Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

г. Самара 03 июня 2019 года

Красноглинский районный суд г. Самары в составе

председательствующего судьи Щетинкиной И.А.,

при секретаре Мамышевой А.З.,

с участием истца ФИО1, 

представителя истца ФИО1 - ФИО2, 

представителя истца ФИО3 – ФИО4, 

представителей ответчика ФИО5 – ФИО6 и ФИО7,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-832/2019 по исковому заявлению ФИО3, ФИО1 к ФИО8, ФИО5 о взыскании денежных средств, компенсации морального вреда, 

у с т а н о в и л:

Истцы ФИО3 и ФИО1 первоначально обратились в суд с иском к ФИО8 о защите прав потребителей.

В обоснование исковых требований истцы указали, что ответчик, зная об отсутствии готовой квартиры в сданном в эксплуатацию жилом доме, преднамеренно вводила потребителя в заблуждение, получала денежные средства в отсутствии заключенного с ней договора об услуге. 

Договор аванса от 21.12.2018 со сроком действия до 31.01.2019 в отношении предмета спора «3-комнатная квартира на 2-3 этаже, общей площадью 80,95 кв.м, по адресу: 

<

...> просека, д.1 секция 1, строительная 10», является ничтожным на сумму 30000 рублей. В остальной части договор полностью отвечает признакам возмездной услуги для потребителя, включая обязанность по подготовке документов, возврату аванса в течение дня (п.4) и ведения переговоров с теми, кто представляет потребителю квартиру для покупки (п. 8). Сумма аванса оплачена истцом в размере 82500 рублей. 06.03.2019 года истец обратилась с претензией, в которой потребовала возврата суммы аванса. Неустойка по данному договору на 19.03.2019 года за 47 дней просрочки составила 42300 рублей, а убытки – 82000 рублей. В телефонном общении ответчик обязалась возвратить сумму в большем размере 88000 рублей.

По договору № 2-И-16 от 16.12.2018 было оплачено 15000 рублей за услуги, оказываемые ФИО5 в лице исполнителя ФИО8 В данной сделке принимал участие также ФИО1, семье истца причинен моральный вред по причине не получения услуг по договорам, понесены переживания от небрежности и цинизма ответчика. Просрочка по сделке от 16.12.2018 в течение 47 дней с 31.01.2018 по состоянию на 19.03.2019 в денежном выражении составила 21150 рублей. 

Истцы первоначально просили суд взыскать в пользу ФИО1 с ответчика по договору аванса от 21.12.2018 компенсацию морального вреда 40000 рублей; по договору № 2-И-16 от 16.12.2018 компенсацию морального вреда в размере 40000 рублей; взыскать в пользу ФИО3 с ответчика по договору аванса от 21.12.2018 в качестве убытка 82500 рублей, в качестве неустойки 42300 рублей, компенсацию морального вреда в размере 75000 рублей; по договору № 2-И-16 от 16.12.2018 в качестве убытка 15000 рублей, в качестве неустойки 21150 рублей, компенсацию морального вреда в размере 15 000 рублей.

Определением суда в протокольной форме 10.04.2019 года по инициативе стороны истца к участию в деле в качестве ответчика привлечен ФИО5, определением суда в протокольной форме от 20.05.2019 от представителя истца ФИО3 – ФИО4 приняты изменения исковых требований.

Истец ФИО3 в лице представителя в принятых судом изменениях иска указала о неосновательном обогащении ФИО8, которая в устной беседе в присутствии ФИО5 сообщила об отсутствии паспорта и возможности возврата денег. ФИО8 брала денежные средства на внедоговорной основе. При этом истец просила суд считать основания иска, соответствующими ст. 1102 Гражданского кодекса РФ, на ту же ранее указанную в иске сумму уменьшив на 45000 рублей, исполнение судебным решением определить солидарным. 

В судебное заседание истец ФИО3 не явилась, о рассмотрении дела извещена надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщила.

Представитель истца ФИО3 – ФИО4, действующий на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования с учетом изменений поддержал и просил их удовлетворить: взыскать со ФИО8 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда по договору аванса в размере 40000 рублей, по договору от 16.12.2018 в размере 40000 рублей; взыскать в пользу ФИО3 со ФИО8 убытки по договору аванса в размере 82500 рублей, законную неустойку в размере 42300 рублей, убытки по договору № 2-И-16 в размере 15000 рублей, законную неустойку в размере 21150 рублей, компенсацию морального вреда в размере 90000 рублей; взыскать в пользу ФИО3 солидарно со ФИО8 и ФИО5 судебные издержки за участие представителя в суде по расписке в размере 5000 рублей, за составление доверенности у нотариуса в размере 1200 рублей. 

