Судья г/с Минина Н.А. Дело № 22-963/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Кемерово 20 марта 2025 года

Кемеровский областной суд в составе председательствующего судьи Мартыновой Ю.К.,

при секретаре Безменовой А.И.,

с участием прокурора Александровой И.В.,

осужденного ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осуждённого ФИО1, апелляционной жалобе адвоката Плиевой Т.П. в защиту осуждённого на приговор Мариинского городского суда Кемеровской области от 24 января 2025 года, которым 

ФИО1, 

<

данные изъяты>, не судимый,

осужден по ч. 1 ст. 264.1 УК РФ к 300 часам обязательных работ с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 2 года.

Мера процессуального принуждения ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставлена прежней- обязательство о явке. 

Взысканы с ФИО1 в доход федерального бюджета РФ процессуальные издержки в виде вознаграждения защитника Плиевой Т.И. за участие в ходе предварительного расследования в размере 6523 рублей 00 копеек.

Разрешена судьба вещественных доказательств.

Конфисковано в собственность государства в соответствии п. «д» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ транспортное средство - автомобиль HONDA HR-V № год выпуска 2003, номер кузова №, хранящийся на территории ОМВД России «Мариинский», а также ключ с брелоком от автомобиля HONDA HR-V №, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств ОМВД России «Мариинский».

Сохранен арест на вышеуказанный автомобиль, до исполнения приговора в части конфискации указанного транспортного средства.

Изложив приговор суда, доводы апелляционных жалоб осуждённого и адвоката, заслушав выступление осужденного, поддержавшего доводы жалоб, возражения прокурора, полагавшую необходим в удовлетворении апелляционных жалоб отказать, суд апелляционной инстанции 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан виновным и осуждён за управление автомобилем лицом, находящимся в состоянии опьянения, подвергнутым административному наказанию за управление транспортным средством в состоянии опьянения.

Преступление совершено в ночь с 29 на 30 апреля 2024 года в Мариинском муниципальном округе Кемеровской области-Кузбасса при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре. 

В апелляционной жалобе осуждённый ФИО1 считает приговор незаконным, необоснованным и подлежащим отмене с вынесением оправдательного приговора в связи с нарушением норм материального и процессуального права. 

Полагает, что протокол направления на медицинское освидетельствование, акт освидетельствования на алкогольное опьянение, протокол об административном правонарушении, протокол об отстранении от управления транспортным средством, акт медицинского освидетельствования на состояние опьянения являются недопустимыми доказательствами, поскольку при их составлении не выполнены нормы КоАП РФ, а именно отсутствовали двое понятых или полная версия видеозаписи. Отмечает, что видеозапись при проведении освидетельствования в больнице отсутствует.

Обращает внимание, что возникшие сомнения в его виновности не были устранены и должны быть истолкованы в его пользу.

В апелляционной жалобе адвокат Плиева Т.И. в защиту осуждённого ФИО1 считает приговор незаконным и несправедливым в связи с нарушением норм материального и процессуального права. 

Указывает, что в ходе судебного заседания не установлена совокупность доказательств, подтверждающих виновность ФИО1, отмечая, что в ходе дознания и в судебном заседании ФИО1 последовательно отрицал свою виновность в инкриминируемом ему преступлении в полном объеме. Полагает, что судом не дано должной оценки показаниям свидетеля Ш.С.М.

Обращает внимание на нарушения процедуры освидетельствования ФИО1 на состояние алкогольного опьянения и процедуры фиксации составления административного материала. Отмечает, что при проведении медицинского освидетельствования в ГБУЗ «Мариинская городская больница им. В.М. Богониса» отсутствовали понятые и видеозапись, ссылается на отсутствие полной версии видеозаписи из автомобиля сотрудников ГИБДД, а также на то, что биологические объекты на исследование у ФИО1 не отбирались.

Полагает, что подлежат исключению из числа доказательств: протокол № о направлении на медицинское освидетельствование от 30 апреля 2024 года; акт № освидетельствования на алкогольное опьянение от 30 апреля 2024 года; протокол № об административном правонарушении от 30 апреля 2024 года; протокол № об отстранении от управлении транспортным средством; № направление и акт медицинского освидетельствования на состояние алкогольного, наркотического иного токсилогического опьянения № от 30 апреля 2024 года ГБУЗ Мариинская городская больница им. В.М. Богониса».

Просит приговор суда отменить, производство по делу прекратить в связи с отсутствием в действиях ФИО1 состава преступления. 

