№2-80/2025

03RS0003-01-2024-008719-26

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

20 марта 2025 года г. Уфа

Кировский районный суд г. Уфы в составе председательствующего судьи Зайдуллина Р.Р., при секретаре Гукасян Д., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ООО «Литер 4» в лице конкурсного управляющего ФИО4 о признании сделок недействительными, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО2, ФИО3, ООО «Литер 4» в лице конкурсного управляющего ФИО4 о признании сделок недействительными.

В обоснование иска указано, что 21 декабря 2017 года между ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ООО «Литер 4» заключен договор №Л4/0009-17-ДУ участия в долевом строительстве. 

По условиям договора у ФИО1, ФИО2, ФИО3 возникло право требования по 1/3 доли за каждым передачи 

<

адрес> (строит), общей площадью 78,83 кв.м. расположенной на 3 этаже, секция В, в многоквартирном жилом доме по адресу: Жилой дом (литер 4) в квартале, ограниченном 

<

адрес>, продолжением 

<

адрес>, продолжением 

<

адрес> в Кировском районе г. Уфы.

ФИО1 осуществила оплату по договору на общую сумму 3 733 840 руб., что подтверждается платежными поручениями.

20 марта 2018 года между ФИО1 (цедент) и ФИО2 (цессионарий) заключен договор уступки права требования 1/3 доли на имущественные права, принадлежащие ФИО1 как участнику долевого строительства по договору №Л4/0009-17-ДУ от 21.12.2017.

25 апреля 2022 года между ФИО2 (цедент) и ФИО1 (цессионарий) заключен договор уступки права требования 1/3 доли на имущественные права, принадлежащие ФИО2 как участнику долевого строительства по договору №Л4/0009-17-ДУ от 21.12.2017.

Истец в обоснование иска указывает, что на момент заключения указанных сделок она не могла понимать цель сделок, а также осмысливать юридическую суть сделки, ее социально-правовые последствия.

На основании изложенного, истец просит суд признать недействительными сделками:

договор участия в долевом строительстве от 21.12.2017 № Л4/0009-17-ДУ, заключенный между ООО «Литер 4» и ФИО1, ФИО2, ФИО3,

договор уступки права требования от 20.03.2018, заключенный между ФИО1 и ФИО2,

договор уступки права требования от 25.04.2022, заключенный между ФИО1 и ФИО2.

В судебном заседании истец ФИО1, представитель истца ФИО5 заявленные требования поддержали, просили удовлетворить.

Ответчик ФИО2, представитель ответчиков ФИО2, ФИО3 – ФИО6 просил отказать в удовлетворении заявленных требований по доводам, изложенным в возражении на иск. Считает, что истцом пропущен срок исковой давности.

Ответчик ООО «Литер 4» в лице конкурсного управляющего ФИО4 о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом, не явился.

Третьи лица ППК «Фонд развития территорий», Некоммерческая организация Фонд Республики Башкортостан по урегулированию обязательств застройщиков, признанных банкротами, перед участниками долевого строительства, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом, не явились.

При таком положении в соответствии с требованиями статьи 167 ГПК Российской Федерации суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие указанных лиц.

Выслушав, истца, представителя истца, представителей ответчиков, изучив и оценив материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в том числе из судебных решений, установивших гражданские права и обязанности.

Частью 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации установлено, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Данному конституционному положению корреспондирует п. 3 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

На основании пункта 3 статьи 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. 

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, содержащейся в пункте 78 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» согласно абзацу первому пункта 3 статьи 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. 

Исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Согласно п.2 ст.168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии со статьей 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения (часть 1).

Сделка, совершенная гражданином, впоследствии признанным недееспособным, может быть признана судом недействительной по иску его опекуна, если доказано, что в момент совершения сделки гражданин не был способен понимать значение своих действий или руководить ими (часть 2).

Если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 171 настоящего Кодекса (часть 3).

Таким образом, основание недействительности сделки, предусмотренное в указанной норме, связано с пороком воли, то есть таким формированием воли стороны сделки, которое происходит под влиянием обстоятельств, порождающих несоответствие истинной воли такой стороны ее волеизъявлению, вследствие чего сделка, совершенная гражданином, находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле.

