Судья Феоктистова Ю.А. дело № 22-122/2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Петропавловск-Камчатский 24 февраля 2026 года

Судья Камчатского краевого суда Слободчиков О.Ф.,

с участием прокурора Коржевицкой С.Ю.,

защитника по соглашению – адвоката Гончарука А.Л., предъявившего удостоверение № 227 и ордер адвокатского кабинета Гончарука А.Л. № 001020 от 19 января 2026 года,

при секретаре Власенко А.А.

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционное представление прокурора Олюторского района Мизинина Н.В. на постановление Олюторского районного суда Камчатского края от 11 декабря 2025 года, которым уголовное дело в отношении

ФИО5, 

<

данные изъяты>, несудимого,

по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.143 УК РФ, прекращено на основании ст.25 УПК РФ за примирением сторон.

Выслушав позицию прокурора Коржевицкой С.Ю., поддержавшей доводы апелляционного представления, мнение защитника Гончарука А.Л. о законности обжалуемого постановления, суд апелляционной инстанции

установил:

органом предварительного расследования ФИО5 обвинялся в нарушении требований охраны труда, совершённое лицом, на которое возложены обязанности по их соблюдению, повлёкшее по неосторожности смерть ФИО1 и ФИО2 16 февраля 2025 года в акватории залива Корфа Олюторского района Камчатского края при обстоятельствах, изложенных в описательно-мотивировочной части постановления.

Действия ФИО5 квалифицированы по ч.3 ст.143 УК РФ.

По ходатайству потерпевших ФИО3, ФИО4 настоящее уголовное дело в отношении ФИО5 прекращено судом на основании ст.25 УПК РФ за примирением сторон.

В апелляционном представлении прокурор Мизинин Н.В. просит постановление суда отменить, как постановленное с нарушением норм уголовно-процессуального закона и неправильным применением уголовного закона. Ссылаясь на позиции Конституционного Суда РФ и Верховного Суда РФ, считает, что не имелось оснований для прекращения уголовного дела на основании ст.25 УПК РФ, учитывая дополнительный объект посягательства – общественные отношения, гарантирующие неприкосновенность и безопасность жизни человека. Любые позитивные действия Голода по отношению к потерпевшим, в том числе материальная помощь родственникам погибших, не снижают общественную опасность содеянного, заключающегося в гибели людей. Прекращение уголовного дела в отношении Голода по нереабилитирующим основаниям исключает возможность назначения обязательного дополнительного наказания, направленного на предупреждение совершения новых преступлений.

В возражениях на апелляционное представление потерпевшие ФИО3, ФИО4 считают решение суда законным, просят оставить его без изменения.

В возражениях на апелляционное представление защитник Гончарук А.Л., выражая несогласие с доводами апелляционного представления, просит судебное решение оставить без изменения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления, с учётом поданных возражений, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В силу части 4 статьи 7 УПК РФ постановление суда должно быть законным, обоснованным и мотивированным. По смыслу закона постановление признается таковым, если суд при его вынесении исходил из материалов дела, рассмотренных в судебном заседании, сделал выводы на установленных им фактах, правильно применил закон.

Согласно ч. 1 ст. 6 УК РФ наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности.

Данные требования закона судом первой инстанции не выполнены.

Как видно из материалов уголовного дела, ФИО5 обвинялся в том, что, осуществляя общее руководство танкером «

<

данные изъяты>», в результате преступной небрежности и нарушения требований охраны труда, организовал не предусмотренные должностными обязанностями ФИО3 и ФИО2 работы по доставке людей с берега на танкер «

<

данные изъяты>» и обратно, с использованием аэролодки, вследствие чего 16 февраля 2025 года произошло столкновение аэролодки под управлением ФИО2 в качестве судоводителя маломерного судна и оказывавшего ему помощь ФИО3 с неустановленным в ходе предварительного следствия препятствием, в результате чего ФИО3 и ФИО2, без спасательных жилетов, выпали за борт в акваторию залива Корфа Олюторского района Камчатского края, что повлекло по неосторожности смерть ФИО3 и ФИО2, наступившую в результате утопления в воде.