При этом представитель истца ФИО3 суду показал, что по претензии договор расторгнут. Вместе с тем по договору аванса от 21.12.2018 ФИО8 принимала от ФИО3 денежные средства, о чем свидетельствуют собственноручно выполненные дописки на договоре аванса в экземпляре истца. Впоследствии ФИО8 в присутствии ФИО5 признала наличие долга перед истцом в размере 88000 рублей, которые обязалась возвратить и составила расписку от 21.03.2019. От ФИО5 поступила денежная сумма ФИО3 в размере 45000 рублей, оставшиеся 88000 рублей истцу не возвращены. 

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель по устному заявлению ФИО2 требования с учетом уточнений поддержали и просили их удовлетворить в полном объеме.

Ответчики ФИО8 и ФИО5 о рассмотрении дела извещены надлежащим образом, в судебное заседание не явились, о причинах неявки суду не сообщили. 

Представители ответчика ФИО5 – ФИО6 и ФИО7, действующие на основании доверенности, в судебном заседании просили отказать в удовлетворении исковых требований к ФИО5 по доводам, изложенным в письменном отзыве. 

Из письменного заключения специалиста Управления Роспотребнадзора по Самарской области по настоящему делу следует, что заявленные исковые требования не противоречат действующему законодательства и подлежат удовлетворению. 

Выслушав явившихся лиц, исследовав материалы гражданского дела, суд полагает исковые требования подлежащими удовлетворению частично по следующим основаниям.

На основании ст. 8 Гражданского кодекса РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности, в том числе и вследствие неосновательного обогащения.

Судом установлено и подтверждается материалами гражданского дела, что по договору аванса от 21.12.2018, заключенному между авансополучателем ИП ФИО5 и авансодателем ФИО3, последняя передала 30000 рублей в качестве аванса в счет причитающихся с нее платежей по договору купли-продажи за объект недвижимости, представляющей 3-комнатную квартиру, общей площадью 80,95 кв.м, жилой площадью 46,10 кв.м, расположенную по адресу: 

<

...> просека, дом 1 секция 1, строительная 10. Стоимость объекта определена в размере 3600000 рублей, действие договора с момента подписания и до 31.01.2019, предусмотрено продление договора. При этом, указанный договор имеет дописки о принятии ФИО8 в дополнение к авансу трех платежей: в размере 20000 рублей, 22500 рублей, 82500 рублей соответственно (л.д. 7). В экземпляре договора, представленного представителем ответчика ФИО5, отсутствуют дописки от имени ФИО8

Из договора № 2-И-16 от 06.12.2018 года, заключенного между исполнителем ИП ФИО5 и заказчиком ФИО3, исполнитель обязался за вознаграждение совершить по поручению заказчика от его имени и за его счет юридические и иные действия по поиску недвижимого имущества для приобретения его в собственность заказчика или указанным им лиц и отвечающие требованиям: 3-комнатная квартира в новостройке ЖК «Акварель» на 5 просеке 2-3 этаж, стоимостью объекта в размере 3500000 – 3600000 рублей. Вознаграждение исполнителем за оказание услуг по настоящему договору составляет 15000 рублей, которое выплачивается в момент подписания договора (л.д. 8). 

06.03.2019 года ФИО3 обратилась к ИП ФИО5 с претензией о расторжении заключенных договоров: № 2-И-16 от 06.12.2018 и договора аванса от 21.12.2018 с выплатой денежных сумм (л.д. 6). Во исполнение требований претензии ФИО5 осуществил перевод денежных средств ФИО3 в размере 45000 рублей, что подтверждается платежным поручением № 12-1 от 09.04.2019 года и не оспаривается стороной истца, в том числе перепиской от 10.04.2019 года. 

Таким образом, судом установлено, что по претензии ФИО3 сторона по договорам ответчик ФИО5 возвратил денежные суммы, полученные в качестве аванса и вознаграждения за оказанные услуги в полном размере 45000 рублей. Требований к ФИО5 о взыскании каких-либо денежных сумм истцами не заявлено.

