скорость, не превышающая 10 км/ч. 

На месте судом было установлено, что ворота гаражного комплекса представляют собой две металлические смыкающиеся створки, открывающиеся наружу. Общее время закрытия ворот с момента активации их при помощи пульта дистанционного управления составляет 21 секунду, при этом закрываются обе створки не одновременно, сначала начинает закрываться правая створка (если смотреть по ходу выезда из комплекса), затем через 6 сек. начинает закрываться левая створка. Ширина автомобиля истца, без учета зеркал заднего вида, составляет около 1,75 – 1,80 м., а ширина ворот около 3 м. С учетом данных замеров экспериментальным путем было установлено, что обе створки достигают края машины через 7 сек. Кроме того, экспериментальным путем судом было зафиксировано то место, откуда из автомобиля истца со стороны водителя видны ворота при выезде из гаражного комплекса, данное расстояние по прямой составляет 12,3 метра, а с учетом криволинейного движения автомобиля в том месте это расстояние еще больше. Также экспериментальным путем судом установлено, что в случае активации ворот на закрытие с того места, откуда становятся видны ворота, водитель, действуя осторожно и двигаясь с разумной скоростью, не более 10 км./ч., в состоянии обнаружить закрывающиеся ворота и полностью остановить автомобиль перед воротами. 

Третье лицо ФИО4 пояснял, что когда он активировал закрывание ворот, в его поле зрения автомобилей не было, при этом в своих объяснениях от 26.03.2017 третье лицо говорит о том, что в момент закрытия ворот он подошел к окну, то есть находился в помещении поста охраны. Расстояние от зоны видимости из окна поста охраны до порога ворот вдвое меньше расстояния от места откуда водитель в состоянии увидеть ворота, то есть около 6-7 м. С учетом того, что автомобиль, движущийся со скоростью 10 км./ч преодолевает за 1 секунду около 2,8 м. (10 км/ч = 10000 м. / 3600 сек. = 100 / 36 = 2,8), соответственно расстояние в 6-7 метров автомобиль преодолеет примерно за 2,5 сек. (7 / 2,8). Следовательно, если активировать закрывание ворот тогда, когда автомобиль будет на расстоянии около 7 метров до ворот, то с учетом длины автомобиля он сможет беспрепятственно выехать из ворот уже через 4-5 сек., то есть тогда когда ни правая, ни тем более левая створка ворот еще не достигнут края автомобиля. 

Таким образом, анализируя все вышеприведенные обстоятельства в их совокупности и взаимосвязи, суд приходит к внутреннему убеждению того, что ФИО1 выезжая из гаражного комплекса должен был видеть закрывающиеся ворота уже на том расстоянии, когда он мог предотвратить столкновение с воротами, однако, действуя самонадеянно и с грубой неосторожностью, содействовал возникновению или увеличению вреда, что в силу требования ч. 2 ст. 1083 ГК РФ обязывает суд уменьшить размер возмещения вреда с учетом степени вины причинителя вреда и потерпевшего.

Данный вывод суда также подкрепляется показаниями свидетеля Ш.В.В., выполнявшего функции сторожа в гаражном комплексе на следующий день после рассматриваемого ДТП, который узнал о случившемся ДТП со слов ФИО1 на следующий день. На вопрос свидетеля, адресованный ФИО1, о том, что произошло, истец произнес фразу «решил проскочить», что косвенно свидетельствует о неосторожных и самонадеянных действиях водителя ФИО1, видевшего опасность в виде закрывания ворот.

Кроме того, суд отмечает, что ФИО1 говорит о неожиданности для него закрывание левой створки ворот, тогда как при осмотре на месте было установлено, что ворота начинают закрываться сначала с правой створки, то есть когда он увидел закрывание левой створки правая створка уже двигалась 6 сек., что свидетельствует о ненадлежащей оценке истцом дорожной обстановки при управлении транспортным средством в момент ДТП.

