Дело № 2-4945/2018

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Петропавловск-Камчатский 23 октября 2018 г.

Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края в составе

председательствующего судьи Барышевой Т.В., 

при секретаре Коробкове В.Р., 

с участием истца ФИО3,

представителя истца ФИО4,

представителя ответчика Ближникова О.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 ФИО15 к Парецкому ФИО16 о признании сделки недействительной, признании права собственности на долю в праве собственности на жилое помещение,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО5 о признании недействительной сделки, совершенной ФИО6 и ФИО5 на основании договора купли-продажи от 20 июня 2017 г. в отношении квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес> г. Петропавловске-Камчатском; признании за ФИО3 права собственности на ? доли в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> г. Петропавловске-Камчатском.

В обоснование заявленных требований указала, что 07 июля 2005 г. истец приобрела в собственность квартиру по адресу: 

<

адрес> г. Петропавловске-Камчатском, которую 03 июля 2010 г. продала ФИО6 Согласно государственной регистрации права ФИО6 становится собственником указанного жилья с 16 июля 2010 г. ФИО6 и ФИО8 являлись родителями истца и находились в зарегистрированном браке. После смерти матери, отец истца - ФИО6, уже являясь собственником ? доли в праве собственности на квартиру, оформил наследство на ? долю в праве собственности квартиры, принадлежавшую ФИО8, став собственником ? долей в праве собственности на квартиру. 09 июня 2017 г. истцу посредством СМС информирования поступило сообщение от адвоката Ближниковой А.Б. с предложением выкупить ? доли в праве собственности на квартиру либо предложить свои условия, в связи с продажей недвижимости. 09 июля 2017 г. истцу стало известно о том, что 30 июня 2017 г. произведена государственная регистрация сделки купли-продажи, на основании которой собственником квартиры полностью стал ФИО5 Однако истец согласие на продажу своей ? доли в праве собственности на квартиру не давала, на момент заключения находилась за пределами Камчатского края. 12 июля 2017 г. истец получила от нотариуса свидетельство о праве на наследство ? доли в праве собственности на указанную квартиру. 12 августа 2017 г. умер ФИО6 Единственным наследником ФИО6 является истец. Решением Петропавловск-Камчатского городского суда от 14 мая 2018 г. договор купли-продажи от 20 июня 2017 г. в части ? доли в праве собственности на квартиру истца признан ничтожным, применена виндикация. Истец считает, что совершенная сделка заключена под влиянием обмана ФИО6 В договоре купли-продажи определена стоимость квартиры в сумме 1600000 руб., которую покупатель обязался произвести в момент подписания договора, о чем на второй странице договора имеется расписка о получении продавцом указанной суммы. Вместе с тем, истец считает, что ответчик и его адвокат Ближникова А.Б. обманули ФИО6 и фактической передачи денежных средств не было, то есть договор является безденежным, поскольку ни в квартире отца, ни на счетах в кредитных организациях данной денежной суммы не обнаружено, сведений об их использовании не имеется. Истец уверена, что ответчик вошел в доверие к её отцу, который на момент заключения сделки имел тяжелое заболевание «Дисциркуляторная энцефалопатия 2 ст. сложного генеза(гипертоническая, атеросклеротическая) с явлениями вестибулотаксии», находился в старческом возрасте и не мог в полной мере понимать значение своих действий. Если бы ФИО6 знал, что ФИО5 не собирается передавать ему денежные средства, то ни за что не подписал бы договор. Обман ответчиком совершен с целью получения материальной выгоды путем перепродажи квартиры, что подтверждается размещенным объявлением о продаже. 

Определением суда от 27 августа 2018г. к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены: ФИО9, Управление Росреестра по Камчатскому краю.

Истец ФИО3 в судебном заседании поддержала заявленные требования в полном объёме. Дополнительно пояснила, что отец к моменту подписания договора почти не передвигался, пенсию ему домой приносил социальный работник, не осознавал происходящее, ФИО9 ввела его в заблуждение по поводу наличия задолженности по коммунальным платежам, которой не было, поскольку истец всё оплачивала. Предположила, что ответчик мог передать денежные средства ФИО9 Просила учесть, что спорная квартира является её единственным жильём.