В возражениях на апелляционную жалобу адвоката государственный обвинитель Гиноян С.С., приводя суждения относительно несостоятельности позиции автора, предлагает доводы жалобы оставить без удовлетворения, приговор – без изменения. 

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционных жалобах, возражениях, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Обстоятельств, препятствующих рассмотрению дела в судебном заседании и принятию итогового решения, нарушений норм уголовно-процессуального закона и стеснения прав ФИО1 на стадии досудебного производства по уголовному делу не имеется.

Судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст. ст. 273 - 291 УПК РФ. Суд первой инстанции, сохраняя объективность и беспристрастность, обеспечил полное равноправие сторон, принял все меры по реализации принципа состязательности, создал все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Сторона защиты пользовалась правами, предоставленными законом, в том числе, участвуя в исследовании доказательств и разрешении процессуальных вопросов. Нарушения права на защиту осужденного не установлено.

Доводы стороны защиты о неполноте предварительного и судебного следствия не могут являться основанием для отмены приговора, поскольку стороне защиты были представлены гарантированные законом возможности участвовать в судебном разбирательстве, представлять доказательства и участвовать в их исследовании, заявлять соответствующие ходатайства.

Отклонение ходатайств стороны защиты не свидетельствует о нарушении права стороны защиты на представление доказательств, а также принципов состязательности и равноправия сторон.

У суда не имелось оснований для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст.237 УПК РФ, поскольку отсутствовали препятствия для рассмотрения дела судом по существу. 

Обвинительный приговор соответствует требованиям ст. ст. 302-304, 307-309 УПК РФ. В нём указаны обстоятельства, установленные судом, проанализированы доказательства, обосновывающие вывод суда о виновности ФИО1 в содеянном, мотивированы выводы суда относительно квалификации преступления.

В ходе предварительного расследования и в судебном заседании ФИО1 виновным себя в инкриминируемом деянии не признал, от дачи показаний отказался, воспользовавшись правом, предусмотренным ст. 51 Конституции РФ.

Вывод суда о виновности ФИО1 в содеянном, при установленных судом обстоятельствах, полностью подтвержденным совокупностью доказательств, добытых в период предварительного следствия, проверенных в судебном заседании и подробно приведенных в приговоре, а именно:

показаниями свидетеля - 

<

данные изъяты> М.С.В. данных как в ходе предварительного расследования, так и в судебном заседании, из которых следует, что около 2 часов 30 минут 30 апреля 2024 года на автодороге Р255 «Сибирь» в районе 440 километра в направлении г. Мариинска Кемеровской области-Кузбасса был остановлен автомобиль ХОНДА HR-V под управлением ФИО1 Ввиду наличие признаков алкогольного опьянения: запах алкоголя изо рта, резкое изменение окраски кожных покровов лица, ФИО1 было предложено пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения на месте, на что ФИО1 согласился, показания прибора составили 0,470 мг/л, было установлено состояние алкогольного опьянения. С результатом освидетельствования ФИО1 был не согласен, в связи с чем был составлен протокол о направлении его на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, где ФИО1 собственноручно написал, что согласен пройти медицинское освидетельствование;

показаниями свидетеля - 

<

данные изъяты> А.В.Г. данных в ходе предварительного расследования, из которых следует, что 30 апреля 2024 года на автодороге Р255 «Сибирь» в районе 440 километра в направлении г. Мариинска Кемеровской области-Кузбасса был остановлен автомобиль ХОНДА HR-V под управлением ФИО1 В патрульном автомобиле ФИО1 были разъяснены права согласно ст.25.1 КоАП РФ и ст.51 Конституции РФ, административный материал составлялся с применением видеозаписи. Водителю было предложено пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения на месте, то есть с использованием алкотестера, на что ФИО1 согласился, было установлено состояние опьянения. В связи с несогласием с результатами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, был составлен протокол о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, где ФИО1 собственноручно написал «Согласен» пройти медицинское освидетельствование. На основании данного протокола ФИО1 был направлен на медицинское освидетельствование, где прошел освидетельствование и медицинским заключением у него было установлено состояние опьянения. После был составлен протокол об административном правонарушении по ст. 12.8 ч. 1 КоАП РФ. ФИО1 ознакомился с данным протоколом, поставил свои подписи;

показаниями свидетеля - 

<

данные изъяты> Д.Я.А.., данных в ходе предварительного расследования, из которых следует, что 30 апреля 2024 года около 3 часов 40 минут она провела объективный осмотр ФИО1, у которого наблюдалось расширение зрачков, вегетативно-сосудистая реакция была изменена (покраснения покровов кожи лица, его припухлость); проводилась проба «Шульте» (менее 60 секунд при норме 60 секунд), проба «Ташена» менее 10 секунд при норме 60 секунд). От ФИО1 ощущался запах алкоголя, в акте освидетельствования данная позиция не указывалась. После выполнения необходимых проб и проведения медицинского осмотра, с помощью алкотектера было проведено исследование. В результате проведенных исследований у ФИО1 было установлено состояние алкогольного опьянения. 

