Мировой судья Рудник С.А. Дело № 10-6/2025

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Невельск 14 августа 2025 года

Суд апелляционной инстанции в составе судьи Невельского городского суда Сахалинской области Жарковой И.Н.,

при ведении протокола секретарем Панченко Ю.В., с участием:

старшего помощника Невельского городского прокурора Гапуненко О.С.,

осужденного ФИО6, и его защитников – адвокатов Рябых В.Н., Воеводина В.О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы осужденного ФИО6 и адвоката Воеводина В.О., на приговор мирового судьи судебного участка № 8 Сахалинской области (Невельский район) от 15.05.2025, которым 

ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ рождения, уроженец 

<

адрес>, гражданин РФ, 

<

данные изъяты>, зарегистрированный по 

<

адрес>, фактически проживающий по 

<

адрес>, 

<

данные изъяты>, 

осужден по ч. 5 ст. 327 УК РФ к штрафу в размере 25 000 рублей.

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.

Изложив обстоятельства дела, содержание приговора, существо апелляционных жалоб, выслушав мнения защитников и осужденного, поддержавших доводы апелляционных жалоб, прокурора, просившего оставить судебный акт без изменений, 

У С Т А Н О В И Л:

Мировым судьей ФИО6 признан виновным и осужден за использование 13.02.2024 в г. Невельск Сахалинской области заведомо подложного документа при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО6 не соглашается с приговором мирового судьи, указывая о его незаконности и немотивированности. Полагает, что выводы суда не подтверждаются доказательствами, исследованными в судебном заседании, суд не учёл обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда, а именно в деле фигурирует копия договора подряда на выполнение ремонтно-отделочных работ, в то время как признаком состава преступления могут обладать только подлинники документов. Поэтому считает, что копия документа, представленная в материалы дела, не имеет юридической силы. 

Кроме того, судом не установлено, для каких целей и почему ФИО6 предъявлена судебному приставу копия договора. Обращает внимание, что представленные судебному приставу копии документов в нарушение инструкции по делопроизводству не регистрировались и должным образом не заверялись, в связи с чем полает, что вопрос об их появлении в материалах исполнительного производства остался неустановленным. Указывает, что мировым судьей не дана надлежащая оценка видеозаписи квартиры ФИО6, предоставленная стороной защиты, на которой запечатлено фактическое выполнения работ, указанных в копии договора, представленного судебному приставу. Поскольку строительно-техническая экспертиза судом не производилась, поэтому находит выводы мирового судьи относительно оценки вышеуказанной видеозаписи и показаний свидетелей стороны защиты, неверными.

Жалоба защитника Воеводина В.О. по своему содержанию полностью повторяет доводы жалобы осужденного ФИО6

Письменных возражений на доводы апелляционных жалоб не поступало.

Проверив материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб, выслушав мнения сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Обстоятельства совершения ФИО6 преступления, подлежащие в силу ст. 73 УПК РФ доказыванию по настоящему делу, установлены судом правильно.

Из материалов уголовного дела следует, что ФИО6 в судебном заседании вину в предъявленном обвинении не признал.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, виновность ФИО6 в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 327 УК РФ, установлена совокупностью исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательств.

Мировой судья обоснованно расценил показания ФИО6 как избранный способ защиты от предъявленного обвинения, поскольку его вина подтверждается совокупностью согласующихся между собой доказательств, которые исследованы в судебном заседании и оценены с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и достаточности для разрешения уголовного дела. 

Как следует из судебного решения, фактические обстоятельства совершения осужденным ФИО6 преступления установлены на основании анализа и оценки показаний свидетелей ФИО1, ФИО2, ФИО15, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО14, которые согласуются между собой и объективно подтверждаются письменными доказательствами, приведёнными в приговоре, в числе которых: протокол осмотра предметов, которым осмотрены договор подряда на выполнение ремонтно-отделочных работ от 29.11.2023, смета на выполнение ремонтно-отделочных работ от 29.11.2023, акт приёмки выполненных работ от 29.01.2024 (т. 3 л.д. 65-72); заключение почерковедческой судебной экспертизы №, согласно выводам которой установлено наличие рукописных записей выполненных ФИО6 в документах осмотренных вышеуказанным протоколом осмотра (т. 2 л.д. 245-257); протоколом от 21.05.2024, осмотрены записи с камеры видеонаблюдения с подъезда 

<

адрес>, просмотром которых установлено, что доказательств перемещения по подъезду в период с 04.01.2024 по 13.02.2024 рабочих, строительных инструментов и материалов не зафиксировано (т. 3 л.д. 1-33), требованиями ФИО15 от 17.02.2024 об обязании ФИО6, привлечь для выполнения работ организацию, имеющую свидетельство о допуске СРО к проведению соответствующих видов работ в срок до 28.02.2024 (т. 1 л.д. 95-96) и обязании демонтировать бракованные «плавающие полы» (т. 1 л.д. 111-112), актом совершения исполнительных действий с участием специалиста ФИО14 (т. 1 л.д. 109-110), заявлением ФИО1 о возбуждении исполнительного производства (т. 1 л.д. 97), исполнительным листом по делу № от 27.03.2023 (т. 1 л.д. 98-102) и другими доказательствами.