Согласно преамбуле Закона РФ от 07 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» данный Закон регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав.

Исходя из характера правоотношений, возникших между ФИО3 и ФИО8, установленных обстоятельств в судебном заседании, суд приходит к выводу, что на них не распространяются положения Закона РФ «О защите прав потребителей», а подлежат применению нормы гражданского законодательства. 

В соответствии со ст. 1102 Гражданского кодекса РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 ГК РФ.

В силу п. 3 ст. 1103 Гражданского кодекса РФ, поскольку иное не установлено Кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные главой 60 Кодекса, подлежат применению также к требованию одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством.

Согласно п. 4 ст. 1109 Гражданского кодекса РФ, согласно которой не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Исходя из анализа материальных норм, бремя доказывания наличия оснований для получения денежных средств или наличия обстоятельств, освобождающих приобретателя денежных средств от их возврата, лежит на приобретателе.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Доказательств наличия каких-либо правоотношений между ФИО3 и ФИО8, являющиеся основанием для получения последней от истца спорных денежных средств, и наличия законных оснований для получения спорной денежной суммы ФИО8 суду не представлено.

Из положения ч.2 ст. 68 Гражданского процессуального кодекса РФ следует, что признание стороной обстоятельств, на которых другая сторона основывает свои требования или возражения, освобождает последнюю от необходимости дальнейшего доказывания этих обстоятельств.

Расписку ФИО8 от 21.03.2019 года о принятии обязательств по возврату сумму в размере 88000 рублей, переданную в качестве аванса по договору аванса от 21.12.2018 ФИО3, в срок до 04.04.2019, суд принимает как признание требований истца о возврате денежных средств. 

Таким образом, исходя из представленных сторонами доказательств, суд приходит к выводу о том, что доводы истца об отсутствии законных оснований для приобретения ФИО8 спорных денежных средств, нашли свое подтверждение в судебном заседании. 

С учетом изложенного, положений ч.3 ст. 196 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд приходит к выводу, что переданные истцом ФИО3 денежные средства являются неосновательным обогащением ответчика ФИО8, подлежащим взысканию с последней в пределах заявленных исковых требований. Доказательств обратного ответчиком суду не представлено.

По исковому требованию истца ФИО3 в лице представителя ФИО4, уточненному в судебном заседании, о взыскании законной неустойки суд приходит к следующему выводу. 

Согласно п. 1 ст. 330 Гражданского кодекса РФ следует, что неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Пунктом 1 ст. 395 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Как разъяснено в п. 48. Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» сумма процентов, подлежащих взысканию по правилам статьи 395 ГК РФ, определяется на день вынесения решения судом исходя из периодов, имевших место до указанного дня. Проценты за пользование чужими денежными средствами по требованию истца взимаются по день уплаты этих средств кредитору.

Исходя из установления признания ФИО8 21.03.2019 года наличие неисполненного обязательства перед ФИО3 и принятие обязанности по возврату полученных денежных средств в размере 88000 рублей, суд полагает, что на данную сумму подлежат начислению проценты за пользование чужими денежными средствами. 

В судебном заседании сторона истца не конкретизировала период начала исчисления данной неустойки. Суд определяет дату начала исчисления периода пользования ФИО8 деньгами 21.03.2019 года, то есть со дня составления расписки, иную дату исчисления периода пользования денежными средствами истца суду установить не представилось возможным, ввиду не предоставления доказательств в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ.

Таким образом, суд полагает, что ответчик ФИО8 подлежит привлечению к гражданско-правовой ответственности за неисполнения принятых на себя обязательств в виде уплаты процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 21.03.2019 по 03.06.2019 года (день принятия решения) в размере 1401 рубля 37 коп.

В нарушение положений ст. 56 ГПК РФ стороной истца ФИО3 не представлено доказательств о причинении ФИО8 убытков в размере 15000 рублей по договору № 2-И-16. Оснований для возмещения данных убытков и законной неустойки ответчиком судом не усматривается. 

По требованиям каждого из истца о компенсации морального вреда ФИО8 суд приходит к следующим выводам. 

