Судья: Трушкина Ю.А. Дело № 44г-33/18

Суд апелляционной инстанции: 

ФИО1, ФИО2, Ситникова М.И.

Докладчик: судья Ситникова М.И. 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 № 55

президиума Московского областного суда

г. Красногорск, Московская область 21 февраля 2018 года

Президиум Московского областного суда в составе:

председательствующего Гаценко О.Н.,

членов президиума Бокова К.И., Виноградова В.Г., Лащ С.И., Овчинниковой Л.А., Соловьева С.В.,

при секретаре Иванове А.В., 

рассмотрел гражданское дело по иску ФИО3, ФИО4 к ФИО5, в лице законного представителя ФИО6, о признании недействительными доверенности, договора дарения, применении последствий недействительности сделки, прекращении права собственности, включении имущества в наследственную массу,

по кассационной жалобе представителя ФИО5 по доверенности ФИО7 на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 25 сентября 2017 года. 

Заслушав доклад судьи Московского областного суда Фетисовой Е.С.,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3, ФИО4 обратились в суд с иском к ФИО5, в лице законного представителя ФИО6, о признании недействительными доверенности, договора дарения, применении последствий недействительности сделки, прекращении права собственности, включении имущества в наследственную массу. 

В обоснование требований указали, что 20 апреля 2013 года умер их отец ФИО8 Истцы, а также супруга наследодателя ФИО6 и его дочь ФИО5 являются наследниками к его имуществу по закону, принявшими наследство. При жизни ФИО8 была оформлена и нотариально удостоверена доверенность от 24 мая 2012 года, на основании которой ФИО9, действуя от его имени, 28 мая 2012 года заключила договор дарения принадлежащих ФИО8 земельного участка и частей жилого дома, расположенных по адресу: 

<

данные изъяты>, в пользу его несовершеннолетней дочери ФИО5 По мнению истцов, указанные доверенность и договор дарения являются недействительными, поскольку 15 января 2012 года ФИО8 получил тяжелую закрытую черепно-мозговую травму, в связи с чем не был способен понимать значение своих действий при оформлении сделок.

Представитель ответчика в судебном заседании иск не признал, заявил о пропуске истцами срока исковой давности.

Решением Домодедовского городского суда Московской области от 12 апреля 2017 года в удовлетворении исковых требований отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 25 сентября 2017 года решение суда первой инстанции отменено, дело направлено на рассмотрение в суд первой инстанции.

В кассационной жалобе представитель ФИО5 просит апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 25 сентября 2017 года отменить.

По запросу судьи от 8 декабря 2017 года дело истребовано для изучения в кассационную инстанцию и определением судьи Московского областного суда Фетисовой Е.С. от 7 февраля 2018 года вместе с кассационной жалобой передано для рассмотрения по существу в президиум Московского областного суда.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в жалобе, президиум находит, что имеются основания, предусмотренные законом для удовлетворения кассационной жалобы и отмены обжалуемых судебных постановлений.

В соответствии со ст. 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального и процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Президиум находит, что такие нарушения были допущены судом апелляционной инстанции при рассмотрении настоящего дела.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО8 являлся собственником земельного участка площадью 1119 кв.м. с кадастровым номером 

<

данные изъяты> и частей жилого дома, расположенных по адресу: 

<

данные изъяты>

15 января 2012 года ФИО8 получил закрытую черепно-мозговую травму, в связи с чем находился на длительном лечении.

24 мая 2012 года ФИО8 выдана доверенность на имя ФИО9 с правом подарить ФИО5 спорные объекты недвижимого имущества, подписать договор дарения и зарегистрировать переход права собственности. Доверенность удостоверена ФИО10, врио нотариуса Домодедовского нотариального округа ФИО11 Ввиду болезни ФИО8 доверенность подписана ФИО12

28 мая 2012 года между ФИО9, действующей на основании указанной доверенности от имени ФИО8, и ФИО6, действующей в интересах несовершеннолетней ФИО5, заключен договор дарения вышеуказанного имущества. Регистрация права собственности ФИО5 на имущество произведена 27 июня 2012 года.

20 апреля 2013 года ФИО8 умер.

Наследниками к его имуществу, обратившимися к нотариусу с заявлениями о принятии наследства, являются супруга ФИО6 и дети ФИО3, ФИО4, ФИО5 Наследниками получены свидетельства о праве на наследство по закону на доли в уставном капитале ООО «СПРИН».