Оснований не доверять показаниям вышеуказанных свидетелей у суда не имелось, поскольку поводов для оговора ими осужденного не установлено. Данные показания признаны судом достоверными и правильно оценены в приговоре в совокупности с другими доказательствами, получившими надлежащую оценку в приговоре. 

Ссылку в жалобе на то, что свидетель ФИО15 в ходе судебного разбирательства поясняла о том, что представленные ФИО6 документы не являются основанием для прекращения исполнительного производства, нельзя признать обоснованной, поскольку в своих показаниях данный свидетель, отвечая на вопросы сторон уточняла, что исполнительное производство подлежало прекращению только после того, как она бы проверила действительный факт совершения ФИО6 тех действий которые указаны в исполнительном документе и представленных осужденным документов. С указанной целью последняя прибыла 17.02.2024 в квартиру ФИО6, где с участием в качестве специалиста ФИО14 установлено, что работы указанные в представленных ФИО6 документах не выполнялись, поэтому оснований для прекращения исполнительного производства усмотрено не было.

Утверждение о том, что обстоятельства появления документов в материалах исполнительного производства не установлены, является ошибочным, поскольку из показаний ФИО6 следует, что именно он принес их судебному приставу - исполнителю ФИО15 Обстоятельства, почему ФИО15 их не зарегистрировала во входящей корреспонденции, мировым судьей также выяснялись, и были обусловлены прибытием ФИО6 к приставу за пределами рабочего времени делопроизводителя.

Вопреки доводам стороны защиты, в соответствии с требованиями п. 2 ч. 1 ст. 307 УПК РФ, суд привёл в приговоре мотивы, по которым принял в качестве допустимых и достоверных одни доказательства и отверг другие, в том числе позицию стороны защиты об отсутствии в действиях ФИО6 состава преступления, с учетом доводов относительно предоставления документов в их копиях и отсутствия их подлинников.

Суд апелляционной инстанции, вопреки доводам жалоб, не ставит под сомнение правильность выводов суда относительно установления признаков состава преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 327 УК РФ, должным образом мотивировавшего свои выводы о критической оценке позиции защиты относительно наличия в материалах исполнительного производства не самих документов, а их копий. Правильность выводов суда в данном случае не противоречит нормам, указанным в абз. 2 п. 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.12.2020 № 43 «О некоторых вопросах судебной практики по делам о преступлениях, предусмотренных ст.ст. 324 - 327.1 УК РФ», согласно которым к заведомо подложным документам по смыслу ч. 5 ст. 327 УК РФ относятся любые поддельные документы, удостоверяющие юридически значимые факты, за исключением поддельных паспорта гражданина, удостоверения или иного официального документа, предоставляющего права или освобождающего от обязанностей.

Из пояснений свидетеля ФИО15 установлено, что именно эти документы были ей предоставлены ФИО6, и которые в копиях она также в дальнейшем вручила ФИО1 Кроме того, в ходе судебного разбирательства сторона защиты не оспаривала содержание данных документов, ссылаясь только на отсутствие их подлинников. При этом именно наличие данных документов, переданных судебному приставу самим ФИО6, послужило основанием для проведения в последующем проверки на предмет соответствия выполненных работ содержанию исполнительного документа.

Более того, утверждения стороны защиты о том, что представленные в материалы дела копии документов являются проектами предполагаемых работ, которые ФИО6 намеревался выполнить в дальнейшем и представлены лишь для их согласования, являются несостоятельными поскольку, согласно показаниям свидетеля ФИО15 она уточнила у осужденного о том, почему он не уведомил ее о начале и ходе осуществления работ, для возможности осуществления ею контроля за их выполнением на соответствие исполнительному документу, на что получила ответ о том, что ФИО6 забыл это сделать. При этом при согласовании прибытия ФИО15 в квартиру к ФИО6 для принятия выполненных работ на 17.02.2024, последний также не сообщал, о том, что предоставленные им документы являются только проектами, а сами работы так и не были исполнены. Поэтому данную версию мировой судья обоснованно расценил как способ защиты от предъявленного обвинения.