В силу положений статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации такая сделка является оспоримой, в связи с чем лицо, заявляющее требование о признании сделки недействительной по основаниям, указанным в пункте 2 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно положениям статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обязано доказать наличие оснований для недействительности сделки.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что 21 декабря 2017 года между ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ООО «Литер 4» заключен договор №Л4/0009-17-ДУ участия в долевом строительстве. 

По условиям договора у ФИО1, ФИО2, ФИО3 возникло право требования по 1/3 доли за каждым передачи 

<

адрес> (строит), общей площадью 78,83 кв.м. расположенной на 3 этаже, секция В, в многоквартирном жилом доме по адресу: Жилой дом (литер 4) в квартале, ограниченном 

<

адрес>, продолжением 

<

адрес>, продолжением 

<

адрес> в Кировском районе г. Уфы.

ФИО1 осуществила оплату по договору на общую сумму 3 733 840 руб., что подтверждается платежными поручениями.

30 декабря 2017 года осуществлена государственная регистрации договора № Л4/0009-17-ДУ участия в долевом строительстве. 

20 марта 2018 года между ФИО1 (цедент) и ФИО2 (цессионарий) заключен договор уступки права требования 1/3 доли на имущественные права, принадлежащие ФИО1 как участнику долевого строительства по договору №Л4/0009-17-ДУ от 21.12.2017.

Цена договора – 1 244 613 руб., расчет между сторонами произведен в полном объёме до подписания договора (п.2.2.). 

27 марта 2018 года осуществлена государственная регистрации указанного договора.

12 апреля 2022 года между ФИО1 и ФИО2 заключено соглашение о расторжении договора уступки права требования от 20 марта 2018 года.

Уведомлением от 16 апреля 2022 года подтверждается, что регистрация указанного соглашения от 12.04.2022 приостановлена.

25 апреля 2022 года между ФИО2 (цедент) и ФИО1 (цессионарий) заключен договор уступки права требования 1/3 доли на имущественные права, принадлежащие ФИО2 как участнику долевого строительства по договору №Л4/0009-17-ДУ от 21.12.2017.

Цена договора – 1 244 613 руб., расчет между сторонами произведен в полном объёме (п.2.3.). 

25 апреля 2022 года осуществлена государственная регистрации указанного договора.

Опрошенный в ходе судебного разбирательства ответчик ФИО2 показал, что ФИО1 является его тётей. ФИО1 предложила заключить договор долевого участия, предложила ему на выбор квартиру, для проживания его детей, так как они проживали не в городе. Они находились в это время с истцом в близких отношениях. Когда ему поступило предложение о заключении договора долевого участия, он был у истца в гостях, и принял предложение. ФИО1 назначила встречу в декабре в офисе на ул. Р. Зорге, где заключался договор. Он виделся с ней примерно один раз в месяц. Ему известно, что у неё было нарушение мозгового кровообращения, инсульт, с её слов. Начал общаться с истцом в 2007 году. Во время инсульта не виделся с ней, потом он заметил, что у неё изменилась речь, стала заторможенной, сознание было ясное, никаких изменений в сознании не замечал, она жила одна, полностью себя обеспечивала, готовила, ходила по магазинам. ФИО1 всегда узнавала его. В тот день он приехал в офис, тетя была там одна, приехала самостоятельно на общественном транспорте, договор был подготовлен в двух экземплярах, квартиру выбирала сама тетя, она предложила заключить договор на трехкомнатную квартиру, они подписали документы, передали сотруднику в том же офисе на регистрацию, оплату за квартиру произвела ФИО1 Когда заключался договор долевого участия, была договоренность, что ФИО1 продаст ему свою долю 1/3, договор заключался в марте 2018 году в МФЦ на ул. Новомостовой, д. 8. В январе получили документы, после этого пошли в МФЦ. Он приехал к ней, она была одета, готова к выходу, он записался в МФЦ, забрал её на своей машине и они поехали. Договор уступки от 25.04.2018 г. составлялся в агентстве, которое находилось в самом МФЦ, в агентстве им сделали бланки договора, которые они подписали и передали сотруднику МФЦ. После этого в машине он отдал ФИО1 денежную сумму в размере 1 244 613 рублей, которые занял у друзей и у матери. Договоры никакие с ними не составлялись, передал ФИО1 деньги в руки в его машине, она положила их в сумку, тетя была спокойная, задумчивая. В начале апреля 2022 года ФИО1 позвонила ему, для того, чтобы заключить договор цессии, чтобы у нее была доля, видимо ФИО1 хотела включиться в реестр банкротства, пробовали сделать расторжение договора цессии, но не получилось. Встретились с ФИО1 в МФЦ возле ТЦ «Иремель», документы были уже при себе, она была в обычном состоянии, целенаправленно пришла на заключение договора уступки, сознание было ясное, после выхода из МФЦ он получил от нее деньги в размере 1 244 613 руб. обратно и уехал. В декабре 2023 года пришла письменная претензия от представителя ФИО1, после заключения договора, осенью 2022 года их общение прекратилось, он не мог дозвониться до нее, ФИО1 поменяла телефон.