Судом в целях правильного разрешения спора по делу назначена и проведена посмертная судебно – психиатрическая экспертиза, согласно выводов которой ФИО8 при жизни с января 2012 года страдал деменцией (слабоумием) в связи с травмой головного мозга, в юридически-значимые периоды выдачи доверенности от 24 мая 2012 года и заключения договора дарения от 28 мая 2012 года был лишен способности понимать значение своих действий и руководить ими.

Вместе с тем, отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции руководствовался положениями статей 196, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходил из пропуска истцами срока исковой давности, поскольку с даты открытия наследства (20 апреля 2013 года) до даты обращения в суд с иском (21 октября 2016 года) прошло более трех лет. 

Суд также указал, что договор дарения был исполнен с момента регистрации права собственности, т.е. с 27 июня 2012 года. 

Истец ФИО3 в суде не отрицал того, что им с братом сообщили о дарении ФИО8 спорных объектов в пользу дочери на общем собрании семьи, состоявшемся в ноябре 2012 года. 

При этом, суд не согласился с доводами ответчика об исчислении срока с 2012 года, указав, что право на оспаривание названных сделок возникло у истцов не ранее даты открытия наследства, оставшегося после смерти ФИО8, умершего 20 апреля 2013 года.

Судебная коллегия по гражданским делам Московского областного суда с выводами суда первой инстанции не согласилась.

Отменяя решение суда и направляя дело на рассмотрение в суд первой инстанции, судебная коллегия указала, что суд первой инстанции не дал надлежащей правовой оценки доводам о перерыве срока в связи с совершением действий, предусмотренных пунктом 1 статьи 204 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Президиум находит, что при рассмотрении данного дела судом апелляционной инстанции допущены существенные нарушения норм процессуального права.

Перечень полномочий суда апелляционной инстанции по результатам рассмотрения апелляционных жалобы, представления закреплен в статье 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой суд апелляционной инстанции вправе: 1) оставить решение суда первой инстанции без изменения, апелляционные жалобу, представление без удовлетворения; 2) отменить или изменить решение суда первой инстанции полностью или в части и принять по делу новое решение; 3) отменить решение суда первой инстанции полностью или в части и прекратить производство по делу либо оставить заявление без рассмотрения полностью или в части; 4) оставить апелляционные жалобу, представление без рассмотрения по существу, если жалоба, представление поданы по истечении срока апелляционного обжалования и не решен вопрос о восстановлении этого срока.

В пункте 36 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 июня 2012 г. N 13 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регулирующих производство в суде апелляционной инстанции" разъяснено, что при отмене судом апелляционной инстанции по результатам рассмотрения апелляционных жалобы, представления решения суда первой инстанции по основаниям, предусмотренным частью 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в соответствии с положениями статьи 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации направление дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции не допускается. В таком случае суд апелляционной инстанции сам принимает новое решение по делу.

Если суд апелляционной инстанции придет к выводу о том, что принятое судом первой инстанции в предварительном судебном заседании (абзац второй части 6 статьи 152 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) решение об отказе в удовлетворении иска (заявления) по причине пропуска срока исковой давности или пропуска установленного федеральным законом срока обращения в суд является незаконным и (или) необоснованным, то он на основании части 1 статьи 330 и статьи 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации отменяет решение суда первой инстанции. В такой ситуации с учетом положений абзаца второго части 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации о повторном рассмотрении дела судом апелляционной инстанции оно подлежит направлению в суд первой инстанции для его рассмотрения по существу заявленных требований, поскольку обжалуемое решение суда было вынесено в предварительном судебном заседании без исследования и установления иных фактических обстоятельств дела (пункт 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 июня 2012 г. N 13). Данный механизм гарантирует реализацию прав лиц, участвующих в деле, на рассмотрение дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом.

Из приведенной нормы процессуального права и акта ее толкования следует, что суд апелляционной инстанции вправе направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции лишь в исключительных случаях, предусмотренных законом. Такие основания при рассмотрении настоящего дела отсутствовали и в апелляционном определении не указаны.

Согласно протоколу судебного заседания от 12 апреля 2017 года, судом первой инстанции настоящее гражданское дело рассмотрено по существу не в предварительном судебном заседании (л.д.220-222).