Определяя степень вины потерпевшего ФИО1, суд также учитывает и грубые, неосторожные действия третьего лица – охранника ФИО4, который активировал закрывание ворот, не убедившись в безопасности своих действий. В момент закрывания ворот он находился в помещении поста охраны, из которого, как установлено, хоть и видны ворота, но имеется ограниченная видимость выезжающих транспортных средств в силу того, что выезд из цокольного этажа имеет криволинейную траекторию. К показаниям ФИО4, данным в ходе выездного судебного заседания о том, что в момент закрытия ворот он находился на крыльце помещения поста охраны, а не в самом помещении, суд относится критически, поскольку они прямо противоречат его объяснениям, данным в день происшествия инспектору ГИБДД. Также следует отметить, что и при нахождении человека на крыльце поста охраны видимость выезжающих машин сильно ограничена, расстояние с этого места (с крыльца) до ворот также крайне незначительно. При этом судом было установлено, что пульт дистанционного управления воротами вопреки ранее данным пояснениям представителя ответчика и третьего лица ФИО4 имеет функцию мгновенной остановки закрывания ворот на любом этапе их закрывания, следовательно если бы ФИО4 контролировал процесс закрывания ворот он также мог и должен был предотвратить их столкновение с автомобилем истца.

При таких обстоятельствах суд считает объективной и справедливой равную степень вины как истца, так и ответчика в причинении ущерба, то есть по 50% на каждого.

Согласно ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).

Как следует из п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Доказательств тому, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления повреждений автомобиля истца ответчиком не представлено. 

Как следует из заключения эксперта Томской лаборатории судебной экспертизы Министерства юстиции РФ от 11.07.2017 (л.д. 117-125), стоимость восстановительного ремонта без учета износа заменяемых деталей транспортного средства «... в результате ДТП от 26.03.2017 по адресу: ул. И. Черных, д. 7, составляет 126461 руб. 

Поскольку данное заключение в ходе разбирательства по делу стороной ответчика не оспаривалась, а доказательств, подтверждающих наличие каких-либо обстоятельств, позволяющих ставить под сомнение достоверность сведений, содержащихся в вышеуказанном заключении, не имеется, суд считает возможным при определении размера ущерба, подлежащего компенсации ФИО1 взять за основу данные, изложенные в указанном заключении 032/2017 от 15.07.2017.

Таким образом, размер ущерба, подлежащего возмещению за счет ответчика, составляет с учетом определенной судом степени его вины 63230,5 руб. (126461 руб. х 50%). 

Отношения, одной из сторон которых выступает гражданин, использующий, приобретающий, заказывающий либо имеющий намерение приобрести или заказать товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних, бытовых и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, а другой - организация либо индивидуальный предприниматель (изготовитель, исполнитель, продавец, импортер), осуществляющие продажу товаров, выполнение работ, оказание услуг, являются отношениями, регулируемыми Гражданским кодексом Российской Федерации, Законом Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 "О защите прав потребителей", другими федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей").

К исполнителям Федеральный закон от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 "О защите прав потребителей" относит организацию независимо от ее организационно-правовой формы, а также индивидуального предпринимателя, выполняющие работы или оказывающие услуги потребителям по возмездному договору, а потребителем называет гражданина, имеющего намерение заказать или приобрести либо заказывающего, приобретающего или использующего товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности (Преамбула Закона).

Несмотря на то, что ответчик в силу своего Устава (л.д. 63) является некоммерческой организацией он в связи с возникшими правоотношениями, основанными на договоре от 01.10.2016 (л.д. 38), является исполнителем в смысле, придаваемом Федеральным законом от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 "О защите прав потребителей", а истец в этих отношениях потребитель, поскольку использует гаражный комплекс исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности. Доказательств обратному не представлено. 

Таким образом, отношения, возникшие на основании договора №1 от 01.10.2016 между ПЖК ПК «ЖК «Элитный» и ФИО1, регулируется в том числе Законом Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 "О защите прав потребителей".

Пункт 6 статьи 13 Закона РФ от 07.02.1992 N 2300-1 требует от суда при удовлетворении требований потребителя, установленных законом, взыскивать с исполнителя за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

В соответствии с ч.1 ст. 29 Федерального закона от 07.02.1992 N 2300-1 потребитель при обнаружении недостатков оказанной услуги вправе по своему выбору потребовать полного возмещения убытков, причиненных ему в связи с недостатками оказанной услуги.

Поскольку ущерб был причинен истцу в связи с ненадлежащим оказанием ответчиком предоставляемых по договору услуг в гаражном комплексе, основанное на законе требование истца добровольно ответчиком не удовлетворено, то с ответчика должен быть взыскан названный штраф, составляющий в данном случае 31615, 25 руб. (63230,5 руб. х 50%).