В соответствии ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу ст. 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная 

<

данные изъяты> и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной 

<

данные изъяты>, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что сами по себе нарушения личных неимущественных прав потерпевшего или посягательство на нематериальные блага не являются безусловными основаниями для удовлетворения требований о компенсации морального вреда. Обязательным условием удовлетворения названных требований является факт причинения потерпевшему физических и нравственных страданий.

В нарушение ст. 56 ГПК РФ истцами не представлены доказательства причинения какого-либо вреда каждому из них действиями (бездействиями) ответчика ФИО8, наличия причинно-следственной связи между конкретными действиями последней и наступлением какого-либо вреда ФИО1 и ФИО3. Действующим законодательством не предусмотрено возмещение морального вреда при отсутствии причинно-следственной связи между действиями (бездействиями) конкретного лица и наступившими последствиями нарушения нематериальных благ. 

Довод истцов о причинении морального вреда выразившегося в не получении услуги правового значения не имеет, поскольку наличие договорных отношений по предоставлению ФИО8 какой-либо услуги не установлено. Ссылка на длительные и глубокие моральные переживания от небрежности и цинизма ответчика судом признается несостоятельной, как ничем не подтвержденная. 

Исходя из не установления нарушения каких-либо прав каждого из истца, как потребителя в правоотношениях со ФИО8, оснований для взыскания компенсации морального вреда в соответствии со ст. 15 Закона РФ «О защите прав потребителей» судом не усматривается. 

При таких обстоятельствах, суд не усматривает оснований для удовлетворения исковых требований о компенсации морального вреда. 

На основании ст. 98 Гражданского процессуального кодекса РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Судом не усматривается оснований для возмещения истцу ФИО3 расходов на оплату услуг нотариуса по составлению доверенности, поскольку доверенность выдана для представления интересов истца не только по настоящему делу, а также представлять интересы в коммерческих и некоммерческих организациях, в правоохранительных органах, судебных органах Российской Федерации, иных служб. При этом оригинал доверенности от 20.03.2019 года в материалы дела не представлен.

В этой связи, расходы истца за нотариальное удостоверение общей доверенности в размере 1200 рублей в соответствии со ст. ст. 88 и 94 Гражданского процессуального кодекса РФ не могут быть отнесены к судебным издержкам только по настоящему спору и возложены на ответчика.

В соответствии с ч.1 ст.100 Гражданского процессуального кодекса РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны понесенные расходы, в том числе, на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Из расписки от 10.04.2019 года следует, что ФИО4 получил за один день представления в суде интересов ФИО3 наличными денежными средствами частичную оплату из расчета по 5000 рублей за каждый день работы в суде на стороне истца по иску к ФИО8 по соглашению со ФИО9 - получено наличными 5000 рублей. 

Оценив представленные в материалах дела доказательства, учитывая объем оказанных юридических услуг, количество судебных заседаний с участием представителя истца, отсутствие возражений со стороны ответчика и не предоставление доказательств несоразмерности понесенных истцом расходов, суд считает затраты ФИО3 на оплату услуг представителя подлежат возмещению ФИО8 в размере 5 000 рублей. 

При отсутствии требований к ФИО5 и не взыскании с последнего каких-либо денежных сумм, судом не усматривается оснований для возложения на ФИО5 возмещение судебных расходов по настоящему делу. 

Исходя из удовлетворения требований истца ФИО3 к ФИО8 с последней на основании ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ, ст. 333.19 Налогового кодекса РФ подлежит взысканию в доход местного бюджета государственная пошлина в сумме 2717 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО3, ФИО1 к ФИО8, ФИО5 о взыскании денежных средств, компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать со ФИО8 в пользу ФИО3 неосновательное обогащение в размере 82500 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 21.03.2019 по 03.06.2019 года в размере 1401 рубля 37 коп., судебные издержки в виде расходов на оплату услуг представителя в размере 5000 рублей, а всего денежную сумму в размере 88901 рубля 37 коп.

В удовлетворении остальной части заявленных требований ФИО3 и ФИО1 к ФИО8, ФИО5 о взыскании денежных средств, компенсации морального вреда отказать. 

Взыскать со ФИО8 в доход бюджета г.о. Самара государственную пошлину в размере 2717 рублей.

Решение может быть обжаловано в Самарский областной суд через Красноглинский районный суд г. Самара в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Мотивированное решение в окончательной форме изготовлено 07.06.2019 года.

Судья: И.А. Щетинкина