Проанализировав эти и другие доказательства, приведенные в приговоре в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ, с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в своей совокупности признав исследованные доказательства достаточными для разрешения уголовного дела по существу, суд обоснованно признал ФИО6, виновным в совершении инкриминированного ему деяния.

Вопреки доводам жалоб, суд тщательно и всесторонне исследовал доказательства, дал им в приговоре надлежащую оценку, указал, почему одни доказательства он признал достоверными, а другие отверг. Не согласиться в этой части с выводами мирового судьи суд апелляционной инстанции оснований не имеет, и тот факт, что оценка доказательств мировым судьей, в частности показаний свидетелей ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, подтверждающих вскрытие полов, что по мнению защиты нашло отражение на видеозаписи, просмотренной в ходе судебного следствия, не совпадает с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении мировым судьей требований уголовно-процессуального закона.

Мировой судья правильно указал в приговоре о том, что данные свидетели, а равно как и сама видеозапись лишь констатирует факт вскрытия полов, что вместе с тем, не подтверждает совершение ФИО6 действий в соответствии с выданным исполнительным документом, поскольку отвечая на вопросы в суде первой инстанции, подсудимый также подтвердил, что до настоящего времени исполнительное производство не прекращено. Как верно указано мировым судьей, допрошенные свидетели не являются специалистами, обладающими познаниями, которые позволили бы с достоверностью подтвердить соответствие внутреннего содержания полов требованиям исполнительного документа.

Доводы о том, что мировым судьей не установлено, для каких целей и почему ФИО6 предъявлена судебному приставу копия договора, нельзя признать обоснованным. Каких-либо неясностей и противоречий в обстоятельствах установленных судом, ставящих под сомнение обоснованность осуждения ФИО6 и в силу ст. 14 УПК РФ подлежащих толкованию в пользу осужденного, в материалах уголовного дела не содержится. Все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, установлены правильно и нашли свое отражение в приговоре, который соответствует требованиям ст. ст. 297, 299 - 304, 307 УПК РФ, и содержит описание преступного деяния. 

Из протокола судебного заседания следует, что суд не ограничивал прав участников процесса по исследованию имеющихся доказательств. В судебном заседании исследованы все существенные для исхода дела доказательства. Каких-либо данных, свидетельствующих об одностороннем или неполном судебном следствии, не имеется. Из протокола судебного заседания не следует о проявлении со стороны председательствующего судьи предвзятости либо заинтересованности по делу. Нарушений принципов состязательности и равноправия сторон в судебном заседании не допущено.

Все заявленные сторонами ходатайства были разрешены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, необоснованных отказов в их удовлетворении не допущено. Так вопреки доводам жалоб, о том, что для установления истины по делу судом не проводилась строительно-техническая экспертиза, апелляционная инстанция считает необходимым отметить, что подобных ходатайств как от стороны обвинения, так и от стороны защиты не поступало, а поскольку суд согласно ст. 15 УПК РФ лишь создаёт необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществление предоставленных им прав, то возложение на суд такой обязанности, нельзя признать обоснованным.

Каких-либо данных, свидетельствующих об ущемлении права осужденного на защиту или иного нарушения норм уголовно-процессуального законодательства, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, в материалах дела не содержится. 

Принимая во внимание вышеизложенное, учитывая установленные мировым судьей обстоятельства совершения ФИО6 преступления, мировой судья обоснованно пришел к выводу о квалификации действий последнего по ч. 5 ст. 327 УК РФ.

Вопрос о признании деяния малозначительным мировым судьей рассмотрен, оснований для применения положений ч. 2 ст. 14 УК РФ обоснованно не усмотрено.

С учетом обстоятельств, мотива и целей преступления, которыми руководствовался ФИО6 при его совершении, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для признания указанных действий малозначительными и прекращения в отношении осужденного уголовного дела на основании ч. 2 ст. 14 УК РФ. Материалы уголовного дела не содержат сведений о том, что ФИО6 предпринимались какие-либо действия, достаточные для того, чтобы уменьшить общественную опасность содеянного, а также реальные действия, направленные на прекращение исполнительного производства, путем выполнения требований исполнительного документа.

При этом, следует отметить, что приведенные стороной защиты в апелляционных жалобах, в выступлениях в прениях суда апелляционной инстанции выдержки из материалов дела, носят односторонний характер, не отражают в полной мере их существо и оценены стороной защиты в отрыве от других имеющихся по делу доказательств. Исследованные по делу доказательства необходимо рассматривать и оценивать во всей их совокупности, что и было сделано судом в приговоре. Существенных противоречий между фактическими обстоятельствами дела, как они установлены судом, и доказательствами, положенными судом в основу приговора, не имеется.