Представитель истца по доверенности ФИО4 в судебном заседании настаивал на том, что сделка была совершена под влиянием обмана продавца ФИО9 относительно наличия задолженности по жилищно-коммунальным платежам по спорному жилому помещению, которая носила текущий характер и ее размер не свидетельствовал о необходимости продажи квартиры для погашения долга. Полагал, что судом не могут быть взяты за основу показания свидетеля ФИО9 о передаче денежных средств по оспариваемой сделке, поскольку передача денежных средств в указанной в договоре сумме может быть подтверждена только письменными доказательствами, к которым он не относит расписку продавца на договоре о получении денежных средств. ФИО6 имел бессрочную инвалидность и не мог в полной мере осознавать происходящее. Считал, что сделка специально была совершена в отсутствии на территории Камчатского края истца. 

Ответчик ФИО5, извещенный о времени и месте рассмотрения дела, для участия в деле направил своего представителя.

Представитель ответчика по ордеру адвоката Ближников О.А. в судебном заседании требования иска не признал, поскольку ФИО6 подписал договор собственноручно, денежные средства по договору были переданы. Парецкий сразу изъявил желание продать данную квартиру, когда узнал, что купил не жильё полностью, а долю в праве собственности на него. Уверен, что ответчик является добросовестным приобретателем квартиры. Считает, что выводы об умственном состоянии продавца в момент заключения сделки может сделать только специалист.

Третьи лица: ФИО9, Управление Росреестра по Камчатскому краю, извещённые о времени и месте проведения судебного разбирательства, в судебное заседание не явились, представителя в суд не направили.

Руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, суд определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав объяснения участвующих в деле лиц, исследовав материалы настоящего дела, материалы надзорного производства № 7-896-2017, материал КУСП № 29490 от 13 июля 2017 г., материал проверки сообщения о преступлении № 171пр/1-18, суд приходит к следующему.

На основании ст. 8 ГК РФ сделки и другие юридические действия порождают гражданские права и обязанности для лица, совершающего эти действия.

В силу ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В силу п. 2 ст. 1 ГК РФ граждане и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Пунктом 1 ст. 421 ГК РФ закреплено, что граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (п. 4 ст. 421 ГК РФ). 

Согласно ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). 

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

На основании частей 2, 4 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. 

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. 

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Если сделка признана недействительной по одному из оснований, указанных в пунктах 1 - 3 настоящей статьи, применяются последствия недействительности сделки, установленные статьей 167 настоящего Кодекса. Кроме того, убытки, причиненные потерпевшему, возмещаются ему другой стороной. Риск случайной гибели предмета сделки несет другая сторона сделки.

В силу ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. 

Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно. 

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Из разъяснений, содержащихся в п. 99 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", следует, что сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (пункт 2 статьи 179 ГК РФ). 

Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 ГК РФ).

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман. 

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки (пункт 2 статьи 179 ГК РФ). 

Следует учитывать, что закон не связывает оспаривание сделки на основании пунктов 1 и 2 статьи 179 ГК РФ с наличием уголовного производства по фактам применения насилия, угрозы или обмана. Обстоятельства применения насилия, угрозы или обмана могут подтверждаться по общим правилам о доказывании.

Согласно ч. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Согласно п. 1 ст. 549 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).

В договоре продажи недвижимости должны быть указаны данные, позволяющие определенно установить недвижимое имущество, подлежащее передаче покупателю по договору, в том числе данные, определяющие расположение недвижимости на соответствующем земельном участке либо в составе другого недвижимого имущества. 

При отсутствии этих данных в договоре условие о недвижимом имуществе, подлежащем передаче, считается не согласованным сторонами, а соответствующий договор не считается заключенным (ст. 554 НК РФ). 

Договор продажи недвижимости должен предусматривать цену этого имущества (ч. 1 ст. 555 ГК РФ). 

Существенным условием договора продажи жилого дома, квартиры, части жилого дома или квартиры, в которых проживают лица, сохраняющие в соответствии с законом право пользования этим жилым помещением после его приобретения покупателем, является перечень этих лиц с указанием их прав на пользование продаваемым жилым помещением ч. 1 ст. 558 ГК РФ).

Передача недвижимости продавцом и принятие ее покупателем осуществляются по подписываемому сторонами передаточному акту или иному документу о передаче (ч. 1 ст. 556 ГК РФ).

1. В силу положений ст. 550 ГК РФ договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (пункт 2 статьи 434). Несоблюдение формы договора продажи недвижимости влечет его недействительность.

Согласно ч. 1 ст. 551 ГК РФ переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации. 

В соответствии с ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Как установлено в судебном заседании и подтверждается материалами дела, 07 июля 2005 г. на основании договора купли-продажи ФИО3 приобрела право собственности на жилое помещение по адресу: г. Петропавловск-Камчатский, 

<

адрес> (л.д. 42). 