Выводы о виновности ФИО1 объективно подтверждаются также письменными материалами дела, в том числе: протоколом № об отстранении от управления транспортным средством от 30 апреля 2024 г., актом № освидетельствования на состояние алкогольного опьянения от 30 апреля 2024 года, согласно которому у ФИО1 установлено состояние алкогольного опьянения; протоколом № о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения ввиду несогласия ФИО1 с результатами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения; актом медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического) № от 30 апреля 2024 года, согласно которому у ФИО1 установлено состояние опьянения; протоколом об административном правонарушении № от 30 апреля 2024 года, согласно которого ФИО1 30 апреля 2024 года в 02 часа 35 минут на 440 км. автодороги Р 255 Сибирь Мариинского муниципального округа-Кузбасса управлял транспортным средством HONDA HR-V № в состоянии опьянения; протоколом осмотра места происшествия от 30 апреля 2024 года, протоколом осмотра предмета (автомобиля) от 7 июня 2024 года; протоколами осмотра документов от 11 июня 2024 года; копией постановления мирового судьи судебного участка №5 Центрального судебного района г. Кемерово, и.о. мирового судьи судебного участка №1 Центрального судебного района г. Кемерово от 24 декабря 2021 года о привлечении ФИО1 к административной ответственности по ч.1 ст. 12.8 КоАП РФ и другими материалами, которыми установлены обстоятельства преступления, совершенного осужденным изложенного в описательно – мотивировочной части приговора.

Все изложенные в приговоре доказательства были тщательным образом исследованы судом, по итогам чего им дана надлежащая оценка в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ, с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в своей совокупности исследованные доказательства признаны достаточными для разрешения уголовного дела по существу. Выводы суда и приведенная в приговоре мотивировка оценки доказательств не вызывают сомнения, поскольку подтверждается материалами дела. Обстоятельства, подлежащие доказыванию, в соответствии со ст. 73 УПК РФ, судом установлены правильно, при этом выводы суда не содержат предположений, неустранимых противоречий и основаны исключительно на исследованных материалах дела. 

По мнению суда апелляционной инстанции, суд первой инстанции, оценив совокупность доказательств, представленных сторонами, правильно установил фактические обстоятельства дела, объективно и обоснованно пришел к выводу о доказанности вины ФИО1 в совершении преступления. Ни одно из доказательств, положенных в обоснование вывода о виновности осужденного, каких-либо сомнений в своей достоверности и допустимости не вызывает. Судом не установлено каких-либо объективных данных, свидетельствующих об оговоре осужденного со стороны допрошенных лиц, а также о какой-либо их заинтересованности в исходе дела.

Свидетели М.С.В.. и А.В.Г. являются сотрудниками органов внутренних дел, проводившими производство по делу об административном правонарушении и процессуальные действия по данному уголовному делу, дали показания по обстоятельствам, которые стали им известны в результате проведения процессуальных действий с их непосредственным участием, что не препятствует признанию показаний данных свидетелей в качестве допустимых доказательств по обстоятельствам производства следственных и процессуальных действий. При этом профессиональная принадлежность указанных лиц к правоохранительным органам не может являться основанием для утверждения о наличии у них причин для оговора осужденного, для дачи ложных показаний и свидетельствовать о их заинтересованности в исходе дела.

Письменные доказательства (протоколы следственных действий, иные документы), – также оценены судом первой инстанции как относимые, допустимые и достоверные, собраны в порядке, установленном уголовно-процессуальным законодательством. 

Вопреки утверждениям стороны защиты, основания для вывода о том, что приговор постановлен на недопустимых, недостоверных и противоречивых доказательствах, не установлены. Каждое из доказательств, положенных судом в основу выводов о виновности осужденного в приговоре раскрыто, проанализировано и получило надлежащую оценку. Их содержание в приговоре приведено в той части, которая имеет значение для подтверждения либо опровержения значимых для дела обстоятельств.