При этом в соответствии с разъяснениями Верховного Суда, содержащимися в п. 46 Постановления Пленума от 28.06.2012 № 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" такой штраф взыскивается судом независимо от того, заявлялось ли такое требование суду.

В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В соответствии со ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. 

Согласно ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе и другие признанные судом необходимые расходы.

ФИО1 были понесены расходы, связанные с оценкой ущерба в размере 4000 руб., что подтверждается договором на оказание услуг по оценке № 3103/10/2017 от 27.03.2017, квитанцией № 000947 от 04.04.2017. 

Признавая данные расходы необходимыми в силу того, что размер ущерба является обстоятельством, подлежащим доказыванию истцом, суд считает требование истца в этой части подлежащими удовлетворению пропорционально размеру удовлетворенных требований на сумму 2000 руб. (4000 руб. х 50%). 

В соответствии со ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение, суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В силу п.п.11, 12, 13 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 4 статьи 1 ГПК РФ). Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер. 

Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ). При неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (статьи 98, 100 ГПК РФ).

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. Разумность судебных издержек на оплату услуг представителя не может быть обоснована известностью представителя лица, участвующего в деле.

Факт оплаты истцом услуг представителя в сумме 11000 руб. подтверждаются договором на оказание юридических услуг №04/16 от 25.04.2017, квитанцией №6 от 25.04.2017, квитанцией №3 от 19.04.2017 

Определяя размер подлежащих взысканию расходов на оплату услуг представителя, участвовавшего при рассмотрении данного дела в суде, с учетом принципа разумности, степени сложности дела, характера спорных правоотношений, объема представленных суду доказательств, характера выполняемой работы, участие представителя истца при подготовке дела к судебному разбирательству от 12.05.2017, судебном заседании от 25.05.2017, 09.08.2017, 04.09.2017, суд считает разумной сумму в 7000 руб., а потому в силу положений ст. 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца должно быть взыскано 3500 руб.

ФИО1 также были понесены расходы, связанные с оплатой услуг нотариуса по заверению копии ПТС, выдаче доверенности на представителя ФИО2, что в сумме составляет 1200 руб. Признавая данные расходы необходимыми, суд считает требование истца в этой части подлежащими удовлетворению на сумму 600 руб. (1200 руб. х 50%).

Факт понесенных истцом расходов по оплате государственной пошлины подтверждается чек-ордером от 27.04.2017, согласно которому при подаче настоящего заявления истцом была оплачена государственная пошлина в размере 3946 руб. 

Учитывая, что в ходе разбирательства по делу суд пришел к выводу об удовлетворении исковых требований истца частично (50%), с ответчика в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 1973 руб. (3946 руб. х 50%).

Согласно абзацу второму статьи 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дел, относятся, в том числе суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам.

В ходе рассмотрения дела по ходатайству представителем ответчика была назначена судебная экспертиза, стоимость которой согласно счету № 00000078 от 11.07.2017 (л.д. 112) составила 10800 руб. 

С учетом того, что суд пришел к выводу, что вина как истца, так и ответчика в причинении ущерба, составляет по 50% на каждого, то расходы за проведение экспертизы подлежат взысканию в соответствующих долях, то есть с истца и ответчика в пользу ФБУ «Томская лаборатория судебной экспертизы» подлежат взысканию судебные расходы за проведение экспертизы в размере 5400 руб. с каждого. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 -199 ГПК РФ, 

решил:

иск ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с потребительского кооператива «Жилищный кооператив «Элитный» в пользу ФИО1 в счет возмещения ущерба 63230,50 руб., штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 31615 руб., а также судебные расходы по оплате государственной пошлины в сумме 1973 руб., по оценке ущерба в сумме 2000 руб., по оплате услуг представителя в размере 3500 руб., по оплате услуг нотариуса в сумме 600 руб.

Взыскать с ФИО1, потребительского кооператива «Жилищный кооператив «Элитный» в пользу ФБУ «Томская лаборатория судебной экспертизы» Минюста России расходы на проведение экспертизы по 5400 руб. с каждого. 

Решение может быть обжаловано в Томский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г. Томска.

Судья: /подпись/

Копия верна

Судья: Кулинченко Ю.В. 

Секретарь: Камсюк Д.А. 

Оригинал находится в деле № 2-1320/2017 Октябрьского районного суда г. Томска