03 июля 2010 г. на основании договора купли-продажи собственником вышеуказанной квартиры становится ФИО6 (л.д. 43), который на момент заключения сделки находился в зарегистрированном браке с ФИО18. 

Согласно свидетельству о праве на наследство по закону наследником имущества ФИО17., умершей 01 августа 2014 г., в ? доле является супруг умершей - ФИО6 При этом наследство состоит из ? доли в праве общей совместной собственности на квартиру по адресу: г. Петропавловск-Камчатский, 

<

адрес> (л.д. 45). 

Таким образом, доля ФИО6 в праве собственности на жилое помещение к моменту совершения оспариваемой сделки составляла ?.

16 июня 2016 г. ФИО6 выдал доверенность ФИО1 на совершение юридически значимых действий, включая продажу за цену и на условиях по своему усмотрению принадлежащую ему на праве собственности квартиру, расположенную по адресу: г. Петропавловск-Камчатский, 

<

адрес>, с правом погашения задолженности по оплате коммунальных услуг и иных платежей за квартиру, оформить и подписать договор купли-продажи квартиры, акт передачи, без права получения денежных средств, зарегистрировать прекращение и переход права собственности в органах государственной регистрации.

Как видно из текста доверенности перед подписанием она полностью зачитана вслух ФИО11, ему разъяснено содержание ст.ст. 185-189 ГК РФ, доверенность удостоверена нотариусом Петропавловск-Камчатским нотариального округа ФИО10, содержание доверенности соответствует волеизъявлению ФИО6, подписана в ее присутствии, личность представляемого по доверенности установлена, дееспособность его проверена(л.д. 47-48).

20 июня 2017 г. ФИО6 и ФИО5 заключили договор купли-продажи квартиры, на основании которого продавец обязуется передать в собственность, а покупатель обязуется принять и оплатить продавцу недвижимое имущество - квартиру по адресу: г. Петропавловск-Камчатский, 

<

адрес>, которая (п. 2 Договора) находится в собственности продавца. При этом стоимость квартиры определена в размере 1600000 руб. Согласно отметке Продавца на договоре оплата по нему произведена. В силу положений п. 5 договора он имеет силу акта приема – передачи квартиры (л.д. 49-50). Аналогичная информация отражена в выписке из ЕГРН о содержании правоустанавливающего документа от 02 июля 2018 г. (л.д. 121).

По условиям договора стороны подтвердили, что они не лишены дееспособности, не состоят под опекой и попечительством, не страдают заболеваниями, препятствующими осознать суть договора, а также у них отсутствуют обстоятельства, вынуждающие совершить данную сделку на крайне невыгодных для себя условиях.

30 июня 2017 г. зарегистрирован переход права собственности на указанное недвижимое имущество к ФИО12

12 июля 2017 г. на основании свидетельства о праве на наследство по закону наследником имущества ФИО7, умершей 01 августа 2014 г., состоящей из ? доли в праве общей совместной собственности на квартиру по адресу: г. Петропавловск-Камчатский, 

<

адрес>, в ? доле является дочь умершей – ФИО3 (л.д. 52).

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умер 12 августа 2017 г., что подтверждается свидетельством о смерти (л.д. 63).

Наследником, принявшим наследство ФИО2 по закону, является дочь наследодателя - ФИО3 (л.д. 73).

Решением Петропавловск-Камчатского городского суда от 14 мая 2018 г. по делу № 2-148/2018 исковые требования ФИО3 к ФИО5 о применении последствий недействительности ничтожной сделки удовлетворены частично, постановлено: истребовать из чужого незаконного владения ФИО5 в пользу ФИО3 ? долю в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: Камчатский край, г. Петропавловск-Камчатский 

<

адрес> (л.д. 12-21).

В силу ст. 56, 57 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. Доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле. 

Согласно ст. 67 ГПК РФ суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Гражданским процессуальным законодательством установлены критерии оценки доказательств в качестве подтверждающих факт наличия тех или иных обстоятельств. Доказательства, на основании которых лицо, участвующее в деле, обосновывает свои требования и возражения, должны быть допустимыми, относимыми и достаточными. В частности, доказательство признается достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. Достаточность доказательств можно определить как наличие необходимого количества сведений, достоверно подтверждающих те или иные обстоятельства спора. Отсутствие хотя бы одного из указанных признаков является основанием не признавать требования лица, участвующего в деле, обоснованными (доказанными).