Допрошенный в ходе судебного разбирательства свидетель ФИО7 показала, что ФИО1 является её тетей, они часто видятся, она живет рядом. ФИО1 проживает одна. ФИО1 перенесла инсульт в 2015 году, до 2021 года она разговаривала с ней по телефону, так как проживала не в Уфе. В январе 2016 года она говорила с ФИО1 и узнала от нее, что она пережила инсульт, после инсульта она сначала забывала слова, чтобы донести мысль она вспоминала слова, в первое время речь была очень невнятная. Они общались, обсуждали детей, внуков, рассказывала про своего сына. ФИО1 была владелицей оптовой базы, ей помогал сын Андрей, потом уже он там всем занимался. Общаются они часто, звонят друг другу. Бывали моменты, когда ФИО1 не узнавала её, спрашивала кто это. Когда она представлялась, ФИО8 узнавала её, говорила, что по голосу не узнает. У нее бывают моменты, когда она путала слова. На данный момент ФИО8 проживает одна в однокомнатной квартире, на свою пенсию, насколько ей известно. Со временем она заметила, что у Петровой есть некая неприязнь, когда спрашивала про ФИО2

Допрошенный в ходе судебного разбирательства свидетель ФИО9 показала, что ФИО1 является её свекровью. Она жена сына ФИО1 - ФИО10. В 2015 году у Петровой случился инсульт, когда она увидела ее в первый раз после инсульта, ФИО8 очень плохо разговаривала, ей было трудно подбирать слова, невнятно говорила, тяжело передвигалась, она не могла самостоятельно за собой ухаживать. Она помогала принимать Петровой душ. Они с мужем ей помогали, когда была возможность. Она приезжала к ней, навещала. Работу на базе вел её муж. Состояние у Петровой улучшилось где-то в 2016 году, после стационара. ФИО8 неоднократно находилась в стационарах, жила на свою пенсию и на доходы от оптовой базы, она являлась ИП, после инсульта она переписала все на сына. Когда ФИО8 ушла из бизнеса в 2019 году, сын перечислил ей деньги на счет в несколько миллионов. Были случаи, когда они ее теряли, она забывала телефон и где-то была. Были моменты, когда ФИО8 уходила куда-то, звонила и говорила, что не туда пошла, муж ее забирал, в ясности ее сознания начались изменения после инсульта.

Допрошенный в ходе судебного разбирательства свидетель ФИО11 показала, что является сестрой жены сына ФИО1 Они часто общались по работе. Она спрашивала у Петровой советы. Видела Петрову по праздникам, несколько раз в году. После инсульта видела Петрову в 2018 году, изменения были заметны, речь стала заторможенная, часто невнимательная, при беседах с темы на тему перескакивала, потерянность в ней была, когда собирались семьями, она все меньше участвовала в беседах. ФИО8 с сыном занимались обувью, у них оптовый склад, они закупали и перепродавали, ФИО1 занималась документацией, но после инсульта она перестала ориентироваться, была потерянной.