При назначении ФИО6 наказания, мировой судья в соответствии с требованиями ст. 60 УК РФ учёл характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности виновного, смягчающие его наказание обстоятельства, отсутствие обстоятельств отягчающих наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного.

Все заслуживающие внимания обстоятельства, известные суду на момент постановления приговора, надлежащим образом учтены при решении вопроса о виде и размере наказания, которое является справедливым и соразмерным содеянному и данным о личности осужденного, а следовательно, постановленное мировым судьей решение в данной части отвечает требованиям закона.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона при рассмотрении уголовного дела в отношении ФИО6 с учетом требований ст. 389.15 УПК РФ, которые могли бы послужить основанием отмены приговора суда, не установлено.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции считает, что приговор мирового судьи подлежат изменению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым и признается таковым, если он соответствует требованиям уголовно-процессуального законодательства, предъявляемым к его содержанию, процессуальной форме и порядку постановления, основан на правильном применении уголовного закона.

В силу положений ч. 3 ст. 240 УПК РФ приговор должен быть основан лишь на тех доказательствах, которые были исследованы судом и нашли отражение в протоколе судебного заседания.

Согласно п. 4 постановления Пленума Верховного Суда от 29.11.2016 № 55 «О судебном приговоре» суд не вправе ссылаться на имеющиеся в уголовном деле доказательства, если они не были исследованы судом и не нашли отражения в протоколе судебного заседания.

Вместе с тем, принимая решение о виновности осужденного ФИО6 в совершении инкриминируемого ему преступления, суд первой инстанции сослался в приговоре на пояснения данные ФИО6 в ходе предварительного расследования – протокол дополнительного допроса от 02.07.2024. 

Между тем, из протокола судебного заседания и его аудиозаписи следует, что указанное доказательство не оглашалось и не было исследовано мировым судьей.

Таким образом, мировой судья, приведя данное доказательство без его исследования в рамках судебного разбирательства, допустил нарушение уголовно-процессуального закона, которое вместе с тем, не влияет на выводы суда о виновности ФИО6, ввиду наличия совокупности изобличающих его доказательств, представленной стороной обвинения.

В связи с чем, суд апелляционной инстанции полагает необходимым приговор мирового судьи изменить, исключив указание на протокол дополнительного допроса ФИО6 от 02.07.2024. 

Рассматривая заявление адвоката Рябых В.Н. о взыскании процессуальных издержек, суд приходит к следующему. Адвокат принимал участие в судебном заседании суда апелляционной инстанции 1 день, в связи с чем, с учетом утверждённого постановлением Правительства РФ от 01.12.2012 № 1240, размер его вознаграждения составляет 3 287 рублей 00 копеек.

В соответствии с п. 5 ч. 2 ст. 131 УПК РФ денежные суммы, выплачиваемые адвокатам за оказание юридической помощи в случае участия в уголовном деле по назначению, относятся к процессуальным издержкам и на основании ч. 1, 2 ст. 132 УПК РФ процессуальные издержки, потраченные на оплату труда адвоката, за участие в суде апелляционной инстанции, с учетом трудоспособного возраста и наличия постоянного источника дохода, подлежат взысканию с ФИО6 в сумме 3 287 рублей 00 копеек.

Вопреки утверждениям ФИО6 оснований для его освобождения от взыскания процессуальных издержек не усматривается, поскольку последний, несмотря на участие адвоката Воеводина В.О. по соглашению, не согласился на освобождение прибывшего в суд апелляционной инстанции адвоката Рябых В.Н. от участия по делу, и после разъяснения положений ст.ст. 131, 132 УПК РФ настаивал на его участии в качестве его защитника по назначению, не желая заявлять отказ от него.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 131, 132, 389.13, 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

Приговор мирового судьи судебного участка № 8 Сахалинской области (Невельский район) от 15.05.2025 в отношении ФИО6 изменить.

Исключить из приговора указание на показания ФИО6 от 02.07.2024, данные им в ходе предварительного расследования при дополнительном допросе.

В остальной части приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу осужденного ФИО6, адвоката Воеводина В.О. – без удовлетворения. 

Взыскать с ФИО6 в федеральный бюджет процессуальные издержки, выплаченные за участие в деле адвоката Рябых В.Н., в сумме 3 287 рублей 00 копеек.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Девятый кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном гл. 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу, через суд первой инстанции; жалобы (представления) рассматриваются в порядке, предусмотренном ст.ст. 401.7, 401.8 УПК РФ.

Председательствующий И.Н. Жаркова