В судебном заседании всесторонне и полно проверялись все выдвинутые в защиту подсудимого ФИО1 версии. Выводы суда надлежащим образом мотивированы и аргументированы в приговоре.

Показания свидетеля Ш.С.М.. о том, что в ее присутствии муж ФИО1 алкогольные напитки 29 апреля 2024 года в вечернее время не употреблял, не опровергают правильности выводов суда и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного решения. 

Субъективная оценка произошедшего и анализ доказательств, которые даны стороной защиты, не могут быть приняты, поскольку суд первой инстанции оценил каждое доказательство с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все доказательства в совокупности – достаточности для вынесения итогового решения по делу. Тот факт, что данная оценка доказательств не совпадает с позицией защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно – процессуального закона и не является основанием к отмене приговора.

В приговоре приведено описание преступного деяния, признанного доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотива и цели преступления.

Как следует из материалов дела основанием для направления ФИО1 на медицинское освидетельствование на состояние опьянения послужило наличие достаточных оснований полагать, что он находится в состоянии опьянения (запах алкоголя изо рта, резкое изменение окрасов кожных покровов лица.

Освидетельствование ФИО1 осуществлялось надлежащим должностным лицом, в соответствии с требованиями закона, при применении видеозаписи, при этом каких-либо замечаний и уточнений относительно содержания протокола, от ФИО1 не поступило, что прямо отражено в этом процессуальном документе. Оснований для признания незаконным требования сотрудника ДПС о прохождении ФИО1 медицинского освидетельствования на состояние опьянения у суда первой инстанций не имелось. Не представлено таких оснований и суду апелляционной инстанции. Кроме того, отстранение ФИО1 от управления транспортным средством произведено в строгом соответствии с п. 2 ст. 27.12 КоАП РФ.

Довод жалобы о том, что сотрудники ГИБДД грубейшим образом нарушили процедуру направления на медицинское освидетельствование, поскольку не велась надлежащая видеозапись и не было двух понятых, отклоняется, так как в материалах дела имеется видеозапись, проведенная в рамках закона.

Согласующаяся с положениями частью 2 статьи 27.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях норма пункта 33 части 1 статьи 13 Федерального закона «О полиции» наделяет сотрудников полиции правом для выполнения возложенных на них обязанностей использовать технические средства для осуществления видеозаписи. При этом такие технические средства в силу части 1 статьи 26.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях не относятся к измерительным приборам (специальным техническим средствам), подлежащим утверждению в установленном порядке в качестве средств измерения, имеющим соответствующие сертификаты и прошедшим метрологическую поверку и названным Кодексом не предусмотрена обязанность внесения сведений о средстве для осуществления видеозаписи в процессуальные документы.

В соответствии с ч. 3 ст. 11 Федерального закона от 7 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции» полиция использует технические средства, включая средства аудио-, фото- и видео-фиксации, при документировании обстоятельств совершения преступлений, административных правонарушений, обстоятельств происшествий, в том числе в общественных местах, а также для фиксирования действий сотрудников полиции, выполняющих возложенные на них обязанности. Из смысла названной нормы следует, что фиксация происшествия возможна с помощью любой техники позволяющей зафиксировать, как сам факт совершения правонарушения, так и любые процессуальные действия.

Частью 2 статьи 25.7 КоАП РФ предусмотрено, что наличие понятых или применение видеозаписи обязательно лишь в случаях, предусмотренных главой 27 и статьей 28.1.1 КоАП РФ, таким образом, видеозапись при составлении протокола об административном правонарушении, протокола об отстранении от управления транспортным средством, протокола о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения не обязательна, если присутствуют понятые, или наоборот.

Довод жалобы о том, что видеозапись, представленная сотрудниками ГИБДД, является неполной, несостоятелен, поскольку видеозапись содержит все сведения, необходимые для установления обстоятельств дела. Содержание видеозаписи согласуется с содержанием процессуальных документов и дополняет их.

Оснований для признания представленной видеозаписи недопустимым доказательством не имеется, отсутствие на видеозаписи даты и времени ее проведения, также не ставит под сомнение ее содержание и допустимость, поскольку требованиям закона не противоречит. Источник видеозаписи является очевидным, запись представлена сотрудниками ГИБДД, на ней зафиксированы имеющие значения обстоятельства.