В ходе судебного разбирательства, по ходатайству представителя истца определением суда от 26 августа 2024 года по делу назначена судебная психолого-психиатрическая экспертиза. На разрешение эксперта поставлены следующие вопросы:

1. 1. Способна ли была ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., понимать значение своих действий и руководить ими в момент заключения договора участия в долевом строительстве жилья от 21.12.2017 №Л4/000917ДУ в части включения в него в качестве участников долевого строительства ФИО2, ФИО3? В момент заключения договора уступки прав требований от 20.03.2018, заключенного с ФИО2? В момент заключения договора уступки прав требований от 25.04.2022, заключенного с ФИО3?

2. Имелись ли у ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., индивидуальные психологические особенности, в том числе обусловленные психическим расстройством или иным заболеванием, состоянием ее здоровья, иными обстоятельствами, которые могли оказать существенное влияние на смысловое восприятие и оценку существа договора участия в долевом строительстве жилья от 21.12.2017 № Л4/000917ДУ? договора уступки прав требований от 20.03.2018, заключенного с ФИО2? договора уступки прав требований от 25.04.2022, заключенного с ФИО3?

Согласно заключению ГБУЗ РБ Республиканской клинической психиатрической больницы от 23.12.2024 № 1591, ФИО1 обнаруживает признаки Другого психотического расстройства в связи с сосудистым заболеванием головного мозга (F06.818). На это указывают данные о возрасте подэкспертной, наличии сосудистой патологии (гипертоническая болезнь, цереброваскулярное заболевание, церебральный атеросклероз, перенесенное острое нарушение мозгового кровообращения в 2015 г. и вероятно повторное, недатированное), с появлением неврозоподобной и церебрастенической симптоматики (головная боль, головокружение, снижение памяти) с последующим постепенным снижением психических функций, эмоционально-волевыми нарушениями, формированием бредовых идей воздействия, а также данные настоящего психиатрического обследования ФИО1, которое выявило истощаемость внимания, замедление темпа, тугоподвижность и непродуктивность мышления, умеренно-выраженное снижение интеллектуально-мнестических функций, поверхностность, облегченность суждении, выраженные эмоционально-волевые нарушения в виде эмоциональной лабильности, чувствительности, раздражительности, плаксивости, безынициативности, внушаемости, подчиняемое™, трудности в принятии самостоятельных решении, преодолении жизненных трудностей, а также снижение критических и прогностических функций. 

Однако, уточнить степень снижения психических функций и выраженность эмоционально-волевых нарушении на интересующий суд период времени – в момент заключения договора участия в долевом строительстве жилья от 21.12.2017 г., в момент заключения договоров уступки прав требований от 20.03.2017 г., 25.04.2022 г. не представляется возможным ввиду отсутствия описания ее психического состояния в медицинской документации, отсутствия свидетельских показаний о ее психическом состоянии на тот период (ответ на вопросы №№ 1, 2).

В ходе судебного разбирательства, по ходатайству представителя истца определением суда от 21 января 2025 года по делу назначена дополнительная судебная психолого-психиатрическая экспертиза. На разрешение эксперта поставлены следующие вопросы:

1. Способна ли была ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., понимать значение своих действий и руководить ими в момент заключения договора участия в долевом строительстве жилья от 21.12.2017 №Л4/000917ДУ в части включения в него в качестве участников долевого строительства ФИО2, ФИО3? В момент заключения договора уступки прав требований от 20.03.2018, заключенного с ФИО2? В момент заключения договора уступки прав требований от 25.04.2022, заключенного с ФИО3 (с учетом показаний допрошенных свидетелей, доказательств, дополнительно представленных сторонами и истребованных судом)?

2. Имелись ли у ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., индивидуальные психологические особенности, в том числе обусловленные психическим расстройством или иным заболеванием, состоянием ее здоровья, иными обстоятельствами, которые могли оказать существенное влияние на смысловое восприятие и оценку существа договора участия в долевом строительстве жилья от 21.12.2017 № Л4/000917ДУ? договора уступки прав требований от 20.03.2018, заключенного с ФИО2? договора уступки прав требований от 25.04.2022, заключенного с ФИО3 (с учетом показаний допрошенных свидетелей, доказательств, дополнительно представленных сторонами и истребованных судом)?