Суд первой инстанции, прекращая уголовное дело за примирением сторон, принял во внимание, что Голод впервые обвиняется в совершении преступления средней тяжести по неосторожности, к административной ответственности не привлекался, загладил причинённый потерпевшим вред, характеризуется исключительно положительно.

Вместе с тем, согласно разъяснениям, содержащимся в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 июня 2010 года № 17 «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве», принимая решение о прекращении уголовного дела за примирением сторон, суду необходимо оценить, соответствует ли это целям и задачам защиты прав и законных интересов личности, отвечает ли требованиям справедливости и целям правосудия.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в Определении от 4 июня 2007 года N 519-О-О, полномочие суда отказать в прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон, вытекающее из взаимосвязанных положений статей 76 УК РФ и 25 УПК РФ, направлено на достижение конституционно значимых целей дифференциации уголовной ответственности и наказания, усиления их исправительного воздействия, предупреждения новых преступлений и тем самым - защиты личности, общества и государства от преступных посягательств. При этом указание в названных статьях на возможность, а не обязанность освобождения от уголовной ответственности и прекращения уголовного дела означает необходимость принятия соответствующего решения с учетом всей совокупности обстоятельств конкретного дела, включая степень общественной опасности совершённого деяния.

Такая же позиция нашла отражение в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 года № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», согласно которому при разрешении вопроса об освобождении лица, совершившего преступление, от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим судам следует учитывать конкретные обстоятельства уголовного дела, включая особенности и число объектов преступного посягательства, их приоритет, наличие свободно выраженного волеизъявления потерпевшего, изменение степени общественной опасности лица, совершившего преступление, после заглаживания вреда и примирения с потерпевшим, личность совершившего преступление, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание.

Принимая решение, суд не учёл, что объектами преступного посягательства, предусмотренного статьей 143 УК РФ, являются общественные отношения, характеризующие право каждого на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности, а также право человека на здоровье (ч.1 ст.143 УК РФ) или на жизнь (ч. 2,3 ст.143 УК РФ).

Таким образом, общественная опасность данного уголовно-наказуемого деяния заключается в пренебрежении требованиями охраны труда и как следствие основополагающим правом человека на жизнь, закреплённым в ст. 2, ч. 1 ст. 20 Конституции Российской Федерации, утрата которой, необратима и невосполнима.

Освобождая Голода от уголовной ответственности, и делая вывод о полном возмещении ущерба, судом оставлено без внимания, что Голод, не только нарушил требования охраны труда, но и то, что его действия повлекли по неосторожности смерть ФИО3 и ФИО2, само по себе возмещение морального и материального вреда, связанного со смертью потерпевших, не может снизить общественную опасность содеянного, заключающегося в гибели двух лиц.

Кроме того, прекращение уголовного дела в отношении Голода лишило суд возможности решить вопрос о назначении дополнительного наказания в виде лишения права занимать определённые должности или заниматься определённой деятельностью, несмотря на то, что преступление, в совершении которого он обвинялся, посягало на общественные отношения, характеризующие право каждого на труд, в условиях, отвечающих требованиям безопасности.

В обжалуемом постановлении суд не указал, какие действия Голода расценены как загладившие вред вышеуказанным общественным интересам.

При рассмотрении дела судом первой инстанции указанные выше обстоятельства и требования закона не были приняты во внимание, в связи с чем, постановление подлежит отмене в связи с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона и неправильным применением уголовного закона, а уголовное дело направлению на новое рассмотрение в тот же суд, в ином составе суда.

При таких обстоятельствах апелляционное представление подлежит удовлетворению.

Руководствуясь ст. 38913, 38915, 38922 и 38928 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

постановление Олюторского районного суда Камчатского края от 11 декабря 2025 года в отношении ФИО5 отменить, передать уголовное дело по обвинению ФИО5 в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 143 УК РФ, в тот же суд на новое судебное разбирательство со стадии судебного разбирательства иным составом суда.

Апелляционное представление прокурора удовлетворить.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в Девятый кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение 6 месяцев со дня вступления постановления в законную силу.

ФИО5 вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья О.Ф. Слободчиков