При этом, исходя из смысла приведенных выше норм, бремя доказывания факта обмана потерпевшего, наследником которого является истец, осведомленности другой стороны в сделке (ответчика) об обмане лежит на истце.

Между тем, истцом в нарушении требований ст. 56 ГПК РФ не представлено доказательств, отвечающих требованиям относимости и допустимости, свидетельствующих о совершенном в отношении ФИО6 обмане, влекущем порочность его воли на отчуждение принадлежащего ему недвижимого имущества. 

ФИО6 являлся дееспособным, данных о наличии у него психических заболеваний не представлено, собственноручно подписал доверенность на продажу квартиры, договор купли-продажи квартиры, составил на договоре расписку о получении от покупателя денежных средств в предусмотренном договором размере в полном объеме, и доказательств обратного, суду не было представлено. Подписи в данных документах истцом не оспаривались, с требованием о взыскании с ответчика оплаты за проданную ответчику долю, истец в суд не обращалась.

Указание истцом и её представителем на имеющуюся болезнь ФИО6 – «Дисциркуляторная энцефалопатия 2 ст. сложного генеза(гипертоническая, атеросклеротическая) с явлениями вестибулотаксии», которая могла повлиять на осознание им происходящего и непонимание последствий своих действий, также является голословным, поскольку его недееспособность не была установлена или ограничена. Каких-либо объективных данных о наличии у ФИО6 психопродукции, которая могла бы препятствовать осознанию им сделки (договора купли-продажи) материалы дела не содержат. Наличие у него заболевания свидетельствовало само по себе лишь о его нуждаемости в медицинской помощи по соматическому состоянию.

Довод заявителя о совершении указанного договора под действием обмана ФИО5 ФИО6 и фактической безденежности договора, в результате чего денежная сумма по договору фактически продавцу не передана, является голословным.

Доказательством передачи указанной в договоре денежной суммы в размере 1600000 руб. является расписка, написанная собственноручно ФИО6, что подтверждает и истец, о получении данной суммы.

Мнение истца, ее представителя о необходимости составления отдельного письменного документа о получении оплаты по договору продавцом недвижимого имущества, стоимость которого превышает десять тысяч рублей, основано на ошибочном толковании нормы права, содержащейся в подпункте 2 пункта 1 статьи 161 ГК РФ.

Допрошенная в качестве свидетеля ФИО13, посредством судебного поручения, в установленном законом порядке 01 августа 2018 г. пояснила, что является сестрой истца. Отношения между родственниками испортились после смерти матери в период вступления в наследство. Отец (ФИО2) решил продать квартиру по адресу: г. Петропавловск-Камчатский, 

<

адрес>, поскольку финансово уже не мог оплачивать жилищно-коммунальные услуги по двум квартирам, вследствие чего образовалась задолженность по указанным платежам. Свидетель присутствовала при осмотре квартиры покупателем ФИО5, когда выяснилось, что в ней проживают незнакомые люди, которые снимают квартиру за 20000 руб. в месяц. Также она присутствовала в квартире по адресу: г. Петропавловск-Камчатский, 

<

адрес>, при подписании договора купли-продажи спорного жилья ФИО2 и ФИО5 Относительно условий продажи квартиры помнит, как обсуждалась стоимость договора в сумме 1600000 руб., с которой покупатель согласился, более никаких условий не обсуждалось. При этом подтвердила, что отец (ФИО2) собственноручно подписал договор, после чего пересчитал переданную ему покупателем сумму, деньги остались у отца. Составление отдельной расписки по передаче денег она не видела, но помнит, как отец расписался в самом договоре о получении денег. Куда ФИО2 мог положить или на что мог потратить указанную денежную сумму, она не знает, сама эти деньги не брала. Про отношения между отцом и истцом пояснила, что отец был обижен на сестру за то, что она, воспользовавшись генеральной доверенностью от отца, продала принадлежащие ФИО14 гараж и машину, а денег не отдала, затем три раза пыталась продать спорную квартиру, но об этом стало известно отцу и он отменил доверенность. Свидетельство на наследство истец не оформляла, поскольку ждала квартиру от государства, как военнослужащая. После смерти отца сестра с дочерью искали деньги от продажи квартиры, но не нашли.

Данные показания полностью подтверждаются ответчиком в поданных им возражениях на иск, где он поясняет, что о продаже квартиры узнал от риелтора, осмотрел с дочерью продавца квартиру, в которой на тот момент проживали несколько мужчин. Продавец рассказал ему, что продает квартиру в связи с наличием задолженности по жилищно-коммунальным услугам, также рассказал о неприязненных отношениях со второй дочерью - ФИО3.