Согласно заключению ГБУЗ РБ Республиканской клинической психиатрической больницы от 17.03.2025 № 220 ФИО1 обнаруживает признаки Другого психотического расстройства в связи с сосудистым заболеванием головного мозга (F06.818). На это указывают данные о возрасте подэкспертной, наличии сосудистой патологии (гипертоническая болезнь, цереброваскулярное заболевание, церебральный атеросклероз, перенесенное острое нарушение мозгового кровообращения в 2015 г. и вероятно повторное, недатированное), с появлением неврозоподобной и церебрастенической симптоматики (головная боль, головокружение, снижение памяти) с последующим постепенным снижением психических функций, эмоционально-волевыми нарушениями, формированием бредовых идей воздействия, а также данные настоящего психиатрического обследования ФИО1, которое выявило истощаемость внимания, замедление темпа, тугоподвижность и непродуктивность мышления, умеренно-выраженное снижение интеллектуально-мнестических функций, поверхностность, облегченность суждении, выраженные эмоционально-волевые нарушения в виде эмоциональной лабильности, чувствительности, раздражительности, плаксивости, безынициативности, внушаемости, подчиняемое™, трудности в принятии самостоятельных решении, преодолении жизненных трудностей, а также снижение критических и прогностических функций. 

Однако, уточнить степень снижения психических функций и выраженность эмоционально-волевых нарушении на интересующий суд период времени – в момент заключения договора участия в долевом строительстве жилья от 21.12.2017 г., в момент заключения договоров уступки прав требований от 20.03.2017 г., 25.04.2022 г. не представляется возможным ввиду отсутствия описания ее психического состояния в медицинской документации, отсутствия свидетельских показаний о ее психическом состоянии на тот период (ответ на вопросы №№ 1, 2).

Дополнительный опрос свидетелей в судебном заседании не несет в себе необходимую для анализа информацию о структуре психических процессов (памяти, внимания, интеллекта, мышления), индивидуально-психологических особенностей ФИО1 на интересующий суд период времени, поэтому с учетом анализа всех, имеющихся в деле сведений дать экспертную оценку о влиянии психологических факторах на способность ФИО1 к пониманию значения своих действий, и руководство ими на момент заключении договора участия в долевом строительстве жилья от 21.12.2017г № Л4/000917ДУ в части включения в него в качестве участников долевого строительства ФИО2, ФИО3 В момент заключения договора уступки прав требований от 20.03.2018г., заключенного с ФИО2? В момент заключения договора уступки прав требований от 25.04.2022, заключенного с ФИО3? не представляется возможным. 

Кроме того, при отсутствии окончательной клинической и экспертной оценки функционирования психической деятельности ФИО1 судебными психиатрами-экспертами на интересующий суд период времени, ответить на вопросы психологического плана не представляется возможным, т.к. данный вид судебно-психологической экспертизы проводится в отношении подэкспертных, у которых на момент совершения гражданского акта не было обнаружено врачами-психиатрами таких расстройств в психике, которые оказали бы существенное влияние на осознание, поведение, контроль и руководство своими действиями возможным (ответ на вопрос № 1, 2 определения).

Согласно частям 1, 3, 4 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. 

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

В соответствии со ст. 55 ГПК РФ, заключение экспертов является одним из доказательств, на основании которых суд устанавливает обстоятельства, имеющие значение для дела.

Согласно ч. 2 ст. 187 ГПК РФ заключение эксперта исследуется в судебном заседании, оценивается судом наряду с другими доказательствами и не имеет для суда заранее установленной силы.

В соответствии с положениями статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы. Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

Эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, квалификация эксперта его составившего не вызывает у суда сомнений сведений о заинтересованности в исходе дела не имеется, заключение полностью соответствует требованиям законодательства, выводы эксперта логичны, аргументированы, последовательны. 

При этом суд также учитывает, что в установленном порядке отводов указанному эксперту стороны не заявляли. Тогда как выводы, изложенные в заключениях экспертов научно обоснованы, последовательны и не противоречивы, согласуются между собой, и не противоречат друг другу. 

В ходе экспертных исследований необходимая и имеющаяся в материалах гражданского дела документация экспертами использовалась в той мере и в объеме, в которой она была необходима для ответов на поставленные вопросы. 