Вопреки доводам жалобы, медицинское освидетельствование ФИО1 на состояние опьянения проведено врачом, прошедшим соответствующую подготовку, в медицинской организации, имеющей лицензию, в полном соответствии с Инструкцией, утвержденной приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 18 декабря 2015 года № 933н.

Заключение о нахождении ФИО1 в состоянии опьянения вынесено на основании выявленных клинических признаков опьянения и положительном результате медицинского обследования, все исследования проведены и их результаты отражены в акте, составленном в соответствии с требованиями указанной выше Инструкции.

В абз. 2 п. 11 Приказа Минздрава России от 18 декабря 2015 года № 933н указано, что положительным результатом исследования выдыхаемого воздуха считается наличие абсолютного этилового спирта в концентрации, превышающей возможную суммарную погрешность измерений, а именно 0,16 миллиграмма на один литр выдыхаемого воздуха.

Пункт 12 Приказа Минздрава России от 18 декабря 2015 года № 933н, на который ссылается сторона защиты, не означает, что состояние алкогольного опьянения может быть установлено только по результатам исследования биологического объекта (моча, кровь).

Согласно п. 15 того же Приказа, медицинское заключение «установлено состояние опьянения» выносится при положительном результате повторного исследования выдыхаемого воздуха на наличие алкоголя или наличии абсолютного этилового спирта в концентрации 0,3 и более грамма на один литр крови, либо при обнаружении по результатам химико-токсикологических исследований в пробе биологического объекта одного или нескольких наркотических средств и (или) психотропных веществ.

Согласно результатам медицинского освидетельствования на состояние алкогольного опьянения в выдыхаемом ФИО1 воздухе содержание алкоголя составило 0,533 мг/л, при повторном обследовании – 0,537мг/л., что превысило допустимую норму.

Таким образом, оснований для отбора у ФИО1 биологического материала (моча, кровь) не имелось, в том числе с учетом, что при составлении акта ФИО1 каких-либо замечаний не высказывал, в установленном законом порядке его не обжаловал.

Иное толкование стороной защиты порядка медицинского освидетельствования на состояние опьянения, фиксации и оформления процессуальных документов, не свидетельствует о нарушении Инструкции, утвержденной приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 18 декабря 2015 года № 933н, а также норм уголовно-процессуального закона, а доводы осужденного об обратном несостоятельны, обусловлены его стремлением истолковать их нормы в контексте избранной им позиции защиты с целью убеждения в незаконности получения дознанием доказательств, что не соответствует действительности.

Все иные доводы, содержащиеся в апелляционных жалобах, не могут быть отнесены к категории обстоятельств, влекущих формирование правовых оснований для отмены или изменения состоявшегося судебного решения.

Сомнений в виновности осуждённого требующих истолкования в его пользу, судом апелляционной инстанции не установлено.

Квалификация действий ФИО1 по ч. 1 ст. 264.1 УК РФ – управление автомобилем лицом, находящимся в состоянии опьянения, подвергнутым административному наказанию за управление транспортным средством в состоянии опьянения, является правильной. Никаких правовых оснований для иной юридической оценки действий осужденного не имеется. 

Изложенные в апелляционной жалобе и в судебном заседании апелляционной инстанции доводы стороны защиты о необоснованности и незаконности судебного решения по делу не содержат новых оснований для вывода о том, что оценка доказательств судом первой инстанции является неправильной, не соответствующей требованиям уголовно-процессуального закона, а судом не учтены и не оценены какие-либо доказательства и обстоятельства, имеющие существенное значение для дела и, таким образом, не ставят под сомнение выводы суда о доказанности и юридической оценке действий.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что доводы жалобы защитника направлены на переоценку фактических обстоятельств, которые судом первой инстанции правильно установлены и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, поэтому оснований для иной оценки доказательств и переквалификации действий осуждённого у суда апелляционной инстанции не имеется. 

Наказание ФИО1 назначено в соответствии с требованиями закона (ст. 6, 60 УК РФ), с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о личности осужденного, обстоятельств смягчающих наказание, а также влияния назначенного наказания на исправление осуждённого и на условия жизни его семьи.

Обстоятельства, характеризующие личность осужденного, его семейное положение, состояние здоровья исследованы судом первой инстанции в полном объеме.

Судом учтены в качестве смягчающих наказание обстоятельств: привлечение к уголовной ответственности впервые, наличие 

<

данные изъяты> ребенка и совершеннолетнего ребенка на иждивении, состояние здоровья подсудимого, состояние здоровья близкого родственника - матери.