При таких обстоятельствах заблуждение ФИО2 относительно написанной расписки в договоре и получения им денежных средств исключается. 

Отсутствие денежных средств на банковских счетах ФИО2 после его смерти, а также отсутствие сведений о приобретении умершим в собственность движимого или недвижимого имущества на указанную сумму само по себе не опровергает получение им денежных средств от продажи квартиры.

Рассматривая довод истца и ее представителя о введении ФИО2 в заблуждение относительно наличия задолженности по оплате жилищно-коммунальных услуг по спорному жилому помещению, суд приходит к следующим выводам.

Действительно, материалами дела не подтверждено наличие при его жизни каких-либо исполнительных производств по принудительному взысканию жилищно-коммунальных услуг, в которых ФИО2 выступал бы должником. Вместе с тем, согласно квитанциям по состоянию на 01 июня 2017 г. имелась просроченная в оплате задолженность на оплате отопления и электроэнергии по 

<

адрес> перед ПАО «Камчатскэнерго» в размере 42608 руб. 93 коп., пени за просрочку платежей 745 руб. 09 коп.; перед ООО «УЖКХ г. Петропавловска-Камчатского» - задолженность на оплате жилого помещения в размере 48514 руб. 41 коп., пени за просрочку платежей – 6619 руб. 08 коп.; согласно квитанции КГУП «Камчатский водоканал» - задолженность по оплате холодного водоснабжения и водоотведения в размере 11415 руб. 74 коп., пени за просрочку платежей – 1748 руб. 87 коп.; согласно квитанции МУП «Спецтранс» -задолженность по оплате вывоза мусора в размере 3014 руб. 88 коп., наличие могло, вопреки утверждению истца, ее представителя, явиться мотивом ФИО2 для продажи спорного жилого помещения. Заблуждение относительно размера имеющегося долга (заблуждение относительно мотивов сделки) не является достаточно существенным для признания сделки недействительной (ч. 3 ст. 178 ГК РФ).

Доказательств, свидетельствующих о том, что при заключении договора 20 июня 2017 г., ФИО2 существенно заблуждался относительно природы сделки либо тождества, не имеется, равно как материалы дела не содержат доказательств, опровергающих факт получения ФИО2 оговоренной денежной суммы. Кроме того, неисполнение покупателем своих обязательств по оплате предмета купли-продажи, по общему правило, не влечет недействительности самой сделки.

Указание истца на то, что ФИО5 покупал спорное жильё не для фактического проживания в нём, а для дальнейшей перепродажи и получении материальной выгоды является несостоятельным, поскольку в силу ч.2 ст. 246 ГК РФ участник долевой собственности вправе по своему усмотрению продать, подарить, завещать, отдать в залог свою долю либо распорядиться ею иным образом. Таким образом, после регистрации права собственности на жилое помещение собственник вправе по своему желанию распорядиться принадлежащим ему имуществом.

Довод истца о том, что спорное жилое помещение является для нее единственным жильем, основанием для вынесения иного решения по делу не может являться, поскольку не является юридически значимым обстоятельством по рассматриваемому делу.

При таких обстоятельствах, оценив в порядке ст. 67 ГПК РФ собранные по делу доказательства, суд не находит оснований для удовлетворения требования истца о признании сделки - договора купли-продажи от 20 июня 2017 г. квартиры по адресу: г. Петропавловск-Камчатский, 

<

адрес>, недействительной. В связи с чем, требования о применении последствий недействительности сделки по договору купли-продажи в виде признания за истцом права на ? доли в праве собственности на жилое помещение удовлетворению также не подлежат.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, 

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении иска ФИО3 ФИО19 к Парецкому ФИО20 о признании сделки, совершенной ФИО21 и Парецким ФИО22 на основании договора купли-продажи от 20 июня 2017 г. в отношении квартиры, расположенной по адресу: г. Петропавловск-Камчатский, 

<

адрес>, недействительной, признании за ФИО3 ФИО23 права собственности на ? доли в праве собственности на жилое помещение – 

квартиру, расположенной по адресу: г. Петропавловск-Камчатский, 

<

адрес>, - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционной порядке в Камчатский краевой суд через Петропавловск-Камчатский городской суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 29 октября 2018 г.

Председательствующий Т.В. Барышева

Оригинал решения находится в деле 

Петропавловск-Камчатского городского суда 

Камчатского края № 2-4945/2018.