Приведенные заключения экспертов представляет собой письменный документ, отражающий ход и результаты исследований, проведенных экспертами, в которых указано, кем и на каком основании проводились исследования, их содержание, дан обоснованный ответ на поставленный перед экспертом вопрос и сделаны соответствующие выводы. Такие заключения является мнением специалиста в определенной области познания, заключения даны в соответствии с требованиями гражданского процессуального закона.

Суд исходит из того, что о недействительности сделки может свидетельствовать совокупность обстоятельств, подтверждающих состояние, при котором истец не был способен понимать значение своих действий. Наличие психического расстройства, по мнению суда, само по себе не является безусловным основанием для признания сделки недействительной. 

Разрешая спор, суд, руководствуясь ст. ст. 1, 10, 153, 167, 168, 177, 209, 420, 421, 432, 433, 454, 486, 549, 551, 554, 555, 556 ГК РФ, ст. 56 ГПК РФ, разъяснениями п. 65 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29 апреля 2010 года "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" и, оценивая экспертные заключения, показания свидетелей, исследовав представленные сторонами доказательства, медицинскую документацию на имя ФИО1, приходит к выводу о том, что доказательств, безусловно свидетельствующих о нахождении ФИО1 на момент подписания оспариваемых договора участия в долевом строительстве от 21.12.2017 № Л4/0009-17-ДУ, договора уступки права требования от 20.03.2018, договора уступки права требования от 25.04.2022, в таком состоянии, когда она не была способна понимать значение своих действий, суду не представлено.

Недееспособной ФИО1 не признавалась, в интересующий период времени на учете врача нарколога, психиатра не состояла, медицинская документация по данному поводу в поликлинике по месту постоянного проживания не оформлялась, на стационарном лечении по поводу психического состояния не находилась.

Суд считает, что доводы истца носят предположительно-вероятностный характер и, безусловно о нахождении ФИО1 в период подписания оспариваемых сделок в таком состоянии, когда она не была способна понимать значение своих действий и руководить ими, не свидетельствуют. 

Довод о признании сделок недействительной, поскольку истец намерения заключать сделки не имела, суд считает не подтвержденным в установленном законом порядке и не доказанным.

Кроме того, анализ хронологической последовательности действий истца, совершенных в связи с заключением спорных сделок, в том числе подписание договоров, сдача их с личным участием для государственной регистрации в регистрирующий орган, позволяют суду сделать вывод о том, что ФИО1 совершала сделки, основываясь на своей воле и желании.

Из материалов дела следует, что оспариваемые сделки и государственная регистрация произведены в соответствии с требованиями действующего законодательства – договоры сторонами подписаны, прошли государственную регистрацию в установленном законом порядке, в связи с чем, оснований для признания их недействительными суд не усматривает. 

В силу части 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно статье 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Рассматривая заявление ответчиков о пропуске истцом срока исковой давности, суд, руководствуясь статьями 179, 181, 195, 196, 197, 199, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, приходит к выводу, что срок исковой давности истек: договора участия в долевом строительстве от 21.12.2017 № Л4/0009-17-ДУ, - 21.12.2018., договора уступки права требования от 20.03.2018. – 20.03.2019., договора уступки права требования от 25.04.2022. – 25.04.2023., в то время как первоначально истец обратился в Уфимский районный суд Республики Башкортостан с исковым заявлением 27.02.2024, то есть за пределами срока исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

Руководствуясь ст. 194-197 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ООО «Литер 4» о признании недействительными: 

– договора участия в долевом строительстве от 21.12.2017 № Л4/0009-17-ДУ, заключенного между ООО «Литер 4» и ФИО1, ФИО2, ФИО3,

– договора уступки права требования от 20.03.2018, заключенного между ФИО1 и ФИО2,

– договора уступки права требования от 25.04.2022, заключенного между ФИО1 и ФИО2,

- отказать в полном объеме. 

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Башкортостан в течение одного месяца, путем подачи апелляционной жалобы через Кировский районный суд г. Уфы.

Данное решение в соответствии с Федеральным законом от 22.12.2008 г. № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» подлежит опубликованию в сети Интернет.

Председательствующий Р.Р. Зайдуллин

Мотивированное решение составлено 24.03.2025.