Смягчающих наказание обстоятельств, подлежащих, согласно ч. 1 ст. 61 УК РФ, обязательному учету в качестве таковых, сведения о которых имеются в деле, и были известны на момент постановления приговора, но оставленных судом без внимания, или стали известны на момент вынесения решения судом апелляционной инстанции, не имеется.

Отягчающих наказание обстоятельств, судом первой инстанции не установлено.

С учетом данных о личности осужденного, фактических обстоятельств совершения им преступления, его характера и общественной опасности, судом верно принято решение о возможности назначения осужденному наказания, не связанного с лишением свободы, - в виде обязательных работ, с дополнительным наказанием - лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, при этом последнее является обязательным, что будет соответствовать целям наказания и способствовать его исправлению.

С учетом всех установленных обстоятельств по делу оснований к назначению ФИО1 наказания с применением правил ст. 64 УК РФ, не имеется.

Вывод суда об отсутствии оснований для применения положений ч.6 ст. 15, ч.1 ст. 62 УК РФ в приговоре мотивирован и является правильным.

Вывод суда о конфискации в доход государства транспортного средства – автомобиля HONDA HR-V государственный № год выпуска 2003, номер кузова №, а также ключа с брелоком, на основании п. «д» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ, основан на законе и фактических обстоятельствах дела, сомнений не вызывает, поскольку судом установлено, что ФИО1 является собственником данного транспортного средства. Данное транспортное средство использовано ФИО1 при совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264.1 УК РФ, что подтверждено совокупностью исследованных доказательств.

Законных оснований для освобождения осужденного ФИО1 от применения указанной меры уголовно-правового характера по делу не имеется.

Вопросы о мере процессуального принуждения, судьбе вещественных доказательств, мер по обеспечению исполнения приговора в виде ареста, судом разрешены, процессуальные поводы для вмешательства в приговор в этой части в апелляционном порядке отсутствуют.

Поскольку существенные нарушения уголовного и уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела и влекущие отмену обжалуемого судебного решения, не установлены, то основания для удовлетворения апелляционных жалоб отсутствуют. 

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции считает, что поскольку постановление о прекращении производства по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст. 12.8 КоАП РФ, от 28 мая 2024 года (том 1 л. д. 42) не исследовались в судебном заседании ссылка на него подлежит исключению из описательно-мотивировочной части приговора. 

Также, из описательно-мотивировочной части приговора подлежит исключению ссылка на протокол получения у ФИО1 объяснения при проверке сообщения о преступлении от 30 апреля 2024 года (том 1 л. д. 18-21), как на доказательство его вины, поскольку объяснение дано в отсутствие адвоката. В связи с чем, подлежит исключению из описательно-мотивировочной части приговора и ссылка на протокол осмотра документов от 30 июня 2024 года (том 1 л. д. 127-132), поскольку объектом осмотра являлся протокол получения у ФИО1 объяснения при проверке сообщения о преступлении от 30 апреля 2024 года.

Исключение протокола получения объяснения, протокола осмотра документов и постановления о прекращении производства по делу об административном правонарушении из числа доказательств не ставит под сомнение выводы суда о доказанности вины ФИО1 в совершении инкриминируемого преступления и квалификации его действий, поскольку иных исследованных судом доказательств достаточно для указанных выводов.

Вносимые изменения не влияют на существо принятого судом решения и не влекут за собой отмены приговора. Иных оснований для внесения изменений в приговор судом апелляционной инстанции не установлено.

Приговор (за исключением вносимых изменений) соответствует положениям ст. 297 УПК РФ и является законным, обоснованным и справедливым. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.38919, 38920, 38926, 38928, 38933 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Мариинского городского суда Кемеровской области от 24 января 2025 года в отношении ФИО1 изменить:

исключить из приговора, ссылку на: 

- протокол осмотра документов от 30 июня 2024 года (том 1 л. д. 127-132), 

- протокол получения у ФИО1 объяснения при проверке сообщения о преступлении от 30 апреля 2024 года (том1 л. д. 18-21);

- постановление о прекращении производства по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст. 12.8 КоАП РФ от 28 мая 2024 года на основании п. 7 ч.1 ст. 24.5 КоАП РФ (том 1 л.д. 42),

как на доказательства, подтверждающие виновность осужденного.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Апелляционное постановление и приговор могут быть обжалованы в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора, через суд первой инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 401.7, 401.8 УПК РФ. 

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Ю.К. Мартынова