Судом первой инстанции назначалась и проведена посмертная судебно – психиатрическая экспертиза, судебные заседания неоднократно откладывались, судом допрошен ряд свидетелей, к материалам дела приобщены доказательства (л.д.155, 170, 172, 197-198, 203-210, 220-222). Как следует из решения, судом первой инстанции устанавливались фактические обстоятельства дела. 

При таких данных, выводы судебной коллегии о том, что суд первой инстанции не рассматривал дело по существу заявленных требований, не соответствуют обстоятельствам дела. 

Таким образом, у суда апелляционной инстанции отсутствовали процессуальные полномочия для направления дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции. В случае несогласия с выводами суда первой инстанции судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда следовало руководствоваться положениями статьи 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Из материалов дела следует, что первоначально исковое заявление ФИО3 и ФИО4 к ФИО5 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, включении имущества в наследственную массу, поступило в суд 4 апреля 2016 года (л.д.212). Определением Домодедовского городского суда Московской области от 9 августа 2016 года данный иск был оставлен без рассмотрения в связи с тем, что стороны, не просившие о разбирательстве дела в их отсутствие, не явились в суд по вторичному вызову на основании абзаца 7 статьи 222 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (л.д.213). Данных об обжаловании указанного определения суда в материалах дела не имеется.

Статьей 204 Гражданского кодекса Российской Федерации регламентирован порядок течения срока исковой давности при защите нарушенного права в судебном порядке.

В соответствии со статьей 204 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности не течет со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита нарушенного права (пункт 1).

При оставлении судом иска без рассмотрения течение срока исковой давности, начавшееся до предъявления иска, продолжается в общем порядке, если иное не вытекает из оснований, по которым осуществление судебной защиты права прекращено (пункт 2).

Если после оставления иска без рассмотрения неистекшая часть срока исковой давности составляет менее шести месяцев, она удлиняется до шести месяцев, за исключением случаев, если основанием оставления иска без рассмотрения послужили действия (бездействие) истца (пункт 3).

При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции правильно указал, что правила пункта 3 статьи 204 Гражданского кодекса Российской Федерации об увеличении до шести месяцев неистекшей части срока исковой давности, составляющей менее шести месяцев, в данном случае не применимы, поскольку иск был оставлен без рассмотрения на основании абзаца 7 статьи 222 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Однако суд первой инстанции, вынося решение об отказе в удовлетворении исковых требований, не привел расчет срока исковой давности с учетом времени рассмотрения судом первоначального иска.

Судебная коллегия, сославшись на то, что суд первой инстанции не дал надлежащей правовой оценки доводам истцов о перерыве срока в связи с совершением действий, предусмотренных пунктом 1 статьи 204 Гражданского кодекса Российской Федерации, также не установила названные обстоятельства, не указала период, в течение которого осуществлялось судопроизводство по первоначально поданному ФИО3, ФИО4 иску об оспаривании договора дарения, не осуществила расчет срока исковой давности и не установила дату его окончания.

Между тем, от данных обстоятельств зависело разрешение спора и возможность применения положений пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

При исчислении срока исковой давности по настоящему делу следовало также учесть, что истцы являются универсальными правопреемниками наследодателя ФИО8, который при жизни имел право требовать признания недействительными доверенности от 24 мая 2012 года и договора дарения недвижимого имущества от 28 мая 2012 года.

В соответствии со статьей 1110 Гражданского кодекса Российской Федерации при наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил Кодекса не следует иное.

По смыслу приведенной правовой нормы к наследнику переходят все права и обязанности наследодателя. Универсальное наследственное правопреемство устанавливает, что все действия, совершенные до вступления правопреемника в процесс, обязательны для него в той мере, в какой они были бы обязательны для лица, которое правопреемник заменил.

При этом все права и обязанности по сделке, носителем которых являлся гражданин, в полном объеме переходят к его правопреемнику, в том числе и в порядке наследования. В связи с этим правопреемство не влечет изменения срока исковой давности и порядка его исчисления (статья 201 Гражданского кодекса Российской Федерации), что оставлено без внимания судебной коллегией.

С учетом изложенного президиум находит, что допущенные нарушения норм процессуального и материального права являются существенными, они повлияли на исход дела и без их устранения невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов ФИО5, в связи с чем апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 25 сентября 2017 года подлежит отмене, а дело - направлению на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Руководствуясь ст. 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, президиум 

ПОСТАНОВИЛ:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 25 сентября 2017 года отменить, дело направить на новое апелляционное рассмотрение.

Председательствующий О.Н. Гаценко